Образцы с астероида Бенну — одного из самых примитивных тел Солнечной системы — доставили на Землю миссией OSIRIS-REx в сентябре 2023 года. Поразительно, но они практически не изменились за 4,5 миллиарда лет: в отличие от метеоритов, способных загрязняться на нашей планете, образцы сохраняют исходную структуру вещества. С их помощью можно понять, как вода, минералы и органические соединения в ранней Солнечной системе взаимодействовали друг с другом.  Авторы новой научной работы, опубликованной в журнале PNAS, проанализировали частицу OREX-800066-3 с помощью наноИК-спектроскопии (nano-FTIR) и рамановской спектроскопии. Оба метода позволили определить химический состав с пространственным разрешением порядка десятков нанометров и проследить распределение отдельных функциональных групп по характерным полосам поглощения, например в диапазоне от 1550 до 1310 обратных сантиметров. Там фиксируются сигналы органики и карбонатов. В результате исследователи выделили три четко различающихся типа областей. Первая — зоны, богатые алифатической органикой (углеводороды). Вторая — участки с высоким содержанием карбонатов (минералы, образованные при участии воды и CO₂). Третья — области с азотсодержащей органикой. Последняя потенциально важна с точки зрения пребиотической химии. [shesht-info-block number=1] Выяснилось, что эти области не смешаны, а пространственно разделены даже на наноуровне. Статистический анализ показал сильную отрицательную корреляцию. Там, где сигналы алифатических соединений — участков без ароматических фрагментов, — практически отсутствуют карбонаты и азотсодержащие соединения. При этом между карбонатами и азотной органикой связь практически отсутствует. Дополнительно были обнаружены органосерные соединения, но они локализованы только в карбонатных областях. Значит, на поздних стадиях эволюции в Бенну могли существовать рассолы, в которых происходили реакции между серой, органикой и минералами. Проще говоря, химическая эволюция астероида шла в несколько этапов, с участием жидкой воды. [shesht-info-block number=2] Углеродистое вещество, как оказалось, находится в крайне неупорядоченном состоянии и почти не подвергается нагреву. Вот почему температура Бенну оставалась низкой, а многие нестабильные органические группы (включая азотсодержащие) сохранились. Отметим, такие молекулы обычно разрушаются, однако в данном случае этого не произошло. Более того, сложная структура присутствует даже внутри карбонатных зон: разные типы карбонатов перемешаны на уровне десятков нанометров. То есть минералы формировались не одновременно, а в несколько этапов — вероятно, при изменяющемся составе жидкости. Образец астероида Бенну под оптическим микроскопом в рамках наноразмерного анализа. / © Mehmet Yesiltas Таким образом, вещество Бенну — это набор микросред. Вода двигалась по ограниченным каналам, создавая локальные области химических реакций. В одних местах образовывались карбонаты и соединения серы, в других — органика, включая азотсодержащие молекулы. Сравнение с Рюгу также показало, что у двух астероидов есть общие черты, которые различаются распределением органики и карбонатов. Выходит, даже похожие небесные тела могли эволюционировать по разным сценариям. Напомним, ранее в образцах Рюгу нашли все пять «букв» генетического алфавита. Открытие существенно расширяет представление о том, где и как в ранней Солнечной системе могли сохраняться органические молекулы — потенциальные предшественники жизни.

Частица Майораны — это экзотический квантовый объект, который ведет себя одновременно и как частица, и как своя собственная противоположность (античастица). Ученые охотятся за частицами Майораны, потому что из них можно было бы собрать идеальные кубиты — вычислительные элементы квантового компьютера, которым не страшны внешние шумы и помехи. В их поисках ученые часто используют хитроумные устройства. Одно из таких устройств — джозефсоновский переход: «бутерброд» из двух сверхпроводников, разделенных тонкой прослойкой из топологического изолятора (материала, который проводит ток только по поверхности). Если подвергнуть такой переход воздействию микроволнового излучения, на графике зависимости напряжения от тока появляются характерные горизонтальные участки — ступени Шапиро. Обычная физика предсказывает появление всех ступеней подряд. Но если в системе присутствуют частицы Майораны, ток через переход начинает зависеть от разности фаз необычным образом — с периодом 4π, а не 2π, как в обычных сверхпроводниках. А это, в свою очередь, должно приводить к исчезновению нечетных ступенек Шапиро, прежде всего первой. Многие научные группы по всему миру наблюдали этот эффект и интерпретировали его как маркер наличия топографической сверхпроводимости. Группа профессора Василия Столярова из Центра перспективных методов мезофизики и нанотехнологий МФТИ создала предельно чистый («баллистический») джозефсоновский переход. Работа опубликована в журнале Communications Materials, входящем в семейство Nature. В качестве прослойки использовался монокристалл топологического изолятора Bi₂Te₂.₃Se₀.₇ толщиной всего 23 нанометра, подключенный к двум ниобиевым электродам. Ученые воздействовали на структуру микроволнами разной частоты и смотрели, как меняются ступени Шапиро. На низких частотах (ниже 2 ГГц) первая ступень действительно пропадала. Но как только частоту повышали до 2 ГГц и выше, ступенька появлялась вновь. В целом это известный экспериментальный факт: на низких частотах ступени расположены ближе друг к другу по напряжению и их труднее разрешить, особенно при малой мощности сигнала. Однако исследователей заинтересовало, может ли исчезновение первой ступени быть вызвано не техническими сложностями, а физической причиной (в том числе, не только ожидаемой для топологической сверхпроводимости 4π-периодичностью, но и тепловыми эффектами). Для этого исследователи построили модель, которая учитывает не только квантовые процессы, но и обычный разогрев структуры током (так называемый джоулев нагрев). Модель получила название tRSJ — тепловая резистивно-шунтированная модель (thermal resistively shunted junction). Исследователи представили джозефсоновский переход в виде схемы, где два параллельных джозефсоновских перехода: тривиальный, где есть все ступени Шапиро, и топологический, где видны только четные. Оба канала «зашунтированы» сопротивлением, это как если бы они были подключены параллельно с обычным резистором, который регулирует ток. У каждого канала есть своя «предельная частота» — если внешнее излучение слишком быстрое (частота выше предела), канал просто не успевает реагировать и перестает давать вклад в ступеньки Шапиро. Это означает, что, меняя частоту облучения, можно «включать» и «выключать» вклад разных каналов. Расчеты показали, что наблюдаемое исчезновение первой ступени можно объяснить и без привлечения топологического канала. Руководитель работы, директор Центра перспективных методов мезофизики и нанотехнологий МФТИ, д. ф.-м. н. Василий Столяров, подчеркнул: «Мы показали, что отсутствие первой ступени Шапиро само по себе не является достаточным доказательством топологической сверхпроводимости. Даже в баллистическом режиме классические тепловые процессы и нелинейная динамика перехода могут приводить к такому эффекту». Результаты исследования существенно усложняют жизнь экспериментаторам. Отныне, увидев исчезновение первой ступени Шапиро, нельзя делать однозначный вывод. Ученым придется учитывать тепловые эффекты и использовать более сложный набор критериев для поиска частиц Майораны, необходимых для создания нового поколения квантовых компьютеров. Работа поддержана Российским научным фондом (проект №25-42-00058) и Министерством науки и высшего образования РФ.

Дермцидин — белок, который вырабатывают потовые железы. Около четверти века назад ученые выяснили, что дермцидин, синтез которого у человека кодирует ген DCD, обладает антибактериальными и антигрибковыми свойствами. Благодаря своему постоянному присутствию в составе пота, а значит, и на поверхности кожи, дермцидин, как компонент врожденного иммунитета, играет важную роль в защите организма от бактериальных и грибковых инфекций. Однако, как установила группа испанских исследователей, статья которых опубликована в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences, защитная активность дермцидина не ограничивается бактериями и грибами. Как выяснилось, этот белок также способен блокировать размножение возбудителей ОРВИ (острых респираторных вирусных инфекций). Респираторные вирусы проникают в организм через верхние дыхательные пути и поражают слизистую носа и его пазух, горла, гортани, трахеи, бронхов и легких. Проводя эксперименты in vitro («в пробирке»), исследователи обнаружили, что дермцидин эффективно подавил все протестированные штаммы вируса гриппа А, а также вирус кори и человеческий коронавирус OC43 (один из распространенных возбудителей ОРВИ). А в экспериментах in vivo (на лабораторных мышах) дермцидин защитил организм грызунов от распространения вируса гриппа А. Причем в случае вируса гриппа у дермцидина обнаружился совершенно новый, ранее неизвестный механизм действия. Ученые выяснили, что дермцидин связывается с гемагглютинином — белком, необходимым для проникновения вируса гриппа в клетку — в ключевом регионе, участвующем в процессе проникновения. Это приводит к изменениям в гемагглютинине, из-за чего способность вируса сливаться с клеточной мембраной и, следовательно, инициировать инфекцию нарушается. Таким образом, дермцидин инактивирует вирус до того, как он сможет инфицировать клетку. Этот механизм действия отличается от того, как работает большинство противовирусных препаратов от гриппа. Они блокируют другой вирусный белок, нейраминидазу (например, осельтамивир («Тамифлю»)). Недостаток такого механизма действия связан с тем, что у разных штаммов нейроминидаза может различаться. Это позволяет вирусу избегать воздействия препаратов, и они теряют свою эффективность. В то же время дермцидин связывается с гемагглютинином на участке, который практически не изменяется между штаммами (в высококонсервативном регионе), а значит, способен защищать от разных вариантов вируса гриппа. Вполне возможно, что аналогичный механизм действия дермцидина распространяется на другие респираторные вирусы, такие как вирус кори и коронавирусы, предположили ученые. Исследование показало, что дермицидин присутствует не только в поту, но и в других биологических жидкостях, которые выделяются в основных точках проникновения респираторных вирусов в организм, — выделениях из носоглотки, слюне и слезах. При этом во время ОРВИ концентрация дермцидина в этих жидкостях значительно повышается. Но что особенно примечательно, у людей, которые устойчивы к ОРВИ и обычно не страдают от их распространенных симптомов, базовый уровень дермцидина в биологических жидкостях оказался в шесть раз выше, чем у тех, кто подвержен респираторным вирусным инфекциям. «В целом эти результаты подтверждают идею о том, что дермцидин — часть первой линии врожденной иммунной защиты от этого типа инфекций», — отметила первый автор исследования Паула Корелл-Эскуин. Она и ее коллеги уверены, что дермцидин — очень многообещающий кандидат для разработки новых стратегий борьбы с респираторными вирусными инфекциями.

Самоповреждение, или селфхарм, — это намеренное причинение вреда собственному телу, которое часто становится тревожным сигналом. Помимо непосредственных увечий, оно сильно повышает риск суицида. При этом наблюдается парадокс: женщины чаще наносят себе повреждения, но мужчины гораздо чаще погибают вследствие самоубийства — в Великобритании, например, в три раза чаще. По мнению специалистов, так происходит из-за того, что мужчины нередко выбирают более опасные способы самоповреждения. Из-за распространенных стереотипов им бывает сложнее говорить о своих чувствах и обращаться за помощью. Кроме того, мотивы могут различаться: если у женщин самоповреждение часто связано с попыткой справиться с тяжелыми эмоциями, то у мужчин оно порой выступает как способ «доказать силу» или отреагировать на давление социальных ожиданий. Ученые из Лондонского городского университета сравнили эффективность разных видов психотерапии и поддержки для мужчин и женщин, которые наносили себе повреждения. Они собрали и проанализировали данные 108 научных исследований, проводившихся с 1999 по 2024 год. Всего в этих исследованиях участвовали 15 405 человек, из них 76,1% составляли женщины. Результаты исследования опубликованы в журнале Lancet Regional Health — Europe. Авторы сравнили результаты мужчина и женщин, а также сопоставили их с теми, кто не получал специализированной поддержки. Анализировали разные методы: когнитивно-поведенческую терапию, диалектическую поведенческую терапию, семейную терапию, дистанционное сопровождение через сообщения и звонки и другие виды вмешательства. Результаты показали, что психосоциальные вмешательства оказались эффективнее для женщин, чем для мужчин. Среди мужчин, проходивших лечение, 14,6% снова наносили себе повреждения после завершения программы, тогда как среди женщин с аналогичным лечением повторные случаи происходили реже. У женщин программы помощи действительно снижали риск повторных самоповреждений по сравнению с обычными методами поддержки — то есть работали лучше, чем стандартные подходы. А вот у мужчин такого снижения не наблюдали: стандартные методы не давали для них значимого эффекта. [shesht-info-block number=1] При этом по другим показателям — уровню депрессии, социальной адаптации, мыслям о суициде и так далее — различий между мужчинами и женщинами не нашли. Не удалось выделить и какой-то один вид терапии, который однозначно лучше работал бы для мужчин. В подростковой группе половых различий в эффективности помощи тоже не обнаружили, а вот взрослые мужчины чаще повторяли самоповреждения, чем женщины. Таким образом, ученые показали, что терапия селфхарма и суицида должна учитывать половые различия, особенно с учетом серьезности последствий при неэффективной терапии.

Среди множества минеральных элементов, используемых в сельском хозяйстве, особую роль играет фосфор. Он необходим животным, так как входит в состав костной ткани, участвует в энергетическом обмене, поддерживает работу нервной системы и процессы деления клеток. Не менее значим фосфор и для растений: он стимулирует развитие корней, ускоряет цветение и созревание плодов, повышает устойчивость к засухе и болезням. Данный элемент уже присутствует и в почве, и в кормах для животных, но находится в биологически недоступной для них форме и не усваивается. Это приводит к тому, что животные чаще болеют, их иммунитет ослабевает, размягчаются кости, а также снижается продуктивность: куры дают меньше яиц, коровы — меньше молока. Дефицит сказывается и на растениях: они медленно растут, поздно цветут, плоды мельчают, а урожайность падает. Чтобы высвободить этот «недоступный» фосфор, нужен особый фермент — фитаза. Это белок, который осуществляет биохимические реакции в организмах, а также расщепляет соли фитиновой кислоты, содержащиеся в зерне, семенах и кормах, делая фосфор доступным для животных и растений. Фитаза повышает усвояемость этого минерального элемента и позволяет снизить потребность в дорогостоящих добавках. В промышленности этот фермент часто используют в свободной форме, то есть просто растворяют в жидкости. Это самый простой, однако неэффективный способ, поскольку природная форма фитазы чувствительна к внешним условиям. При нагревании, резких изменениях кислотности или даже при долгом хранении она быстро теряет свойства. В результате большая часть фермента разрушается до того, как успевает выполнить свою функцию, что делает его использование экономически невыгодным. Другой способ — иммобилизация, то есть закрепление на твердом носителе. При таком подходе фермент становится более устойчивым к воздействию высоких температур, менее подвержен разрушению, однако традиционные методы иммобилизации, применяющиеся исследователями, часто приводят к снижению его активности (до 50–70%). Основной проблемой при производстве кормов на основе фитаз является их разрушение под действием высоких температур. Фермент значительно снижает свою активность, из-за чего дальнейшее его использование требуется уже в больших объемах, что приводит к увеличению затрат. Еще одной сложностью является способность фитаз работать в основном в кислой среде, характерной для желудка животных. В других же отделах пищеварительной системы активность фермента падает, что приводит к снижению усвояемости фосфора организмом и также требует использования добавок в большом количестве. В связи с этим, для сельского хозяйства очень важен такой фермент, который бы выдерживал нагревание при производстве кормов, работал в изменяющихся внешних условиях, а также сохранял свои свойства после нескольких применений. Ученые Пермского Политеха и Института экологии и генетики микроорганизмов УрО РАН впервые выделили фитазу из бактерий, обитающих в среде содового шламохранилища. Фермент при нагреве разрушается медленнее, сохраняет активность при разной кислотности среды и работает в 1,5–2 раза дольше по сравнению с существующими аналогами. Статья опубликована в журнале «Прикладная биохимия и микробиология». Исследование проведено в рамках программы «Приоритет 2030». Исследователи использовали в качестве среды для выделения именно содовый шлам, поскольку он отличается более агрессивными условиями – высокой щелочностью и высокой концентрацией солей. Там обитают микроорганизмы, устойчивые к неблагоприятным воздействиям окружающей среды. Это позволит применять их в условиях нагрева и перепадов кислотности. Из выделенных бактерий ученые получили фитазу. Но сам по себе природный фермент — это растворенный белок, поэтому его необходимо было закрепить на твердом носителе. — Мы попробовали два известных способа закрепления. Первый — физический: раствор фитазы добавили в гель из альгината – вещества, извлекаемого из бурых водорослей, и далее придали ему форму, получив маленькие шарики, внутри которых находился фермент. Второй способ — химический: фермент прикрепили к поверхности гранул из хитозана – вещества, которое получают из панцирей ракообразных. Нами были выбраны именно данные материалы, поскольку их нередко используют в биотехнологии: они не токсичные, дешевые и безопасные для животных и растений, — рассказала Ксения Иванова, студентка кафедры «Химия и биотехнология» ПНИПУ. Однако даже при использовании известных способов иммобилизации для каждого конкретного образца необходимо изучить влияние закрепления на твердом носителе на конечные свойства. Ученые измеряли, сколько активности сохраняется при воздействии различных температур и кислотности среды, а также при многократном ее использовании. Эксперимент по определению активности фермента / © Пресс-служба ПНИПУ — Полученные образцы мы сравнили с другими фитазами, которые уже используются в сельском хозяйстве. Результаты анализа показали, что при закреплении на носителе удалось сохранить 95–97% активности. У других препаратов при иммобилизации активность падает в среднем до 50–70%. Фермент также сохранял активность в очень широком диапазоне pH — от 3 до 12. У аналогов диапазон работы уже: большинство активны только в кислой среде (pH 4–6), а при повышении pH быстро теряют активность, — поделилась Юлия Максимова, заведующая лабораторией молекулярной биотехнологии Института экологии и генетики микроорганизмов УрО РАН. Наиболее значимый результат связан с длительностью использования фермента. После шести циклов работы подряд закрепленная фитаза сохраняла 70% своей исходной активности. Это означает, что один и тот же препарат можно использовать многократно, что значительно снижает затраты. Для сравнения: существующие фитазы после 4–5 циклов использования сохраняют не более 50–60% активности. У некоторых аналогов этот показатель падает до 38–43%. Таким образом, разработка пермских ученых работает в 1,5–2 раза дольше, чем известные ферменты. Культивирование микроорганизмов в ламинарном боксе / © Пресс-служба ПНИПУ Полученный препарат можно использовать в кормопроизводстве, чтобы повысить усвояемость фосфора. Это позволит снизить добавление дорогих и экологически опасных минеральных добавок. Кроме того, фитазу можно вносить непосредственно в почву. Фермент высвободит связанный фосфор из органических соединений, и растения смогут его усваивать. Это снизит потребность в удобрениях и позволит сделать сельское хозяйство более экологичным.

Жители тихоокеанских островов тысячелетиями питались моллюсками. В некоторых современных общинах Соломоновых островов моллюски до сих пор составляют примерно 15% рациона. На побережьях региона часто встречаются так называемые раковинные кучи (кьёккенмединги) — скопления раковин и бытовых остатков, накопленных за столетия. Такие отложения помогают археологам восстанавливать картину прошлого: чем питались люди, как менялся ландшафт, где проходила береговая линия. Иногда благодаря многовековому накоплению пищевых отходов формируются целые раковинные острова. Впрочем, похожие отложения иногда формируют и природные катастрофы — например, цунами, переносящие донные осадки на берег. Отличить одно от другого — непростая задача. До сих пор раковинные острова описывали только в архипелаге Бисмарка у берегов Папуа — Новой Гвинеи и не находили восточнее. Вануа-Леву — второй по величине остров архипелага Фиджи — долгое время оставался малоизученным с археологической точки зрения. Новая научная работа отчасти восполнила этот пробел. Группа исследователей впервые описала предполагаемый раковинный остров к востоку от Папуа — Новой Гвинеи. Результаты опубликовали в журнале Geoarchaeology. [shesht-info-block number=1] Ученые впервые заметили необычный участок суши у побережья местности Куласавани в январе 2017 года, во время разведки береговой линии. Роющие крабы вида Scylla serrata выносили материал с глубины 30-50 сантиметров на поверхность, и уже по этим образцам стало ясно, что основная масса грунта — раковины моллюсков. В 2024 году исследователи вернулись для детального изучения. Оказалось, перед ними не мыс, а отдельный остров, окруженный мангровыми зарослями и протокой. Его поверхность поднимается на 20-60 сантиметров над уровнем воды во время прилива. Команда извлекла 20 кернов ручным буром диаметром 2,5 сантиметра и выкопала четыре шурфа размером метр на метр. Для радиоуглеродного датирования отобрали раковины моллюсков рода Anadara — они дают надежные результаты. Десять радиоуглеродных дат сгруппировались вокруг медианного значения 1190 лет назад (около 760 года нашей эры) с разбросом от 1530 до 910 лет назад. Отложения толщиной 20-40 сантиметров лежат на твердом основании из литифицированных дельтовых отложений и коренных пород. Никакой выраженной стратиграфии — слоистости — внутри раковинного слоя ученые не обнаружили. Радиоуглеродный анализ раковин с побережья Куласавани / © Patrick D. Nunn et al./Geoarchaeology(2026) Все найденные на острове виды моллюсков оказались съедобными двустворчатыми. Среди раковин попадались фрагменты неорнаментированной керамики, характерной для позднего периода доколониального гончарного производства Фиджи. При этом ни костей животных, ни каменных орудий на острове не нашли. Исследователи рассмотрели два объяснения происхождения острова. Согласно первому, поселенцы с близлежащего берега Куласавани приходили сюда разделывать моллюсков, а раковины выбрасывали на месте. Отсутствие костей и орудий указывало на узкоспециализированное использование площадки.  Второе объяснение допускало, что мощная волна — возможно, цунами — вырвала раковинный пласт со дна и сгрузила его в одном месте. Однако раковинный слой не выходил за пределы острова и не утончался по мере удаления от берега, как ожидалось бы при волновом переносе. Главный же аргумент против природной версии: все до единой раковины принадлежали съедобным видам. Цунами перемешало бы донные отложения случайным образом, захватив и несъедобные виды. Авторы статьи пришли к выводу, что остров у Куласавани — первый раковинный остров, описанный в тропической части Тихого океана к востоку от архипелага Бисмарка. [shesht-info-block number=2] Находка расширяет географию подобных памятников и показывает, как многовековой сбор моллюсков в сочетании с понижением уровня моря мог формировать новые участки суши. Команда планирует искать поселения на соседнем побережье Куласавани, чтобы установить, кто именно перерабатывал моллюсков на этом острове 1200 лет назад.

Ученые могут манипулировать электромагнитным излучением множеством способов. Если правильно подобрать параметры, можно облучить лазером газ, жидкость или твердое тело и этим заставить материал излучать на другой частоте. Когда получившаяся частота кратна частоте лазера, результат называют гармоникой.  Чаще всего нелинейная оптика использует вторую и третью гармоники, но в физике нет запрета на более высокие — двадцатую, сотую и далее. Высокие гармоники используют в науке и промышленности для анализа материалов, генерации сверхкоротких импульсов и излучения с высокой энергией.  В работе с этим эффектом из области нелинейной оптики ученые сталкиваются с неприятным эффектом — высокие гармоники могут подавляться по как будто неизвестной причине. Это явление назвали «сверхбыстрой электронной декогеренцей» — в течение нескольких квадриллионых долей секунды нарушается распределение электронов в твердом теле и высокие гармоники затухают. Фундаментальная причина этого явления оставалась неизвестной. [shesht-info-block number=1] Команда профессора Чжэдона Ли (JaeDong Lee) смогла решить эту загадку. Оказалось, что два сопутствующих высоким гармоникам физических явления интерферируют друг с другом. Статья об этом опубликована в журнале Advanced Science. Для того, чтобы разобраться с декогеренцией электронов ученые разработали новый вычислительный подход, построенный на основном уравнении Линдблада. Команда проанализировала сверхизлучение и широкополосную эмиссию, наблюдаемые в процессе генерации высоких гармоник в твердых телах. Сверхизлучение — явление, при котором группа объектов генерирует когерентное и мощное излучение. Широкополосная эмиссия означает, что сгенерированных гармоник так много, что если расположить их на спектре, он будет выглядеть не множеством отдельных узких полос, а ограниченным числом широких. Ученые обнаружили, что между сверхизлучением и широкополосным спектром возникает интерференция, приводящая к взаимному подавлению. То есть взаимодействия с окружением в открытых квантовых средах, которыми являются ансамбли атомов, играют решающую роль в стабильности высоких гармоник.  [shesht-info-block number=2] «Истинная значимость этой работы заключается в том, что она открывает путь от идеальной квантовой теории к практической и надежной квантовой инженерии и бросит новый серьезный вызов существующим концепциям квантовых технологий, основанным на предположении об изолированных квантовых системах», — рассказал профессор Ли. В процессе работы ученые создали микроскопическую теоретическую исследовательскую платформу, которая может точно учитывать не только взаимодействия между электронами, но и взаимодействия электронов с окружающей средой.

В самом начале полета Orion температура внутри корабля некоторое время была ниже оптимальных значений. Затем корабль испытал проблемы с отводом мочи в космос. Хотя ведущий американский космический журналист Эрик Бергер и написал об этом с иронией: «Артемида II проходит так хорошо, что нам приходится говорить о замерзшей моче», на самом деле, все далеко не так смешно. Дело в том, что в 1970 году, во время миссии «Аполлон-13», сочетание пониженных температур и замерзания мочевыводящей трубки снаружи корабля заставило экипаж использовать для мочеиспускания так называемые пакеты. В итоге у одного из астронавтов развилась сначала инфекция мочевыводящих путей, а затем и почек, что потребовало длительного лечения после возвращения на Землю. Мы расспросили о происходящем Георгия Тришкина, аналитика ракетных пусков, автора телеграм-канала «Техасский Вестник». В последние месяцы он уже не раз показывал, что его источники в американской космической отрасли весьма надежны и часто располагают информацией по критически важным вопросам раньше, чем другие. N.S.: У экипажа «Аполлона-13» были проблемы, сходные c нынешними на Orion: не работала система вывода мочи. Тогда тоже люди в итоге использовали пакеты вместо туалета, что, как считается, привело к инфекции мочевыводящих путей и почек у Фреда Хейза, поскольку пакеты не дают полной герметичности и стерильности. Сходство вызывает вопрос: может ли что-то такое развиться сейчас у кого-то из членов экипажа? Георгий Тришкин: Ну, для начала стоит обрадовать, что несколько часов назад проблему со сбросом отходов решили — разворот корабля в нужную сторону для прогрева солнечными лучами линии [вывода мочи] действительно помог, хотя и не с первого раза. И резервуар с жидкими отходами удалось опустошить. Так что на данный момент полная функциональность туалета восстановлена. Вообще же, несмотря на определенные сходства с проблемами эпохи программы «Аполлон-13», за 54 года многое поменялось. Особенно в бытовых вопросах — и многие средства индивидуальной гигиены достались Orion от программы МКС, где они также улучшались в несколько итераций за 25 лет. Надо сказать, что если и будет такая медицинская проблема, то мы вряд ли про нее узнаем. NASA заложило возможность приватных консультаций для астронавтов. Из, кстати, все той же кабинки с туалетом. И некоторые данные по их состоянию будут опубликованы только в рамках нескольких лет после этой миссии. Еще стоит помнить, что с температурой на борту разобрались — систему жизнеобеспечения докрутили на второй день, а это снижает риски. N.S.: Потенциально использование пакетов небезопасно, хорошо бы иметь возможность что-то с этим сделать силами экипажа, если повороты к Солнцу не помогут. На ваш взгляд, лучше была бы ситуация, если на Orion был хоть один скафандр для выхода в космос? Ведь тогда астронавты смогли бы выйти в открытый космос и попытаться прочистить трубку. Или на ваш взгляд даже для одного скафандра ВКД там слишком мало места? Приходилось читать, что Orion не рассчитали на такую производительность системы поддержания внутреннего давления, как Crew Dragon от SpaceX, поэтому там нельзя просто открыть люк и выпустить астронавта, а потом быстро вернуть давление. Это так, или это всего лишь слухи? Георгий Тришкин: NASA закладывало в Orion возможность выхода в открытый космос через сам корабль, как у «Аполлонов», но еще в рамках старой программы по экспедиции на астероид, которую отменили в пользу лунной программы «Артемида». Но требования сильно поменялись с тех пор, и для второй миссии подобный функционал на заложен. Новые скафандры для работы в космосе от Axiom еще не тестировались в реальных условиях. Это будет только в следующем году в обновленном плане миссии «Артемиды III», и то на одном или двух посадочных модулях по программе HLS [Starship и модуль от Blue Origin]. Но если представить, что такой скафандр бы был на корабле и в планах стоял выход в нем, то вряд ли удалось бы что-то починить. Ведь любой выход в открытый космос это дополнительный риск и сложности. И он может сработать, только если есть подготовленный план ремонта и инструмент для таких работ на борту корабля. К счастью, тут обошлись более простыми методами. Пределы рисков для этой миссии очень строгие. N.S.: Вы упоминали на своем телеграм-канале, что в этом полете к Луне были и другие мелкие неисправности, которые в целом ухудшили отношение Агентства к кораблю Orion. Какие бы вы выделили как самые важные? Георгий Тришкин: Да, первый день прошел нервно для всех, но после импульса, который вывел корабль к Луне, стало полегче. Для такого этот полет и нужен — отловить как можно больше «болячек» у корабля, чтобы не пришлось тратить на это время во время полета для высадки на Луне. Основные проблемы? Мы вновь слышим про проблемы с системой подачи давления в топливные баки с помощью гелия. Представители NASA на последней пресс-конференции упомянули, что пришлось перейти на дублирующий узел. А это критическая часть корабля. [shesht-info-block number=1] Есть также различные проблемы в электрических цепях. Все, что касается приборной части для этого корабля еще не летало на орбиту. Так что экипаж периодически сталкивается с всплывающими предупреждениями. Много внимания было приковано к запаху чего-то жженого из кабинки с туалетом. Но его источник так и не нашли, видимо, где-то перегревается часть звукоизоляции кабинки. Впрочем, это скорее небольшая проблема. N.S.: Не получится ли так, что все эти мелкие проблемы в нынешней миссии склонят NASA к стыковке со Starship на эллиптической околоземной орбите? Чтобы астронавты могли перейти на Starship, где есть место и для скафандров для открытого космоса. Да и в целом там система жизнеобеспечения от SpaceX, показавшая лучшие результаты. Георгий Тришкин: Если мы говорим про будущие миссии «Артемида», то детали в них постоянно меняются. NASA вместе с Blue Origin и SpaceX почти не делятся информацией о прогрессе подготовки — он есть, но скрыт от публики, пока не будет утверждена новая архитектура миссии и выбрана одна из двух компаний. Да, оба подрядчика представили NASA несколько ускоренных вариантов для «Артемиды IV», но они пока обсуждаются за закрытыми дверями. И поскольку Агентство наконец-то отказалось от близкой к прямолинейной гало-орбиты (NRHO) у Луны, то это слегка сокращает требования по затратам энергии при полете к Луне. Один из нынешних непубличных планов — что Starship HLS сможет дотащить Orion до низкой окололунной орбиты. И поскольку сам корабль Orion при этом не будет тратить энергию на разгон с земной орбиты, это позволит ему сохранить запас горючего на обратный путь. У этого плана есть свои узкие места, и сейчас нельзя точно сказать, какой вариант будет выбран. Но, отвечая на ваш вопрос, можно сказать так: NASA предпочтут ту систему и план, который укладывается и в срок, и в нормы безопасности. Для них любой непросчитываемый риск — это недопустимый риск.

В самом начале полета Orion температура внутри корабля некоторое время была ниже оптимальных значений. Затем корабль испытал проблемы с отводом мочи в космос. Хотя ведущий американский космический журналист Эрик Бергер и написал об этом с иронией: «Артемида II проходит так хорошо, что нам приходится говорить о замерзшей моче», на самом деле, все далеко не так смешно. Дело в том, что в 1970 году, во время миссии «Аполлон-13», сочетание пониженных температур и замерзания мочевыводящей трубки снаружи корабля заставило экипаж использовать для мочеиспускания так называемые пакеты. В итоге у одного из астронавтов развилась сначала инфекция мочевыводящих путей, а затем и почек, что потребовало длительного лечения после возвращения на Землю. Мы расспросили о происходящем Георгия Тришкина, аналитика ракетных пусков, автора телеграм-канала «Техасский Вестник». В последние месяцы он уже не раз показывал, что его источники в американской космической отрасли весьма надежны и часто располагают информацией по критически важным вопросам раньше, чем другие. N.S.: У экипажа «Аполлона-13» были проблемы, сходные c нынешними на Orion: не работала система вывода мочи. Тогда тоже люди в итоге использовали пакеты вместо туалета, что, как считается, привело к инфекции мочевыводящих путей и почек у Фреда Хейза, поскольку пакеты не дают полной герметичности и стерильности. Сходство вызывает вопрос: может ли что-то такое развиться сейчас у кого-то из членов экипажа? Георгий Тришкин: Ну, для начала стоит обрадовать, что несколько часов назад проблему со сбросом отходов решили — разворот корабля в нужную сторону для прогрева солнечными лучами линии [вывода мочи] действительно помог, хотя и не с первого раза. И резервуар с жидкими отходами удалось опустошить. Так что на данный момент полная функциональность туалета восстановлена. Вообще же, несмотря на определенные сходства с проблемами эпохи программы «Аполлон-13», за 54 года многое поменялось. Особенно в бытовых вопросах — и многие средства индивидуальной гигиены достались Orion от программы МКС, где они также улучшались в несколько итераций за 25 лет. Надо сказать, что если и будет такая медицинская проблема, то мы вряд ли про нее узнаем. NASA заложило возможность приватных консультаций для астронавтов. Из, кстати, все той же кабинки с туалетом. И некоторые данные по их состоянию будут опубликованы только в рамках нескольких лет после этой миссии. Еще стоит помнить, что с температурой на борту разобрались — систему жизнеобеспечения докрутили на второй день, а это снижает риски. N.S.: Потенциально использование пакетов небезопасно, хорошо бы иметь возможность что-то с этим сделать силами экипажа, если повороты к Солнцу не помогут. На ваш взгляд, лучше была бы ситуация, если на Orion был хоть один скафандр для выхода в космос? Ведь тогда астронавты смогли бы выйти в открытый космос и попытаться прочистить трубку. Или на ваш взгляд даже для одного скафандра ВКД там слишком мало места? Приходилось читать, что Orion не рассчитали на такую производительность системы поддержания внутреннего давления, как Crew Dragon от SpaceX, поэтому там нельзя просто открыть люк и выпустить астронавта, а потом быстро вернуть давление. Это так, или это всего лишь слухи? Георгий Тришкин: NASA закладывало в Orion возможность выхода в открытый космос через сам корабль, как у «Аполлонов», но еще в рамках старой программы по экспедиции на астероид, которую отменили в пользу лунной программы «Артемида». Но требования сильно поменялись с тех пор, и для второй миссии подобный функционал на заложен. Новые скафандры для работы в космосе от Axiom еще не тестировались в реальных условиях. Это будет только в следующем году в обновленном плане миссии «Артемиды III», и то на одном или двух посадочных модулях по программе HLS [Starship и модуль от Blue Origin]. Но если представить, что такой скафандр бы был на корабле и в планах стоял выход в нем, то вряд ли удалось бы что-то починить. Ведь любой выход в открытый космос это дополнительный риск и сложности. И он может сработать, только если есть подготовленный план ремонта и инструмент для таких работ на борту корабля. К счастью, тут обошлись более простыми методами. Пределы рисков для этой миссии очень строгие. N.S.: Вы упоминали на своем телеграм-канале, что в этом полете к Луне были и другие мелкие неисправности, которые в целом ухудшили отношение Агентства к кораблю Orion. Какие бы вы выделили как самые важные? Георгий Тришкин: Да, первый день прошел нервно для всех, но после импульса, который вывел корабль к Луне, стало полегче. Для такого этот полет и нужен — отловить как можно больше «болячек» у корабля, чтобы не пришлось тратить на это время во время полета для высадки на Луне. Основные проблемы? Мы вновь слышим про проблемы с системой подачи давления в топливные баки с помощью гелия. Представители NASA на последней пресс-конференции упомянули, что пришлось перейти на дублирующий узел. А это критическая часть корабля. [shesht-info-block number=1] Есть также различные проблемы в электрических цепях. Все, что касается приборной части для этого корабля еще не летало на орбиту, Так что экипаж периодически сталкивается с всплывающими предупреждениями. Много внимания было приковано к запаху чего-то жженого из кабинки с туалетом. Но его источник так и не нашли, видимо, где-то перегревается часть звукоизоляции кабинки. Впрочем, это скорее небольшая проблема. N.S.: Не получится ли так, что все эти мелкие проблемы в нынешней миссии склонят NASA к стыковке со Starship на эллиптической околоземной орбите? Чтобы астронавты могли перейти на Starship, где есть место и для скафандров для открытого космоса. Да и в целом там система жизнеобеспечения от SpaceX, показавшая лучшие результаты. Георгий Тришкин: Если мы говорим про будущие миссии «Артемида», то детали в них постоянно меняются. NASA вместе с Blue Origin и SpaceX почти не делятся информацией о прогрессе подготовки — он есть, но скрыт от публики, пока не будет утверждена новая архитектура миссии и выбрана одна из двух компаний. Да, оба подрядчика представили NASA несколько ускоренных вариантов для «Артемиды IV», но они пока обсуждаются за закрытыми дверями. И поскольку Агентство наконец-то отказалось от близкой к прямолинейной гало-орбиты (NRHO) у Луны, то это слегка сокращает требования по затратам энергии при полете к Луне. Один из нынешних непубличных планов — что Starship HLS сможет дотащить Orion до низкой окололунной орбиты. И поскольку сам корабль Orion при этом не будет тратить энергию на разгон с земной орбиты, это позволит ему сохранить запас горючего на обратный путь. У этого плана есть свои узкие места, и сейчас нельзя точно сказать, какой вариант будет выбран. Но, отвечая на ваш вопрос, можно сказать так: NASA предпочтут ту систему и план, который укладывается и в срок, и в нормы безопасности. Для них любой непросчитываемый риск — это недопустимый риск.

Физики стремятся создать высокотемпературный сверхпроводник, чтобы качественно изменить то, как человечество пользуется электричеством. Один из типов исследуемых соединений — никелаты, вещества, включающие в свою структуру оксид никеля. Никелат лантана (La3Ni2O7) становится сверхпроводящим при высоком давлении в объемной кристаллической форме и при механическом напряжении в форме тонкой пленки. Международная группа физиков тщательно изучила, что происходит с атомной структурой соединения никеля, и показала, что небольшие изменения атомной структуры тесно связаны с проявлением сверхпроводящих свойств. Статья об этом опубликована в журнале Nature.  Для исследования тонкие пленки сформировали на разных подложках, чтобы проверить разные параметры механического напряжения. Команда выявила искажения атомной структуры веществ, используя комбинацию методов электронной микроскопии, включая электронную птихографию, разработанную Дэвидом Мюллером (David Muller). Именно эта техника позволила исследователям с высокой точностью рассмотреть положение атомов и изменение этих положений. Она основана на постобработке данных о дифракции излучения на объекте, данные о дифракции снимаются с разных точек так, чтобы результаты немного перекрывали друг друга. [shesht-info-block number=1] Ученые узнали, что под действием сжимающего напряжения атомы кислорода перестраивались в конфигурацию с более высокой симметрией, чем в пленках, испытывающих растягивающее напряжение. Так связи в пленках принимают ту же конфигурацию, что и в сверхпроводящих объемных кристаллах под очень высоким давлением. Это говорит о том, что повышение симметрии в структуре никель — кислород может быть необходимым условием для стабилизации высокотемпературной сверхпроводимости в этих никелатах. Исследователи также обнаружили увеличение длины вертикальной связи в сверхпроводящих тонких пленках, тогда как та же длина связи уменьшается в объемных сверхпроводящих кристаллах. [shesht-info-block number=2] Чтобы понять, почему эти структурные изменения важны для электронных свойств материала, исследователи построили модель. Они обнаружили, что изменения длин связей вызывают изменения энергетических уровней системы, в то время как изменения симметрии значительно уменьшают смешивание между некоторыми электронными орбиталями. Это формирует более чистую электронную структуру, которая может помогать электронам объединяться в пары и течь без сопротивления. Данные об атомных конфигурациях, связанных с появлением сверхпроводимости, помогут ученым точно настраивать материал и помогать ему проявлять сверхпроводящие свойства. 

Переход от эдиакария к кембрию (около 539 миллионов лет назад), называемый также кембрийским взрывом, считается главным переломом в истории жизни на Земле. До этого океан населяла эдиакарская биота — странные малоподвижные организмы, похожие на стеганые одеяла, диски или не похожие вообще ни на что. Эти существа не имеют родственников в современной многоклеточной фауне, и даже строение их тела лишено привычной симметрии. После кембрийского взрыва они вымерли, не оставив потомков. В кембрии же появились животные со всеми современными планами строения и двусторонней симметрией (билатерии): членистоногие, хордовые и черви. Именно кембрийские формы жизни стали предками современных групп живых организмов. Ранее ученые изредка находили реликтовых эдиакарских существ в кембрийских слоях, но доказать, что сложные животные массово жили в глубоком эдиакарии, не удавалось из-за отсутствия подходящих окаменелостей. Международная команда исследователей из Китая и Великобритании изучила биоту Цзянчуань в провинции Юньнань. Авторы исследования, опубликованного в журнале Science, собрали более 700 окаменелостей мягкотелых организмов в породах позднего эдиакария (формации Дэнъин). Уникальность локации заключается в типе сохранности. Обычно эдиакарская фауна отпечатывалась в виде грубых слепков на жестком песчаном дне, где сложные мягкотелые черви сгнивали без следа. В Цзянчуане животные попали в грязевой поток и сохранились в виде тончайших углеродистых пленок. Ученые проанализировали образцы с помощью сканирующей электронной микроскопии (SEM) и энергодисперсионной рентгеновской спектроскопии (EDS). Это позволило картировать распределение углерода и разглядеть внутреннюю анатомию животных вплоть до строения пищеварительных трактов. В одних и тех же слоях исследователи зафиксировали смешение двух миров. Рядом с классическими эдиакарскими формами (дисковидным Lobodiscus и полипом, родственным Haootia) ученые нашли 185 особей сложного двусторонне-симметричного червя. Животное намертво крепилось ко дну базальной присоской диаметром 15 миллиметров, а для питания выстреливало изо рта подвижный хобот-глотку. Длина этого органа достигала четырех сантиметров, что требовало развитой мышечной системы. Ключевыми стали находки древнейших вторичноротых — суперклады, к которой относятся и позвоночные. Биологи описали останки кемброэрнид (родственников кембрийского Herpetogaster), у которых тело четко разделено на голову с щупальцами и туловище. Рядом исследователи обнаружили перфорированные трубки, принадлежавшие полухордовым червям-кишечнодышащим, и отпечаток желеобразного гребневика с сохранившимися рядами ресничек. Результаты раскопок означают, что билатеральные животные со сложной анатомией сформировались еще в эдиакарии и успешно делили океан с древними дисковидными организмами. Авторы считают, что найти кембрийских животных в эдиакарии удалось просто из-за изменений осадконакопления: стало меньше бактериальных матов, зато стало больше глины и ила. Это означает, что отсутствие сложных животных в других эдиакарских слоях — это скорее проблема плохой сохранности, а не их физического отсутствия.

Бактерии непрерывно адаптируются, чтобы противостоять бактериофагам (вирусам). Их иммунные механизмы, такие как система CRISPR-Cas или ферменты рестрикции, обладают высокой молекулярной специфичностью. Раньше биологи искали новые защитные гены вручную, проверяя участки ДНК рядом с уже изученными элементами в так называемых «островках защиты». Этот метод оставлял незамеченными одиночные гены и системы на мобильных участках генома (плазмидах). В результате огромная часть потенциальных защитных систем оставалась скрытой от науки. Авторы исследования, опубликованного в журнале Science, автоматизировали поиск. Они создали модель машинного обучения DefensePredictor. В ее основу легла белковая языковая модель ESM2. Она анализирует цепочки аминокислот подобно тому, как текстовые нейросети обрабатывают слова. Алгоритм обучили на базе из 17 тысяч геномов прокариот: ему предоставили 15 тысяч известных защитных белков и 186 тысяч обычных, чтобы программа научилась находить скрытые структурные закономерности. Кроме самой структуры белка, программа считывала 119 геномных параметров: длину гена, расстояние до соседей и соотношение нуклеотидов. Обученную нейросеть запустили на данных 69 штаммов кишечной палочки (Escherichia coli). Программа выделила сотни потенциальных иммунных белков. Чтобы проверить точность предсказаний, биологи отобрали 94 системы, которые слабо или совсем не напоминали известные защитные механизмы. Ученые синтезировали эти гены, внедрили их в уязвимый штамм кишечной палочки и попытались заразить бактерии панелью из 24 различных вирусов. Лабораторные тесты подтвердили эффективность алгоритма: 42 из 94 предсказанных систем (45%) успешно защитили бактерии от фагов. Биологи идентифицировали 15 белковых доменов, которые наука никогда ранее не связывала с иммунитетом (например, металлофосфатазы и HAD-подобные фосфатазы). Выяснилось, что почти половина новых защитных генов работает вне классических «островков защиты», часто находясь в мобильных генетических элементах (например, в плазмидах). Одна из найденных систем (DS-8) содержит фрагмент, родственный человеческому белку SMPDL3A. У людей этот фермент участвует во врожденном иммунном ответе, что указывает на глубокие эволюционные связи между защитой бактерий и человека. Другая система действует по принципу «токсин-антитоксин»: когда вирус проникает в клетку, эта система запускает механизм быстрого самоуничтожения, не давая фагу размножиться и тем самым спасая остальную колонию. Когда авторы применили модель к тысяче случайных геномов других микроорганизмов, алгоритм нашел более 5200 новых потенциальных систем защиты. Из них свыше 3000 не имеют никаких структурных совпадений с изученными ранее белками. Алгоритм показал, что бактерии обладают колоссальным и структурно разнообразным арсеналом защиты от вирусов. Дальнейшее изучение найденных систем поможет детализировать картину непрерывной гонки вооружений между вирусами и микроорганизмами, а также проследить эволюцию иммунитета от прокариот до высших животных.

Команда морских археологов из Датского музея викингских кораблей вот уже несколько месяцев ведет на дне Копенгагенской гавани раскопки, связанные со строительством там искусственного острова Линеттхольм. На глубине примерно 15 метров, в условиях почти нулевой видимости, археологи наткнулись на остатки корабля, скрытые под слоями плотного ила. После нескольких недель тщательного изучения находок, ученые с уверенностью объявили, что обломки принадлежат линейному кораблю «Даннеброге», сыгравшему центральную роль в состоявшемся 225 лет тому назад Копенгагенском сражении. По словам исследователей, конструкция корабля, размеры его деревянных частей и их дендрохронологический анализ точно соответствуют сохранившимся чертежам корабля и историческим данным о «Даннеброге», построенном в 1772 году. Идентификацию дополнительно подтвердили объекты, найденные на месте крушения. Дно вокруг затонувшего корабля усеяно ядрами, дробью и даже двумя пушками — явные признаки ожесточенного боя, которые происходил в этом месте 2 апреля 1801 года. Помимо военных артефактов, археологи обнаружили на дне личные вещи моряков — обувь, фрагменты одежды, глиняные трубки, знаки отличия и оружие. Кроме того, команда нашла человеческие останки — нижнюю челюсть и несколько костей. Предположительно, они принадлежали одному из членов экипажа, числившемуся пропавшим без вести. Согласно историческим документам, из 357 человек на борту «Даннеброге» 53 погибли во время сражения, а еще 19 моряков так и не нашли. Копенгагенское сражение стало итогом отказа Дании выйти из созданного в конце 1800 года союза с Россией, Швецией и Пруссией, в котором Великобритания усмотрела серьезную угрозу своим интересам. Когда датчане отклонили выдвинутый британцами ультиматум, те приняли решение разрешить конфликт силой, причем без официального объявления войны, что было новшеством для того времени. Британским флотом командовал адмирал Хайд Паркер, а его заместителем был вице-адмирал Горацио Нельсон. При приближении к Копенгагену Паркер передал часть кораблей под командование Нельсону, а сам, с остальной частью флота, остался к северу от места сражения, у входа в пролив Эресунд, в качестве прикрытия. Битва развернулась утром 2 апреля в Королевской пади — якорной стоянке за пределами города, где крупные суда могли безопасно стоять на якоре перед входом в гавань. Датчане выставили вдоль берега цепь из поставленных на якорь линейных кораблей, превращенных в плавучие батареи. В центре датской линии обороны находился «Даннеброге». Когда началась ожесточенная перестрелка, «Даннеброге» стал главной цель атаки британского флота, оснащенного в полтора раза большим количеством орудий, чем датский флот. Корабль получил многочисленные серьезные повреждения, на борту вспыхнул пожар, и спустя всего шесть часов после начала сражения он взорвался, затонув вместе с десятками членов экипажа. Несмотря на значительное превосходство британцев в вооружении, датчане сражались более четырех часов, после чего стороны достигли соглашения о прекращении огня. Битва закончилась поражением датчан. Согласно историческим документам, британцы потеряли в сражении около 255 человек, более 700 получили ранения. Но потери датчан были еще более катастрофичны. В ходе сражения 370 человек погибло, 665 было ранено. В последующие дни от полученных ранений скончалось более 100 человек. По меньшей мере, 200 датчан пропали без вести. После битвы на побережье пролива Эресунд еще долго выбрасывало тела как датских, так и британских моряков. Точное число погибших в Копенгагенской битве осталось неизвестным.

Хелицеровые (Chelicerata) — большая группа членистоногих (Arthropoda), в которую входят пауки, скорпионы, клещи и мечехвосты. Согласно последним данным, она насчитывает порядка 120 тысяч видов. Ее представителей объединяет характерная особенность — хелицеры. Это ротовые придатки, напоминающие «клешни», которые выполняют различные функции: у скорпионов они захватывают и разрывают добычу, у мечехвостов — направляют пищу в рот, у пауков — превращаются в «клыки», через которые вводится яд для обездвиживания жертвы. Уже давно палеонтологи пытаются выяснить, когда именно появились первые хелицеровые. Самые древние известные остатки датируются ранним ордовиком — примерно 485 миллионов лет назад. При этом в ордовике строение древних хелицеровых уже было достаточно сложным, что говорит о появлении предков хелицеровых еще в кембрийский период, более 500 миллионов лет назад. Проблема заключалась в том, что кандидаты на роль предков хелицеровых не имели четко выраженных хелицеров, из-за чего их принадлежность к группе оставалась спорной. [shesht-info-block number=1] В 1981 году американский коллекционер-любитель Ллойд Гантер (Lloyd Gunther) нашел в среднекембрийской формации Уилер на западе Юты кусок породы длиной почти девять сантиметров с отпечатком, напоминающим винт, и передал его в Музей естественной истории при Канзасском университете. Образец не привлек нужного внимания и пролежал «в архиве» несколько десятилетий. Возраст находки оценили примерно в 507 миллионов лет. В те времена на месте формации Уилер было теплое море, где жили трилобиты и множество мягкотелых созданий, которые редко сохраняются в виде окаменелостей. В 2019 году палеонтолог Руди Лерози‑Обриль (Rudy Lerosey-Aubril) из Гарвардского университета приступил к изучению различных кембрийских образцов, хранящихся в музее. Когда же в его руки попал образец, найденный Гантером, ученый, исследуя породу под микроскопом, заметил необычную структуру — ископаемое древнего членистоногого с передними клешнеобразными придатками. [shesht-info-block number=2] Лерози‑Обриль потратил более 50 часов, аккуратно удаляя породу вокруг ископаемого с помощью тонких игл, кисточек и микродрелей. Когда работа закончилась, перед ученым предстало древнее создание с частью панциря: круглой головной пластиной и множеством ветвящихся конечностей. Но самое удивительное — передняя пара придатков. Они не походили на тонкие усики трилобитов. Это были «клешни», напоминающие хелицеры у современных скорпионов. Существо имеет ряд признаков, которых нет в известных таксонах. В частности, у него есть передние придатки, характерные только для хелицеровых, что позволило отнести находку к новому роду и виду — Megachelicerax cousteaui. Строение Megachelicerax cousteaui показало сходство с современными хелицеровыми. Под головным щитом располагалось пять пар конечностей, которые помогали передвигаться и добывать пищу. Нижнюю часть тела покрывали пластинчатые структуры. Они напоминали жабры мечехвостов и, вероятно, служили для дыхания и плавания. При этом у древнего животного была особенность, отличающая его от современных родственников — на головном щите не обнаружили глаз, что, вероятно, указывает на глубоководный образ жизни. Ископаемое членистоногое датируется средним кембрием (507 миллионов лет назад). Размеры окаменелости составляют чуть менее 9 сантиметров / © Rudy Lerosey-Aubril Филогенетический анализ указал, что Megachelicerax cousteaui занимает промежуточное положение в линии хелицеровых: он ближе к более поздним представителям группы, чем к древним кембрийским формам. Лерози‑Обриль и его коллеги пришли к выводу, что Megachelicerax cousteaui — самый древний из достоверно идентифицированных хелицеровых. Представители этой группы существовали уже в среднем кембрии, чуть больше 500 миллионов лет назад, то есть примерно на 20 миллионов лет раньше, чем считалось до этого. Кроме того, по мнению авторов научной работы, уже в кембрии у предков современных пауков, скорпионов и мечехвостов начали формироваться базовые структуры тела, включая крупные хватательные хелицеры и другие придатки. Это помогает понять, как именно ранние хелицеровые перешли от древних морских членистоногих к более поздним формам, которые затем успешно освоили сушу.  [shesht-info-block number=3] Не все исследователи согласны с выводами команды Лерози‑Обриль, потому что ранее были описаны другие кембрийские находки, которые тоже могли принадлежать хелицеровым.  Например, в 2019 году другая группа палеонтологов описала организм Mollisonia plenovenatrix, который нашли в сланцах Бёрджес — горной формации на склонах гор Стивен и Бёрджесс в национальном парке Йохо в канадской части Скалистых гор. У него обнаружили пару придатков, похожих на хелицеры, а также пластинчатые структуры. При этом Mollisonia plenovenatrix оказался на миллион лет старше Megachelicerax cousteaui. Правда, принадлежность Mollisonia plenovenatrix к группе хелицеровых остается спорной из‑за «клешней», которые очень сложно описать из-за их мелких размеров.  Некоторые палеонтологи не уверены, что новая находка существенно изменит представление о происхождении группы. Однако важность открытия команды Лерози‑Обриль заключается в размерах «клешней», сохранившихся у Megachelicerax cousteaui. Находки вроде Mollisonia plenovenatrix указывали на возможное существование ранних хелицеровых, но их «клешни» были очень маленькими и не позволяли точно определить их функцию. У Megachelicerax cousteaui сохранились крупные, четко выраженные придатки, с помощью которых животное могло ловить добычу и питаться. Иными словами, Лерози‑Обриль и его коллеги не только подтвердили существование хелицеровых в кембрии, но и описали крупного предка-хищника с полностью сформированным телосложением. То есть ученые получили наглядное доказательство того, как выглядели представители этой группы в среднем кембрии. Выводы исследователей представлены в журнале Nature. 

Многолетняя мерзлота занимает 11 млн. квадратных километров, почти две трети территории нашей страны. Созданная компанией система объединяет данные 3,5 тысяч инженерно-геологических скважин, космической съемки, полевых и лабораторных исследований. Цифровая модель отражает не только строение и температуру грунта и пород, но и их физико-механические и теплофизические свойства. Кроме того, учитывает развивающиеся геокриологические процессы на участках общей площадью свыше 15 тысяч квадратных километров. Все это помогает оценить текущее состояние вечной мерзлоты, выявить факторы риска и отследить процессы в недрах. На данный момент созданная система описывает вечную мерзлоту западной части полуострова Ямал. Эти данные помогут в безопасной эксплуатации уже построенных объектов, эффективном проектировании и строительстве новых сооружений в арктическом регионе. Александр Дюков, председатель правления «Газпром нефти», комментирует важность разработки так: «Криолитозона занимает более 60% территории нашей страны. Оценка ее состояния, ее изменений – один из государственных приоритетов. Не так давно Правительство РФ приняло решение о создании системы государственного мониторинга вечной мерзлоты на базе «Росгидромета». Мы со своей стороны, как компания, которая работает в зоне вечной мерзлоты, также уделяем большое внимание ее изучению и сохранению. Созданная нами цифровая модель позволит на десятилетия вперед моделировать изменения криолитозоны и поможет экологично разрабатывать сложные месторождения на Крайнем Севере. При этом, безусловно, мы будем готовы делиться данными нашей модели в том числе с государственными органами». По словам Артема Громадского, директора Научного центра изучения Арктики в Ямало-Ненецком автономном округе, Россия занимает особое место на мировой климатической карте, поскольку большая часть страны находится в зоне многолетней мерзлоты. Причем именно там, на Крайнем Севере, расположены колоссальные запасы полезных ископаемых и живут сотни тысяч человек. «Создание интеллектуального сервиса по оценке и научному прогнозированию состояния вечномерзлых грунтов поможет в решении промышленных задач и в выработке оптимальных подходов к развитию населенных пунктов Крайнего Севера», — отметил он.

Эффективной альтернативой искусственному ограничению экранного времени считаются разнообразные оффлайн-занятия. Авторы исследования изучили возможности технологии «Мультимедиа-театр» по снижению зависимости от смартфонов у подростков 14–15 лет. Как отмечают создатели технологии «Мультимедиа-театр» О.В. Рубцова и Т.А. Поскакалова, технология строится на совместной работе педагога и подростков над сценарием и самой постановкой. Результаты опубликованы в журнале «Психологическая наука и образование». Эта работа предполагает равные условия и внимание ко мнению и идеям всех участников процесса. Технология также предполагает создание цифрового контента как элемента мотивации участников театрального проекта. В процессе работы подростков над спектаклем по технологии «Мультимедиа-театр» педагог-наставник осознанно создает «микродрамы» — небольшие драматические ситуации, в которых дети выносят вовне свои внутренние противоречия и конфликты, что, в свою очередь, провоцирует у участников эмоциональные переживания. Такие переживания можно вызвать при условии заинтересованности в постановочном материале, чего можно добиться только если сделать школьников соавторами сценария и обратиться к их личному опыту и инициативам. «Микродрамы» переживаются в ходе театральных занятий: во время импровизации и выполнения заданий на развитие фантазии, исполнения этюдов, использования специальных театральных техник, рефлексивного общения. Психологи предположили, что такая деятельность создает альтернативу онлайн-общению благодаря живым эмоциям и командной работе. В эксперименте участвовал 81 подросток 14-15 лет (учащиеся одной параллели 8 класса). Школьников поделили на три группы: две экспериментальные (ЭГ1 и ЭГ2) и одну контрольную (КГ). В группе подростков ЭГ1 (13 девочек и 19 мальчиков) перед стартом проекта «Мультимедиа-театр» были сложные отношения между сверстниками: они избегали совместной работы, конфликтовали между собой и с учителями. В школе они постоянно использовали смартфоны — скроллили новости, снимали рилсы и сторис. Гаджеты служили им инструментом для самовыражения и общения, которое они привыкли осуществлять через мессенджеры и соцсети. Группа ЭГ2 (14 девочек и 13 мальчиков) отличалась сплоченностью, сильной мотивацией к учебе и желанием пробовать новое. Они конкурировали за внимание ровесников и старших. Как и в ЭГ1, подростки часто отвлекались на смартфоны — снимали видео, делали групповые селфи, но предпочитали реальное общение виртуальному. Контрольная группа КГ (9 девочек и 13 мальчиков) выделялась высокой мотивацией и фокусом на личные увлечения и интересы. Ученики без энтузиазма включались в школьные мероприятия, но поддерживали деловые связи в классе и с учителями. Они также активно пользовались смартфонами, но использовали их преимущественно как инструмент для поиска информации. ЭГ1 и ЭГ2 в процессе проведения эксперимента посетили 24 еженедельных встречи по 1,5 часа и создали спектакль о Великой Отечественной войне. Каждая встреча состояла из вводной части (разминки, 15–20 минут), основного блока (50–60 минут) и финального этапа — рефлексии (10–15 минут). КГ не участвовала в театральных занятиях. Уровень зависимости измерялся опросником «Шкала зависимости от смартфона» до и после начала проекта. Результаты исследования дополнили интервью с подростками и учителями. Все участники исследования отмечали улучшение партнерских взаимоотношений и коммуникативных навыков. Дети расширили круг знакомств, общались с людьми разных поколений (учителя, ветераны), ощущали помощь ровесников и безопасно меняли амплуа в реальной обстановке — это помогло им приобрести разнообразный коммуникативный опыт, поработать с навыками понимания своих и чужих эмоций. Полученный опыт — профилактика онлайн-общения, которое лишь усиливает изоляцию и затягивает в виртуальное пространство. Работа над развитием навыков живого общения в проекте велась с учетом личностных особенностей подростков: их предпочтений в общении, отношений между членами коллектива и причин использования смартфона. Подростки из ЭГ1 снизили свое экранное время и стали меньше конфликтовать между собой и со взрослыми. ЭГ2 также стали проводить меньше времени онлайн. В контрольной группе ничего не изменилось. При анализе результатов тестирования обнаружены положительные тенденции к снижению зависимости от смартфона, однако не все показатели имели статистическую значимость, поэтому потребовался дополнительный анализ, который помог объяснить умеренность количественных эффектов: изменения касались в первую очередь характера использования гаджетов — такие сдвиги плохо фиксируются опросниками, но четко прослеживаются в интервью. В своих ответах юноши и девушки отметили улучшение навыков работы в коллективе, способности слушать и поддерживать друг друга, а их наставники подчеркнули, что важным результатом стало умение сотрудничать и слышать одноклассников. Проект расширил социальные контакты внутри класса и между классами, укрепил отношения со взрослыми. Родители и педагоги заметили снижение уровня конфликтности, улучшение психологического климата и более спокойное, уважительное общение. Театральная деятельность стала значимой площадкой самопрезентации, альтернативной цифровому пространству. Участники отметили рост уверенности, развитие навыков речи и чувство гордости за свою работу на сцене, усиление мотивации и удовлетворённости собственной деятельностью. Подростки переживали яркий эмоциональный опыт, который частично замещал потребность в постоянной цифровой стимуляции. В результате участники стали более ответственными и дисциплинированными при использовании гаджетов, сократили экранное время, стали чаще выбирать совместное офлайн-времяпрепровождение. Результаты исследования показывают, что театральная деятельность способствует снижению зависимости подростков от смартфонов: в ЭГ2 зафиксировано статистически значимое уменьшение толерантности к использованию телефона, а в ЭГ1 и ЭГ2 прослеживаются тенденции к снижению общего показателя зависимости и связанных с ним нарушений повседневной жизни, особенно у подростков с высоким начальным уровнем риска. Качественный анализ интервью выявил, что театральная программа, организованная согласно принципам технологии «Мультимедиа театр», помогает подросткам развивать навыки общения в коллективе, укреплять реальные контакты, находить альтернативные способы самопрезентации через публичные выступления и переживать более глубокие эмоции, чем те, что даёт смартфон. Это способствует осознанному отношению к гаджетам, смещению интересов в офлайн-пространство и уменьшению потребности в эмоциональной стимуляции через цифровые устройства. Авторы исследования — научные сотрудники ЦМИСД МГППУ — Татьяна Поскакалова, Маргарита Хуснутдинова, Ольга Саломатова

Весеннее насыщение влагой — ключевой этап, во время которого лесные экосистемы выходят из зимней спячки и начинают фотосинтезировать. Обычно физиологи измеряют водный стресс растений с помощью дендрометров — датчиков, которые крепятся на кору и фиксируют микроскопические сужения и расширения ствола при потере и наборе воды. Авторы исследования, опубликованного в журнале Hydrological Processes, решили проверить, можно ли определить потребность леса во влаге визуально, опираясь только на структурные изменения кроны. Эксперимент проходил в заснеженном лесу канадской провинции Онтарио с начала марта по середину мая. Ученые установили электронный дендрометр на ствол канадской тсуги, чтобы каждые 15 минут записывать колебания его радиуса. Напротив растущей рядом бальзамической пихты (Abies balsamea) закрепили лесную фотоловушку, которая делала снимки с таким же интервалом. Из полученных кадров биологи смонтировали таймлапс-видео. С помощью программы для видеоанализа они оцифровали вертикальное смещение конкретной развилки на ветке пихты. Затем график движения ветви наложили на кривые изменения толщины ствола, колебаний температуры воздуха и выпадения осадков. Движение веток четко совпало с гидратацией тканей. Когда таял снег или шли дожди, ствол дерева впитывал воду и расширялся, а ветви поднимались вверх, преодолевая гравитацию за счет возросшего тургорного давления (внутреннее давление воды в клетках). В сухие периоды, когда осадков не было четыре дня и дольше, водный дефицит нарастал: ствол сжимался, а ветви оставались опущенными. Покадровые изображения, полученные с помощью фотоловушки. Красными стрелками обозначены ветви, которые опускаются вниз в течение нескольких дней без осадков. / © Magali F. Nehemy et al., Hydrological Processes, 2026 Данные показали, что ветки реагируют на влагу быстрее основного ствола. Они начинали двигаться вверх за три-восемь часов до того, как приборы фиксировали расширение древесины. Авторы исследования предположили, что вода в первую очередь устремляется к хвое на концах ветвей, где градиент водного потенциала наиболее резкий, и лишь затем восполняет запасы в самом стволе. Во время весенних заморозков стволы резко сжимались из-за промерзания тканей, однако ветки при этом почти не меняли положение. Это указывает на то, что положение ветвей зависит именно от наличия жидкой воды, а не от температуры. Кроме того, попавшее в кадр соседнее широколиственное дерево (бук), на котором еще не распустились листья, оставалось неподвижным. Механизм подъема веток работает только при активной транспирации — испарении влаги через открытые устьица, которое у вечнозеленой пихты начинается ранней весной. Ученые считают, что теперь о доступности влаги для деревьев можно судить, наблюдая за положением ветвей. Простые фотоловушки на ветках позволят экологам массово и без сложной электроники отслеживать, как лесные экосистемы реагируют на климатические сдвиги в сроках таяния снегов и периодах засухи.

Астрономы давно обратили внимание на странные кратковременные события — так называемые быстрые транзиенты. Это очень короткие вспышки света, которые появляются и исчезают быстрее, чем их вновь успевают заметить. Ранее проект VASCO показал, что такие сигналы встречаются на фотопластинках неба, сделанных в середине XX века, то есть задолго до запуска первых спутников. Их природа до сих пор остается неясной: классические астрофизические объяснения плохо подходят, а одна из гипотез связывает вспышки с отражением солнечного света от плоских вращающихся объектов. Эти вспышки также связывают с ядерными испытаниями, о чем Naked Science рассказывал ранее.   Независимую проверку этих результатов представили авторы нового исследования, обратившиеся к другому архиву — коллекции оцифрованных фотопластинок APPLAUSE. Они выбирали снимки, сделанные в 1954-1957 годах в Гамбургской обсерватории (Германия), и сравнили пары изображений одного и того же участка неба, снятые с интервалом около 30 минут. Логика проста: если объект появился только на одном снимке и исчез на другом, это кандидат в транзиенты. Всего ученые проанализировали 41 фотопластинку, из которых выделили приблизительно 70 кандидатов во вспышки и подтвердили 35. [shesht-info-block number=1] Чтобы отделить реальные сигналы от дефектов, ученые применили несколько уровней фильтрации. Сначала алгоритмы сопоставляли объекты на разных снимках и исключали совпадающие звезды. Затем проанализировали форму и яркость оставшихся «одиночных» источников. Особое внимание уделили профилю света: у настоящих вспышек он должен отличаться от обычных звездных изображений. Возможные ошибки сканирования и дефекты пластинок также учитывались. В результате из десятков тысяч объектов выделили несколько десятков кандидатов в транзиенты. Их главная особенность — необычно узкий профиль изображения по сравнению со звездами. Это важно: если вспышка длится доли секунды, она «замораживается» на длинной экспозиции и выглядит более резкой, чем светила, размывающиеся атмосферой и движением телескопа. Именно такой эффект ученые и обнаружили. На данный момент исследователи осторожны в выводах: научная работа, опубликованная на сервере препринтов Корнеллского университета, носит предварительный характер, а выборка ограничена (в исследование вошла лишь малая часть архива, где доступны десятки тысяч пластинок). [shesht-info-block number=2] Однако совпадение результатов с предыдущими наблюдениям усиливает аргумент в пользу реальности этих событий. В будущем авторы намерены расширить выборку на тысячи пластинок и проверить, связаны вспышки между собой или с уже известными объектами. Если выводы верны и в будущем получат подтверждение, речь может идти о новом классе наблюдаемых явлений — быстрых оптических сигналов, связанных с объектами на околоземной орбите. Значит, впереди неожиданные перспективы: от изучения космического мусора до поиска признаков технологической активности недалеко от Земли.

Тилацин (Thylacinus cynocephalus) — хищное сумчатое млекопитающее, внешне напоминавшее крупную собаку или волка с темными поперечными полосами на спине, поэтому его еще называют сумчатым, или тасманийским, волком либо тигром. Изначально тилацины обитали на всей территории австралийского континента, а также на островах Новая Гвинея и Тасмания. Считается, что в Новой Гвинее и Австралии сумчатый волк вымер около трех тысяч лет тому назад, еще до прибытия туда европейцев, и сохранился только на Тасмании. Но и там вымирание вида продолжилось из-за потери мест обитания и истребления фермерами, которые считали тилацинов угрозой для скота. Последний тилацин умер в зоопарке Хобарта в 1936 году. С тех пор вид считается вымершим. Однако, согласно результатам нового исследования, опубликованным в журнале Archaeology in Oceania, не исключено, что сумчатый волк обитал в Австралии гораздо дольше, чем принято считать. Вполне возможно, что эти животные встречались на севере континента, на полуострове Арнемленд, еще примерно тысячу лет назад. Такое предположение австралийские исследователи выдвинули, изучив недавно обнаруженные на северо-западе Арнемленда наскальные рисунки. На этих рисунках нашли 14 изображений тилацина и два изображения другого хищного сумчатого млекопитающего, вымершего в Австралии, но сохранившегося по сей день на Тасмании, — тасманийского дьявола. Часть рисунков выполнена примерно 15 тысяч лет назад с помощью красной или желтой охры, а другие — с помощью гораздо менее стойкого природного пигмента, белой трубчатой глины (каолина), и им, по мнению исследователей, не больше тысячи лет. Это обстоятельство позволило предположить, что люди, создавшие изображения, своими глазами могли видеть сумчатого волка на севере Австралии еще около тысячи лет назад. На рисунках изображено животное, похожее на собаку, с характерными полосами на спине, округлыми ушами и длинной мордой. Самое крупное изображение достигает 1,4 метра в длину. Правда, на некоторых рисунках тилацин изображен без полос. Возможно, древние художники просто не всегда утруждали себя изображением полос, предположили исследователи. Существует также вероятность, что авторы более поздних по времени создания рисунков сами тилацинов не видели, а вдохновлялись древними изображениями. До сих пор на материковой части Австралии насчитывалось приблизительно 150 подтвержденных наскальных рисунков, изображающих сумчатого волка. Это животное имело и имеет до сих пор большое культурное значение для коренных жителей Австралии. Согласно устным преданиям аборигенов, тилацины были питомцами Радужного Змея и жили в горных водоемах. Радужные духи — это божества, связанные с сотворением мира и дождем в верованиях австралийских аборигенов. По словам ведущего автора исследования профессора Пола Такона из Университета Гриффита, образ тилацина продолжает жить в аборигенских общинах Арнемленда «не как призрак из прошлого, а как значимое существо, которое по-прежнему актуально в наши дни».

Человеческий организм устроен таким образом, чтобы максимально защищать чувствительные ткани от внешних воздействий. В мозге эту функцию выполняет гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), который пропускает лишь строго отобранные молекулы. Из-за этого, по оценкам, до 98 процентов потенциальных лекарств не достигают цели. Аналогичная система действует в глазу — гематоретинальный барьер (ГОБ) защищает сетчатку. Вот почему даже самые перспективные препараты часто застревают на подступах. В последние годы исследователи активно изучают экзосомы — крошечные пузырьки, с помощью которых клетки обмениваются белками и РНК. Эти структуры могут естественным путем проникать через барьеры, доставляя содержимое в другие клетки. Особенно интересны экзосомы из семенной жидкости: считается, что они помогают сперматозоидам взаимодействовать с тканями и преодолевать защитные механизмы организма. В частности, такие экзосомы несут белки, способные временно ослаблять плотные межклеточные контакты (tight junctions), тем самым повышая проницаемость тканей. По сути, они представляют собой природный механизм временного «взлома» биологических барьеров. [shesht-info-block number=1] Группа ученых под руководством Чжана Юя (Zhang Yu) из Шэньянского фармацевтического университета (Китай) решила задействовать этот механизм для доставки лекарств. Они выделили экзосомы из семенной жидкости свиней — доступного и биологически близкого к человеку источника — и загрузили в них лекарственное вещество. Полученную структуру оформили в виде глазных капель, чтобы обеспечить неинвазивное введение. Эксперименты проводили на клетках, тканях и животных моделях. Выяснилось, что экзосомы проникают через роговицу и достигают сетчатки — области, которая обычно плохо доступна для лекарств. При этом здоровые клетки глаза сохраняли высокую жизнеспособность (более 85 процентов), что указывает на низкую токсичность метода. [shesht-info-block number=2] В то же время на моделях ретинобластомы — злокачественной опухоли сетчатки — метод показал выраженный эффект: подавление роста опухолевых клеток достигало 82,7 процента, что много выше, чем при использовании того же препарата без экзосомного «носителя». Дополнительные эксперименты показали, что ключевую роль в этом процессе играют белки на поверхности экзосом. Они активируют сигнальные пути, которые временно и обратимо ослабляют межклеточные контакты, позволяя наночастицам проходить через барьеры без повреждения. Авторы научной работы, опубликованной в журнале Science Advances, отметили, что наночастицы благодаря своему природному происхождению не вызывают сильного иммунного ответа и дольше циркулируют в тканях. Экзосомы из семенной жидкости свиней временно ослабляют ГОБ и доставляют внутрь тканей сетчатки противоопухолевую структуру для лечения ретинобластомы / © Courtesy of Science Advances Главное значение исследования — демонстрация универсального подхода. Если экзосомы можно использовать для доставки лекарств через ГОБ, аналогичные подходы потенциально можно адаптировать для других защитных систем организма, включая ГЭБ. Это, в свою очередь, делает новый подход привлекательным для разработки новых методов лечения таких нейродегенеративных заболеваний, как болезнь Альцгеймера, где особенно важна доставка препаратов в нервную ткань. Пока технология остается на раннем этапе: результаты получены на клетках и животных, а до клинических испытаний еще далеко. Ученым предстоит решить вопросы безопасности, стандартизации и масштабирования. Тем не менее они уже показали, что естественные механизмы, сформированные эволюцией, можно использовать как основу для создания принципиально новых систем доставки лекарств.