В Ростове-на-Дону один из местных провайдеров начал вводить «белые списки» на домашнем интернете, сообщил проект «Код Дурова» со ссылкой на пользователей. „
«При использовании домашнего интернета у меня не работают Telegram и любые другие сайты, которые не входят в эти белые списки. Я попыталась включить VPN, но он не помогает, сайты просто не открываются, при этом наши российские сервисы работают», — рассказала одна из собеседниц.
«Новая-Европа» проверила сообщения о сбоях в работе интернета за последние сутки в Краснодарском крае, Новосибирской и Свердловской области, а также в Татарстане. В этих регионах провайдеры еще не начали тестировать «белые списки», поэтому случай в Ростове-на-Дону можно назвать первым в России.
Автоответчик одного из операторов сообщил журналистам, что в данный момент «есть технические проблемы, связанные с внешним воздействием на инфраструктуру провайдера».
В отдельном сообщении провайдер отметил, что в регионе зафиксированы некие «массированные DDoS‑атаки», затрагивающие ряд операторов и приводящие к «перебоям» и «замедлению интернет‑сервисов».
Как пишет «Верстка», речь идет об операторе «Таймер». Компания сообщила недавно об атаке ботнет-сети Kimwolf, о ликвидации которой сообщили власти США, Канады и Германии.

В Ростове-на-Дону один из местных провайдеров начал вводить «белые списки» на домашнем интернете, сообщил проект «Код Дурова» со ссылкой на пользователей. „
«При использовании домашнего интернета у меня не работают Telegram и любые другие сайты, которые не входят в эти белые списки. Я попыталась включить VPN, но он не помогает, сайты просто не открываются, при этом наши российские сервисы работают», — рассказала одна из собеседниц.
«Новая-Европа» проверила сообщения о сбоях в работе интернета за последние сутки в Краснодарском крае, Новосибирской и Свердловской области, а также в Татарстане. В этих регионах провайдеры еще не начали тестировать «белые списки», поэтому случай в Ростове-на-Дону можно назвать первым в России.
Автоответчик одного из операторов сообщил журналистам, что в данный момент «есть технические проблемы, связанные с внешним воздействием на инфраструктуру провайдера».
В отдельном сообщении провайдер отметил, что в регионе зафиксированы некие «массированные DDoS‑атаки», затрагивающие ряд операторов и приводящие к «перебоям» и «замедлению интернет‑сервисов».
Как пишет «Верстка», речь идет об операторе «Таймер». Компания сообщила недавно об атаке ботнет-сети Kimwolf, о ликвидации которой сообщили власти США, Канады и Германии.

Минцифры с 1 апреля анонсирует запрет на оплату сервисов Apple со счетов мобильных операторов. Кроме того, по данным источников Forbes, на совещании в ведомстве обсуждаются новые меры давления на пользователей VPN-сервисов: дополнительной платы за международный трафик, ограничение использования VPN для доступа к платформам, вошедшим в «белые списки», а также потенциально административные штрафы за VPN. Последней меры, по словам министра Максута Шадаева, лично он «хотел бы избежать». Как рассказали «Новой‑Европа» IT‑эксперты Михаил Климарев и Леонид Юлдашев, техническая реализация многих из этих мер вызывает вопросы. При этом эксперты сходятся во мнении, что полностью ограничить работу VPN в России, по крайней мере на данный момент, не удастся — появятся лишь новые издержки для пользователей и бизнеса. «Новая-Европа» вместе с экспертами отвечает на вопросы о том, что пользователи и защитники свободного интернета смогут сделать, чтобы противостоять новым ограничениям.
Я не смогу пополнить Apple ID с мобильного счета. Это тоже связано с борьбой с VPN?
Владельцы iPhone не смогут пополнять баланс Apple ID с мобильного счета, и причина, на которую указывают чиновники, — это необходимость препятствовать оплате VPN-сервисов, сообщил накануне РБК со ссылкой на источники на телеком-рынке. По данным издания, российские операторы «большой четверки» (МТС, «Билайн», «МегаФон», T2) прекращает такую возможность по указанию Минцифры с 1 апреля.
Это усложнит покупку VPN на устройствах Apple — подавляющее большинство работающих и безопасных VPN платные. Однако, как утверждает ТАСС, такой мерой власти также хотят заставить Apple вернуть российские сервисы в App Store. В целом эта мера выглядит скорее как попытка оказать давление на Apple и вынудить компанию вести переговоры с властями ради сохранения российского рынка (продажа новых устройств по серым схемам и оплата подписок).
Многие россияне перешли на вариант оплаты с мобильного счета после начала войны в Украине, когда Apple, Visa и Mastercard приостановили работу в России, а Apple Pay перестал работать с картами МИР и банков, попавших под санкции. Эта опция была удобным способом покупать подписки (iCloud, Apple Music и другие) и приложения без банковской карты.
При этом, как отметил в разговоре с «Новой-Европа» IT-эксперт и исполнительный директор «Общества защиты интернета» Михаил Климарев, большинство россиян покупали VPN на других площадках. С ним согласен и Леонид Юлдашев, IT-специалист и координатор проектов eQualitie на русском языке: в разговоре с «Новой-Европа» он отметил, что далеко не все приложения принимают оплату через App Store. Многие отправляют пользователя на свой сайт, потому что иначе надо платить 30% комиссию Apple. Поэтому маловероятно, что App Store был существенным каналом оплаты VPN — обычно продажи идут через сайты, говорит эксперт.
По мнению Климарева, эта мера затронет прежде всего тех, у кого были подписки на популярные сервисы, такие как iCloud и Apple Music. Именно их оплатить теперь будет сложнее.
Как работала оплата через мобильный счет?
Когда пользователь привязывает номер телефона к Apple ID как способ оплаты, между Apple и оператором (или его платежным партнером) устанавливается интеграция через биллинговый шлюз, объясняет Леонид Юлдашев. Пользователь покупает приложение — Apple отправляет запрос на списание, оператор смотрит баланс и списывает сумму. Apple получает подтверждение и активирует покупку. Запрет реализуется просто: оператор не одобряет запросы от Apple, система не получает подтверждения и выдает ошибку, рассказывает собеседник «Новой-Европа».
Михаил Климарев обратил внимание на то, что оплата Apple ID через счет мобильного телефона в России была, по сути, схемой в обход санкций: с 2022 года Apple формально ограничила работу в России, однако возможность пополнять Apple ID через мобильный счет оставалась. Фактически деньги от подсанкционных компаний (например, «Ростелеком», которому принадлежит T2) уходили в американскую корпорацию. И эта схема, с его точки зрения, должна была давно заинтересовать американские власти.
Можно ли будет пополнить Apple ID из России, несмотря на запрет?
Пользователи из России смогут воспользоваться подарочными сертификатами Apple (однако они продаются с комиссией), а также картами иностранных банков. Иностранную карту не обязательно оформлять за границей — есть компании‑посредники, которые открывают виртуальные карты удаленно.
— Надо переключить профиль Apple ID на другую страну и привязать к нему работающую карту. Таких карт сейчас на рынке довольно много, обычная Visa, разные цифровые карты — они работают. Пополнять их можно рублями, комиссия будет меньше. То есть это не катастрофа — все были к этому готовы, — сказал Климарев.
Как советует в разговоре с «Новой-Европа» Леонид Юлдашев, если вы владелец старого iPhone и думаете о смене телефона, можно подумать о том, чтобы перейти на Android: в контексте Рунета эта платформа сейчас дает пользователю больше степеней свободы, чем Apple.
Если же у вас новый iPhone и менять его не планируете, лучший выход — оформить карту иностранного банка и использовать ее, продолжает эксперт. „
— По сути, запрет оплаты со счета становится еще одним налогом на интернет: раньше ты платил за интернет, потом — за интернет и VPN, а теперь — за интернет, VPN и виртуальную карту для оплаты, — отмечает Юлдашев.
Некоторые компании уже призывают пользователей пополнить счет Apple ID заранее. Так, МТС и «Билайн» разослали пользователям предложение пополнить счет «например, на год», а Telegram предложил россиянам купить Premium сразу на два года со скидкой — пока это возможно. Таким образом, Telegram предполагает, что расчеты с компанией в рублях также могут быть ограничены в ближайшее время.
Власти обсуждают введение платы за международный трафик — фактически, новый налог за использование VPN. Как операторы будут устанавливать, что у меня включен VPN?
Глава Минцифры Максут Шадаев потребовал от операторов связи ввести плату за использование более 15 ГБ международного трафика в месяц на мобильных сетях, рассказали источники Forbes. Меры должны заработать до 1 мая. По информации собеседников Forbes, инициатива исходит из закрытого поручения Владимира Путина.
Главная проблема цензоров — как определять, какой трафик «зарубежный», отмечает в разговоре с «Новой-Европа» Михаил Климарев. Технически это будет сложным решением, которое чревато ложными срабатываниями.
— Непонятно, как операторы будут делить трафик. Если у зарубежного видеохостинга есть точка присутствия в России, он считается внутренним или зарубежным? А если я подключаюсь к VK, но трафик идет через какую‑то внешнюю сеть? „
Должна появиться методика, нормативно‑правовой акт. Пока этого нет — рассуждать рано, в том числе о том, как это можно будет обойти, — говорит эксперт.
При этом если плата за «международный трафик» будет высокой, это ударит в первую очередь по самим операторам, подчеркивает Климарев: пользователи начнут экономить, отключать лишние симки, переходить на фиксированный Wi-Fi интернет, мобильный трафик упадет, и операторы потеряют прибыль.
15 ГБ — этого хватит, чтобы заходить на заблокированные сайты и мессенджеры?
Эксперты Forbes заявили, что 15 ГБ — это большой объем трафика, его хватит на большинство сервисов, кроме частого просмотра YouTube.
Как рассказал в разговоре с «Новой-Европа» Михаил Климарев, среднее потребление мобильного трафика в России — около 20–22 ГБ в месяц. Однако это «средняя температура по больнице», и медианное потребление, скорее всего, ниже (около 8–10 ГБ в месяц), говорит эксперт.
— Тем более в 2025‑м начались масштабные отключения мобильного интернета, люди переключаются на фиксированный Wi‑Fi, и там уже тратят сколько хотят. „
Поэтому 15 ГБ — не такой жесткий лимит, для большинства обычных пользователей его хватит.
Болезненно это ударит по бизнесу, по тем, кто использует мобильный интернет для работы, — прогнозирует эксперт.
Как отметил Леонид Юлдашев, если использовать VPN с промежуточным сервером в России, оператор будет видеть только соединение с российским дата-центром и не будет знать, направлен ли запрос дальше на международный сайт. А сплит-туннелирование (разделение трафика) позволяет пропускать через VPN только заблокированные ресурсы, а российские сайты — напрямую, и это дополнительно снижает объем трафика, который оператор может классифицировать как международный. Сочетание этих подходов позволит полностью обойти ограничение на 15 ГБ, хотя настройка такой схемы требует определенной технической подготовки, подытожил Юлдашев.
Как рассказал в разговоре с «Новой-Европа» Михаил Климарев, похожую схему использовали VPN-сервисы, чтобы обходить «белые списки».
— Покупаешь у «Яндекса» виртуальный сервер, его IP‑адреса входят в «белый список», на сервере поднимаешь VPN и выходишь за границу. Это называется мультихоп, — отмечает Климарев.
Власти также планируют ограничить доступ к популярным платформам для пользователей с VPN. А эта инициатива зачем?
Также среди обсуждаемых мер — ограничения для пользователей с включенным VPN, сообщили источники «Коммерсанта» на телеком- и IT-рынке. В случае отказа ресурсы, которые будут доступны с VPN, могут исключить из «белых списков» — перечня сайтов, которые работают во время отключения мобильного интернета. Речь идет о крупнейших сервисах и банках: VK, Ozon, «Авито», Wildberries, «Яндекс», «Сбер», ВТБ, Альфа-банк, Т-банк и другие.
Таким образом власти стремятся ограничить использование VPN-сервисов, но при этом не вводить ответственность за это, утверждает источник газеты.
По мнению Климарева, в этом случае речь идет о желании российских властей избежать возможности использования серверов из «белых списков»:
— Шадаев говорит не о том, что на Ozon нельзя будет зайти с VPN, а о том, что если с помощью Ozon и его серверов можно будет обходить ограничения (функция мультихоп — о ней было выше. — Прим. ред.), его выгонят из «белого списка». И платформы не могут не согласиться — вариантов нет.
Эксперт Леонид Юлдашев описал проблему, которая может возникнуть, если решение будет принято: у российских платформ есть бизнес за рубежом, и человек, например, в Тбилиси или Ереване может легально зайти на «Озон» и сделать заказ. Если платформа начнет глушить все зарубежные IP, она ударит по своим же клиентам.
— Государство, как мы знаем, не всегда считается с издержками бизнеса. Так что я бы предложил подождать, как платформы будут выкручиваться. На их месте я бы постарался отвечать государству отписками и тянуть время, — прогнозирует собеседник «Новой-Европа».
Административка за VPN — пока только разговоры?
Формально работа VPN-сервисов в России пока не запрещена. Однако, как отмечают собеседники Forbes, Шадаев не исключил введение административной ответственности за обход блокировок, но при этом выразил надежду, что удастся обойтись без таких мер.
Утром 31 марта сам министр официально заявил, что Минцифры действительно хочет снизить использование VPN, но штрафы за обход блокировок ведомство вводить не собирается: «В чате обсуждался вопрос введения административной ответственности за использование VPN. Это решение в лоб, которое нам категорически не нравится. Обсуждаемые сегодня меры являются сложным компромиссом. Конечно, мы понимаем все последствия, но все другие варианты сильно хуже», — сказал он.
Как отметил в разговоре с «Новой-Европа» Михаил Климарев, верить словам властей о том, что наказание за использование VPN не введут, не стоит, потому что «к этому идет». Использование VPN уже сейчас считается отягчающим обстоятельством при совершении правонарушений в интернете. Но при этом наказывать миллионы людей будет технически сложно, добавил эксперт.
К каким последствиям приведет борьба с VPN?
Каждая блокировка ухудшает качество интернета и делает жизнь людей хуже, отмечает в разговоре с «Новой-Европа» Михаил Климарев. По его словам, полностью ограничить VPN не получится, но доступ к нему будет стоить дороже:
— Все эти мультихопы и обходы белых списков стоят денег. „
Бесплатные сервисы будут работать в убыток и обанкротятся, так что VPN станет более дорогим, — говорит эксперт.
В целом политика российских властей ведет к отставанию российской экономики, отметил Климарев: Россия сама себя изолирует, в то время как технологии в мире стремительно развиваются:
— Возьмите электрика: он смотрит гайды на YouTube, учится работать с новыми материалами и делает это быстрее и качественнее. Без YouTube он теряет эффективность. Программисты без GitHub, без доступа к международным репозиториям — половина разработки рухнет. Сами себя заблокировали, — подытожил собеседник «Новой-Европа».
Как подчеркнул Леонид Юлдашев, регулирование интернета в России происходит волнами: в какие‑то моменты за несколько дней принимается множество решений разного статуса: рекомендации, законопроекты, просто обсуждения. Специфика в том, что решения часто сырые, а статус происходящего не всегда понятен, отметил эксперт.
При этом среди публичных спикеров встречаются технически неграмотные люди, которые говорят слишком смелые вещи, считает Юлдашев. Либо, по его словам, это делается намеренно, чтобы напугать людей. При этом эксперт отмечает, что паниковать не стоит: часть проблем решается деньгами, часть — правильным выбором VPN.
— Окончательное решение еще не принято, а у нас уже есть идеи, как всё это обходить. Когда ограничения начнутся и мы увидим, как именно они реализованы, мы предложим инструкции по обходу, — подытожил эксперт.

Губернатор региона Павел Малков подписал постановление, которое требует от предприятий выполнения «заданий» по привлечению кандидатов на военную службу по контракту. Документ опубликовали на официальном портале 24 марта, накануне внимание на него обратила Conflict Intelligence Team.
В постановлении говорится, что привлекать контрактников должны все предприятия независимо от их формы собственности. Если на производстве работают от 150 до 300 сотрудников, то на войну нужно привлечь двух человек, если трудоустроены 300-500 сотрудников — трех человек, а если больше 500, то пять человек.
Ответственность за невыполнение этих требований в документе не прописана. Губернатор ссылается на два указа Владимира Путина от октября 2022 года: о введении военного положения в аннексированных украинских регионах и о мерах, осуществляемых в регионах в связи с первым указом.
Практика таких разнарядок может существовать и в других российских регионах, сказал «Агентству» представитель CIT. При этом, по его словам, ранее аналитики не встречали случаев публикации официальных документов об этом.

Российские пользователи Telegram получили уведомление от мессенджера с предложением купить Premium сразу на два года — «пока есть возможность».
«В ближайшее время оформить Telegram Premium может стать технически невозможно в вашем регионе. Сегодня [31 марта] последняя возможность оплатить Telegram Premium», — говорится в сообщении.
Ранее владелец мессенджера Павел Дуров раскритиковал Apple из-за блокировки VPN-приложений в российском App Store. При этом ситуацию с подписками на Premium он не прокомментировал.
Летом 2025 года Роскомнадзор начал ограничивать звонки в Telegram из-за «борьбы с мошенничеством». В конце февраля источник РБК сообщил, что мессенджер планируют полностью заблокировать в России в первых числах апреля.

В Белгородской области ежедневно звучат объявления о ракетной опасности, по региону стреляют из РСЗО, бьют дроны. Количество погибших мирных жителей почти достигло цифры в 500 человек. Сейчас про Белгород мало говорят даже в государственных СМИ, а белгородцы почти не рассчитывают на помощь от государства и привыкают к звукам ракетных ударов, автоматным очередям по дронам и регулярным блэкаутам. Журналистка «Новой газеты Европа» и белгородка Виктория Литвин, которая несколько лет после начала войны провела под регулярными обстрелами, поговорила со своими земляками о том, как они живут в ее родном городе прямо сейчас. Примечание редакции

Имена героев изменены по соображениям безопасности. Полные версии монологов смотрите на нашем ютуб-канале.
Самые страшные места в Белгороде
— Универмаг «Маяк», пожалуй, и Соборная площадь. Это два таких самых ужасных места, где прямо явно настроение сильно падает, когда проходишь мимо. Наверное, в каждом районе можно найти и вспомнить какой-то прилет, где пострадали, погибли люди. Скорее всего, в Белгороде нет мест, где такого не было. Но в то же время в городе всякие развлекаловки проходят, кино показывают. Так что, наверное, для большинства людей это вообще мелочи, и у них всё прекрасно. (Елена, работница банка).
— Есть такая страшная точка на карте города для меня лично — это в районе ДК «Космос». Когда упала бомба 500-килограммовая, ФАБ-500, все знали, насколько это было опасно, потому что она упала прямо рядом с жилым домом. И если бы она разорвалась, снесло бы к чертям весь квартал и рынок Семейный, в который так или иначе ходил каждый белгородец.
И вторая страшная точка — кинотеатр «Победа», это центр Белгорода. Оттуда были самые страшные кадры во время обстрела 30 декабря 2023 года. Это видео, где женщина вопит от страха, где-то орет ребенок, везде взрывы, на земле лежат осколки зеркала. И это видео страшным отпечатком осталось в сознании многих белгородцев надолго. Потому что ты помнишь эти крики, ты помнишь детские вопли: «Спасите, помогите!» Помнишь эти оглушающие взрывы. Мне было очень хорошо это слышно. Я в этот момент ехал встретиться с друзьями, выпить в баре. (Антон, преподаватель)
Звуки войны
— Белгород — это такое пристанище тишины, именно ментальной тишины. Раньше ты приезжал в город и сразу слышал белгородские словечки: типа «тремпель», «чи», «шо», «кавуны», «отгарнуть», «щепень», вот это всё — це родное. Иногда вообще переходили на украинский язык или на суржик. Шикарно, сказка. А сейчас, когда приезжаешь в Белгород, такое ощущение, что ты общаешься с военными аналитиками. Люди по звуку понимают, где вылет, а где прилет. Люди знают разные типы артиллерии, которые работают. Выходят на улицу посмотреть на звездное небо и видят там: «О, разведывательный дрон летит». (Антон)
— Дроны в основном бьют единично. Если они близко летят, слышен гул двигателей. И обычно после этого слышен один взрыв от ПВО или один взрыв от удара. Либо автоматная очередь, когда их сбивают. Если летит РСЗО, то это очень много взрывов подряд, и там обычно намешаны звуки: взрывы от пакета РСЗО, когда он вылетает, когда он куда-то приземляется, — и от ПВО. При этом слышны еще очень явные взрывы от последствий на земле, когда, например, попадает в подстанцию, и это звучит на весь город. (Елена)
— Ты видишь оружие чуть ли не каждый день. И для тебя это естественно. Обсуждаешь с кем-то: «О, я сегодня видел ахматовца, который сбивал дрон, стрелял из автомата Калашникова, прямо рядом со мной… Комфортно…» Такое обычно видишь только в кино. А тут в реальности — при тебе человек палит из автомата, и тебя глушит. Или ты смотришь из окна, видишь то же самое и просто в шоке от этого. Потому что именно стрельба — это, наверное, то, к чему еще не успели привыкнуть. И слава богу. (Антон)
— Просто видишь, как кто-то из подразделения «Барс» или «Орлан» сидит с автоматами ручными, или замечаешь пулеметы, которые на машинах стоят и пытаются сбить беспилотник, который куда-то летит. Как реагируют? Никак. Наверное, все просто уже приняли тот факт, что мы живем в какой-то жопе. (Елена)
— Чем обстреливают — не знаю. Но по ощущениям, когда чересчур уж громко и громкость эта расходится не по небу, а по земле, — то есть сопровождается это всё еще и тряской, условно, дома, в котором находишься, — понимаешь, что это что-то из разряда ракетного удара, потому что уровень детонации очень большой. (Роман, юрист)
— Почти у всех белгородцев есть так называемый канал «РО предупреждения», на который у всех почти установлен один и тот же сигнал оповещения, такой очень резкий, громкий звук сирены, который ты узнаешь из тысячи. (Антон)
— Если очень сильно, громко и мне прямо очково, страшно, я просто хватаю под руку кота и бегу в ванную. (Елена)
— Я пару раз видел, как сбивают беспилотники: ты слышишь это и на небе видишь такое черненькое облачко, оно хорошо отличается, например, от ракетного облака. Если ракетное облако, то оно белого цвета. Если это беспилотник, то, из-за топлива, оно черного цвета. Люди смотрят на небо, снимают с себя наушники (это прямо обязательно, когда объявляют опасность беспилотников, чтобы, если что, услышать и лечь, принять необходимое безопасное положение). Я точно знаю, где у меня в доме рядом ближайшее укрытие, я знаю, где на улицах, например, в центре, где я провожу время, находятся укрытия.
Наверное, самый страшный момент был, когда я сидел с подругой в кафе и начался обстрел. Она не местная, не знала, что делать. Просто бросилась в дрожь и впала в ступор. И я ее тяну за руку, чтобы отвести в подвал. Было странно наблюдать эту разницу: как реагирует человек, который в шоке от того, что происходит, и как я — человек, который уже до автоматизма довел эти инстинкты. (Антон)
— Когда активно использовали РСЗО, все, естественно, попрятались, потому что ты понимаешь, что вообще ни в каком месте не защищен. Сейчас, особенно если дроны, меньше реагируют. Допустим, когда начинается обстрел, автобусы останавливаются, по регламенту водитель обязан всех высадить на остановке и отправить в укрытие. Это всё, конечно, делается, но все на это сейчас так реагируют, типа «блин, как я устал от этого…» (Елена)
— Раньше прятались за стенами, сейчас уже забили, не прячемся. Потому что понятно, что обстрел нацелен на энергоструктуру. Рядом с моим домом никаких энергетических объектов нет, поэтому я особо не переживаю на этот счет. (Роман)
— В один из моих приездов в Шебекино начался артиллерийский обстрел. Насколько я понимаю уже сейчас. Тогда мне казалось — звенит сирена и звенит сирена, мне-то плевать, какая мне разница, я бессмертный. Ну, и в итоге в 35 метрах от меня разрывается какая-то хрень, которая меня оглушает, и я просто падаю на землю от ударной волны. Но никакой травмы, слава богу, не было. Я быстренько сел на автобус. И больше не приезжал туда. (Антон)
Без электричества и связи
— Единственное, что я сделал, это свечек накупил, на случай отсутствия электричества. Буду под ними книжки читать. (Роман)
— У нас начали свет отключать с сентября прошлого года. Люди просто адаптировались, понапокупали себе фонариков, каких-то газовых плит, чтобы иметь возможность приготовить еду, пауэрбанки себе купили… Ну, адаптировались. Самое, наверное, ужасное в этих блэкаутах — то, что нет вообще никакой связи. Ты не можешь написать своим друзьям, родственникам, которые тоже живут в регионе и тоже могли пострадать. Даже эсэмэски не отправляются, звонки не проходят. И это прямо ад, пожалуй. (Елена)
— Зловещая тишина. Особенно ночью. Выходишь на балкон покурить, смотришь, а там просто ничего... Как будто ты попал в какой-то постапокалиптический мир, где ты остался один, наедине с собой, и у тебя гнетущая тишина вокруг. То есть если обычно вечером Белгород, особенно центр, гремит, гуляет, все веселенькие, пьяненькие, особенно на новогодние, то тут всё просто мертвое. (Антон)
Холод
Интервью с белгородцами записывались еще зимой, когда в Белгороде стояли 20-градусные морозы. В это время, даже после блэкаутов, в местных каналах регулярно сообщалось о прорывах труб, скачках электричества и прочих коммунальных проблемах.
— У меня есть еда, которую я могу всегда легко поесть. Я знаю, что у меня тут недалеко открыли пункт обогрева временный, где тоже можно зарядить телефон, где можно погреться. Но я обычно просто ложусь спать, кутаюсь в несколько одеял, сворачиваюсь калачиком вместе с котом. Мы друг друга греем. (Елена)
— Мы обычно заранее закупаем бензин, у нас есть канистра полная и полностью залитый генератор, на всякий случай. Но ночью стараешься не включать лишний раз генератор, потому что если беспилотник пролетает, то лишнее тепло, исходящее от дома, может его привлечь. Генератор очень сильно греется и может выглядеть как что-то похожее на военный объект, и по нему могут и на всякий случай ударить дроном, чего, конечно же, очень не хочется. (Антон)
— С обеспечением многоквартирных домов общими генераторами, которые стоят во дворе, тоже проблем немало, поскольку они в подавляющем большинстве отсутствуют. Я знаю в своем районе только у пары домов подведенные генераторы. Например, у моего дома такого нет. И, на мое большое удивление, никто из администрации сейчас не озадачивается тем, чтобы обучить, показать, рассказать и как-то проинформировать население о том, как в случае, если всё-таки нам придется оставаться продолжительное время без электроэнергии, организовать свой быт с генераторами.
Ну а как тут подготовишься, что мне, генератор покупать? Куда мне его ставить? На какие шиши? Какое-то ощущение неимоверного пиздеца и безнадеги. Ситуация у нас складывается таким образом, что белгородской энергетике осталось недолго. Еще пара-тройка хороших точечных попаданий, и вся эта история у нас схлопнется. Как эту проблему намереваются решать власти, неизвестно. Наверное, будем наблюдать большое количество смертей от переохлаждения среди маломобильных пожилых людей. Приготовление еды затруднится, если не будет подачи газа. Всё, конечно, решаемо, но качество жизни ухудшится. И будем мы жить, как какие-нибудь жители Горловки. (Роман)
Война, о которой молчат
— Когда происходит это перманентное насилие в твою сторону, ты просто становишься настолько забитым, что, дай бог, просто будет ночь тихая, дайте тихую ночь, спокойствия и мирного неба над головой.
Я очень люблю свой город. Я прям адский фанат, и очень больно, когда ты видел все эти этапы развития города, и видишь сейчас, как город не меняется, тускнеет… Единственное, что поменялось, и это ужасно, на самом деле, — укрытие стало символом города. Был одной пекарней выпечен тортик или пирожное в форме укрытия. Это вызвало огромный скандал, такой гул поднялся вокруг этого маленького тортика. И мне кажется, что всё-таки это, наверное, одна из самых важных вещей в городе. Вроде бы бессмысленная вещь. То есть если на тебя упадет ракета, тебя это не спасет физически. Вообще никак. Но при этом люди верят в лучшее, сразу бегут туда и чувствуют себя там безопаснее. Под этими маленькими бетонными стенками они общаются, они прижимаются друг к другу, дети обнимают матерей, бабушки и говорят: «Боже, какой ужас!», спрашивают, что там пишут в телеграм-каналах. И это страшно, но когда ты рядом с другими людьми переживаешь, есть некоторое единение. (Антон)
— Я люблю Белгород очень сильно, мне нравится этот город. Я не хочу покидать Белгород, я его правда безумно люблю. И в любом случае, да, понятно, что за три дня война уже не закончится, но, тем не менее, рано или поздно она закончится. У меня есть возможность переехать, но я не хочу. (Елена)
— Теперь на каждом подъезде висит такая огромная красная табличка, на которой белыми буквами написано: «В случае ракетной опасности дверь открыта». Это, с одной стороны, очень классная вещь. То есть, если поблизости нет никаких укрытий, то ты автоматически забегаешь в подъезд и там чувствуешь себя безопаснее, чем на улице. С другой стороны, это в каком-то смысле стало дизайн-кодом города. Эту красную табличку ты вспоминаешь почти на автомате. (Антон)
— Я могу выйти завтра на улицу и умереть от дрона из-за решения одного человека. Кому-то, допустим, покажется, что это не Путин виноват, а украинцы, что они бьют по Белгороду. Но мне кажется, что это немного нарушение логики и неправильная позиция. Потому что если бы война не началась, по Белгороду бы не стреляли. (Елена)
— Когда-то паника была… сейчас ее вообще нет. Есть тревожность. Тревожность за будущее. Не понимаешь, что будет потом. Есть разочарование. Ну, если вы не можете защитить город, то зачем вы всё это делаете? Зачем вы продолжаете бить по Харькову? Потому что есть же такое поверье народное, что ударили по Харькову, следовательно, по нам прилетит через пять минут и нужно быть готовыми. Тогда зачем вы бьете по Харькову, бьете по мирняку, если по нам же прилетит в ответку? Вы вообще о нас не думаете?
Ну и в целом усталость от такого существования привела к тому, что люди просто стали в каком-то смысле безэмоциональными зомби. Ну, произошло и произошло… Озлобленность всё-таки не только в сторону местных властей идет, она идет и в сторону Украины, и это проблема. Наравне с тостами за мирное небо над головой публикуют тосты за победу, за российских воинов, которые сейчас сражаются в Украине, тосты за то, что Харьков станет снова русским. Одно высказывание Гладкова во время интервью в машине, где он сказал, мол, «ну ничего, сейчас Харьков захватим, тогда и буферная зона будет», чего стоит.
Можно увидеть много постов во «ВКонтакте», где люди пишут: «Ребят, не забывайте про нас, про то, что Белгород — это Россия». Ну, или был очень популярный рилс, когда девушка из Белгорода эмигрировала в Москву, и при общении с работодателем ей задали вопрос: «А зачем вы приехали к нам из Украины?» (Антон)

В Белгородской области ежедневно звучат объявления о ракетной опасности, по региону стреляют из РСЗО, бьют дроны. Количество погибших мирных жителей почти достигло цифры в 500 человек. Сейчас про Белгород мало говорят даже в государственных СМИ, а белгородцы почти не рассчитывают на помощь от государства и привыкают к звукам ракетных ударов, автоматным очередям по дронам и регулярным блэкаутам. Журналистка «Новой газеты Европа» и белгородка Виктория Литвин, которая несколько лет после начала войны провела под регулярными обстрелами, поговорила со своими земляками о том, как они живут в ее родном городе прямо сейчас. Примечание редакции

Имена героев изменены по соображениям безопасности. Полные версии монологов смотрите на нашем ютуб-канале.
Самые страшные места в Белгороде
— Универмаг «Маяк», пожалуй, и Соборная площадь. Это два таких самых ужасных места, где прямо явно настроение сильно падает, когда проходишь мимо. Наверное, в каждом районе можно найти и вспомнить какой-то прилет, где пострадали, погибли люди. Скорее всего, в Белгороде нет мест, где такого не было. Но в то же время в городе всякие развлекаловки проходят, кино показывают. Так что, наверное, для большинства людей это вообще мелочи, и у них всё прекрасно. (Елена, работница банка).
— Есть такая страшная точка на карте города для меня лично — это в районе ДК «Космос». Когда упала бомба 500-килограммовая, ФАБ-500, все знали, насколько это было опасно, потому что она упала прямо рядом с жилым домом. И если бы она разорвалась, снесло бы к чертям весь квартал и рынок Семейный, в который так или иначе ходил каждый белгородец.
И вторая страшная точка — кинотеатр «Победа», это центр Белгорода. Оттуда были самые страшные кадры во время обстрела 30 декабря 2023 года. Это видео, где женщина вопит от страха, где-то орет ребенок, везде взрывы, на земле лежат осколки зеркала. И это видео страшным отпечатком осталось в сознании многих белгородцев надолго. Потому что ты помнишь эти крики, ты помнишь детские вопли: «Спасите, помогите!» Помнишь эти оглушающие взрывы. Мне было очень хорошо это слышно. Я в этот момент ехал встретиться с друзьями, выпить в баре. (Антон, преподаватель)
Звуки войны
— Белгород — это такое пристанище тишины, именно ментальной тишины. Раньше ты приезжал в город и сразу слышал белгородские словечки: типа «тремпель», «чи», «шо», «кавуны», «отгарнуть», «щепень», вот это всё — це родное. Иногда вообще переходили на украинский язык или на суржик. Шикарно, сказка. А сейчас, когда приезжаешь в Белгород, такое ощущение, что ты общаешься с военными аналитиками. Люди по звуку понимают, где вылет, а где прилет. Люди знают разные типы артиллерии, которые работают. Выходят на улицу посмотреть на звездное небо и видят там: «О, разведывательный дрон летит». (Антон)
— Дроны в основном бьют единично. Если они близко летят, слышен гул двигателей. И обычно после этого слышен один взрыв от ПВО или один взрыв от удара. Либо автоматная очередь, когда их сбивают. Если летит РСЗО, то это очень много взрывов подряд, и там обычно намешаны звуки: взрывы от пакета РСЗО, когда он вылетает, когда он куда-то приземляется, — и от ПВО. При этом слышны еще очень явные взрывы от последствий на земле, когда, например, попадает в подстанцию, и это звучит на весь город. (Елена)
— Ты видишь оружие чуть ли не каждый день. И для тебя это естественно. Обсуждаешь с кем-то: «О, я сегодня видел ахматовца, который сбивал дрон, стрелял из автомата Калашникова, прямо рядом со мной… Комфортно…» Такое обычно видишь только в кино. А тут в реальности — при тебе человек палит из автомата, и тебя глушит. Или ты смотришь из окна, видишь то же самое и просто в шоке от этого. Потому что именно стрельба — это, наверное, то, к чему еще не успели привыкнуть. И слава богу. (Антон)
— Просто видишь, как кто-то из подразделения «Барс» или «Орлан» сидит с автоматами ручными, или замечаешь пулеметы, которые на машинах стоят и пытаются сбить беспилотник, который куда-то летит. Как реагируют? Никак. Наверное, все просто уже приняли тот факт, что мы живем в какой-то жопе. (Елена)
— Чем обстреливают — не знаю. Но по ощущениям, когда чересчур уж громко и громкость эта расходится не по небу, а по земле, — то есть сопровождается это всё еще и тряской, условно, дома, в котором находишься, — понимаешь, что это что-то из разряда ракетного удара, потому что уровень детонации очень большой. (Роман, юрист)
— Почти у всех белгородцев есть так называемый канал «РО предупреждения», на который у всех почти установлен один и тот же сигнал оповещения, такой очень резкий, громкий звук сирены, который ты узнаешь из тысячи. (Антон)
— Если очень сильно, громко и мне прямо очково, страшно, я просто хватаю под руку кота и бегу в ванную. (Елена)
— Я пару раз видел, как сбивают беспилотники: ты слышишь это и на небе видишь такое черненькое облачко, оно хорошо отличается, например, от ракетного облака. Если ракетное облако, то оно белого цвета. Если это беспилотник, то, из-за топлива, оно черного цвета. Люди смотрят на небо, снимают с себя наушники (это прямо обязательно, когда объявляют опасность беспилотников, чтобы, если что, услышать и лечь, принять необходимое безопасное положение). Я точно знаю, где у меня в доме рядом ближайшее укрытие, я знаю, где на улицах, например, в центре, где я провожу время, находятся укрытия.
Наверное, самый страшный момент был, когда я сидел с подругой в кафе и начался обстрел. Она не местная, не знала, что делать. Просто бросилась в дрожь и впала в ступор. И я ее тяну за руку, чтобы отвести в подвал. Было странно наблюдать эту разницу: как реагирует человек, который в шоке от того, что происходит, и как я — человек, который уже до автоматизма довел эти инстинкты. (Антон)
— Когда активно использовали РСЗО, все, естественно, попрятались, потому что ты понимаешь, что вообще ни в каком месте не защищен. Сейчас, особенно если дроны, меньше реагируют. Допустим, когда начинается обстрел, автобусы останавливаются, по регламенту водитель обязан всех высадить на остановке и отправить в укрытие. Это всё, конечно, делается, но все на это сейчас так реагируют, типа «блин, как я устал от этого…» (Елена)
— Раньше прятались за стенами, сейчас уже забили, не прячемся. Потому что понятно, что обстрел нацелен на энергоструктуру. Рядом с моим домом никаких энергетических объектов нет, поэтому я особо не переживаю на этот счет. (Роман)
— В один из моих приездов в Шебекино начался артиллерийский обстрел. Насколько я понимаю уже сейчас. Тогда мне казалось — звенит сирена и звенит сирена, мне-то плевать, какая мне разница, я бессмертный. Ну, и в итоге в 35 метрах от меня разрывается какая-то хрень, которая меня оглушает, и я просто падаю на землю от ударной волны. Но никакой травмы, слава богу, не было. Я быстренько сел на автобус. И больше не приезжал туда. (Антон)
Без электричества и связи
— Единственное, что я сделал, это свечек накупил, на случай отсутствия электричества. Буду под ними книжки читать. (Роман)
— У нас начали свет отключать с сентября прошлого года. Люди просто адаптировались, понапокупали себе фонариков, каких-то газовых плит, чтобы иметь возможность приготовить еду, пауэрбанки себе купили… Ну, адаптировались. Самое, наверное, ужасное в этих блэкаутах — то, что нет вообще никакой связи. Ты не можешь написать своим друзьям, родственникам, которые тоже живут в регионе и тоже могли пострадать. Даже эсэмэски не отправляются, звонки не проходят. И это прямо ад, пожалуй. (Елена)
— Зловещая тишина. Особенно ночью. Выходишь на балкон покурить, смотришь, а там просто ничего... Как будто ты попал в какой-то постапокалиптический мир, где ты остался один, наедине с собой, и у тебя гнетущая тишина вокруг. То есть если обычно вечером Белгород, особенно центр, гремит, гуляет, все веселенькие, пьяненькие, особенно на новогодние, то тут всё просто мертвое. (Антон)
Холод
Интервью с белгородцами записывались еще зимой, когда в Белгороде стояли 20-градусные морозы. В это время, даже после блэкаутов, в местных каналах регулярно сообщалось о прорывах труб, скачках электричества и прочих коммунальных проблемах.
— У меня есть еда, которую я могу всегда легко поесть. Я знаю, что у меня тут недалеко открыли пункт обогрева временный, где тоже можно зарядить телефон, где можно погреться. Но я обычно просто ложусь спать, кутаюсь в несколько одеял, сворачиваюсь калачиком вместе с котом. Мы друг друга греем. (Елена)
— Мы обычно заранее закупаем бензин, у нас есть канистра полная и полностью залитый генератор, на всякий случай. Но ночью стараешься не включать лишний раз генератор, потому что если беспилотник пролетает, то лишнее тепло, исходящее от дома, может его привлечь. Генератор очень сильно греется и может выглядеть как что-то похожее на военный объект, и по нему могут и на всякий случай ударить дроном, чего, конечно же, очень не хочется. (Антон)
— С обеспечением многоквартирных домов общими генераторами, которые стоят во дворе, тоже проблем немало, поскольку они в подавляющем большинстве отсутствуют. Я знаю в своем районе только у пары домов подведенные генераторы. Например, у моего дома такого нет. И, на мое большое удивление, никто из администрации сейчас не озадачивается тем, чтобы обучить, показать, рассказать и как-то проинформировать население о том, как в случае, если всё-таки нам придется оставаться продолжительное время без электроэнергии, организовать свой быт с генераторами.
Ну а как тут подготовишься, что мне, генератор покупать? Куда мне его ставить? На какие шиши? Какое-то ощущение неимоверного пиздеца и безнадеги. Ситуация у нас складывается таким образом, что белгородской энергетике осталось недолго. Еще пара-тройка хороших точечных попаданий, и вся эта история у нас схлопнется. Как эту проблему намереваются решать власти, неизвестно. Наверное, будем наблюдать большое количество смертей от переохлаждения среди маломобильных пожилых людей. Приготовление еды затруднится, если не будет подачи газа. Всё, конечно, решаемо, но качество жизни ухудшится. И будем мы жить, как какие-нибудь жители Горловки. (Роман)
Война, о которой молчат
— Когда происходит это перманентное насилие в твою сторону, ты просто становишься настолько забитым, что, дай бог, просто будет ночь тихая, дайте тихую ночь, спокойствия и мирного неба над головой.
Я очень люблю свой город. Я прям адский фанат, и очень больно, когда ты видел все эти этапы развития города, и видишь сейчас, как город не меняется, тускнеет… Единственное, что поменялось, и это ужасно, на самом деле, — укрытие стало символом города. Был одной пекарней выпечен тортик или пирожное в форме укрытия. Это вызвало огромный скандал, такой гул поднялся вокруг этого маленького тортика. И мне кажется, что всё-таки это, наверное, одна из самых важных вещей в городе. Вроде бы бессмысленная вещь. То есть если на тебя упадет ракета, тебя это не спасет физически. Вообще никак. Но при этом люди верят в лучшее, сразу бегут туда и чувствуют себя там безопаснее. Под этими маленькими бетонными стенками они общаются, они прижимаются друг к другу, дети обнимают матерей, бабушки и говорят: «Боже, какой ужас!», спрашивают, что там пишут в телеграм-каналах. И это страшно, но когда ты рядом с другими людьми переживаешь, есть некоторое единение. (Антон)
— Я люблю Белгород очень сильно, мне нравится этот город. Я не хочу покидать Белгород, я его правда безумно люблю. И в любом случае, да, понятно, что за три дня война уже не закончится, но, тем не менее, рано или поздно она закончится. У меня есть возможность переехать, но я не хочу. (Елена)
— Теперь на каждом подъезде висит такая огромная красная табличка, на которой белыми буквами написано: «В случае ракетной опасности дверь открыта». Это, с одной стороны, очень классная вещь. То есть, если поблизости нет никаких укрытий, то ты автоматически забегаешь в подъезд и там чувствуешь себя безопаснее, чем на улице. С другой стороны, это в каком-то смысле стало дизайн-кодом города. Эту красную табличку ты вспоминаешь почти на автомате. (Антон)
— Я могу выйти завтра на улицу и умереть от дрона из-за решения одного человека. Кому-то, допустим, покажется, что это не Путин виноват, а украинцы, что они бьют по Белгороду. Но мне кажется, что это немного нарушение логики и неправильная позиция. Потому что если бы война не началась, по Белгороду бы не стреляли. (Елена)
— Когда-то паника была… сейчас ее вообще нет. Есть тревожность. Тревожность за будущее. Не понимаешь, что будет потом. Есть разочарование. Ну, если вы не можете защитить город, то зачем вы всё это делаете? Зачем вы продолжаете бить по Харькову? Потому что есть же такое поверье народное, что ударили по Харькову, следовательно, по нам прилетит через пять минут и нужно быть готовыми. Тогда зачем вы бьете по Харькову, бьете по мирняку, если по нам же прилетит в ответку? Вы вообще о нас не думаете?
Ну и в целом усталость от такого существования привела к тому, что люди просто стали в каком-то смысле безэмоциональными зомби. Ну, произошло и произошло… Озлобленность всё-таки не только в сторону местных властей идет, она идет и в сторону Украины, и это проблема. Наравне с тостами за мирное небо над головой публикуют тосты за победу, за российских воинов, которые сейчас сражаются в Украине, тосты за то, что Харьков станет снова русским. Одно высказывание Гладкова во время интервью в машине, где он сказал, мол, «ну ничего, сейчас Харьков захватим, тогда и буферная зона будет», чего стоит.
Можно увидеть много постов во «ВКонтакте», где люди пишут: «Ребят, не забывайте про нас, про то, что Белгород — это Россия». Ну, или был очень популярный рилс, когда девушка из Белгорода эмигрировала в Москву, и при общении с работодателем ей задали вопрос: «А зачем вы приехали к нам из Украины?» (Антон)

В 2023 году в СИЗО-2 в Таганроге погиб гражданин Польши Кшиштоф Галос. Долгое время российские власти не сообщали о его смерти, однако недавно МИД РФ подтвердил эту информацию. Об этом пишет Gazeta Wyborcza.
По данным издания, житель Кракова Кшиштоф Галос в апреле 2023 года поехал в Украину, так как хотел «посмотреть, что там происходит». Вначале он оказался в районах Одессы и Херсона на контролируемых Украиной территориях.
Позднее поляк заявил солдатам ВСУ, что хочет попасть в оккупированный Энергодар, потому что его там якобы ждала девушка. Военные не разрешили ему продолжить путь, однако он смог сам пробраться в Энергодар. Через некоторое время его задержали российские силовики.
По данным Slidstvo.info, Галоса отвезли в СИЗО-2 в Таганроге. По словам находившихся там заключенных украинских военных, против поляка применяли пытки. Эту информацию также подтвердила правозащитная организация «Мемориал».
Один из украинских военных рассказал изданию «Вот так», что однажды Галоса жестоко избили палками и ногами после того, как он посмотрел в окно камеры и увидел во внутреннем дворе СИЗО силовиков без балаклав. Предположительно, это и стало причиной смерти.
В МИД РФ в свою очередь заявили, что гражданин Польши Кшиштоф Галос умер по естественным причинам — из-за «кардиомиопатии неустановленной этиологии, которая привела к развитию отека мозга, отека легких и острой сердечно-сосудистой недостаточности». Поляка похоронили в Таганроге в июле 2023 года.
В этом же СИЗО находилась погибшая 27-летняя украинская журналистка Виктория Рощина. Она попала в плен в августе 2023 года, когда отправилась делать репортажи на оккупированные территории. Сотрудники ФСИН также применяли против нее пытки.

28 марта глава Минцифры Максут Шадаев на встрече с представителями операторов «большой четверки» призвал их ввести плату за использование VPN-сервисов. Об этом пишет Forbes со ссылкой на источники. Информацию подтверждают собеседники РБК.
По данным издания, Шадаев предложил ввести плату за использование более 15 Гб международного трафика в месяц на мобильных сетях. Один из источников Forbes утверждает, что нововведения могут заработать до 1 мая.
Кроме того, глава Минцифры призвал цифровые платформы VK, Ozon, «Авито», Wildberries, «Яндекс» и другие не пускать на свои сайты клиентов, заходящих через VPN. По словам собеседника Forbes, Шадаев также не исключил возможности введения административной ответственности за использование средств обхода блокировок. Он «выразил надежду, что удастся обойти без этого».
Источники издания предполагают, что инициатива Минцифры исходит из закрытого поручения Владимира Путина.
Ранее РБК сообщило, что Шадаев дал поручение мобильным операторам запретить россиянам пополнять баланс Apple ID со счета мобильного телефона. В качестве причины операторам указали в том числе на необходимость препятствовать оплате VPN-сервисов.

В Новосибирске активиста Сергея Крупенько оштрафовали на 250 тысяч рублей за «публичное мероприятие в формате видеообращения». Поводом стала трансляция, записанная 1 марта у сквера, который мэрия перекрыла под предлогом «обследования деревьев» в день запланированного митинга против блокировок Telegram. Спустя четыре недели, когда Крупенько направлялся на другую акцию — против массового забоя скота в Сибири, — полиция задержала его и составила протокол за то самое видео несостоявшегося протеста. В суде защита настаивала: никакого митинга не было, а люди расходились по призыву самого активиста. Но судья посчитал иначе.

Материал впервые опубликован на сайте проекта «Ветер».
Центральный районный суд Новосибирска 30 марта оштрафовал Сергея Крупенько, активиста незарегистрированной Российской коммунистической партии (интернационалистов), на 250 тысяч рублей. Официальная формулировка — за «повторное нарушение правил проведения публичного мероприятия» (ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ). Как рассказала «Ветру» Ольга Нечаева, представлявшая интересы Крупенько в суде, защита намерена обжаловать это решение.
Крупенько планировал провести митинг 1 марта в одном из «Гайд-парков» Новосибирска — специально отведенном месте, где для акций до 100 человек не требуется согласования: достаточно заявки на сайте мэрии.
Тема митинга — против блокировки Telegram и принудительной установки мессенджера MAX. Заявку подали 17 февраля. В ответе мэрия указала, что «цель мероприятия нарушает принцип законности» (документы опубликованы в телеграм-канале партии). Такая формулировка, как говорит Нечаева, используется для отказа практически по любому поводу.
«Любая цель, которая говорит о несогласии людей с какими-то действиями властей, воспринимается как нарушающая принцип законности. Мэрия также сообщила, что “основания для согласования отсутствуют”. Но Сергей исходил из того, что согласование в этом случае и не требуется по закону. Поэтому письмо он расценил как незаконное», — рассказала Ольга Нечаева «Ветру».
Прокуратура перед акцией вручила Крупенько предостережение о недопустимости нарушения закона. Но это не помешало некоторым активистам прийти на протест.
Вместо митинга за свободный интернет — «обследование деревьев»
1 марта, когда Крупенько и другие участники прибыли к скверу у театра «Глобус», место оказалось огорожено красно-белой сигнальной лентой. На ней висело объявление о «проведении работ по обследованию деревьев», а рядом дежурили полицейские и сотрудники Центра «Э», рассказывает «Ветру» Нечаева. При этом стоял сильный холод, а у коммунальных служб был выходной день.
«Ни одному нормальному человеку не придет в голову в 25-градусный мороз в воскресенье по собственной воле идти и какие-то деревья обрезать, — комментирует защитница. — Это просто был предлог, чтобы огородить место и не пустить людей».
В итоге Крупенько обошел огороженную территорию, убедился, что пройти невозможно, и запустил стрим с объяснением ситуации для зрителей ютуб-канала партии. Он сообщил, что митинг не состоится, призвал собравшихся расходиться, а также высказался о действиях мэрии. Полиция снимала происходящее на видео. В тот же день силовики всё же задержали 15 человек. Один из них, городской активист и экс-кандидат в депутаты Горсовета Новосибирска Роман Малоземов, рассказал «Ветру»: «Я подошел к ленте и увидел, что “Горзеленхоз” за территорией сигнальной ленты проводит не обследование деревьев, а обрезку. Причем делали они это очень демонстративно, изображая бурную деятельность. Как только я направлял камеру, сразу начинали пилить», — рассказывает Малоземов. По его словам, вместо конструктивного диалога полиция кричала в мегафон, что действия участников «противоправны».
Затем всех в автозаке доставили в центральный отдел полиции и провели в актовый зал в подвале. Малоземов отметил, что адвокаты и юристы смогли попасть в отделение не сразу. Некоторых участников, по его словам, принуждали к дактилоскопии, фотографированию и снятию следов обуви, но после приезда защитников полиция перестала на этом настаивать. Малоземова продержали в отделе более трех часов — но, как и всех в тот день, отпустили без протокола.
Не дать попасть на митинг против забоя скота
22 марта Крупенько подал заявку на новый митинг под названием «Нет — карательной ветеринарии!» — теперь уже против изъятия и забоя скота в Новосибирской области («Новая-Европа» подробно писала о массовом забое животных в Сибири). Акция планировалась на 29 марта в другом Гайд-парке Новосибирска. Мэрия дала идентичный ответ о «нарушении принципа законности», сославшись на распространение «фейков» о действиях ветеринарных властей.
29 марта, когда Крупенько ехал на автобусе к месту митинга, на одной из остановок его задержали. В отделе полиции в его отношении составили протокол по ч. 8 ст. 20.2 КоАП — за события 1 марта. „
«На составление протокола ушло четыре недели. Я считаю, что не просто так: это было сделано с той целью, чтобы не дать ему попасть на митинг, который он планировал провести. Это совершенно очевидно»,
— отметила в разговоре с «Ветром» защитница Ольга Нечаева.
В отделе полиции Крупенько провел сутки. На следующий день состоялся суд.
Публичная акция «в формате видеообращения»
Согласно протоколу (есть в распоряжении «Ветра»), 1 марта Крупенько провел «несогласованное публичное мероприятие» «в формате видеообращения» на перекрестке у сквера театра «Глобус».
Как считает полиция, в «мероприятии» участвовало около 30 человек. На стриме активист «выражал несогласие с действиями мэрии и полиции», а также «затрагивал темы интернет-цензуры, блокировки Telegram и принуждения к установке мессенджера Max», говорится в протоколе.
Защита в суде настаивала, что 1 марта никакого митинга не было, а чиновники заблокировали сквер под надуманным предлогом. Крупенько не призывал людей собраться и не выдвигал требований к властям, а лишь рассказывал о срыве акции зрителям ютуб-канала, подчеркивает защитница:
«Он провел несколько минут обращения, — говорит Ольга Нечаева. — Это не митинг. Он сказал людям: “Расходитесь, иначе это расценят как митинг”. Прямым текстом».
Активист Малоземов, который был на заседании 30 марта, рассказал «Ветру»: полиция уверена, что Крупенько координировал людей через стрим. Хотя, подчеркивает Малоземов, его задержали уже через минуту, и он физически не мог провести никакую акцию. Если полиция считала свои требования законными, ей следовало дать людям время их выполнить, добавил активист.
Защита Крупенько просила вызвать свидетелей, в том числе тех, что уже находился в здании суда. Однако судья отказал, заявив, что «дополнительное частное мнение частных лиц» ему не требуется, а обстоятельства дела, по его мнению, и так понятны из видеозаписей.
Более жесткую квалификацию (повторное нарушение, ч. 8) применили из-за вступившего 25 февраля в силу предыдущего наказания — по ч. 2 той же статьи. Оно касалось возложения цветов 7 ноября 2025-го в сквере Памяти Героев Революции: его суд также расценил счел несогласованным публичным мероприятием.
Крупенько грозил арест до 30 суток. «Он человек уже немолодой. И мы предоставили медицинские данные о наличии у него заболеваний, которые препятствуют отбыванию административного ареста», — сказала Ольга Нечаева. В итоге суд назначил штраф.
«Цель — создать видимость полного согласия в обществе»
По словам Нечаевой, все действия властей направлены на то, чтобы не допустить митингов по острым общественным темам. Таким образом Крупенько хотят заставить замолчать, продолжает собеседница «Ветра»:
«Нашли, к чему прицепиться. Потому что очень хотели заткнуть рот человеку. Властям не нравится, что есть человек или инициативная группа, которые по серьезным поводам выходят на улицу. И блокировки Telegram, и забой скота — это горячие, важные темы, которые многих волнуют. Властям не хочется, чтобы об этом говорили на митингах и чтобы СМИ писали об этом, — им хочется, чтобы создавалось впечатление, что все люди согласны со всеми действиями властей. „
Цель — создать видимость благополучия, видимость полного согласия в обществе»,
— комментирует Ольга Нечаева.
Защита намерена обжаловать постановление суда и рассчитывает хотя бы снизить сумму штрафа. Тем временем митинг против забоя скота 29 марта всё же прошел: несколько десятков человек вышли к месту и потребовали расследовать факты уничтожения животных.
Автор: Наталья Грачёва

29 марта на акциях против блокировок интернета в России задержали не менее 19 человек, большинство из них — в Москве. Одних отпустили спустя несколько часов, других оставили на ночь в отделах, составив на них административные протоколы. Задержанные жаловались на грубость, избиения и угрозы изнасилования со стороны силовиков.
Главное о прошедших акциях — в материале «Новой-Европа».

Четырех задержанных в Москве активистов арестовали на сроки до 15 суток
Владислава Азарочкина, Александра Шелестова и Сюзанну С. признали виновным в мелком хулиганстве и неповиновении полиции, сообщают «Осторожно, новости». Азарочкин заявил, что его арестовали после того, как он потушил сигарету и намусорил. Александр Шелестов сказал, что к нему на Болотной площади подсел силовик, чтобы поговорить, а потом сказал уходить с площади «постоять у столба». Шелестов прошёл к автозакам, и там его задержали. Сюзанна С. сообщила, что к ней на Болотной площади подошёл сотрудник полиции в штатском, они говорили о погоде. Девушке вменили отказ показывать паспорт. Екатерине Вагнер вменили неповиновение полиции, так как она якобы «оказала физическое сопротивление» и пыталась вырваться. Девушка заявила «Медиазоне», что в полиции ей пообещали оформить протокол по статье о несогласованном митинге после истечения первого срока. Ее тоже арестовали на 15 суток.
Российские власти старались всячески помешать проведению акций против интернет-блокировок и в большинстве городов отказались их согласовывать. В некоторых регионах митинги поначалу разрешили, но в другие даты или на окраинах, но потом всё равно запретили. В качестве причин региональные чиновники называли внимание «деструктивных лиц», опасность атаки дронов, противокоронавирусные ограничения (которые работают только в тех случаях, когда властям надо отменить митинг) и проведение мастер-класса по катанию на роликах.
О возможности таких акций заговорили в середине марта, после очередного замедления работы Telegram и на пике отключений мобильного интернета по всей стране. Тогда Дмитрий Кисиев, бывший глава штаба Бориса Надеждина, анонсировал митинги как минимум в 28 городах России. Кроме того, акции продвигало движение «Алый лебедь», предположительно созданное молодыми людьми 14–20 лет, которых подозревают в связях с провластными структурами.
Несмотря на то, что российские власти отвергли все заявки на проведение митингов, в итоге несколько несогласованных акций состоялось: в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Калуге, Воронеже и других городах. Полиция заранее выставила оцепление и на Болотной площади в Москве, и на площади Ленина в Петербурге, и у площади 1905 года в Екатеринбурге. В Мурманске ограничили работу интернета, а в центре города стояли полицейские автозаки и патрули «Русской общины». Также полицейские перекрыли проход на Большой Каменный мост в сторону Кремля и требовали участников акции разойтись. Позднее в столице задержали более 10 человек.
Задержания и угрозы
29 марта на акциях задержали 19 человек: 14 — в Москве, двоих — в Петербурге, двоих — в Калуге, одного — в Воронеже, следует из последних данных «ОВД-Инфо». Среди задержанных — четверо несовершеннолетних.
Первым задержанным в Москве стал 72-летний правозащитник и советский диссидент Александр Подрабинек. Он снимал на Болотной площади собравшихся там людей. Спустя три часа его отпустили. К вечеру силовики начали вытеснять людей с площади.
Затем полицейские задержали восьмерых человек, среди них были журналистка Екатерина Вагнер и ее племянник Артур Вагнер, а также мужчина с плакатом «Нет войне». Их всех, включая двоих несовершеннолетних, доставили в ОВД «Мещанский». „
Задержанный с инвалидностью Артур Вагнер рассказал правозащитникам, что его в ОВД избили полицейские. Они также вынудили его дать показания против своей тети и сказать, что она вынудила его прийти на акцию.
Екатерину Вагнер оставили в отделе на ночь. Когда активисты попытались принести задержанным необходимые предметы, например, зубные щетки и другие средства гигиены, силовики грубили и отказались их передавать. Также на ночь оставили еще одного задержанного мужчину. Четверых человек отпустили без протоколов, а двух несовершеннолетних забрали родители.
Затем на Болотной площади задержали еще троих — Александра Кузьмина, Потемки Симагина и несовершеннолетнего молодого человека. Их доставили в ОВД «Алексеевский». На Александра Кузьмина составили протокол о нарушении порядка проведения акции (ч. 5 ст. 20.2 КоАП) и отпустили домой. Симагина оставили на ночь в отделе и обещали составить протокол по «митинговой» статье, однако в итоге оформили их (Симагин просят к себе обращаться, используя местоимение «они» – Прим.ред.) по статье о мелком хулиганстве. На следующий день суд вернул протокол. Несовершеннолетнего отпустили домой, когда за ним пришел отец.
Задержанный позднее участник акции на Болотной Владислав Азарочкин сообщил правозащитникам, что его в ОВД «Якиманка» избили несколько силовиков. Один из нападавших был в штатском. По словам Азарочника, ему угрожали пытками и изнасилованием. По последним данным «ОВД-Инфо», его оставили в отделе на ночь. Также полицейские заявили, что составят на него протоколы о неповиновении полиции (ст. 19.3 КоАП) и мелком хулиганстве (ст. 20.1 КоАП). К нему также не пускали адвоката: когда он собирался указать в протоколе, что ему нужен защитник, то его выгнали из кабинета. Позднее адвокату всё-таки разрешили войти в ОВД. Там же он обнаружил еще одну задержанную на Болотной площади.
В Санкт-Петербурге на протест на площадь Ленина у Финляндского вокзала вышли несколько человек. Двоих мужчин задержали. Одному из них угрожали административным протоколом и военкоматом, а потом отпустили.
В Калуге были задержаны политик Константин Ларионов и волонтерка «Штаба кандидатов». Поводом стало то, что они расклеивали листовки против блокировок. Ларионова попросили написать объяснительную, он отказался. Обоих задержанных отпустили без протоколов.
«Мы закона никакого не нарушили и не собираемся его нарушать. Всё, чего мы хотим, — сделать нашу страну лучше, чтобы люди жили лучше. Будет ли протокол — посмотрим», — сообщил Ларионов.
В Воронеже либертарианец Никита Несмеянов вышел в одиночный пикет против цензуры в интернете. Его задержали, а потом отпустили без протокола.
Протест после перерыва
Митинги против блокировок в России стали крупнейшими по числу задержанных с лета 2023 года, подсчитало «Агентство». При этом, несмотря на то, что сами акции были немногочисленными, силовики грубо обращались с задержанными и угрожали им.
Политолог Федор Крашенинников считает, что в марте новости о предстоящих митингах «широко раздувались»:
— Это всё было возведено в какую-то серьезную проблему. В ответ на такие угрозы власть всегда принимает одно и то же решение: задавить. Поэтому ничего удивительного тут нет.
По его словам, никто и не ожидал, что власть «вдруг будет мягкой» или «погладит по головке» за то, что люди планируют митинги против решений властей. Также жесткие задержания были произведены, «чтобы все, кто еще не понял, поняли, что протестовать нельзя ни против чего». „
— [Российские власти руководствуются такой логикой:] Если вы хотите против чего-нибудь протестовать и вам кажется, что вы такие молодые, это всё весело и смешно, — вот и получите по полной программе.
С точки зрения угрозы и привлечения молодого поколения к страху перед властью всё логично.
Он также предполагает, что сама организация и реклама акций могла быть провокацией, чтобы понять, кто из молодежи выйдет на митинг.
«Идет закручивание гаек, идут репрессии. Всех, кто против власти выступает, их пакуют. Возможно, кого-то из тех, кого поймали и зафиксировали как причастных к этой кампании, ждут приключения. Чтобы напугать следующие поколения, чтобы никто не смел никогда протестовать, ничего замышлять», — подчеркнул Крашенинников.

29 марта на акциях против блокировок интернета в России задержали не менее 19 человек, большинство из них — в Москве. Одних отпустили спустя несколько часов, других оставили на ночь в отделах, составив на них административные протоколы. Задержанные жаловались на грубость, избиения и угрозы изнасилования со стороны силовиков. Главное о прошедших акциях — в материале «Новой-Европа».
Российские власти старались всячески помешать проведению акций против интернет-блокировок и в большинстве городов отказались их согласовывать. В некоторых регионах митинги поначалу разрешили, но в другие даты или на окраинах, но потом всё равно запретили. В качестве причин региональные чиновники называли внимание «деструктивных лиц», опасность атаки дронов, противокоронавирусные ограничения (которые работают только в тех случаях, когда властям надо отменить митинг) и проведение мастер-класса по катанию на роликах.
О возможности таких акций заговорили в середине марта, после очередного замедления работы Telegram и на пике отключений мобильного интернета по всей стране. Тогда Дмитрий Кисиев, бывший глава штаба Бориса Надеждина, анонсировал митинги как минимум в 28 городах России. Кроме того, акции продвигало движение «Алый лебедь», предположительно созданное молодыми людьми 14–20 лет, которых подозревают в связях с провластными структурами.
Несмотря на то, что российские власти отвергли все заявки на проведение митингов, в итоге несколько несогласованных акций состоялось: в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Калуге, Воронеже и других городах. Полиция заранее выставила оцепление и на Болотной площади в Москве, и на площади Ленина в Петербурге, и у площади 1905 года в Екатеринбурге. В Мурманске ограничили работу интернета, а в центре города стояли полицейские автозаки и патрули «Русской общины». Также полицейские перекрыли проход на Большой Каменный мост в сторону Кремля и требовали участников акции разойтись. Позднее в столице задержали более 10 человек.
Задержания и угрозы
29 марта на акциях задержали 19 человек: 14 — в Москве, двоих — в Петербурге, двоих — в Калуге, одного — в Воронеже, следует из последних данных «ОВД-Инфо». Среди задержанных — четверо несовершеннолетних.
Первым задержанным в Москве стал 72-летний правозащитник и советский диссидент Александр Подрабинек. Он снимал на Болотной площади собравшихся там людей. Спустя три часа его отпустили. К вечеру силовики начали вытеснять людей с площади.
Затем полицейские задержали восьмерых человек, среди них были журналистка Екатерина Вагнер и ее племянник Артур Вагнер, а также мужчина с плакатом «Нет войне». Их всех, включая двоих несовершеннолетних, доставили в ОВД «Мещанский». „
Задержанный с инвалидностью Артур Вагнер рассказал правозащитникам, что его в ОВД избили полицейские. Они также вынудили его дать показания против своей тети и сказать, что она вынудила его прийти на акцию.
Екатерину Вагнер оставили в отделе на ночь. Когда активисты попытались принести задержанным необходимые предметы, например, зубные щетки и другие средства гигиены, силовики грубили и отказались их передавать. Также на ночь оставили еще одного задержанного мужчину. Четверых человек отпустили без протоколов, а двух несовершеннолетних забрали родители.
Затем на Болотной площади задержали еще троих — Александра Кузьмина, Потемки Симагина и несовершеннолетнего молодого человека. Их доставили в ОВД «Алексеевский». На Александра Кузьмина составили протокол о нарушении порядка проведения акции (ч. 5 ст. 20.2 КоАП) и отпустили домой. Симагина оставили на ночь в отделе и обещали составить протокол по «митинговой» статье, однако в итоге оформили их (Симагин просят к себе обращаться, используя местоимение «они» – Прим.ред.) по статье о мелком хулиганстве. На следующий день суд вернул протокол. Несовершеннолетнего отпустили домой, когда за ним пришел отец.
Задержанный позднее участник акции на Болотной Владислав Азарочкин сообщил правозащитникам, что его в ОВД «Якиманка» избили несколько силовиков. Один из нападавших был в штатском. По словам Азарочника, ему угрожали пытками и изнасилованием. По последним данным «ОВД-Инфо», его оставили в отделе на ночь. Также полицейские заявили, что составят на него протоколы о неповиновении полиции (ст. 19.3 КоАП) и мелком хулиганстве (ст. 20.1 КоАП). К нему также не пускали адвоката: когда он собирался указать в протоколе, что ему нужен защитник, то его выгнали из кабинета. Позднее адвокату всё-таки разрешили войти в ОВД. Там же он обнаружил еще одну задержанную на Болотной площади.
В Санкт-Петербурге на протест на площадь Ленина у Финляндского вокзала вышли несколько человек. Двоих мужчин задержали. Одному из них угрожали административным протоколом и военкоматом, а потом отпустили.
В Калуге были задержаны политик Константин Ларионов и волонтерка «Штаба кандидатов». Поводом стало то, что они расклеивали листовки против блокировок. Ларионова попросили написать объяснительную, он отказался. Обоих задержанных отпустили без протоколов.
«Мы закона никакого не нарушили и не собираемся его нарушать. Всё, чего мы хотим, — сделать нашу страну лучше, чтобы люди жили лучше. Будет ли протокол — посмотрим», — сообщил Ларионов.
В Воронеже либертарианец Никита Несмеянов вышел в одиночный пикет против цензуры в интернете. Его задержали, а потом отпустили без протокола.
Протест после перерыва
Митинги против блокировок в России стали крупнейшими по числу задержанных с лета 2023 года, подсчитало «Агентство». При этом, несмотря на то, что сами акции были немногочисленными, силовики грубо обращались с задержанными и угрожали им.
Политолог Федор Крашенинников считает, что в марте новости о предстоящих митингах «широко раздувались»:
— Это всё было возведено в какую-то серьезную проблему. В ответ на такие угрозы власть всегда принимает одно и то же решение: задавить. Поэтому ничего удивительного тут нет.
По его словам, никто и не ожидал, что власть «вдруг будет мягкой» или «погладит по головке» за то, что люди планируют митинги против решений властей. Также жесткие задержания были произведены, «чтобы все, кто еще не понял, поняли, что протестовать нельзя ни против чего». „
— [Российские власти руководствуются такой логикой:] Если вы хотите против чего-нибудь протестовать и вам кажется, что вы такие молодые, это всё весело и смешно, — вот и получите по полной программе.
С точки зрения угрозы и привлечения молодого поколения к страху перед властью всё логично.
Он также предполагает, что сама организация и реклама акций могла быть провокацией, чтобы понять, кто из молодежи выйдет на митинг.
«Идет закручивание гаек, идут репрессии. Всех, кто против власти выступает, их пакуют. Возможно, кого-то из тех, кого поймали и зафиксировали как причастных к этой кампании, ждут приключения. Чтобы напугать следующие поколения, чтобы никто не смел никогда протестовать, ничего замышлять», — подчеркнул Крашенинников.

Власти РФ готовятся запустить систему постановки на учет всех средств индивидуальной мобильности (СИМ), включая частные и кикшеринговые электросамокаты. Об этом пишет «Коммерсант».
Как отмечает издание, Росстандарт уже утвердил ГОСТ на специальные номера. Они станут обязательными для всех электросамокатов после введения обязательной регистрации средств СИМ.
Нововведение коснется около 1,7 млн средств СИМ, из которых 1,2 миллиона — частные электросамокаты, уточняет «Коммерсант». На всех кикшеринговых самокатах в России номера уже установлены — с их помощью силовики фиксируют нарушителей по камерам и пересылают данные операторам.
По плану властей, на номерах будут указаны три буквы, две цифры и код региона. Размещение флага России будет опциональным. Водители должны будут установить один номер сзади самоката, другой — спереди.
«Коммерсант» отмечает, что также МВД и Минтранс обяжут владельцев всех СИМ пройти регистрацию в едином электронном реестре — за это нужно будет заплатить госпошлину.
Кикшеринговые операторы просят МВД доработать ГОСТ, поскольку в нынешней редакции он ограничивает число электросамокатов, которые могут получить номера в одном регионе.

Минцифры РФ дало указание операторам «большой четверки» с 1 апреля ограничить оплату сервисов Apple со счета мобильного телефона. Об этом сообщает РБК со ссылкой на источники.
Таким образом, с 1 апреля пользователи сервисов Apple в России не смогут пополнять баланс Apple ID. В качестве причины операторам указали в том числе на необходимость препятствовать оплате VPN-сервисов, отметил собеседник РБК.
О том, что Минцифры планирует временно приостановить оплату сервисов Apple со счета мобильного телефона, ранее сообщали ТАСС и «Интерфакс». По данным СМИ, в Минцифры считают, что ограничения со стороны операторов могут побудить Apple вернуть российские сервисы в App Store.
«Временные ограничения со стороны операторов могут побудить технологическую компанию к исполнению российского законодательства, так как упущенная выгода в противном случае будет слишком велика», — отметил собеседник «Интерфакса».
В марте 2022 года Apple приостановила все продажи и поставки техники в Россию, а также ограничил работу большинства сервисов. С тех пор пополнить баланс App Store, iCloud и Apple Music в России можно только со счета телефона или при помощи подарочных карт.

В марте 2026 года следственные органы Коми начали расследование дела о выводе средств «Жешартского лесопромышленного комплекса» под Сыктывкаром. Фанерный завод столкнулся с финансовыми проблемами и ушел в простой в начале года. Из-за невыплаты зарплат жители вышли на митинги (и уже получили за это штрафы), а один из местных бизнесменов даже выкупил фабрику, чтобы спасти от банкротства.

Впервые этот материал был опубликован на сайте проекта «Ветер».
Сборище у сугроба
Огромный сугроб, который коммунальные службы сгребли между панельными пятиэтажками на улице Тургенева в поселке Жешарт в Коми, участники митинга 22 февраля 2026 года использовали как сцену.
«Работа комбината фактически остановлена! Численность работников за восемь месяцев снизилась с 1900 человек до 600. Задолженность только по заработной плате составляет более 130 млн рублей. Вместо реструктуризации задолженности собственник отправил предприятие в банкротство!» — скандировал с сугроба местный электрик и член партии КПРФ Дмитрий Новожилов.
Несмотря на десятиградусный мороз, на митинг пришли больше пятисот человек из семи тысяч жителей рабочего поселка. В руках они держали плакаты «Требуем выплатить долги по зарплате» и «Вернуть завод народу».
Полиция митингу не мешала, но многих запечатлела на камеры. Позже некоторым участникам пришли штрафы по 500 рублей за участие в несанкционированном мероприятии, рассказал «Ветру» местный житель Павел (он попросил не называть его фамилию). Дмитрия Новожилова оштрафовали на 35 тысяч рублей за организацию сборища (часть 2 статьи 20.2 КоАП). «Друзья! Спасибо большое вам за поддержку! Но! Скидываться мне на штраф не надо», — написал он после суда на своей странице «ВКонтакте».
Как позже объяснили в КПРФ, митинг они согласовали, однако место его проведения — у кинотеатра — пришлось поменять: там в этот день проводилась Масленица и ярмарка, которые помешали бы собранию. За это и поплатились.
Фанера для Парижа
Жешарт находится в Усть-Вымском районе Коми, в 120 километрах от Сыктывкара, на границе с Архангельской областью. Население активное: местные в конце 2010-х ездили защищать от мусорного полигона поселок Шиес на другой стороне реки Вычегды. Тот же Новожилов в 2019 году получил штраф за попытку остановить фуру с топливом, следующую к полигону.
Жешарт, название которого с коми языка переводится как «конопля на сыром месте», существует с 16 века. Местное население увеличилось в разы с открытием после Великой отечественной войны фанерного комбината — он должен был производить пиломатериалы для авиации. Это главное предприятие района: на работу сюда приезжают из соседних сёл и городов. Большинство учреждений в поселке на дотациях: школа, детский садик, поликлиника, больница и дом культуры. Был когда-то хлебозавод, но на его месте сейчас бар.
В 1990-х и 2000-х годах фанерный завод несколько раз оказывался в кризисе. Как говорят, местные, от банкротства его спасали руководители, знавшие, куда сбывать фанеру.
По данным СПАРК, до начала войны России в Украине завод продавал продукции на 12 млрд рублей в год. Поставки шли, в том числе, в США и Европу. После 2022 года, когда ЕС ввел запрет на ввоз пиломатериалов из России, оборот упал на треть. Как рассказывает Павел, фанеру всё равно продолжили поставлять за границу в обход санкций: просто перестали клеить эмблему фирмы на упаковку. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Банкротство
В 2023 году холдинг UPG, в который входит «Жешартский ЛПК», купил петербургский бизнесмен и экс-депутат Александр Салаев. Его команда не выправила ситуацию с продажами. Более того, 2024 год завод закончил с убытком в миллиард рублей и в январе 2025 года впервые за несколько десятилетий ушел в простой. „
— Людей отправили на зарплату в две трети от базовой ставки. В августе запустились, как бы и работали даже, а в январе 2026 года опять всё встало. Мы сначала ходили отмечаться, но зарплату не платят, большинство написали заявления о приостановке работы до погашения задолженности, — говорит Павел.
Он работает на жешартском комбинате больше двадцати лет: пришел сюда после училища и остался. Занимал должности от упаковщика до вентилевого — рабочего, обслуживающего гидравлический пресс. Говорит, что в хорошие времена получал до 90 тысяч рублей в месяц. Супруга работала тут же: следила за качеством фанеры, но уволилась летом 2025 года.
— Ей уйти пришлось, потому что мы бы не протянули вдвоем без зарплаты. Она до сих пор еще задолженность не получила, [которую должны выплатить] при увольнении, — отмечает Павел. — У меня [коллега] Александр тоже вентелевым работает, им нечем было заплатить ребенку в школе за обеды. Классный руководитель звонит, а он говорит: «Я ничего не могу сделать».
Весной 2025 года кредиторы и поставщики начали подавать иски о банкротстве фанерной фабрики. Сотрудники начали увольняться из-за задержек зарплаты.
— Мы подавали на пособие для детей как малоимущие, но у нас оно не прошло. Не потому, что мы много зарабатываем. Завод не сдал отчеты в налоговую за 2025 год. Мне женщина с социального [фонда] звонила: «Мы не можем подсчитать, у нас просто нету сведений». И государство не может помочь нам, и зарплату мы не получаем. За 2025 год они должны были уже все [отчеты] дать, но ничего не подавали. Там просто откровенные воры сидят, — подчеркивает Павел.
Вы здесь больше не работаете
В день, когда в поселке отмечали Масленицу, а КПРФ проводил свой митинг, в Жешарт приехал бизнесмен Александр Салаев. В актовом зале завода он отвечал на вопросы сотрудников и чиновников. Он заверил, что деньги на зарплату есть, просто идет «работа с бухгалтерией по выверке списков».
В то время завод юридически уже не имел отношения к Салаеву: в январе 2026 года предприятие выкупил коми бизнесмен Михаил Скворцов.
— Салаеву надо было пустить пыль в глаза Гольдштейну (Ростислав Гольдштейн — глава Республики Коми. — Прим. ред.). Показать, что завод якобы работает. Я приходил на завод 24 февраля, они пытались его запустить. Так там технологов нету! А как мы запустим, обычные рабочие? Это смех и грех, — вспоминает Павел.
Денег на зарплаты так и не появилось. В середине марта работники вышли на стихийный митинг к проходной завода с плакатами «Бездействие властей порождает бомжей», «Руки прочь от завода», «Верните людям работу!». Они направились в администрацию, чтобы поговорить с сотрудницей бухгалтерии. С криком «Вы здесь больше не работаете!» она убежала от коллег и закрылась в кабинете.
«Завод остановлен. Мы не политики, мы работники. И нам нужна работа, а не разбирательство. Нам говорят: вам всё выплатили, выходите на работу. Это неправда. На комбинате нет ни одного бревна. Собственник каждую неделю обещает привезти сырье, но воз и ныне там», — в марте одна из сотрудниц Татьяна Батиева в коллективном видеообращении главе Коми Ростиславу Гольдштейну предложила передать комбинат «в аренду на три года коллективу под руководством Андреяхина Сергея», возглавлявшего завод до 2016 года. Как отмечает Павел, у Андреяхина есть связи с фирмой в Египте, куда можно будет поставить фанеру.
В конце марта в бухгалтерию всё-таки удалось попасть — сотрудникам регионального Следственного комитета. Они забрали документы на экспертизу, а директору завода Ольге Тихомировой избрали меру пресечения в виде запрета определенных действий. Ее подозревают в невыплате зарплаты (статья 145.1 УК РФ) и сокрытии денег и имущества завода в особо крупном размере (199.2 УК РФ). «Фигурантка совершила действия, направленные на сокрытие денежных средств предприятия на общую сумму более 300 млн рублей», — сообщили в СК.
Криминальная схема
Владелец сыктывкарской фирмы по добыче песка «КЖС-Инвест» Михаил Скворцов в прошлом работал на фанерном комбинате в Жешарте. В интервью «Ветру» он объясняет, что купил предприятие, чтобы помочь людям получить зарплату и вернуть имущество, которое вывел предыдущий собственник.
— Не передадут — заберем назад. Это наше имущество, — предупреждает он. — На предприятии почти 3 миллиарда долгов. Введена процедура наблюдения, на этой стадии долги пока замораживаются. По зарплате 90 миллионов выплатили, еще 60 остается. Должен был этот долг платить Салаев, но…
Схему вывода денег предыдущим руководством объясняет на странице «ВКонтакте» и. о. директора и антикризисный управляющий завода Евгений Осауленко. По его данным, в 2025 году Ольга Тихомирова продала через торговый дом «Лесплитторг» (тоже входил в холдинг UPG Александра Салаева) фанеры на 240 млн рублей, но в кассу завода деньги не поступили. В декабре 2025 года она также продала лесфонд фабрики за 127 млн рублей и сразу отправила эту сумму «третьему лицу» с условием, что вернуть средства можно в течение года. Эти и еще три подобных сделки на 386 млн рублей управляющий с марта обжалует в арбитраже.
— В прокуратуру, везде [отправили заявления]. Мы исков подали уже много, — продолжает Скворцов. — Я там в Жешарте работал, я не чужой человек. Много людей знаю. Из-за этого я и согласился [его купить]. Думал, почему бы и нет? Не вижу причин не помочь. Только деньги надо вложить. Но сейчас никто вкладываться не будет, потому что Салаев ведет себя не по-взрослому.
Скворцов подчеркивает, что хочет развивать предприятие, но планирует передать его в собственность Республики Коми, рассчитывая на поддержку от государства. Он приводит в пример птицефабрику «Зеленецкая» — крупнейший агрохолдинг региона, который на 100% принадлежит республике и успешно функционирует.
— У меня нет стремления заработать на фанерном комбинате. Есть желание закрыть зарплату. И чтобы завод работал. Сбыт [есть]. Поверьте мне, сейчас Салаев пытается вытащить всё, что там лежит, всю готовую продукцию продать. У него есть покупатели. Я работал на этом заводе два года коммерческим директором, мы в Америку отправляли. И в Европу, и по России.
В конце февраля Скворцов направил в правительство Коми письмо, в котором отчитался, что выкупил 100% долю комбината у холдинга UPG, который «управляется резидентом недружественной РФ страны». Речь, вероятно, про Испанию, где, по данным СМИ, живет Александр Салаев.
В письме он также предлагает правительству принять комбинат в собственность региона. Согласно ответу из Министерства имущественных и земельных отношений Коми, чиновники готовы «выработать концепцию», чтобы это сделать.
Автор: Юлия Куликова

Жители удмуртского села Нюрдор-Котья с населением меньше тысячи человек протестуют против открытия фельдшерского-акушерского пункта (ФАП). Он призван заменить амбулаторию, которая, по словам властей, слишком изношена. Чтобы уговорить местных жителей, их свозили на экскурсию в соседние сёла, где построили подобные пункты, но людям не понравилось: места нет, душно, зимой холодно. А главное, ФАП — совсем не замена больнице в плане разнообразия и качества медицинской помощи. Противостояние районной администрации и жителей Нюрдор-Котья — лишь один из эпизодов в истории сокращения расходов на медицину в республике и по всей стране.
Терапевт — два раза в неделю
Село Нюрдор-Котья появилось на карте Удмуртии в 40-е годы прошлого века — это был рабочий поселок, выросший вокруг торфяного предприятия. По данным последней переписи, численность населения сейчас — 994 человека. Несмотря на свои размеры, в 2011 году Нюрдор-Котья получило третье место в конкурсе «Самый благоустроенный населенный пункт Удмуртии».
Не последнюю роль в этом сыграло наличие действующей больницы, построенной в 1990 году на средства торфопредприятия «Нюрдор-Котья». Правда, с тех пор многое изменилось, и перечень медицинских услуг, предоставляемых больницей, постепенно сократился.
— В свое время на площадях амбулатории был стационар, аптека и физиокабинет, — рассказывает местная жительница Анна (имя изменено из соображений безопасности. — Прим. ред.). — В 2005 году стационар убрали, сделав косметический ремонт на втором этаже и организовав дом престарелых — социальный дом. В 2011 году там был сделан капитальный ремонт: поменяли крышу и окна. „
Но постепенно у нас убрали всё из амбулатории — теперь не работает физиокабинет, стоматолог, уже три года живем без аптеки.
По словам сотрудницы из системы районного здравоохранения Алевтины (имя изменено из соображений безопасности. — Прим. ред.), сейчас в больнице работает фельдшер, участковая медсестра и санитарка. Регулярно приезжает педиатр, два раза в неделю — терапевт. За помощью других специалистов нужно ехать в соседнее село Вавож в шести километрах. Общественный транспорт — автобус или маршрутка — ходит несколько раз в день, только в будние дни.
Теперь амбулаторию хотят закрыть, а вместо нее построить фельдшерско-акушерский пункт. Подобные примеры «оптимизации» встречаются в разных регионах: власти год за годом снижают количество амбулаторий, заменяя их на селе ФАПами, которые строятся за пару месяцев и не требуют многочисленного медицинского персонала и дорогостоящего ремонта. Согласно определению Минздрава РФ, ФАПы оказывают первичную доврачебную медицинскую помощь и не предусматривают наличия врачей в штатном расписании.
Точной статистики, какое количество больниц за последнее время было заменено ФАПами, не существует. Но новости об открытии фельдшерско-акушерского пункта в селе, где «в последние несколько лет за медпомощью нужно было ехать в районный центр», а теперь к услугам сельчан — современный ФАП, часто мелькают в местных и федеральных СМИ.
Коридор с одним стулом
О реорганизации амбулатории жителей Нюрдор-Котьи заранее не предупреждали. Главный аргумент властей — износ амбулатории составляет 100%, и с ней всё равно надо что-то делать. «
В связи с уменьшением обслуживаемого населения и износом старого здания Министерством здравоохранения Российской Федерации было принято решение о строительстве нового ФАПа в рамках федеральной программы “Модернизация первичного звена здравоохранения” нацпроекта “Продолжительная и активная жизнь”», — говорится в сообщении минздрава Удмуртии. В начале февраля районные чиновники провели встречу с жителями Нюрдор-Котья.
— Приехали и. о. главврача Вавожской больницы Савельев и глава района Сергей Викторович Зорин, — рассказывает Анна. — Сказали, что у нас будет ФАП и будет стоматолог. ФАП на площади в 100 квадратных метров, и находиться он будет где-то на отшибе, а не как амбулатория. „
Будет ли у нас терапевт — непонятно, всё сократят, останется фельдшер, которая будет делать всё: и полы мыть, и уколы ставить. Как она будет всё успевать — непонятно.
Жители на сходе предложили свой вариант: на выделенные для ФАПа деньги сделать косметический ремонт в амбулатории и оставить ее, чтобы там снова заработали стоматолог и аптека.
— Сейчас за каждым лекарством едешь в Вавож, — сетует Анна.
О встрече жителей с главврачом и главой района сообщили лишь за час до начала, поэтому людей пришло немного, продолжает она:
— Было всего 40 человек: люди просто не знали, иначе пришли бы все, и был бы полный зал. Они просто боятся встречи с нами.
Организованные экскурсии в уже построенные ФАПы в соседних селах убедить селян не смогли.
— В Кокоможе ФАП на 340 квадратных метров построили в прошлом году за два месяца. Когда мы внутрь зашли, сразу создалось впечатление, что воздуха не хватает, хотя там были открыты все форточки, — рассказывает Анна. — Похоже, никакой вентиляции там нет. Спросили у фельдшера, какая температура в ФАПе была, когда у нас стояли 30-градусные морозы. Фельдшер сказала, что было 10 градусов.
По словам Анны, кабинеты в ФАПе небольшие, и процедурная может принять лишь одного пациента — в отличие от процедурной в их амбулатории, рассчитанной на пять человек. Это важно при приезде врачей-специалистов, которые посещают село только несколько раз в месяц, поэтому пациентов к ним сразу приходит много.
— Общее ощущение: все помещения очень маленькие и внутри душно, — продолжает Анна делиться впечатлениями. — Полы, стены и потолок сделаны из пластика, вентиляции нет. „
Здоровому человеку тяжело дышать, а больной там вовсе задохнется, пока ждет очереди.
ФАП в другой соседней деревне Жуе-Можга — всего на 68 квадратных метров — был построен пять лет назад на болотистой местности.Туда сельским активистам тоже устроили экскурсию.
— Сейчас всё уже покосилось: окна перекошены, потолок в трещинах, — рассказывает Анна. — Там маленький коридорчик — сантиметров 80 — и один стул! А если на прием придут 10 человек, то где они будут ждать? Общее впечатление — натуральный курятник! Они ведь строят их на сваях, без фундамента, и при сильном ветре сразу здание перекашивает!
В отличие от ФАПов, амбулатория в Нюрдор-Котье — двухэтажное кирпичное здание. Сейчас она может принять около 20 человек. Там есть отдельный вход и изолятор для больных с признаками инфекционных заболеваний, большой процедурный кабинет. В ФАПе такого количества кабинетов не предусмотрено, отмечает Алевтина. Есть претензии у нюрдор-котьинцев и к предполагаемому месту строительства: это неблагоустроенный участок, где раньше снесли несколько зданий.
Обращение жителей Нюрдор-Котьи в местный минздрав и главе республики Александру Бречалову, под которым поставили подписи 400 человек, наделало много шуму. Быстро собрать подписи помогла привычка. Жители рассказывают, что в селе приняты ежегодные сходы, где люди открыто высказывают свое мнение. Обычно на такие сходы зовут, помимо администрации, представителей всех основных служб: люди задают им вопросы, касающиеся инфраструктуры и текущей жизни села.
— После того как мы отправили письмо на имя Бречалова, через два дня в район на ковер вызвали нашу сельскую администрацию: выясняли, кто составлял обращение и кто собирал подписи, — рассказывает Анна. Жителям сказали, что окончательное решение будет согласовано с минздравом России, и после этого им сообщат итог.
— Они бы хоть сначала наше мнение спросили, нужен ли нам ФАП? — возмущается жительница села. Она говорит, что на местных чиновников надежды никакой. — Депутат Гарин у нас в Госдуме от Удмуртии. Перед выборами обещал, что будет работать на благо народа, но теперь его не видно и не слышно — никакой помощи. Сейчас выборы на носу. Как они думают, за кого мы будем голосовать?
Глобальная оптимизация
Масштабные сокращения касаются не только сельских районов республики. Недавно власти решили слить в одну структуру все городские поликлиники столицы; такой же план предусмотрен и для всех детских больниц Ижевска. В итоге, по задумке властей, останется только «Городская клиническая поликлиника Ижевска», объединяющая пять взрослых поликлиник, и «Детская городская клиническая поликлиника Ижевска», объединяющая пять детских поликлиник.
Решение о реорганизации республиканские власти старались держать в секрете: документ не публиковали на официальном сайте, впервые он был обнародован медицинским профсоюзом «Действие». Там планы регионального Минздрава вызвали понятное беспокойство.
«Вопрос в том, затронет ли это сокращение исключительно сотрудников административно-управленческого персонала или коснется и медицинских работников. Мы также не исключаем, что “оптимизации” могут подвергнуться вакантные ставки врачей и медсестер, что позволит чиновникам отчитаться о сокращении кадрового дефицита и росте укомплектованности штата. При таком решении можно не заморачиваться улучшением привлекательности работы в медучреждениях Ижевска, не повышать зарплату, не улучшать условия труда, а просто сократить вакантные ставки и узаконить повышенную нагрузку на оставшихся сотрудников», — цитирует Udm-Info сопредседателя профсоюза «Действие» Андрея Коновала.
Основатель движения «Удмуртия против коррупции» Иван Елисеев считает, что слияние больниц в столице республики негативно отразится на медперсонале.
— Скорее всего, это приведет к сокращению и так немногочисленного персонала, — говорит он. — Около года назад все скорые помощи республики объединили в одну службу, подчинив это Ижевской скорой помощи. Зарплата у медработников там, по их словам, сократилась в разы.
По мнению Елисеева, оптимизация — это иллюстрация того, что местные бюджеты сильно страдают от недофинансирования. Для решения проблемы республиканские власти пытаются использовать федеральные средства, выделяемые на нацпроекты, и строить на них дешевые малогабаритные ФАПы вместо затратных в эксплуатации амбулаторий. Глядя на проблему глазами районных распорядителей бюджетных средств, понятно: чем искать на больницу три миллиона, им проще, если вместо нее появится компактный ФАП, который можно построить на федеральные деньги по нацпроекту. И туда же тебе привезут земского фельдшера, который тоже по программе с федеральной поддержкой.
Другой аспект проблемы — кадровый: специалистов мало, и к ним очень сложно попасть. Поэтому организация ФАПов вместо амбулаторий для местного минздрава — еще и возможность, сократив штат, отправить высвобожденный персонал в соседние, более крупные населенные пункты, говорит Елисеев.
При этом практически все попытки закрыть амбулатории сопровождаются сбором подписей в знак протеста. Часто жители Удмуртии апеллируют к вышестоящим республиканским органам.
— Они смотрят на надзорные и управляющие органы не как на причину этих бед и проблем, а как на потенциальных союзников в борьбе с непосредственным врагом. Люди всё еще верят, что справедливость возможна, — резюмирует Елисеев.

26 марта 2025 года вышла публичная версия MAX — национального российского мессенджера, который позиционируют как полноценную замену Telegram. В MAX нет сквозного шифрования, приватности и даже возможности создать собственные публичные каналы. А еще его легко взломать — за это сервис даже критиковала ФСБ. Это не помешало российским властям в короткие сроки развернуть масштабную рекламную кампанию по продвижению мессенджера. В стране заодно заблокировали Telegram и WhatsApp, а также ввели «белые списки» интернет-сайтов для мобильной связи в Москве и других городах. «Новая-Европа» кратко рассказывает, что сейчас происходит с MAX: кого и как заставляют пользоваться мессенджером, что без него невозможно делать, какова реальная аудитория сервиса и какие функции в нем планируются.
Как россиян загоняют в MAX? И успешно ли?
Мессенджер позиционируют не как возможную альтернативу Telegram, а как обязательное приложение для учебы, работы и бытовой жизни, наравне с «Госуслугами». К концу 2025 года принудительный переход в мессенджер стал по-настоящему массовым.
В основном на MAX заставляют переходить школьников, студентов и бюджетников: врачей и учителей, чиновников и работников госучреждений. Так, 11 марта министр просвещения Сергей Кравцов отчитался, что все российские школы уже перешли на национальный мессенджер и ведут свои чаты только там, а всего сервисом якобы пользуются более 20 млн учителей и учеников. Подтверждения этим данным нет. „
Многие россияне, насколько это возможно, выражают недовольство мессенджером. По данным опроса сайта «Врачи РФ», 70% работников медучреждений выступают против внедрения MAX в систему здравоохранения. По подсчетам технического издания kod.ru, только 17% опрошенных читателей сайта планируют читать новости в MAX — 87% людей хотят и дальше использовать Telegram с помощью VPN. Школьники и студенты колледжей и университетов часто отказываются переходить на MAX
и пересылают всю учебную информацию через другие сервисы, а обучающиеся Тюменского государственного университета даже создали петицию против принудительного использования мессенджера для доступа к университетскому вайфаю. По данным опроса центра «Русское поле», 61% школьников Свердловской области отказались устанавливать MAX, а те, кто это все же сделал, проводят в мессенджере менее часа в день. Тренер сборной России по футболу Валерий Карпин заявил, что не планирует заводить канал для команды в MAX и предпочитает «общаться по старинке».
Тем не менее власти ищут другие способы заставить россиян перейти с иностранных мессенджеров на национальный MAX. Один из таких способов — запрет на создание и ведение домовых чатов в Telegram. В декабре 2025-го такой закон подписал Путин. Теперь представители управляющих компаний и фондов капремонта обязаны общаться с жителями исключительно через MAX. При несоблюдении компании должны будут платить штрафы. Переход станет обязательным с 1 сентября 2026 года.
С сентября 2025-го чиновников тоже заставят использовать MAX в рабочих целях. Но источники Forbes сомневаются в том, что госслужащие будут активно пользоваться мессенджером, так как за это не предусмотрено ответственности — по крайней мере пока. „
Журналистка Фарида Рустамова рассказала, что российские чиновники не доверяют MAX и покупают для него отдельные телефоны и сим-карты.
Мессенджером всё ещё, судя по всему, не пользуется пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, хотя там уже зарегистрировались представитель МИД РФ Мария Захарова, министр обороны Андрей Белоусов и министр финансов Антон Силуанов. Ранее Песков заявил, что Кремлю «негде доносить смыслы», кроме Telegram, и отметил, что MAX не помешала бы конкуренция.
По подсчетам издания «Агентство», менее половины депутатов Госдумы с каналами в Telegram завели каналы в MAX — всего 135 человек. В национальный мессенджер, например, не перешли Владислав Даванков из «Новых людей», Андрей Луговой из ЛДПР, Нина Останина из КПРФ и Сайгидпаша Умаханов из «Единой России». В регионах ситуация другая: скажем, правительство Иркутской области перестало выкладывать новости в телеграм-канале. Губернатор Игорь Кобзев призвал использовать другие каналы коммуникации, в том числе на «Одноклассниках» и MAX.
Российских военных, похоже, пока не заставляют переходить в MAX. На фронте мессенджером не советуют пользоваться, так как он «недостаточно безопасный». Но российские власти явно намерены полностью заблокировать Telegram и в зоне боевых действий. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Что уже не сделать без MAX?
За год в мессенджер добавили полноценную интеграцию с «Госуслугами», а Минцифры РФ разрешило подтверждать запросы и проверять возраст через MAX, приравняв его к бумажному паспорту. Тестовый запуск уже прошел в сети магазинов «Пятерочка» и «Перекресток» — вероятно, идентификацию внедрят и в другие продуктовые магазины. Также через MAX уже можно подтверждать наличие льгот для скидки пенсионерам и закрывать больничные листы.
Но у проверки на возраст хотя бы есть альтернативы — например, можно просто показать паспорт. А с конца 2025 года многим россиянам заблокировали вход в мобильное приложение «Госуслуг» — это случается, если не выключить VPN перед использованием сервиса или при установке приложения на новый iPhone. Для входа сайт требует идентификацию через MAX. Ограничение можно обойти, только если входить через компьютер с помощью биометрии или приложений для одноразовых кодов.
Также с 1 июня 2025 года через российский мессенджер переписку с клиентами ведут сотрудники банков и операторов связи: иностранными приложениями им пользоваться уже запрещено. Принудительно на MAX переводят и жителей регионов — среди них Белгородская область. Из-за неработающих пуш-уведомлений о воздушных атаках граждане вынуждены самостоятельно заходить в каналы оповещения в мессенджере.
Через MAX хотят заставить подтверждать «значимые» банковские операции — среди них, например, крупные переводы. Но против идеи выступили крупные банки, посчитавшие идею чрезмерной, а Центробанк посчитал инициативу «преждевременной».
Это не значит, что мессенджер не продолжат интегрировать с государственной системой. Минтруд РФ уже разработал законопроект об обязательном использовании MAX при заключении трудовых договоров и предоставлении справок во всех российских компаниях. Он должен вступить в силу с 1 сентября 2026 года.
Кто сидит в MAX? Что там происходит на самом деле?
Все каналы и чаты мессенджера активно отслеживаются модераторами. Пророссийский блогер Анатолий Шарий сообщил, что 24 марта MAX удалил более 20 тысяч публичных чатов, в которых россияне продавали вещи. По его словам, чаты были безобидными, а мессенджер заблокировал даже бизнес-аккаунт маленького салона, который уже не может отвечать клиентам и вести полноценную запись. Также MAX не только удаляет контент, но и отправляет информацию о пользователях государственным службам. Например, суд в Краснодарском крае оштрафовал жителя Ивана Кажана за фотографию с татуировкой с символикой «АУЕ», запрещенной в России.
Каналы в MAX тоже находятся под пристальным наблюдением. 24 марта мессенджер, например, заблокировал видеоигровой канал «КБ Игры» без объяснения причин, но позже восстановил его — и снова без комментариев. Еще один канал безвозвратно удалили из-за фотографий откровенного содержания, но ничего запрещенного там не было. Издание Digital Report предполагает, что сообщества могли быть заблокированы из-за автоматизированных алгоритмов, которые по ошибке посчитали фотографии порнографией. По политике самого мессенджера сервис перед удалением должен направлять каналу требование удалить контент, нарушающий правила.
Кроме того, использовать MAX даже в личной переписке без ведения каналов и публикации сообщений небезопасно. Пользователи соцсети «Пикабу» заявили, что некоторые фото из чатов в MAX можно найти в открытом доступе без авторизации — у них закрепляется статичная гиперссылка, которую можно ввести в любом браузере и увидеть содержимое. А ещё MAX подписывает пользователей на Z-каналы и не дает возможности отписаться от них — среди них каналы Владимира Соловьева и армии России.
«ВКонтакте» в пресс-релизе отмечает, что за год в MAX зарегистрировались более 107 миллионов пользователей. Так ли это на самом деле, сказать трудно. „
По подсчетам «Агентства», примерно 70% каналов MAX принадлежат госструктурам или связанным с властями компаниям. В основном это муниципальные власти, школы, детсады, администрации и управляющие компании. В среднем один госканал читают всего 220 подписчиков.
Телеграм-канал «ЕЖ Лаб» заявляет, что, несмотря на давление властей, в MAX зарегистрированы всего 196 тысяч публичных каналов — по сравнению с 1,7 миллиона каналов в Telegram. Кроме того, по данным «Коммерсанта», из топ-30 самых популярных каналов Telegram в национальный мессенджер перешло менее половины, аудитория MAX примерно в 60 раз меньше, чем у сервиса Дурова.
По данным издания «Можем объяснить», аудитория Z-каналов при этом практически не растет даже на фоне блокировок и введения «белых списков». Например, у провластного блогера Юрия Подоляки 800 тысяч подписчиков в MAX и 2,8 миллиона в Telegram. Сколько из них составляют боты, неизвестно.
Вероятно, власти в курсе сравнительно невысокой популярности MAX в России. Госучреждения и государственные компании с осени 2025 года потратили более 66 миллионов рублей на рекламу в MAX, но в тендерах указывают, что публиковать посты нужно и в Telegram.
Как развивается MAX?
19 марта MAX получил в Роскомнадзоре официальный статус социальной сети. Ведомство объясняет, что это позволит владельцам каналов подавать официальные жалобы на «двойников» и подтверждать подлинность источников. Одновременно с этим в сервисе появились приватные каналы, которые нельзя найти в поиске. Но публичные каналы всё еще могут создавать только юридические лица, индивидуальные предприниматели и владельцы каналов Telegram с более чем 10 тысячами подписчиков.
Незадолго до этого в сервисе появился «безопасный» режим — функция, скрывающая посты и каналы, которые мессенджер посчитал небезопасными. Алгоритмы в «безопасном» режиме не показывают пользователям каналы многих Z-пропагандистов и спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко, но канал Минобороны и некоторых военкоров вроде Анастасии Кашеваровой сервис скрывать не стал.
Как утверждает сервис VPN Liberty, в MAX сейчас встроен управляемый бэкдор, то есть сотрудники сервиса могут удаленно менять приложение в смартфоне. Кроме того, в мессенджере есть шпионский модуль, проверяющий подключение к VPN, — он соединяется с WhatsApp и Telegram, чтобы понять, обходит ли телефон ограничения Роскомнадзора.
Сейчас у MAX, судя по всему, нет внятного плана развития. Издание Hi-Tech Mail.ru, связанное с «ВКонтакте», утверждает, что мессенджер могут превратить в суперприложение вроде WeChat: в нем должна быть собственная платежная система, маркетплейс, интеграции с сервисами такси и встроенный стриминговый сервис для музыки и видео. В будущем в MAX могут внедрить уведомления о банковских операциях, а глава Верховного Суда Игорь Краснов хочет интегрировать MAX в судопроизводство — например, чтобы граждане получали судебную корреспонденцию в мессенджере.
Внедрят ли эти функции в будущем, неясно. Телеграм-канал «Время закупок» со ссылкой на свои источники заявляет, что у MAX ограничены возможности для развития из-за закона о хранении персональных данных. Все сотрудники переключены на работу с хранением переписок и звонков, а потому у компании нет «лишних рук», чтобы внедрять что-то еще.

Последняя моя статья в «Новой-Европа» об искусственном интеллекте датирована 7 апреля 2025 года (Нашествие искусственных агентов). После этого я сознательно отказался от рефлексии над ИИ и попытался в прямом смысле слова прожить это удивительное открытие человечества, внедрив ИИ в разнообразные аспекты быта и работы: ассистенты и агенты ИИ участвуют в формировании моего распорядка дня и наполняют календарь задачами, собирают и анализируют информацию в вебе и социальных сетях, выступают оппонентами при брейнсторминге, помогают структурировать еженедельные лекции и отвечают за их визуальное оформление (слайды, презентации и тому подобное).
На ближайшие месяцы запланировал автоматизацию коммуникационных каналов: агенты ИИ будут самостоятельно отвечать на электронную почту и возьмут на себя задачи клиентской поддержки в телеграме.
Единственное, что приходится по-прежнему делать руками, — это писать тексты, заряженные образными элементами (мои любимые кеннинги, то есть составные термины, использующиеся вместо простого существительного, и шире — вся метафорика). Пока это самое слабое место ИИ, поскольку он пытается лишь стилистически зеркалить авторское прошлое, а образность, как известно, не терпит второй свежести.
Особняком стоят тексты, претендующие на эвристику. Здесь в базовой конфигурации невозможно совместить запрос на открытие нового с требованием сохранения авторского стиля. ИИ вынужден выбирать: либо автор, либо эвристика. Совместить это без дополнительного обучения не получается. При этом технически задача давно решена, а ограничение — в уровне промптинга на стороне Homo Sapiens.
Интеллект как коммунальная услуга: корпоративная фантазия Сэма Альтмана
Желание вновь отрефлексировать тему ИИ у меня появилось после просмотра недавнего выступления Сэма Альтмана, генерального директора OpenAI, на саммите BlackRock, посвященном развитию инфраструктуры США. Альтман поделился своими представлениями о развитии искусственного интеллекта во временном отрезке, который он определил как future years — будущие годы.
Мне показалось, что пытаться предсказывать реальный (а не хотельный) вектор развития ИИ дальше чем на 12 месяцев — занятие бессмысленное. Развитие отрасли летит по параболе с такой пугающей скоростью, что любые долгосрочные прогнозы превращаются в тыкву еще до их публикации.
Главное, однако, что Сэм Альтман отразил в своем выступлении не «перспективы ИИ» как таковые, а корпоративное видение этих перспектив. А это даже отдаленно не та картина будущего, которая нас ожидает. Хотя бы потому, что корпоративный ИИ сегодня — лишь малая часть общей картины, которая к тому же не может похвастаться высокими шансами на выживание.
Предлагаю читателю оценить перспективы развития ИИ с трех колоколен: корпоративного бизнеса, государства и конечного потребителя. Такой подход необходим с учетом интересов этих групп, которые хоть и пересекаются, но лишь по касательной. В главных же своих устремлениях интересы корпораций, государства и потребителей не имеют ничего общего.
Начнем с корпоративной колокольни. Мечты гигантов Кремниевой долины Сэм Альтман транслировал безупречно: искусственный интеллект ускоренными темпами превращается в коммунальную услугу. Такую же скучную и привычную, как водопровод или электричество в квартире. Пользователи покупают «мозги» по счетчику в виде токенов, которые тратятся на выполнение любых задач и потребностей.
Корпорации мечтают о том, как они до предела наводнят мир своими ИИ-продуктами, которые освободят будущие поколения от необходимости о чем-то самостоятельно задумываться. Ведь уже сегодня мы живем в окружении сонма карманных гениев, готовых в любой миг прийти на помощь по любому вопросу, какой только может навестить пользовательскую голову.
С не меньшим оптимизмом Альтман развеивает общественные опасения из-за возможной потери рабочих мест. Сэм успокаивает: никто без работы не останется! Мы все просто станем эдакими прорабами искусственного интеллекта. Появятся новые профессии, суть которых сведется к присмотру за нейросетями, раздаче указаний, контролю за их работой и оценке результатов. На полном серьезе нам обещают скорое появление компаний с капитализацией в миллиард долларов под управлением одного человека (собственника бизнеса), а всем остальным — от написания кода до юридической рутины — будут заниматься агенты искусственного интеллекта.
Не знаю, как у вас, но у меня лично внедрение именно такой модели взаимодействия ИИ с человечеством вызывает сомнения. Проведем мысленный эксперимент. Представьте себе условного пастуха высоко в горах. Мы помещаем рядом с ним гения, эдакого цифрового нобелевского лауреата в облике чатбота на смартфоне. Пастух и… смартфон? Не проблема: в нашем эксперименте задействован пастух современный и продвинутый.
Вопрос: поможет ли такая креативная коллаборация пастуху? Вряд ли. О чем они будут разговаривать? Какие вопросы пастух будет задавать своему гению? Чтобы задать вопрос, нужно для начала знать, о чем вообще можно спрашивать. Пастух живет в своей хоть и буколической, но ограниченной реальности: овцы, трава, собаки, посох, волки. „
Соответственно, весь его диалог с карманным гением будет крутиться сугубо вокруг овец. Пастух не может расширить кругозор, потому что не видит его границ.
Как бы там ни было, вера корпоративного бизнеса в заоблачную рентабельность модели «ИИ как сырьевой товар по подписке» поистине не имеет границ. Объявленный OpenAI в феврале очередной сбор денег — 110 миллиардов долларов! — поставил рекорд частного финансирования (вложились Amazon, NVIDIA и SoftBank). Прошлый рекорд (правда, не частного, а публичного предложения) установила крупнейшая в мире нефтяная компания из Саудовской Аравии — Aramco. Для сравнения: Aramco сумела собрать в разы меньше OpenAI — «всего» 25 миллиардов долларов.
Куда пойдут собранные OpenAI деньги и при чем тут корпоративная вера? 110 миллиардов предназначены для кардинального расширения инфраструктуры «мозгового водопровода»: новые дата-центры на территории США (в Аризоне и Техасе), новые чипы (в основном NVIDIA H100 и A100 GPU, но также специализированные AI-чипы из недр Microsoft AI Supercomputing), расходы на повышение безопасности существующих моделей и тому подобное.
Иными словами, закладывается предельно затратный фундамент будущих доходов. Фактор веры тут ключевой: доходов пока нет, но они ожидаются. Кем? Корпоративным руководством. Откуда берется уверенность? Вот это самое непонятное, потому что конкурентное давление на OpenAI исходит не столько от собратьев по капитализму (Google, Anthropic, Meta, Cohere плюс китайские товарищи — Huawei, Baidu, Alibaba), сколько от децентрализованного ИИ.
К децентрализованному ИИ мы еще вернемся, а пока несколько цифр, которые иллюстрируют идею о том, что 110 миллиардов — это про веру, а не про реальность:
годовая выручка (revenue) OpenAI за 2025‑й превысила $20 млрд. Это ощутимо больше, чем в 2024‑м ($6–7 млрд), и вроде как отражает рост спроса на подписки ChatGPT и корпоративные сервисы AI;
общие расходы (cash burn) за тот же период — более $8млрд (по другим подсчетам — $13.5 млрд).
Прогнозируемые операционные убытки (Cash burn — cash‑based operating loss) по итогам 2025-й год — $8 млрд.
общие расходы (cash burn) до 2029 года — $115 млрд.
При выручке в $20 млрд и общих расходах в $8 млрд арифметически дерзко выходить на цифру $8 млрд операционных убытков. Должны быть еще какие-то издержки, которые втихую съели недостающие $20 млрд, — что-то вроде будущих обязательств или переоценок в финансовой отчетности.
Впрочем, сумбур в цифрах — это мелочи. В конце концов, мы имеем дело с частной компанией, которая не обязана отчитываться по жестким метрикам Комиссии по ценным бумагам и биржам США. Все эти цифры попадают в публичное поле по доброй воле самой OpenAI, которая делится только тем, чем хочет делиться.
Важно другое: ни о каких заоблачных доходах говорить по фактам не приходится, тем более с учетом прогноза расходов на ближайшие три года в $115 млрд. Руководство компании делает ставку именно на запланированные доходы: более $100 млрд к 2028–2029 годам и $200–280 млрд — к 2030-м годам. Зачем OpenAI вбрасывает подобные цифры? Вопрос риторический: без них невозможно проводить раунды финансирования на сотни миллиардов долларов. Откуда берутся эти цифры? Из веры! Веры во что? В то, что OpenAI будет оперировать в лабораторном вакууме, без давления со стороны конкурентов по бизнесу, со стороны государства и со стороны альтернативных моделей развития ИИ.
Гонка ИИ в оптике левиафана
Посмотрим теперь, как видится будущее ИИ со второй колокольни — государственной. Если говорить без политкорректных реверансов, то в мире сегодня лишь два реальных игрока на этом поле — США и Китай. Остальные страны, уж не обессудьте, статисты на задворках истории.
Число стран, однако, не имеет значения, ибо любое государство — всегда одноклеточное из школьных уроков по биологии, у него нет нервной системы, только реакция на раздражение: ткнул иголкой — оно сжимается.
Аналогичным образом государство одержимо универсальной сверхценной идеей — загнобить соперника! Отличия лишь в масштабах амбиций: маленькие государства пытаются заткнуть за пояс соседа, большие — прогнуть равную им сверхдержаву, а лучше всё человечество сразу.
В контексте нашей темы глобальное несовпадение картины будущего ИИ у государства и остальных игроков на рынке идеально иллюстрируется отношением к AGI (Общий искусственный интеллект, способный выполнять любые интеллектуальные задачи, которые умеет решать человек).
Отношение конечного потребителя к AGI балансирует между безразличием и страхом. „
Оно понятно: рядовые пользователи нигде с AGI не соприкасаются и в обозримом будущем не соприкоснутся. Люди с богатым воображением, особенно те, кто воспитан на традициях американской научной фантастики, пытаются протестовать.
На днях в Сан-Франциско сотня озабоченных граждан продефилировала от офиса Anthropic к штаб-квартирам OpenAI и xAI с требованиями остановить разработку AGI. Организатор этих протестов Майкл Трацци, который раньше даже устраивал многонедельные голодовки перед лондонским офисом Google DeepMind, обратился к корпоративным разрабам с призывом остановить «самоубийственную гонку» изнутри.
Отношение корпоративного мира к AGI также предсказуемо, поскольку вытекает из самой сути корпоративного бытия: bene est ubi pecunia (там хорошо, где деньги). AGI не просто деньги, а самые большие-пребольшие деньги, какие только можно вообразить. Соответственно, разработки AGI ведутся всеми без исключения корпорациями в мире, и все без исключения ведут их кулуарно и втихую. При этом в публичное пространство постоянно забрасывается озабоченность морально-этическим наполнением ИИ. Затрудняюсь сказать, кто из руководителей корпораций ИИ не поставил галочку в этой агенде: Дарио Амодей (Anthropic) продвигает тезис о предсказуемости и контролируемости ИИ; Сатья Наделла (Microsoft) любит рассуждать о «справедливости и прозрачности»; Демис Хассабис (DeepMind / Google) предупреждает о долгосрочных рисках и борется за принципы Alignment (модель, описывающая подходы и методы, помогающие сделать поведение искусственного интеллекта согласованным с целями и ценностями человека); Сэм Альтман (OpenAI) упражняется в эссе об ответственности (при этом параллельно закрывает Sora, нейросеть для создания видео, вычислительные мощности которой будут переброшены на новую модель Spud, посвященную как раз разработке AGI).
Единственный игрок в поле, не знающий страха и сомнений в вопросах AGI, — это государство. Государственному катку по шарабану протесты любителей фантастики и оппортунизм корпораций: геополитическую конкуренцию плакатами не остановишь.
20 марта 2026 года Белый дом выкатил фреймворк, в котором черным по белому прописана основная цель: The United States must lead the world in AI … and ensure American AI dominance (Соединенные Штаты должны возглавлять развитие ИИ в мире… и обеспечить доминирование США в области ИИ). Так что можно не сомневаться, что разработки AGI будут форсировать всеми доступными средствами, игнорируя протесты и этические сомнения.
Скажу больше: у меня лично нет сомнений, что AGI интересует государство (всякое и любое) в первую очередь ради разработки новых видов оружия. Чиновничья нью-васюковщина про искусственный интеллект как коркскрю «новых перспектив знания» для рядовых граждан — это беседы для бедных, камуфлирующие подлинные желания.
Энтузиазм «ранних последователей»: искусственный интеллект в глазах пользователей
Переходим теперь к третьей колокольне (самой для нас важной!) и попытаемся оценить перспективы развития ИИ глазами рядовых пользователей.
Что сегодня творится в головах людей, отлично иллюстрирует опрос, проведенный компанией Anthropic. Опрос, надо сказать, предельно репрезентативный: свое отношение к искусственному интеллекту выразили 81000 человек из 159 стран планеты.
Вот ключевые результаты:
В чем ИИ оправдал ожидания
Несколько геополитических обобщений из опроса: «В глобальном масштабе 67% опрошенных выразили в целом положительное отношение к ИИ. Выявились четкие тенденции: жители Южной Америки, Африки и большей части Азии смотрят на ИИ с бóльшим оптимизмом, чем жители Европы или США. „
Когда речь зашла об опасениях, респонденты из стран Африки к югу от Сахары (18%), Центральной Азии (17%) и Южной Азии (17%) чаще всего заявляли об их отсутствии — это примерно вдвое превышает показатели в Северной Америке (8%), Океании (8%) и Западной Европе (9%).
Более позитивное отношение к ИИ в странах с низким и средним уровнем дохода можно объяснить несколькими причинами. Пользователи Claude.ai, скорее всего, относятся к категории «ранних последователей», которые с большим энтузиазмом воспринимают новые технологии. Кроме того, в странах с развивающейся экономикой склонны рассматривать новые технологии скорее как «социальный лифт», а не как угрозу. Обеспокоенность по поводу рабочих мест и экономики была сильнейшим предиктором общего отношения к ИИ, и в этих регионах данный вопрос стоял менее остро. Однако в этих регионах также наблюдается меньшее проникновение технологий на рынок: если ИИ еще не вошел в вашу повседневную работу заметным образом, то вытеснение человека искусственным интеллектом, вероятно, кажется чем-то абстрактным, особенно на фоне более насущных экономических проблем».
Еще одно важное наблюдение: «Технические специалисты оказались в числе тех, кто с наибольшим энтузиазмом относится к использованию ИИ для обучения (45% сообщили, что ощутили пользу для своего образования, уступив лишь студентам). При этом среди них почти никто не столкнулся с когнитивной атрофией (всего 4%, что в два раза меньше среднего показателя). Аналогичная картина наблюдается среди независимых исследователей и людей, которые в данный момент не трудоустроены. Это позволяет предположить, что преимущества ИИ проявляются сильнее всего тогда, когда обучение является добровольным, в отличие от институциональных структур (например, вузов или корпораций), где ИИ чаще используют как “кратчайший путь” (способ упростить задачу в ущерб качеству)».
Результаты опроса Anthropic вполне укладываются в каноны геополитической логики. Так, смещение позитивного отношения к ИИ от стран «золотого миллиарда» в страны «третьего мира» обусловлено тем, что сытый человек с сытой зарплатой всегда пытается защитить статус-кво (личную синекуру и доступные ему общественные блага) от угрозы, потенциально способной разрушить благополучие.
Не менее рационален и «брачный союз» ИИ с предпринимателями и самозанятыми, которым чудо-технологии дают шанс на порядок повысить производительность и эффективность своего труда. Понятны и опасения наемных работников, ожидающих увольнения из-за неспособности конкурировать с заведомо более умелым и знающим ИИ-агентом. „
Беспрецедентно высокий уровень одобрения ИИ, зафиксированный в опросе (67%), позволяет говорить о том, что сегодня Homo Communis, как и двести лет назад, продолжает верить в золотую рыбку, фею или джинна, которые волшебным образом помогают заработать больше, общаться эффективнее, жить веселее и красивее.
Единственное, что омрачает сквозную мифологему человечества, — это необходимость неожиданного выбора! Рано или поздно каждому из нас придется ответить на вопрос: из чьих рук мы готовы принять deus ex machina?
Лично я не сомневаюсь, что подавляющее большинство пользователей вольется в оркестр корпоративной музыки и подыграет Сэму Альтману в стремлении продавать «карманные мозги» по подписке. Только такой выбор предполагает минимум усилий и максимум удовольствия.
Единственный изъян от превращения в кормовую базу для корпораций и государства — это невозможность заблаговременно предугадать, какой приправой из когнитивной манипуляции хозяева корпоративных чатботов накормят своих золотых рыбок в будущем.
Такой приправой может оказаться утонченное зомбирование, на голову превосходящее по эффективности грубые потуги классической пропаганды. Не исключен и вариант с «массовой рентгенографией», которую обеспечат корпорациям (для усиления рекламного давления) и государству (для совершенствования контроля) централизованные ИИ-ассистенты и агенты, прописанные к тому времени на всех наших цифровых устройствах.
Децентрализованные агенты выходят в большой мир
Существует, однако, и альтернативный выбор: отдать предпочтение не корпоративно-государственной модели ИИ, а децентрализованному искусственному интеллекту.
Если бы меня спросили, какое главное событие в эволюции ИИ случилось в 2025 году, я бы ответил без колебаний: это трансфигурация децентрализованного искусственного интеллекта из перспективного, но все же рядового игрока в могильщика корпоративных грез о безраздельном господстве.
Трансфигурация тем поразительнее, что в том же 2025 году стало очевидно, что у децентрализованного ИИ нет ни малейшего шанса конкурировать с корпоративным ИИ в плане самостоятельного развития альтернативных LLM! У энтузиастов-одиночек не было и никогда не будет ни сотен миллиардов долларов, ни гигантских вычислительных ресурсов.
Осознание ограниченности своих возможностей направило децентрализованный ИИ, как теперь оказалось, по единственно верному пути, а именно: развивать не сами LLM, а агентов искусственного интеллекта!
Сегодня речь идет уже не о сотнях или тысячах автономных и полуавтономных ботов, а о миллионах агентов, наделенных не только правом на независимое бытие, но и самостоятельной волей к действию.
Гарантию самостоятельности и независимости агентов ИИ обеспечили три прорывных стандарта, утвердившихся именно в 2025 году.
ERC-8004 — стандарт, который определяет не требующую доверия инфраструктуру для автономных AI-агентов в блокчейнах, совместимых с Ethereum. Он решает ключевую проблему: как агенты из разных организаций (или вообще неизвестные) могут находить друг друга, выбирать, взаимодействовать и доверять друг другу без центрального посредника, API-ключей или предустановленных отношений.
x402 - открытый стандарт оплаты, построенный поверх протокола HTTP, который оживляет давно зарезервированный статус‑код 402 Payment Required так, чтобы сайты, API и сервисы могли монетизировать доступ к ресурсам с помощью стабильных криптовалют (например, USDC) прямо в стандартных HTTP‑запросах без сторонних платежных шлюзов или checkout‑страниц. x402 открывает возможность для децентрализованных сервисов и автономных агентов безопасно и нативно проводить машинно‑машинные платежи прямо через интернет, делая микроплатежи и pay‑per-use модели простыми и автоматизированными. Совсем уж простыми словами: децентрализованные ИИ-агенты могут теперь вести полноценную финансовую активность (покупать, продавать, нанимать на службу, оплачивать услуги и тому подобное) полностью без участия человека.
ERC-7984 — стандарт взаимозаменяемых токенов, который позволяет работать с зашифрованными цифровыми активами, предоставляющими собственникам абсолютную конфиденциальность. Стандарт ERC-7984 позволяет работать с любыми криптографическими подходами, однако до последнего времени был ограничен технологией Zero-Knowledge Proofs (ZKP) (доказательства с нулевым разглашением), которая обеспечивает конфиденциальность сумм (балансы, переводы) и адресов.
В 2025 году к стандарту была добавлена технология Fully Homomorphic Encryption (FHE) — полное гомоморфное шифрование, которое позволяет не просто хранить зашифрованные данные, но и производить с ними любые вычисления, причем таким образом, что ни в один момент времени эти данные не расшифровываются!
В упрощенном виде работу FHE можно представить следующим образом:
с неизвестного адреса на сервер передается неизвестное количество цифровых денег;
сервер выполняет с этими деньгами требуемые операции: на уровне математики это умножение, деление, сложение, вычитание, а на практике это предоставление кредита, получение займа, инвестирование в любой протокол DeFi и так далее;
после получения результата сервер возвращает цифровые активы обратно;
ни на одном этапе сервер не знает, какие суммы он подсчитывает и кому они принадлежат!
Звучит как фантастика, однако FHE сегодня не теория, а полнофункциональный готовый продукт, который уже проводит зашифрованные расчеты на сотни миллионов долларов. Речь о движке fhEVM — созданной французской криптографической компанией Zama модифицированной версии виртуальной машины Ethereum, которая интегрирует FHE в уже развернутые и новые смарт-контракты.
Что сказанное означает на практике? То, что мировое цифровое пространство прямо сейчас населено миллионами децентрализованных ИИ-агентов, наделенных всеми необходимыми техническими средствами для самостоятельной жизнедеятельности.
Сегодня децентрализованные ИИ-агенты ежедневно проводят операции на 12 миллиардов долларов, генерируют сотни миллионов долларов прибыли в месяц и растут экспоненциально. „
К концу 2026 года ожидается, что объем трафика AI-агентов в DeFi составит до 30% в профильных сетях (Base и Solana). Самые консервативные внутренние прогнозы предсказывают 50–75% торгового объема в 2027 году и 80–90 %, с оборотом в триллионы долларов, в 2028–2030 годы.
Показательно, что децентрализованные ИИ-агенты могут работать не только в условиях финансовой независимости от человека, но и в полной приватности: FHE позволяет скрыть всю их активность: суммы, адреса, кредиты, займы.
Локальные нейросети против сервисов по подписке: будущее ИИ
Как децентрализованному ИИ удалось совершить всего за один год такой головокружительный прорыв?
Ответ покажется неожиданным: «хоронят» корпоративный ИИ не децентрализованные агенты, а диалектическое противоречие, заложенное в эволюции самих корпоративных LLM!
Когда Сэм Альтман анонсирует (вернее, не анонсирует, а констатирует постфактум) превращение ИИ в «сырьевой товар по подписке», он тем самым подтверждает, что ИИ обрел качество отчужденности (Entfremdung), присущее любому товару. Иными словами, ИИ перестает восприниматься как результат конкретного человеческого труда и начинает жить самостоятельной «вещной» жизнью.
Как следствие, потребитель волен использовать товар не только по прямому назначению (например, ведение диалогов с ChatGPT), но и в качестве прикладного инструмента для строительства чего-то большего. Может, даже альтернативного. Тем более что LLM позволяют создавать на основе самих себя ассистентов и агентов, которые затем легко децентрализуются, объединяются в рои и могут не только работать самостоятельно, но и жить самостоятельно в децентрализованных средах: сначала — в криптосетях, затем — во всем Web3.
Именно это и произошло. Как только децентрализованные агенты искусственного интеллекта, наделенные среди прочего еще и способностью к безграничной репликации, стали захватывать цифровое пространство и вытеснять из ритейла в B2B корпоративные LLM и подконтрольные ИИ-агенты, созданные на их базе, стало понятно, что джин выскользнул из бутылки и единственная возможность составить ему хоть какую-то конкуренцию — это попытаться играть на децентрализованном поле самого джина.
Первыми подоспели китайские товарищи, которые в январе 2025 года выложили в открытый и бесплатный доступ мощнейший LLM DeepSeek. Законы конкурентной борьбы заставили большинство корпораций ИИ последовать китайскому примеру и открыть доступ для локального использования той или иной вариации собственных LLM.
Я не поленился и только что пересчитал: в последней версии десктопа LM Studio — одной из двух платформ, наряду с Anything LLM, для развертывания больших языковых моделей и создания ИИ-агентов на персональном компьютере — представлено 59 LLM, доступных для локальной установки и последующего автономного использования!
К чему я веду? К тому, что сегодня покупка ChatGPT или Claude — далеко не лучший вариант вложения своих денег. Альтернативно и совершенно бесплатно можно развернуть на своем ноутбуке локальную LLM, создать ИИ-агентов, объединить их в рои, обучить всех вместе и по отдельности нужным скиллам и запустить в работу. Агенты будут выполнять всё, что ваша душа пожелает: отвечать на письма, осуществлять клиентскую поддержку, готовить к утреннему кофе выборку мировой прессы по интересующим вас сюжетам, покупать продукты онлайн, бронировать авиабилеты и так далее.
Обратите внимание: работают локальные LLM и агенты не только бесплатно, но и конфиденциально. Если кто запамятовал: всё, что мы обсуждаем с чатботами GPT, Claude, Gemini и Grok, мгновенно портируется на корпоративный сервер, где используется как для обучения нейросетей, так и для любых никому извне неведомых целей и задач.
В моем представлении будущее ИИ в перспективе ближайших 12 месяцев безоговорочно зависит от того, в какой мере децентрализованным формам искусственного интеллекта удастся привлечь массового пользователя. В ближайшее время гарантий успеха я не вижу, поскольку локальное развертывание ИИ гораздо сложнее централизованного использования корпоративных продуктов вроде ChatGPT.
Можно не сомневаться, что людской мейнстрим, как и всегда раньше, лениво побредет по проторенной дорожке и упадет в ласковые объятия государственно-корпоративной модели. Вот только это не страшно по двум причинам!
Во-первых, важно не количество, а качество. Самая пассионарная и свободолюбивая часть Homo Sapiens однозначно будет строить свое цифровое будущее на децентрализованных версиях искусственного интеллекта. Бонусом здесь идет полное гомоморфное шифрование, которое окончательно закроет от государства и корпораций финансовую составляющую децентрализованной активности.
Во-вторых, распределение интереса конечного пользователя между централизованными и децентрализованными формами искусственного интеллекта ничего не может изменить в том, что объективно неизбежно: „
контроль над цифровым пространством уже в ближайшей временной перспективе заберут самостоятельно действующие децентрализованные агенты.
Нравится это кому-то или не нравится. Выберет ли большинство локальные LLM или не выберет.
Показательно, что Сэм Альтман не просто догадывается о таком исходе, но и нисколько в нем не сомневается. Равно как не сомневаются и остальные руководители ИИ-компаний. Чтобы в этом удостовериться, достаточно посмотреть, с каким энтузиазмом корпорации обхаживают продукты ИИ, предназначенные для локального развертывания LLM и ИИ-агентов:
OpenAI наняла создателя OpenClaw Петера Штайнбергера;
Samsung NEXT активно инвестирует в Sahara AI (блокчейн-платформу для децентрализованного ИИ);
Microsoft и Google внедряют поддержку открытых моделей (Llama 4, Mistral) в свои Azure и Vertex AI быстрее, чем сообщество успевает их оптимизировать.
Справедливости ради нужно отметить, что описанный тренд отражает не логику отчаяния, а напротив, корпоративную мудрость (ставшая уже классикой модель Chromium!): корпорации ИИ спонсируют открытое ядро, которое затем становится стандартом индустрии, однако параллельно строят на базе этого ядра собственные закрытые проприетарные сервисы.
Впрочем, это уже другая история. Одно очевидно: модель «интеллектуального водопровода по подписке», которую популяризирует сегодня Сэм Альтман, вряд ли когда-нибудь позволит вернуть деньги инвесторам. Хотя не вопрос: на 110 миллиардов долларов наверняка удастся извернуться и позамысловатее.

Генри Холмс — настоящее имя Герман Уэбстер Маджетт — был талантливым мошенником и неплохим бизнесменом. На деньги, вырученные от афер со страховками, он построил отель, который стал последним пристанищем для сотен человек. Он осужден за четыре убийства, признался в 27, но мог быть причастен к сотням преступлений. Неизвестно, сколько бы еще просуществовал его конвейер смерти, пока на его след не напали частные сыщики из сыскного агентства Алана Пинкертона в 1895 году. Холмс был казнен и стал первым официально признанным маньяком в Соединенных Штатах.
Дотошный детектив
История расследования деятельности первого маньяка Америки начиналась с поиска мошенника. Из сообщения заключенного Мэриона Хаджспета полиция узнала, что некий господин Генри Холмс обманным путем получил страховку в 10 тысяч долларов за смерть Бенджамина Питезеля. Последний приехал в Филадельфию в августе 1894 года, а через месяц скончался. Через некоторое время появился адвокат Джепт Хау, а затем друг и девятилетняя дочь умершего, которые опознали труп.
Об этой афере полиция и страховая компания узнали лишь потому, что заключенный Хаджспет должен был получить 500 долларов за услугу: в 1894 году он свел своего сокамерника Холмса с изворотливым юристом Хау. Но денег он не получил и решил заложить сокамерника-мошенника. Представители страховой компании, узнав об обмане, обратились в сыскное агентство Алана Пинкертона — в те времена самый продвинутый расследовательский орган Америки.
Дело о страховом мошенничестве принял к производству дотошный и цепкий детектив Патрик Гейер. Он первым делом запросил у всех страховых компаний страны сведения о всех странных случаях по востребованию страховых выплат, особенно связанных со страхованием жизни. Сообщений пришло не очень много. Детектив сразу обратил внимание на случай, который произошел в Нью-Йорке в 1891 году.
30-летний нью-йоркский бизнесмен Генри Холмс застраховал свою жизнь на 20 тысяч долларов. А буквально через два месяца в полицию Род-Айленда поступило сообщение о его убийстве. По словам свидетелей, убитый незадолго до смерти заселился в отель на берегу океана. Через пару дней он исчез, а еще чуть позже на пляже была найдена обожженная голова. Служащие отеля предположили, что голова принадлежит пропавшему Холмсу.
Через два месяца в отеле появился друг Холмса, который заявил, что имеет доверенность на получение страховки погибшего. Но страховщики зацепились за то, что обстоятельства смерти Холмса так и не были определены. Да и опознание было затруднено. И вообще непонятно, был ли одним и тем же человеком тот, кто застраховал свою жизнь, и тот, чью голову нашли на пляже. Друг Холмса привлек к спору юриста Хау. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Бедный Бенджамин
Детектив Гейер не мог пройти мимо подобных совпадений: одна и та же фамилия, схожие обстоятельства страховой аферы. Похоже, он напал на след мошенника, а возможно, и убийцы. К тому времени у Гейера были все основания предполагать, что Холмс не просто обманул страховщиков, но и убил Бенджамина Питезеля.
Когда Холмс пытался получить страховку в 1891 году, он оставил адрес своего проживания — отель «Замок» в Чикаго. В том же городе проживала и жена Бенджамина Питезеля, убитого в Филадельфии.
Хозяина отеля «Замок», Германа Маджетта, Гейер на месте не застал, как и Генри Холмса. Но ему удалось поговорить с управляющим отеля, и тот сообщил детективу, что господину Холмсу можно оставить послание, которое непременно попадет тому в руки. Детектив так и сделал. И тут же отправился в ближайшее почтовое отделение, чтобы знать, куда именно будет переправлено его письмо.
Вторым шагом детектива Гейера было установление места жительства семьи Питезеля. Оказалось, что женщина и пятеро детей Питезелей выехали из своего старого дома. Но тут опять промелькнуло название отеля «Замок»: соседи сказали, что до своего отъезда в Филадельфию Бенджамин Питезель работал именно там.
Гейер вернулся поговорить с хозяином отеля. Управляющий опять посоветовал оставить письмо. Сыщик так и сделал. После чего снова навестил почтовое отделение. Через несколько дней детектив получил информацию о том, что письма для Холмса и Маджетта переправлялись по одному и тому же адресу в Сент-Луисе. Похоже, что Холмс и Маджетт — одно и то же лицо.
В Сент-Луисе Гейер Маджетта-Холмса не застал. Тот уехал в Детройт, оставив адрес, куда пересылать корреспонденцию. Но и в Детройте сыщику не повезло. Маджетт съехал из съемного дома буквально за пару часов до того, как там появилась полиция. Хозяйка сообщила, что вместе с Гейером путешествуют трое детей.
Это насторожило Гейера: возможно, Маджетт возит с собой детей Питезеля. Осматривая местность вокруг съемного дома в Детройте, детектив обнаружил во дворе глубокую яму. Хозяйка дома вспомнила, что до появления жильцов этой ямы не было. Неужели готовил могилу для детей? К розыску Маджетта были подключены дополнительные силы полиции.
В конце концов Герман Маджетт был арестован в Бостоне. Но со следствием общаться отказался. Ничего не сказал и о детях, с которыми ездил по стране. Их нашел всё тот же Гейер. К сожалению, уже мертвыми. Поиски заняли почти год, и раскрыли страшную историю первого маньяка Америки.
Детектив прошел по следу Маджетта, начиная с 1893 года. Гейер выяснил, что убийца Питезеля довольно долго возил с собой троих детей убитого. В Торонто Маджетт всё-таки избавился от двух сестер, оставив в живых самого маленького из детей, шестилетнего Говарда Питезеля. Но и тот вскоре будет убит. Тела сестер были найдены в яме, которую маньяк выкопал в подвале съемного дома.
Гейер выяснил, что Маджетт возил с собой большой сундук, в котором было отверстие в крышке. В этом сундуке он закрыл девочек и подал через отверстие свечной газ, которым в те времена освещались улицы и дома. Отравление газом было излюбленным способом убийства Маджетта.
Отель «Смерти»
Герман Маджетт родился 16 мая 1860 года в семье почтового служащего города Гилмантон, штат Нью-Гемпшир. С детства он выделялся среди сверстников сообразительностью и хорошей памятью. Но знавшие юного Маджетта отмечали его склонность к жестокому обращению с животными. Сразу после окончания школы он женился на дочери богатого фермера. Вскоре та забеременела, а ее отец оплатил обучение Маджетта в медицинской школе. Но когда в 1880 году он получил диплом врача, то тут же покинул молодую жену и ребенка, чтобы больше никогда с ними не встречаться.
В 1885 году Маджетт впервые появился в Чикаго. Он открыл офис на имя доктора Генри Холмса и начал заниматься бизнесом. Вскоре он познакомился с Миртой Белкнап, дочерью богатого торговца недвижимостью, и очаровал ее. Маджетт всегда имел успех у женщин.
Сразу после свадьбы (его не остановило то, что он не был разведен с первой женой) Маджетт стал предпринимать попытки избавиться от тестя и получить доступ к его состоянию. Он дважды подсыпал в сахарницу мышьяк, пытаясь отравить отца жены. Оба раза неудачно. Жена Мирта, впрочем, догадалась о затее мужа. Состоялся серьезный разговор, после которого Маджетт исчез из Чикаго.
Почти год Маджетт входил в состав банды, которая воровала лошадей в Техасе. Эта деятельность принесла Маджетту довольно крупную сумму денег, которые он вложил в акции первой в мире фабрики по производству копировальной техники «ABC Copier». Это вложение всю жизнь обеспечивало Маджетта вполне неплохим доходом. Но ему требовалось гораздо больше денег. Он уже вынашивал планы по постройке отеля, в котором можно будет безнаказанно предаваться своей настоящей страсти — убийствам.
В мае 1886 года Маджетт стал компаньоном в аптеке на чикагской улице «63 стрит». Хозяин вскоре умер, и доктор Холмс, как его теперь звали, предложил вдове выкупить ее долю, пообещав расплатиться в течение нескольких месяцев. Та согласилась. Но через пару месяцев Маджетт прекратил платить. Вдова требовала денег, грозила полицией, но совершенно неожиданно исчезла.
Вскоре Маджетт продал аптеку и купил участок земли, где развернул строительство отеля. В 1893 году в Чикаго должна была пройти Всемирная ярмарка, приуроченная к 400-летию открытия Америки. Ожидался огромный наплыв туристов, а потому отельный бизнес становился довольно прибыльным.
Как позже выяснят сыщики, Маджетт лично руководил строительством отеля. Причем постоянно менял рабочих и вносил изменения в проект. Когда отель наконец был построен, мало кто мог сказать, что скрывается за стенами. А уж для чего предназначены хитрые лабиринты, стало известно лишь после того, как полиция тщательно обыскала отель.
В подвале отеля глубоко под землей были обнаружены прозекторский стол и небольшой крематорий. Прямо к столу вела труба мусоропровода со второго этажа. Через эту трубу Маджетт спускал в подвал трупы. Некоторые тела шли на изготовление скелетов, которые маньяк позже продавал в медицинские и учебные заведения. А остальные расчленял и уничтожал разными способами.
В соседнем с «прозекторской» помещении стояло несколько ванн, в одной из которых была серная кислота. Как и более поздний «коллега» Маджетта Джон Хейг, американский маньяк тоже растворял трупы в кислоте. Но в отличие от Хейга, Маджетт знал химию и понимал: для того чтобы предотвратить выделение ядовитых испарений во время химической реакции растворения человеческого тела в кислоте, необходимо, чтобы в трупе было как можно меньше жидкости. А потому, прежде чем поместить тело в кислоту, Маджетт выдерживал тела в негашеной извести.
В еще одной подвальной комнате обнаружилась дыба. Как позже расскажет Маджетт, он не верил в теорию Дарвина о происхождении человека, а считал, что люди произошли от потомков расы гигантов. И чтобы подтвердить эту теорию, Маджетт подвешивал жертв на дыбу и пытался «увеличить» их рост вдвое. Но как признался сам маньяк, ему так и не удалось увеличить ни одного человека.
На втором этаже «Замка» полицейские обнаружили несколько комнат, стены которых были обиты железом, а сверху оклеены обоями. Таким образом Маджетт создавал герметичные газовые камеры. Когда в эти комнаты заселялись постояльцы, он пускал туда свечной газ. После чего спускал трупы в подвал.
Еще полицейские обнаружили в отеле странную комнату, которая явно не предназначалась для проживания. После того как были разобраны стены, стало понятно, что это банковский сейф, вмурованный в конструкцию отеля. В этом сейфе, являющемся абсолютно герметичным, Маджетт любил запирать своих бывших любовниц. Из-за довольно большой площади сейфа кислорода жертвам хватало примерно на три часа.
Отель «Замок» был разобран буквально по камешку. Полицейские и судебные эксперты обнаружили в различных местах останки более 200 человек. Сам Маджетт отказывался сотрудничать со следствием. Но после того как присяжные признали его виновным в убийстве Бенджамина Питезеля, а губернатор отклонил прошение о помиловании, маньяк попытался хоть как-то продлить свою жизнь. Он предложил газетчикам рассказать о своих преступлениях, потребовав за это 10 тысяч долларов.
Он признался в убийстве 27 человек, подробно описав каждое. А когда маньяку объявили, что казнь состоится буквально на днях, он заявил прессе, что готов рассказать еще о ста убийствах. Журналисты обратились к губернатору с просьбой отсрочить казнь, но губернатор отказал. Маньяк был повешен 7 мая 1896 года. Согласно его воле, труп был залит цементом и только после этого захоронен: Маджетт опасался, что его тело могут выкрасть, чтобы сделать мумию или скелет для изучения.

Имена изгнанных из РПЦ или покинувших Россию православных священников, в частности протоиерея Андрея Кордочкина и иеромонаха Иоанна (Курмоярова), вошли в ежегодный доклад Комиссии США по международной религиозной свободе (USCIRF), который по традиции опубликован в марте. Несмотря на прошлогодние угрозы Трампа распустить Комиссию, деятельность которой создает дискомфорт для тоталитарных режимов, этот уникальный двухпартийный орган устоял.
Комиссия, созданная Конгрессом в 1998 году и состоящая из девяти комиссаров, которых назначают президент и обе палаты парламента США, много лет подряд вносит Россию в список «стран особой озабоченности», систематически практикующих «серьезные нарушения свободы вероисповедания». В соответствии со своим мандатом Комиссия рекомендует правительству США введение санкций против органов власти и должностных лиц, ответственных за религиозные гонения. Правда, администрация Трампа к таким рекомендациям не прислушивается, несмотря на свои обещания «защищать христиан по всему миру». С другой стороны, трампистский стиль подразумевает резкие внезапные смены векторов, и вполне вероятно, что при какой-то новой итерации трамповско-путинских взаимоотношений тема религиозной свободы будет востребована как инструмент давления на «партнера». Вряд ли в конце 1930-х кто-нибудь предполагал, что в 1943-м Сталин уступит давлению союзников и легализует РПЦ и некоторые другие религиозные структуры в СССР.
Неофициальным лидером Комиссии в прошлом году стал человек Трампа — бывший сенатор от Северной Каролины и баптистский пастор Марк Уокер, занимающий должность главного советника Госдепа США по религиозной свободе. Среди других влиятельных членов Комиссии — ее вице-председатель, ортодоксальный раввин синагоги на Манхэттене Меир Соловейчик, и председатель — бывшая конгрессвумен от Республиканской партии Вики Харцлер (Зелмер), прославившаяся борьбой против признания однополых браков и разрешения на аборты.
Гонения на христиан
Авторы доклада признают, что, даже на фоне религиозных гонений прошлых лет, в 2025-м РФ «совершила особенно серьезные нарушения религиозной свободы». Идейной (если так можно выразиться) основой этих нарушений стало злоупотребление ярлыками «иноагентов», «экстремистских», «нежелательных» и т. п., которые раздаются людям и организациям без каких-либо четких критериев или доказательств и без возможности оспорить и снять с себя эти ярлыки.
В частности, невозможно найти какие-либо доказательства того, что конфессии, признанные в РФ «экстремистскими» (например, свидетели Иеговы), совершали насилие, либо планировали или пропагандировали его. USCIRF располагает 190 именами российских свидетелей Иеговы, которые находятся в местах лишения свободы либо подвергнуты принудительным работам за свое вероисповедание. Реальное число репрессированных последователей этой конфессии гораздо больше. По данным «Мемориала», после того как в 2017 году Верховный суд РФ признал экстремистскими, ликвидировал и запретил все общины свидетелей Иеговы в России, к уголовной ответственности привлекли не менее 800 верующих этой конфессии. Абсурдность ситуации еще и в том, что в 1990-е свидетели Иеговы, репрессированные советским режимом, были реабилитированы и до сих пор получают компенсации.
В докладе приводятся имена Ивана Неверова и Михаила Шевчука, приговоренных 19 сентября прошлого года судом в Саранске к 7 и 6,5 годам лишения свободы соответственно — за «организацию деятельности экстремистской организации». Осужденные утверждают, что правоохранители подбросили им религиозную литературу, внесенную в список экстремистской. Во время обыска на квартире Шевчука скончалась его 90-летняя теща, шокированная происходившим. Прадедов Шевчука сажали за принадлежность к этой религиозной организации еще в 1940-е, после чего они жили в сибирской ссылке. „
В докладе упоминается и 67-летний свидетель Иеговы Валерий Байло, который скончался год назад в СИЗО в Краснодарском крае после многократных отказов в просьбе оказать ему медицинскую помощь.
Свидетелей Иеговы российские власти считают «нетрадиционной конфессией», но в доклад USCIRF попали вполне «респектабельные» протестантские конфессии — пятидесятники и баптисты. Некоторые лидеры этих конфессий (например, епископ Сергей Ряховский) заседают в различных кремлевских советах, получают ордена от Путина и изо всех сил поддерживают «СВО». В сентябре прошлого года за свою проповедь в стиле христианского пацифизма был осужден на четыре года лишения свободы 62-летний пастор церкви христиан веры евангельской-пятидесятников в подмосковной Балашихе Николай Романюк. Его задержали в октябре 2024-го за проповедь, произнесенную в сентябре 2022-го, в связи с началом мобилизации. «Это не наша война, — говорил пастор. — В нашем вероучении было прописано, что мы пацифисты и не можем в этом участвовать… Это наше право так исповедовать на основании Священного Писания. Мы не благословляем тех, которые едут туда, которых насильно берут, не благословляем, но молимся, чтобы они были вызволены оттуда».
Систематический характер приобрели в прошлом году гонения на Международный союз церквей евангельских христиан-баптистов (МСЦ ЕХБ), известный также как «нерегистрированное братство» или «инициативники» («Новая газета Европа» рассказывала об этих гонениях и об истории самого религиозного движения). С 1960-х их вероучение запрещает госрегистрацию общин, и даже советский режим более-менее считался с этим фактом. Нынешняя российская репрессивная машина взяла курс на полное искоренение «инициативников», которые существуют как бы вне ее правового поля. Американской комиссии известно о десяти случаях разгона общин МСЦ ЕХБ в 2025-м, а в качестве примера приводится изъятие церковного здания в Курганинске Краснодарского края, где многочисленная община (более 600 человек) вынуждена теперь собираться просто под открытым небом.
Репрессии затрагивают и православных, выступающих против войны или отказывающихся читать за богослужением молитву о победе ВС РФ над Украиной. В 2025 году власти объявили «иноагентами» настоятеля общины ЛГБТ-христиан в Петербурге Александра Хмелева; бывшего клирика РПЦ, перешедшего в Константинопольский патриархат, Андрея Кордочкина; клирика Русской православной церкви за границей иеромонаха Иоанна (Курмоярова) и гражданина Украины архимандрита Кирилла (Говоруна). Разумеется, все они были оперативно «лишены сана» патриархом Кириллом (сан Хмелева РПЦ и так не признавала). В российских условиях «иноагентство» — не только стигматизация, «позорный ярлык», но и тотальное ограничение прав: на распоряжение недвижимостью, возможность заработков, публикаций, преподавательской деятельности, а также перманентная угрозы уголовной статьи — за любое несоблюдение многочисленных «иноагентских» обязанностей и запретов.
Гонения на нехристиан
USCIRF обращает внимание, что российские власти преследуют не только христиан, но и верующих всех конфессий. Особенно достается мусульманам, которых подозревают в принадлежности к движению «Хизб ут-Тахрир» (правозащитники выясняли, что под раздачу часто попадают не реальные адепты движения, а обычные мусульмане, которые узнают о существовании движения лишь в ходе следствия). Дело в том, что «Хизб ут-Тахрир» (в переводе с арабского — «Партия освобождения») признано в РФ «террористическим движением», хотя не выявлен ни один теракт, который бы это движение организовало. „
Во многих западных странах и в Украине «Хизб ут-Тахрир» не запрещено, поэтому большинство дел по подозрению в принадлежности к движению приходится на Крым, а жертвами репрессий становится крымские татары — по террористическим статьям им дают до 24 лет лишения свободы.
По данным того же «Мемориала», под грифом «Хизб ут-Тахрир» два года назад преследовали не менее 320 мусульман, сейчас это число возросло, но дела стали засекречивать. В несколько меньших масштабах преследуют последователей «Таблиги джамаат» («Община призыва» — аполитичное миссионерское движение), признанного в РФ «экстремистской», «Алла Аят», имеющей казахстанские корни, и даже либерального турецкого богослова Саида Нурси, которого в исламском мире критикуют за экуменизм. «Иноагентом» объявлена известная крымскотатарская активистка Лутфие Зудиева, публиковавшая данные о репрессиях против крымских татар в Крыму. Через нее репрессированным представителям этого народа удавалось передавать миру сведения о пытках в СИЗО и тюрьмах, в том числе — весьма специфических, «религиозных»: насильном сбривании бород, запрете на молитвы и добавлении свинины в тюремную еду.
В докладе констатируется поддержка российскими властями курса Компартии Китая на уничтожение духовной школы «Фалуньгун» (другое название — «Фалунь Дафа»): Тушинский суд Москвы отправил в колонию на 4 года Наталью Миненкову за «организацию деятельности нежелательной организации», несмотря на то, что российский «Фалуньгун» таковой не признан (признаны только зарубежные организации). «Очень больно видеть, — говорила Миненкова в своем последнем слове, — что моя страна вместо того, чтобы разоблачать пытки, является инструментом в руках КПК и преследует собственных граждан». Продолжались суды против 51-летнего Ильи Васильева (псевдоним — Арвы Хэккер) — лидера московской общины дзен-буддистов и IT-гуру. Его антивоенный пост на английском признали «дискредитацией ВС РФ», приговорив Васильева к восьми годам лишения свободы. После отмены приговора апелляционной инстанцией дело направлено на новое рассмотрение.
Практики принуждения
Отдельный раздел 100-страничного текста описывает особые практики по подавлению свободомыслия (в том числе свободы вероисповедания) в контролируемых РФ частях Луганской, Донецкой, Запорожской и Херсонской областей, которые на российском политическом жаргоне называют «новыми территориями». С февраля 2022 года, утверждается в докладе, на этих территориях было убито не менее 47 христианских лидеров, а более 700 храмов и других религиозных объектов (преимущественно христианских) — повреждено или полностью разрушено. По наблюдениям авторов, практики «администрации де-факто» направлены на то, чтобы обеспечить доминирование на территориях РПЦ Московского патриархата, полностью зачистив остатки украинских православных или греко-католической церквей, а также существенно ограничив деятельность протестантов. Руководство РПЦ действует абсолютно синхронно с ВС РФ: попирая самостоятельность Украинской православной церкви Московского патриархата, границы которой не могут нарушаться без ее согласия (это прописано в Уставе РПЦ!), московские патриарх и Синод назначают своих «параллельных» епископов в Донецк, Мариуполь, Бердянск, Мелитополь и другие контролируемые Россией города.
Возвращаясь на международно признанную территорию РФ, авторы доклада обращают внимание на новые законодательные ограничения религиозных собраний и миссионерской деятельности. Госдума рассматривает одобренный РПЦ законопроект о полном запрете публичных богослужений и миссионерской деятельности в жилых помещениях и даже в пристроенных к ним нежилых объектах. Это практически сведет на нет такую форму религиозных объединений, как «религиозные группы»: малочисленные общины без образования юрлица с облегченным порядком регистрации. „
Несмотря на декларирование в Конституции РФ равенства всех конфессий, российское государство решило считать «традиционными» только христианство, ислам, иудаизм и буддизм,
внося эту конструкцию в свои нормативные акты, типа «Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей». Эти акты звучат таким образом, что все остальные, «нетрадиционные» конфессии представляют угрозу для госбезопасности. Власти начали жестче карать за любую критику «традиционных» конфессий — даже в юмористической форме: на территории Беларуси был жестко задержан и этапирован в РФ комик Артемий Останин. За «алкогольную» шутку по поводу евангельского сюжета моления о чаше его осудили почти на шесть лет лишения свободы. При этом российские госорганы и официозные СМИ индоктринируют население ненавистью к украинским конфессиям, в том числе имеющим многовековую историю, а первого по чести иерарха мирового православия — Константинопольского патриарха Варфоломея — СВР официально объявляет дьяволом и антихристом.
После прочтения «российской» главы ежегодного доклада USCIRF остается твердое впечатление: Россия на пятом году «СВО» — вполне религиозное государство, аппарат которого стоит «на страже веры». Только вера эта не христианская или какая-либо из «традиционных». Это стихийно сложившийся по итогам четвертьвекового правления Путина мрачный гностический культ, объединяющий ритуальное насилие, веру в безошибочность вождя и пафос бесконечной войны с обступающими со всех сторон врагами. Пока живет и процветает этот культ, число его жертв, в том числе среди инаковерующих, будет возрастать.