Надин Гейслер — псевдоним Надежды Россинской: белгородки, которая помогала беженцам из Украины. 20 июня 2025 года Второй Западный окружной военный суд в Белгороде приговорил ее к 22 годам лишения свободы и штрафу в 320 тысяч рублей по обвинениям в госизмене, содействии терроризму и публичных призывах против безопасности РФ. Защита попыталась обжаловать приговор, однако апелляционный военный суд также оставил приговор в силе.
До войны Надя работала фотографом, а иногда и сама выступала в качестве модели. Если открыть ее уже заброшенный после ареста инстаграм и пролистать до 2021 года, можно увидеть яркие фотосессии: фотографии на природе, эксперименты с макияжем, кричащее розовое и фиолетовое освещение на фото. А сразу после — кадры с мешками, набитыми гуманитарной всячиной: гигиеническими салфетками, детскими вещами, лекарствами, крупами, кормами для животных; скрины сообщений с просьбами о помощи, с благодарностями за спасение.
Вся волонтерская деятельность Нади началась с сообщения бывшей клиентки, которая прежде заказывала у нее фотографии, — она была родом из Харькова. Мама подруги этой харьковчанки пересекала границу, и ей некуда было ехать. Они остановились у Надин.
20 марта 2022 года Надин с сестрой Алёной вышли на Соборную площадь Белгорода. Они оделись в сине-желтую одежду в цвета украинского флага, а также взяли с собой плакаты «Колеусы вегетативные в дар» и «Алоэ, изолепис в дар». Флористическая тематика была близка Наде: у ее семьи был цветочный бизнес, теплицы. Вот так под прикрытием цветоводства девушки выразили свою гражданскую позицию тогда, когда выразить ее уже никак было нельзя.
Обе в итоге были задержаны. Надин вменили «Нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования» и назначили 15 тысяч рублей штраф. Алёна сумела добиться отмены приговора на апелляции.
В июне 2022 года Надин в своем инстаграме опубликовала собственное фото в бронежилете. Девушка ездила на оккупированные территории, чаще всего в Харьковскую область, и привозила людям самые необходимые вещи: еду, средства гигиены, лекарства. Российской армии было не до помощи мирным, а Украина, как бы ни хотела, не могла толком помогать на захваченной территории. Именно тогда „
Надя создала волонтерскую организацию «Армия красоток». Начала объявлять сборы, и люди откликались. В обычном жилом доме они оборудовали склад, откуда мешки с гуманитаркой разлетались по десяткам городов и сёл, названия которых были известны из военных сводок.
Волонтерство Надин быстро навлекло проблемы — не только на нее саму, но и на всю ее семью.
В 2023 году у родителей Надин сожгли теплицу, в которой семья выращивала цветы. Время от времени рядом с домом, где располагался штаб «Армии красоток», кто-то стрелял из огнестрельного оружия — причем каждый раз это случалось, когда Надя выходила на улицу. Полиция приезжала и разводила руками. Вероятно, это происходило как раз из-за волонтерства.
Позже она попыталась завязать со своей работой, уехала из России. Через год вернулась.
Последний пост в ее инстаграме — о сборе на работу волонтеров — опубликован 31 января 2024 года.
1 февраля ее задержали сотрудники ФСБ.
Кадры задержания Надин ФСБшники разослали по СМИ только спустя два с лишним года, аккурат в день апелляции. На видео куча силовиков вместе с людьми в штатском сначала стучат в дверь, а когда Надя в халате открывает им, кладут ее лицом в пол. На этом моменте звук в видео пропадает — вероятно, потому что тогда ФСБшники, по свидетельствам находившихся в квартире, начинают отпускать угрожающие комментарии. Другу Надин Александру сотрудники обещали «сменить прическу» и даже брали ножницы, а по поводу несовершеннолетнего брата Надежды, также присутствовавшего в квартире, заметили: «Такого пиздюка можно в окно выкинуть».
В том же видео ФСБ приводятся и предполагаемые доказательства вины Надин. Среди них — стоковое фото какой-то девушки-военной под украинским флагом и в маске, датированное 19 апреля 2022 года. Также в этом видео приводится переписка, в которой предводительница «Армии красоток» якобы радуется обстрелам Белгорода и говорит о намерении помогать ВСУ.
ГосСМИ и белгородская пропаганда устроили целую кампанию в СМИ, где попытались объяснить, что на Надин действительно преступница, которая все собранные деньги тратила на отдых на курортах и в то же время донатила ВСУ. Судя по этой активности, можно сделать вывод, что „
состоятельность обвинения, предъявленного Надин, вызывает сомнения даже у тех, кто ее преследует. И последнее слово, произнесенное девушкой во время апелляции, било именно в эти точки обвинения.
Согласно версии следствия, Надин в инстаграм-аккаунте ua_help_nadin призывала жертвовать деньги батальону «Азов». Этот аккаунт не совпадал с ее личной страницей. В ходе следствия и суда ФСБ озвучила несколько версий происхождения аккаунта: по первой версии, Надин создала новый профиль и выкладывала посты там, по второй — переименовала свою старую страницу, по третьей же версии она разместила в своем основном аккаунте ссылку на новый профиль. Сейчас же пользователя ua_help_nadin и вовсе невозможно найти в Instagram, а вот довоенный профиль Надин всё еще доступен и призывов жертвовать деньги на нужды ВСУ там нет.
«С таким же успехом любой желающий может взять реквизиты Народного фронта и открыть сбор хоть на ВСУ, хоть на ИГИЛ. Соответственно, данный аккаунт может принадлежать кому угодно», — говорила в своем последнем слове Надин.
Второе обвинение строится на переводе средств между украинскими волонтерами Ириной Переборщиковой и Сергеем Ковальчуком. При чём тут Надин? По версии обвинения белгородка, когда она жила в Грузии, уговорила также проживавшую в Грузии Ирину перевести деньги Сергею — а тот якобы отправил их украинской армии. При этом реквизиты грузинской карты Ирины были указаны в сборах Нади. Надин отрицала переводы со своей стороны, что подтверждали и сами украинские волонтеры: Ирина давала показания по видео.
«Мне — по сути, постороннему лицу — вменяют переводы денежных средств в сумме около 11 000 гривен, которые делала иностранная гражданка, находясь на территории иностранного государства лично со своего устройства и мобильного банка, к которым я никогда не имела доступа и даже не находилась в этот момент рядом, — говорила Надин в последнем слове на апелляции. — Более того, на суде выступил и получатель денежных средств, который подробно изложил обстоятельства его знакомства с Перевозчиковой еще задолго до 24 февраля 22 года, [рассказал] про их договоренности и все эти переводы, к которым я не имела никакого отношения»
Третье обвинение, предъявленное Надин Гейслер, заключалось в том, что она якобы ездила не только в оккупированные районы Украины, но также пересекала линию фронта, чтобы помочь ВСУ и в первую очередь «Азову». В качестве свидетелей по этому обвинению следствие привлекло пятерых пленных украинских военных, которые находятся в российской тюрьме.
«Новая газета Европа» публикует последнее слово Надин с сохранением стилистики и незначительными сокращениями.
«С вынесенным приговором я не согласна. Считаю его незаконным и необоснованным. При рассмотрении дела по существу выходит, что никаких доказательств моей вины нет. Обвинение по статье 280.4 часть 2 (публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности государства): принадлежность вменяемого мне инстаграм-аккаунта не доказана. Не установлено даже айпи-устройства.
Всё основывается исключительно на слухах и догадках, предположениях и клевете свидетеля, бывшего волонтера, которые числится засекреченным, но был рассекречен мной моментально. (...)
Помимо озвученного, мне вменяется государственная измена, да такая, какой в России, наверное, еще не было. Посредством питьевой воды, консервов и средств для остановки кровотечения. Кстати, этот вопрос мы задавали лингвистам. „
Как вода питьевая, консервы и кровоостанавливающие средства угрожают безопасности Российской Федерации и ее конституционному строю? Лингвист не смог ответить на этот вопрос, он не в его компетенции, а мне до сих пор интересно.
Готовясь к прошлому судебному заседанию, я не могла не отметить показания украинских военнопленных.
Свидетель под псевдонимом Николай заявил о том, что он является гражданином Украины, в настоящее время находится на территории Российской Федерации. Он проходил военную службу в составе ВСУ и осуществлял боевые действия против вооруженных сил Российской Федерации, на Донецком направлении, в том числе с лицами из подразделения “Азов”, в период с начала июля 2023 года по август 2023 года. За это время неоднократно приезжали волонтеры, которые везли гуманитарную помощь в виде лекарственных средств и предметов первой необходимости. Данные предметы они привозили по согласованию с подразделением “Азов”.
В один из дней группа молодых людей привезла гуманитарную помощь. Среди них ему запомнилась девушка яркой внешностью: прическа, состоящая из дредов. Правда, непосредственно дредов у меня не было, но опустим этот момент: мужчина всё же, что он понимает в бьюти-индустрии? А у нас всего лишь одним ляпом больше. И с татуировкой на плече в виде какого-то цветка. Вообще цветами заполнена половина моего инстаграма, тоже несложно было узнать. Данная девушка поблагодарила военнослужащих полка “Азов” за освобождение Украины от русских оккупантов и имя этой девушки Надежда.
Были аналогичные показания, слово в слово, еще одного военнопленного. С разницей лишь в том, что [согласно им] я не только лечила и кормила ВСУ и “Азов” с ложечки окрошечкой, но еще и привезла генераторы и дроны. За что все, конечно же, меня очень сильно отблагодарили. К моему удивлению, на суде мы не увидели военнопленных, мы не слушали их показания, как будто их не было. А всё потому, что появились новые показания, еще лучше прежних, где я не то что привозила дроны, а сама их координировала и пилотировала.
И тут мы переходим к очередному засекреченному свидетелю, которого я моментально рассекретила. Но не потому, что я подлинная разведчица, а потому, что нас из СИЗО выводили вместе. Засекреченный свидетель Виктория — это К. (имя известно редакции, не приводим его по соображениям безопасности человека. — Прим. ред.) довольно известная личность в СИЗО ФСБ, гражданка Российской Федерации, вступила в РДК на территории Украины, где была взята в плен Вооруженными силами Российской Федерации и провела в плену 310 дней в Воронежской области, СИЗО №2. Так как мы никогда не содержались в одной камере, а текст она заучила плохо, то постоянно путалась в показаниях: то мы познакомились в СИЗО, то не в СИЗО. То я помогала ВСУ с начала СВО, то с конца 2022 года.
(Далее в своем последнем слове Надин отметила, что девушкой, оклеветавшей ее, двигало желание получить медицинскую помощь в заключении, что, вероятно, ей было обещано в обмен на показания).

Я была вынуждена, как бы ужасно громко ни звучало, спасать жизни людей и животных в зоне боевых действий во время гуманитарной катастрофы, отсутствия снабжения больниц и эвакуации.
Я не побоюсь утверждать, что мою помощь получили десятки тысяч людей. Здесь сейчас я с вами не одна: рядом со мной их тысячи, среди них есть живые и уже мертвые. Эти люди говорили, что я их последняя надежда, что без моей помощи они бы не выжили. Я помогала людям выжить: продуктами, медикаментами, оплатой операции, эвакуацией, ночлегом, предоставлением жилья, поиском пропавших детей и даже оплатой похорон. Помогала всем, до кого смогла дотянуться: Донецк, Донецкая область, Луганск, Луганская область, Херсонская область, Мелитополь, Мариуполь, Харьковская область. Голодающие люди, плачущие просто от вида хлеба. Это Стрелечье, Лукьянцы, Слобожанское, Липцы, Циркуны, Черкасские и Русские Тишки, Борщевая, Русская Лозовая, Весёлое, Пыльная, Великие Проходы, Борисовка, Глубокое, Изюм, Казачья Лопань, Цуповка, Ветеринарное, Волчанск, Купянск, Балаклея, Рубежное, Лиман. Это лишь те населенные пункты, что я вспомнила. ЦРБ Изюма, ЖД поликлиника Изюма, ЦРБ Троицка, детское отделение. Эти больницы были без препаратов: не то что кровоостанавливающего не было, а даже физраствора. Но почему-то, говоря о моей деятельности, никто ни слова об этом не сказал. Мне интересно, как бы там люди выживали без оказанной мной помощи.
Можно сфабриковать материалы дела, можно запугать и создать свидетелей, но невозможно уничтожить правду. Она сегодня мой главный адвокат. „
Я не террорист и не убийца, на моих руках нет и капли крови. Единственное, что можно мне вменять, — это собственное мнение, неугодные политические убеждения.
Согласно Женевской конвенции 49-го года, даже взятые в плен участники военных действий, находящиеся во власти противника, имеют право на уважение достоинства, личных прав и убеждений, политических, религиозных и иных. Они должны быть защищены от любых насильственных действий. Так неужели только у меня в этой стране нет прав? Мой обвинитель закрывает глаза на Конституцию Российской Федерации, на права человека. И, видимо, даже на Библию. Как будто никто никогда не собирается умирать и перед Богом за свои поступки не будет отвечать. И весь ужас в том, что набравшие обороты жестокость и кровопролитие всё меньше вызывают эмоциональный отклик у зрителей. Человеческая жизнь в наших реалиях ничего не значит. Годы нашей жизни — просто цифры. Люди — и есть те самые цифры, пущенные в расход политической мясорубки. Отработанный материал, изредка проскальзывающий на устах после обеденного перекуса изголодавшейся до зрелища общественности. Я считаю, что мой приговор бесчеловечен, жесток, репрессивен и должен быть отменен. Но я лучше буду с теми, кого посадили или убили, чем убью или посажу невиновного сама. У меня всё. Спасибо».

Виктория Боня, бывшая телеведущая «Дома-2» с почти 13 млн подписчиков в инстаграме, обратилась через свой блог к Владимиру Путину «от всех неравнодушных россиян». В заблокированной соцсети она перечислила пять острых проблем — наводнение в Дагестане, мазут в Анапе, забой скота в Сибири, убийство краснокнижных животных и блокировку соцсетей — и менее чем за сутки собрала миллионы просмотров и тысячи комментариев. Виктория Боня в последнее время часто поднимает резонансные темы, но в то же время публично поддерживает Путина и уверена, что тот якобы «не в курсе, что происходит со страной». «Новая-Европа» рассказывает, как Боня, лайфстайл-блогерка и известный конспиролог с огромной аудиторией неожиданно стала голосом тех, кто не может достучаться до власти.
Виктория Боня резко набрала популярность в нулевых благодаря реалити-шоу «Дом-2», где сначала была участницей, а затем ведущей. Свой инстаграм-аккаунт, запущенный в 2010-х, она превратила в популярный блог о косметике, моде и фитнесе. Примерно в то же время она снялась в клипах российских поп-звезд вроде Тимати, Димы Билана и Егора Крида, а также мелькала на российском телевидении и обложках глянца.
Во время пандемии Covid-19 Боня стала особенно известна взглядами, которые многие отнесли к конспирологическим. Например, блогерка через свой инстаграм транслировала, что пандемия объясняется «всемирным заговором» ради массовой установки 5G-вышек, нужной для травли радиацией, и планами по чипированию через вакцины. «Связь 5G сейчас устанавливают даже в школах и госпиталях. Вакцинация — способ контролировать и иметь возможность вводить человеку в систему всё что угодно! А теперь послушайте и скажите мне, пожалуйста, это совпадение?» — вопрошала она.
Боня часто призывала подписчиков «думать головой» и не верить официальным СМИ: „
«Люди, очнитесь! Нас травят. А наши дети в будущем уже не смогут иметь детей с такими последствиями, которые будут после использования таких технологий!»
Похоже, Боня до сих пор придерживается таких взглядов: так, прогуливаясь в Монако, где блогерка живет с дочерью, она «почувствовала излучение», «микроволны» и «цифровой шум» от банкомата, когда подошла снять наличные.
В последнее время Боня увлекается альпинизмом: она совершила восхождения на гималайскую Манаслу в 2024 году и на Эверест в мае 2025-го. Блогерка, посвящающая восхождения всем женщинам, неоднократно жаловалась на сексизм, критику и замалчивание успехов со стороны мужчин-альпинистов.
Именно словами об альпинизме — о том, что она «ходит в горы и растягивает там российский флаг», — Боня ответила на подозрения в финансировании ВСУ. В декабре 2024-го прокремлевские СМИ писали, что в прокуратуру жалуются на Боню из-за ее похода на бой украинского боксера Александра Усика в Саудовской Аравии и поздравления его с победой. Депутат Госдумы Дмитрий Свищев в разговоре с журналистами предлагал проверить Боню на нарушение российских законов, но скандал вскоре сошел на нет.
«Какая бы ни была сложная ситуация для меня, а она непростая… даже когда я хожу в Канны [на кинофестиваль], я получаю массу хейта. Я поддерживаю свою страну и я поддерживаю своего президента», — сказала она в конце 2024-го, отметив, что живет в Европе уже 12 лет, и заявив, что спорт существует вне политики.
Теперь Боня часто обсуждает с подписчиками остросоциальные темы. Только с начала года она несколько раз выступала в формате видеообращений. Так, 19 марта она ужаснулась неподъемной для многих россиян коммуналке: «Люди показывают счета, которые к ним приходят за коммуналку, и у них зарплата примерно такая же. То есть это что значит? Это значит, что очень скоро люди просто пойдут по миру, им не за что будет платить, не на что будет». Как писала «Новая-Европа», в России произошло рекордное за 16 лет повышение тарифов ЖКХ — в разы больше, чем обещали власти.
В этом же инстаграм-ролике Боня с тревогой отмечала, что россияне остаются без возможностей общаться друг с другом из-за интернет-блокировок, в том числе в отношении Telegram. Там же Боня задалась следующим вопросом: „
«Я не знаю, у нас главнокомандующий Владимир Путин вообще в курсе, что происходит со страной или нет? Какую информацию до него доносят? Люди сейчас просто кричат вовсю, во весь голос».
Накануне блогерка опубликовала 18-минутное обращение к Путину.
Боня и темы, о которых «не знает» Путин
В видеообращении, набравшем за сутки 13 миллионов просмотров, Виктория Боня подчеркнула, что поддерживает Владимира Путина как «сильного политика». Она также повторила тезис о том, что Путин якобы не знает о реальном положении дел в стране.
Боня уверена, что обычные россияне, публичные персоны и чиновники (в частности, губернаторы) «боятся» Путина, в то время как она сама нет, поскольку «живет по сердцу». Она объясняет свою честность через альпинизм: «Если будешь врать, умрешь в горах. Одна ложь не выживает».
По мнению Бони, между Путиным и обычным народом существует «огромная толстая стена», через которую она и пытается пробиться, чтобы тот «понимал боль людей на самом деле», а не полагался на доклады «1000 людей».
«Почему я это говорю? Потому что у меня российский паспорт, я русская. Я очень люблю свою страну. Это моя страна, это моя ДНК. И, Владимир Владимирович, мы вас поддерживаем тоже и считаем вас очень сильным политиком, но многого вы не знаете», — заявила она, перечислив пять тем «на повестке дня».
1. Наводнение в Дагестане
«Очень страшное наводнение» в Дагестане уносит жизни и имущество, говорит Боня. Ее возмущение вызывает не столько само стихийное бедствие, сколько реакция властей. По ее словам, помощь первые 72 часа не оказывалась. Она критикует приезд губернатора: по ее словам, «ему расстелили ковер, чтобы он ноги не замочил... Люди, которые по шею вот так вот в этом говне плавали... А губернатор попросил ковер». Боня говорит, что пострадавшие — это семьи тех, кто уехал «служить Родине» (вероятнее всего, подразумевая войну), и российское государство должно оказать им поддержку.
2. Ситуация с мазутом в Анапе
По словам Бони, ее мама живет в Анапе, и там снова появилось пятно мазута, которое «видно из космоса» (телеведущая пообещала приложить фото). Она говорит, что люди своими руками отмывают птиц и собирают мазут: «Никакого сезона купания не будет. Вам врут. Там мазута просто разлив, и там гибнут просто животные».
«Меня волнует моя страна, меня волнует мой народ, меня волнует, потому что это часть, большая часть моей жизни. И сейчас происходит то же самое. Никакого сезона купания не будет», — подытожила Боня.
3. Убийство краснокнижных животных
Это «жаркая, ужасная, страшная тема», говорит Боня, уверяя, что в России уже вступил в силу закон, легализующий охоту на животных, которые внесены в Красную книгу.
Скорее всего, блогерка имеет в виду появившийся в феврале проект постановления правительства № 165677 «Об утверждении Правил добычи объектов животного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации».
Согласно инициативе, допускается отстрел краснокнижных животных, например, для мониторинга состояния их популяций. Однако экологи выступили резко против инициативы: по их словам, современные методы и способы мониторинга позволяют вести его, не допуская гибели животных. В целом, убийство животных, занесенных в Красную книгу, запрещено и влечет уголовную ответственность (ст. 258.1 УК — до 5 лет лишения свободы).
«Я так понимаю, таким образом забираются территории под себя для того, чтобы потом их, наверное, застраивать. Соответственно, разворовывается всё. Людям не помогают», — считает Боня.
4. Изъятие скота у сибирских фермеров
«Новая-Европа» подробно рассказывала про массовый забой скота в Сибири. Боня рассказывает историю о не названной бабушке, которая, по ее словам, упала на колени, когда у нее забрали единственную корову. Корова для села, как отмечает телеведущая, это «молоко, масло, творог, возможность жить, выживать, хлеб покупать». Она обвиняет в убийстве скота «вертикаль корпораций» (в частности, «Мираторг»), которым, по ее словам, выгодно убрать фермеров, чтобы продавать свое мясо в «пластиковой упаковке».
«Приходили, убивали [скот], а кто-то начинал говорить [против] — забирали в отделение, чтобы другим было неповадно», — говорит Боня. Информацию о ситуации Путину доносят неверно, потому что «вас боятся», — добавила она.
Про изъятие скота Боня записывала целое отдельное видео, начав его со слов: «Что за херня происходит с коровами, которых просто сжигают, усыпляют. Это просто какое-то живодерство». Она возмутилась, что у людей отнимают скот, причем не разбираясь, больной он или здоровый, и не дают даже сделать анализы.
«Это что? В какие дебри ведут нас? Отключили Instagram, Telegram, YouTube – всё, всё, всё, блять, короче, забрали. Интернет везде вырубили. Окей, сейчас давай еще скот заберем. Сидите, умирайте и погибайте», — говорит она.
5. Проблемы бизнеса и запрет Instagram
Виктория объясняет Путину, что такое Instagram для людей: по ее словам, это возможность для малого бизнеса коммуницировать с клиентами, чтобы «друг друга держаться, друг за друга, не утонуть». Теперь же, по ее словам, рекламу забрали, и бизнес «загибается».
«Говорят, что сейчас китайцам будут льготные условия... То есть такое дешевое импортозамещение... Люди загибаются», — рассказывает телеведущая.
Боня подчеркивает, что Путин лишил огромное количество людей возможности связаться со своими родственниками, и отмечает: власть все время что-то запрещает. «Список огромный. Запрещаем, запрещаем, запрещаем, запрещаем, запрещаем и запрещаем. Такое ощущение, что мы уже не в свободной стране живем, а в какой-то запрещенной стране», — считает она.
Блогеры Чекалины: Боня публично призвала к пересмотру дела
В своем обращении Боня также рассказывает о семье Валерии (Лерчек) и Артема Чекалиных. В 2023 году их обвинили в неуплате налогов и отмывании денег, но потом дело закрыли, и в октябре 2024-го они стали фигурантами дела о незаконном выводе средств за пределы России. Находясь под домашнем арестом, Валерия родила ребенка, а в феврале этого года стало известно, что у нее нашли онкологическое заболевание. Защита Чекалиной утверждала, что следователь отказывался отпустить Валерию к врачу.
По словам Бони, у пары были «нарушения по уплате налогов» из-за финансовой неграмотности, а не из-за желания обмануть государство. Она отмечает, что Лерчек, находясь под домашним арестом с браслетом на ноге, не могла попасть к врачу, когда у нее болел живот:
«Оказывается, у Валерии Чекалиной рак четвертой степени с метастазами в легких, в позвоночнике, в ноге, в основании черепа. Это мама четверых детей... Она делала бизнес и платила в казну государства налоги», — говорит телеведущая.
Боня противопоставляет Лерчек губернаторам, которые, по ее словам, «воровали», но их не сажают. Помимо того, телеведущая прямо призвала к пересмотру дела и освобождению Артема (в апреле его приговорили к семи годам колонии) и назвала дело Чекалиных «показательной поркой, чтобы другим было неповадно, чтобы дальше боялись».
***
В конце видео Боня предложила Путину создать площадку, на которой россияне могли бы писать ему о темах дня. Хотя она признала, что сама не может установить мессенджер MAX, так как живет за пределами России и пользуется иностранным магазином приложений, она допустила, что такая платформа могла бы появиться внутри «ВКонтакте» (принадлежит VK, как и MAX). По ее словам, люди уже устали бояться, их «сжимают в пружину», которая в какой-то момент «просто выстрелит».
Реакций на ролик Бони множество — всего более 41 тысячи. Есть и ироничные. «Виктория, спасибо, что открыли Путину глаза! Он же правда не знал, сидит там бедный, один, губернаторы ему врут, генералы врут, а тут вы из Монако от лица обычного народа наконец-то все объяснили. Про мазут, про наводнение, про соцсети. Он сейчас наверняка в шоке. Срочно побежал разбираться», — написал экс-директор Фонда борьбы с коррупцией Иван Жданов.
С иронией относятся к обращению и некоторые пользователи X: «Бояре плохие! Это они сцарю не рассказывают ничаво! Беги Боня беги. Все равно придется». Другой в X и вовсе выразил мнение, что Боня «двигает обычные пропагандистские тейки», жалуется на «нерадивых чиновников, а затем просит сильного и уважаемого Путина разобраться». „
Однако большинство комментариев под самим роликом всё же написаны серьезно, с искренней благодарностью и порой даже восхищением. В инстаграме обращение Бони массово поддерживают.
«Виктория, СПАСИБО!!! Очень бы хотелось, чтобы это сообщение дошло до адресата… но, увы, нефига оно не дойдет», — написала одна из подписчиц. «Виктория, спасибо. Вы, действительно, передали голос народа. Спасибо за честность и смелость!» — сказала еще одна комментаторка (орфография и пунктуация сохранены).
Вслед за Боней происходящее в стране раскритиковала другая популярная инстаграм-блогерка и телеведущая – Айза Анохина. В своем блоге она отметила, что «не может остаться в стороне», и рассказала о разрушениях после паводков, загрязнении Краснодарского края из-за выброса нефтепродуктов, убийстве скота в Сибири и блокировке Telegram. Анохина, как и Боня, уверена, что до Путина «много информации не доходит».
Представив «среднестатистического депутата» с недвижимостью на «миллиарды долларов и кучей паспортов», Айза добавила: «Подумайте о людях, которые прямо сейчас страдают без домов, без еды, то есть прямо уже на грани. Пожалуйста, сколько можно, сколько надо наворовать денег, чтобы было достаточно? Я, конечно, искренне надеюсь, что наш президент действительно не в курсе, и как говорит Вика, ему приносят все в папочке, и он не знает, что происходит с людьми. Но я не понимаю, как могла произойти ситуация, в которой у 1% есть то, чего нет у 99% процентов». В конце блогерка призвала свои четыре миллиона подписчиков рассказывать о ситуации в России, поскольку это уже ни в какие ворота не лезет».

В конце марта 2026 года на обочине в районе города Камышлов в Свердловской области волонтеры обнаружили на снегу полсотни мертвых собак. Подозревают, что их выбросили туда сотрудники местного пункта кратковременного содержания животных. Его директора ранее арестовали по другому поводу — за возможное мошенничество с контрактами на отлов псов. Как выяснил «Ветер», приют долгое время доводил бездомных собак до истощения и закапывал их у себя на заднем дворе.

Текст впервые опубликован на сайте проекта «Ветер».
«Она стоя прямо умерла. Ползла видать. Получается, они из машины просто за шкварник выкидывали», — говорит на видео одна из местных жительниц, нашедшая 29 марта трупы собак на трассе между городам Камышлов и Ирбит в Свердловской области. Тогда волонтеры обнаружили 49 мертвых псов в радиусе нескольких километров. В попытке избавиться от трупов заподозрили пункт кратковременного содержания животных (ПКС) в городе Камышлов.
— Нет [доказательств] факта, что там животные были именно убиты. Это просто трупы, которые были выброшены в нарушение законодательства о захоронении биологических отходов. Мы видим их принадлежность к нашумевшей живодерне Камышлова. Есть следы установки бирок, признаки стерилизации. Собаки истощены, — объясняет «Ветру» Светлана Седухина, координатор местного движения «Общественный контроль по защите животных». — Есть такой термин в ветеринарии — бездействие. Если больное животное не лечить, оно будет отказываться от еды и просто тяжело умирать. В данном случае бездействие привело к смерти животных, а от трупов избавились таким образом: вывезли и выкинули на дороге.
Собак выбрасывали партиями: в одном месте волонтеры нашли 11 трупов, в другом еще 15, в третьем — остальных. Согласно выводам зоозащитников, останки могли пролежать в снегу до трех месяцев — с декабря 2025 года. Очевидцы обратились в полицию.
Живодерня в уездном городе
Камышлов — город на 20 тысяч жителей — находится в 140 километрах от Екатеринбурга, на трассе Е22 — известном автомобильной маршруте из Англии до Тюменской области. Главное предприятие здесь «Камышловский электротехнический завод», который делает релейные шкафы для РЖД.
Пункт кратковременного содержания животных открылся в городе в 2019 году. Тогда в России только приняли закон «Об ответственном обращении с животными», который ввел метод сокращения популяции бездомных собак под названием ОСВВ (Отлов, Стерилизация, Вакцинация, Возврат). Псов стали забирать с улиц и выпускать назад после стерилизации.
В Камышлове этим занялась компания «Эверест» под руководством Максима Щипачева. Она заключала контракты на отлов собак в радиусе ста километров, включая соседние города Староуткинск, Асбест и Ирбит. По данным зоозащитников, через приют прошли тысячи животных.
За три года «Эверест» исполнил полсотни контрактов на 34 млн рублей, следует из данных СПАРК. Деньги при этом шли не на собак: фирма отправляла в администрацию подложные акты о выполненных работах, сообщила в марте 2026 года пресс-служба судов Свердловской области. «Всего за период с сентября 2020 по декабрь 2022 года компания незаконно получила более 28 млн рублей», — говорится в сообщении.
В 2022 году «Эверест» закрылся. Щипачев открыл свою фирму «Юго-Восток», которая продолжила отлавливать животных. Псов содержали в здании бывшей свинофермы на въезде в Камышлов.
Светлана Седухина предполагает, что фирма не стала тратиться на крематор для утилизации животных либо просто пожалела солярки. Погибших собак закапывали прямо на заднем дворе: в августе 2024 года активисты «Народного фронта» обнаружили там три захоронения с псами прямо в ошейниках. Они же сообщили о том, что собаки в приюте сильно истощены и больны.
В 2024 году волонтеры опубликовали петицию, в которой обращались к Путину с просьбой «запретить издевательство над собаками» в пунктах временного содержания. Они заявили, что в камышловском приюте собак морят голодом, их вода замерзает из-за холода в клетках, стерилизация выполняется «садистки».
«Юго-Восток» тогда включили в реестр недобросовестных поставщиков, и контракты с муниципалитетами прекратились. Спустя год приют объявил о закрытии. Что делать с оставшимися собаками — в отлове тогда находились 117 животных — руководство не знало. В начале 2026 года на помощь пришли волонтеры.
— Мы предложили Щипачеву условное сотрудничество, [сказали], Максим Алексеевич, передайте нам, пожалуйста, помещение в аренду, дайте нам возможность их вывезти. И он пошел на это. Мы обратились через «ВКонтакте» к людям с просьбой помочь. И на удивление откликнулись волонтеры аж трех регионов. В период с 24 февраля по 8 марта мы вывезли порядка 115 собак. Часть животных погибла, потому что мы приняли 92 собаки в состоянии крайней степени истощения и много больных. Много животных вылечены и находятся сейчас на восстановлении. Часть уехала к новым владельцам, — рассказывает Светлана.
В начале марта Максима Щипачева арестовали по подозрению в мошенничестве (часть 4 статьи 159 УК РФ) с муниципальными контрактами. По этому же делу задержали еще одного экс-директора «Эвереста» Дениса Неустроева. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Путь в один конец
Несколько десятков камышловских собак уехали на передержку в частный приют в селе Горный Щит под Екатеринбургом под названием «Благотворительный фонд помощи бездомным животным». Его возглавляет местная пенсионерка Марина Шарифуллина. В ее фонде более 500 собак, еще 40 она содержит в своем доме на заднем дворе.
— Как справляюсь? Никак. Муж спит по четыре часа, — бросает она в разговоре с «Ветром».
Зоозащитница объясняет, что для большинства вновь прибывших — это дорога в один конец, так как очереди на дворняжек не стоит. К примеру, за прошлый год в семьи удалось пристроить лишь троих.
— Дворняг берут очень плохо, хоть запиарься. Потому что предпочитают маленькую хорошенькую породу. Или модную, — объясняет она.
В последние годы животных на улицах стало как будто больше, говорит Марина. Среди них собаки контрактников, ушедших на войну и не вернувшихся.
— Хозяина не станет на СВО — [его собаку] выбрасывают. Выкидывают люди. Особенно частный сектор. Уезжают на новую квартиру, собак оставляют. Кошек оставляют. Сколько мы находим щенков, которых выкидывают на помойку. Представляете, малыши новорожденные. Кто-то спит спокойно после этого, — возмущается Марина.
Просели и сборы: если до 2022 года каждый месяц удавалось собрать несколько миллионов рублей на корм и ветеринаров, теперь краудфандинг практически не работает.
— Может, народ стал больше помогать фронту. У нас действительно народу стало очень тяжело выживать, поэтому и собакам мало кто помогает. Просто нет денег, вот и всё, — заключает Марина.
Системные ошибки
Светлана Седухина — предпринимательница в сфере маркетинга и зоозащитница с двадцатилетним стажем. С 2021 года она каждый год пишет заявление в Росприроднадзор, чтобы получить удостоверение общественного инспектора. Эта должность появилась в России недавно вместе с законом «Об ответственном обращении с животными». Она позволяет проводить инспекции в приютах для животных, снимать нарушения на фото и видео.
В разговоре с «Ветром» она тут же указывает на ошибки в федеральном законе, который не устанавливает никакого контроля за работой бизнесменов, занимающихся отловом:
— Муниципальные заказчики не удосужились задать подрядчику вопросы, что дальше будет с собаками [из пункта кратковременного содержания в Камышлове]. То есть они просто на них забили. И вот сегодня на дворе уже апрель, никто не поинтересовался, а какова судьба наших животных, отловленных в городе, — говорит Светлана.
Зоозащитница предлагает не только усилить контроль, но и сформировать рекомендации по отлову собак, а также предусмотреть бюджет на пожизненное содержание старых и больных особей.
— Минприроды, которые должны были разработать подзаконные акты, не дали методички, что такое этот метод ОСВВ. Они не разжевали субъектам, как осуществлять эту работу. В 2023 году вышли пояснения, что нельзя выпускать собак вблизи школ, садов, медицинских учреждений, парков, скверов. [Власти говорят]: да выкинь собаку у трассы. Это как называть? Превышение должностных полномочий? Давайте сядем, пропишем методику ОСВВ. Разжуем ее, начиная от отлова. Что отлов не может быть всех подряд. По категориям: сначала агрессивных, потом сук. А мы отлавливаем всех подряд и говорим, что денег не хватило, — объясняет она.
В Свердловской области два муниципальных приюта, где постоянно содержатся псы: в Екатеринбурге и Асбесте. В регионе принята дорожная карта по строительству дополнительных станций для собак. Это ветеринарные объекты, отмечает Светлана, поэтому бизнесменам без опыта нельзя отдавать контракты на работу с ними.
— У нас в России 90% подрядчиков — это предприниматели, у которых цель заработать деньги. А поскольку контроля нет, на нарушения [власти] закрывают глаза. У них, в свою очередь, задача — освоить бюджетные средства, чтобы не пришла прокуратура и не возбудила уголовное дело из-за небезопасной ситуации на улицах, — говорит она. — Заказчик халатно относится к контролю за исполнением контракта. Они же не ездят, не сверяют фотографию отловленной собаки с той, что сидит в вольере. Зачем ехать, особенно если это 300 километров от города. Проще по бумажке циферки сравнить. И вот он результат: 49 трупов валяется. А они отлавливали в год по тысяче собак. Где все эти животные? Что вы с ними сделали?
Ранее «Ветер» сообщал о нескольких случаях, когда волонтеры спасали собак из пунктов временного содержания. В январе 2024 года зоозащитники из Бурятии вывезли 600 собак из пунктов отлова, чтобы спасти их от принудительной эвтаназии. В аналогичной ситуации в феврале 2026 года оказались волонтеры в Красноярске. Они собрали 21 млн рублей частных пожертвований, чтобы построить приют для бездомных животных, которых хотят усыпить власти.
Автор: Юлия Куликова

Религиозно-мистические фантазии эксцентричного хозяина Белого дома взяли в ночь на 13 апреля новую высоту. Дональд Трамп опубликовал в своей соцсети сгенерированное искусственным интеллектом изображение себя в образе Иисуса Христа, исцеляющего или даже воскрешающего пожилого мужчину, прикованного к постели. Правой рукой мессия-Трамп прикасается ко лбу несчастного, а из его левой руки исходит яркий божественный свет. Вокруг — восторженная толпа, в небе над Трампом фейерверки, американский флаг и какие-то летательные аппараты. Чтобы не оставалось сомнений, с кем отождествляет себя президент США, одет он не в подобающий его должности деловой костюм, а в античную белую тунику и красный плащ. На иконах в таких одеждах часто изображают Иисуса Христа, пролившего свою кровь на кресте за спасение мира. Удалил он ИИ-картинку лишь спустя сутки после широкого обсуждения в СМИ и соцсетях. „
Увы, не похоже, чтобы Трамп тоже собирался проливать свою кровь, но нельзя не оценить рост его амбиций. Уже мало быть ему «вольною царицею» — хочется владеть всем мирозданием и воскрешать мертвых.
За тот год с небольшим, что прошел после «второго пришествия» Трампа в Белый дом, появилось немало научных и журналистских исследований о том, что трампизм (или движение MAGA) легче описывать как явление чисто религиозное, своего роду секту. «Новая-Европа» также посвящала этому феномену свое исследование. Судя по высказываниям самого Трампа и некоторых его последователей, движение MAGA впитало в себя харизматический диспенсационализм — учение некоторых американских христианских групп о том, что Божье откровение до сих пор передается через избранных Божьих людей. Видимым знаком такого избранничества является особый успех в бизнесе и политике, чем явно обладает Трамп. И его дальнейшее движение от национального к глобальному лидерству — через созданный Трампом «Совет мира», где он присвоил себе право накладывать вето на решения остальных государств, — рассматривается диспенционалистами-трампистами как «Божье помазание».
Между прочим, в похожих терминах некоторые капелланы американской армии объясняли затеянный Трампом армагеддон на Ближнем Востоке. «Президент Трамп помазан Иисусом, чтобы зажечь сигнальные огни в Иране, который вызовет Армагеддон и ознаменует возвращение Иисуса на землю», — проповедовал в начале марта один из командиров, которого цитирует американский Фонд военной религиозной свободы. В РПЦ и в России в целом на этом фоне набирает популярность идея о том, что Трамп — тот самый антихрист, появление которого предсказано в последней книге Библии Апокалипсисе и знаменует собой последние времена перед концом света. Настоятель храма РПЦ на Маросейке в Москве протоиерей Феодор Бородин охарактеризовал свежий коллаж Трампа как «тяжелейший грех сатанистской гордыни», предупредив, что «ничего хорошего из этого не получится». Православно-патриотические ресурсы, лояльные РПЦ, провозглашают Трампа антихристом, а замглавы политического управления Минобороны России генерал Алаудинов дает гарантию «99 %», что это так и есть.
В прошлом году много шума наделал коллаж Трампа в образе папы римского, который появился в той же его соцсети после смерти папы Франциска. Наткнувшись на болезненную реакцию христианского мира, Трамп тогда отрекся от этого изображения, заявив, будто «понятия не имел», как оно просочилось в его личный аккаунт. Однако уже 21 января этого года на форуме в Давосе президент США называл себя «папой современного мира» (по-английски он использовал слово dad, а не pope, представляя свой «патернализм» еще более универсальным, чем «отцовство» папы в католической церкви).
Сегодня же он обрушился с самой жесткой критикой на папу за всё время своего президентства, назвав Льва XIV «слабым» и «ужасным во внешней политике». «Я не хочу, чтобы папа римский критиковал президента США за то, что я делаю», — очень по-детски сформулировал Трамп. Он упрекнул понтифика в угождении «радикальным левым», хотя в католической среде Лев XIV имеет репутацию куда более консервативного [служителя], чем его предшественник Франциск. «Я не боюсь администрации Трампа, — ответил понтифик, — и не боюсь громко заявлять о послании Евангелия, ведь именно для этого я здесь, именно для этого и существует церковь».
Папа Трампу не присягал
Нынешний виток обострения между Вашингтоном Трампа и Святым престолом, занятым первым в истории папой из США Львом XIV, начался в январе этого года и достиг апогея на Пасху. В тот же день, когда Трамп объявлял себя всемирным папой, 21 января, понтифик получил от него приглашение войти в создаваемый «Совет мира» — очень странный орган, как бы альтернативный ООН, но с более высоким представительством (на уровне глав избранных государств) и с правом вето на любые решения у одного человека — всё того же Трампа. Выдержав почти месячную паузу, Ватикан вполне предсказуемо отказался от этого предложения. Госсекретарь Святого престола кардинал Пьетро Паролин заявил тогда о верности международной архитектуре, созданной после Второй мировой войны, с ключевой ролью ООН.
Оказалось, что приглашение Трампа было «последним шансом», который Белый дом давал Ватикану. Из утечек, опубликованных уже в пасхальные дни американским изданием The Free Press, стало известно, что глава Пентагона Пит Хегсет и администрация Трампа были чрезвычайно раздражены теми формулировками, которые Лев XIV допустил на встрече 9 января с дипломатами, аккредитованными при Святом престоле. Понтифик тогда выразил протест против происходящей в мире «замены дипломатии диалога дипломатией силы» и против войны, которая «снова в моде». Прямым текстом он осудил похищение Мадуро, которое привело в такой восторг Трампа, подчеркнув: «Стабильность в Боливарианской стране возможна только в том случае, если будет прекращена внешняя агрессия». По данным The Free Press, эти высказывания привели к вызову в Пентагон апостольского нунция (посла Святого престола) в США, кардинала Кристофа Пьера. Замминистра войны США Элбридж Колби прямым текстом пригрозил нунцию: „
«У Соединенных Штатов достаточно военной силы, чтобы делать в мире всё что угодно. Католической церкви лучше занять нашу сторону».
А кто-то из присутствующих чиновников даже напомнил об «Авиньонском пленении пап» в XIV веке, когда главы католической церкви находились в замке французских королей вдали от Рима. В марте Кристоф Пьер подал в отставку, не выдержав работы в столь хамских и нецивилизованных условиях.
Угрозы трампистов никак не повлияли на Ватикан: на нынешнюю Пасху Лев XIV вновь призвал мировых лидеров (очевидно, имея в виду Трампа) «отказаться от желания доминировать над другими». В своих проповедях на Страстной неделе папа постоянно критиковал новые попытки «империалистической оккупации» (в Украине и Иране) и заверял, что Бог отвергает молитвы политиков, «ведущих войну». Озлобление Трампа против Льва XIV только усиливается от того, что этот папа родился, учился и служил в США, из-за чего Белый дом делал на него особую ставку. «Если бы я не был в Белом доме, Лев не был бы в Ватикане», — написал сегодня президент США, давая понять, что папа его «предал». Но Лев XIV никогда и не присягал на верность Трампу.
Безусловно, он патриот своей родины, но то, что делает Трамп, грозит США множеством проблем — социальных, экономических и, главное, нравственных. После атаки на Иран понтифик отказался от ранее запланированного визита в США 4 июля, в день 250-летия провозглашения независимости. Вместо этого он собирается посетить крохотный итальянский остров Лампедуза — первую точку под юрисдикцией Евросоюза, которой достигают африканские беженцы, плывущие порой на самодельных плавсредствах сквозь массу смертельных опасностей к новой свободной жизни. Проблема мигрантов — традиционный пункт расхождения между трампистами и католиками, причем это противоречие лежит именно в моральной сфере. „
Полгода назад Лев XIV прямо осудил методы Трампа по депортации нелегальных иммигрантов: «Когда люди живут нормальной жизнью по десять, пятнадцать, двадцать лет, обращаться с ними таким образом, мягко говоря, крайне неуважительно. И, к сожалению, имеет место насилие».
Несмотря на свое бахвальство, Трамп пока мало чего достиг в глобальной политике, во всяком случае, в преодолении вооруженных конфликтов. У Ватикана, который формально является наименьшим по площади государством мира, есть немало моральных и даже политических ресурсов, чтобы игнорировать хамские требования Белого дома. Чем Папа Лев XIV и занимается — спокойно, с достоинством, вызывая лишь бессильную ярость несостоявшегося мессии.
Лера Фурман P. S.

В понедельник Папа Лев XIV получил неожиданную моральную поддержку от президента Исламской Республики Масуда Пезешкиана. В соцсети Х Пезешкиан написал, что осуждает оскорбления в адрес «религиозных фигур» и неуважение к духовным символам. Коллаж Трампа в образе Христа президент Ирана назвал «осквернением Иисуса», который почитается в исламе как великий пророк. Вероятно, вразумленный словами Пезешкиана Трамп в конце концов удалил пошлую картинку, которая в современной РФ прошла бы по статье «оскорбление чувств верующих». Ну а почему бы не удалить, если все уже увидели и обсудили? Правда, в отличие от истории с прошлогодним коллажем в образе папы римского, на сей раз Трамп не стал заявлять, будто не контролирует свой аккаунт. Он заявил: «Я думал, что это я в образе врача».

Чем дальше, тем больше ощущение, что врач там действительно необходим.

В конце марта 2026 года на обочине в районе города Камышлов в Свердловской области волонтеры обнаружили на снегу полсотни мертвых собак. Подозревают, что их выбросили туда сотрудники местного пункта кратковременного содержания животных. Его директора ранее арестовали по другому поводу — за возможное мошенничество с контрактами на отлов псов. Как выяснил «Ветер», приют долгое время доводил бездомных собак до истощения и закапывал их у себя на заднем дворе.

Текст впервые опубликован на сайте проекта «Ветер».
«Она стоя прямо умерла. Ползла видать. Получается, они из машины просто за шкварник выкидывали», — говорит на видео одна из местных жительниц, нашедшая 29 марта трупы собак на трассе между городам Камышлов и Ирбит в Свердловской области. Тогда волонтеры обнаружили 49 мертвых псов в радиусе нескольких километров. В попытке избавиться от трупов заподозрили пункт кратковременного содержания животных (ПКС) в городе Камышлов.
— Нет [доказательств] факта, что там животные были именно убиты. Это просто трупы, которые были выброшены в нарушение законодательства о захоронении биологических отходов. Мы видим их принадлежность к нашумевшей живодерне Камышлова. Есть следы установки бирок, признаки стерилизации. Собаки истощены, — объясняет «Ветру» Светлана Седухина, координатор местного движения «Общественный контроль по защите животных». — Есть такой термин в ветеринарии — бездействие. Если больное животное не лечить, оно будет отказываться от еды и просто тяжело умирать. В данном случае бездействие привело к смерти животных, а от трупов избавились таким образом: вывезли и выкинули на дороге.
Собак выбрасывали партиями: в одном месте волонтеры нашли 11 трупов, в другом еще 15, в третьем — остальных. Согласно выводам зоозащитников, останки могли пролежать в снегу до трех месяцев — с декабря 2025 года. Очевидцы обратились в полицию.
Живодерня в уездном городе
Камышлов — город на 20 тысяч жителей — находится в 140 километрах от Екатеринбурга, на трассе Е22 — известном автомобильной маршруте из Англии до Тюменской области. Главное предприятие здесь «Камышловский электротехнический завод», который делает релейные шкафы для РЖД.
Пункт кратковременного содержания животных открылся в городе в 2019 году. Тогда в России только приняли закон «Об ответственном обращении с животными», который ввел метод сокращения популяции бездомных собак под названием ОСВВ (Отлов, Стерилизация, Вакцинация, Возврат). Псов стали забирать с улиц и выпускать назад после стерилизации.
В Камышлове этим занялась компания «Эверест» под руководством Максима Щипачева. Она заключала контракты на отлов собак в радиусе ста километров, включая соседние города Староуткинск, Асбест и Ирбит. По данным зоозащитников, через приют прошли тысячи животных.
За три года «Эверест» исполнил полсотни контрактов на 34 млн рублей, следует из данных СПАРК. Деньги при этом шли не на собак: фирма отправляла в администрацию подложные акты о выполненных работах, сообщила в марте 2026 года пресс-служба судов Свердловской области. «Всего за период с сентября 2020 по декабрь 2022 года компания незаконно получила более 28 млн рублей», — говорится в сообщении.
В 2022 году «Эверест» закрылся. Щипачев открыл свою фирму «Юго-Восток», которая продолжила отлавливать животных. Псов содержали в здании бывшей свинофермы на въезде в Камышлов.
Светлана Седухина предполагает, что фирма не стала тратиться на крематор для утилизации животных либо просто пожалела солярки. Погибших собак закапывали прямо на заднем дворе: в августе 2024 года активисты «Народного фронта» обнаружили там три захоронения с псами прямо в ошейниках. Они же сообщили о том, что собаки в приюте сильно истощены и больны.
В 2024 году волонтеры опубликовали петицию, в которой обращались к Путину с просьбой «запретить издевательство над собаками» в пунктах временного содержания. Они заявили, что в камышловском приюте собак морят голодом, их вода замерзает из-за холода в клетках, стерилизация выполняется «садистки».
«Юго-Восток» тогда включили в реестр недобросовестных поставщиков, и контракты с муниципалитетами прекратились. Спустя год приют объявил о закрытии. Что делать с оставшимися собаками — в отлове тогда находились 117 животных — руководство не знало. В начале 2026 года на помощь пришли волонтеры.
— Мы предложили Щипачеву условное сотрудничество, [сказали], Максим Алексеевич, передайте нам, пожалуйста, помещение в аренду, дайте нам возможность их вывезти. И он пошел на это. Мы обратились через «ВКонтакте» к людям с просьбой помочь. И на удивление откликнулись волонтеры аж трех регионов. В период с 24 февраля по 8 марта мы вывезли порядка 115 собак. Часть животных погибла, потому что мы приняли 92 собаки в состоянии крайней степени истощения и много больных. Много животных вылечены и находятся сейчас на восстановлении. Часть уехала к новым владельцам, — рассказывает Светлана.
В начале марта Максима Щипачева арестовали по подозрению в мошенничестве (часть 4 статьи 159 УК РФ) с муниципальными контрактами. По этому же делу задержали еще одного экс-директора «Эвереста» Дениса Неустроева. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Путь в один конец
Несколько десятков камышловских собак уехали на передержку в частный приют в селе Горный Щит под Екатеринбургом под названием «Благотворительный фонд помощи бездомным животным». Его возглавляет местная пенсионерка Марина Шарифуллина. В ее фонде более 500 собак, еще 40 она содержит в своем доме на заднем дворе.
— Как справляюсь? Никак. Муж спит по четыре часа, — бросает она в разговоре с «Ветром».
Зоозащитница объясняет, что для большинства вновь прибывших — это дорога в один конец, так как очереди на дворняжек не стоит. К примеру, за прошлый год в семьи удалось пристроить лишь троих.
— Дворняг берут очень плохо, хоть запиарься. Потому что предпочитают маленькую хорошенькую породу. Или модную, — объясняет она.
В последние годы животных на улицах стало как будто больше, говорит Марина. Среди них собаки контрактников, ушедших на войну и не вернувшихся.
— Хозяина не станет на СВО — [его собаку] выбрасывают. Выкидывают люди. Особенно частный сектор. Уезжают на новую квартиру, собак оставляют. Кошек оставляют. Сколько мы находим щенков, которых выкидывают на помойку. Представляете, малыши новорожденные. Кто-то спит спокойно после этого, — возмущается Марина.
Просели и сборы: если до 2022 года каждый месяц удавалось собрать несколько миллионов рублей на корм и ветеринаров, теперь краудфандинг практически не работает.
— Может, народ стал больше помогать фронту. У нас действительно народу стало очень тяжело выживать, поэтому и собакам мало кто помогает. Просто нет денег, вот и всё, — заключает Марина.
Системные ошибки
Светлана Седухина — предпринимательница в сфере маркетинга и зоозащитница с двадцатилетним стажем. С 2021 года она каждый год пишет заявление в Росприроднадзор, чтобы получить удостоверение общественного инспектора. Эта должность появилась в России недавно вместе с законом «Об ответственном обращении с животными». Она позволяет проводить инспекции в приютах для животных, снимать нарушения на фото и видео.
В разговоре с «Ветром» она тут же указывает на ошибки в федеральном законе, который не устанавливает никакого контроля за работой бизнесменов, занимающихся отловом:
— Муниципальные заказчики не удосужились задать подрядчику вопросы, что дальше будет с собаками [из пункта кратковременного содержания в Камышлове]. То есть они просто на них забили. И вот сегодня на дворе уже апрель, никто не поинтересовался, а какова судьба наших животных, отловленных в городе, — говорит Светлана.
Зоозащитница предлагает не только усилить контроль, но и сформировать рекомендации по отлову собак, а также предусмотреть бюджет на пожизненное содержание старых и больных особей.
— Минприроды, которые должны были разработать подзаконные акты, не дали методички, что такое этот метод ОСВВ. Они не разжевали субъектам, как осуществлять эту работу. В 2023 году вышли пояснения, что нельзя выпускать собак вблизи школ, садов, медицинских учреждений, парков, скверов. [Власти говорят]: да выкинь собаку у трассы. Это как называть? Превышение должностных полномочий? Давайте сядем, пропишем методику ОСВВ. Разжуем ее, начиная от отлова. Что отлов не может быть всех подряд. По категориям: сначала агрессивных, потом сук. А мы отлавливаем всех подряд и говорим, что денег не хватило, — объясняет она.
В Свердловской области два муниципальных приюта, где постоянно содержатся псы: в Екатеринбурге и Асбесте. В регионе принята дорожная карта по строительству дополнительных станций для собак. Это ветеринарные объекты, отмечает Светлана, поэтому бизнесменам без опыта нельзя отдавать контракты на работу с ними.
— У нас в России 90% подрядчиков — это предприниматели, у которых цель заработать деньги. А поскольку контроля нет, на нарушения [власти] закрывают глаза. У них, в свою очередь, задача — освоить бюджетные средства, чтобы не пришла прокуратура и не возбудила уголовное дело из-за небезопасной ситуации на улицах, — говорит она. — Заказчик халатно относится к контролю за исполнением контракта. Они же не ездят, не сверяют фотографию отловленной собаки с той, что сидит в вольере. Зачем ехать, особенно если это 300 километров от города. Проще по бумажке циферки сравнить. И вот он результат: 49 трупов валяется. А они отлавливали в год по тысяче собак. Где все эти животные? Что вы с ними сделали?
Ранее «Ветер» сообщал о нескольких случаях, когда волонтеры спасали собак из пунктов временного содержания. В январе 2024 года зоозащитники из Бурятии вывезли 600 собак из пунктов отлова, чтобы спасти их от принудительной эвтаназии. В аналогичной ситуации в феврале 2026 года оказались волонтеры в Красноярске. Они собрали 21 млн рублей частных пожертвований, чтобы построить приют для бездомных животных, которых хотят усыпить власти.
Автор: Юлия Куликова

Главное ветеринарное ведомство отчиталось о том, что стало причиной массового заболевания скота в Новосибирской области. Официальный ответ Россельхознадзора на запрос депутата Госдумы Юрия Синельщикова опубликовала в своем телеграм-канале Ксения Собчак. Это, возможно, единственный документ с подписью и печатью, в котором власти объяснили свои действия. До сих пор чиновники разного уровня ограничивались противоречивыми устными высказываниями. Впрочем, документ по сути не добавляет ничего нового: федеральные власти продолжают настаивать на том, что убийство животных связано с пастереллезом, а ситуацию усугубили тяжелые погодные условия, действия самих фермеров и ошибки местных властей. По заверениям властей, новых случаев болезни в области не фиксируется больше 20 дней, утихли протесты местных фермеров. Тем не менее, официальная версия по-прежнему содержит много несостыковок и вызывает вопросы. Подводим промежуточные итоги самой скандальной темы марта.
На какие вопросы по-прежнему нет ответов?
Из ответа Россельхознадзора на депутатский запрос следует, что распространению болезни среди животных способствовали следующие причины:
несвоевременные меры со стороны регионального руководства,отсутствие точного учета сельскохозяйственных животных,условия для несанкционированного перемещения скота.
Дополнительно ситуацию осложнили нетипичные формы возбудителя пастереллеза, которые в сочетании с холодной погодой и ослабленным иммунитетом животных вызвали более тяжелое течение болезни.
Тем не менее, в ответе Россельхознадзора не содержатся ответы на важные вопросы.
Почему фермерам при изъятии скота не предъявляли никаких документов?
Ведомство отмечает, что у властей есть право изымать и уничтожать животных для того, чтобы справиться с распространением особо опасных болезней. По приказу Минсельхоза к таким болезням, действительно, относится и пастереллез.
Тем не менее, постановление правительства, которое разрешает чиновникам такие действия, прямо оговаривает, что собственнику должны предъявить решение властей об изъятии животных, в котором должен быть указан диагноз и приложены данные лабораторных исследований, а на месте должен быть составлен акт об изъятии. По многочисленным свидетельствам фермеров, никаких документов им не показали.
Почему такая опасная форма пастереллеза никак не проявлялась клинически? Почему болезнь не затронула птиц?
Россельхознадзор по-прежнему утверждает, что животных в Новосибирской области поразил пастереллез — инфекционное заболевание, которое поражает животных и птиц.
В правилах Минсельхоза об обращении с животными при этой болезни, убой скота в принципе не предусмотрен. Зато говорится о том, что нужно убить больных и подозреваемых в заболевании птиц. Животных предлагается лечить антибиотиками и изолировать больных от здоровых.
Никаких новых свидетельств и пояснений на этот счет в ответе ведомства нет.
Так всё-таки пастереллез или ящур?
В конце марта «Новая-Европа» выпустила расследование о том, что происходило в Новосибирской области, почему ситуация вышла из-под контроля, фермеры в панике, а власти упорно отказываются предоставлять хоть какие-то документы. Опираясь на подробный рассказ представителя одного из агрохолдингов, действующих в области, и на ряд открытых данных, мы сделали вывод, что в области распространяется не пастереллез, а ящур.
Власти могут скрывать болезнь потому, что ящур, в отличие от пастереллеза, может сильно повлиять на экспорт мясо-молочной продукции за границу. С тех пор появились новые подтверждения этой версии.
О том, что в России распространяется именно ящур, заявил Минсельхоз США, проанализировав сообщения СМИ из России и другие доступные данные. А в начале апреля инфекция стала распространяться в Китае на границе с Алтаем. Китайские власти сразу заявили, что речь идет о ящуре серотипа SAT1. Именно этот штамм, как предполагала в разговоре с «Такими делами» ветеринарный эпидемиолог, кандидат ветеринарных наук Светлана Щепёткина, циркулировал в Новосибирской области и других регионах России, в том числе — на Алтае. Как писала «Новая-Европа», „
в Сибири животных постоянно прививали от ящура, но прививки были рассчитаны на другой штамм.
Как власти решают конфликт с фермерами
Эпизоотия скота приняла такой скандальный размах прежде всего из-за неудачной коммуникации с владельцами частных хозяйств. Именно владельцы небольших фермерских хозяйств подняли шум в соцсетях и привлекли внимание СМИ.
Но с тех пор шум в социальных сетях начал понемногу утихать. Спустя два месяца после начала распространения инфекции власти применили новый подход к общению с населением. Впрочем, и сейчас нельзя сказать, что взаимодействие с фермерами происходит гладко.
Так, принадлежащий правительству Новосибирской области телеканал «ОТС» 1 апреля выпустил видео, на котором фермеры благодарят власти за изъятие скота и заверяют, что всё прошло по закону. Однако есть основания полагать, что показанные люди не имеют отношения к фермерству и скоту, который забили из-за болезни.
Ни у одного «фермера» в титрах не указали имен. Журналистам «7х7» удалось идентифицировать одну из женщин — это Азиза Садыкова, на февраль 2026 года она занимала пост врио главы Чернокурьинского территориального подразделения. Z-блогер Сергей Колясников заявил, что в записи видео участвовали также бухгалтер и подсобный рабочий администрации.
Фермер Светлана Панина рассказала, что обращения записали двое мелких фермеров из Новоключей, которые не зависят от доходов с хозяйства. Одна из женщин работает учительницей, а мужчина держал лишь двух баранов.
Даже Z-пропагандистка Анастасия Кашеварова назвала это видео «медийным дном»: «Это показатель того, что жертв насилия заставляют благодарить своего насильника. „
Скоро заставят нас снимать видео с благодарностью за блокировку Telegram и отключение связи, непомерные налоги, утильсбор, ввоз мигрантов и выдачу им квартир».
Ранее более 30 тысяч человек подписали коллективную жалобу против забоя животных, обращенную к Владимиру Путину и правительству РФ.
Семья из села Чернокурье — Юлия Кондалова и ее муж Николай Васильев, которые держали стадо в 19 коров для продажи молочных продуктов, — рассказали изданию «Поток», что они получили от государства около миллиона рублей. В течение девяти месяцев им также будут выплачивать по 18,5 тысячи на четверых членов семьи. Это около 670 тысяч рублей за весь период.
В общей сложности семье должны перечислить около 1,6 миллиона рублей. По подсчетам Васильева, их стадо стоило не меньше трех-четырех миллионов рублей. «Наше правительство показало, что мы мелкие сошки», — жалуется собеседник издания.

Российское государство тратит колоссальные деньги не только на саму войну в Украине, но и на обслуживание интересов ее участников — сотен тысяч искалеченных физически и психологически мужчин, зачастую с криминальным прошлым. Чтобы помочь им интегрироваться в общество, по указу Владимира Путина был создан фонд «Защитники Отечества», который почти целиком существует на бюджетном финансировании. Десятки миллиардов рублей должны идти на медицинскую, юридическую и психологическую помощь участникам «СВО». В фонде заявляют о своих успехах, однако, судя по соцсетям «Защитников Отечества», военные и их родственники постоянно жалуются на бюрократизацию, пустые обещания и бездушие: для клиентов самый богатый российский фонд оказывается еще одним филиалом собеса. Чтобы разобраться в том, как устроена работа «Защитников Отечества», «Ветер» поговорил с ветеранами «СВО», которые обращались в фонд, и изучил его отчетность.

Текст был впервые опубликован на сайте проекта «Ветер».
«Когда врач уезжает на штурм — это бред сивой кобылы»
Москвич Олег (имя изменено) работал по специальности хирургом, но в июле 2022 года решил идти воевать — точнее, думал, что применит свою специальность на фронте. Как говорит Олег в разговоре с «Ветром», шел он не за деньгами, а чтобы «помогать людям».
— Мне обещали, что я буду служить в госпитале и что контракт продлится три месяца, — рассказывает он. — В результате я попал на передок в мотострелковую роту. „
Когда я туда приехал, меня командир спросил: «А зачем ты мне тут нужен? Ты же сразу 200-м (убитым. — Прим. ред.) станешь».
Тем не менее в госпиталь его так и не отпустили, а вместо трех месяцев он прослужил полтора года — до 28 февраля 2024-го, пока не уволили по ранению: он получил контузию спинного мозга с нарушением функций тазовых органов. Олег говорит, что по возвращении он был как «живой манекен», но постепенно начал восстанавливаться: сейчас он не может долго находиться в статическом положении, правая рука хуже работает, сели зрение и слух.
Мужчина быстро понял, что работать по специальности больше не сможет, и решил переучиться на рефлексотерапевта — врача, использующего иглы, массаж и прогревание для лечения заболеваний и восстановления организма. Для этого он обратился в фонд «Защитники Отечества», который должен помогать ветеранам «СВО» проходить профессиональную переподготовку.
— Я фонду сказал, что хочу реабилитировать других [военных], — объясняет он. — Реабилитация иголками мне самому помогла, я и ходить стал лучше, и разговаривать. Но отклика это не нашло. Сказали, надо ждать — если соберется группа таких же, как я, то мне позвонят. Мне сразу было понятно, что на такую специализацию набрать группу нереально.
Время шло, новостей от фонда не было. Олег сам периодически туда звонил, но ему предлагали только работу охранником.
— Это не мой вариант — сидеть и открывать шлагбаум, — говорит Олег. — Я могу еще врачом работать. Когда они мне позвонили последний раз, я так и сказал: больше не звоните, не хочу с вами сотрудничать.
В результате, так и не дождавшись действий от фонда, мужчина прошел переобучение за свои деньги и сейчас работает главой медицинской службы в частной компании, а также помогает военным как невролог-рефлексотерапевт «по сарафанному радио». Возвращаться в военную сферу он пока не планирует.
— Я бы, может, и хотел продолжить службу, но не в строевой должности, — рассуждает Олег. — А в военкомате сказали, что медицинских должностей нет. Да и потом, если бы у нас всё шло по-нормальному… Если я сейчас скажу по-честному, меня могут привлечь за дискредитацию армии. Понимаете, когда врач уезжает на штурм вместо работы в госпитале — это бред сивой кобылы. Это просто диверсия против высококвалифированного медицинского персонала.
«Было очень, очень обидно»
Фонд «Защитники Отечества» был создан по распоряжению Владимира Путина 3 апреля 2023 года. Его основная задача — помощь и поддержка военных, включая участников конфликта в Донбассе, начавшегося в 2014 году. Фонд должен содействовать получению социальных льгот, лекарств, медицинской помощи, технических средств реабилитации, оказывать им юридическую и психологическую поддержку, помощь с социальной адаптацией, санаторно-курортным лечением, а также с переобучением и трудоустройством.
Работа фонда должна быть открытой и простой, отмечал Путин в послании Федеральному собранию, «без казенщины и бюрократии». Председателем организации стала Анна Цивилева — двоюродная племянница Путина и жена Сергея Цивилева, бывшего губернатора Кемеровской области, а ныне министра энергетики. Спустя год, в 2024 году, Путин назначил ее замминистра обороны РФ, а затем и статс-секретарем министерства — главной по законопроектной работе ведомства и решению вопросов, связанных с социальной защитой военнослужащих и ветеранов.
Отделения «Защитников отечества» появились во всех регионах России и на оккупированных территориях. По последним заявлениям Цивилевой, в фонде работают 4300 социальных координаторов.
В начале января 2026 года в отделении в Орловской области случилось ЧП: 45-летний Малик Шихсафиев попытался покончить с собой прямо в помещении фонда — порезал лезвием шею, а потом обещал облить себя бензином и поджечь.
Тремя с половиной годами ранее Шихсафиев ушел на войну из тюрьмы, где сидел за убийство сожительницы: он нанес женщине 30 ударов по голове. В разговоре с «Ветром» он вспоминает, что к ним в колонию приехали представители ЧВК «Вагнер» и сказали, что «нужна помощь России, нужны люди». Осужденных погрузили на самолет, который приземлился уже в Украине, там и подписали контракты.
В декабре Шихсафиева ранили в левое плечо и отправили в госпиталь. После возвращения в деревню в Орловской области он обратился к «Защитникам Отечества», чтобы получить удостоверение ветерана боевых действий «СВО», — документ, подтверждающий статус участника войны в Украине и дающий право на материальные и медицинские льготы. После того как ЧВК «Вагнер» была расформирована в 2023 году, получить удостоверение наемники могут в Минобороны, а фонд должен им в этом помогать.
По словам Шихсафиева, в «Защитниках» приняли документы, подтверждающие его службу в «Вагнере», и отправили их в Минобороны. Но удостоверение он не получил до сих пор. Кроме того, военно-врачебная комиссия (ВВК), которую он проходил, не подтвердила, что его травмы были получены в результате боевых действий, из-за чего Шихсафиев не может получить повышенную военную пенсию по инвалидности. По наблюдениям «Ветра», изучившего в соцсетях жалобы бывших военных, эта одна из самых распространенных: доказать ВВК, что травма получена именно из-за войны, а не просто во время нее, довольно сложно.
— Физически я нетрудоспособен, — жалуется бывший военный, сидевший за убийство. — Фонд отправил меня в Волгоград за экзоскелетом. А он мне зачем без операции? Мне надо сложную операцию делать. Локтевой сустав нужно менять. А в фонде меня сфотографировали с этим экзоскелетом и сказали, что нужно ждать квоту на операцию.
Не сложилась у Шихсафиева работа и с личным координатором, которого ему выделил фонд:
— Мне нужно было сделать МРТ, для этого приехал в Орел. Это 140 километров от моей деревни. Со мной пошла моя куратор, но бросила меня там и убежала домой. Я один кое-как добрался до социальной гостиницы. „
Куратор говорит: у меня дети дома. А мы за кого воюем?
Сейчас Шихсафиев стоит на бирже труда. В мае собирается идти учиться на охранника, а дальше будет сам искать работу. С этим, как он говорит, фонд тоже не помогает.
Как отчитывалась Цивилева, за два года существования фонда с просьбами помочь в поиске работы обратились более 10 000 ветеранов, из них около двух тысяч — с инвалидностью. На начало 2025-го не трудоустроено было 35% ветеранов (то есть около 6,5 тысяч нашли работу), в то время как в 2024 году этот показатель составлял 46%.
Мужчина договорился о личной встрече с главой Орловского отделения — Ольгой Анисимовой. Но когда он приехал в город, ее в офисе не оказалось. Тогда он достал лезвие и порезал себя.
— Было очень, очень обидно, — негодует Шихсафиев. — Как правильно сказать? Такое чувство было неприятное от их отношения.
«Значит, они кому-то выгодны. Значит, экономят бюджет»
«Защитников Отечества» практически полностью содержит государство. В первые месяцы существования правительство РФ выделило фонду 1,314 млрд рублей, почти все эти деньги ушли на сотрудников и содержание офисов.
— В данном случае логично, что фонд тратит большие суммы на себя, потому что у него есть отделения в каждом регионе, — объясняет эксперт по развитию гражданского общества в России, попросивший об анонимности. — Одна аренда офисов — уже огромная сумма, не говоря о зарплатах сотрудников, которые неизвестны. Поэтому особенно на начальной стадии такие большие административные вклады могут быть оправданны.
Однако, как отмечает эксперт, нужно учитывать, что это не классический благотворительный фонд, а государственный. Фактически он создан для того, чтобы выполнять функцию государства, потому что оно обязалось оказывать поддержку военным и их семьям.
— Для обычных благотворительных фондов публиковать отчеты — распространенная практика, это один из критериев оценки их заявок, которые подаются в Фонд президентских грантов, например. Мы много лет боремся, чтобы отчетность была прозрачной, — объясняет эксперт. — Но у государственных фондов таких формальных ограничений нет. Теоретически можно все деньги тратить на свой аппарат и ничего больше не делать.
Таким образом, проверить эффективность фонда практически невозможно.
Дмитрий (имя изменено) также участвовал в войне в Украине в составе «содействующей организации», то есть ЧВК «Вагнер». В боях за Бахмут он получил тяжелое ранение, после чего с ним разорвали контракт.
По возвращении домой в Краснодарский край мужчина обратился в фонд «Защитники Отечества», чтобы оформить удостоверение ветерана боевых действий для подтверждения статуса и получения льгот.
— У нас большая часть бойцов и их семьи не знакомы ни с законами РФ, ни с местными законами своего региона, где много подводных камней, — замечает Дмитрий. „
— Соответственно, у людей опускаются руки с точки зрения решения любых бюрократических задач.
В фонде за Дмитрием закрепили координатора, которая должна была помогать ему собирать документы и консультировать по всем вопросам.
— Ну и я смотрю, [координатор] особо не суетится, хотя все справки у меня есть. В мессенджерах отвечает сухо. В офисе ее постоянно нет, — рассказывает Дмитрий. — В общем, моя хата с краю, ничего не знаю. Но зато в соцсетях фонд регулярно постит эти пресловутые, иногда даже омерзительные фотосессии, где больше рекламируются их сотрудники, а бойцы сзади стоят, как будто им подачку какую-то дали.
Не добившись ответа на свои вопросы, Дмитрий обратился к руководителю филиала фонда в Краснодарском крае — Александру Старовойтову, тоже ветерану СВО, который, получив ранения, прошел обучение по программе «Время героев», вступил в «Единую Россию», стал депутатом Гордумы Новороссийска и возглавил филиал фонда.
— Сан Саныч его все называют. Он со мной так свысока разговаривал, — вспоминает Дмитрий. — Говорю, Сан Саныч, почему такая несправедливость: координаторы не шевелятся, все выплаты только тем, кто заключил контракт с Минобороны? И Сан Саныч мне внаглую открыто говорит: мол, мы бы могли поднять этот вопрос на уровне губернатора, но мы не хотим, потому что вы наемники, вы за деньги уходили. Я говорю: Сан Саныч, а ты чё думаешь, те, кто с Минобороны заключил контракты, за бесплатно, что ли, пошли? Такие все за родину пошли? — Да, конечно.
По словам Дмитрия, почти через два года после возвращения с фронта ему помогла оформить удостоверение ветерана заместитель Старовойтова, потому что «по-человечески относится к “вагнерам”». От своего личного координатора он так ничего и не добился. В частности, в фонде не смогли объяснить, как добиться от соцзащиты выплаты за ранение, а также, как отправить детей в летний лагерь.
— Но их почему-то не убирают [сотрудников]. Значит, они кому-то выгодны. Значит, экономят бюджет, — утверждает Дмитрий. — Зато в соцсетях они постоянно говорят: сделали то, сделали это. Мы [ветераны] просто сидим, а на нас сверху льется золотой дождь в уши. Ну извините.
В этом году фонд также объявил, что помогает заключить социальный контракт, который предоставляет малоимущим гражданам выплату в 350 тысяч рублей на открытие своего бизнеса. Впрочем, эта федеральная программа предназначена не только для участников СВО, и получить выплату может любой житель России, если подготовит грамотный бизнес-план.
— Эта программа вообще, блядь, для всех действует. Даже вот такую поддержку государства они под себя подмяли. Про эту Цивилеву раписывают, то туда поехала, то сюда, — возмущается Дмитрий. В группе фонда действительно часто публикуют новости о командировках Цивилевой, только за последние два месяца она побывала в Башкортостане, Московской области, на Кузбассе, в Иркутской и Кемеровской областях. — Она за какой счет постоянно туда-сюда гоняется? Они этим только ненависть у людей вызывают.
В соцсетях фонда буквально под каждым постом видны прежде всего комментарии недовольных участников «СВО» или членов их семей. Люди жалуются, что сотрудники некомпетентны, никак не помогают, а только отправляют в другие госучреждения, неуважительно общаются. «Есть нормальные конторы, а есть те, которые как вот эта — убогая, работает словно малолетка, не знающая навыков общения и подхода». «Просто разочарован, у них нет профессионалов юристов, просто самопиаром занимаются!» «С 24 года элементарно в ВБД (удостоверении ветерана. — Прим. ред.) отказывали, унижая, “а вы докажите, что он там служил”!!! Но не с той связались, доказала! Мерзко!» Подобных комментариев десятки и сотни.
Сейчас Дмитрию 37 лет, в результате ранения у него нет инвалидности, он может работать и нормально функционировать, однако возвращаться на фронт больше не планирует. По его мнению, «в армии беспредел». Именно поэтому он заключал контракт с ЧВК «Вагнер», а не с Минобороны: по его словам, в ЧВК есть «порядок и адекватное трезвое руководство», бойцы «нормально обеспечены», а контракты заканчиваются вовремя. — В армии такого нет, — считает Дмитрий. — И эти заманухи: мол, идите к нам на контракт, подъемные получите, контракт всего лишь год — это всё обман. Люди в основном из-за финансовых проблем туда уходят, но, естественно, никто тебя не уволит через год. Ты на всю жизнь там и останешься.
«Можно наклонить наших бизнесменов»
Ресурсы «Защитников Отечества» с каждым годом увеличиваются. В 2023–2024 годах фонду выделили из бюджета в общей сложности более 28 млрд рублей. В 2025 году планировали выделить свыше 25 млрд руб., но в итоге фонд «Защитники», как выяснило издание «Можем объяснить», получил еще больше — 42,66 млрд.
Согласно отчетности, 28 млрд из этих денег ушли на расходы, связанные с выплатами участникам «СВО» за получение увечья (ранения, травмы, контузии), повлекшего за собой наступление инвалидности. На содержание органов управления фондом, включая зарплаты сотрудников, фонд потратил 7,65 млрд рублей. В 2023 и 2024 годах структура потратила на зарплаты сотрудников и организационные нужды четверть бюджета — более 3 млрд рублей.
Григорий Свердлин, основатель проекта помощи дезертирам «Идите лесом» и бывший директор «Ночлежки», благотворительной организации, помогающей бездомным, считает, что деятельность фонда выглядит как прикрытие для воровства бюджетных денег.
— 42 миллиарда рублей годового бюджета — это в разы больше, чем у любого благотворительного фонда, включая даже такие, как Фонд Владимира Потанина (около 6 млрд рублей за 2025 год. — Прим. ред.), или фонды, созданные нефтяными компаниями. И уж тем более ни у каких независимых НКО нет таких денег. Для сравнения: годовой бюджет «Ночлежки» — 250–300 млн рублей, — указывает Свердлин.
Эксперт по развитию гражданского общества, попросивший об анонимности, отмечает, что фонд — удобная форма для привлечения крупных бизнесменов к финансированию помощи ветеранам «СВО».
— У фонда два источника средств — бюджет и пожертвования. Для второго можно «наклонить» наших бизнесменов, сказать: «Ребята, вкладывайтесь». Таким образом, это готовый механизм, как потрясти предпринимателея для решения государственных задач, — говорит эксперт. Пока, впрочем, этот механизм не задействован: пожертвования (450 млн рублей) составляют чуть более процента общего бюджета фонда за 2025 год.
Говоря о планах на 2026-й, Анна Цивилева уже объявила об открытии дополнительных филиалов фонда — теперь и в муниципалитетах. В проект федерального бюджета на 2026–2028 годы на содержание фонда заложили рекордную сумму: 50 млрд руб.
По словам Григория Свердлина, к его коллегам в России, которые продолжают работать с бездомными, часто приходят люди в камуфляже и говорят, что они воевали, а теперь никому не нужны.
— Странно, что люди ожидали обратного, — говорит глава «Идите лесом». — Вроде бы уже всем должно быть понятно, что Родина всегда тебя бросит, сынок. Если в одном конце страны людей отправляют в «мясные» штурмы и говорят только о количестве захваченных земель, странно думать, что по другую сторону линии фронта будут думать о максимально удобных протезах.
Юлия Мягкова

Серийный убийца Эдвард Гейн стал прототипом многих фильмов ужасов. Своих жертв он убивал без причин. А свое жилище он превратил в «дом ужасов». На стенах, в качестве «охотничьих» трофеев, были развешаны маски, которые он сделал из лиц убитых. Абажуры в комнатах были изготовлены из человеческих органов. А еще маньяк сшил себе куртку, жилет и костюм из человеческой кожи.
Вечером 16 ноября 1957 года помощник шерифа маленького городка Плейнфилд Фрэнк Уорден приехал в скобяной магазинчик, чтобы забрать домой свою мать. Лавка принадлежала отцу Фрэнка, но после его смерти там всем заправляла Бернис Уорден. Дверь магазина оказалась закрытой, но был открыт черный ход. На полу магазина виднелись следы крови, и был похищен кассовый аппарат. Уорден сразу решил, что могло произойти ограбление. Но куда делась мать?
На полу он нашел квитанцию на литровую бутыль антифриза. Фрэнк предположил, что квитанцию его мать выписывала последнему покупателю. И тут вспомнил, что за день до исчезновения в магазин заходил местный дурачок Эд Гейн. Он интересовался стоимостью антифриза и пытался пригласить его мать на свидание. В то, что Гейн мог ограбить магазин, Уорден не верил. Но он мог быть свидетелем. Гейна нашли довольно быстро, но он решил поиграть в молчанку. А когда шериф с помощником вошли в дом Гейна, то от открывшейся картины едва не потеряли сознание. Так началось расследование, которое позже обрастет таким количеством слухов и легенд, что будет трудно распознать, где правда, а где вымысел.
Фанатизм матери
Эдвард Теодор Гейн родился в 1906 году в семье Августы и Джорджа Гейнов. Эд был вторым ребенком в семье, его брат Генри — на четыре года старше. Родители пытались заниматься бизнесом в городке Ла-Кросс в штате Висконсин. Но бизнес не пошел. Продав бакалейную лавку, Гейны купили ферму в сорока милях от Ла-Кросса и восьми милях от Плейнфилда. Туда и переехали всей семьей в 1914 году.
Детство Эдварда и Генри было тяжелым. Мало того что земля на ферме оказалась неплодородной (глина да песок), так еще и мать не давала семье вздохнуть свободно. Августа происходила из семьи религиозных фанатиков и отличалась крайней ненавистью ко всему, что касалось плотских отношений мужчин и женщин. Он питала яростное презрение к миру за пределами своего дома и неустанно проповедовала сыновьям, что все женщины (кроме нее самой) — орудия дьявола, а похоть и плотское желание — смертные грехи.
Отец Эда и Генри после переезда на ферму стал часто выпивать и предпочитал проспаться в амбаре или прямо в поле. Из-за чего в конце концов и умер, подхватив в 1940 году пневмонию.
Братья рано стали работать. Ферма дохода не приносила, так что они стали наниматься разнорабочими на фермы соседей. Генри, когда ему исполнилось 18, стал уезжать на заработки подальше от дома. И отсутствовал иногда месяцами, в отличие от Эда, который всю жизнь (до ареста) прожил на своей ферме под Пейнфилдом.
Генри, побывав далеко от дома и увидев мир, часто спорил с матерью. После смерти отца они часто ругались. Старшему брату очень не нравилось, как мать обращается с Эдвардом. В 1944 году он погиб при странных обстоятельствах. В тот день он с братом выжигал прошлогоднюю траву в поле. По словам Эда, в какой-то момент он потерял брата из виду. Покричал, но Генри не откликался. Тогда Эдвард бросился за помощью к соседям. Тело Генри было обнаружено почти сразу. Он лежал на самом краю поля, тело пострадало от огня не очень сильно. Почему мужчина (Генри в тот год исполнилось 42 года) не смог выбраться из зоны огня, тогда никого особо не заинтересовало. Позже некоторые соседи вспомнят, что на голове погибшего вроде как были следы ударов. Но тогда смерть Генри Гейна посчитали несчастным случаем.
Уже после ареста Гейна некоторые исследователи его жизни будут утверждать, что старший брат стал самой первой жертвой маньяка.
Через год, 29 декабря 1945 года от сердечного приступа скончалась Августа. По некоторым данным, труп Августы после смерти еще долго лежал в доме. Эд и раньше любил спать в одной кровати с матерью, а после смерти провел с ее телом несколько дней.
Из-за материнского воспитания Эд Гейн никогда не помышлял о серьезных отношениях с женщинами, но женские тела его очень интересовали. После ареста в его доме полиция обнаружила десятки истрепанных книг по женской анатомии.
Соседи Гейна считали его дурачком и сумасшедшим, но не опасным. И даже оставляли с ним детей, когда приходила пора собирать урожай, — это был небольшой заработок.
А когда на ферме не было детей, Гейн ходил на местное кладбище и раскапывал свежие могилы. С 1947 года Гейн совершил десятки ночных визитов на три местных кладбища. Он выбирал свежие могилы женщин среднего возраста, особенно тех, кто, по его мнению, походил на фото на его покойную мать. Позже он рассказал следователям, что во время этих вылазок часто впадал в состояние, «подобное трансу». Он выкапывал тела, приносил их на свою ферму и, используя навыки таксидермии, дубил их кожу, чтобы создавать свою жуткую коллекцию предметов и одежды. Он признался в успешном ограблении девяти могил, эксгумация участков подтвердила его рассказ. „
Как он признавался позже, его интересовали только свежие трупы, не успевшие разложиться. Выкапывая тела, он отрезал им уши, носы, половые органы, груди. Снимал кожу с лиц и делал из них маски, которые потом развешивал у себя дома. Из кожи с тел он позже и изготавливал свои абажуры, обивал мебель и шил одежду.
Опыта скорняка у Эдварда не было. А потому все его изделия изрядно воняли. Но маньяка это, похоже, не заботило.
Свои анатомические опыты он производил по ночам. А как только небо начинало светлеть, маньяк возвращал тела в гробы и придавал могиле первозданный вид. Всего в доме Эда Гейна были обнаружены останки 15 женщин. И не все они принадлежали уже умершим женщинам.
Первое (доказанное) убийство маньяк совершил 8 декабря 1954 года. В тот день бесследно исчезла Мэри Хоган, владелица небольшого паба в городке Пайн-Гроув, расположенного недалеко от Плейнфилда. На полу бара была найдена гильза от патрона 22-го калибра. Следы крови указывали, что тело из помещения волокли. Кровавые следы обрывались на автостоянке. Паб не был ограблен. Не пропало ни одной бутылки спиртного. Преступник, похитивший Мэри, так и не был найден. Как и ее тело.
Лишь через четыре года выяснится, что увез ее Эд Гейн. Он был завсегдатаем этого бара, хотя, в отличие от своего отца, алкоголь не пил. После того как «мясника из Пейнфилда» прижали неопровержимыми доказательствами и он вынужден был признаться в убийстве, Эд заявил, что напал на Мэри Хоган в состоянии помутнения рассудка. Психиатрическая экспертиза согласится с этим утверждением и признает Эда Гейна невменяемым. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
«Куда дел маму?»
Некоторые специалисты, работавшие с Эдвардом Гейном, считали, что именно убийство Мэри побудило «мясника из Пейнфилда» завязать с кладбищенскими раскопками и перенести свое внимание на живых людей.
Гейн очень неохотно признавался в своих убийствах. Точнее, вообще не признавался. Но «отмазаться» от убийств Хоган и Уордан у него не получилось. Узнать, скольких всего женщин убил «мясник из Пейнфилда», невозможно. И если бы не квитанция на антифриз и внимательность помощника шерифа, то жертв могло быть гораздо больше.
Когда Фрэнк Уордан в сопровождении своего шефа Арта Шлея и еще одного помощника шерифа отправились на поиски возможного свидетеля похищения Бернис Уордон, они даже не подозревали, куда их приведут эти поиски. На ферме Гейна не оказалось. Решили проехаться по окрестностям. И вскоре нашли «свидетеля», мирно спящего в машине у соседней фермы.
Фрэнк Уордан открыл дверь старенького «форда»:
— Ты куда дел мою маму?!
Позже он признался, что не подозревал Гейна в похищении, а просто решил его напугать, чтобы тот вспомнил всё, что было в магазине. Но Гейн повел себя очень странно. Он сжался, побелел и замолчал. Это показалось шерифу подозрительным. И он отправил Гейна в камеру.
А потом полицейские наведались на ферму Гейна. Они осмотрели амбар, сарай для инструментов, ничего не нашли и решили войти в дом. Электричество в доме вырабатывалось дизель-генератором, а потому сперва полицейские осматривали дом с фонариками. Первое, на что они обратили внимание, — отвратительный запах.
На кухне Шлей и Уорден увидели тушу, подвешенную к потолку. В тот день начался охотничий сезон на оленей, полицейские сперва решили, что Гейн по случаю прикупил тушу оленя. И лишь после того как запустили генератор и включилось электрическое освещение, перед глазами полицейских предстала ужасающая картина.
Подвешенное к потолку кухни тело женщины было обезглавлено и уже выпотрошено. Через несколько минут нашлась и голова. Фрэнк Уорден с ужасом узнал свою мать.
Обыск в доме продолжался несколько суток. Кроме настенных масок из человеческих лиц, нашли черепа, которые Гейн использовал в качестве супниц, несколько абажуров, изготовленных из женских грудей, засушенные уши и носы, куски человеческой кожи и сшитые из нее вещи, пояс, «украшенный» женскими сосками, покрывало, расшитое женскими же губами, браслет и барабан из человеческой кожи. У Гейна даже стулья были обиты этим «материалом». Но все эти находки затмевала голова Бернис Уорден. В уши головы были вбиты гвозди, а к ним привязана веревка. Позже Гейн признается, что хотел изготовить амулет, чтобы носить его на груди во время своих танцев под полной луной.
Прототип
Маньяк давать показания решил не сразу. А когда всё-таки заговорил, стал утверждать, что убил он лишь Бернис. Все остальные останки, по словам Эда, принадлежали уже умершим женщинам, тела которых он доставал из могил. Однако вскоре эксперты установили, что одна из настенных масок при жизни принадлежала Мэри Хоган. Пришлось Гейну признаться и в этом убийстве.
Через несколько недель губернатор штата дал разрешение на эксгумацию тел из тех могил, на которые указал Гейн. Слова маньяка о том, что он надругался над телами умерших, подтвердились. Однако в доме «мясника из Пейнфилда» были обнаружены части тел, принадлежащих 15 разным женщинам. Но установить надругательства удалось лишь над девятью могилами. Кому принадлежали другие части тел, так и осталось неизвестным.
Эдвард Гейн был признан невменяемым и помещен в психиатрическую клинику тюремного типа, где и умер 26 июля 1984 года в возрасте 77 лет. Он стал прототипом большинства «киношных» маньяков. Самым первым образ «мясника из Пейндфилда» использовал Альфред Хичкок в знаменитом фильме «Психо»1960 года. После было «Молчание ягнят» и «Техасская резня бензопилой» (где также был использован образ Гейна). В 2007 году вышел документальный фильм о жизни самого шокирующего маньяка Америки «Эд Гейн: Мясник из Пейндфилда».
После того как о деле Гейна написали газеты, к ферме у Пейнфилда началось настоящее паломничество. Зеваки очень хотели посмотреть на «дом ужасов». Но это длилось недолго — в марте 1958 года ферма сгорела дотла. Узнав об этом, Эдвард Гейн заявил: «Так и надо!»

Спикер парламента Ирана Мохаммад-Багер Галибаф и вице-президент США Джей Ди Вэнс лично встретились 11 апреля в Исламабаде. Переговоры проходили почти сутки в присутствии премьер-министра Пакистана Шехбаза Шарифа. Эта встреча стала исторической: в последний раз официальные лица Ирана и США взаимодействовали на высоком уровне в 1979 году.
Однако стороны, полные недоверия друг к другу, так и не пришли к консенсусу по нескольким вопросам. Это ставит под угрозу двухнедельное прекращение огня, о котором президент США Дональд Трамп объявил 8 апреля.
Подробнее о прошедших переговорах — в материале «Новой газеты Европа».
Атмосфера недоверия
В состав американской делегации входили специальный посланник Стив Виткофф и зять Трампа Джаред Кушнер. В иранскую делегацию вошли спикер парламента Мохаммад-Багер Галибаф и министр иностранных дел Аббас Аракчи.
Еще по прилете в столицу Пакистана Галибаф заявил журналистам, что у Ирана «добрые намерения», однако страна «не доверяет» США. После переговоров он написал в X, что «в этом раунде переговоров другой стороне не удалось завоевать доверие иранской делегации». Он также сообщил, что его переговорная группа выдвинула «перспективные инициативы», но не уточнил, о чем конкретно идет речь.
«Америка поняла нашу логику и принципы, и теперь ей пора решить, сможет ли она заслужить наше доверие или нет?» — написал он в социальных сетях, поблагодарив Пакистан за посреднические усилия.
Представитель МИД Ирана сказал: «Естественно, что мы не должны были ожидать достижения соглашения всего за одну сессию».
Делегации США и Ирана провели несколько раундов переговоров в различных форматах. Переговоры начались в субботу и завершились рано утром в воскресенье по местному времени.
Что помешало заключению соглашения
Ключевые вопросы, по которым стороны не могут договориться, остаются прежними: США настаивают на возобновлении работы Ормузского пролива, через который Тегеран блокирует около 20% мировых поставок энергоносителей с начала войны. Вопрос контроля над Ормузским проливом
В прошлом месяце Иран заминировал Ормузский пролив после того, как США и Израиль объявили стране войну. Иран не открывает Ормузский пролив для увеличения судоходства, поскольку не может обнаружить все установленные в акватории мины и обезвредить их, заявили американские чиновники в разговоре с The New York Times. Мины, а также угроза иранских беспилотников и ракетных ударов практически полностью прекратили поток нефтяных танкеров и других судов, проходящих через пролив, что привело к росту цен на энергоносители и предоставило Ирану рычаг давления.
После объявления двухнедельного перемирия Иран заявил, что суда должны получать его разрешение на проход через пролив, иначе они могут быть атакованы. Кроме того, Иран решил взимать пошлины за безопасный проход.
— Мы поражены тем, что это, по всей видимости, стало одной из отправных точек переговоров, — заявил «Би-би-си» Филип Белчер из компании Intertanko, представляющей интересы танкерных компаний. — Мы не считаем, что пролив безопасен, пока не произойдет окончательное прекращение конфликта, когда прекратятся все нападения на суда и когда будет существовать некий коалиционный контроль за проходом судов, при котором у Ирана будет суверенитета над проливом. Взимание платы за проезд противоречит самой идее международного права и свободного прохода по международным водным путям.
Накануне Трамп написал в Truth Social, что США начинают процесс очистки Ормузского пролива от мин. По словам президента США, СМИ врут, когда заявляют о «победе» Ирана, тогда как он, по его словам, «терпит серьезное поражение». Трамп заявляет, что у Ирана уничтожены ключевые военные возможности: флот, авиация, системы ПВО, радары, а также производство ракет и дронов.
— Единственное, что у них осталось, — это угроза того, что какой-нибудь корабль может наткнуться на одну из их морских мин, хотя, к слову, все 28 их минных заградителей тоже лежат на дне морском. Мы сейчас начинаем процесс очистки Ормузского пролива (от мин) в качестве одолжения странам по всему миру, включая Китай, Японию, Южную Корею, Францию, Германию и многие другие. Поразительно, но у них нет смелости или желания сделать эту работу самостоятельно, — добавил он. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Тем временем два эсминца ВМС США, оснащенные управляемыми ракетами, в субботу прошли через Ормузский пролив — впервые после начала войны с Тегераном, написала газета Wall Street Journal со ссылкой на трех американских чиновников. Об этом же со ссылкой на источники сообщило издание Axios.
По информации иранских государственных СМИ, правительство назвало переход границы нарушением режима прекращения огня и пригрозило атаковать суда. Однако американский чиновник отметил, что США не получали подобных предупреждений.
Возобновление работы пролива было одним из ключевых положений соглашения между США и Ираном. „

Вскоре после заключении временного перемирия 8 апреля, по подсчетам «Новой-Европа», через Ормузский пролив прошло 10 танкеров — это почти в три раза больше, чем средняя суточная проходимость во время блокады пролива.
Но сотни танкеров по-прежнему застряли в Персидском заливе, ожидая возможности выйти из него в течение двухнедельного периода прекращения огня.
Однако Иран быстро закрыл проход, заявив, что в условия по перемирию входит прекращение огня в Ливане: на юге страны, по сообщению Израиля, происходили атаки по военным объектам «Хезболлы». Израиль и США заявили, что Ливан не входил в условия соглашения.
Тем не менее, уже на следующий день премьер Израиля Биньямин Нетаньяху анонсировал переговоры с Ливаном, которые, по данным СМИ, должны состояться 14 апреля в Госдепартаменте США. Трамп сообщил, что это он попросил Нетаньяху отказаться от военной кампании в Ливане, которая угрожала срыву сделки с Ираном.
Ядерная программа Ирана
Вторым вопросом, по которому стороны зашли в тупик во время переговоров стала ядерная программа Ирана. США настаивают на гарантиях того, что Тегеран не попытается создать ядерное оружие в будущем.
Кроме того, перед началом переговоров высокопоставленный иранский источник сообщил агентству Reuters, что США согласились разморозить активы в Катаре и других иностранных банках. Источник иранского агентства «Тасним» также рассказал, что американская сторона согласилась разморозить иранские активы. Однако в беседе с The New York Times американский чиновник отверг это, заявив, что ничего еще не согласовано и не оформлено официально.
Еще накануне Калибаф заявил, что до начала переговоров должны быть разблокированы иранские активы и установлен режим прекращения огня в Ливане.
«Иран вышел из этой фазы войны со стратегическим преимуществом, поскольку фактически установил свою власть над Ормузским проливом», — сказала NBC News Бурджу Озчелик, старший научный сотрудник по вопросам безопасности на Ближнем Востоке в Королевском институте объединенных служб.
Она также предположила, что Трамп вряд ли согласится на часть наиболее спорных требований Ирана, включая вопрос работы над ядерной программой.
Заявления сторон по итогу
Джей Ди Вэнс заявил, что ему не удалось достичь соглашения с иранскими коллегами после 21 часа переговоров. «Мы возвращаемся в Соединенные Штаты, так и не достигнув соглашения. Они решили не принимать наши условия», — сказал он.
Вэнс добавил, что иранцам было предложено навсегда прекратить ядерную программу — и они его отклонили. «Нам необходимо увидеть твердое обязательство, что они не будут стремиться к обладанию ядерным оружием и не будут стремиться к инструментам, которые позволили бы им быстро его создать. Это главная цель президента Соединенных Штатов, и именно этого мы пытались добиться в ходе этих переговоров», — заявил вице-президент США.
В феврале 2026 года в Женеве прошел ряд напряженных переговоров между США и Ираном по ядерной программе при посредничестве Омана. Тогда спецпосланники президента США Стив Виткофф и Джаред Кушнер потребовали от Ирана уничтожить три ядерных объекта — в Фордо, Натанзе и Исфахане — и передать Вашингтону весь оставшийся обогащенный уран. Кроме этого, американские чиновники заявили, что любое ядерное соглашение должно действовать вечно и не отменяться. Однако Иран отверг эти требования США, и уже на следующий день Трамп объявил о совместной с Израилем атаке на Иран, направленной на ракетные склады, военные базы и промышленную базу внутри страны, производящую новое вооружение.
Вэнс уточнил, что во время переговоров 11–12 апреля он консультировался с президентом Трампом от шести до двенадцати раз, а также с госсекретарем Марко Рубио, министром обороны Питом Хегсетом, министром финансов Скоттом Бессентом и командующим Центральным командованием США генералом Брэдом Купером.
«Мы вели переговоры добросовестно», — заявил Вэнс, выступая с трибуны в окружении Виткоффа и Кушнера. „

Как отмечает Axios, никто не ожидал, что в субботу будет заключено окончательное соглашение, но американская сторона надеялась на более оптимистичный настрой для продолжения переговоров. Тем не менее, несмотря на формальный провал, Вэнс не заявлял о выходе США из дискуссий.
Иранская сторона тоже отметила провал состоявшихся переговоров. По словам пресс-секретаря МИД Ирана Эсмаила Бакаи, встреча не завершилась соглашением «из-за чрезмерных требований, выдвинутых американской стороной». Он уточнил, что Иран и США «достигли взаимопонимания по ряду вопросов», но существуют «разногласия по двум-трем важным» пунктам. Бакаи добавил, что успех переговоров зависит от «серьезности и добросовестности противоборствующей стороны», а также от признания законных прав и интересов Ирана.
Министр иностранных дел Пакистана Ишак Дар заявил по итогу, что крайне важно соблюдать двухнедельное перемирие, согласованное во вторник, поскольку обе стороны пытаются завершить войну.
Израиль в переговорах не участвовал, так как принимающая сторона, Пакистан, не имеет с ним дипломатических отношений и не признает его суверенитет. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху сказал, что «кампания» в Иране «еще не завершена».
«Иран хотел нас уничтожить. Теперь он борется за выживание. Нам еще многое предстоит сделать. Мы первыми преодолели барьер страха и начали действовать в Иране. […] Иранский режим умоляет о прекращении огня; внутри руководства страны существуют конфликты. У них есть ракетный арсенал, который неуклонно истощается. Наша цель заключалась в том, чтобы ослабить иранский режим до самого низкого уровня с 1979 года. Я перечислю множество целей, которые мы ликвидировали: сталелитейную промышленность, добычу газа, топливо, мосты и железные дороги».
В ходе сегодняшнего телефонного разговора премьер-министр Великобритании Кир Стармер и султан Омана Хайсам бен Тарек Аль Саид пришли к выводу, что США, Израиль и Иран должны избегать «любой дальнейшей эскалации» войны.

Уровень агрессии в сообществе можно измерить. Существуют количественные показатели, такие как Глобальный индекс мира (Global Peace Index) и Индекс внутреннего насилия (IVI) для определения и сравнения уровня насилия в разных странах. Судя по всему, мир сейчас переживает самый крупный всплеск агрессии со времен Второй мировой войны. «Это не просто всплеск — это структурный сдвиг. Сегодняшний мир гораздо более жестокий и гораздо более раздробленный, чем десять лет назад», — заявила в 2025 году Сири Аас Рустад, директор по исследованиям Института изучения проблем мира в Осло (PRIO). С тех пор, кажется, лучше не стало.
В некоторых странах успела сложиться культура низкой толерантности к насилию на уровне семьи и сообщества. Там неприемлемы драки в школе, физические наказания в семье, криминализировано домашнее насилие, развита психологическая помощь. Снижение или относительная стабильность уровня насилия в таких сообществах, несмотря на политические перипетии, — тоже глобальный тренд, по крайней мере он оставался таковым до последних лет.
Амбивалентны не только глобальные тренды уровня агрессии, но и отношение к ней в обществе. Толерантность к агрессии может быть одновременно и очень низкой, и крайне высокой в разных обстоятельствах. В США ребенок, который дерется в школе, имеет шанс получить диагноз «поведенческое расстройство» (conductive disorder) и медикаментозное лечение. При этом полицейский ICE чувствует себя вправе убить неудачно подвернувшегося под руку мирного согражданина. Другой пример: израильский Кнессет (парламент) принял закон о введении смертной казни за террористические убийства. Формулировки закона фактически подразумевают, что применять его предполагается главным образом к палестинцам. Скорее всего, закон не будет принят во всех инстанциях, но в широких общественных кругах он активно обсуждается. Сообщество может оплакивать жертв теракта и чтить их память, но не проявлять эмоциональной реакции на убийство нескольких тысяч мирных людей в других странах.
Та же амбивалентность — внутри нас. Многие ловят себя на сочетании злости и бесчувствия, жалости к жертвам и привычного цинизма. Часто приходится слышать: «Мы так привыкли слышать о насилии, что устали ужасаться». Эффект усиливается благодаря медиа и социальным сетям. Мы имеем дело с толерантностью к жестокости на всех уровнях — от Трампа до зрителя новостей.
Жестокость и бессилие имеют сходную природу. Это невозможность управиться со своей и чужой агрессией. Конкретная реакция — изолироваться, обратить агрессию на себя или на других — зависит от темперамента и опыта конкретной личности. Многие в этих условиях формулируют задачу так: как не расчеловечить других и остаться человеком самому?
Первый из распространенных подходов к решению этой задачи можно условно назвать терапевтическим. В его основе понимание насилия как травмы для всех участников: не только жертв, но и зрителей и тех, кто проявляет жестокость. Каждый из участников по-своему переживает свою беспомощность. Не обязательно это ПТСР — чаще тревога или хронический стресс. Всё это меняет эмоциональный фон, напрямую влияет на способность испытывать сочувствие и повышает вероятность поведения изоляции, самоагрессии и агрессии. Терапевтический подход предполагает и существование так называемых «психопатов», которые в силу опыта и нейрохимических особенностей мозга изначально не способны к состраданию и склонны к жестокости. Здесь с научным обоснованием всё не так просто.
Да, агрессивное поведение отчасти наследуется и также во многом обусловлено семейными факторами. Но вряд ли можно полностью объяснить поведение агрессоров только психопатией. Точно так же терапия детских психотравм или попытки научить агрессора «управлению гневом» не останавливает насилие в семье. Люди могут обладать предрасположенностью к насилию по генетическим причинам или из-за плохого опыта, но они с меньшей вероятностью будут поступать агрессивно, если знают, что в обществе это порицается.
Поэтому терапевтический подход имеет очевидные ограничения: он объясняет внутренние механизмы воспроизводства агрессии, ее «способ передачи от человека к человеку». Но сам уровень травматизации, распространенность этих механизмов, «иммунитет общества к агрессии» зависит от социальных переменных. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
В том числе за это терапевтический подход критикуют слева — например, израильская учёная Ева Иллуз в своей книге «Социология против психотерапии». Второй подход к определению причин агрессии: неравенство в ее распределении вызвано несправедливостью в обществе. Если уменьшать неравенство и бороться с социальным злом, меньше людей будут получать травмы, чувствовать бессилие, расти жестокими и делать жертвами других. Жестокость и бесчувствие — во многих случаях «естественная» реакция на ненормальные обстоятельства. Излишняя психологизация агрессии, как личной, так и общественной, ведет к отказу от борьбы и смещение фокуса внимания с необходимости изменений на поиски причины в себе. Невозможно вылечить травму, когда каждый день происходит ретравматизация.
Однако и социальный подход неполон: до конца непонятно, что яйцо, а что курица. С одной стороны, социальное зло плодит травмы. С другой — жестокость акторов насилия и защитное бесчувствие жертв и зрителей и есть то, что мешает бороться за общественные изменения.
Наконец, есть и третий подход — условно консервативный, и в последние годы он приобретает всё большую популярность среди интеллектуалов. Согласно этому подходу, новые нормы человечности и ненасильственного общения лицемерны и лживы: они лишь кратковременное отклонение от обычных людских практик. Консерваторы предлагают не патологизировать страдание и не называть его «травмой», так как оно неискоренимо. Война и потери, жестокость и бесчувствие, насилие и покорность, ненависть к чужакам — в природе человека.
Проблемы этого подхода также очевидны. Консерваторы любят рассуждать о биологической обусловленности агрессии, но исследования последних десятилетий подтверждают: социальный и психологический опыт меняет нейрохимию мозга. Кроме того, немалый вклад в уровень агрессии вносят также наблюдение и подражание. Агрессивные сообщества растят агрессивных взрослых, мягкие — мягких.
Но с некоторыми ограничениями и консервативный подход несет в себе зерно истины. „

Страдания — действительно часть жизни, и не всякий трудный опыт становится травмой. Существуют традиционные способы справляться с горем и бессилием, и есть формы, в которых «природная» агрессия может быть полезной.
Искоренить жестокость в земной жизни, вероятно, не получится. Нужна готовность дать отпор агрессору, приходящему, чтобы разрушить хорошие традиции «мягких» сообществ. Европейские страны сейчас на практике осознают эту часть истины, усиливая боеспособность своих армий.
Подведем черту. Каждый из трех подходов описывает феномен жестокости и бесчувствия со своей стороны и потому неполно. Но каждый из них предлагает работающие инструменты для того, чтобы справляться с агрессией и бессилием. Терапевтический подход поддерживает психические и психологические внутренние механизмы, укрепляя то, что в этой традиции называется «я», «самость». Социальный подход мотивирует помогать другим и бороться за улучшение условий жизни. Консервативный подход позволяет проживать страдание с помощью ритуалов и траура (но не кровной мести или «естественной» ненависти к чужакам), дает здоровое понимание того, что применение ответной силы иногда неизбежно.
Но главная особенность любого из подходов к агрессии и бессилию заключается в их конкретности и непосредственной привязке к ситуациям, в которых мы оказываемся. Как телефон с GPRS, человек пытается непрерывно определять сам себя в качестве такового. „

Практика бытия человеком и заключается в том, что я всё время пытаюсь понять, какое именно поведение прямо сейчас, в данной ситуации, будет наиболее человеческим. Как себя вести? Бить или нет в ответ? Что я сделаю с тем, кто обидел моего близкого? А если бьют незнакомца, пройти мимо или ввязаться?
Вопросы эти очень конкретные, и возможность отвечать на них сильно зависит от того, насколько близко мы находимся к краю той или иной воронки насилия. У тех, кто оказался в самом эпицентре агрессии, возможности ограничены: часто они находятся в экстремальном состоянии, теряют «я» или временно отказываются от него, мало способны к сочувствию. Можно называть это травмой, страданием или как-нибудь еще, но в таком состоянии действия человека в немалой степени определяются случайностью. Он может остаться в изоляции, может влиться в бесчувственную или агрессивную массу, которая перестала быть сообществом людей.
Помогать людям вылезать из воронки — работа той части общества, которую пока туда не затянуло. Если мы еще не там, то можем применять любой из подходов или все три сразу и за себя, и за того парня и помогать другим выходить из цикла жестокости и бесчувствия. Не стоит ждать здравого смысла от людей внутри агрессии. Они будут способны проявлять его позже, но не сейчас. Их внутренние механизмы бытия человеком заработают, если люди извне будут вытаскивать их, а не позволять затаскивать туда себя. Это в точности как с агрессией семейной. Нельзя осуждать жертву за то, что она превысила пределы необходимой самообороны, или за то, что она годами не может уйти от абьюзера. Мы не знаем, каково им внутри. Мы можем только пытаться протянуть руку.

В ночь на 11 апреля по европейскому времени первая более чем за полвека пилотируемая экспедиция к Луне — Artemis II — завершилась штатным приводнением космического корабля Orion у побережья Сан-Диего (Калифорния). Полет четырех астронавтов — Рида Уайсмена, Виктора Гловера, Кристины Кох и Джереми Хансена — оказался не только технической проверкой перед запланированной на 2028 год высадкой на Луну, но и мощным символом. Судя по комментариям в соцсетях, полет за пределы земной орбиты дал многим жителям планеты ощущение надежды на лучшее в мире, охваченном конфликтами и войнами. О значимых научно-технических достижениях Artemis II и о том, чем еще запомнится первый с 1972 года полет к Луне, — в материале «Новой газеты Европа».
Приводнение штатное
Десятидневная миссия Artemis II, в ходе которой корабль Orion в общей сложности пролетел 1 млн 118 тысяч км, завершилась в ночь на 11 апреля по европейскому времени. Финальный этап — как, впрочем, и весь полет — прошел в штатном режиме. Еще 6 апреля корабль облетел Луну и самостоятельно — исключительно под воздействием гравитации — взял курс на Землю. В последующие дни понадобилось лишь несколько коротких — на несколько секунд — запусков двигателей, позволивших немного скорректировать траекторию возвращения корабля.
Самый опасный этап всей миссии начался, когда аппарат вошел в верхние слои атмосферы Земли (около 122 км) на скорости, в 35 раз превышающей скорость звука. В процессе аэродинамического торможения вокруг корабля образовался слой ионизированного газа — плазмы, что привело к запланированной потере радиосвязи с Хьюстоном на несколько минут.
Особое внимание специалистов было приковано к теплозащитному экрану, оберегавшему капсулу от сверхвысоких температур (на пике — около 2760 градусов, это примерно половина температуры на поверхности Солнца). В ходе беспилотной миссии Artemis I, состоявшейся в 2022 году, с ним возникла проблема: экран не сгорал равномерно, как изначально предсказывали компьютерные модели, а разрушался кусками. Это было связано с особой траекторией полета Orion в рамках той миссии: в целях гашения скорости корабль совершил «нырок» в верхние слои атмосферы, затем ненадолго вернулся в космос, и только после этого окончательно пошел на спуск.
В рамках Artemis II NASA отказалось от такого «нырка», что позволило снизить риски. Впрочем, опасения всё равно оставались. Например, The New York Times цитировала бывшего астронавта и эксперта по теплозащитным системам Чарли Камарду, который указывал на вероятность проблем с экраном и оценивал риск катастрофы при приземлении как 1 к 20. Одновременно с этим отказ от «нырка» увеличивал пиковые перегрузки для экипажа.
В итоге никаких особых проблем ни с кораблем, ни с астронавтами не возникло. На высоте примерно 7 км началась последовательная активация парашютной системы, состоящей из куполов различного назначения. Корабль коснулся воды в заданном районе, и вскоре астронавтов эвакуировали на борт корабля ВМС США USS John P. Murtha.
Задачи выполнены
Успешно миссия прошла и с точки зрения поставленных задач (хотя без некритических недочетов не обошлось). Главной целью Artemis II, как отмечали в NASA, было «подтвердить работоспособность систем, необходимых для отправки астронавтов в дальний космос, и подготовить основу для устойчивого присутствия человека на Луне». В агентстве называли пять приоритетов:
продемонстрировать способность систем и команд астронавтов обеспечивать жизнедеятельность в условиях полета и при возвращении на Землю; проверить системы, необходимые для пилотируемой лунной программы: от наземной инфраструктуры до оборудования в космосе; вернуть летное оборудование и собрать данные для оценки его работы; продемонстрировать возможности аварийных систем и проверить соответствующие процедуры; выполнить дополнительные задачи по проверке подсистем и валидации данных.
Перечисление всего, что было сделано астронавтами за десять дней, заняло бы немало места. Были опробованы в работе различные системы корабля, а также собраны ценные данные о влиянии космоса за пределами околоземной орбиты на здоровье человека. В частности, в области биомедицины ключевыми стали эксперименты в рамках проекта AVATAR, подразумевающего разработку миниатюрных устройств с живыми человеческими клетками, которые воспроизводят структуру и функции отдельных органов (были использованы стволовые клетки самих астронавтов).
Но главные и самые заметные результаты связаны с наблюдением за Луной с близкого расстояния (минимальное — около 6,5 тысяч км). Как поясняли в NASA, астронавты делали то, что не подвластно роботизированным аппаратам: «Человеческое зрение и мозг очень чувствительны к тонким изменениям цвета, текстуры и других характеристик поверхности». В числе прочего, команда:
передала на землю информацию о районах не с привычными серыми, а с «матовыми и коричневыми» оттенками (и теперь к ним планируется присмотреться внимательнее при помощи вращающегося на орбите Луны зонда LRO); подробно описала левитирующую лунную пыль (частицы грунта, поднимающиеся над поверхностью под действием электростатических сил); понаблюдала за «лунным терминатором» (движущейся границей между ночью и днем); сообщила о вспышках от ударов метеороидов о лунную поверхность (этот фактор будет принципиально важен при строительстве базы); насладилась с окололунной орбиты полным солнечным затмением.
При этом экипаж тщательно фиксировал увиденное при помощи фотоаппаратов: во время облета Луныбыло отснято более 175 ГБ фото и видео, что позволило не только четверке астронавтов, но и всему человечеству посмотреть на нашу планету с непривычной стороны и вновь задуматься над тем, насколько она хрупка.
Полет эпохи смартфонов и соцсетей
Интерес к миссии дополнительно подогревало то, что глава NASA Джаред Айзекман разрешил экипажу использовать для съемок стандартные смартфоны iPhone 17 Pro Max . Компания Apple получила бесплатную рекламу, а следившие за полетом земляне — уникальные снимки с эффектом интимности и сопричастности: селфи, снятые на камеру смартфона. „

Важную роль сыграло и то, что фотографии передавались на Землю и публиковались NASA беспрецедентно быстро, — помогала опробованная в ходе полета новейшая система оптической лазерной связи O2O, позволяющая передавать данные со скоростью до 260 Мбит/с.
Более того, благодаря видеотрансляциям NASA все желающие могли следить за полетом в прямом эфире. Любители космоса возмущались тем, что в плане качества и разнообразия картинки госкорпорация — если сравнивать с трансляциями запусков ракет SpaceX Илона Маска — осталась в прошлом веке. Но в целом в эти дни NASA как могло, старалось соответствовать времени. Например, миллионы просмотров собрал инстаграм-ролик с экипажем, стилизованный под заставку популярного в США ситкома Full House.
Тем временем СМИ, которые обычно не интересуются космосом, чуть ли не в ежедневном режиме объясняли своей аудитории разные аспекты миссии. К примеру, рекорд удаления от Земли среди пилотируемых миссий — 406 771 км — The New York Times описывала таким образом: чтобы покрыть этот путь, потребовалось бы выстроить в цепь 728 млн такс или 2,37 млрд хот-догов.
Nutella под музыку Queen
Тем временем астронавты, выходя на связь с журналистами, удовлетворяли всеобщее любопытство, во всех деталях описывая бытовые аспекты жизни в маленькой «жестяной банке» (9,3 кубических метра), мчащейся к Луне.
Например, командир Рид Уайсмен рассказывал: Кристина Кох «спит “вниз головой” в центре космического аппарата — как летучая мышь», у Виктора Гловера «есть свой небольшой уголок, он там удобно закрепился», а Джереми Хансен «растянулся на кресле номер один». Сам Уайсмен спал «под панелями дисплеев — на случай, если что-то пойдет не так». Обсуждалось и то, что на борту оказалось прохладнее, чем ожидали изначально: Гловер рассказывал, что им стоило бы взять с собой более теплые спальные мешки.
Интерес вызвал и процесс пробуждения астронавтов. Многие СМИ рассказали о давней традиции, заведенной еще во время лунных миссий Apollo: Центр управления полетом включал для экипажа песню, выбранную из заранее составленного самими астронавтами плейлиста. В нём, например, была Under Pressure группы Queen и Дэвида Боуи. Гитарист Queen (а также, кстати, ученый-астрофизик) Брайан Мэй после этого написал, что «рад будить героев в их космическом корабле».
Интересовало всех и то, что астронавты едят. Времена тюбиков с не слишком аппетитной пастообразной едой давно прошли. Меню астронавтов включало 189 позиций: от говяжьей грудинки и креветочных коктейлей до салата из манго и шоколада. Одних лишь острых соусов было пять видов (это связано с тем, что в условиях гравитации еда кажется более пресной). Рид Уайсмен рассказывал, что в период пролета обратной стороны Луны, когда около 40 минут не было связи с Землей, четверо астронавтов нашли возможность совместно насладиться кленовым печеньем, которое привез Джереми Хансен — единственный канадец в экипаже.
Главной сенсацией, связанной с едой, стало появление в официальной трансляции банки Nutella: она фотогенично проплыла мимо камеры за четыре минуты до исторического рекорда дальности полета человека от Земли. Пользователи соцсетей начали моментально задаваться вопросом, сколько производитель орехово-шоколадной пасты заплатил NASA. В агентстве заверили, что это не было оплаченным продакт-плейсментом (и, вероятно, это действительно так). Но, конечно, производители Nutella не могли не воспользоваться такой неожиданной рекламой космических масштабов. А премьер-министр Канады Марк Карни, общаясь с Джереми Хансеном после «полета Nutella», в шутку призвал его подтвердить лояльность кленовому сиропу.
Туалетная тема
По уровню мемности и активности обсуждения в соцсетях с Nutella мог сравниться разве что туалет корабля Orion — система утилизации отходов (UWMS) стоимостью 23 млн долларов. В первый день полета насос туалета не работал из-за нехватки воды. Проблему удалось оперативно решить, но спустя несколько дней возникла другая: замерзла линия сброса жидких отходов. Конспирологи, коих в эти дни в интернет-пространстве проявилось немало, и российские «турбопатриоты» в соцсетях воспользовались возможностью прокомментировать новости в духе «Они даже нормальный туалет не могут сделать», иногда приходя к выводу, что всё это — спектакль, снимавшийся в голливудских декорациях. Тем временем Кристина Кох рассказывала, что «с гордостью» взяла на себя роль «космического сантехника», ведь туалет — это «пожалуй, самое важное оборудование на борту».
Еще одна проблема возникла — и тоже вызвала немало смешков — с неработающей почтовой программой Microsoft Outlook. Поначалу не работала ни одна из двух версий программы на борту корабля. Впрочем, проблему оперативно устранили.
Тем временем среди любителей научной фантастики особый резонанс вызвала отсылка к произведению, которое описывало по настоящему катастрофическую (но, конечно, выдуманную) ситуацию: происходившее после того, как на межзвездном космическом корабле, отправленном к звезде Тау Кита, остался единственный выживший член команды. Речь о романе Энди Вейера «Проект “Аве Мария”» (Project Hail Mary), на основе которого в конце марта вышла экранизация с Райаном Гослингом в главной роли (этот фильм астронавты посмотрели незадолго до старта, во время карантина).
Когда Рид Уайсмен передавал данные о масштабах Земли и Луны в иллюминаторах, его собеседница из Центра управления полетом ответила фразой «Amaze! Amaze! Amaze!» (искаженное англ. «Удивительно»). Это была прямая отсылка к словам персонажа «Проекта “Аве Мария”» — харизматичного инопланетянина Рокки. Вероятно, «пасхалка» должна была подчеркнуть новую стратегию агентства: делать космос понятным и «своим» в том числе и для интернет-аудитории.
Помолчать с президентом
Самый неловкий момент десяти дней — 12-минутный разговор астронавтов с президентом США Дональдом Трампом. Глава Белого дома, как это обычно и бывает, много хвалил самого себя. Например, за то, что якобы спас NASA во время своего первого президентского срока.
Хотя Трамп действительно направлял больше ресурсов в программу пилотируемых полетов NASA, он одновременно регулярно пытался сокращать общий бюджет агентства. После начала второго срока в начале 2025 года Белый дом предложил сократить бюджет NASA на 24% (в основном, урезать научные программы). Тогда Конгресс США в редком проявлении двухпартийного согласия выступил против сокращений и утвердил почти полный бюджет в 24,4 млрд долларов. „

Но 3 апреля 2026 года, прямо в дни полета Artemis II, Трамп представил проект бюджета NASA на 2027 год с новым крупным сокращением, на этот раз на 23%.
Трамп обещал астронавтам, что «Америка будет вне конкуренции в космосе и во всём остальном», называл Космические силы США своим «дитем» (новый вид вооруженных сил США был создан в первый срок Трампа), рассказывал Джереми Хансену о своей дружбе с канадским хоккеистом Уэйном Гретцки и разговорах с другими канадцами. После этой реплики в эфире возникло неловкое 63-секундное молчание: Трамп, вероятно, ждал ответа астронавтов.
«Клип с молчанием экипажа Artemis II стал вирусным: многие шутят, что даже на расстоянии более 250 000 миль от Земли невозможно скрыться от трамповских монологов. Другие, напротив, похвалили экипаж за то, что они не стали подыгрывать Трампу», — описал настроения пользователей соцсетей телеканал Euronews.
Единение в космосе
Было в ходе полета и немало трогательных эпизодов. К примеру, пасхальное приветствие, в ходе которого Виктор Гловер назвал полет возможностью для всех жителей «космического корабля под названием Земля» «вспомнить, где мы находимся, кто мы такие и что мы — единое целое».
Еще более трогательный момент произошел в период наблюдения за Луной. Экипаж предложил назвать один из кратеров «Кэрролл» — в честь покойной жены Рида Уайсмена. Члены команды не смогли сдержать эмоций: они обнялись, вытирая слезы.
Сильные эмоции также вызвало аудиопослание от участника двух миссий Apollo (1968 и 1970 годы) Джима Ловелла, которое тот записал незадолго до смерти в 2025 году. Легендарный астронавт, которого в фильме «Аполлон 13» сыграл Том Хэнкс, сказал: «Я горжусь тем, что передаю вам эту эстафету. Вы облетаете Луну и закладываете основу для будущих миссий к Марсу на благо всех».
Между прошлым и будущим
Символических связей с предыдущими поколениями покорителей неба и космоса было немало. Например, экипаж взял в космос маленький кусочек ткани, использовавшейся на Wright Flyer — самолете, на котором в 1903 году братья Райт совершили первый в истории успешный полет. Еще одним символом на борту оказался американский флаг, изначально предназначенный для миссии Apollo 18. После отмены программы в 1971 году артефакт более 50 лет ждал своего часа, чтобы наконец достичь лунной орбиты.
Не менее символично и само название Artemis: Артемида была сестрой-близнецом Аполлона и богиней Луны. «Связка Apollo и Artemis — это больше, чем поэтический образ. В мифологии близнецы уравновешивают день и ночь, солнце и луну. В космических полетах Apollo символизирует то, чего человечество уже достигло, а Artemis — то, что еще впереди», — поясняло издание Space.com.
«Эта миссия не решит проблемы человечества и не сделает нашу бытовую жизнь лучше, но вдохновение сейчас в недостатке, а это вдохновение уже дальше можно превратить для себя в энергию, чтобы идти дальше», — отмечал популяризатор космонавтики Георгий Тришкин, который в эти дни без устали терпеливо объяснял в соцсети X скептикам значимость миссии (а конспирологам — то, что всё это происходит по-настоящему).
Дальнейшие цели, как уже подробно писала «Новая-Европа», амбициозны. Среди них — высадка на Луну в 2028 году в рамках Artemis IV (следующий, третий полет будет посвящен испытаниям на низкой околоземной орбите), регулярные миссии, строительство постоянной лунной базы, освоение Марса.
Кроме того, глава NASA Джаред Айзекман в эфире CNN назвал в числе приоритетов поиск ответа на вопрос «Одни ли мы во Вселенной?» Сам он считает «довольно высокой» вероятность того, что — с учетом наличия «около двух триллионов галактик и неизвестного числа звездных систем в каждой из них» — земляне не одиноки.
Сейчас эти планы звучат как фантастика, но всё-таки — при определенных условиях — вполне могут реализоваться. Так же, как реальностью стал яркий сон о полете к Луне, почти десять лет назад приснившийся командиру Artemis II Риду Уайсмену.

Уровень агрессии в сообществе можно измерить. Существуют количественные показатели, такие как Глобальный индекс мира (Global Peace Index) и Индекс внутреннего насилия (IVI) для определения и сравнения уровня насилия в разных странах. Судя по всему, мир сейчас переживает самый крупный всплеск агрессии со времен Второй мировой войны. «Это не просто всплеск — это структурный сдвиг. Сегодняшний мир гораздо более жестокий и гораздо более раздробленный, чем десять лет назад», — заявила в 2025 году Сири Аас Рустад, директор по исследованиям Института изучения проблем мира в Осло (PRIO). С тех пор, кажется, лучше не стало.
В некоторых странах успела сложиться культура низкой толерантности к насилию на уровне семьи и сообщества. Там неприемлемы драки в школе, физические наказания в семье, криминализировано домашнее насилие, развита психологическая помощь. Снижение или относительная стабильность уровня насилия в таких сообществах, несмотря на политические перипетии, — тоже глобальный тренд, по крайней мере он оставался таковым до последних лет.
Амбивалентны не только глобальные тренды уровня агрессии, но и отношение к ней в обществе. Толерантность к агрессии может быть одновременно и очень низкой, и крайне высокой в разных обстоятельствах. В США ребенок, который дерется в школе, имеет шанс получить диагноз «поведенческое расстройство» (conductive disorder) и медикаментозное лечение. При этом полицейский ICE чувствует себя вправе убить неудачно подвернувшегося под руку мирного согражданина. Другой пример: израильский Кнессет (парламент) принял закон о введении смертной казни за террористические убийства. Формулировки закона фактически подразумевают, что применять его предполагается главным образом к палестинцам. Скорее всего, закон не будет принят во всех инстанциях, но в широких общественных кругах он активно обсуждается. Сообщество может оплакивать жертв теракта и чтить их память, но не проявлять эмоциональной реакции на убийство нескольких тысяч мирных людей в других странах.
Та же амбивалентность — внутри нас. Многие ловят себя на сочетании злости и бесчувствия, жалости к жертвам и привычного цинизма. Часто приходится слышать: «Мы так привыкли слышать о насилии, что устали ужасаться». Эффект усиливается благодаря медиа и социальным сетям. Мы имеем дело с толерантностью к жестокости на всех уровнях — от Трампа до зрителя новостей.
Жестокость и бессилие имеют сходную природу. Это невозможность управиться со своей и чужой агрессией. Конкретная реакция — изолироваться, обратить агрессию на себя или на других — зависит от темперамента и опыта конкретной личности. Многие в этих условиях формулируют задачу так: как не расчеловечить других и остаться человеком самому?
Первый из распространенных подходов к решению этой задачи можно условно назвать терапевтическим. В его основе понимание насилия как травмы для всех участников: не только жертв, но и зрителей и тех, кто проявляет жестокость. Каждый из участников по-своему переживает свою беспомощность. Не обязательно это ПТСР — чаще тревога или хронический стресс. Всё это меняет эмоциональный фон, напрямую влияет на способность испытывать сочувствие и повышает вероятность поведения изоляции, самоагрессии и агрессии. Терапевтический подход предполагает и существование так называемых «психопатов», которые в силу опыта и нейрохимических особенностей мозга изначально не способны к состраданию и склонны к жестокости. Здесь с научным обоснованием всё не так просто.
Да, агрессивное поведение отчасти наследуется и также во многом обусловлено семейными факторами. Но вряд ли можно полностью объяснить поведение агрессоров только психопатией. Точно так же терапия детских психотравм или попытки научить агрессора «управлению гневом» не останавливает насилие в семье. Люди могут обладать предрасположенностью к насилию по генетическим причинам или из-за плохого опыта, но они с меньшей вероятностью будут поступать агрессивно, если знают, что в обществе это порицается.
Поэтому терапевтический подход имеет очевидные ограничения: он объясняет внутренние механизмы воспроизводства агрессии, ее «способ передачи от человека к человеку». Но сам уровень травматизации, распространенность этих механизмов, «иммунитет общества к агрессии» зависит от социальных переменных. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
В том числе за это терапевтический подход критикуют слева — например, израильская учёная Ева Иллуз в своей книге «Социология против психотерапии». Второй подход к определению причин агрессии: неравенство в ее распределении вызвано несправедливостью в обществе. Если уменьшать неравенство и бороться с социальным злом, меньше людей будут получать травмы, чувствовать бессилие, расти жестокими и делать жертвами других. Жестокость и бесчувствие — во многих случаях «естественная» реакция на ненормальные обстоятельства. Излишняя психологизация агрессии, как личной, так и общественной, ведет к отказу от борьбы и смещение фокуса внимания с необходимости изменений на поиски причины в себе. Невозможно вылечить травму, когда каждый день происходит ретравматизация.
Однако и социальный подход неполон: до конца непонятно, что яйцо, а что курица. С одной стороны, социальное зло плодит травмы. С другой — жестокость акторов насилия и защитное бесчувствие жертв и зрителей и есть то, что мешает бороться за общественные изменения.
Наконец, есть и третий подход — условно консервативный, и в последние годы он приобретает всё большую популярность среди интеллектуалов. Согласно этому подходу, новые нормы человечности и ненасильственного общения лицемерны и лживы: они лишь кратковременное отклонение от обычных людских практик. Консерваторы предлагают не патологизировать страдание и не называть его «травмой», так как оно неискоренимо. Война и потери, жестокость и бесчувствие, насилие и покорность, ненависть к чужакам — в природе человека.
Проблемы этого подхода также очевидны. Консерваторы любят рассуждать о биологической обусловленности агрессии, но исследования последних десятилетий подтверждают: социальный и психологический опыт меняет нейрохимию мозга. Кроме того, немалый вклад в уровень агрессии вносят также наблюдение и подражание. Агрессивные сообщества растят агрессивных взрослых, мягкие — мягких.
Но с некоторыми ограничениями и консервативный подход несет в себе зерно истины. „
Страдания — действительно часть жизни, и не всякий трудный опыт становится травмой. Существуют традиционные способы справляться с горем и бессилием, и есть формы, в которых «природная» агрессия может быть полезной.
Искоренить жестокость в земной жизни, вероятно, не получится. Нужна готовность дать отпор агрессору, приходящему, чтобы разрушить хорошие традиции «мягких» сообществ. Европейские страны сейчас на практике осознают эту часть истины, усиливая боеспособность своих армий.
Подведем черту. Каждый из трех подходов описывает феномен жестокости и бесчувствия со своей стороны и потому неполно. Но каждый из них предлагает работающие инструменты для того, чтобы справляться с агрессией и бессилием. Терапевтический подход поддерживает психические и психологические внутренние механизмы, укрепляя то, что в этой традиции называется «я», «самость». Социальный подход мотивирует помогать другим и бороться за улучшение условий жизни. Консервативный подход позволяет проживать страдание с помощью ритуалов и траура (но не кровной мести или «естественной» ненависти к чужакам), дает здоровое понимание того, что применение ответной силы иногда неизбежно.
Но главная особенность любого из подходов к агрессии и бессилию заключается в их конкретности и непосредственной привязке к ситуациям, в которых мы оказываемся. Как телефон с GPRS, человек пытается непрерывно определять сам себя в качестве такового. „
Практика бытия человеком и заключается в том, что я всё время пытаюсь понять, какое именно поведение прямо сейчас, в данной ситуации, будет наиболее человеческим. Как себя вести? Бить или нет в ответ? Что я сделаю с тем, кто обидел моего близкого? А если бьют незнакомца, пройти мимо или ввязаться?
Вопросы эти очень конкретные, и возможность отвечать на них сильно зависит от того, насколько близко мы находимся к краю той или иной воронки насилия. У тех, кто оказался в самом эпицентре агрессии, возможности ограничены: часто они находятся в экстремальном состоянии, теряют «я» или временно отказываются от него, мало способны к сочувствию. Можно называть это травмой, страданием или как-нибудь еще, но в таком состоянии действия человека в немалой степени определяются случайностью. Он может остаться в изоляции, может влиться в бесчувственную или агрессивную массу, которая перестала быть сообществом людей.
Помогать людям вылезать из воронки — работа той части общества, которую пока туда не затянуло. Если мы еще не там, то можем применять любой из подходов или все три сразу и за себя, и за того парня и помогать другим выходить из цикла жестокости и бесчувствия. Не стоит ждать здравого смысла от людей внутри агрессии. Они будут способны проявлять его позже, но не сейчас. Их внутренние механизмы бытия человеком заработают, если люди извне будут вытаскивать их, а не позволять затаскивать туда себя. Это в точности как с агрессией семейной. Нельзя осуждать жертву за то, что она превысила пределы необходимой самообороны, или за то, что она годами не может уйти от абьюзера. Мы не знаем, каково им внутри. Мы можем только пытаться протянуть руку.

9 апреля Верховный суд России признал «международное движение “Мемориал”» «экстремистской организацией» и запретил ее деятельность на территории страны. Формально такого юридического лица не существует, в реальности же уголовное преследование теперь грозит всем, кто каким-то образом сотрудничал с многочисленными структурами «Мемориала» — сообщества, которое с конца 1980-х занималось памятью о советском государственном терроре, просвещением и правозащитой, а в 2022-м получило за это Нобелевскую премию мира (тогда же ключевые организации «Мемориала» были ликвидированы решением суда). Минюст РФ уже заявил, что установил 196 человек, которые активно участвуют в деятельности «движения»; в реальности жертв новых репрессий может оказаться еще больше. Спецкор «Новой газеты Европа» Ирина Кравцова связалась с людьми, которые до последнего продолжали работать в разных российских «Мемориалах», и узнала, что они думают о происходящем. В целях безопасности мы анонимизировали всех наших собеседников и убрали из разговоров детали, которые могут помочь их идентифицировать.
Сотрудница «Мемориала»: «Если меня посадят в тюрьму, я буду всё же в привилегированном положении»
«Знаете, я не любительница упражняться в цинизме, поэтому не хочу многозначительно кивать и говорить: “Ах, это решение было ожидаемым еще с такого-то момента”. Я хочу сказать, что мы [с коллегами по “Мемориалу”] очень много лет делали всё, что было в наших силах, чтобы не допустить повторения репрессий. По крайней мере, не так скоро. И мы действительно верили, что если уж будущее будет не светлым и радужным, то всё же и не таким, чтобы организацию признали экстремистской.
Как и большинство моих соратников, уезжать из России я не хочу и не буду. Я считаю, что бегать и скрываться должна не я. Главное вот что: если меня посадят в тюрьму, я буду всё же в привилегированном положении по сравнении с теми, кого репрессировали в Советские годы. Потому что их забирали в тюрьмы, а потом убивали — тайно, так что эти люди не могли рассчитывать даже на то, что их родные когда-то вообще узнают, что с ними произошло. „
Так вот, у меня есть привилегия: я знаю, что есть “Мемориал”, и это значит, что есть те, кто в случае чего сохранит память обо мне и обо всём, через что мне придется пройти (если придется).
Есть те, кто выяснит и сохранит на века все имена и фамилии палачей».
Сотрудник «Мемориала»: «Едем, но без шашечек»
«Если коротко — эмоций ноль. Всё ожидаемо, подготовились, ложимся на дно. Есть время заняться тем, на что раньше не хватало времени. Есть много работы внутренней. Будет обстановка одна — значит, будем работать так, изменится обстановка — будем работать иначе. Главное, что работаем. Едем, но без шашечек».
Сотрудница «Мемориала»: «Теперь я в себе ощущаю тот самый страх, о котором так много читала»
«Ощущение после признания двойственные. С одной стороны, кажется, что раз государство пошло на самые крайние меры, значит в деятельности “Мемориала” видят большую угрозу. Это придает еще больше значимости той работе, которую “Мемориал” продолжает вести после ликвидации. С другой стороны, есть ощущение катастрофы, особенно когда один за другим становятся недоступными сайты и базы “Мемориала”; когда непонятно, как дальше жить с этим новым статусом в России, потому что как бы ты к этому ни готовился, сознание просто отказывается это воспринимать как случившийся факт.
Насколько это событие было ожидаемым? Именно в такой расплывчатой формулировке оно было для меня неожиданным. После истории с музеем ГУЛАГа (его сначала закрыли под предлогом нарушений пожарной безопасности, а в 2026 году было объявлено, что он превратится в “Музей памяти”, посвященный “геноциду советского народа”; всю экспозицию поменяют. — Прим. ред.), конечно, стало особенно очевидно, что государство хочет вообще прекратить разговор о трудном прошлом. Но всё же казалось, что ограничатся преследованием конкретных организаций или инициатив, будут мешать их проведению, как это постоянно происходило, например, на экскурсиях “Мемориала”.
Я росла во время после распада СССР; представление о тоталитарном строе, цензуре и репрессиях у меня формировалось из книг и рассказов людей старшего поколения. Я сопереживала, представляла, что бы я чувствовала и как бы себя вела на месте разных людей, подвергшихся политическому преследованию. Но всё это был мысленный эксперимент. А сейчас я как будто оказалась в иммерсивном театре. Теперь я в себе ощущаю тот самый страх, о котором так много читала. Страх, который заставлял людей молчать, чистить архивы, удалять опасные фотографии. Теперь советы и рекомендации из того времени, оказывается, напрямую относятся и ко мне. В моменты сильного беспокойства я люблю перечитывать, например, эту цитату из Солженицына: „
“Не гонитесь за призрачным — за имуществом, за званиями: это наживается нервами десятилетий, а конфискуется в одну ночь. Живите с ровным превосходством над жизнью — не пугайтесь беды и не томитесь по счастью. Всё равно ведь и горького не до веку и сладкого не дополна”.
Еще мне помогает, что у меня за плечами гораздо более длительный опыт “нормальности”, когда “Мемориал” можно было рекламировать на всех площадках и приглашать школьников на экскурсии, когда посреди Лубянской площади [в рамках акции “Возвращение имен”] ставился микрофон и люди отстаивали огромные очереди, чтобы зачитать имя репрессированного, открыто выразить несогласие. Я верю, что всё это обязательно еще будет. И хочется надеяться, что в истории нашей страны этот мрачный период станет действительно последним и возврата к репрессиям больше не повторится».
Сотрудница «Мемориала»: «Чувствую досаду за легкомыслие общества»
«Мы ожидали этого развития событий после ликвидации “Мемориала” — не зря же мы изучали историю репрессий. Подробное их изучение помогает понять одну важную вещь: при терроре рискует быть репрессированным каждый, вне зависимости от стратегии поведения. И в этом смысле тот, кто эту историю изучал, подготовлен лучше того, кто ее знает поверхностно.
Я твердо убеждена, что повторение преследований за убеждения и неумение этому сопротивляться — это следствие неотрефлексированного прошлого. Просветительская работа “Мемориала” как раз очень важна в качестве противоядия. Была и есть. Как общество мы слишком легкомысленно решили, что мы справились, преодолели, и можно двигаться дальше, не оглядываясь. За это легкомыслие чувствую досаду.
Сейчас я чувствую раздражение и злость, наблюдая, как быстро оживают старые паттерны поведения, как привычное двоемыслие становится снова годным. Но от отчаяния спасает поддержка, которую мы получаем от окружающих, — да, она тоже есть и очень чувствуется. В самые темные времена мне повезло оказаться в компании самых достойных людей».

9 апреля Верховный суд России признал «международное движение “Мемориал”» «экстремистской организацией» и запретил ее деятельность на территории страны. Формально такого юридического лица не существует, в реальности же уголовное преследование теперь грозит всем, кто каким-то образом сотрудничал с многочисленными структурами «Мемориала» — сообщества, которое с конца 1980-х занималось памятью о советском государственном терроре, просвещением и правозащитой, а в 2022-м получило за это Нобелевскую премию мира (тогда же ключевые организации «Мемориала» были ликвидированы решением суда). Минюст РФ уже заявил, что установил 196 человек, которые активно участвуют в деятельности «движения»; в реальности жертв новых репрессий может оказаться еще больше. Спецкор «Новой газеты Европа» Ирина Кравцова связалась с людьми, которые до последнего продолжали работать в разных российских «Мемориалах», и узнала, что они думают о происходящем. В целях безопасности мы анонимизировали всех наших собеседников и убрали из разговоров детали, которые могут помочь их идентифицировать.
Сотрудница «Мемориала»: «Если меня посадят в тюрьму, я буду всё же в привилегированном положении»
«Знаете, я не любительница упражняться в цинизме, поэтому не хочу многозначительно кивать и говорить: “Ах, это решение было ожидаемым еще с такого-то момента”. Я хочу сказать, что мы [с коллегами по “Мемориалу”] очень много лет делали всё, что было в наших силах, чтобы не допустить повторения репрессий. По крайней мере, не так скоро. И мы действительно верили, что если уж будущее будет не светлым и радужным, то всё же и не таким, чтобы организацию признали экстремистской.
Как и большинство моих соратников, уезжать из России я не хочу и не буду. Я считаю, что бегать и скрываться должна не я. Главное вот что: если меня посадят в тюрьму, я буду всё же в привилегированном положении по сравнении с теми, кого репрессировали в Советские годы. Потому что их забирали в тюрьмы, а потом убивали — тайно, так что эти люди не могли рассчитывать даже на то, что их родные когда-то вообще узнают, что с ними произошло. „
Так вот, у меня есть привилегия: я знаю, что есть “Мемориал”, и это значит, что есть те, кто в случае чего сохранит память обо мне и обо всём, через что мне придется пройти (если придется).
Есть те, кто выяснит и сохранит на века все имена и фамилии палачей».
Сотрудник «Мемориала»: «Едем, но без шашечек»
«Если коротко — эмоций ноль. Всё ожидаемо, подготовились, ложимся на дно. Есть время заняться тем, на что раньше не хватало времени. Есть много работы внутренней. Будет обстановка одна — значит, будем работать так, изменится обстановка — будем работать иначе. Главное, что работаем. Едем, но без шашечек».
Сотрудница «Мемориала»: «Теперь я в себе ощущаю тот самый страх, о котором так много читала»
«Ощущение после признания двойственные. С одной стороны, кажется, что раз государство пошло на самые крайние меры, значит в деятельности “Мемориала” видят большую угрозу. Это придает еще больше значимости той работе, которую “Мемориал” продолжает вести после ликвидации. С другой стороны, есть ощущение катастрофы, особенно когда один за другим становятся недоступными сайты и базы “Мемориала”; когда непонятно, как дальше жить с этим новым статусом в России, потому что как бы ты к этому ни готовился, сознание просто отказывается это воспринимать как случившийся факт.
Насколько это событие было ожидаемым? Именно в такой расплывчатой формулировке оно было для меня неожиданным. После истории с музеем ГУЛАГа (его сначала закрыли под предлогом нарушений пожарной безопасности, а в 2026 году было объявлено, что он превратится в “Музей памяти”, посвященный “геноциду советского народа”; всю экспозицию поменяют. — Прим. ред.), конечно, стало особенно очевидно, что государство хочет вообще прекратить разговор о трудном прошлом. Но всё же казалось, что ограничатся преследованием конкретных организаций или инициатив, будут мешать их проведению, как это постоянно происходило, например, на экскурсиях “Мемориала”.
Я росла во время после распада СССР; представление о тоталитарном строе, цензуре и репрессиях у меня формировалось из книг и рассказов людей старшего поколения. Я сопереживала, представляла, что бы я чувствовала и как бы себя вела на месте разных людей, подвергшихся политическому преследованию. Но всё это был мысленный эксперимент. А сейчас я как будто оказалась в иммерсивном театре. Теперь я в себе ощущаю тот самый страх, о котором так много читала. Страх, который заставлял людей молчать, чистить архивы, удалять опасные фотографии. Теперь советы и рекомендации из того времени, оказывается, напрямую относятся и ко мне. В моменты сильного беспокойства я люблю перечитывать, например, эту цитату из Солженицына: „
“Не гонитесь за призрачным — за имуществом, за званиями: это наживается нервами десятилетий, а конфискуется в одну ночь. Живите с ровным превосходством над жизнью — не пугайтесь беды и не томитесь по счастью. Всё равно ведь и горького не до веку и сладкого не дополна”.
Еще мне помогает, что у меня за плечами гораздо более длительный опыт “нормальности”, когда “Мемориал” можно было рекламировать на всех площадках и приглашать школьников на экскурсии, когда посреди Лубянской площади [в рамках акции “Возвращение имен”] ставился микрофон и люди отстаивали огромные очереди, чтобы зачитать имя репрессированного, открыто выразить несогласие. Я верю, что всё это обязательно еще будет. И хочется надеяться, что в истории нашей страны этот мрачный период станет действительно последним и возврата к репрессиям больше не повторится».
Сотрудница «Мемориала»: «Чувствую досаду за легкомыслие общества»
«Мы ожидали этого развития событий после ликвидации “Мемориала” — не зря же мы изучали историю репрессий. Подробное их изучение помогает понять одну важную вещь: при терроре рискует быть репрессированным каждый, вне зависимости от стратегии поведения. И в этом смысле тот, кто эту историю изучал, подготовлен лучше того, кто ее знает поверхностно.
Я твердо убеждена, что повторение преследований за убеждения и неумение этому сопротивляться — это следствие неотрефлексированного прошлого. Просветительская работа “Мемориала” как раз очень важна в качестве противоядия. Была и есть. Как общество мы слишком легкомысленно решили, что мы справились, преодолели, и можно двигаться дальше, не оглядываясь. За это легкомыслие чувствую досаду.
Сейчас я чувствую раздражение и злость, наблюдая, как быстро оживают старые паттерны поведения, как привычное двоемыслие становится снова годным. Но от отчаяния спасает поддержка, которую мы получаем от окружающих, — да, она тоже есть и очень чувствуется. В самые темные времена мне повезло оказаться в компании самых достойных людей».

В ночь на 11 апреля по европейскому времени первая более чем за полвека пилотируемая экспедиция к Луне — Artemis II — завершилась штатным приводнением космического корабля Orion у побережья Сан-Диего (Калифорния). Полет четырех астронавтов — Рида Уайсмена, Виктора Гловера, Кристины Кох и Джереми Хансена — оказался не только технической проверкой перед запланированной на 2028 год высадкой на Луну, но и мощным символом. Судя по комментариям в соцсетях, полет за пределы земной орбиты дал многим жителям планеты ощущение надежды на лучшее в мире, охваченном конфликтами и войнами. О значимых научно-технических достижениях Artemis II и о том, чем еще запомнится первый с 1972 года полет к Луне, — в материале «Новой газеты Европа».
Приводнение штатное
Десятидневная миссия Artemis II, в ходе которой корабль Orion в общей сложности пролетел 1 млн 118 тысяч км, завершилась в ночь на 11 апреля по европейскому времени. Финальный этап — как, впрочем, и весь полет — прошел в штатном режиме. Еще 6 апреля корабль облетел Луну и самостоятельно — исключительно под воздействием гравитации — взял курс на Землю. В последующие дни понадобилось лишь несколько коротких — на несколько секунд — запусков двигателей, позволивших немного скорректировать траекторию возвращения корабля.
Самый опасный этап всей миссии начался, когда аппарат вошел в верхние слои атмосферы Земли (около 122 км) на скорости, в 35 раз превышающей скорость звука. В процессе аэродинамического торможения вокруг корабля образовался слой ионизированного газа — плазмы, что привело к запланированной потере радиосвязи с Хьюстоном на несколько минут.
Особое внимание специалистов было приковано к теплозащитному экрану, оберегавшему капсулу от сверхвысоких температур (на пике — около 2760 градусов, это примерно половина температуры на поверхности Солнца). В ходе беспилотной миссии Artemis I, состоявшейся в 2022 году, с ним возникла проблема: экран не сгорал равномерно, как изначально предсказывали компьютерные модели, а разрушался кусками. Это было связано с особой траекторией полета Orion в рамках той миссии: в целях гашения скорости корабль совершил «нырок» в верхние слои атмосферы, затем ненадолго вернулся в космос, и только после этого окончательно пошел на спуск.
В рамках Artemis II NASA отказалось от такого «нырка», что позволило снизить риски. Впрочем, опасения всё равно оставались. Например, The New York Times цитировала бывшего астронавта и эксперта по теплозащитным системам Чарли Камарду, который указывал на вероятность проблем с экраном и оценивал риск катастрофы при приземлении как 1 к 20. Одновременно с этим отказ от «нырка» увеличивал пиковые перегрузки для экипажа.
В итоге никаких особых проблем ни с кораблем, ни с астронавтами не возникло. На высоте примерно 7 км началась последовательная активация парашютной системы, состоящей из куполов различного назначения. Корабль коснулся воды в заданном районе, и вскоре астронавтов эвакуировали на борт корабля ВМС США USS John P. Murtha.
Задачи выполнены
Успешно миссия прошла и с точки зрения поставленных задач (хотя без некритических недочетов не обошлось). Главной целью Artemis II, как отмечали в NASA, было «подтвердить работоспособность систем, необходимых для отправки астронавтов в дальний космос, и подготовить основу для устойчивого присутствия человека на Луне». В агентстве называли пять приоритетов:
продемонстрировать способность систем и команд астронавтов обеспечивать жизнедеятельность в условиях полета и при возвращении на Землю;проверить системы, необходимые для пилотируемой лунной программы: от наземной инфраструктуры до оборудования в космосе;вернуть летное оборудование и собрать данные для оценки его работы;продемонстрировать возможности аварийных систем и проверить соответствующие процедуры;выполнить дополнительные задачи по проверке подсистем и валидации данных.
Перечисление всего, что было сделано астронавтами за десять дней, заняло бы немало места. Были опробованы в работе различные системы корабля, а также собраны ценные данные о влиянии космоса за пределами околоземной орбиты на здоровье человека. В частности, в области биомедицины ключевыми стали эксперименты в рамках проекта AVATAR, подразумевающего разработку миниатюрных устройств с живыми человеческими клетками, которые воспроизводят структуру и функции отдельных органов (были использованы стволовые клетки самих астронавтов).
Но главные и самые заметные результаты связаны с наблюдением за Луной с близкого расстояния (минимальное — около 6,5 тысяч км). Как поясняли в NASA, астронавты делали то, что не подвластно роботизированным аппаратам: «Человеческое зрение и мозг очень чувствительны к тонким изменениям цвета, текстуры и других характеристик поверхности». В числе прочего, команда:
передала на землю информацию о районах не с привычными серыми, а с «матовыми и коричневыми» оттенками (и теперь к ним планируется присмотреться внимательнее при помощи вращающегося на орбите Луны зонда LRO);подробно описала левитирующую лунную пыль (частицы грунта, поднимающиеся над поверхностью под действием электростатических сил);понаблюдала за «лунным терминатором» (движущейся границей между ночью и днем);сообщила о вспышках от ударов метеороидов о лунную поверхность (этот фактор будет принципиально важен при строительстве базы);насладилась с окололунной орбиты полным солнечным затмением.
При этом экипаж тщательно фиксировал увиденное при помощи фотоаппаратов: во время облета Луныбыло отснято более 175 ГБ фото и видео, что позволило не только четверке астронавтов, но и всему человечеству посмотреть на нашу планету с непривычной стороны и вновь задуматься над тем, насколько она хрупка.
Полет эпохи смартфонов и соцсетей
Интерес к миссии дополнительно подогревало то, что глава NASA Джаред Айзекман разрешил экипажу использовать для съемок стандартные смартфоны iPhone 17 Pro Max . Компания Apple получила бесплатную рекламу, а следившие за полетом земляне — уникальные снимки с эффектом интимности и сопричастности: селфи, снятые на камеру смартфона. „
Важную роль сыграло и то, что фотографии передавались на Землю и публиковались NASA беспрецедентно быстро, — помогала опробованная в ходе полета новейшая система оптической лазерной связи O2O, позволяющая передавать данные со скоростью до 260 Мбит/с.
Более того, благодаря видеотрансляциям NASA все желающие могли следить за полетом в прямом эфире. Любители космоса возмущались тем, что в плане качества и разнообразия картинки госкорпорация — если сравнивать с трансляциями запусков ракет SpaceX Илона Маска — осталась в прошлом веке. Но в целом в эти дни NASA как могло, старалось соответствовать времени. Например, миллионы просмотров собрал инстаграм-ролик с экипажем, стилизованный под заставку популярного в США ситкома Full House.
Тем временем СМИ, которые обычно не интересуются космосом, чуть ли не в ежедневном режиме объясняли своей аудитории разные аспекты миссии. К примеру, рекорд удаления от Земли среди пилотируемых миссий — 406 771 км — The New York Times описывала таким образом: чтобы покрыть этот путь, потребовалось бы выстроить в цепь 728 млн такс или 2,37 млрд хот-догов.
Nutella под музыку Queen
Тем временем астронавты, выходя на связь с журналистами, удовлетворяли всеобщее любопытство, во всех деталях описывая бытовые аспекты жизни в маленькой «жестяной банке» (9,3 кубических метра), мчащейся к Луне.
Например, командир Рид Уайсмен рассказывал: Кристина Кох «спит “вниз головой” в центре космического аппарата — как летучая мышь», у Виктора Гловера «есть свой небольшой уголок, он там удобно закрепился», а Джереми Хансен «растянулся на кресле номер один». Сам Уайсмен спал «под панелями дисплеев — на случай, если что-то пойдет не так». Обсуждалось и то, что на борту оказалось прохладнее, чем ожидали изначально: Гловер рассказывал, что им стоило бы взять с собой более теплые спальные мешки.
Интерес вызвал и процесс пробуждения астронавтов. Многие СМИ рассказали о давней традиции, заведенной еще во время лунных миссий Apollo: Центр управления полетом включал для экипажа песню, выбранную из заранее составленного самими астронавтами плейлиста. В нём, например, была Under Pressure группы Queen и Дэвида Боуи. Гитарист Queen (а также, кстати, ученый-астрофизик) Брайан Мэй после этого написал, что «рад будить героев в их космическом корабле».
Интересовало всех и то, что астронавты едят. Времена тюбиков с не слишком аппетитной пастообразной едой давно прошли. Меню астронавтов включало 189 позиций: от говяжьей грудинки и креветочных коктейлей до салата из манго и шоколада. Одних лишь острых соусов было пять видов (это связано с тем, что в условиях гравитации еда кажется более пресной). Рид Уайсмен рассказывал, что в период пролета обратной стороны Луны, когда около 40 минут не было связи с Землей, четверо астронавтов нашли возможность совместно насладиться кленовым печеньем, которое привез Джереми Хансен — единственный канадец в экипаже.
Главной сенсацией, связанной с едой, стало появление в официальной трансляции банки Nutella: она фотогенично проплыла мимо камеры за четыре минуты до исторического рекорда дальности полета человека от Земли. Пользователи соцсетей начали моментально задаваться вопросом, сколько производитель орехово-шоколадной пасты заплатил NASA. В агентстве заверили, что это не было оплаченным продакт-плейсментом (и, вероятно, это действительно так). Но, конечно, производители Nutella не могли не воспользоваться такой неожиданной рекламой космических масштабов. А премьер-министр Канады Марк Карни, общаясь с Джереми Хансеном после «полета Nutella», в шутку призвал его подтвердить лояльность кленовому сиропу.
Туалетная тема
По уровню мемности и активности обсуждения в соцсетях с Nutella мог сравниться разве что туалет корабля Orion — система утилизации отходов (UWMS) стоимостью 23 млн долларов. В первый день полета насос туалета не работал из-за нехватки воды. Проблему удалось оперативно решить, но спустя несколько дней возникла другая: замерзла линия сброса жидких отходов. Конспирологи, коих в эти дни в интернет-пространстве проявилось немало, и российские «турбопатриоты» в соцсетях воспользовались возможностью прокомментировать новости в духе «Они даже нормальный туалет не могут сделать», иногда приходя к выводу, что всё это — спектакль, снимавшийся в голливудских декорациях. Тем временем Кристина Кох рассказывала, что «с гордостью» взяла на себя роль «космического сантехника», ведь туалет — это «пожалуй, самое важное оборудование на борту».
Еще одна проблема возникла — и тоже вызвала немало смешков — с неработающей почтовой программой Microsoft Outlook. Поначалу не работала ни одна из двух версий программы на борту корабля. Впрочем, проблему оперативно устранили.
Тем временем среди любителей научной фантастики особый резонанс вызвала отсылка к произведению, которое описывало по настоящему катастрофическую (но, конечно, выдуманную) ситуацию: происходившее после того, как на межзвездном космическом корабле, отправленном к звезде Тау Кита, остался единственный выживший член команды. Речь о романе Энди Вейера «Проект “Аве Мария”» (Project Hail Mary), на основе которого в конце марта вышла экранизация с Райаном Гослингом в главной роли (этот фильм астронавты посмотрели незадолго до старта, во время карантина).
Когда Рид Уайсмен передавал данные о масштабах Земли и Луны в иллюминаторах, его собеседница из Центра управления полетом ответила фразой «Amaze! Amaze! Amaze!» (искаженное англ. «Удивительно»). Это была прямая отсылка к словам персонажа «Проекта “Аве Мария”» — харизматичного инопланетянина Рокки. Вероятно, «пасхалка» должна была подчеркнуть новую стратегию агентства: делать космос понятным и «своим» в том числе и для интернет-аудитории.
Помолчать с президентом
Самый неловкий момент десяти дней — 12-минутный разговор астронавтов с президентом США Дональдом Трампом. Глава Белого дома, как это обычно и бывает, много хвалил самого себя. Например, за то, что якобы спас NASA во время своего первого президентского срока.
Хотя Трамп действительно направлял больше ресурсов в программу пилотируемых полетов NASA, он одновременно регулярно пытался сокращать общий бюджет агентства. После начала второго срока в начале 2025 года Белый дом предложил сократить бюджет NASA на 24% (в основном, урезать научные программы). Тогда Конгресс США в редком проявлении двухпартийного согласия выступил против сокращений и утвердил почти полный бюджет в 24,4 млрд долларов. „
Но 3 апреля 2026 года, прямо в дни полета Artemis II, Трамп представил проект бюджета NASA на 2027 год с новым крупным сокращением, на этот раз на 23%.
Трамп обещал астронавтам, что «Америка будет вне конкуренции в космосе и во всём остальном», называл Космические силы США своим «дитем» (новый вид вооруженных сил США был создан в первый срок Трампа), рассказывал Джереми Хансену о своей дружбе с канадским хоккеистом Уэйном Гретцки и разговорах с другими канадцами. После этой реплики в эфире возникло неловкое 63-секундное молчание: Трамп, вероятно, ждал ответа астронавтов.
«Клип с молчанием экипажа Artemis II стал вирусным: многие шутят, что даже на расстоянии более 250 000 миль от Земли невозможно скрыться от трамповских монологов. Другие, напротив, похвалили экипаж за то, что они не стали подыгрывать Трампу», — описал настроения пользователей соцсетей телеканал Euronews.
Единение в космосе
Было в ходе полета и немало трогательных эпизодов. К примеру, пасхальное приветствие, в ходе которого Виктор Гловер назвал полет возможностью для всех жителей «космического корабля под названием Земля» «вспомнить, где мы находимся, кто мы такие и что мы — единое целое».
Еще более трогательный момент произошел в период наблюдения за Луной. Экипаж предложил назвать один из кратеров «Кэрролл» — в честь покойной жены Рида Уайсмена. Члены команды не смогли сдержать эмоций: они обнялись, вытирая слезы.
Сильные эмоции также вызвало аудиопослание от участника двух миссий Apollo (1968 и 1970 годы) Джима Ловелла, которое тот записал незадолго до смерти в 2025 году. Легендарный астронавт, которого в фильме «Аполлон 13» сыграл Том Хэнкс, сказал: «Я горжусь тем, что передаю вам эту эстафету. Вы облетаете Луну и закладываете основу для будущих миссий к Марсу на благо всех».
Между прошлым и будущим
Символических связей с предыдущими поколениями покорителей неба и космоса было немало. Например, экипаж взял в космос маленький кусочек ткани, использовавшейся на Wright Flyer — самолете, на котором в 1903 году братья Райт совершили первый в истории успешный полет. Еще одним символом на борту оказался американский флаг, изначально предназначенный для миссии Apollo 18. После отмены программы в 1971 году артефакт более 50 лет ждал своего часа, чтобы наконец достичь лунной орбиты.
Не менее символично и само название Artemis: Артемида была сестрой-близнецом Аполлона и богиней Луны. «Связка Apollo и Artemis — это больше, чем поэтический образ. В мифологии близнецы уравновешивают день и ночь, солнце и луну. В космических полетах Apollo символизирует то, чего человечество уже достигло, а Artemis — то, что еще впереди», — поясняло издание Space.com.
«Эта миссия не решит проблемы человечества и не сделает нашу бытовую жизнь лучше, но вдохновение сейчас в недостатке, а это вдохновение уже дальше можно превратить для себя в энергию, чтобы идти дальше», — отмечал популяризатор космонавтики Георгий Тришкин, который в эти дни без устали терпеливо объяснял в соцсети X скептикам значимость миссии (а конспирологам — то, что всё это происходит по-настоящему).
Дальнейшие цели, как уже подробно писала «Новая-Европа», амбициозны. Среди них — высадка на Луну в 2028 году в рамках Artemis IV (следующий, третий полет будет посвящен испытаниям на низкой околоземной орбите), регулярные миссии, строительство постоянной лунной базы, освоение Марса.
Кроме того, глава NASA Джаред Айзекман в эфире CNN назвал в числе приоритетов поиск ответа на вопрос «Одни ли мы во Вселенной?» Сам он считает «довольно высокой» вероятность того, что — с учетом наличия «около двух триллионов галактик и неизвестного числа звездных систем в каждой из них» — земляне не одиноки.
Сейчас эти планы звучат как фантастика, но всё-таки — при определенных условиях — вполне могут реализоваться. Так же, как реальностью стал яркий сон о полете к Луне, почти десять лет назад приснившийся командиру Artemis II Риду Уайсмену.

В мире в 40 странах гомосексуальные браки равнозначны гетеросексуальным. Первой страной, которая признала равенство квир-людей перед законом, стали Нидерланды — это случилось 25 лет назад, 1 апреля 2001 года. По статистике, в странах, где квир-парам можно заключить брак, их насчитывается от 1% до 3,4%. Если представить, что в России однополые браки разрешены, то квир-люди могли бы заключить не меньше восьми тысяч браков за последний год. Гетеро-пары сделали это 880 тысяч раз. Квир-пары — ноль. Пока российское государство преследует квир-людей внутри страны, некоторые из них уезжают и оформляют свои отношения там, где это возможно. «Новая газета Европа» поговорила с двумя парами из России, которые эмигрировали и расписались в Нидерландах — на родине первых однополых браков. Россияне рассказали, как готовились к свадьбе и провели этот день, и что чувствуют люди, любовь которых после многих лет тайной жизни, наконец официально признана государством, хоть и не тем, в котором они родились.
«В России ты всегда ущербный, а здесь ты такой же как все»
Анастасия (имя изменено. — Прим. ред.) и Ольга — девушки из небольшого российского города, начали встречаться в 2017 году.
— У нас всё было — работа, квартира, машина — за исключением единственного факта: нам нельзя было жить вместе, — рассказывают героини.
Спустя два года они поняли, что придется уезжать из страны ради безопасности. Это произошло еще до полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году, ужесточения репрессивных законов по отношению к квир-людям и ЛГБТК+-организациям. Но поводы, по словам девушек, уже были. Их старшей дочери Ире (имя изменено. — Прим. ред.) скоро предстояло идти в школу, и семья понимала, что придумать правдоподобную историю, которую нужно поддерживать в течение многих лет, не получится.
— Там особо не отшутишься, тем более школа будет длиться десять лет, и за это время всё станет предельно очевидно, — рассказывает Анастасия.
Думали перебраться в город побольше, размышляли о Петербурге, потом случился неприятный разговор со знакомыми, которые неожиданно оказались гомофобными. Выяснилось, что «даже если они готовы разделить с тобой кружку пива — это совсем не значит, что они готовы допустить, чтобы ты жил в соседней квартире». Девушки стали искать страну для переезда, выбирали между несколькими вариантами — Испания, Израиль и Нидерланды — и в итоге остановились на последнем. Одним из решающих факторов стала социальная политика Нидерландов: например, шестилетний ребенок пары после прибытия в страну автоматически зачислялся в школу в первый же учебный день.
— Мы понимали, что не имеем права ставить жизнь дочери на паузу, — говорит Анастасия.
В 2019 году семья запросила убежище в Нидерландах. Ускоренная процедура формально должна была занять несколько недель, но они ждали больше двух лет из-за ковида, нехватки персонала и очереди в несколько тысяч человек.
Первое время девушкам было страшно при посторонних даже произносить вслух, что они вместе. Анастасия и Ольга тяжело перестраивались с гомофобных российских реалий на принимающее сообщество: «Мы как дикие люди были, реально дикие». Потом восьмидесятилетняя соседка увидела их и сказала «как классно». Учительница Иры в школе обрадовалась: «У тебя две мамы, две мамы, как это здорово!» Ощущение принятия сильно впечатлило героинь:
— Мы беженки, мы лесбиянки — я могу назвать кучу всего, почему мы по идее должны быть ущербными в этой стране. Но мы не такие. Мы нормальные полноценные единицы этого общества... „
Там, [в России] ты всегда ущербный, ты всегда в состоянии ожидания, что сейчас тебе от кого-то прилетит: физически ударят, оскорбят, юридически накажут. А здесь ты такой же, как все,
— говорят девушки.
«Ну что, Анастасия, вы в последний раз, а вы, Ольга, в первый»
Расписываться Анастасия и Ольга изначально планировали скромно. Пришли в муниципалитет, подали документы, и тут женщина за стойкой, проверив бумаги, пошутила: «Ну что, Анастасия, вы в последний раз, а вы, Ольга, в первый». Анастасия прежде уже была замужем, для Ольги это был первый брак. Девушки вспоминают об этом, как об одном из самых первых неожиданно теплых моментов.
С точки зрения бюрократии паре очень повезло. Чиновница объяснила им, что обычным гражданам России с видом на жительство они бы отказали. Россия не признает однополые союзы, и, по словам работницы ЗАГСа, нидерландский закон требует, чтобы страна гражданства это хотя бы теоретически допускала. Но поскольку у Ольги и Анастасии был статус беженок, это препятствие исчезло (сейчас любой гражданин России с действующим ВНЖ и не обязательно статусом беженца формально может заключить однополый брак в Нидерландах. — Прим. ред.). Дальше процедура оказалась довольно простой: нужно было заполнить форму и предъявить документы. При этом необходимые бумаги уже были в государственной системе с момента получения беженского статуса. Через несколько месяцев пришло время самой церемонии.
Накануне Ольга увидела в витрине белое платье и сказала будущей жене: «Ты должна быть невестой». Что-то щелкнуло внутри, и вместо скромной росписи получилась «полноценная свадьба с гостями и официальной церемонией». Сотрудницу муниципалитета, которая проведет бракосочетание, девушки выбирали из восьми человек, у каждой была краткая анкета. «Мы смотрели и думали: какая веселая бабулечка, давай ее возьмем», — смеется Ольга.
Бабулечка оказалась невероятной. Анастасия и Ольга на тот момент очень неуверенно владели языком и переживали, как всё пройдет. Оказалось, что у этой женщины была соседка, которая давно живет в Нидерландах и говорит по-русски, и она сама пригласила приятельницу просто так, безвозмездно, чтобы поддержать пару, — церемония шла сразу на двух языках. Ведущая заранее приехала к ним домой и спросила, как именно они хотят всё устроить. Анастасия попросила об одном — написать друг другу письма и спрятать:
— Вдруг мы надумаем расставаться, а потом откроем и прочитаем, чего хотели, когда заключали этот брак, и это нас очень поддержит, — говорит девушка.
Свидетельство о браке в Нидерландах выдают в виде небольшой книжечки с гербом Нидерландов, куда вписаны имена супругов, свидетелей и детей. Оно признается в большинстве стран ЕС — там, где легализованы однополые браки. В России, конечно, этот документ не будет иметь юридической силы.
Дату девушки выбрали важную и давно любимую для их пары: восьмое июля. В России это официальный «День любви и верности», но Анастасии и Ольге он дорог тем, что именно в этот день много лет назад они познакомились. Пятница оказалась самым дорогим будним днем и в буквальном смысле — около пятисот пятидесяти евро нужно было отдать только за возможность заключить брак в этот день недели.
— Две беженки с ребенком на пособии пошли жениться в самый люксовый день, — смеется Анастасия.
На церемонию они поехали на городском автобусе: она в длинном белом свадебном платье, Ольга в костюме. Кольца на церемонии несла их дочь Ира. „
Сейчас у Анастасии и Ольги двое детей, второму ребенку девять месяцев. «Второго ребенка не было бы, если бы мы не эмигрировали»,
— говорит Ольга. Жизнь с тех пор, конечно невероятно изменилась: теперь соседи спрашивают, как поживает их семья; на работе слово «жена» ни у кого не вызывает вопросов — «ну, окей, жена и жена. Это написано в документах». Знакомым и коллегам — шутит Ольга — Анастасию она представляет теперь так: «Знакомьтесь, моя первая жена!»
Магическая цифра двадцать четыре
Женя и Илья познакомились в Тиндере в 2018 году. С первого свидания влюбились и уже не расставались. В тот день после романтического ужина Илья приехал к Жене, остался на ночь и, как говорят с улыбкой сами ребята, «больше не уезжал».
В Москве у Жени был свой продакшн. Они с Ильёй вместе вели SMM-проекты, снимали TikTok для компаний, писали сценарии, в том числе для крупных международных корпораций. После 24 февраля 2022 года клиенты начали отваливаться один за другим.
В то же время до конца призывного возраста у Ильи оставалось меньше года. До первого апреля нужно было уехать, так как в это время начинался весенний призыв. За месяц Женя и Илья распродали часть вещей, собрали всё необходимое, уехали в Армению и обосновались в Гюмри. Пара поделилась, что там у них не было возможности жить полностью открыто.
— Нужно было постоянно следить за собой, отвечать на вопросы про девушек и семью даже в контексте бизнеса, объяснять, почему два парня снимают квартиру вместе, и так далее, — объясняет Женя.
В какой-то момент парень отправил резюме на новую работу в русскоязычное СМИ, которое работает за границей, проект расширял команду и его взяли буквально на следующий день. Женя прошел испытательный срок, и редакция предложила переезд в Амстердам.
— Я сказал, что поеду только с партнером, — говорит Женя.
Илье оформили партнерскую визу — в Нидерландах это возможно без регистрации брака, достаточно подтвердить факт отношений. Для этого они собирали целую папку с доказательствами: скриншоты переписок, где видно, что они давно живут друг с другом или, например, брони жилья из регулярных совместных поездок.
— «Дорогой, еду домой, что купить?» — рассказывают ребята, — вот примерно тот уровень переписки, который нам нужно было предъявить голландскому государству.
Когда всё уже было позади и Илья с Женей получили приглашение, они минут десять буквально прыгали по квартире от радости.
На новой работе Женя смог публично говорить о своей ориентации впервые в жизни. «Это была первая российская компания, где я смог открыться», — говорит он. Коллеги восприняли спокойно, кто-то даже спросил: почему ты сразу не сказал? Это новое чувство, к которому нужно было привыкать.
Предложение Женя хотел сделать на стадионе во время концерта Тейлор Свифт, но Илья заранее предупредил, что если это произойдет в людном месте — он откажется. Поэтому Женя сделал этот трогательный жест дома, прямо перед концертом.
Дата будущей свадьбы для ребят была очевидной — они познакомились 24 апреля, Илья прилетел в Амстердам 24 мая, день рождения Жени — 24 февраля, а у Ильи — 24 октября. Пара поделилась, что даже номер окошка в муниципалитете, куда их отправили подавать заявление, тоже оказался двадцать четвертым. Герои решили не тратить деньги зря и выбрали вторник — день, когда брак можно заключить бесплатно. Сама бюрократическая процедура оказалась несложной. Нашли вторник, выпадающий на 24-е число, и ждать пришлось около трех месяцев: бесплатные слоты в Амстердаме расписаны надолго вперед.
Пока Женя и Илья ждали, случилась целая история с кольцами. Женя рассказывает, что они «купили кольца в кредит через Klarna (сервис рассрочки, популярный в Европе. — Прим. ред.), как это делают истинные голландцы». Мало того, что ребята столкнулись с резким ростом цен на золото, вдобавок оказалось, что они взяли неправильный размер, а пока кольца переделывали — в Нидерландах курьеры объявили забастовку, и их заказ уже висел на волоске. Пара преодолела все перипетии, и кольца оказались у них за неделю до свадьбы.
«Нас поженили трижды»
24 марта 2026 года в специальном зале амстердамского муниципалитета собрались все гости, было около 15 человек. Зал устроен так: пара сидит на скамье напротив ведущей церемонии, гости — за столами по бокам.
Ведущая церемонии, с виду строгая, но с неожиданным чувством юмора, достала папку, велела взяться за правые руки и начала читать. Потом она вдруг остановилась: «Я обычно не забываю, но сейчас забыла». Она куда-то убежала, принесла деревянный молоточек, чтобы в конце ударить им и объявить брак заключенным . Затем продолжила, дочитала текст, Женя и Илья произнесли «да» — и казалось, это уже финал. Тут ведущая заметила, что Женя достает кольца. Ребята предположили, что пары, которые заключают брак в бесплатный день, не всегда приносят кольца на церемонию. «Давайте еще раз», — твердо сказала женщина и прочитала отдельный текст для обмена кольцами. Была еще одна заминка и в итоге ребят поженили три раза, но это никак не повлияло на их прекрасное настроение.
Потом Илья и Женя пошли фотографироваться у стены и тут гости начали кричать «горько» и досчитали до двадцати одного. Регистраторша обернулась: «Вы очень громкие, но мне это нравится, столько энтузиазма!» Кстати, в муниципалитете есть возможность провести онлайн-трансляцию церемонии — подруга женихов наблюдала за свадьбой онлайн прямо из Москвы.
После официальной части праздник с друзьями продолжился: лодочная прогулка по каналам Амстердама, домашний ужин с веганским борщом, голубцами, блинами и винегретом. Ребята сами готовили еду заранее — «В два часа ночи накануне свадьбы мы доделывали коржи для медовика» — вспоминает Илья:
— А еще нам хотелось, чтобы у каждого гостя осталось что-то материальное от этого важного дня, поэтому мы пригласили друзей на мастер-класс по росписи плитки в дельфтской технике (традиционная нидерландская роспись керамики синей краской по белому фону. — Прим. ред.), и каждый гость унес плитку с собой, — рассказывает парень.
— Не существует неправильной свадьбы, — добавляет Женя. — Вы можете быть только вдвоем, пойти на церемонию в спортивной одежде. Позовите правильных людей, и они будут довольны в ста процентах случаев.
Когда Илья и Женя рассказывали свою историю, с момента свадьбы прошла всего неделя, их впечатления были очень свежими и трепетными, они с большой нежностью говорили о новом статусе. „
— Мы засыпаем, и я положил руку на его руку, и понимаю, что чувствую его кольцо. И свое кольцо чувствую на своей руке. Кольцо играет очень важную роль: оно дает тебе ощущение, что что-то реально, физически произошло. Это что-то очень новое,
— рассуждают парни.
Право на традиционную семейную жизнь
«Самое главное, что наши отношения здесь принимаются», — заключает Анастасия и отмечает, что в их семье ничего не изменилось, это просто следующий шаг.
— Но у меня есть такое право, и я им воспользовалась, — объясняет девушка, почему ей всё-таки важно было на это решиться. — Без законодательного признания общество не перестроится. Это как прайд: с одной стороны — просто хорошее и классное мероприятие, с другой — важно показывать, что мы есть, что мы нормальные.
— Тот уровень свободы и самоуважения, которое ты здесь получаешь, он стоит просто всего, — подчеркивает Ольга.
— Ментальное здоровье твоих детей и наличие вообще твоих детей в принципе, — добавляет Анастасия.
В России многие квир-пары теряют отношения просто потому, что вынуждены постоянно беспокоиться о безопасности: «Нельзя взяться за руку на улице или сказать на работе о партнере, а здесь это обыденность».
Несмотря на более принимающее общество, пары отмечают, что гомофобия еще жива даже в Нидерландах. Когда Женя искал парные кольца на местных ювелирных сайтах, они все были для гетеросексуальных пар:
— Стало немножко грустно, потому что я думал, что здесь перестану с этим сталкиваться, — говорит он.
В его офисе есть приветливый и общительный уборщик, родом из Ганы. Один из друзей передал ему, что идет на свадьбу к Жене, — и с тех пор Женя избегает его в коридоре, потому что так и не решился сказать прямо, что гей. «Российские вайбы даже тут не оставляют», — говорит он про себя с некоторым удивлением.
Илья называет это ЛГБТ-тревогой:
— В России ты привыкаешь постоянно жить с ощущением, что с тобой что-то не так, и постепенно начинаешь думать, что это нормально. Только на контрасте — после нескольких лет в Нидерландах — понимаешь, что это было ненормально.
Женя смотрит на старые фотографии из России: они с Ильёй были бритыми, всегда с каким-то «стронг фейсом», сигаретами, будто в защитной маске. Сейчас на каждой фотографии у них улыбка до ушей, и они сами толком не понимают, почему. «Просто тело начинает чувствовать по-другому», — отмечает Женя.
Друзья из России поздравили ребят с днем свадьбы — для Жени с Ильёй это было особенно важно.
— Ты чувствуешь, что образуется какой-то новый мостик, что вот есть еще одна семья, у которой это получилось, и люди, несмотря на все ужасы, радуются и поддерживают нас; ставят лайки и пишут комментарии под постом со свадебным фото, хотя ты понимаешь, что это не просто им дается, потому что для них это небезопасно, — говорит Женя. „
В этих двух уже голландских семьях живет очень трогательная и глубокая любовь. У Жени с Ильёй будет еще одна вечеринка — для друзей из разных стран, которые не смогли приехать на недавнюю свадьбу. У Анастасии и Ольги девятимесячный ребенок уже начинает ползать, мамы не отходят от него ни на шаг.
Обе пары получили то, на что в России квир-людям рассчитывать пока невозможно: безопасность и право на самую традиционную семейную жизнь. Жене, как и остальным, заключившим брак, «очень не хочется терять это ощущение счастья».

Дагестан снова ушел под воду — уже во второй раз с начала марта. Синоптики прогнозируют, что в ближайшие дни будут еще дожди, которые могут привести к очередному повышению уровня рек и, соответственно, к новому потопу. В республике уже считают погибших, есть пропавшие без вести. Всё это не стало для федерального центра веским поводом, чтобы аккумулировать в Дагестане дополнительные силы для помощи людям. «Новая газета Европа» рассказывает, почему проливной дождь в регионе приводит к катастрофе и как власти пытаются обвинить в этой катастрофе местных жителей.
Вечером 5 апреля в районе поселка Мамедкала в поток попал автомобиль, в котором ехала семья из села Великент. В машине находились шестилетняя Гюнеш Герейханова, ее 44-летняя бабушка Кевсер Халилова, а также двое их родственников-мужчин. Мужчинам удалось выбраться, а Гюнеш и Кевсер унесло течением. Сначала спасатели нашли тело девочки, а на следующий день, когда вода начала сходить, под слоем ила обнаружили и тело ее бабушки.
Трагедия произошла на участке федеральной трассы «Кавказ» в Дербентском районе, между поселками Мамедкала и Геджух. Именно туда после сильных дождей и прорыва земляного вала Геджухского водохранилища хлынула вода. Течение смыло несколько автомобилей на этой трассе. Там же погибла и 17-летняя Бенивше Гаджиева. Она утонула вместе со своей 12-летней родственницей. Бенивше была на 20-й неделе беременности.
Села, которые находились близко к Геджухскому водохранилищу, пострадали больше всего. Все случаи гибели людей тоже пришлись на эту местность. Среди погибших и 79-летняя Аминат Мусаева из Мамедкалы, которую смыло потоками воды прямо на глазах у собственной дочери. Волонтеры и спасатели сутки искали пожилую женщину, 6 апреля они нашли ее тело. „
Глава Дагестана Сергей Меликов назвал ситуацию в республике контролируемой, а гибель людей объяснил их собственной беспечностью.
«Стихия нам подготовила неприятный сюрприз в Дербентском районе. Вода переполнила плотину [в Геджухском водохранилище], вода хлынула на равнинную территорию Дербентского района, перекрыла федеральную трассу. Нам не удалось там избежать жертв. Сейчас мы выясняем, в силу чего [появились жертвы]. На мой взгляд, в силу беспечности. Три машины попытались пересечь участок, который был изолирован, попали в зону, по которой шел поток воды. Опять мы говорим о беспечности и нежелании самих людей спасать свои жизни», — заявил Меликов.
Местные жители, с которыми удалось поговорить «Новой-Европа», подтверждают, что не только Меликов, но и в целом дагестанские власти пытаются переложить ответственность на обычных людей. Ведь трасса не была перекрыта, а люди могли торопиться к своим родным в близлежащие села, которые затопило. По официальной версии МЧС, земляной вал прорвало из-за сильных ливней. Но эксперты считают, что дело не только в дожде. Доктор географических наук Шахмардан Мудуев говорит, что при приближении уровня воды к критическим отметкам ее должны были заранее сбросить в специальный канал, а ежегодное обслуживание дамб и укреплений как раз и нужно для того, чтобы не допускать таких прорывов. Похожую оценку дает и заведующий лабораторией Института водных проблем РАН Михаил Болгов. „
По его словам, проблема могла быть в гидротехнических водосбросных сооружениях: их либо не успели открыть, либо они были засорены, либо не были рассчитаны на такой паводок.
Но история с водохранилищем — только часть общей картины. Мартовские осадки в Махачкале в четыре раза превысили средние показатели, а Росгидромет еще в 2017 году предупреждал о росте климатических рисков на Северном Кавказе: паводков, селей и оползней. При этом эксперты подчеркивают, что разрушительные последствия связаны не только с погодой. В Махачкале и ее пригородах годами разрушалась старая система отвода воды, засыпались канавы и водоотводы, застраивались русла малых рек, а сам город рос быстрее, чем развивались его инженерные сети.
Один из главных примеров — Канал имени Октябрьской революции. Когда-то он был основой мелиорации в регионе, а потом стал еще и источником питьевой воды для части пригородов Махачкалы. Сейчас канал остается открытым на всем протяжении, в него попадают канализационные стоки, а дома строят почти вплотную к воде, игнорируя водоохранную зону. Его реконструкцию стоимостью около 15 миллиардов рублей обсуждали еще в 2021 году, но она так и не была проведена. Параллельно разрушалась и связанная с каналом сеть мелиоративных каналов и водоотводов: их засыпали мусором и грунтом, через них прокладывали дороги и строили жилье (в частности, поселок Караман-2, который оставался затопленным с 28 марта до 5 апреля). Шахмардан Мудуев говорит, что дома там построены на землях отгонного скотоводства без какой-либо системы водоотведения.
К этому добавилась и хаотичная застройка самой Махачкалы. По официальным данным, в городе живут 625 тысяч человек, но местные жители и специалисты говорят, что реальное население ближе к миллиону. Коммуникации не проектировались под такое количество жителей. Многие новые районы строились без дренажа и без ливневой канализации. В результате во время сильного дождя воде просто некуда уходить, и она начинает идти по улицам как по руслу.
5 апреля в Махачкале обрушилась трехэтажная пристройка к многоэтажному дому по улице Айвазовского. После аварии Меликов заявил, что причиной обрушения стали нарушения при строительстве, и поручил выявить тех, кто согласовал стройку в пойме реки. Жертв удалось избежать только потому, что люди вовремя заметили опасность, собрались у здания и начали кричать жильцам многоквартирника, чтобы те срочно эвакуировались. Видео с места обрушения с подписью «Не МЧС, а обычные жители пытаются докричаться, чтобы люди покинули дом» быстро разошлось по соцсетям. Жильцы успели выбежать. „
Но возник другой вопрос: куда идти, если дом больше небезопасен? Никакого понятного решения им никто не предлагает. Хотя Меликов с вооруженной охраной приехал к разрушенному дому и заявил, что людей «никто не бросит».
«Очень рад, что никто не пострадал. Не зря вы в священный месяц [Рамадан] мольбы возносили», — заявил Меликов.
После первой волны около 500 тысяч человек от нескольких часов до нескольких суток оставались без электричества, а за материальной помощью в местные социальные службы к 3 апреля обратились 43 тысячи человек. Компенсации пострадавшим, по оценке властей, должны были обойтись бюджету Дагестана в 4 миллиарда рублей. После второй волны число пострадавших выросло. «Кавказ.Реалии» пишет уже о более чем 50 тысячах пострадавших в одном только Дагестане.
Несмотря на масштабы катастрофы в регионе, больше недели федеральный центр не реагировал. Только 7 апреля Путин провел отдельное совещание по ситуации в Дагестане. На этом совещании ему доложили, что «сил и средств для ликвидации последствий наводнения, в целом, привлечено достаточно», а сам он поручил создать правительственную комиссию по Дагестану.
— Где этих сил достаточно? — возмутился житель Мамедкалы Магомед Г. после того, как корреспондентка «Новой-Европа» зачитала ему формулировку с совещания Путина. — У нас сил МЧС не хватает, единственная [причина], по которой у нас количество жертв не десятками [исчисляется], — в том, что мы сами себя спасали. Мы с соседями, друзьями сутками ходим по завалам, вытаскиваем людей из воды, ищем тех, кто лишился всего, таскаем еду и воду.
Местные жители записывали гневные видеообращения к Путину, председателю правительства Михаилу Мишустину и председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину. Особенно часто претензии звучали именно в адрес Бастрыкина. Один из дагестанских блогеров в своем обращении [само видео мы не приводим в целях безопасности его автора, который заявлял, что из-за этого обращения на него начали писать доносы. — Прим. авт.] говорил: «Стоило в Дагестане не так пукнуть, как тут же Бастрыкин брал это дело под личный контроль. Сегодня в Дагестане проблема. Бастрыкин, возьми под свой контроль. В чём проблема? Где МЧС? Если вы сегодня не можете оказать помощь, не можете взять под свой контроль ситуацию в Дагестане, где мы голыми руками вынуждены бороться со всеми катаклизмами, нахер вы нам нужны?»
Помощь вновь шла из соседних регионов. 8 апреля в Чечне заявили о готовности направить в Дагестан сто сотрудников МЧС. Именно к Рамзану Кадырову некоторые дагестанцы публично обращались за помощью. При том что в самой Чечне в конце марта тоже было наводнение, местные власти почти сразу начали говорить о предоставлении нового жилья пострадавшим. „
На этом фоне дагестанские компенсации — 15 675 рублей единовременной помощи и 156 750 рублей за полную утрату имущества — выглядели откровенно несоразмерными масштабу бедствия.
7 апреля глава МЧС Александр Куренков доложил Владимиру Путину, что в Дагестане введен режим чрезвычайной ситуации регионального значения и в ближайшее время его статус повысят до федерального. Последствия двух наводнений в республике еще не успели разобрать, а синоптики уже предупреждают о новых сильных ливнях 10–12 апреля.

Несмотря на четыре года войны, россияне, украинки, россиянки и украинцы продолжают любить друг друга, создавать семьи и рожать детей. Некоторые из них стараются по возможности жить так, будто конфликт между странами их не касается, — но получается не всегда. Специально для «Новой газеты Балтия» Ирина Кравцова рассказывает историю российско-украинской семьи, которую российские пограничники разлучили, когда жена только-только забеременела, и которая с тех пор пытается воссоединиться, — их дочери скоро исполнится год.

Материал был впервые опубликован на сайте «Новой газеты Балтия».
Недавно 37-летний украинец Алексей Р. («Новая газета Балтия» не указывает фамилию по его просьбе) пришел на прием к испанскому психиатру, чтобы продлить рецепты на свои антидепрессанты.
— Психиатр попросила: «Рассказывай, что у тебя за ситуация», — вспоминает он. — Я ей описываю — у нее глаза на лоб лезут, а я подкидываю дальше и подкидываю. Она спросила: «Тебе хватает этих [таблеток]? Может, нужны какие-то посерьезнее?» Я отвечаю, что и так нормально. Врач говорит: «У нас тут есть группа поддержки. Не хочешь туда походить? Подобных кейсов, правда, там нет. У испанцев если работу потерял, то они уже на грани суицида, а ты собрал всё, что только можно».
«Из Днепра мне писали: “Как ты там, в Москве? Береги себя”»
Алексей переехал из Киева в Москву в 2016 году, устроившись айтишником в один из холдингов, занимающихся электронной торговлей: девушка из Беларуси, с которой они встречались, нашла в России работу и позвала жить вместе. Через некоторое время отношения закончились, а в 2019 году Алексей познакомился с Юлией, она была на год младше. Случилось это прямо 14 февраля, в День всех влюбленных.
— Я с подругами просто ради прикола пришла на сходку женского юмористического паблика «ВКонтакте», а Леша там был ведущим, проводил конкурсы, — рассказывает Юлия «Новой газете Балтия». — Мы начали дружить, появилась искра. И с тех пор мы не расставались.
В 2021 году пара поженилась, а через год началась война.
— Муж хотел уехать, но я настаивала на том, что нужно оставаться в России до тех пор, пока моя старшая дочь — ей сейчас 16 лет — не закончит хотя бы девять классов, — объясняет Юлия. — У нее высокофункциональное расстройство аутического спектра и генерализованное тревожное расстройство, для нее так резко менять школу и страну — огромный стресс. Я была готова уехать из России, но позже.
— Я ходил к психотерапевту, пил антидепрессанты, потому что меня это [война] беспокоило, — добавляет Алексей. — Но мои родители [которые находились в Киеве] говорили: «Сиди, пока там спокойно, — уехать успеешь». „
Все знакомые и друзья из Украины тоже хором говорили мне: «Сиди и не дергайся». Меня очень удивляло, что знакомые из Харькова, который бомбили, Днепра, Херсона писали мне: «Чувак, как ты там? У тебя всё хорошо? Береги себя».
Супруги сошлись на том, что в ближайшие годы родят ребенка в России, подкопят денег — и тогда переедут. Алексей этого ребенка очень хотел, Юлия согласилась, но с одним условием: чтобы роды были партнерскими и муж присутствовал.
В августе 2024 года супруги поехали в Турцию — знакомиться с родителями и сестрой Алексея. Раньше это сделать не получалось: сначала действовали ковидные ограничения, потом началась война, и отец Алексея не мог выехать из страны, пока ему не исполнилось 60 лет. Встреча в Турции прошла очень тепло — они почти что сыграли еще одну свадьбу в местном ресторане, родные дарили молодым подарки.
В начале сентября супруги прилетели обратно в Шереметьево. Там Юлия с дочерью быстро прошли пограничный контроль, а Алексея попросили задержаться. К этому семья была готова: Алексея отправляли на фильтрацию каждый раз по возвращении в Россию с самого начала войны. Выходя из самолета, они даже шутили между собой о том, пропустят ли его: до этого проблем ни разу не возникало, к тому же только несколько месяцев назад Алексей прошел все проверки и получил вид на жительство в России.
Подвергать украинцев фильтрации в Шереметьево официально начали с осени 2023 года (до этого по прилету их уводили на допросы, но процедура проводилась с меньшим пристрастием). Тогда же вступило в силу постановление, ограничивающее въезд украинцев в Россию: с тех пор они могут прилетать в страну только через этот аэропорт. После этого заметно усилилось давление на тех украинцев, кто долгие годы жил в России: работал, заводил семьи и рожал детей.
В Шереметьево украинцев, которые имеют разрешение на временное проживание, ВНЖ или даже российский паспорт, допрашивают и тщательно проверяют содержимое их телефонов, обращая внимание на их лайки в соцсетях и подбор слов в голосовых сообщениях близким.
Юлия знала, что процесс фильтрации может затянуться на 12 часов, а то и больше, поэтому, пройдя паспортный контроль, забрала весь багаж и вместе с дочерью отправилась ждать мужа дома.
Сутки спустя Алексей написал жене, что ему отказали во въезде в Россию.
«Эта кампания — как наша жизнь: абсолютный абсурд»
— Сама фильтрация продлилась восемь часов, — вспоминает он теперь. — Всё было как обычно. Сначала сидишь ждешь, потом тебе выносят анкету. Заполняешь свои данные, затем нужно в ней правильно ответить на вопросы в духе «как вы относитесь к СВО». Как и все, кто эту фильтрацию проходит, отвечаешь, как надо, а не как думаешь. Подписываешь документ, что готов пройти полиграф. Потом ждешь еще час, подходит женщина и изымает все электронные устройства. Пишешь им все пароли — от самих устройств, от учетных записей, от iCloud. Потом еще часов пять ждешь, пока тебя вызовут на допрос и зачитают вопросы с листика.
В этот раз от Алексея потребовали рассказать подробности о его украинских контактах, а потом начали предъявлять ему фрагменты переписок.
— Спросили, почему на фразу жены о том, что нужно уезжать из России, я ответил ей смайликом, — рассказывает он. — Очень заинтересовал их контакт моего бывшего коллеги, который был на аватарке в форме российских пограничных войск, — при этом он и сам россиянин. „
Еще предъявили, что я лайкнул известного украинского жирного кота Степана, который грустит за бокалом. Спросили: «А чего это ты лайкаешь этого украинского кота?»
Затем я ждал еще два часа, после чего меня вызвали на сдачу ДНК. Теперь я знаю, что, если вызывают, значит, вы стопудово не прошли [фильтрацию]. Вскоре вышла женщина с паспортами и объявила: «Вам [во въезде] отказано».
Алексей попросил у сотрудницы погранслужбы хоть какое-то письменное подтверждение запрета на въезд, чтобы показать его своему начальнику и объяснить, почему не сможет выйти на работу. Только после этого ему показали бумагу, в которой было указано: «Въезд запрещен по причине: “Другое”», — и даже этот документ не отдали, а только разрешили сфотографировать (снимок есть в распоряжении редакции).
По словам Алексея, он был не единственным, кому отказали во въезде, — еще там была девушка, «врач, которая ушла полями, чтобы прилететь к своему любимому в Россию, медики ведь невыездные во время войны».
— Она рыдала, когда ей отказали, — говорит Алексей. — А я тихо охреневал.
По правилам авиакомпания, самолетом которой прибыл в страну «нелегал», должна увезти его туда, откуда привезла. Сажают таких людей на невыкупленные места, которые остаются далеко не на каждом рейсе, поэтому часто им приходится ждать в аэропорту от нескольких дней до недели. Алексей отделался относительно легко, просидев в Шереметьево еще почти сутки, — через 20 часов его отправили обратно в Турцию.
Его история — действительно далеко не единственная. В феврале 2024 года «Новая газета Балтия» рассказывала истории украинок, которых таким образом разлучали с семьями в Шереметьево. В России у этих женщин оставались дети и мужья с российским гражданством, больные родители, к которым они снова и снова позже пытались попасть, — безуспешно. Ни у кого из них, по словам правозащитников, позже так и не получилось обжаловать решение ФСБ. „
Когда кейсы с отказами только появились, украинцы создали в телеграме групповой чат «Отказники Шереметьево». На момент публикации «Новой газеты Балтия» в 2024 году в нем состояло около трех тысяч человек. Сейчас в нем 22,5 тысячи участников.
— Вся эта кампания по необоснованному недопуску на территорию Российской Федерации выглядит как вся наша жизнь сейчас — абсолютным абсурдом, — говорит Светлана Ганнушкина, глава комитета «Гражданское содействие», который помогает беженцам и вынужденным переселенцам. — Помните слова Некрасова: «Бывали хуже времена, но не было подлей»? Вот, пожалуй, я пережила времена, которые были подлей, но времен абсурднее, чем нынешние, я не помню.
Ганнушкина направляла официальные запросы в ФСБ России с просьбой разъяснить, «кто именно принимает решение о запрете на въезд украинских граждан и как это контролируется». Ей ответили, что никак: «Решение принимает конкретный чиновник, который стоит на границе, и его невозможно обжаловать».
Правозащитница рассказывает такой показательный случай.
— Парню отказали во въезде в Россию, потому что нашли у него в телефоне слово «рашка». Они сочли, что «рашка» — это Россия. И когда ему в аэропорту предъявили это как претензию, он даже поначалу не понял, о чем речь. Стал потом искать в переписках по слову «рашка» и нашел! Оказалось, он посылал маме фотографию, которую нашел у себя в домашнем архиве, это было ее фото с ее братом Павлом. Он пишет: «Перешли фотографию Пашке». Но случайно отправил с опечаткой — и «Пашка» превратился в «рашку».
«Перед родами посоветовался с чатом GPT»
Снова оказавшись в Турции после двух суток мытарств, Алексей остановился перевести дух у сестры, она тогда жила в Аланье. Но на этом сюрпризы не закончились. Буквально через неделю после того, как его выслали из России, Юлия узнала, что беременна.
Алексей надеялся, что ему поможет работодатель: на тот момент он работал специалистом по информационной безопасности в одном из крупнейших московских холдингов (Алексей попросил не называть его в материале).
— Начальник пообещал, что компания попытается через свои каналы решить вопрос: «Побудешь пока на удаленке», — рассказывает он. — В итоге они не только не смогли решить мою проблему — ситуация оказалась настолько патовой, что они сказали: «Мы не можем оставить тебя в штате, потому что у нас будут из-за этого проблемы».
По словам Алексея, некоторое время он проработал в одной из дочерних компаний холдинга, но в итоге его всё-таки уволили: топ-менеджмент не приветствовал ситуацию, когда у них работает человек, который — во всяком случае, согласно документам, — представляет угрозу для Российской Федерации.
Пробыв в Турции около трех месяцев (дольше без легальных оснований нельзя), Алексей переехал в Испанию и запросил там убежище.
Его жена осталась в России. Поначалу они обсуждали вариант, что она тоже приедет в Испанию, но они решили, что правильнее будет дождаться, пока Юлиной дочери исполнится 16 лет, — до этого все дети в Испании должны очно посещать школу, и Юлия боялась, что без знания языка дочь просто не сможет закончить девятый класс.
— Когда я ждала этой беременности, я мечтала, что муж будет носить меня на руках, у меня будет такой прекрасный период. Но всё оказалось очень нерадужно, — рассказывает Юлия. „
— В поликлинике я видела счастливые парочки, которые приходили вместе на скрининги и УЗИ. А я ходила на все осмотры одна, я всегда была одна, всю беременность. И рожать я потом тоже поехала одна.
Дату родов врачи определили заранее. Когда пришло время, Юлия собрала вещи и поехала в роддом.
— Сутки я готовилась, ночь пробыла с катетером, в десять утра мне прокололи пузырь, а ближе к вечеру увезли на экстренное кесарево, и в 20:15 появилась наша дочка, — рассказывает она.
Изначально они с Алексеем договаривались, что муж будет присутствовать на родах по видеосвязи. Он подошел к делу ответственно:
— Почитал статьи, книги, посоветовался с чатом GPT, как нужно поддерживать рожающую женщину, что она должна делать, как поддерживать ее дыхание.
Во время схваток Юлия держала телефон с включенной камерой в руке, муж поддерживал ее: «Милая, ты умничка, главное — дыши. Ты молодец, всё будет хорошо. Я с тобой». Ее хватило на час: после этого Юлия сказала, что так не может сконцентрироваться, телефон ее отвлекает, — и отключилась: только записывала голосовые сообщения о том, как ей больно.
«Каждый вечер читаю по видеосвязи сказку “О глупом маленьком мышонке”»
Потеряв прежнюю работу, Алексей через некоторое время устроился в другую IT-компанию, но в декабре 2025 года попал под сокращение. Юлия работала психологом онлайн вплоть до самих родов — и быстро вернулась обратно к работе. При этом ребенка оставлять не с кем: Юлия надеялась, что ей поможет мама, но у той прямо во время беременности дочери обнаружили рак на четвертой стадии.
— Я разрываюсь, мне тяжело, — говорит она. „
— Целый день работаю, и 70 процентов этих денег отдаю няне. Поэтому мы живем в минусе, но если совсем не работать — будет еще хуже. Затрачиваются огромные усилия, а лучше не становится.
Еще и малышка родилась с вывихом тазобедренного сустава, с дисплазией. Это поправимо, но требует постоянных поездок в больницу на другой конец Москвы, причем нам поначалу приходилось нанимать водителя: в такси нас не брали, потому что с двумя ножками в гипсе дочка не могла пользоваться автокреслом.
— За это время мы потратили всю финансовую подушку, которую раньше копили на переезд, — продолжает она. — Я сейчас занимаю деньги на жизнь у своей мамы. Леше, как могли, помогали его родители, но они сами пытаются выжить под обстрелами. Мы проедаем остаток подушки и надеемся на чудо. Леша живет в комнате два на три метра, без кондиционера. Он оставляет себе деньги только на еду из сервиса Too Good To Go (стартап, который борется с избыточными пищевыми отходами: за три евро можно получить пакет с едой, его содержание непредсказуемо. — Прим. ред.).
Их планы на будущее неясны: сейчас, по словам Юлии, главное — чтобы Алексей нашел работу и они смогли восстановить свои накопления; только тогда можно будет всерьез задуматься о переезде.
Сейчас дочери Юлии и Алексея десять месяцев. Она ни разу вживую не видела папу.
— В течение дня мы созваниваемся с женой по видео по пять-шесть раз, — рассказывает Алексей. — Жена постоянно показывает мне дочку, а ей — меня. Я стараюсь быть включенным отцом: если нет няни, а жене нужно провести созвон, то старшая дочь садится с ребенком, и я остаюсь с ними на связи. Плюс я каждый вечер читаю ребенку сказку «О глупом маленьком мышонке». Мелкая меня узнает, улыбается. Пока так.
— Муж, как может, пытается быть отцом для нашей дочки. Она знает его, любит, ждет, что сейчас мы будем звонить папе. Но это всё очень больно, — говорит Юлия. — Я знаю, сколько в России живет несчастливых семей, в которых мужу плевать на жену, на детей, который бьет, пьет. А у нас действительно счастливый брак, но мы не можем быть вместе.
Предать свою историю огласке россиянка решила, «потому что возникают новые обстоятельства: начинают блокировать интернет, мессенджеры и всю связь в России».
— Я недавно так испугалась, когда поехала в центр Москвы и поняла, что у меня не работает интернет в телефоне и я не могу позвонить мужу по видеосвязи в телеграме, как обычно, — рассказывает она. — У нас и так осталась единственная форма связи. И даже ее я могу потерять.
Ирина Кравцова

Верховный суд 9 апреля признал «международное общественное движение “Мемориал”» «экстремистской» организацией и запретил его деятельность в стране. Иск рассматривали по инициативе Минюста. Заседание прошло в закрытом режиме, делу был присвоен гриф секретности. Защищать организацию должен был адвокат Леонид Соловьёв, но ему не дали ознакомиться с иском заранее, а затем не допустили до участия в процессе и удалили из зала. Формально суд запретил юридическую структуру, которой нет. Тем не менее, решение ударит по реальным проектам «Мемориала», созданным вместо ликвидированных ранее, и тем, кто с ними сотрудничает. «Новая газета Европа» рассказывает о новом этапе репрессий против правозащитников.
«Организации не существует»
«Трудно представить себе больший абсурд, чем обвинение в экстремизме», — заявили в Центре защиты прав человека «Мемориал» после вынесения решения Верховным судом РФ.
«Мемориал» — одно из старейших в России правозащитных и исследовательских сообществ — рассказывает о советских репрессиях, помогает политзаключенным и фиксирует нарушения прав человека. С 2022 года — лауреат Нобелевской премии мира. В России правозащитников преследуют: в последние годы российские суды ликвидировали ключевые структуры «Мемориала», а Минюст внес их в реестры «иноагентов» и «нежелательных» организаций.
«Где-то в июне 2021 года в кругу членов Совбеза и в присутствии [Владимира] Путина состоялся разговор о том, что законодательство об “иноагентах” не работает, потому что “Мемориал” продолжает свою деятельность. Олег Орлов (правозащитник, приговоренный к 2,5 годам колонии за повторную “дискредитацию армии”, а затем освобожденный в рамках обмена. — Прим. ред.) и я в 2021 году вовсю ездили в Грозный, судились с [главой Чечни Рамзаном] Кадыровым по поводу очередных угроз [работавшей в Чечне журналистке “Новой газеты”] Елене Милашиной», — рассказал «Новой-Европа» правозащитник и член совета Центра «Мемориал» Александр Черкасов, с 2022 года живущий и работающий во Франции. „
«Ликвидация “Мемориала” буквально накануне [начала полномасштабной] войны [с Украиной] — это часть подготовки к войне. Это был удар по тому обществу, которое было бы опорой антивоенного движения в первые недели полномасштабного вторжения.
Закрытие “Мемориала”, возможно, снизило скоординированность антивоенных акций. Вся российская жизнь ретроспективно к 2022 году была подготовкой к войне. Как сейчас идет подготовка к прямым репрессиям», — отмечает Черкасов.
В феврале 2026-го нежелательными признали созданные уже в 2023-м зарубежные некоммерческие организации «Мемориала» — в Германии и Швейцарии. Деятельность правозащитников в целом никогда не сводилась только к постсоветскому пространству, на условиях анонимности рассказал «Новой-Европа» представитель ликвидированного Международного «Мемориала»:
«Многие годы в разных европейских странах создавались вполне действующие организации. И их создавали не только уехавшие из России люди, а вполне местные: местная профессура, историки, слависты, писатели, студенты, местные активисты. Поскольку история диктатур на континенте в прошлом веке была достаточно долгая, те же таблички “Последнего адреса” [о жертвах репрессий] можно ставить и в Париже: сейчас там уже есть две. Сотрудники иностранного отдела ОГПУ НКВД похищали и ликвидировали людей и во Франции, и в Чехии, и в Польше, и в Германии, и в Италии».
В целом сложная структура «Мемориала» подразумевает многоуровневое движение, части которого действуют независимо друг от друга. Так, пока научно-исторический и просветительский центр «Мемориал» изучал государственный террор в СССР, правозащитный центр «Мемориал» вел мониторинг нарушений прав человека и норм международного гуманитарного права в зонах массовых конфликтов.
Что касается работы в России, то до 2022 года ее координировало «Российское историко-просветительское и правозащитное общество “Мемориал”» Ирины Щербаковой (уехала из России). Сейчас же, во время полномасштабной войны, о четкой структуре и российских «дочках» организации открыто говорить невозможно. После ликвидации правозащитного центра помощь политзаключенным осуществлялась через созданный Центр защиты прав человека «Мемориал», у которого уже не было юрлица. Всего у «Мемориала» десятки отдельных проектов, но ни один из них не назывался запрещенным сегодня «международным общественным движением».
«Организации с таким названием не существует. Мы даже не знаем, в чём эту фикцию обвиняют», — заявил Центр защиты прав человека «Мемориал», комментируя решение Верховного суда.
Минюст РФ, впрочем, подумал иначе и даже, как уже выяснилось после заседания, насчитал в несуществующей организации 196 участников. Тем не менее, что за физические или юридические лица входят в «международное общественное движение», не стало понятным даже после решения ВС. Ведомство лишь заявило, что, по его версии, деятельность движения угрожает «основам конституционного строя, обеспечению целостности и безопасности» и направлена на «нивелирование исторических, культурных, духовных и нравственных ценностей, возбуждение социальной и религиозной розни».
Кроме того, Минюст обратил внимание, что «Мемориал» признает политзаключенными тех, кого в России осудили за причастность к террористическим организациям. В разговоре с «Новой-Европа» Черкасов подробно пояснил, что это означает, приведя в пример дело «Хизб ут-Тахрир», а также напомнил, чем еще «Мемориал» не устраивал российские власти.
«[Отсчет уничтожения “Мемориала” можно вести] со школьного конкурса “Человек в истории. XX век”, организованный международным “Мемориалом”. Было недовольство тем, что мы работаем со школьниками, и поддерживаем такую вполне себе подлинную историческую память.
Недовольство на этот счет, мне кажется, было определенно большим, чем недовольство, связанное с тем, что мы занимаемся Чечней, контртеррором, гражданским контролем над спецслужбами и так далее. Уже тогда для государства важнейшим был вот поворот в сторону милитаризации общества, милитаризации России и подготовки к новой войне.
Также было недовольство работой по политзаключенным. Например, то, что “Мемориал” признает политзаключенными “Хизб ут-Тахрир”, за которыми ни одного теракта не было, очень нервировало спецслужбы. Это дело давало возможность силовикам очень легко делать полноценные, с точки зрения российского законодательства, террористические уголовные дела и получать за это звездочки на погоны. Я помню, что после допроса в Следственном управлении в Москве по делу о гибели [журналиста] Андрея Миронова в Славянске, следователь с такой болью в голосе меня спросил: “Ну почему вы включили [украинскую летчицу, обвиненную в убийстве российских журналистов] Надежду Савченко в списки политзаключенных?!”» — рассказал Черкасов.
Для репрессий достаточно «принадлежности к структуре»
Правозащитники предупреждают: решение Верховного суда может означать не только запрет конкретной структуры, но и расширение репрессий на всё, что связано с «Мемориалом».
В Центре защиты прав человека «Мемориал» подчеркнули: «Зная репрессивные практики путинского режима, можно не сомневаться: “ответчик” по иску был обозначен столь расплывчато и невнятно не по небрежности, а вполне намеренно. „
Это создаст предпосылки для последующих репрессий в России против любых “мемориальских” организаций, их участников и сторонников».
На практике решение Верховного суда позволяет применять российское законодательство к самому широкому кругу структур и людей. В такой логике под запрет может попасть любая инициатива, где звучит слово «Мемориал», — вне зависимости от страны регистрации и даже реальной связи между проектами. Такая модель дает возможность возбуждать дела без необходимости доказывать конкретные действия, обратил внимание Черкасов.
«Достаточно самой принадлежности к структуре, объявленной террористической или экстремистской, и всё. Собственно, это тенденция всего путинского времени. Так в свое время боролись с северокавказским подпольем. Подчеркну еще раз: эта категориальная репрессия по принципу принадлежности к группе, сообществу, движению — “фирменное блюдо” путинской власти», — размышляет Черкасов в разговоре с «Новой-Европа».
Дальше работа только за «пределами путинской России»
После решения суда Центр защиты прав человека «Мемориал» объявил о прекращении работы в России. Организация заявила, что сотрудников или волонтеров на территории страны у нее сейчас нет, а донаты с российских карт не принимаются.
В «Мемориале» рекомендуют учитывать, что под угрозой может оказаться практически любое взаимодействие с организацией. Формально ответственность может наступить лишь после вступления решения Верховного суда в силу. Но правозащитники советуют тем, кто живет или бывает в России, минимизировать риски уже сейчас:
не донатить никаким организациям «Мемориала»;не делать переводы на счета людей, связанных с «Мемориалом»;не репостить публикации «Мемориала» и не публиковать изображения с их символикой;не комментировать и не лайкать посты «Мемориала»;не ссылаться на «Мемориал» в своих публикациях и текстах;отписаться от соцсетей и рассылки.
Тем, кто живет в России или посещает страну, всё еще можно читать материалы «Мемориала», отмечают в организации. Кроме того, юристы предлагают консультацию и даже помощь с отпиской от ресурсов. Тех, кто не собирается возвращаться в РФ, правозащитники попросили донатить с безопасных карт.
При этом за границей деятельность правозащитников не прекратится, пообещали в организации: «За пределами путинской России Центр защиты прав человека “Мемориал” продолжит свою работу, независимо от любых репрессивных решений российских государственных органов».
***
В комментарии «Новой-Европа» Черкасов резюмирует: «Это прекрасно укладывается в то, что в процессе борьбы с неправильной памятью необходимо что-то сделать с одним из носителей этой неправильной памяти.
Инструментарий властей, надо сказать, очень бедный. “Иноагентами” они нас признавали – результата не дало. Это обстоятельство (отсутствие результата) инициировало ликвидацию через суд. Ликвидировать ликвидировали, но выяснилось, что тут тоже особо никакого результата. Это как есть студень вязальными спицами. “Мемориальское” сообщество по-прежнему существует. Объявили нежелательными другие организации - и опять недостаточно. Сверх этого есть только два способа – признание сообщества “экстремистской” или “террористической организацией”. [...]
Я бы не сказал, что «Мемориал» решили признать экстремистским из-за личной неприязни к потерпевшему, хотя к «Мемориалу» власти ее, конечно, испытывают. Просто они иначе не умеют».
При участии Миры Ливадиной

Верховный суд 9 апреля признал «международное общественное движение “Мемориал”» «экстремистской» организацией и запретил его деятельность в стране. Иск рассматривали по инициативе Минюста. Заседание прошло в закрытом режиме, делу был присвоен гриф секретности. Защищать организацию должен был адвокат Леонид Соловьёв, но ему не дали ознакомиться с иском заранее, а затем не допустили до участия в процессе и удалили из зала. Формально суд запретил юридическую структуру, которой нет. Тем не менее, решение ударит по реальным проектам «Мемориала», созданным вместо ликвидированных ранее, и тем, кто с ними сотрудничает. «Новая газета Европа» рассказывает о новом этапе репрессий против правозащитников.
«Организации не существует»
«Трудно представить себе больший абсурд, чем обвинение в экстремизме», — заявили в Центре защиты прав человека «Мемориал» после вынесения решения Верховным судом РФ.
«Мемориал» — одно из старейших в России правозащитных и исследовательских сообществ — рассказывает о советских репрессиях, помогает политзаключенным и фиксирует нарушения прав человека. С 2022 года — лауреат Нобелевской премии мира. В России правозащитников преследуют: в последние годы российские суды ликвидировали ключевые структуры «Мемориала», а Минюст внес их в реестры «иноагентов» и «нежелательных» организаций.
«Где-то в июне 2021 года в кругу членов Совбеза и в присутствии [Владимира] Путина состоялся разговор о том, что законодательство об “иноагентах” не работает, потому что “Мемориал” продолжает свою деятельность. Олег Орлов (правозащитник, приговоренный к 2,5 годам колонии за повторную “дискредитацию армии”, а затем освобожденный в рамках обмена. — Прим. ред.) и я в 2021 году вовсю ездили в Грозный, судились с [главой Чечни Рамзаном] Кадыровым по поводу очередных угроз [работавшей в Чечне журналистке “Новой газеты”] Елене Милашиной», — рассказал «Новой-Европа» правозащитник и член совета Центра «Мемориал» Александр Черкасов, с 2022 года живущий и работающий во Франции. „
«Ликвидация “Мемориала” буквально накануне [начала полномасштабной] войны [с Украиной] — это часть подготовки к войне. Это был удар по тому обществу, которое было бы опорой антивоенного движения в первые недели полномасштабного вторжения.
Закрытие “Мемориала”, возможно, снизило скоординированность антивоенных акций. Вся российская жизнь ретроспективно к 2022 году была подготовкой к войне. Как сейчас идет подготовка к прямым репрессиям», — отмечает Черкасов.
В феврале 2026-го нежелательными признали созданные уже в 2023-м зарубежные некоммерческие организации «Мемориала» — в Германии и Швейцарии. Деятельность правозащитников в целом никогда не сводилась только к постсоветскому пространству, на условиях анонимности рассказал «Новой-Европа» представитель ликвидированного Международного «Мемориала»:
«Многие годы в разных европейских странах создавались вполне действующие организации. И их создавали не только уехавшие из России люди, а вполне местные: местная профессура, историки, слависты, писатели, студенты, местные активисты. Поскольку история диктатур на континенте в прошлом веке была достаточно долгая, те же таблички “Последнего адреса” [о жертвах репрессий] можно ставить и в Париже: сейчас там уже есть две. Сотрудники иностранного отдела ОГПУ НКВД похищали и ликвидировали людей и во Франции, и в Чехии, и в Польше, и в Германии, и в Италии».
В целом сложная структура «Мемориала» подразумевает многоуровневое движение, части которого действуют независимо друг от друга. Так, пока комитет «Гражданское содействие» занимался поддержкой трудовых мигрантов, а Научно-исторический и просветительский центр «Мемориал» изучал государственный террор в СССР, правозащитный центр «Мемориал» (который и получил Нобелевскую премию) вел мониторинг нарушений прав человека и норм международного гуманитарного права в зонах массовых конфликтов.
Что касается работы в России, то до 2022 года ее координировало «Российское историко-просветительское и правозащитное общество “Мемориал”» Ирины Щербаковой (уехала из России). Сейчас же, во время полномасштабной войны, о четкой структуре и российских «дочках» организации открыто говорить невозможно. После ликвидации правозащитного центра помощь политзаключенным осуществлялась через созданный Центр защиты прав человека «Мемориал», у которого уже не было юрлица. Всего у «Мемориала» десятки отдельных проектов, но ни один из них не назывался запрещенным сегодня «международным общественным движением».
«Организации с таким названием не существует. Мы даже не знаем, в чём эту фикцию обвиняют», — заявил Центр защиты прав человека «Мемориал», комментируя решение Верховного суда.
Минюст РФ, впрочем, подумал иначе и даже, как уже выяснилось после заседания, насчитал в несуществующей организации 196 участников. Тем не менее, что за физические или юридические лица входят в «международное общественное движение», не стало понятным даже после решения ВС. Ведомство лишь заявило, что, по его версии, деятельность движения угрожает «основам конституционного строя, обеспечению целостности и безопасности» и направлена на «нивелирование исторических, культурных, духовных и нравственных ценностей, возбуждение социальной и религиозной розни».
Кроме того, Минюст обратил внимание, что «Мемориал» признает политзаключенными тех, кого в России осудили за причастность к террористическим организациям. В разговоре с «Новой-Европа» Черкасов подробно пояснил, что это означает, приведя в пример дело «Хизб ут-Тахрир», а также напомнил, чем еще «Мемориал» не устраивал российские власти.
«[Отсчет уничтожения “Мемориала” можно вести] со школьного конкурса “Человек в истории. XX век”, организованный международным “Мемориалом”. Было недовольство тем, что мы работаем со школьниками, и поддерживаем такую вполне себе подлинную историческую память.
Недовольство на этот счет, мне кажется, было определенно большим, чем недовольство, связанное с тем, что мы занимаемся Чечней, контртеррором, гражданским контролем над спецслужбами и так далее. Уже тогда для государства важнейшим был вот поворот в сторону милитаризации общества, милитаризации России и подготовки к новой войне.
Также было недовольство работой по политзаключенным. Например, то, что “Мемориал” признает политзаключенными “Хизб ут-Тахрир”, за которыми ни одного теракта не было, очень нервировало спецслужбы. Это дело давало возможность силовикам очень легко делать полноценные, с точки зрения российского законодательства, террористические уголовные дела и получать за это звездочки на погоны. Я помню, что после допроса в Следственном управлении в Москве по делу о гибели [журналиста] Андрея Миронова в Славянске, следователь с такой болью в голосе меня спросил: “Ну почему вы включили [украинскую летчицу, обвиненную в убийстве российских журналистов] Надежду Савченко в списки политзаключенных?!”» — рассказал Черкасов.
Для репрессий достаточно «принадлежности к структуре»
Правозащитники предупреждают: решение Верховного суда может означать не только запрет конкретной структуры, но и расширение репрессий на всё, что связано с «Мемориалом».
В Центре защиты прав человека «Мемориал» подчеркнули: «Зная репрессивные практики путинского режима, можно не сомневаться: “ответчик” по иску был обозначен столь расплывчато и невнятно не по небрежности, а вполне намеренно. „
Это создаст предпосылки для последующих репрессий в России против любых “мемориальских” организаций, их участников и сторонников».
На практике решение Верховного суда позволяет применять российское законодательство к самому широкому кругу структур и людей. В такой логике под запрет может попасть любая инициатива, где звучит слово «Мемориал», — вне зависимости от страны регистрации и даже реальной связи между проектами. Такая модель дает возможность возбуждать дела без необходимости доказывать конкретные действия, обратил внимание Черкасов.
«Достаточно самой принадлежности к структуре, объявленной террористической или экстремистской, и всё. Собственно, это тенденция всего путинского времени. Так в свое время боролись с северокавказским подпольем. Подчеркну еще раз: эта категориальная репрессия по принципу принадлежности к группе, сообществу, движению — “фирменное блюдо” путинской власти», — размышляет Черкасов в разговоре с «Новой-Европа».
Дальше работа только за «пределами путинской России»
После решения суда Центр защиты прав человека «Мемориал» объявил о прекращении работы в России. Организация заявила, что сотрудников или волонтеров на территории страны у нее сейчас нет, а донаты с российских карт не принимаются.
В «Мемориале» рекомендуют учитывать, что под угрозой может оказаться практически любое взаимодействие с организацией. Формально ответственность может наступить лишь после вступления решения Верховного суда в силу. Но правозащитники советуют тем, кто живет или бывает в России, минимизировать риски уже сейчас:
не донатить никаким организациям «Мемориала»;не делать переводы на счета людей, связанных с «Мемориалом»;не репостить публикации «Мемориала» и не публиковать изображения с их символикой;не комментировать и не лайкать посты «Мемориала»;не ссылаться на «Мемориал» в своих публикациях и текстах;отписаться от соцсетей и рассылки.
Тем, кто живет в России или посещает страну, всё еще можно читать материалы «Мемориала», отмечают в организации. Кроме того, юристы предлагают консультацию и даже помощь с отпиской от ресурсов. Тех, кто не собирается возвращаться в РФ, правозащитники попросили донатить с безопасных карт.
При этом за границей деятельность правозащитников не прекратится, пообещали в организации: «За пределами путинской России Центр защиты прав человека “Мемориал” продолжит свою работу, независимо от любых репрессивных решений российских государственных органов».
***
В комментарии «Новой-Европа» Черкасов резюмирует: «Это прекрасно укладывается в то, что в процессе борьбы с неправильной памятью необходимо что-то сделать с одним из носителей этой неправильной памяти.
Инструментарий властей, надо сказать, очень бедный. “Иноагентами” они нас признавали – результата не дало. Это обстоятельство (отсутствие результата) инициировало ликвидацию через суд. Ликвидировать ликвидировали, но выяснилось, что тут тоже особо никакого результата. Это как есть студень вязальными спицами. “Мемориальское” сообщество по-прежнему существует. Объявили нежелательными другие организации - и опять недостаточно. Сверх этого есть только два способа – признание сообщества “экстремистской” или “террористической организацией”. [...]
Я бы не сказал, что «Мемориал» решили признать экстремистским из-за личной неприязни к потерпевшему, хотя к «Мемориалу» власти ее, конечно, испытывают. Просто они иначе не умеют».
При участии Миры Ливадиной