Эпоха правления Путина в России совпадает по времени с самым скандальным в истории России патриаршеством, олицетворяемым Кириллом (Гундяевым). В открытом доступе появился, пожалуй, самый полный на сегодня разбор его специфических учений и взглядов — книга Силуана Райта и Панайотиса Макриса «Ересь патриарха Кирилла». Она доступна и в русском переводе.
Герой и авторы
«Ересь патриарха Кирилла» относится к разряду книг, пересказывать которые — занятие неблагодарное. С удивительной педантичностью авторы собрали все доступные доказательства несовместимости учения патриарха Кирилла с православием и в целом с христианством, используя официальные ресурсы самой же РПЦ. А как ответ — Библия, каноны, высказывания святых и других авторитетов по теме.
Идеология г-на Гундяева не впервые подвергается богословской и философской критике, но, пожалуй, никто еще не брал на себя труд свести все его идеи воедино, представить их как некую систему взглядов. И, надо сказать, картина получилась убедительной и пугающей. После знакомства с книгой более серьезно воспринимаются признания патриарха Кирилла, что мы живем в апокалиптические времена и он сам — вестник Апокалипсиса.
Кирилл не имеет какого-либо систематического образования, в 1970 году он получил почти «автоматом» диплом Ленинградской духовной академии по протекции своего наставника, митрополита Никодима (Ротова). Однако история распорядилась так, что именно Кирилл стал главным пророком религии, которая погрузила Россию в бездну милитаризма, ксенофобии, шовинизма и массового психоза. Ежедневно призывая к эскалации военного конфликта с православным украинским народом и со всем «сатанинским» Западом, Кирилл продолжает возглавлять крупнейшую православную церковь мира, объединяющую миллионы верующих, десятки тысяч клириков и приходов, провозглашающую свою монополию на истину и опирающуюся на всю мощь репрессивного аппарата путинской диктатуры.
Авторы книги Силуан Райт и Панайотис Макрис не профессиональные богословы, что лишь повышает ценность их исследования. Их взгляд искренний и непосредственный, лишенный профессионального цинизма специалистов, познавших всю противоречивость христианской истории. Райту 38, он происходит из семьи афроамериканцев и живет в небольшом городке в штате Миссури. Обратился в православие семь лет назад, любит русских святых и переписывается с российскими политзаключенными.
Силуан Райт стал главным двигателем создания книги: ради ее написания он на полгода оставил основную работу и тратил по 70 часов в неделю на подбор материала. Его соавтор, 32-летний Панайотис Макрис, родился в традиционной православной семье и остается прихожанином греческой церкви, критически воспринимая компромиссную позицию ее руководства. Свою задачу авторы видели в том, чтобы представить читателю контраст между «святоотеческим консенсусом» — традиционным православием — и новым учением, конструируемым Кириллом под заказ Кремля. «Мы не заработали на этом абсолютно ничего; мы приносим эту книгу как всесожжение нашему Богу», — признаются Силуан и Панайотис.
История болезни
В первые недели полномасштабных военных действий на территории Украины, 13 марта 2022 года, более 500 православных богословов из разных стран (в том числе семь из России!) подписали декларацию с критикой лжеучений, с помощью которых руководство РПЦ попыталось оправдать войну. По их мнению, эти лжеучения истекают из одного корня — «тоталитарной по своему характеру разновидности православного этнофилетического религиозного фундаментализма, известного под названием “Русский мир”». Богословы охарактеризовали его как ересь, подменяющую «Царство Божие, увиденное пророками, провозглашенное и открытое нам Христом, проповеданное апостолами… царством мира сего», именуемым «Святая Русь». „
«Мы решительно отвергаем, — писали богословы, — все формы правления, которые обожествляют государство… заменяя послушание распятому и воскресшему Господу покорностью любому лидеру, наделенному властными полномочиями».
О ересях РПЦ и Кирилла говорили и на более высоком православном уровне — например, предстоятели поместных православных церквей, включая «первого по чести» Вселенского (Константинопольского) патриарха Варфоломея. Выступая на международной конференции в декабре 2022 года, он предположил, что Путин не напал бы на Украину, если бы Кирилл не преподнес ему готовую доктрину «священной войны “Русского мира”».
Один из самых эрудированных русских богословов, диакон Андрей Кураев, изгнанный из РПЦ и России и принятый в Константинопольский патриархат, на протяжении многих лет доказывал, что религиозные взгляды, которые излагает Кирилл в своих проповедях, не являются христианскими. Это смесь элементов позднесоветского оккультизма (теории биоэнергетизма), атеизма и националистического язычества. Гундяев добился передачи РПЦ ценнейших икон из коллекции Третьяковской галереи, потому что он верил, будто такие иконы накапливают огромную энергию, которую нужно использовать как оружие против врагов РФ. Богослужение, таинства, храм Кирилл воспринимает исключительно с «биоэнергетической», магической точки зрения: «Чем больше людей, тем больше вероятности, что в каждое мгновение времени из храма идет энергетический духовный поток». Иконы он так же воспринимает оккультно, материалистически: «Это обычное физическое вещество, дерево, покрытое краской, впитывает в себя эту энергию, а потом отдает ее людям... Реальный поток человеческой энергии навстречу к Богу».
Собственную персону г-н Гундяев тоже магически приравнивает к иконе: когда народ молится с патриархом, утверждает он, «энергетический посыл, идущий со стороны, как самый-самый чуткий радар, воспринимает сигнальную систему». Ему неизвестна какая-либо духовная жизнь, не укладывающаяся в материальные проявления: «Биохимические процессы, как говорят ученые, тело выполняют определенные функции духовной жизни». Кирилл надеется, что со временем ученые объяснят нам, что такое молитва и благодать, — очевидно, объяснения, данные в Библии или предании церкви, ему неизвестны или неинтересны. С точки зрения Кирилла, нация — это тоже биоэнергетическое единство, которое формируется в энергетическом поле храма: «В святых местах концентрированно присутствует духовная сила народа. В наших храмах люди молились Богу, они передавали свою энергию Небу. Здесь есть некая энергетика». Опровергая ключевой христианский догмат о Троице, патриарх РПЦ учил: «Святой дух — это духовная энергетическая сила, которая объемлет всю вселенную».
Кураев интерпретирует взгляды Гундяева как «одно из самых устойчивых языческих убеждений: в религии и ритуале происходит кругооборот одной и той же энергии… От языческих богов поддержание в мире порядка, удержание “космоса” от распада в “хаос” требует немало затрат. Силы же богов не безграничны… Богов, обессилевших в труде по удержанию космоса от распада, должны поддержать люди». Другую доктрину Кирилла — о концентрации энергии медитаций в каком-то материальном предмете — Кураев считает буддийской и оккультистской, цитируя блаженного Августина: «Привязывать посредством некоторого искусства невидимых духов к видимым вещам и значит творить богов».
О. Андрей признает, что, став патриархом, Кирилл пытался выглядеть более респектабельно, «но язык Джуны всё-таки врос в него. А отделить язык от мировоззрения невозможно… Никто, кроме п. Кирилла, на этом жаргоне не проповедует». Кураев напоминает элементарную христианскую истину: «Икона чудес не творит. Никакая. Творит чудеса Бог». Поклонение же материальному веществу, аккумулирующему материальную же энергию (что проповедует Кирилл), анафематствовано VII Вселенским собором (787 г.). Не нужно быть высоколобым богословом, чтобы раскусить «ересь Кирилла». Рядовые слушатели его проповедей иронизируют: „
«В Троице-Сергиевой лавре патриарха охраняли бойцы нацгвардии с калашами наперевес и дополнительным боекомплектом в подсумке на поясе… Патриарх рассказывал про “невидимое энергетическое поле”, а сам остался к нему не подключен?»
Популярная православная блогерка из Вены инокиня Васса (Ларина) обращает внимание на ереси Кирилла, связанные уже непосредственно с «СВО»: «Патриарх называет агрессивную войну, обстрелы и бомбежки мирного населения “Священной войной”; обещает убивающим на этой войне, что смываются все их грехи, если сами будут убиты, и делает это всенародно… Если б у меня были дети, я бы всячески постаралась их оградить от общения с тем или с теми, кто с церковного амвона, с места святого, провозглашает такую ложь, — пишет Васса. — Это “мерзость запустения на месте святом” (Мф 24:15), от которой Господь нам велел “бежать в горы”». Инокиня обращает внимание на замену в РПЦ догматов христианской веры языческим имперско-шовинистическим учением: Святая Троица — это прообраз «триединства» русского, украинского и белорусского народов, а смысл жизни — не Бог, а «русская традиция, святыни русской цивилизации и великая русская культура».
РПЦ ГБ
Райт и Макрис начинают свою книгу с традиционной критики, которую адресовали Московской патриархии Русская зарубежная церковь и православное подполье в СССР. Ее ключевой пункт известен как «ересь сергианства» — по имени первого руководителя РПЦ, воссозданной в 1943 году по воле Сталина, митрополита (а по версии РПЦ — патриарха) Сергия (Страгородского). В 1927-м Сергий подписал «декларацию о лояльности советской власти», полностью подчинив свою администрацию «церковному отделу» ОГПУ, а в 1930-м дал интервью, опубликованное в «Известиях», в котором отрицал гонения на религию в СССР, утверждал, что храмы закрываются по просьбам верующих, а своих арестованных собратьев называл политическими преступниками. В условиях военного времени сталинский режим по-новому оценил функционал марионеточной церкви, особенно в сфере внешней политики и пропаганды. Идеологию Сергия — сохранение остатков церковной организации ценой полного ее подчинения внешнему (чекистскому) управлению — не поддержало абсолютное большинство иерархов его времени, включая номинального предстоятеля, находившегося в тюрьме патриаршего местоблюстителя митрополита Петра (Полянского). Тем не менее Сергий продолжал свою линию, горделиво заявляя: «Я спасаю церковь». В книге приводится множество высказываний святых новомучеников, в том числе канонизированных самой же РПЦ, которые осуждали Сергия и его курс.
Действия Сергия стали прообразом современных практик РПЦ.
Во время Второй мировой войны он издавал указы, осуждавшие иерархов и клириков, служивших на оккупированных немцами территориях. Эти священнослужители были репрессированы. Нынешняя Московская патриархия публично отмежевывается от антивоенных клириков, после чего те подвергаются репрессиям властей (так было, например, с иеромонахом Иоанном (Курмояровым), объявленным «раскольником» и посаженным в тюрьму за «дискредитацию ВС РФ»).
Патриарх Кирилл подчеркивает свою идейную связь со сталинским патриархом, называя его «исповедником», который «достойно прошел свой крестный путь». „
Глава РПЦ освятил памятник Сергию на его родине — в Арзамасе, а критику «сергианства» святыми, замученными НКВД, назвал «ложными наветами».
Кирилл утверждал, что критики Сергия находились «в состоянии личной безопасности», тогда как они сидели в тюрьмах и ссылках и закончили свою жизнь мучениками. Но это не путь нынешней РПЦ.
Если патриарх Тихон и Всероссийский поместный собор в начале 1918 года анафематствовали советскую власть, то Сергий и его преемники (включая Кирилла) занялись ее сакрализацией, невзирая на какие угодно ее преступления. Об актуальности «сергианства», по мнению авторов книги, свидетельствуют многолетняя служба Кирилла в КГБ под агентурным псевдонимом «Михайлов» (о чем писали швейцарские СМИ), его поклонение советским символам (в первую очередь «вечному огню»), симпатии к тоталитарным режимам (например, кубинскому, китайскому и северокорейскому) и безоговорочное признание власти и авторитета Путина, который ни в чем никогда не ошибается.
В течение 20 лет до своего назначения патриархом (с 1989 года) Кирилл возглавлял Отдел внешних церковных связей Московского патриархата (ОВЦС МП), созданный по предложению Лаврентия Берии в 1946 году. По рассказам многих бывших сотрудников, отдел на 100% был укомплектован агентурой КГБ, преимущественно из Первого главного управления (внешняя разведка). «Сотрудники моего отдела являлись агентами КГБ, включая меня, — говорил на пресс-конференции в Москве в феврале 1992 года о. Андрей Рыбин, ныне служащий в одной из “альтернативных” православных церквей. — Меня завербовали еще семинаристом. Устроиться на работу в этот отдел иным образом было невозможно» (Orthodox Life, т. 42, № 3). Специфику ОВЦС МП отмечает документ КГБ СССР от 28 июля 1970 года «Об использовании органами КГБ возможностей Русской Православной Церкви в контрразведывательных мероприятиях внутри страны и за рубежом». „
Вообще, абсолютное большинство клира РПЦ советского времени было завербовано: по словам зампреда КГБ СССР Анатолия Олейникова, лишь 15–20% рядовых клириков удалось уклониться от сотрудничества,
но руководящие церковные должности занимали исключительно агенты спецслужбы (Christopher Andrew and Vasili Mitrokhin, The Sword and the Shield: The Mitrokhin Archive and the Secret History of the KGB. Basic Books, 1999, p. 490). Этот факт подтвердила и комиссия Верховного Совета России во главе со Львом Пономаревым и о. Глебом Якуниным, работавшая в архивах КГБ в начале сентября 1991 года: благодаря ей стали известны агентурные клички действующих иерархов РПЦ, включая патриарха Алексия II (агент «Дроздов»). Уже покойный архиепископ Хризостом (Мартишкин) — единственный иерарх, публично покаявшийся в сотрудничестве с КГБ (агент «Реставратор»), — так описывал своего собрата, митрополита Мефодия (Немцова) (агент «Павел»), ныне занимающего Пермскую кафедру: «Кагэбэшник, атеист, развращенный человек» («Русская мысль», 24 апреля 1992 года).
Представительства, монастыри и храмы РПЦ за рубежом остаются важными разведцентрами российских спецслужб, о чем рассказывала и «Новая-Европа». Райт и Макрис приводят пример священника Павла Макаренко, настоятеля новопостроенного храма РПЦ в шведском Вестеросе. В ноябре 2023 года он был официально награжден медалью СВР «За взаимодействие» (за № 4023-ПН), которую батюшке передал действующий глава ОВЦС МП митрополит Антоний (Севрюк). Одновременно «за деятельность, несовместимую со статусом священнослужителя», из Болгарии был выдворен архимандрит Вассиан (Змеев), а из Чехии — протоиерей Николай Лищенюк. При этом министр иностранных дел Чехии Ян Липавский заявил: РПЦ «является частью репрессивного аппарата Кремля, вовлеченной в операции российского влияния».
Плод ядовитого древа
«Богословие СВО» — это апофеоз «сергианства». РПЦ и лично Кирилл давно подходили к тому, чтобы богословски слить армию и церковь, не хватало лишь, выражаясь языком патриарха, энергетического удара, достаточного, чтобы стереть границу между ними. Этим ударом стало нападение на Украину, объявленное «священной войной», через которую открывается путь в рай для всех, кто завербуется в ВС РФ и отдаст свои жизни за путинскую «денацификацию». В прошлом году в одной из проповедей в «главном храме ВС РФ» в подмосковном парке «Патриот» Кирилл провозгласил РПЦ и армию «одним единым организмом», указав на литургическое поминовение «воинства» на каждой службе. Военные действия России на территории других государств глава РПЦ богословски основывает на учении об «удерживающем» (по-гречески — «катехон»). Этот термин употребляет апостол Павел во Втором послании к Фессалоникийцам (глава 2, стихи 6–7), предупреждая, что наш мир не разрушится до тех пор, пока в нем остается «удерживающий». Хотя РФ и русского народа во времена апостола Павла не существовало, Кирилл смело относит пророчество об «удерживающем» к ним.
Отправная точка построений патриарха — высказывание Путина о том, что не нужен мир, в котором не будет России. «Формулировки патриарха, — отмечают авторы книги, — дословно повторяют политический манифест президента, источник доктрины становится очевиден: Кремль». РПЦ «сакрализировала государство до такой степени, что политическое инакомыслие стало религиозным преступлением. Логическим завершением является обожествление национального лидера», который воспринимается как новый мессия. Поздравляя Путина с очередным «вступлением на престол» 7 мая 2024 года, Кирилл, ссылаясь на свою патриаршую харизму, предсказал его правление «до конца века» в библейском смысле слова, редуцировав формулу «Не нужен мир без России» до формулы «Не бывать миру без Путина».
Авторы приводят большой массив святоотеческих цитат, опровергающих другой догмат Кирилла, будто смерть на «СВО» автоматом «смывает все грехи», то есть делает погибшего зека или вагнеровца святым. 13-е правило св. Василия Великого, входящее в корпус канонического права православной церкви, налагает трехлетнее отлучение от причастия на вернувшихся с войны (заметим, оборонительной, не агрессивной). По словам св. Николая Сербского, «язычники истребляли друг друга с гордостью и высокомерием, тогда как христиане идут в бой со стыдом». Сопоставляя себя с преподобным Сергием Радонежским, Кирилл в одной из проповедей задается вопросом: должен ли был святой благословить воинов на битву с монголо-татарами на Куликовом поле? Раз должен, то «и я благословляю всех вас сегодня на самоотверженное служение». Но тогда речь шла об оборонительной войне против иноземных поработителей, а сейчас, как подчеркивают Райт и Макрис, об «агрессивной войне против православных христиан».
Оставаться в РПЦ «технически» невозможно для православного христианина, желающего исполнять заповеди Евангелия: «Государство, действуя через покорные церковные власти, требует вашего участия в молитвах, благословляющих агрессивную войну против ваших единоверных православных христиан. Если вы молчите и участвуете, вы становитесь соучастником. Если вы возражаете, вас рискуют заклеймить предателем и государства, и Церкви» — со всеми, как выражается Кирилл, правовыми последствиями.
Книга опровергает еще одну «зацепку», с помощью которой РПЦ и Кремль пытаются «духовно» оправдать «СВО»: якобы канонические чада Московского патриархата в Украине подвергаются гонениям, надо их защитить. «Если Россия вторглась, чтобы якобы защитить УПЦ, почему УПЦ полностью осудила вторжение? — спрашивают Райт и Макрис. — Почему они немедленно прекратили поминовение патриарха Кирилла? Почему они провозгласили независимость от Москвы 27 мая 2022 года? На эти вопросы у сторонников патриарха Кирилла нет качественных ответов, кроме ad hominem и обвинений в “антироссийскости”, русофобии, западном шпионаже». „
Если принять логику РПЦ, то «любая православная страна могла бы вторгнуться в любую другую, где православные испытывают трудности», — православие превратилось бы в вечную войну всех против всех, похлеще любого джихадизма.
Кстати, авторы приводят множество примеров того, что Кириллу по ряду параметров близок ислам, в том числе в его радикальных интерпретациях.
«Он нас предал»
Пока пресс-служба патриарха Кирилла готовила ответ на исследование православных американцев, будто в подтверждение их доводов раздался обличительный голос из недр той самой церкви, которую ВС РФ якобы намерены «защищать». С интервью о ересях главы РПЦ выступил Евлогий (Гутченко), Сумской митрополит УПЦ (которую Московская патриархия считает своей частью). Он напомнил, что в православной традиции вообще нет концепции «священной войны», поскольку «Церковь Христова никогда не знала и не принимала идеи сакрализации вооруженного насилия». На территории Сумской епархии, где и сегодня идут активные военные действия, разрушено несколько десятков храмов, и Евлогий недоумевает: «Неужели патриарх Кирилл такой жестокосердный?» Он сознательно «встал на сторону наших убийц… Он считал, что Украина — это его каноническая территория. Ведь это его паства, которую убивают!» Причину такого нехристианского выбора Сумской митрополит видит в том, что Кирилл «не духовное лицо, он политик. Он предал нас, он отрекся от нас».
В самом начале «СВО» патриарх Кирилл пообещал митрополиту Евлогию наказание «не только в веке будущем, но и в нынешнем», теперь эти угрозы обновил верный послушник патриарха, глава Ассоциации православных экспертов Кирилл Фролов: «Освобождение Сум скоро. Значит, встретимся, и он получит согласно канонам».
«Может ли кто-нибудь представить апостола, являющегося агентом КГБ? Дух Святой не обитает в тех, кто стал апостолами по рекомендации КГБ. Новомученики России отвергли этот институт, который мы сегодня называем церковью , и потому этот институт отверг мучеников», — подчеркивала в начале 90-х православный публицист Зоя Крахмальникова, отсидевшая пять лет за свою веру.
Пожалуй, слово «ересь» звучит слишком академично и, если угодно, нейтрально для описания того, что проповедует патриарх РПЦ. Его взгляды можно разбирать богословски, сравнивать с учением Библии и святых, как это педантично делают авторы книги «Ересь патриарха Кирилла». Но живое человеческое сердце, заслышав характерный металл Кириллова голоса, зовущего к бесконечной войне, ненависти, крови, рефлекторно бежит от него, как это описано в евангельской притче о добром пастыре (Иоан., 10:5). Религия «СВО» держится только на страхе и силе принуждения.