Вечером 9 апреля Владимир Путин приказал прекратить огонь на время православной Пасхи. Это произошло после неоднократных аналогичных призывов Владимира Зеленского. Украина, по словам президента Украины, «будет действовать соответственно». Эксперты, опрошенные «Новой-Европа», видят в предложенном Путиным перемирии не столько гуманитарный жест, сколько военную необходимость для России, и предупреждают: главное для российской армии сейчас — безопасно подтянуть силы к передовой.
Владимир Путин объявил о пасхальном перемирии в самый последний момент — поздним вечером 9 апреля. Еще днем в четверг пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков утверждал, что «никаких решений» о пасхальном перемирии «верховный главнокомандующий не принимал».
Как указано в заявлении на сайте Кремля, российская сторона пообещала остановить боевые действия с 16:00 11 апреля до конца дня 12 апреля. Министру обороны России Андрею Белоусову и начальнику Генштаба ВС России Валерию Герасимову отданы приказы остановить боевые действия на всех направлениях, а также «быть готовыми пресечь возможные провокации со стороны противника, а также любые его агрессивные действия». «Исходим из того, что украинская сторона последует примеру Российской Федерации», — говорится в сообщении.
Президент Украины Владимир Зеленский отметил, что уже предлагал объявить перемирие на Пасху, и заявил, что Украина «готова к зеркальным шагам»: «Мы предложили прекращение огня на время пасхальных праздников в этом году и будем действовать соответственно. „
Людям нужна Пасха без угроз и с реальным движением к миру, и у России есть шанс также не возвращаться к ударам после Пасхи», — написал он.
Россия объявила собственное перемирие после неоднократных призывов Зеленского
Украинский лидер предлагал перемирие еще 30 марта, накануне католической Пасхи. «Мы поддерживали любые форматы окончания войны, вы это знаете, мы готовы к прекращению огня на пасхальные праздники», — сообщил президент Украины. При этом он подчеркнул, что «нормальные люди, которые уважают жизнь», говорят о прекращении огня и окончании войны навсегда, а не на несколько дней.
В ответ на это 31 марта в Кремле заявили, что «четко сформулированной инициативы по пасхальному перемирию» не увидели. По его словам, Зеленский «должен взять на себя ответственность и принять правильное решение, чтобы мы достигли мира, а не просто прекращения огня». В тот же день украинский лидер пообещал, что попросит США передать России предложение о пасхальном перемирии и будет добиваться взаимного прекращения нападений.
Через день, 1 апреля, армия РФ обстреляла Украину дронами. Попало и в город Луцк: как рассказал тогда Зеленский, российские войска уничтожили продовольственные склады и терминал «Новой почты», также был поврежден жилой дом. «Мы предлагали прекращение огня на Пасху — в ответ получаем “Шахеды”. Мы предлагали прекращение огня также конкретно в отношении энергетических объектов — россияне игнорируют это и снова пытаются целиться в наши подстанции и трансформаторы», — написал он. Несмотря на обстрелы и отсутствие ответа от России, 3 апреля Зеленский подтвердил, что предложение о перемирии остается в силе.
«Более суток армия РФ будет безопасно насыщать передовую свежим личным составом»
Во время прошлогоднего перемирия на некоторых участках фронта действительно фиксировалось снижение интенсивности огня, однако полного затишья добиться не удалось, отметил в разговоре с «Новой-Европа» военный аналитик, бывший сотрудник СБУ Иван Ступак. По его словам, этот опыт показал, что „
«перемирие используется в своих интересах обеими воюющими сторонами: военные проводят ротацию, подтягивают резервы, подвозят боеприпасы и укрепляют позиции».
Военно-политический обозреватель группы «Информационное сопротивление» Александр Коваленко в разговоре с «Новой-Европа» добавляет: за время передышки стороны смогут эвакуировать тела погибших с поля боя и безопасно перебросить на передовую свежие подразделения.
ВСУ не будут соблюдать предложенное перемирие слепо и беспрекословно, заявил Коваленко. Если на каких-то участках российские войска продолжат наступательные действия, Украина на них ответит и начнет отбивать российские атаки, пояснил он. „
По его мнению, для российской стороны перемирие несет не добрую волю, а пропагандистский и манипулятивный смысл: российские власти пытаются выставить Путина миротворцем и таким образом улучшить его имидж, добавил эксперт.
Аналитик подчеркнул, что Россия может требовать от Украины безоговорочного соблюдения перемирия, но сама при этом продолжать активные действия, передислоцировать силы к линии фронта, а возможно, и проводить атаки там, где ей будет удобно. «При этом обвинять в нарушениях Путин, конечно же, станет ВСУ», — добавил он.
Пасхальное перемирие — «подарок для Путина»
С военной точки зрения армия РФ более нуждается в паузе в боях, считает Ступак. Кроме того, эксперт обратил внимание на приближение 9 мая: у армии РФ, по его мнению, осталось совсем мало времени, чтобы одержать хоть какую-то победу к празднику.
«Согласно военным законам, краткосрочное перемирие в первую очередь выгодно наступающей стороне», заявил в разговоре с «Новой-Европа» военный эксперт, полковник ВСУ в запасе Роман Свитан. Он отметил, что ему непонятно, зачем в такой ситуации Зеленский первым предложил прекращение огня, и предположил, что тот, возможно, пытается поднять рейтинги.
Эксперт подчеркнул, что теперь Россия, по его мнению, получит возможность подтянуть резервы и удобно расположить силы и средства для дальнейшего наступления. «Фактически созданы условия, при которых более суток армия РФ будет безопасно насыщать передовую свежим личным составом», — добавил он.
Во время боевых действий российские солдаты в большинстве случаев не могут спокойно преодолевать расстояние от тыла до передовой, поскольку украинская армия с помощью дронов контролирует зону на 20–30 километров вглубь занятой Россией территории, пояснил Свитал. Кроме того, по его словам, согласно опыту прошлых перемирий, можно предположить, что на некоторых участках россияне продолжат наступательные действия или будут пытаться просачиваться в украинскую оборону. „
«Фактически прекращение огня стало подарком для Путина», — считает Свитан. Он предположил, что после окончания перемирия армия РФ получит подпитку резервами, подготовится и снова пойдет в атаку, и ВСУ потеряет много людей.
Следующее перемирие, вероятно, объявят перед 9 мая
К 9 мая Путин также может предложить новое перемирие на время праздников, предположил Коваленко. При этом, по его мнению, это прекращение огня может стать более длительным, чем пасхальное, и у российских войск будет больше возможностей для накопления сил и средств на наиболее горячих участках фронта.
По мнению Свитана, российские власти ставят задачу к 9 мая захватить какой-то значимый населенный пункт и отрапортовать о победе. Вероятно, таким городом может стать Константиновка: «Захватить ее полностью армия РФ не сможет. Но наступление продолжится, и, как обычно, наверх доложат о том, что Константиновка оккупирована и ее гарнизон разбит», — заключил эксперт.
Предыдущие перемирия: интенсивность боев снижалась, но стороны заявляли о нарушении договоренностей
Это будет уже четвертое перемирие за время полномасштабного вторжения России в Украину. Первое объявлялось в 2023 году на рождественские праздники после призыва патриарха Кирилла. По мнению Зеленского, Россия хотела использовать Рождество «как прикрытие», чтобы ненадолго остановить наступление ВСУ на Донбассе и «подогнать поближе технику, боеприпасы и мобилизованных».
Несмотря на предложение о перемирии по случаю Рождества, стороны тогда сообщали об атаках друг на друга. Так, Генштаб ВСУ говорил о том, что армия РФ нанесла ракетный удар и совершила 20 обстрелов из реактивных систем залпового огня и что сама Украина нанесла удары по подразделениям российских войск. А губернатор аннексированного Севастополя Михаил Развожаев сообщил о сбитом ночью беспилотнике.
Перемирия также объявлялись в 2025 году. Первое Путин объявил в одностороннем порядке по случаю Пасхи — с 18:00 19 апреля до 00:00 21 апреля. В том году католическая и православная Пасхи совпали и праздновались в один день. Зеленский в ответ пообещал «действовать зеркально» и предложил прекратить огонь хотя бы на месяц. Президент Украины также отметил, что в условиях боевых действий и игнорирования Россией предложения о длительном перемирии «доверия словам из Москвы нет», и назвал предложение «очередной попыткой Путина поиграть с жизнями людей», но позднее фактически согласился на него.
Как писала «Новая-Европа», на протяжении всех пасхальных выходных стороны обвиняли друг друга в нарушении договоренностей, атаках и обстрелах, однако были места, где перемирие соблюдалось. Кроме того, о воздушных атаках по Украине за ту ночь не сообщалось.
Второе «трехдневное перемирие» предложил Путин в конце апреля и приурочил его к 80-летней годовщине победы в Великой Отечественной войне. Зеленский в ответ назвал предложение РФ «очередной попыткой манипуляций» со стороны Кремля, а также подчеркнул, что для переговоров огонь необходимо прекратить не менее чем на 30 дней. По его мнению, Путин лишь хотел «обеспечить тишину на время парада» на 9 мая. «Мы ценим жизнь людей, а не парады», — добавил украинский лидер.
Как рассказывала тогда «Новая-Европа», интенсивность боев на фронте действительно снизилась на это время, а Киев и Москва спокойно встретили иностранных гостей. При этом обе стороны, как и во время «пасхального перемирия», обвиняли друг друга в нарушениях и продолжении ударов.
Коваленко в разговоре с «Новой-Европа» соглашается, что в прошлом году перемирие носило имитационный характер: «На определенных участках фронта российские войска действительно прекратили атаковать, однако при этом они развили интенсивную разведывательную деятельность, совершили рекогносцировку, закрепились на позициях, провели инженерно-заградительные работы, а также пополнили личный состав истощенных частей. На других же направлениях бои стали только интенсивнее».

Депутаты Госдумы часто создают видимость публичной дискуссии и политической конкуренции, активно комментируя резонансные инициативы, которые действительно затрагивают миллионы россиян. История с «белыми списками», замедлением Telegram и попытками ограничить VPN не стала исключением: депутаты наперебой громко критикуют эти решения. Партия ЛДПР даже исключила из своих рядов депутата Андрея Свинцова, который активно и публично высказался в обратном ключе, — за действия, «порочащие репутацию партии». Сейчас в моде другое. При этом депутаты почти не влияют на сам курс государства в вопросах интернет-свобод — его задает силовой блок, а парламенту остается лишь публично сглаживать самые острые углы в попытке набрать баллов перед выборами.
Кто запрещает интернет
В России новая волна запретительных мер в интернете началась в феврале 2026-го, с объявлений о том, что Роскомнадзор (РКН) начнет замедлять работу мессенджера Telegram. За полгода до этого власти начали ограничивать звонки в Telegram и WhatsApp под предлогом защиты граждан от телефонных мошенников.
Формально технические ограничения вводит и администрирует РКН, но публичным лицом этой кампании стало Минцифры и лично глава ведомства Максут Шадаев. Он объяснял ограничения тем, что Telegram не исполняет российские законы и игнорирует требования об удалении запрещенного контента.
При этом сам Шадаев вряд ли выступает активным инициатором новых запретов. Скорее его роль связана с тем, чтобы продвигать и «смягчать» решения, которые были ему продиктованы. Например, после того как в СМИ появилась информация о том, что Минцфиры решило обязать пользователей платить за VPN, Шадаев рассказал, что его ведомству предстоит найти «сложный компромисс».
«В чате обсуждался вопрос введения административной ответственности за использование VPN. „
Это решение в лоб, которое нам категорически не нравится Конечно, мы понимаем все последствия, но все другие варианты сильно хуже», — сказал он.
Как пишет «Вёрстка» со ссылкой на источники в Администрации президента (АП), инициаторами новых ограничений выступает скорее силовой блок и, в частности, ФСБ. В середине февраля Путин наделил ведомство формальным правом ограничивать связь. При этом россияне живут с регулярными отключениями интернета уже около года.
Почти тогда же глава спецслужбы Александр Бортников в очередной раз высказал претензии к мессенджеру Telegram. Бортников дал понять, что у ведомства есть вполне конкретные вопросы к компании Дурова с силовой точки зрения.
«[Ведем ли мы переговоры] c Дуровым? Сейчас нет. Мы раньше разговаривали, ни к чему хорошему это не привело, к большому сожалению, понимаете? Он преследует свои корыстные интересы, которые в конечном итоге реализуются наличием большого количества правонарушений: как детской преступности, о которой мы постоянно говорим, террористических актов, диверсий», — сказал Бортников.
При этом объектом критики депутатов силовики не становятся — достается только исполнителям, Роскомнадзору и Минцифры. Которое один из депутатов даже предложил переименовать в «Министерство цифровой деградации».
Цифровая борьба депутатов
Одним из первых резко и громко в начале февраля выступил против ограничений глава «Справедливой России» Сергей Миронов — он назвал блокировщиков «идиотами и мерзавцами», и призвал их самих отправиться на передовую, обратив внимание на то, что бойцы российской армии пользуются мессенджером для связи с родными и для связанных с войной денежных сборов.
Интересно, что именно представитель «эсеров» Леонид Левин как глава комитета Госдумы по информационной политике в 2019 году одобрил принятие заложившего основу для инфраструктуры блокировок закона о «суверенном интернете». «Никаких дополнительных ограничений свободы слова или свободы распространения информации законопроект не несет», — заявил тогда Левин.
Лидер самой молодой парламентской партии «Новые люди» Алексей Нечаев тогда же, сразу после Миронова, предложил премьеру Михаилу Мишустину ввести мораторий на новые блокировки на год, «чтобы люди смогли наконец строить планы и верить, что завтра будет лучше».
Тема ограничений в интернете поднималась и на съезде «Новых людей» в начале марта. По словам представителей партии, такие ограничения должны быть «точечными и обоснованными, а не массовыми». А Нечаев на этом съезде намекнул: если бы не его партия, сервисы бы сразу блокировали, а не замедляли. «У каждого безумия есть граница — и эту границу кто-то держит», — заверил он.
На прошлой неделе глава фракции Владислав Даванков, комментируя новости об ограничении ВПН, призвал Минцифры «остановиться». По его словам, новая инициатива ведомства о плате за использование ВПН приведет к созданию в стране «цифрового неравенства».
«Давайте скажем прямо: эта инициатива не блокирует VPN. Она делает полноценный интернет привилегией для богатых. А остальные — а таких в стране большинство — окажутся в интернете для бедных», — написал политик в своем телеграм-канале.
Риторика против блокировок и ограничений в интернете находит отклик у населения. По данным ВЦИОМ, «Новые люди» — сейчас самая популярная в России системная партия, после «Единой России». „
В то же время рейтинги самой ЕР падают, в марте уровень поддержки партии власти оказался рекордно низким: впервые в этом году он составил менее 30%.
«Это результат усталости людей от политики запретов и ограничений всего и вся, следствие запроса на нормальную жизнь, основанную на здравом смысле, а не на фобиях и запретах», — написал политолог Александр Кынев.
Коммунисты и ЛДПР, в свою очередь, наперегонки разработали законопроекты в защиту цифровых прав граждан. Фракция КПРФ внесла в Думу законопроект, который бы запрещал блокировать доступ граждан к интернету без решения суда и без основания в виде кибер-атак на критическую инфраструктуру регионов.
«Мы завершаем работу над проектом закона о базовых цифровых правах граждан, включая, например, свободу выбора способа общения: никто не может быть принужден к использованию определенных мессенджеров или социальных сетей, — сказал «Коммерсанту» депутат-коммунист Сергей Обухов.
Законопроект ЛДПР также звучит максимально свободолюбиво и обещает установить базовые принципы: «Равный доступ к интернету для каждого жителя страны, свободу выражения мнения в интернете и свободу выбора того способа общения внутри цифровой среды, который удобен и предпочтителен каждому конкретному пользователю».
Лидер партии Леонид Слуцкий, в свою очередь, заявил, что «задачи безопасности игнорировать нельзя», но любые ограничения «должны быть понятны людям». После того как депутата от ЛДПР Андрея Свинцова исключили из партии за слишком активную поддержку новых запретов, Слуцкий заявил, что либерал-демократы выступают против «любых избыточных ограничений».

КПРФ и ЛДПР достаточно последовательны в этом вопросе. Например, когда в 2016 году принимался «пакет Яровой», за законопроект проголосовали 287 депутатов, из единороссов и эсеров. 147 депутатов, то есть КПРФ и ЛДПР, выступили против, называя пакет антиконституционным.

Когда в 2019 году принимался законопроект о «суверенном интернете», КПРФ и ЛДПР тоже голосовали против, хоть и в гораздо меньшем составе.

«Этот законопроект — желание новым способом исполнить предыдущие невыполняемые законы, — говорил тогда депутат от КПРФ Алексей Куринный. — Например, предоставление ключей шифрования, как то было с Telegram, или необходимость хранить персональные данные для операторов, которая не соблюдается. Проконтролировать всё это Роскомнадзор не может в силу технических, организационных и, я так понимаю, интеллектуальных ограничений. Распутать коды им не удалось. Поэтому решили сделать проще — отрубить трафик».
В итоге из оппозиционных партий наименее ярко отработала тему «Справедливая Россия». Выделить можно только заявление депутат-справедливоросса Михаила Делягина, который в начале марта писал, что в Госдуме перестал работать Wi-Fi и мессенджер MAX.
«Даешь цифровой детокс и свободу от дурных новостей! No news is best news! Парламент и народ едины — это и есть истинная демократия», — иронизировал тогда Делягин в своем телеграм-канале.
Капкан «Единой России»
«Отбить обратно у государства свободное частное цифровое пространство будет непросто, но КПРФ вместе с коллегами из некоторых других фракций, по меньшей мере, продолжит обозначать эту проблему и добиваться ее решения в пользу граждан», — заявлял также уже упомянутый депутат-коммунист Обухов.
Он прав лишь отчасти: думская оппозиция действительно может обозначить эту проблему, но защитить интернет от государства им будет не то что непросто, а невозможно. Ведь голосов «Единой России» достаточно, чтобы «протащить» любую нужную инициативу или заблокировать неудобную (депутатов ЕР в Думе этого созыва — 325 из 450). „
При этом сама партия власти тоже подходит к теме блокировок осторожно, не старается сделать ее частью повестки. Задача депутатов ЕР скорее заключается в том, чтобы разъяснять, почему эти запреты необходимы.
Например, глава думского IT-комитета Сергей Боярский говорил, что ни WhatsApp, ни Telegram никто не собирается блокировать из одной лишь вредности, и если эти компании решат «работать по российским законам», открыть офис в России и сотрудничать в борьбе с мошенниками, проблем у них не будет. Это удобная формулировка, которую часто любит повторять и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков: мол, блокировки происходят в рамках российского закона.
Но полностью дистанцироваться от последствий этой политики партия власти не может. Даже сама «Единая Россия» оказалась зависима от системы ограничений, которую помогает легализовывать. Вот уже месяц Минцифры не может внести сайт «Единой России» в «белые списки» сайтов, доступных при отключениях связи. По словам члена генсовета партии Сергея Перминова, вопрос «всё еще в работе».
В этом и состоит главный парадокс нынешнего положения «Единой России». С одной стороны, именно ЕР отвечает за принятие новых законов о запретах и за общую «нормализацию» ограничений. С другой, эта тема настолько токсичная, что даже партии власти не хочется становиться ее публичным лицом. Особенно накануне выборов и на фоне тающих рейтингов.
На этом фоне «системная оппозиция» действительно может набрать дополнительные политические очки, критикуя ограничения. Но в конечном итоге и коммунисты, и ЛДПР, и другие думские оппозиционеры остаются полностью управляемыми силами без реальной возможности влиять ни на свободу интернета, ни на что-либо еще.

Депутаты Госдумы часто создают видимость публичной дискуссии и политической конкуренции, активно комментируя резонансные инициативы, которые действительно затрагивают миллионы россиян. История с «белыми списками», замедлением Telegram и попытками ограничить VPN не стала исключением: депутаты наперебой громко критикуют эти решения. Партия ЛДПР даже исключила из своих рядов депутата Андрея Свинцова, который активно и публично высказался в обратном ключе, — за действия, «порочащие репутацию партии». Сейчас в моде другое. При этом депутаты почти не влияют на сам курс государства в вопросах интернет-свобод — его задает силовой блок, а парламенту остается лишь публично сглаживать самые острые углы в попытке набрать баллов перед выборами.
Кто запрещает интернет
В России новая волна запретительных мер в интернете началась в феврале 2026-го, с объявлений о том, что Роскомнадзор (РКН) начнет замедлять работу мессенджера Telegram. За полгода до этого власти начали ограничивать звонки в Telegram и WhatsApp под предлогом защиты граждан от телефонных мошенников.
Формально технические ограничения вводит и администрирует РКН, но публичным лицом этой кампании стало Минцифры и лично глава ведомства Максут Шадаев. Он объяснял ограничения тем, что Telegram не исполняет российские законы и игнорирует требования об удалении запрещенного контента.
При этом сам Шадаев вряд ли выступает активным инициатором новых запретов. Скорее его роль связана с тем, чтобы продвигать и «смягчать» решения, которые были ему продиктованы. Например, после того как в СМИ появилась информация о том, что Минцфиры решило обязать пользователей платить за VPN, Шадаев рассказал, что его ведомству предстоит найти «сложный компромисс».
«В чате обсуждался вопрос введения административной ответственности за использование VPN. „
Это решение в лоб, которое нам категорически не нравится Конечно, мы понимаем все последствия, но все другие варианты сильно хуже», — сказал он.
Как пишет «Вёрстка» со ссылкой на источники в Администрации президента (АП), инициаторами новых ограничений выступает скорее силовой блок и, в частности, ФСБ. В середине февраля Путин наделил ведомство формальным правом ограничивать связь. При этом россияне живут с регулярными отключениями интернета уже около года.
Почти тогда же глава спецслужбы Александр Бортников в очередной раз высказал претензии к мессенджеру Telegram. Бортников дал понять, что у ведомства есть вполне конкретные вопросы к компании Дурова с силовой точки зрения.
«[Ведем ли мы переговоры] c Дуровым? Сейчас нет. Мы раньше разговаривали, ни к чему хорошему это не привело, к большому сожалению, понимаете? Он преследует свои корыстные интересы, которые в конечном итоге реализуются наличием большого количества правонарушений: как детской преступности, о которой мы постоянно говорим, террористических актов, диверсий», — сказал Бортников.
При этом объектом критики депутатов силовики не становятся — достается только исполнителям, Роскомнадзору и Минцифры. Которое один из депутатов даже предложил переименовать в «Министерство цифровой деградации».
Цифровая борьба депутатов
Одним из первых резко и громко в начале февраля выступил против ограничений глава «Справедливой России» Сергей Миронов — он назвал блокировщиков «идиотами и мерзавцами», и призвал их самих отправиться на передовую, обратив внимание на то, что бойцы российской армии пользуются мессенджером для связи с родными и для связанных с войной денежных сборов.
Интересно, что именно представитель «эсеров» Леонид Левин как глава комитета Госдумы по информационной политике в 2019 году одобрил принятие заложившего основу для инфраструктуры блокировок закона о «суверенном интернете». «Никаких дополнительных ограничений свободы слова или свободы распространения информации законопроект не несет», — заявил тогда Левин.
Лидер самой молодой парламентской партии «Новые люди» Алексей Нечаев тогда же, сразу после Миронова, предложил премьеру Михаилу Мишустину ввести мораторий на новые блокировки на год, «чтобы люди смогли наконец строить планы и верить, что завтра будет лучше».
Тема ограничений в интернете поднималась и на съезде «Новых людей» в начале марта. По словам представителей партии, такие ограничения должны быть «точечными и обоснованными, а не массовыми». А Нечаев на этом съезде намекнул: если бы не его партия, сервисы бы сразу блокировали, а не замедляли. «У каждого безумия есть граница — и эту границу кто-то держит», — заверил он.
На прошлой неделе глава фракции Владислав Даванков, комментируя новости об ограничении ВПН, призвал Минцифры «остановиться». По его словам, новая инициатива ведомства о плате за использование ВПН приведет к созданию в стране «цифрового неравенства».
«Давайте скажем прямо: эта инициатива не блокирует VPN. Она делает полноценный интернет привилегией для богатых. А остальные — а таких в стране большинство — окажутся в интернете для бедных», — написал политик в своем телеграм-канале.
Риторика против блокировок и ограничений в интернете находит отклик у населения. По данным ВЦИОМ, «Новые люди» — сейчас самая популярная в России системная партия, после «Единой России». „
В то же время рейтинги самой ЕР падают, в марте уровень поддержки партии власти оказался рекордно низким: впервые в этом году он составил менее 30%.
«Это результат усталости людей от политики запретов и ограничений всего и вся, следствие запроса на нормальную жизнь, основанную на здравом смысле, а не на фобиях и запретах», — написал политолог Александр Кынев.
Коммунисты и ЛДПР, в свою очередь, наперегонки разработали законопроекты в защиту цифровых прав граждан. Фракция КПРФ внесла в Думу законопроект, который бы запрещал блокировать доступ граждан к интернету без решения суда и без основания в виде кибер-атак на критическую инфраструктуру регионов.
«Мы завершаем работу над проектом закона о базовых цифровых правах граждан, включая, например, свободу выбора способа общения: никто не может быть принужден к использованию определенных мессенджеров или социальных сетей, — сказал «Коммерсанту» депутат-коммунист Сергей Обухов.
Законопроект ЛДПР также звучит максимально свободолюбиво и обещает установить базовые принципы: «Равный доступ к интернету для каждого жителя страны, свободу выражения мнения в интернете и свободу выбора того способа общения внутри цифровой среды, который удобен и предпочтителен каждому конкретному пользователю».
Лидер партии Леонид Слуцкий, в свою очередь, заявил, что «задачи безопасности игнорировать нельзя», но любые ограничения «должны быть понятны людям». После того как депутата от ЛДПР Андрея Свинцова исключили из партии за слишком активную поддержку новых запретов, Слуцкий заявил, что либерал-демократы выступают против «любых избыточных ограничений».

КПРФ и ЛДПР достаточно последовательны в этом вопросе. Например, когда в 2016 году принимался «пакет Яровой», за законопроект проголосовали 287 депутатов, из единороссов и эсеров. 147 депутатов, то есть КПРФ и ЛДПР, выступили против, называя пакет антиконституционным.

Когда в 2019 году принимался законопроект о «суверенном интернете», КПРФ и ЛДПР тоже голосовали против, хоть и в гораздо меньшем составе.

«Этот законопроект — желание новым способом исполнить предыдущие невыполняемые законы, — говорил тогда депутат от КПРФ Алексей Куринный. — Например, предоставление ключей шифрования, как то было с Telegram, или необходимость хранить персональные данные для операторов, которая не соблюдается. Проконтролировать всё это Роскомнадзор не может в силу технических, организационных и, я так понимаю, интеллектуальных ограничений. Распутать коды им не удалось. Поэтому решили сделать проще — отрубить трафик».
В итоге из оппозиционных партий наименее ярко отработала тему «Справедливая Россия». Выделить можно только заявление депутат-справедливоросса Михаила Делягина, который в начале марта писал, что в Госдуме перестал работать Wi-Fi и мессенджер MAX.
«Даешь цифровой детокс и свободу от дурных новостей! No news is best news! Парламент и народ едины — это и есть истинная демократия», — иронизировал тогда Делягин в своем телеграм-канале.
Капкан «Единой России»
«Отбить обратно у государства свободное частное цифровое пространство будет непросто, но КПРФ вместе с коллегами из некоторых других фракций, по меньшей мере, продолжит обозначать эту проблему и добиваться ее решения в пользу граждан», — заявлял также уже упомянутый депутат-коммунист Обухов.
Он прав лишь отчасти: думская оппозиция действительно может обозначить эту проблему, но защитить интернет от государства им будет не то что непросто, а невозможно. Ведь голосов «Единой России» достаточно, чтобы «протащить» любую нужную инициативу или заблокировать неудобную (депутатов ЕР в Думе этого созыва — 325 из 450). „
При этом сама партия власти тоже подходит к теме блокировок осторожно, не старается сделать ее частью повестки. Задача депутатов ЕР скорее заключается в том, чтобы разъяснять, почему эти запреты необходимы.
Например, глава думского IT-комитета Сергей Боярский говорил, что ни WhatsApp, ни Telegram никто не собирается блокировать из одной лишь вредности, и если эти компании решат «работать по российским законам», открыть офис в России и сотрудничать в борьбе с мошенниками, проблем у них не будет. Это удобная формулировка, которую часто любит повторять и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков: мол, блокировки происходят в рамках российского закона.
Но полностью дистанцироваться от последствий этой политики партия власти не может. Даже сама «Единая Россия» оказалась зависима от системы ограничений, которую помогает легализовывать. Вот уже месяц Минцифры не может внести сайт «Единой России» в «белые списки» сайтов, доступных при отключениях связи. По словам члена генсовета партии Сергея Перминова, вопрос «всё еще в работе».
В этом и состоит главный парадокс нынешнего положения «Единой России». С одной стороны, именно ЕР отвечает за принятие новых законов о запретах и за общую «нормализацию» ограничений. С другой, эта тема настолько токсичная, что даже партии власти не хочется становиться ее публичным лицом. Особенно накануне выборов и на фоне тающих рейтингов.
На этом фоне «системная оппозиция» действительно может набрать дополнительные политические очки, критикуя ограничения. Но в конечном итоге и коммунисты, и ЛДПР, и другие думские оппозиционеры остаются полностью управляемыми силами без реальной возможности влиять ни на свободу интернета, ни на что-либо еще.

Депутаты Госдумы часто создают видимость публичной дискуссии и политической конкуренции, активно комментируя резонансные инициативы, которые действительно затрагивают миллионы россиян. История с «белыми списками», замедлением Telegram и попытками ограничить VPN не стала исключением: депутаты наперебой громко критикуют эти решения. Партия ЛДПР даже исключила из своих рядов депутата Андрея Свинцова, который активно и публично высказался в обратном ключе, — за действия, «порочащие репутацию партии». Сейчас в моде другое. При этом депутаты почти не влияют на сам курс государства в вопросах интернет-свобод — его задает силовой блок, а парламенту остается лишь публично сглаживать самые острые углы в попытке набрать баллов перед выборами.
Кто запрещает интернет
В России новая волна запретительных мер в интернете началась в феврале 2026-го, с объявлений о том, что Роскомнадзор (РКН) начнет замедлять работу мессенджера Telegram. За полгода до этого власти начали ограничивать звонки в Telegram и WhatsApp под предлогом защиты граждан от телефонных мошенников.
Формально технические ограничения вводит и администрирует РКН, но публичным лицом этой кампании стало Минцифры и лично глава ведомства Максут Шадаев. Он объяснял ограничения тем, что Telegram не исполняет российские законы и игнорирует требования об удалении запрещенного контента.
При этом сам Шадаев вряд ли выступает активным инициатором новых запретов. Скорее его роль связана с тем, чтобы продвигать и «смягчать» решения, которые были ему продиктованы. Например, после того как в СМИ появилась информация о том, что Минцфиры решило обязать пользователей платить за VPN, Шадаев рассказал, что его ведомству предстоит найти «сложный компромисс».
«В чате обсуждался вопрос введения административной ответственности за использование VPN. „
Это решение в лоб, которое нам категорически не нравится Конечно, мы понимаем все последствия, но все другие варианты сильно хуже», — сказал он.
Как пишет «Вёрстка» со ссылкой на источники в Администрации президента (АП), инициаторами новых ограничений выступает скорее силовой блок и, в частности, ФСБ. В середине февраля Путин наделил ведомство формальным правом ограничивать связь. При этом россияне живут с регулярными отключениями интернета уже около года.
Почти тогда же глава спецслужбы Александр Бортников в очередной раз высказал претензии к мессенджеру Telegram. Бортников дал понять, что у ведомства есть вполне конкретные вопросы к компании Дурова с силовой точки зрения.
«[Ведем ли мы переговоры] c Дуровым? Сейчас нет. Мы раньше разговаривали, ни к чему хорошему это не привело, к большому сожалению, понимаете? Он преследует свои корыстные интересы, которые в конечном итоге реализуются наличием большого количества правонарушений: как детской преступности, о которой мы постоянно говорим, террористических актов, диверсий», — сказал Бортников.
При этом объектом критики депутатов силовики не становятся — достается только исполнителям, Роскомнадзору и Минцифры. Которое один из депутатов даже предложил переименовать в «Министерство цифровой деградации».
Цифровая борьба депутатов
Одним из первых резко и громко в начале февраля выступил против ограничений глава «Справедливой России» Сергей Миронов — он назвал блокировщиков «идиотами и мерзавцами», и призвал их самих отправиться на передовую, обратив внимание на то, что бойцы российской армии пользуются мессенджером для связи с родными и для связанных с войной денежных сборов.
Интересно, что именно представитель «эсеров» Леонид Левин как глава комитета Госдумы по информационной политике в 2019 году одобрил принятие заложившего основу для инфраструктуры блокировок закона о «суверенном интернете». «Никаких дополнительных ограничений свободы слова или свободы распространения информации законопроект не несет», — заявил тогда Левин.
Лидер самой молодой парламентской партии «Новые люди» Алексей Нечаев тогда же, сразу после Миронова, предложил премьеру Михаилу Мишустину ввести мораторий на новые блокировки на год, «чтобы люди смогли наконец строить планы и верить, что завтра будет лучше».
Тема ограничений в интернете поднималась и на съезде «Новых людей» в начале марта. По словам представителей партии, такие ограничения должны быть «точечными и обоснованными, а не массовыми». А Нечаев на этом съезде намекнул: если бы не его партия, сервисы бы сразу блокировали, а не замедляли. «У каждого безумия есть граница — и эту границу кто-то держит», — заверил он.
На прошлой неделе глава фракции Владислав Даванков, комментируя новости об ограничении ВПН, призвал Минцифры «остановиться». По его словам, новая инициатива ведомства о плате за использование ВПН приведет к созданию в стране «цифрового неравенства».
«Давайте скажем прямо: эта инициатива не блокирует VPN. Она делает полноценный интернет привилегией для богатых. А остальные — а таких в стране большинство — окажутся в интернете для бедных», — написал политик в своем телеграм-канале.
Риторика против блокировок и ограничений в интернете находит отклик у населения. По данным ВЦИОМ, «Новые люди» — сейчас самая популярная в России системная партия, после «Единой России». „
В то же время рейтинги самой ЕР падают, в марте уровень поддержки партии власти оказался рекордно низким: впервые в этом году он составил менее 30%.
«Это результат усталости людей от политики запретов и ограничений всего и вся, следствие запроса на нормальную жизнь, основанную на здравом смысле, а не на фобиях и запретах», — написал политолог Александр Кынев.
Коммунисты и ЛДПР, в свою очередь, наперегонки разработали законопроекты в защиту цифровых прав граждан. Фракция КПРФ внесла в Думу законопроект, который бы запрещал блокировать доступ граждан к интернету без решения суда и без основания в виде кибер-атак на критическую инфраструктуру регионов.
«Мы завершаем работу над проектом закона о базовых цифровых правах граждан, включая, например, свободу выбора способа общения: никто не может быть принужден к использованию определенных мессенджеров или социальных сетей, — сказал «Коммерсанту» депутат-коммунист Сергей Обухов.
Законопроект ЛДПР также звучит максимально свободолюбиво и обещает установить базовые принципы: «Равный доступ к интернету для каждого жителя страны, свободу выражения мнения в интернете и свободу выбора того способа общения внутри цифровой среды, который удобен и предпочтителен каждому конкретному пользователю».
Лидер партии Леонид Слуцкий, в свою очередь, заявил, что «задачи безопасности игнорировать нельзя», но любые ограничения «должны быть понятны людям». После того как депутата от ЛДПР Андрея Свинцова исключили из партии за слишком активную поддержку новых запретов, Слуцкий заявил, что либерал-демократы выступают против «любых избыточных ограничений».

КПРФ и ЛДПР достаточно последовательны в этом вопросе. Например, когда в 2016 году принимался «пакет Яровой», за законопроект проголосовали 287 депутатов, из единороссов и эсеров. 147 депутатов, то есть КПРФ и ЛДПР, выступили против, называя пакет антиконституционным.

Когда в 2019 году принимался законопроект о «суверенном интернете», КПРФ и ЛДПР тоже голосовали против, хоть и в гораздо меньшем составе.

«Этот законопроект — желание новым способом исполнить предыдущие невыполняемые законы, — говорил тогда депутат от КПРФ Алексей Куринный. — Например, предоставление ключей шифрования, как то было с Telegram, или необходимость хранить персональные данные для операторов, которая не соблюдается. Проконтролировать всё это Роскомнадзор не может в силу технических, организационных и, я так понимаю, интеллектуальных ограничений. Распутать коды им не удалось. Поэтому решили сделать проще — отрубить трафик».
В итоге из оппозиционных партий наименее ярко отработала тему «Справедливая Россия». Выделить можно только заявление депутат-справедливоросса Михаила Делягина, который в начале марта писал, что в Госдуме перестал работать Wi-Fi и мессенджер MAX.
«Даешь цифровой детокс и свободу от дурных новостей! No news is best news! Парламент и народ едины — это и есть истинная демократия», — иронизировал тогда Делягин в своем телеграм-канале.
Капкан «Единой России»
«Отбить обратно у государства свободное частное цифровое пространство будет непросто, но КПРФ вместе с коллегами из некоторых других фракций, по меньшей мере, продолжит обозначать эту проблему и добиваться ее решения в пользу граждан», — заявлял также уже упомянутый депутат-коммунист Обухов.
Он прав лишь отчасти: думская оппозиция действительно может обозначить эту проблему, но защитить интернет от государства им будет не то что непросто, а невозможно. Ведь голосов «Единой России» достаточно, чтобы «протащить» любую нужную инициативу или заблокировать неудобную (депутатов ЕР в Думе этого созыва — 325 из 450). „
При этом сама партия власти тоже подходит к теме блокировок осторожно, не старается сделать ее частью повестки. Задача депутатов ЕР скорее заключается в том, чтобы разъяснять, почему эти запреты необходимы.
Например, глава думского IT-комитета Сергей Боярский говорил, что ни WhatsApp, ни Telegram никто не собирается блокировать из одной лишь вредности, и если эти компании решат «работать по российским законам», открыть офис в России и сотрудничать в борьбе с мошенниками, проблем у них не будет. Это удобная формулировка, которую часто любит повторять и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков: мол, блокировки происходят в рамках российского закона.
Но полностью дистанцироваться от последствий этой политики партия власти не может. Даже сама «Единая Россия» оказалась зависима от системы ограничений, которую помогает легализовывать. Вот уже месяц Минцифры не может внести сайт «Единой России» в «белые списки» сайтов, доступных при отключениях связи. По словам члена генсовета партии Сергея Перминова, вопрос «всё еще в работе».
В этом и состоит главный парадокс нынешнего положения «Единой России». С одной стороны, именно ЕР отвечает за принятие новых законов о запретах и за общую «нормализацию» ограничений. С другой, эта тема настолько токсичная, что даже партии власти не хочется становиться ее публичным лицом. Особенно накануне выборов и на фоне тающих рейтингов.
На этом фоне системная оппозиция действительно может набрать дополнительные политические очки, критикуя ограничения. Но в конечном итоге и коммунисты, и ЛДПР, и другие думские оппозиционеры остаются полностью управляемыми силами без реальной возможности влиять ни на свободу интернета, ни на что-либо еще.