Как правило, астрономы видят либо «младенцев» — системы, только что сформировавшиеся из газопылевого диска, — либо уже зрелые группы небесных тел, которые давно пришли в равновесие. Однако промежуточный этап, когда планеты активно теряют атмосферу и одновременно меняют архитектуру, длится мгновение по космическим меркам. Вот почему наблюдать эти изменения удается нечасто. К счастью, планетная система TOI-2076, обращающаяся вокруг молодой звезды спектрального класса K (оранжевые светила с температурой поверхности от 3500 до 4700 градусов Цельсия), оказалась той самой редкой находкой «переходного возраста».  Международная группа астрономов под руководством Му Тянь-Вана (Mu-Tian Wang) из Калифорнийского технологического института (США), провела детальную перепись четырех планет системы радиусом от 1,4 до 3,5 радиуса Земли. Анализ данных, полученных с помощью космической обсерватории TESS и наземных наблюдений, позволил уточнить массу небесных тел и орбитальные параметры. [shesht-info-block number=1] Выяснилось, что все четыре планеты встроены в почти резонансную цепочку: периоды их обращения вокруг звезды близки к простым числовым соотношениям, однако строгой гравитационной «сцепки» уже нет. Это указывает на то, что раньше TOI-2076 была более компактной и, вероятно, находилась в устойчивой резонансной конфигурации, а теперь постоянно теряет свою первоначальную «стройность». Главным механизмом наблюдаемых изменений оказалось фотоиспарение — процесс разрушения атмосферы планеты или газового облака под высокоэнергетическим излучением светила (как правило, ультрафиолетовым или рентгеновским), в результате которого нагретый газ разгоняется и покидает гравитационное поле планеты. Именно этот процесс зачастую превращает мини–нептуны в суперземли.  Наблюдения также показали, что у всех четырех миров схожие по массе каменные ядра, а вот газовые оболочки по толщине разные. Ближайшая к звезде планета — TOI-2076 b — практически полностью лишилась первичной атмосферы, тогда как ее более удаленные собратья сохранили примерно от одного до пяти процентов массы в виде водородно-гелиевого газа. Эта доля закономерно увеличивается по мере снижения излучения — именно такой сценарий и предсказывают модели фотоиспарения. [shesht-info-block number=2] Чтобы проверить, действительно ли излучение светила может объяснить наблюдаемую картину, соавтор исследования Говард Чен (Howard Chen) из Флоридского технологического института, применил численные модели эволюции планет. В этих сценариях несколько изначально похожих по составу миров развивались под действием разного уровня излучения. Результаты научной работы, опубликованной в журнале Nature Astronomy, показали, что ближайшие к звезде планеты стремительно теряли газ, становясь плотнее и легче, что меняло их гравитационное взаимодействие с соседями. По итогу орбиты постепенно расходились, а прежняя резонансная конфигурация разрушалась. Основная потеря атмосфер, по расчетам, происходит в первые 100 миллионов лет жизни системы. Затем темпы резко снижаются, а архитектура в целом «замораживается» на миллиарды лет. Выходит, именно короткий подростковый период TOI-2076 решает, станут ли миры мини-нептунами с тонкой газовой оболочкой или оголенными суперземлями.  [shesht-info-block number=3] Таким образом, астрономы впервые получили наглядное подтверждение того, что динамическая перестройка и атмосферная эволюция компактных планетных систем начинаются вскоре после их рождения. Понимание того, как молодые миры теряют атмосферу и выходят из резонансных цепочек, позволяет точнее реконструировать прошлое зрелых систем и предсказывать будущее недавно открытых экзопланет.

Лонгитюдные исследования с использованием модных кукол (fashion dolls) олицетворяют и обличают ценности современного общества, в том числе стремление к телесному совершенству. В эксперименте «Выбор куклы» участвовали 30 девочек: 28 дошкольниц (4–6 лет) из московского частного детского сада и две первоклассницы (8 лет) из гимназии. Результаты опубликованы в журнале «Культурно-историческая психология». Девочек тестировали индивидуально, им показывали пять популярных кукол, отобранных по отзывам: модные Барби, Кукла-сюрприз в тубусе (доступный аналог Барби), Братц, KariKids и фарфоровую куклу-девочку нормальной комплекции такого же роста. Все куклы, кроме последней, относятся к «модным». Девочки выбирали самую понравившуюся, подробно описывали ее внешность, затем с ней нужно было прощаться, кукла «уходила», а девочка предполагала ее занятие. Процесс повторяли, пока не оставалась последняя, которую тоже описывали. Так выявили рейтинг предпочтений. Результаты Большинство девочек отдали первенство куклам с модельной внешностью. Барби уверенно лидировала — ее чаще всех выбирали первой. Второе место заняла Кукла-сюрприз, третье — KariKids, на четвертом — Братц, потерявшая свою былую популярность из-за долгого отсутствия на рынке, (ее отстегивающиеся ступни с тяжеловесной обувью, когда-то вызывавшие восторг, у современных девочек вызывали недоумение). Фарфоровая кукла с обычной фигурой оказалась в аутсайдерах: в 16 случаях из 30 она оказалась последней, фактически невыбранной. Похожие результаты были получены в исследовании представлений о форме и размере тела на примере кукол Барби у американских девочек. Дженифер A. Харригер с коллегами предлагали им на выбор четырех кукол разной комплекции, но одинаковыми головами и одеждой. 59% девочек назвали куклу с нормальным телосложением некрасивой, отказались играть с ней (39%), при этом либо вовсе не находя аргументов (25%), либо ссылаясь на ее «пухлость» (25%). Психологи делили комментарии девочек о куклах на категории: телесные признаки, оформление образа, предполагаемые занятия. В первой категории волосы отмечают чаще всего (135 из 333 упоминаний): дети их хвалили за цвет, длину, текстуру, сравнивали со своими («красивые, длинные, шелковистые», «гладкие, пышные»). Интересно, что в эксперименте Дженифер А. Харригер, где куклы были с абсолютно одинаковыми волосами и прическами, 14% девочек сказали, что им не нравятся волосы «пышной» куклы и отвергли ее. Черты лица — вторые по заметности (119 комментариев): девочки прежде всего отмечали большие яркие глаза: у KariKids их упомянули 13 раз, у Братц — 11, у Куклы-девочки — 10. Губы Братц («толстенькие красивые», «накрашенные») понравились в 14 случаях из 18 (иногда в негативной оценке заметно влияние мам: «Мы с мамой не любим такие большие губы»). Даже непринятие внешности куклы говорит об усвоенных канонах красоты: губы Куклы-девочки отметили пять раз — и все в негативном ключе: «тонкие», «желтые, фу», «в каше». Кожа стала новым трендом восприятия (13 комментариев: «глянцевая», «смуглая» и т.п.), десять лет назад девочки такого внимания коже не уделяли. Фигуру модных кукол называли «стройной, гибкой, худенькой» с тонкой талией. Девочки 22 раза предположили, что модные куклы бегают, плавают, занимаются гимнастикой и 15 раз, что они занимаются балетом или танцами, то есть связывают стройность со спортом и физической активностью. Не менее значим внешний лоск: косметика, наряды, бижутерия, короны, аксессуары. Замечаний о декоре (420) больше, чем о лице и теле (333). Девочки по внешности и одежде судят о статусе и «буднях» куклы, точно улавливая имидж, задуманный авторами. Так, Кукла-сюрприз, как им кажется, — принцесса, которая примеряет короны, наряжается, думает о балах, удовольствиях и женихах. Братц ассоциируется с экзотикой, морем, пляжем и кафе. Куклы-модницы в представлениях девочек развлекаются и веселятся, их жизнь наполнена вечеринками с подружками и ухажерами, покупками, дискотеками, выступлениями, визитами в салоны красоты, на показ мод и т.д., тогда как кукла-девочка — «обычная»: ходит в школу или детский сад, лечит или мастерит что-нибудь. Она «отличница с ленточками вместо распущенных волос», «идет в магазин за красками, чтобы рисовать» или «играет в прятки», ей приписывали профессии доктора или парикмахера — без балов и модных показов. При этом только 1 раз ее выбрали первой с комментарием: «Красивая по взгляду — волосы, платье, глаза». В большинстве же случаев эта кукла получала негативные и даже агрессивные характеристики: «Сарафан как у служанки, … пусть убирается в замке»; «Голова маленькая, сама неуклюжая, босоножки непонятные»; «Злодейка-преступница». Одна из дошкольниц придумала историю: кукла изгнана из парка за «некрасивость», ей «нужны сережки, радужное платье и туфли, чтоб все приветствовали». Анализ детских комментариев показывает, как усваиваются девочками в раннем возрасте пропагандируемые представления о ценностях избыточного потребления, нездоровых идеалов телесной красоты и нарциссического самопредъявления. Заключение Эксперимент «Выбор куклы», повторенный спустя 10 лет, позволяет предположить, что стандарты привлекательности усваиваются в раннем возрасте. Девочки-дошкольницы отмечают «модельную» внешность: длинные гладкие волосы, большие яркие глаза, пухлые губы, глянцевую кожу, худобу, предпочитают модных кукол с экстремально и неестественно худыми фигурами, а куклу с реалистичными пропорциями игнорируют. Худоба и стройность ассоциируется у них со спортом или танцами. Данные эксперимента подтверждают выбор худого тела как предпочитаемого канона красоты у девочек 4-8 лет. Восприятие внешности тесно связано с оформлением образа с помощью одежды, макияжа, аксессуаров. В эксперименте 2024 года количество данных упоминаний заметно превысило количество замечаний о фигуре (в отличие от 2014-го), при этом характеризуется дотошным разбором мелочей гардероба. Девочки видят в привлекательности ключ к успеху, одобрению и восхищению окружающих. Навязываемые массовой культурой жесткие нормы красоты, эгоцентризм и культ потребления могут стать фактором риска по развитию психического неблагополучия. Усвоенные каноны идеального тела в столь раннем возрасте увеличивают риск пагубного перфекционизма в будущем, неудовлетворенности собой, заниженной самооценки и РПП. Психические проблемы у детей и подростков можно предупреждать с помощью образовательных программ для родителей. Особенно важно менять нездоровые взгляды у самих взрослых — исследования показывают их связь с расстройствами у детей. Родителям рекомендовано выбирать игрушки осознанно, показывать разные типы красоты и оберегать детей от формирования потребительского поведения. Исследование проведено психологами МГППУ совместно с коллегой из другой образовательной организации.

Среди возможных мест будущей марсианской колонии рассматривают равнины Амазония, Аркадия и Утопия. Все они расположены в средних северных широтах Красной планеты. Далекоидущие планы предусматривают налаживание там полноценной промышленной деятельности и запуск процесса постепенного терраформирования Марса — превращения его в подобие Земли, насколько это возможно. Первой задачей в этом смысле считают нагрев атмосферы, и ученые сейчас ищут максимально реалистичные способы достижения этой цели. Одним из таких способов считают распыление в марсианском воздухе аэрозолей, которые будут искусственно создавать парниковый эффект. Недавно исследователи предложили два варианта материала для таких аэрозолей: алюминиевые наностержни и графеновые частицы аналогичных размеров. Металл для этого нужно будет добывать из грунта, а графен — из заполняющего атмосферу углекислого газа. Насколько это трудно и вообще выполнимо — отдельный вопрос. Но недавно команда специалистов NASA, Чикагского университета и других ученых из США попыталась выяснить другое: что именно будет происходить в результате? В недавней статье, опубликованной на сервере препринтов arXiv.org, они рассказали, что в целом на глобальном уровне предложенный метод работает: при распылении 1,25 литра аэрозолей в секунду всего за три года средняя температура на Марсе повысится на 15 градусов, а 3,75 литра в секунду за тот же срок обеспечат потепление на 35 градусов. [shesht-info-block number=1] Тем не менее компьютерное моделирование показало, что на практике это может означать не совсем те последствия, на которые рассчитывают сторонники терраформирования. Ученые объяснили, что испарение льда сильно повысит уровень влажности и приведет к образованию более плотных облаков, а это даст совершенно разные эффекты в зависимости от региона, времени года и суток. К примеру, по ночам на экваторе под такими облаками будет действительно теплее: они удерживают накопленную за день энергию и не позволяют ей уходить в космос. Но зимним днем в средних широтах будет противоположная ситуация: облака станут отражать часть солнечного света, в результате поверхность станет получать меньше тепла. По расчетам, из-за этого в зимнее время там будет на 40 градусов холоднее, чем было бы без облаков. Этот местный охлаждающий эффект перевешивает общее потепление и сводит его на нет. Иными словам, в этих регионах будет так же, как сейчас, если не холоднее.  [shesht-info-block number=2] Вдобавок в климатической «машине» Марса наблюдается «несимметричность»: летом в Северном полушарии испаряющаяся влага переносится на юг и оседает там. Когда наступает южное лето, происходит обратный процесс, но он далеко не так эффективен, поэтому прослеживается «перекос»: юг получает больше воды, чем возвращает обратно. Правда, глобальное потепление «разбудит» Южную полярную шапку: сейчас она постоянно укрыта слоем замерзшего углекислого газа, но в условиях искусственного парника эта «крышка» исчезнет, и скрытый под ней водяной лед включится в общий круговорот воды. Но Южная шапка намного меньше Северной, поэтому все равно не сможет возвращать столько влаги, сколько получает. [shesht-info-block number=3] Напомним, что водяной лед на Марсе есть не только на полярных шапках, но и в грунте, в том числе в средних широтах, там он тоже будет испаряться. Значит, будущая колония — скажем, в Аркадии — окажется в обстановке еще более суровых холодов и к тому же посреди «высыхающего» грунта, а вода — принципиально важный ресурс. Самое интересное, что, согласно модели, быстро «отключить» этот климатический режим не удастся: даже в случае полного прекращения выбросов аэрозолей марсианская атмосфера не вернется к теперешнему состоянию еще несколько десятилетий.

Научная классификация долго относила всех косаток к единственному виду морских млекопитающих. При этом в дикой природе они сильно различаются по рациону и строению тела. Биологи разделяют северные тихоокеанские популяции на две отдельные, обособленные формы. Рыбоядные косатки обитают в прибрежных водах большими оседлыми стаями. Плотоядные группы объединяются в мелкие мобильные отряды для убийства тюленей и дельфинов. Эти разные экологические типы животных никогда не контактируют и не скрещиваются. Социальное устройство рыбоядных косаток не знает аналогов в мире природы. Самцы и самки никогда не покидают родную стаю. Семьи включают до четырех поколений прямых потомков одной старейшей самки. Изучение повадок долго не приносило специалистам ответа о причине формирования таких групп. Охота на лосося не требовала коллективной скоординированной работы. Хищники добывали рыбу поодиночке. Биологическое правило эволюции стаи ради успешного контроля пищевой базы здесь не работало. [shesht-info-block number=1] Исследователь из Университета Южной Дании совместно с российскими зоологами отыскали истинную причину крепких родственных связей у рыбоядных китов. Результаты опубликовали в журнале Marine Mammal Science.  Ученые детально проанализировали последствия внутривидового хищничества на побережье российского Дальнего Востока. Авторы исследования строго связали риск нападения одних косаток на других с социальной структурой популяции постоянных жертв.  Зоологи подобрали на каменистом побережье острова Беринга два оторванных спинных плавника с кусками прилегающих тканей. Их нашли с интервалом в два года на расстоянии двух километров друг от друга. Высота первого хряща составила 47 сантиметров, он принадлежал молодому животному. Высота второго фрагмента достигла 71 сантиметра. Владелец большого плавника погиб в возрасте взрослой самки или молодого самца. Обе плотные хрящевые ткани сохранили свежие шрамы. Дистанция между разрезами кожи точно совпала со строением челюсти крупной взрослой косатки. По словам исследователей, на оторванных плавниках есть следы зубов косаток / © Sergey Fomin / SDU Биологи извлекли образцы генетического материала из сохраненных фрагментов. Анализ ДНК доказал принадлежность обеих убитых особей к оседлой рыбоядной группе. Версию поедания трупов умерших сородичей ученые отбросили по физическим принципам морского погружения. Мертвые туши больших китообразных быстро шли на холодное дно и сразу становились недоступными для падальщиков на поверхности океана. Характер повреждений подтвердил гипотезу активного целенаправленного нападения. Агрессоры убили соседей ради получения питательного мяса. Нападавшие плотоядные косатки съедали добытую тушу практически целиком, кроме самых твердых и жестких хрящей.  Расследование доказало готовность кочующих плотоядных косаток стабильно охотиться на соседей по океану. Транзитные хищники тысячелетиями рассматривали рыбоядных собратьев исключительно как кормовую базу и, скорее всего, уже не воспринимают их как один вид. Такой жесткий прессинг заставил миролюбивую форму животных объединиться в многодетные кланы для коллективной защиты. Многочисленные стаи научились отгонять небольшие объединения голодных плотоядных конкурентов. [shesht-info-block number=2] В итоге морские млекопитающие из рыбоядной популяции разменяли индивидуальное жизненное пространство на оборонительную безопасность. В иных частях Мирового океана свободные от угрозы людоедства косатки легко разделяют стаи через пару лет после рождения потомства.  Разные формы выживания сформировали стойкую поведенческую пропасть. Длительная генетическая изоляция со временем закрепит накопленные анатомические адаптации. Плотоядные морские охотники и миролюбивые рыболовы окончательно превратятся в два независимых биологических вида.

Научная классификация долго относила всех косаток к единственному виду морских млекопитающих. При этом в дикой природе они сильно различаются по рациону и строению тела. Биологи разделяют северные тихоокеанские популяции на две отдельные, обособленные формы. Рыбоядные косатки обитают в прибрежных водах большими оседлыми стаями. Плотоядные группы объединяются в мелкие мобильные отряды для убийства тюленей и дельфинов. Эти разные экологические типы животных никогда не контактируют и не скрещиваются. Социальное устройство рыбоядных косаток не знает аналогов в мире природы. Самцы и самки никогда не покидают родную стаю. Семьи включают до четырех поколений прямых потомков одной старейшей самки. Изучение повадок долго не приносило специалистам ответа о причине формирования таких групп. Охота на лосося не требовала коллективной скоординированной работы. Хищники добывали рыбу поодиночке. Биологическое правило эволюции стаи ради успешного контроля пищевой базы здесь не работало. [shesht-info-block number=1] Датские исследователи совместно с российскими зоологами отыскали истинную причину крепких родственных связей у рыбоядных китов. Результаты опубликовали в журнале Marine Mammal Science.  Ученые детально проанализировали последствия внутривидового хищничества на побережье российского Дальнего Востока. Авторы исследования строго связали риск нападения одних косаток на других с социальной структурой популяции постоянных жертв.  Зоологи подобрали на каменистом побережье острова Беринга два оторванных спинных плавника с кусками прилегающих тканей. Их нашли с интервалом в два года на расстоянии двух километров друг от друга. Высота первого хряща составила 47 сантиметров, он принадлежал молодому животному. Высота второго фрагмента достигла 71 сантиметра. Владелец большого плавника погиб в возрасте взрослой самки или молодого самца. Обе плотные хрящевые ткани сохранили свежие шрамы. Дистанция между разрезами кожи точно совпала со строением челюсти крупной взрослой косатки. По словам исследователей, на оторванных плавниках есть следы зубов косаток / © Sergey Fomin / SDU Биологи извлекли образцы генетического материала из сохраненных фрагментов. Анализ ДНК доказал принадлежность обеих убитых особей к оседлой рыбоядной группе. Версию поедания трупов умерших сородичей ученые отбросили по физическим принципам морского погружения. Мертвые туши больших китообразных быстро шли на холодное дно и сразу становились недоступными для падальщиков на поверхности океана. Характер повреждений подтвердил гипотезу активного целенаправленного нападения. Агрессоры убили соседей ради получения питательного мяса. Нападавшие плотоядные косатки съедали добытую тушу практически целиком, кроме самых твердых и жестких хрящей.  Расследование доказало готовность кочующих плотоядных косаток стабильно охотиться на соседей по океану. Транзитные хищники тысячелетиями рассматривали рыбоядных собратьев исключительно как кормовую базу и, скорее всего, уже не воспринимают их как один вид. Такой жесткий прессинг заставил миролюбивую форму животных объединиться в многодетные кланы для коллективной защиты. Многочисленные стаи научились отгонять небольшие объединения голодных плотоядных конкурентов. [shesht-info-block number=2] В итоге морские млекопитающие из рыбоядной популяции разменяли индивидуальное жизненное пространство на оборонительную безопасность. В иных частях Мирового океана свободные от угрозы людоедства косатки легко разделяют стаи через пару лет после рождения потомства.  Разные формы выживания сформировали стойкую поведенческую пропасть. Длительная генетическая изоляция со временем закрепит накопленные анатомические адаптации. Плотоядные морские охотники и миролюбивые рыболовы окончательно превратятся в два независимых биологических вида.

Ученые всего мира ищут способ убивать раковые клетки, не повреждая здоровые ткани. Химиотерапия и облучение бьют по всему организму, вызывая тяжелые побочные эффекты. Альтернативой может стать фототермическая терапия — метод, при котором разрушение опухоли происходит за счет локального нагрева. Авторы исследования предложили использовать для этого уникальные композитные наночастицы из кремния и золота. Результаты опубликованы в авторитетном международном журнале Nanoscale. Лазерный скальпель изнутри Исследователи изучили явление «рассеяния Ми» — эффект, возникающий при взаимодействии света с частицами, размер которых сопоставим с длиной световой волны. В эксперименте использовались сферические наночастицы диаметром 120–160 нанометров, полученные методом лазерной абляции. Когда половина длины волны, помноженная на оптическую проницаемость, укладывается в диаметр наночастицы, внутри нее образуется стоячая волна. Эта частица работает как маленький оптический резонатор и начинает нагреваться. Ключевая особенность метода — использование красного и ближнего инфракрасного света с длиной волны около 800 нанометров. Это так называемое «окно прозрачности» биотканей: для такого излучения человеческое тело «прозрачно», как стекло. Свет беспрепятственно проникает сквозь кожу и мышцы, но поглощается наночастицами, накопленными в опухоли, вызывая их нагрев. Двойной удар В ходе экспериментов исследователи сравнили частицы из чистого кремния и композитные «кремний с золотом». Выяснилось, что «золотые» варианты греются эффективнее. Но главный терапевтический эффект ученые видят не просто в «сжигании» клеток температурой. Помимо нагрева, крупные наночастицы способны закупоривать мелкие кровеносные сосуды, питающие новообразование. Доставленные непосредственно в опухоль, они под воздействием света запускают механизм ишемии, попросту перекрывая раковым клеткам доступ к кислороду и питательным веществам. Главная проблема — выведение, а не доставка Несмотря на многообещающие результаты, путь технологии в клиники будет долгим. Как ни парадоксально, главная трудность заключается не в том, чтобы доставить наночастицы в опухоль (инъекции и пункции эту задачу решают), а в том, чтобы безопасно извлечь их из организма после завершения лечения. Оказавшись в теле, наночастицы могут преодолевать гематоэнцефалический барьер, защищающий мозг от токсинов. Это создает потенциальную угрозу: накопление золота или кремния в тканях мозга может привести к непредсказуемым последствиям. Фагоцитоз с этой задачей справляется не всегда. Поэтому до реального использования этого метода в терапевтической практике еще очень далеко. Тем не менее, работа, выполненная коллективом авторов (в их числе Ясамин Мусаева, Сергей Груздев, Глеб Тихоновский, Антон Попов, Сергей Климентов, Владимир белов Александр Гармаш), закладывает фундамент для создания принципиально новых подходов к лечению онкозаболеваний, где наночастицы выступят в роли высокоточного «внутреннего хирурга».

Происхождение жизни на Земле до сих пор остается загадкой. Одна из самых смелых гипотез — панспермии — предполагает, что первые микроорганизмы прибыли сюда из космоса, а доставили их астероиды или кометы.  В XX веке эта гипотеза часто воспринималась скептически. Хотя к середине века начались первые эксперименты и космические полеты, суровые условия космоса — вакуум, радиация и экстремальные температуры — казались фатальными для любой формы жизни. У гипотезы панспермии есть несколько популярных вариаций. Одна из них — литопанспермия — гласит, что камни, выброшенные с поверхности космического тела в результате столкновения с астероидом, могут служить транспортом для биологического материала от одного объекта к другому. Литопанспермия описывает перенос жизни между планетами внутри фрагментов пород.  Экспериментальная установка, которую в своем исследовании использовали ученые / © Johns Hopkins University, zhao Et Al Один из главных кандидатов на роль «родины жизни» — Марс. Ученые не раз находили фрагменты марсианских пород на Земле, которые были выброшены в космос миллиарды лет назад. Пример — знаменитый образец ALH84001 — фрагмент марсианского метеорита, найденный в Антарктиде в 1984 году, который вызвал споры из-за микроскопических структур, напоминающих окаменелые бактерии. Большинство ученых считают эти структуры небиологическими. Изображение части марсианского метеорита ALH 84001, полученное при помощи электронного микроскопа. На снимке можно заметить удлиненную структуру, напоминающую бактерию. В 1996 году ученые, изучавшие марсианский метеорит ALH 84001, упавший на Землю, обнаружили в нем окаменевшие микроскопические структуры, очень похожие на земные окаменелые бактерии. Однако прийти к согласию, что в метеорите находятся «гости с Марса», исследователи не смогли. Специалисты посчитали, что организмы попали на кусок «космического камушка» уже после его падения на нашу планету, поэтому говорить о том, что на Марсе существовала жизнь, нельзя. / © NASA Доказательств существования жизни на Марсе пока нет. Следов вымерших организмов там не нашли. Поэтому гипотеза остается лишь гипотезой. Но команда американских планетологов и микробиологов под руководством Лили Чжао (Lily Zhao) из Университета Джонса Хопкинса решила проверить, способны ли бактерии пережить мощный удар и отправиться в космос вместе с выброшенными обломками.  На Земле присутствуют экстремофилы — группы существ (бактерии и другие микроорганизмы), адаптированные к экстремальным условиям. Эксперименты, проведенные в конце XX — начале XXI века, показали, что экстремофилы могут выдерживать высокие температуры, сильную кислотность и соленость. Например, некоторые бактерии и споры смогли выживать на обшивке Международной космической станции после многочисленных циклов нагрева и охлаждения. [shesht-info-block number=1] Но одно дело — находиться в невесомости, и совсем другое — оказаться свидетелем удара. Чжао и ее коллеги исследовали самую живучую бактерию на Земле — Deinococcus radiodurans. Это настоящий «супергерой» микромира, который не боится обезвоживания, ядовитых химикатов и радиации. Бактерия способна восстанавливать собственную ДНК даже после катастрофических повреждений, что делает ее весьма интересной моделью для различного рода экспериментов.  Команда ученых поместила Deinococcus radiodurans между двумя стальными пластинами, которые имитировали куски породы. Затем по этому «бутерброду» выстрелили третьей пластиной со скоростью почти 500 километров в час. При столкновении возникало давление от одного до трех гигапаскалей. Для сравнения: это почти в 30 раз превышает давление на дне Марианской впадины (0,11 гигапаскаля). [shesht-info-block number=2] Тут важно понимать: ученые моделировали не зону удара с высокими пиковыми давлениями и температурой, при которых породы плавятся, а зону периферии удара, где пиковое ударное давление в породе снижается до единиц гигапаскалей. Этого давления как раз достаточно, чтобы расколоть горные породы, а их обломки отправились в открытый космос.  Теперь о самом эксперименте. При первых ударах, когда давление составляло 1,4 гигапаскаля, выжило 95 процентов бактерий. При давлении 2,4 гигапаскаля — 60 процентов, а при 2,9 гигапаскаля — чуть менее 10 процентов.  Исследователи не смогли установить предел, при котором бактерии полностью погибают. Экспериментальная установка начала разрушаться раньше. Металлические элементы трескались и выходили из строя до того, как все микроорганизмы теряли жизнеспособность. Бактерии до и после эксперимента / © Johns Hopkins University, zhao Et Al Чжао напомнила, что миллиарды лет назад Марс выглядел иначе. Тогда на его поверхности существовали озера и реки, возможно даже огромный океан. Если на планете была вода и более плотная атмосфера, то там вполне могла зародиться жизнь. Каждый крупный астероид, падающий в марсианский водоем, поднимал в воздух тонны пород вместе с бактериями и отправлял их в межпланетное путешествие. Авторы исследования не доказывают марсианское происхождение жизни — ученые прямо говорят об этом в своей работе. Но они указывают на важную деталь: микроорганизмы способны пережить один из самых разрушительных процессов во Вселенной и использовать его как способ перемещения между планетами. Чжао планирует продолжить эксперименты. Теперь она хочет проверить, как поведут себя другие бактерии, а также грибы и археи. Она предположила, что результаты окажутся схожими. Выводы ученых представлены в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences NEXUS.

Согласно эволюционно-стабильной стратегии, 90% населения — правши, а оставшиеся 10% — левши. Такое неравномерное распределение закреплено эволюционно, поскольку дает преимущества обеим группам, но в разных контекстах. Правши, составляющие большинство, получают выигрыш в ситуациях кооперации и социальной координации, тогда как левши, будучи меньшинством, имеют преимущество в конкурентных взаимодействиях. Их поведение и двигательные паттерны менее предсказуемы для правшей, что создает эффект неожиданности, особенно значимый в спортивных единоборствах или конфликтных ситуациях. Коллектив ученых из Италии поставил перед собой задачу эмпирически проверить, действительно ли леворукость связана с повышенной склонностью к конкуренции, а также оценить влияние пола на эту взаимосвязь, поскольку ранее выдвигались предположения о гормональных механизмах, в частности о связи леворукости с более высоким уровнем тестостерона. Результаты исследования опубликованы в журнале Scientific Reports. Для проверки гипотезы ученые провели двухэтапное исследование. Первый этап представлял собой онлайн-опрос, в котором участвовали более тысячи человек. Они заполняли стандартизированные психологические опросники, включая Эдинбургский опросник для определения латерального коэффициента, многомерный опросник конкурентной ориентации, позволяющий оценить различные аспекты отношения к соперничеству, а также методики для диагностики личностных черт, уровня тревожности и депрессивных симптомов. На втором этапе 48 отобранных участников, поровну разделенных на правшей и левшей, а также на мужчин и женщин, пригласили в лабораторию для выполнения теста на ловкость с использованием доски с колышками. Это позволило сопоставить субъективные данные о предпочтении руки, полученные при опросе, с объективными показателями моторной асимметрии и выяснить, какой из этих аспектов сильнее связан с психологическими характеристиками. Результаты подтвердили гипотезу. Участники с более выраженным левосторонним предпочтением демонстрировали более высокие показатели по шкале конкурентной ориентации, которая отражает стремление к победе и доминированию любой ценой, а также по шкале саморазвивающей конкуренции, подразумевающей использование соревнований для личностного роста. В то же время правши оказались более склонны к избеганию конкуренции, движимому тревогой и страхом неудачи. [shesht-info-block number=1] Что касается половых различий, мужчины в целом продемонстрировали более высокий уровень конкурентности по всем шкалам по сравнению с женщинами. При этом женщины показали более высокие баллы по нейротизму, тревоге и депрессии. Также специалисты выяснили, что субъективный показатель предпочтения руки, полученный с помощью опросника, не коррелирует с объективным индексом ловкости, рассчитанным на основе времени выполнения теста с колышками. Более того, примерно у половины участников наблюдалось расхождение между самооценкой и реальными моторными способностями. Так, многие из тех, кто идентифицировал себя как правши, быстрее справлялись с заданием левой рукой. Главное слабое место научной работы — значительный дисбаланс выборки по полу: среди участников онлайн-опроса женщины составляли более трех четвертей, а группа леворуких мужчин, представляющая особый интерес для проверки эволюционных гипотез, оказалась крайне малочисленной. Это не позволяет делать уверенные выводы о взаимодействии факторов пола и рукости и требует дальнейшей проверки на более сбалансированных выборках.

В марте жители России смогут наблюдать «Поцелуй Венеры» — так поэтически можно назвать сближение Венеры, Сатурна и Нептуна, которое в астрономии классифицируется как соединение планет. — Суть астрономического события заключается в том, что три планеты — Венера, Сатурн и Нептун — выстраиваются на небесной сфере таким образом, что для земного наблюдателя они оказываются на очень небольшом угловом расстоянии друг от друга. Это иллюзия, создаваемая перспективой — в реальности планеты находятся на огромных расстояниях друг от друга, но с нашей точки обзора они проецируются на один участок звездного неба, — делится Евгений Бурмистров, эксперт в области астрономии Пермского Политеха. По словам ученого ПНИПУ, уникальность предстоящего события заключается в редкости именно такой комбинации планет. Скорость движения каждого небесного тела по орбите индивидуальна. Если Венера огибает Солнце примерно за 225 дней, то Сатурну необходимо чуть менее 30 лет, а Нептуну — 165 лет. Из-за этого нынешнее явление — удивительное стечение обстоятельств, которое случается не чаще одного-двух раз в десятилетие. — Можно сказать, что «поцелуй» является прощальным. К концу марта Сатурн и Нептун уйдут за Солнце, то есть переместятся на противоположную сторону от нашей звезды, и станут недоступны для наблюдений в вечернее время вплоть до конца июля. Мартовские вечера — последний шанс увидеть их в ближайшие месяцы, — объясняет эксперт Пермского Политеха. Как рассказывает Евгений Бурмистров, вечером 7 и 8 марта, сразу после захода солнца, стоит присмотреться к западной части неба низко над горизонтом. Главный ориентир — Венера, которая будет похожа на ослепительную белую звезду. Примерно на расстоянии двух лунных дисков от нее — около одного градуса — можно заметить Сатурн. Он светит значительно слабее. Нептун же находится почти вплотную к Венере, но для его наблюдения понадобится мощный бинокль или любительский телескоп. Невооруженным глазом, к сожалению, планету не увидеть. — Увидеть «Поцелуй Венеры» смогут жители большей части европейской территории России — от Москвы до Краснодарского края, в Крыму, Оренбургской области. Хороший обзор откроется также на Урале и в центральных регионах. В Сибири и за полярным кругом условия для наблюдения будут менее благоприятными — из-за того, что весной солнце лишь ненадолго уходит за горизонт, вечернее небо там остается слишком светлым, и разглядеть планеты становится значительно сложнее, — рассказывает Евгений Бурмистров. По словам ученого ПНИПУ, главное условие для наблюдения — ясная погода и свободное небо, которое не скрывают высотки, деревья или рельефы. Планеты появятся совсем низко, всего в нескольких градусах над линией горизонта, и пробудут там недолго — примерно 40-50 минут. «Поцелуй» лучше всего наблюдать с 16:40 до 17:30 по московскому времени 7 и 8 марта. — В истории человечества подобным сближениям планет часто придавали мистическое значение. В некоторых культурах такие астрономические явления нередко трактовали как предвестие важных событий. Однако с точки зрения современной науки важно подчеркнуть — никакого физического воздействия на Землю или людей эти явления не оказывают. Их гравитационное влияние ничтожно по сравнению с влиянием Луны и Солнца, — заключает ученый Пермского Политеха Евгений Бурмистров. Тем не менее, для нас это уникальная возможность прикоснуться к красоте космоса, понаблюдать за динамикой Солнечной системы и, возможно, в последний раз перед долгим перерывом увидеть Сатурн на вечернем небе.

Происхождение жизни на Земле до сих пор остается загадкой. Одна из самых смелых гипотез — панспермии — предполагает, что первые микроорганизмы прибыли сюда из космоса, а доставили их астероиды или кометы.  В XX веке эта гипотеза часто воспринималась скептически. Хотя к середине века начались первые эксперименты и космические полеты, суровые условия космоса — вакуум, радиация и экстремальные температуры — казались фатальными для любой формы жизни. У гипотезы панспермии есть несколько популярных вариаций. Одна из них — литопанспермия — гласит, что камни, выброшенные с поверхности космического тела в результате столкновения с астероидом, могут служить транспортом для биологического материала от одного объекта к другому. Литопанспермия описывает перенос жизни между планетами внутри фрагментов пород.  Один из главных кандидатов на роль «родины жизни» — Марс. Ученые не раз находили фрагменты марсианских пород на Земле, которые были выброшены в космос миллиарды лет назад. Пример — знаменитый образец ALH84001 — фрагмент марсианского метеорита, найденный в Антарктиде в 1984 году, который вызвал споры из-за микроскопических структур, напоминающих окаменелые бактерии. Большинство ученых считают эти структуры небиологическими. Изображение части марсианского метеорита ALH 84001, полученное при помощи электронного микроскопа. На снимке можно заметить удлиненную структуру, напоминающую бактерию. В 1996 году ученые, изучавшие марсианский метеорит ALH 84001, упавший на Землю, обнаружили в нем окаменевшие микроскопические структуры, очень похожие на земные окаменелые бактерии. Однако прийти к согласию, что в метеорите находятся «гости с Марса», исследователи не смогли. Специалисты посчитали, что организмы попали на кусок «космического камушка» уже после его падения на нашу планету, поэтому говорить о том, что на Марсе существовала жизнь, нельзя. / © NASA Доказательств существования жизни на Марсе пока нет. Следов вымерших организмов там не нашли. Поэтому гипотеза остается лишь гипотезой. Но команда американских планетологов и микробиологов под руководством Лили Чжао (Lily Zhao) из Университета Джонса Хопкинса решила проверить, способны ли бактерии пережить мощный удар и отправиться в космос вместе с выброшенными обломками.  На Земле присутствуют экстремофилы — группы существ (бактерии и другие микроорганизмы), адаптированные к экстремальным условиям. Эксперименты, проведенные в конце XX — начале XXI века, показали, что экстремофилы могут выдерживать высокие температуры, сильную кислотность и соленость. Например, некоторые бактерии и споры смогли выживать на обшивке Международной космической станции после многочисленных циклов нагрева и охлаждения. [shesht-info-block number=1] Но одно дело — находиться в невесомости, и совсем другое — оказаться свидетелем удара. Чжао и ее коллеги исследовали самую живучую бактерию на Земле — Deinococcus radiodurans. Это настоящий «супергерой» микромира, который не боится обезвоживания, ядовитых химикатов и радиации. Бактерия способна восстанавливать собственную ДНК даже после катастрофических повреждений, что делает ее весьма интересной моделью для различного рода экспериментов.  Команда ученых поместила Deinococcus radiodurans между двумя стальными пластинами, которые имитировали куски породы. Затем по этому «бутерброду» выстрелили третьей пластиной со скоростью почти 500 километров в час. При столкновении возникало давление от одного до трех гигапаскалей. Для сравнения: это почти в 30 раз превышает давление на дне Марианской впадины (0,11 гигапаскаля). [shesht-info-block number=2] Тут важно понимать: ученые моделировали не зону удара с высокими пиковыми давлениями и температурой, при которых породы плавятся, а зону периферии удара, где пиковое ударное давление в породе снижается до единиц гигапаскалей. Этого давления как раз достаточно, чтобы расколоть горные породы, а их обломки отправились в открытый космос.  Теперь о самом эксперименте. При первых ударах, когда давление составляло 1,4 гигапаскаля, выжило 95 процентов бактерий. При давлении 2,4 гигапаскаля — 60 процентов, а при 2,9 гигапаскаля — чуть менее 10 процентов.  Исследователи не смогли установить предел, при котором бактерии полностью погибают. Экспериментальная установка начала разрушаться раньше. Металлические элементы трескались и выходили из строя до того, как все микроорганизмы теряли жизнеспособность. Бактерии до и после эксперимента / © Johns Hopkins University, zhao Et Al Чжао напомнила, что миллиарды лет назад Марс выглядел иначе. Тогда на его поверхности существовали озера и реки, возможно даже огромный океан. Если на планете была вода и более плотная атмосфера, то там вполне могла зародиться жизнь. Каждый крупный астероид, падающий в марсианский водоем, поднимал в воздух тонны пород вместе с бактериями и отправлял их в межпланетное путешествие. Авторы исследования не доказывают марсианское происхождение жизни — ученые прямо говорят об этом в своей работе. Но они указывают на важную деталь: микроорганизмы способны пережить один из самых разрушительных процессов во Вселенной и использовать его как способ перемещения между планетами. Чжао планирует продолжить эксперименты. Теперь она хочет проверить, как поведут себя другие бактерии, а также грибы и археи. Она предположила, что результаты окажутся схожими. Выводы ученых представлены в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences NEXUS.

Несмотря на десятилетия экспериментальных исследований, физики до сих пор не могли полностью объяснить происхождение этого интригующего акустического эффекта — «визга» скотча, отрываемого от поверхности. Раскрыть этот механизм впервые удалось команде ученых из Саудовской Аравии, Китая и Индии, статья которых опубликована в журнале Physical Review E. Предыдущие исследования показали, что процесс отклеивания скотча происходит не равномерно, а по схеме «прилипание — срыв». Вы тянете край ленты вверх, она долю секунды остается приклеенной к поверхности, затем сила натяжения превосходит силу прилипания, и происходит резкий рывок (срыв), а дальше все повторяется снова и снова. Исследователи подробно изучили процесс отклеивания полоски скотча от прозрачной стеклянной пластины с помощью комбинации из двух высокоскоростных видеокамер и двух микрофонов, установленных по обе стороны от ленты. Одна камера снимала через стеклянную подложку, обеспечивая вид снизу на отслаивающийся клейкий слой. Вторая камера функционировала в режиме шлирен-съемки — метода, который позволяет увидеть мельчайшие отклонения световых лучей из-за точечных изменений плотности воздуха. Шлирен-съемка показала, что в воздухе рядом с клейкой лентой распространяются крошечные ударные волны. Когда ученые синхронизировали изображения с камер и записи с микрофонов, они смогли детально разобраться в том, что происходит при отрывании скотча от поверхности. Исследователи выяснили, что когда свободный конец ленты тянут вверх, на небольшом расстоянии от границы между отслоенной и неотслоенной областями образуется узкая поперечная трещина. В фазе срыва конец этой трещины продвигается к боковому краю ленты со скоростью, превышающей скорость распространения звука в окружающем воздухе. Скорость, с которой «бежит» трещина по клеевому слою, может достигать 600 метров в секунду. Для сравнения, скорость звука в воздухе при комнатной температуре составляет 343 метра в секунду. Когда кончик трещины достигает края ленты, в воздух вырывается ударная волна. Это происходит потому, что процесс идет слишком быстро для того, чтобы воздух успевал заполнять микроскопические вакуумные пузырьки, которые образуются при движении конца трещины по клеевому слою. Когда эти крошечные области вакуума достигают края, они резко схлопываются, и запускается ударная волна. Почти сразу чуть выше по ленте начинает формироваться новая трещина, и циклы «прилипания — срыва» повторяются до тех пор, пока не полоска не отклеится. Поскольку эти циклы сменяют друг друга с чрезвычайно высокой скоростью, эксперимент показал, что визг, который мы слышим, на самом деле представляет собой звуковые колебания от идущих одна за другой ударных волн. Они следуют друг за другом слишком быстро, чтобы наши уши могли различить их по отдельности, сливаясь в один непрерывный скрежещущий звук.

На протяжении почти двух тысячелетий в Древней Греции проводили элевсинские мистерии — важнейшие религиозные обряды, кульминацией которых было распитие напитка под названием кикеон. Согласно историческим источникам, он состоял из воды, ячменя и мяты. То, что потом происходило с участниками в храме, держалось в строжайшем секрете. Однако косвенные свидетельства описывают глубокие мистические переживания, встречу с иным миром и преображение сознания. Еще в 1970-х годах исследователи выдвинули смелую гипотезу: психоактивным компонентом кикеона была спорынья — грибок, поражающий злаки, из которого впоследствии синтезировали ЛСД. Однако известно, что спорынья содержит ядовитые алкалоиды — эргопептиды, вызывающие тяжелое отравление (эрготизм) с гангреной, судорогами и галлюцинациями. Критики этой гипотезы указывали, что в таком случае было бы зафиксировано массовое отравление участников мистерий. Международный коллектив ученых проверил, могли ли древние жрицы с помощью доступных им технологий превратить ядовитую спорынью в безопасный психоактивный эликсир, избежав токсических эффектов. Результаты исследования опубликованы в журнале Scientific Reports. Ученые сожгли древесину дуба и оливы, получили золу и сварили из нее щелочной раствор — щелок. В этом растворе они кипятили измельченные частицы спорыньи, варьируя время кипячения, концентрацию грибка и уровень щелочности. Всего провели 48 экспериментов. Полученные экстракты проанализировали с помощью современных методов ядерно-магнитного резонанса и жидкостной хроматографии с масс-спектрометрией. Эти методы позволили точно определить, какие именно химические соединения присутствуют в полученном напитке. Результаты эксперимента подтвердили гипотезу. Ученые обнаружили, что при кипячении в крепком щелоке в течение как минимум двух часов токсичные эргопептиды полностью разрушаются. Вместо них в растворе появляются психоактивные соединения — амид лизергиновой кислоты и его изомер, которые по действию родственны ЛСД, хотя и слабее. При этом опасные для жизни соединения, вызывающие гангрену, полностью исчезали. Исследователи также отметили, что изначально едкий щелок при приготовлении нейтрализуется углекислым газом из воздуха и добавлением самого порошка спорыньи, а затем смешивается с отваром. Это делает напиток пригодным для питья. [shesht-info-block number=1] Таким образом, удалось доказать, что древние жрецы и жрицы могли с помощью золы и воды успешно обеззараживать спорынью, превращая ее в безопасный напиток. Кроме того, исследование подтверждает, что сложные химические превращения веществ были доступны человечеству задолго до появления современной химии. Хотя эта научная работа доказывает химическую возможность превращения спорыньи в напиток, она в значительной степени опирается на предположение о том, что древнегреческие жрицы целенаправленно собирали именно зараженное зерно, точно знали пропорции и время варки, чтобы получить нужный эффект. Археологических данных, подтверждающих эту гипотезу, по-прежнему нет. Дискуссионным остается также вопрос силы и степени воздействия эликсира на человеческую психику в контексте древнего ритуала.

Работы по монтажу новой кабины (произведена в советское время, но смонтирована впервые) выполняли больше 150 сотрудников Центра эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры (АО «ЦЭНКИ») и подрядных организаций. Кабина имеет массу в 144 тонны и большие размеры. Особую сложность работам придало то, что исходно, при строительстве стартовой площадки, кабину устанавливали до монтажа огневого проема для ракеты (он находится над кабиной). А теперь, чтобы исправить ситуацию быстрее, запасную кабину ставили без разбора огневого проема. Это потребовало создания специальной и ранее не применявшейся методики монтажа через этот проем. Такая реализация работ с кабиной обслуживания (ее сборка на уже готовой стартовой площадке) никогда не применялась ранее / © «Роскосмос» Чтобы понять сложность задачи, стоит учитывать, что фермы кабины длиной 19 метров и массой около 17 тонн каждая. То есть они больше диаметра огневого проема и просто опустить их через него (не под углом) не вышло бы. Поэтому для разных частей ферм использовали стропы подвеса разной длины и, соответственно, с разной нагрузкой. [shesht-info-block number=1] Сама запасная кабина пришла на Байконур чуть больше двух месяцев назад. После этого было подготовлено и покрашено 2350 квадратных метров конструкций, заменены все узлы креплений. Кроме этого заменили и отладили электрооборудование кабины, выполнено больше 250 метров сварных швов. Типичные заголовки русскоязычных СМИ по поводу падения кабины 8У216. ЦЭНКИ удалось показать, насколько такая позиция далека от реальности / © RTVI Глава «Роскосмоса» Дмитрий Баканов отметил: «С завтрашнего дня начинаем подготовку к запуску грузового корабля «Прогресс», назначенному на 22 марта». Это значит, что ранее намеченные сроки полетов к МКС не пришлось сдвигать снова. Работы выглядят серьезным успехом, потому что ранее большинство наблюдателей оценивали сроки исправления проблем с кабиной обслуживания в многие месяцы, часто называли и сроки в год-два. Случившееся трудно переоценить по значимости. Космодром Восточный пока не подходит для пилотируемых полетов, поэтому стартовая площадка №31 на Байконуре была и остается единственным местом для российских пилотируемых полетов. Любое серьезное происшествие здесь блокирует такие полеты до исправления ситуации.

Муравьи-листорезы, выращивающие грибы, — настоящие фермеры в мире насекомых. Некоторые виды собирают свежие листья и приносят их в гнезда, чтобы использовать как субстрат для грибов, другие вместо листьев задействуют детрит и падаль. Выращенный урожай становится основной пищей для всей огромной колонии. Но у такого подземного «фермерства» есть серьезная проблема — вентиляция. В колонии, где живут миллионы муравьев, одновременно растут грибы и гниют растительные остатки, концентрация углекислого газа (CO₂) в камерах может достигать высоких значений. Естественный газообмен с поверхностью затруднен, и если воздух не обновляется, атмосфера внутри гнезда становится сложной для дыхания. Хотя у листорезов существуют механизмы для вывода углекислого газа из гнезда, работают они с разной эффективностью. Далеко не все виды могут похвастаться идеальной вентиляцией. Исследователи давно изучают, как устроены муравьиные гнезда и как колонии регулируют газообмен — архитектура камер, способы вентиляции и поведенческие стратегии детально описаны. Но оставалось неясным, какую роль в регулировании газообмена играют поверхность тела муравьев и их микробы. [shesht-info-block number=1] В 2020 году американские энтомологи под руководством Кэмерона Карри (Cameron Currie) из Висконсинского университета в Мадисоне наткнулись на первую подсказку. Они изучили муравьев вида Acromyrmex echinatior и обнаружили у рабочих особей уникальную биоминеральную броню (процесс биоминерализации), состоящую из кристаллов кальцита, которые особым образом распределены по поверхности хитиновой оболочки. Ничего похожего у насекомых раньше не находили. По мнению авторов исследования, этот слой существенно повышает прочность муравьиного панциря и выполняет защитную функцию. Причины биоминерализации у листорезов до конца не выяснены, но ученые предположили, что главную роль в этом играют бактерии рода Pseudonocardia, которые состоят в симбиотических отношениях с Acromyrmex echinatior. Вероятно, эти бактерии непосредственно инициируют осаждение карбоната или участвуют в превращении CO₂ в твердые карбонатные минералы. Теперь другая группа ученых, в которую вошел и Карри, обнаружила, что муравьи Sericomyrmex amabilis — близкие родственники листорезов, обитающие в Центральной и Южной Америке — также способны к биоминерализации. Однако, в отличие от предполагаемого механизма с участием бактерий у Acromyrmex echinatior, у этого вида пока не удалось обнаружить подобных симбионтов. Если это подтвердится, Sericomyrmex amabilis станут первыми известными науке животными, которые приобрели способность превращать газ в минерал в процессе собственной эволюции, а не за счет бактерий-помощников. [shesht-info-block number=2] Чтобы выяснить, действительно ли Sericomyrmex amabilis способны к биоминерализации, Карри и его коллеги применили целый ряд методов, включая отслеживание стабильных изотопов углерода, наноразмерную вторичную ионную масс-спектроскопию и твердофазный ядерный магнитный резонанс с изотопом углерода-13. Эти методы показали, что часть CO₂ муравьи выводят наружу с помощью систем вентиляции, а часть превращают в прочный биоминеральный слой, который покрывает их экзоскелет. Интересно, что в состав этого слоя входит доломит — карбонатный минерал с формулой CaMg(CO₃)₂, который химики с трудом получают в лаборатории. Его структура включает кальций, магний и карбонатные группы (CO₃²⁻). В лабораторных условиях синтез доломита осложняет магний, который сильно гидратирован. Проще говоря, он окружен большим количеством молекул воды: они прочно притягиваются к нему за счет электростатического взаимодействия, что затрудняет внедрение магния в кристаллическую решетку карбоната кальция, из-за чего рост кристаллов замедляется до невозможности. Чтобы обмануть природу и получить структурно упорядоченный доломит «в пробирке», ученым в большинстве случаев требуются повышенное давление и температура (порядка сотен градусов Цельсия). В природе образование доломита обычно занимает от нескольких тысяч до миллионов лет, особенно если речь идет о формировании структурно упорядоченного минерала. В условиях низких температур и давлений ионам кальция и магния нужно время, чтобы выстроиться в идеальную кристаллическую решетку. [shesht-info-block number=3] Карри и его коллеги установили, что Sericomyrmex amabilis создают частично упорядоченный доломит достаточно быстро и при относительно низких температурах. Как им это удается — главная загадка. Сейчас команда готовится к следующему этапу исследования: они хотят изучить «химическую кухню» муравьев и понять молекулярный механизм этого процесса. Биоминерализация помогает насекомым решить сразу две задачи. Во-первых, биоминеральный слой укрепляет их экзоскелет — это отличная защита от врагов и опасностей внешнего мира. Во-вторых, и это главное, они избавляются от лишнего углекислого газа внутри гнезда. Научная работа опубликована на сайте препринтов по биологии bioRxiv.

Губки — обитающие в морях и океанах многоклеточные беспозвоночные, всю жизнь проводящие неподвижно прикрепленными к каменистому морскому дну или другим поверхностям. Губок относят к числу древнейших животных на земле, однако ученым уже долгое время не удается договориться о точном времени их первого появления на планете. С одной стороны, ДНК современных губок и химические следы, сохранившиеся в древних породах, указывают на то, что они появились не менее 650 миллионов лет назад, в начале эдиакарского периода. С другой — все современные губки имеют скелеты, состоящие из бесчисленных микроскопических стекловидных структур, называемых спикулами. Эти прочные элементы хорошо окаменевают и встречаются в породах, датируемых поздним эдиакарским периодом (примерно 543 миллиона лет назад). Однако в более древних породах спикул до сих пор не обнаружили, что и вносит путаницу в хронологию губок. Отсутствие спикул заставляет усомниться, действительно ли губки возникли так рано. Чтобы разрешить этот давний спор, международная исследовательская группа проанализировала 133 кодирующих белки гена в геноме современных и древних губок. Полученные результаты относят происхождение губок к периоду 600-615 миллионов лет назад, таким образом немного сокращая разрыв между генетическими предсказаниями и результатами датировки ископаемых пород. Исследователи, статья которых опубликована в журнале Science Advances, также провели компьютерное моделирование эволюции скелетов губок. Ученые пришли к выводу, что первые губки были мягкотелыми и не имели минерализованных скелетов. Именно поэтому спикулы не находят в породах возрастом около 600 миллионов лет — в те времена их просто не было. Но это не единственное открытие. Оказалось, в разных линиях губок минерализованные спикулы возникали на протяжении эволюции несколько раз независимо друг от друга. Как отметили ученые, идея о том, что скелеты губок эволюционировали более одного раза, подтверждается как структурными, так и генетическими различиями между ныне живущими видами. «У нас уже были некоторые подсказки, указывающие на независимую эволюцию скелетов губок. Современные скелеты губок могут выглядеть одинаково, но они построены совершенно по-разному. Некоторые состоят из кальцита, минерала, из которого состоит мел, другие — из кремнезема, по сути, стекла, и когда мы изучаем их геномы, мы видим, что в этом процессе участвуют совершенно разные гены», — объяснила один из авторов исследования Ана Риесго, ведущий мировой эксперт по эволюции губок из Музея естественных наук в Мадриде (Испания). До сих пор ученые считали, что, учитывая наличие скелета у всех современных губок, минерализованные спикулы были важны на ранних этапах эволюции губок и сыграли ключевую роль в их эволюционном успехе. Однако новые данные поставили это предположение под сомнение.

Коронный разряд — это слабое свечение (холодная плазма), которое возникает на острых предметах при высокой напряженности электрического поля. Моряки издревле наблюдали этот феномен на мачтах кораблей во время штормов и называли его огнями святого Эльма. В быту этот физический принцип применяется в домашних очистителях воздуха и озонаторах, где напряжение на металлической игле ионизирует воздух и создает очищающие частицы. Ученые давно предполагали, что во время грозы подобные разряды вспыхивают на кончиках листьев и хвоинок. Авторы исследования, опубликованного в журнале Geophysical Research Letters, отметили, что именно коронные разряды служат главным научным объяснением библейского сюжета о неопалимой купине — горящем, но не сгорающем кусте. Однако наблюдать это явление в дикой природе не удавалось: искры слишком тусклые, а их излучение лежит в невидимом для человека ультрафиолетовом диапазоне. Чтобы зафиксировать феномен, ученые сконструировали мобильную установку COTS (Coronation Observing Telescope System). Ее основным элементом стал 25-сантиметровый телескоп, оснащенный камерой, которая улавливает только узкий спектр ультрафиолета (255–273 нанометра). Эта часть спектра интересна тем, что на Земле ее источником могут быть только пожары, специальные лампы и, самое главное, электрические разряды. Сначала физики откалибровали прибор в лаборатории: они подавали напряжение до 40 киловольт на саженцы ели и клена, чтобы вычислить математическую зависимость между яркостью УФ-пикселей и силой тока в ветках. Затем ученые выехали на специально оборудованном фургоне под реальную грозу в Северной Каролине, направив объектив на верхушки взрослого амбрового дерева и лоблуллиевой сосны. Компьютерный алгоритм отфильтровал фоновые вспышки обычных молний, оставив только изолированные сигналы от корон. Прибор зарегистрировал сотни микроразрядов. Выяснилось, что электрическое свечение нестабильно: искры хаотично перескакивают с листа на лист. Разряды загораются и гаснут вслед за порывами ветра, который меняет угол наклона острых кончиков по отношению к туче. Дистанционные измерения показали, что сила тока, протекающего через светящуюся ветку, составляет около одного микроампера. При этом короны возникали на всех участках кроны в поле зрения объектива. «Эта повсеместность наблюдаемых корон порождает видение мерцающего шлейфа, идущего через лес под электрической бурей», — написали ученые в статье. Вспыхивающие короны превращают леса в глобальные аналоги бытовых очистителей — ионизаторов воздуха. Жесткий ультрафиолет от микроразрядов расщепляет молекулы воды, генерируя колоссальные объемы гидроксильных радикалов (OH) — главных атмосферных «санитаров», которые окисляют и разрушают парниковые газы и летучие органические вещества. Во время грозы кроны деревьев выделяют в тысячу раз больше очищающих радикалов, чем все остальные лесные биохимические процессы. При этом сам феномен не проходит для флоры бесследно: электрическое напряжение и излучение оставляют на кончиках листьев микроскопические повреждения.

Связь между питанием и сном обсуждают давно. Авторы предыдущих работ заметили, что люди, которые выбирали растительную пищу с высоким содержанием клетчатки, чаще сообщали о хорошем сне. Однако подобного рода исследования опирались на воспоминания участников. Людей просили вспомнить, что они ели недели или даже месяцы назад. Погрешность в таких данных неизбежна. Со сном возникала похожая проблема. Во многих исследованиях его оценивали с помощью фитнес-браслетов и умных часов, которые отслеживают движения человека ночью. Такие устройства хорошо распознают, спит человек или бодрствует. Но они не могут точно определить, в какой фазе сна он находится — легкий сон, глубокий либо REM-сон. Поэтому ученые получали лишь приблизительное представление о том, насколько качественным мог быть ночной отдых. Между тем именно фазы сна показывают, насколько крепко человек спит. Например, глубокий сон связан с восстановлением физиологических функций и метаболизма, REM — с консолидацией памяти и эмоциональной регуляцией. Проще говоря, во время REM-сна мозг активно обрабатывает пережитые в течение дня события, помогает лучше запоминать информацию и «разгружает» эмоциональные переживания.  Без точных измерений трудно понять, как питание влияет на то, хорошо ли спит человек ночью. [shesht-info-block number=1] Международная команда ученых под руководством Хагая Россмана (Hagai Rossman) из Института Вейцмана в Израиле решила подойти к вопросу иначе. Они не ограничились небольшой выборкой, а привлекли более 3,5 тысячи взрослых участников. Средний возраст испытуемых составил 53 года — в исследовании участвовали люди с различным образом жизни и привычками. Главное отличие этой работы от предыдущих — количество участников и тщательное внимание к деталям. Исследователи одновременно учитывали ряд параметров: что именно ели участники, как они спали, сколько длились разные фазы сна и другие показатели. Раньше ученые не рассматривали столько особенностей питания и сна одновременно. На протяжении двух суток участники записывали в мобильное приложение все, чем питались на протяжении дня. Делали они это либо во время приема пищи, либо сразу после нее, чтобы избежать «ошибок памяти». Перед тем как лечь спать, им надевали специальные медицинские устройства, позволяющие с высокой точностью регистрировать нейрофизиологические показатели для определения фаз сна. Дополнительные датчики на груди, запястье и пальце фиксировали малейшие изменения: храп, уровень кислорода в крови, частоту сердцебиения и дыхания. На основе этих данных алгоритм рассчитал, сколько времени каждый испытуемый провел в четырех фазах сна: N1, N2 (легкий сон), N3 (глубокий сон) и REM (быстрый сон). В последней фазе человек видит самые яркие и эмоциональные сны. [shesht-info-block number=2] Затем исследователи применили вычислительную модель, которая помогла им разобраться в данных. Программа анализировала 25 разных особенностей питания — например, сколько клетчатки, мяса и других продуктов потреблял участник — и проверяла, как это связано с тем, как испытуемый спал в ту же ночь.  При этом ученые учли все факторы, которые могли повлиять на точность эксперимента: возраст, пол, потребление кофеина и — самое главное — данные о питании и сне за предыдущие сутки. Такой подход помог отделить влияние вчерашнего меню от привычек в целом. Выяснилось, что те участники, которые съедали больше клетчатки, чем в среднем по группе (средний показатель составил 21 грамм в день — это примерно столько же, сколько содержится в 2,5 чашки горошка), спали крепче. Любители клетчатки проводили в фазе глубокого сна (N3) на 3,4 процента времени больше и на 2,3 процента времени меньше в фазе легкого сна (N1 и N2). Иными словами, сон таких людей становился более глубоким и лучше восстанавливал силы. Но и это еще не все. У любителей клетчатки ночной пульс оказался немного ниже — на один удар в минуту. Низкая частота сердечных сокращений во сне — признак того, что тело по-настоящему расслабилось и занялось восстановлением, давая сердцу передышку. «На первый взгляд разница в один удар в минуту не такая значимая. Но если этот эффект сохраняется годами или десятилетиями, то он может серьезно повлиять на здоровье сердечно-сосудистой системы», — пояснил Россман. [shesht-info-block number=3] Почему клетчатка оказывает такой положительный эффект на сон, ученые пока объяснить не могут. Россман предположил, что дело в микробах, живущих в кишечнике человека. Они перерабатывают пищевые волокна в короткоцепочечные жирные кислоты, например в масляную кислоту (C4H8O2). Эти соединения снижают воспаление в организме и меняют сигналы, которые кишечник посылает мозгу, настраивая его на глубокий сон. Дополнительный анализ выявил еще одну закономерность. Участники, чей ежедневный рацион включал более пяти разных видов фруктов, овощей и орехов, засыпали быстрее, а частота их сердечных сокращений ночью была ниже. По словам Россмана, это происходит потому, что разнообразная растительная пища дает организму много полезных веществ — витамины, минералы и полифенолы. Они уменьшают воспаление и способствуют расслаблению нервной системы, что помогает организму быстрее перейти в режим отдыха. Выводы исследователей опубликованы на сайте препринтов по медицине medRxiv.

Приблизительно 252 миллиона лет назад произошло пермско-триасовое массовое вымирание — самое масштабное в истории планеты. Оно уничтожило до 90% морских видов и кардинально изменило ход эволюции. В начале триасового периода, когда жизнь только начинала восстанавливаться, экологические ниши крупных водных хищников стали активно заполнять новые группы животных. Одними из первых в Мировом океане распространились трематозавриды — группа темноспондильных земноводных, внешне напоминавших крокодилов. Они обладали удлиненными черепами и глазами, расположенными дорсолатерально, что позволяло им эффективно охотиться в толще воды. В Австралии долгое время единственным известным морским представителем этой группы считался вид Erythrobatrachus noonkanbahensis, описанный в 1972 году по фрагментарным остаткам из удаленного района Кимберли в Западной Австралии. Ранее специалисты полагали, что все трематозавридные находки из этого местонахождения принадлежат одному виду, однако новые данные заставили ученых пересмотреть эту точку зрения. Международная группа палеонтологов провела тщательную ревизию ранее обнаруженных образцов, которые считались принадлежащими к E. noonkanbahensis. Результаты исследования опубликованы в Journal of Vertebrate Paleontology. В процессе выяснилась запутанная история самих образцов: голотип (главный экземпляр) считался утерянным, но его вновь обнаружили в коллекциях Калифорнийского университета (UCMP), откуда и возвратили в Западную Австралию. Исследователи провели детальное морфологическое изучение и высокоточное 3D-сканирование доступных окаменелостей, включая слепок голотипа. Это позволило заново описать анатомические особенности и сравнить их с другими известными трематозавридами из разных регионов мира: Свальбарда (Шпицберген), Мадагаскара, Пакистана и России. Главным результатом стало подтверждение того, что под именем Erythrobatrachus noonkanbahensis на самом деле объединили остатки двух разных животных. Первый образец представляет собой земноводное с относительно широким черепом. Второй экземпляр, найденный в том же месте, оказался узкомордым представителем подсемейства Lonchorhynchinae, демонстрирующим большое сходство с родом Aphaneramma, который ранее был известен только из Мадагаскара. Это первое достоверное указание на присутствие данного рода в Австралии. [shesht-info-block number=1] Таким образом, ученые подтвердили валидность таксона Erythrobatrachus noonkanbahensis, но теперь его описание основывается только на голотипе. Вид характеризуется уникальным строением неба. Второй вид либо сосуществовал с ним, либо обитал на другой глубине. Это указывает на существование сложной экосистемы, в которой разные виды хищников занимали различные экологические ниши в условиях изменяющейся солености воды в прибрежной зоне. Кроме того, находка, близкая к роду Aphaneramma, имеет важное палеобиогеографическое значение. Этот род был широко распространен в раннем триасе по обе стороны древнего океана Тетис. Его присутствие в Австралии свидетельствует о том, что морские трематозавриды могли совершать дальние миграции вдоль непрерывных береговых линий суперконтинента Пангея. Отметим, что выводы сделаны на основе единственного фрагментарного образца, а значит, эволюционные связи этого вида остаются гипотетическими. Кроме того, поскольку оба экземпляра происходят из одной точки сборов, но найдены в разное время, нельзя полностью исключать вероятность их происхождения из разных стратиграфических уровней, что ставило бы под сомнение их синхронное существование в рамках единого сообщества.

Биомолекулы, находящиеся в малоисследованных животных, растениях и грибах все чаще становятся прототипами перспективных лекарственных средств. Среди них выделяются яды пауков — настоящая природная библиотека биологически активных молекул, способных точечно воздействовать на нервную и другие системы нашего организма. Среди множества паучьих токсинов выделяется группа ноттинов. Это небольшие пептиды длиной 20–50 аминокислотных остатков с очень стабильной структурой, которые избирательно меняют работу клеточных мембран и рецепторов.  Ноттины обладают высокой устойчивостью — их сложно разрушить нагреванием или химическим воздействием. Они также защищены от расщепления: большинство обычных белков быстро распадаются в нашем организме под действием ферментов. Ноттины же к ним невосприимчивы, что позволяет таким пептидам долго циркулировать в крови и оказывать биологическое действие. В новой работе изучен их представитель, паучий токсин ProTx-I.  Это вещество и близкие ему соединения часто рассматривают в качестве модели для создания анальгетиков нового поколения. Дело в том, что они действуют на ионные каналы, которые участвуют в восприятии и распространении болевых сигналов (NaV1.7, NaV1.8, TRPA1). Проведя структурные и функциональные исследования взаимодействия таких токсинов и каналов-мишеней, можно с помощью рационального дизайна создавать новые препараты для терапии боли и неврологических воспалительных синдромов. По своей химической природе ProTx-I представляет собой небольшой белок (пептид) из 35 аминокислотных остатков. Молекулу стабилизируют дисульфидные мостики — связи между содержащими серу аминокислотами. Они формируют особый мотив, так называемый ингибиторный цистиновый узел. Подобную структуру затруднительно получить при искусственной наработке токсина с помощью микроорганизмов. Но это необходимо для изучения свойств молекулы. Биотехнологические методы получения также потребуются для производства в промышленных масштабах, если на основе ProTx-I будет создано новое лекарственное средство. Этим практически значимым вопросом занялись ученые из ИБХ РАН, МФТИ, МГУ им. М. В. Ломоносова и Шэньчжэньского МГУ-ППИ Университета (Китай). Они сравнили разные способы получения ProTx-I с помощью трансгенных бактерий E. coli. Исследователи попытались синтезировать пептид в цитоплазме бактерии в составе слитых белков с тиоредоксином и глутатион-S-трансферазой, однако при таком подходе наблюдалось нарушение пространственной структуры ProTx-I. Результаты опубликованы в Acta Naturae. Работа выполнена при финансовой поддержке Российского научного фонда. Потребовались альтернативные подходы, которые и привели к успеху. Первый — прямая экспрессия белка в цитоплазме, но не в растворимом виде, а в составе телец включения. Так называют крупные нерастворимые агрегаты из молекул, которые появляются в бактериях при экспрессии чужеродных (рекомбинантных) белков. Однако в этом случае белковые молекулы требуется сначала «привести в порядок» — ренатурировать, чтобы придать нужную конформацию. Другой успешный метод — секреция ProTx-I, слитого с белком, связывающим мальтозу, в периплазматическое пространство бактерии. Это «внешний отсек» у грамотрицательных бактерий, который находится между двумя их мембранами — цитоплазматической и внешней. Далее активность полученного ProTx-I изучали с помощью ооцитов шпорцевой лягушки Xenopus laevis — модельных клеток, широко используемых для электрофизиологических исследований. Они позволяют понять состояние ионных каналов и рецепторов на мембране, которое легко заметить по изменениям проходящего через нее тока. В ооциты ввели гены, кодирующие каналы TRPA1 человека и крысы. Это хемочувствительный канал (отвечает на химические сигналы), который служит важной мишенью для таргетированной терапии болевых и неврологических воспалительных синдромов. Оказалось, что чувствительность человеческих рецепторов к токсину в три раза ниже, чем у крыс. А в проведенных ранее исследованиях TRPA1 каналы мыши отвечали на ProTx-I слабее, чем человеческие каналы. Ученые считают, что различия в действии токсина на рецепторы из разных организмов связаны с заметными изменениями в аминокислотной последовательности внеклеточных петель канала TRPA1 (S1-S2 и S3-S4), которые являются основным сайтом связывания ProTx-I. Кроме того, выяснилось, что добавление всего одной лишней аминокислоты (метионин) в N-концевую последовательность белка значительно снижает активность токсина паука.  Действие вариантов ProTx-I на направленные наружу AITC-индуцированные токи в ооцитах X. laevis / © Acta Naturae «Мы разработали эффективную систему бактериальной продукции токсина ProTx-I, и это открывает широкие перспективы для изучения того, как токсин влияет на функционирование канала. Например, полученные образцы сразу помогли нам выявить интересные особенности токсина. Изучая его влияние на ионные токи через мембраны ооцитов Xenopus, экспрессирующих каналы TRPA1 крысы и человека, мы выявили критическую роль N-концевого участка для функциональности токсина», — подчеркнула Екатерина Люкманова, профессор кафедры физико-химической биологии и биотехнологии Физтех-школы биологической и медицинской физики МФТИ.

Нубия — историческая область в среднем течении Нила, с глубокой древности служившая торговым коридором, соединяющим Средиземноморье, в первую очередь Египет, и Африку к югу от Сахары. Через Нубию в низовья Нила поставляли золото, слоновую кость и рабов. Примерно в VI-VII веках нашей эры в среднем течении Нила образовались несколько христианских царств, в том числе Макурия со столицей Донголой. Вплоть до XIV века благодаря тесным торговым связям с Египтом город процветал. Однако постепенно в Нубию начало проникать арабское влияние. К середине XIV века Макурия попала под контроль исламского султаната Сеннар, а Донгола перестала быть столицей страны, превратившись в крошечное локальное королевство, ограниченное территорией крепости и прилегающих к ней окрестностей. О том, что происходило в городе и регионе в течение следующих трех столетий, часто называемых в суданской истории «темными веками», известно очень мало. Как считают историки, по-видимому, в XIV-XVII веках султаны Сеннара позволяли постепенно все более исламизировавшейся нубийской элите управлять Донголой и город-королевство оставалось важным пунктом на торговом пути из Каира в Дарфур. Имена правителей Донголы этого периода почти не известны. В литературном памятнике XIX века «Китаб аль-Табакат» — биографическом словаре суданских проповедников и святых, составленном на основе устных преданий времен владычества султаната Сеннар — содержатся отрывочные упоминания о царе Донголы по имени Кашкаш. Он считается прадедом шейха Хилали, по сей день одного из важнейших святых Судана. Польские археологи с 1964 года ведут раскопки в Старой Донголе — расположенных на восточном берегу Нила руинах древнего города. В 2018-м, во время раскопок в царском дворце, ученые, помимо других ценных находок, обнаружили 23 рукописных документа на арабском языке, датируемых XVII веком. Бумаги нашли в древней горе мусора на территории дворца. Исследователи, статья которых опубликована в журнале Azania: Archaeological Research in Africa, изучили документы и пришли к выводу, что среди них присутствует указ от имени того самого полулегендарного царя Кашкаша. Текст указа гласит: «От царя Кашкаша Хидру, сыну…. Как только Мухаммад аль-Араб придет к тебе, возьми у него три … и дай ему овцу с потомством, а у Абд аль-Джабира возьми овцу с потомством и отдай их господину без промедления. Не медли! Это мое письмо (ответ) тебе. Его написал писец Хамад. Приветствую. А ты, Хидр, дай Абд аль-Джабиру три хлопчатобумажных головных убора и возьми овцу с потомством для их господина». Этот документ не только подтверждает, что царь Кашкаш существовал в реальности, но и делает его самым ранним известным правителем Донголы эпохи постсредневековья, отметили исследователи. Анализ текста показал, что писец был не слишком грамотен и писал на арабском с ошибками. Судя по всему, в этот период арабский уже стал основным письменным языком царского двора Донголы, но для населения родным пока не был. Кроме того, текст указа Кашкаша отражает культуру взаимного обмена подарками, принятую в арабском обществе того периода. Видимо, существовала целая коммуникационная сеть, основанная на дарении. Она связывала религиозную и административную элиту города с вождями кочевых племен, пасущих стада в его окрестностях, предположили ученые.