Власти изучают повышение цен на бензин для финансирования защиты НПЗ от дронов, сообщили СМИ. Это вряд ли поможет предприятиям — эксперты
Российское правительство рассматривает возможность повышения цен на бензин для того, чтобы финансировать защиту НПЗ, сообщило на этой неделе со ссылкой на источники издание РБК. Даже если такие обсуждения действительно ведутся и выльются в конкретные предложения, увеличение стоимости топлива вряд ли поможет предприятиям, считают эксперты. The Insider разобрался, как сейчас устроена защита предприятий в РФ и кто за нее платит.
Налог на оборону за счет роста цен
Оценить, сколько именно предприятия могут тратить на оружие для сбивания дронов, чтобы сравнить эти затраты с предполагаемыми доходами от повышения цен, крайне сложно, отмечают опрошенные The Insider экономисты. Интересно, что расходы на защиту НПЗ попытались переложить на владельцев и нефтяные компании, а из сообщения РБК фактически следует, что их бюджеты не потянули такие расходы, говорит финансовый аналитик Максим Блант:
«Не очень понятны расценки на зенитное вооружение и оружие, которое применяется для сбивания дронов. Я не могу сказать, хватит ли денег или нет. Тут любопытна сама постановка вопроса о том, что сначала попытались переложить расходы на владельцев НПЗ, а потом те, видимо, сказали, что столько денег нет и вообще бюджеты не предусматривают такого рода расходы. Это, конечно, вызовет рост цен и несильно защитит предприятия», — считает эксперт.
На ком сейчас лежит ответственность за защиту предприятий?
Основные затраты на оборону предприятий легли на плечи их же владельцев. Еще в 2024-м после серии атак на Елабугу и Нижнекамск в апреле глава Татарстана Рустам Минниханов призвал каждое предприятие самостоятельно озаботиться своей защитой:
«Не надо ждать, что сработает противоракетная оборона, она решает другие задачи. Мы должны решать своими силами, каждое предприятие, каждый муниципалитет, каждый город. <...> Очнитесь, ребята, никто нас не защитит, кроме самих себя», — цитировали его тогда СМИ.
Бизнес также неоднократно обращался к российским властям с просьбой, например, ввести в Налоговый кодекс (НК) механизмы компенсации подобных затрат. В июле 2025-го такая просьба содержалась в письме главы Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александра Шохина. Минфин тогда это предложение не поддержал, отказав по всем пунктам и заявив, что подобные расходы носят «разовый и индивидуальный характер».
Более того, в апреле текущего года в Госдуме предложили обязать предприятия самостоятельно защищаться от БПЛА — чтобы те создали собственные вооруженные подразделения для борьбы с беспилотниками. Уже на ПМЭФ в июне глава Минфина Антон Силуанов заявил, что инициатива о создании спецфонда для финансирования защиты объектов ТЭК [топливно-энергетического комплекса] сейчас не обсуждается:
«Эти предприятия сегодня имеют ресурсы, в том числе с учетом благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры. Деньги у них есть. Они готовы самостоятельно закупать», — сказал он.
Уже к весне 2025 года большинство гражданских промышленных предприятий РФ — от 60% до 80% — закупили оборудование для защиты от беспилотников, считал «Ъ». При этом газета тогда же отмечала, что среди собственников компаний растет недовольство эффективностью купленных систем.
О том, что практика, когда каждое предприятие самостоятельно организует защиту от БПЛА, уже «малоэффективна», говорили в мае этого года и в НИИ «Вектор» (входит в ГК «Ростех»).
Источник РБК утверждал, что Минэнерго и ряд других ведомств должны будут подготовить предложения по вопросу увеличения цен на бензин, дизель и авиационный керосин на полтора рубля за литр. Кроме того, они должны были также придумать механизм контроля за тем, чтобы все дополнительные доходы направлялись на финансирование защиты энергетических объектов.
Экономист Валерий Кизилов называет такие утверждения в целом сомнительными, но если говорить об экономической составляющей, то логичными представляются предположения о том, что правительство может повысить акцизы на топливо или изменить механизм «демпфера», искусственно регулирующего цены нефтепродуктов на внутреннем рынке. Такой подход при этом формально находится вне принципов рыночной экономики:
«Показателен серьезный тон обсуждений перспективы, что частные компании будут за свой счет отбиваться от атак с воздуха, но увеличение своей выручки должны согласовывать с правительством.
В нормальной реальности всё должно быть наоборот, чтобы нефтяной бизнес сам назначал цены на свою продукцию, а государство само решало вопросы ПВО за счет своего регулярного бюджета. Всё перепутано из-за того, что руководство России слишком много вмешивается в экономику и слишком плохо оценивает реальные риски и возможности в сфере безопасности».

«Спасение утопающих дело рук самих утопающих»
Инициатива повышения цен для финансирования защиты НПЗ вряд ли поможет предприятиям, говорит Блант. Конечные же расходы на эту малоэффективную защиту всё равно лягут на потребителей — обычных покупателей, в том числе и физлиц.
Более того, под угрозой ударов, помимо заводов, и другие объекты, которые используют предприятия топливно-энергетического комплекса: например, железные дороги. Среди других способов помощи российским предприятиям (без повышения цен) аналитик называет полное закрытие воздушного пространства:
«По всей видимости, армия и силы ПВО с этим [защитой границ] не справляются, поэтому пытаются поставить вопрос так, что спасение утопающих дело рук самих утопающих. Защитой границ должно заниматься государство — и на это бизнес и население скидываются в виде налогов и платят государству и чиновникам зарплаты.
И какого черта они хотят? Чтобы, помимо налогов, еще и сами сбивали беспилотники? Государству требуется помощь, и они ставят вопрос так, будто они никому ничего не должны. Судя по всему, государство со своими обязанностями не справляется. Так что налоги они продолжают собирать, но теперь еще и надо раскошелиться на выполнение их обязанностей».
До сих пор российским предприятиям доступны только гражданское оружие и относительно примитивные системы РЭБ, отмечает военный аналитик Кирилл Михайлов. Из вариантов — также установка конструкций вроде противодроновых сеток. Против современных украинских дальнобойных дронов всё это малоэффективно:
«Эффективное противодействие БПЛА требует радикальной перестройки всей российской системы ПВО, развития систем связи и ситуационной осведомленности, массового производства дронов-перехватчиков и подготовки пилотов для них. Схема, описанная в материале РБК, выглядит как полумера. Вообще проблема защиты непосредственно предприятий в том, что пресловутые обломки никто не отменял, и в случае сбития дронов прямо над предприятием они могут упасть и сдетонировать, то есть всё равно нанести ущерб».

Украина особенно нарастила интенсивность ударов по энергетической инфраструктуре внутри России в мае этого года. Как подсчитало агентство Bloomberg, под атаку попали восемь из десяти крупнейших предприятий, а объем переработки нефти в России упал в прошлом месяце до минимума с 2009 года.
На этом фоне правительство запретило экспорт из страны авиационного керосина, а жители некоторых регионов России, в свою очередь, столкнулись с ограничениями на продажу бензина. Так, в аннексированном Крыму с 30 мая ограничили продажу АИ-95: отпускают не более 20 литров в одни руки раз в сутки. В Крыму и Севастополе тем временем начал стремительно расти «теневой» рынок топлива, писал The Insider.
