На улицах Белграда снова десятки тысяч протестующих: студенты и оппозиция вышли на площадь Славия, выступая против коррупции и за привлечение к ответственности виновных в трагедии в Нови-Саде, где при обрушении навеса на вокзале погибли 16 человек. После окончания демонстрации произошли столкновения с полицией и массовые задержания. «Новая-Европа» прошлась по протестному Белграду и поговорила с людьми, которые уже два года выходят на улицы Сербии. Они рассказали, почему не собираются прекращать протест и как собирают новую политическую силу для борьбы с властью Вучича на выборах, намеченных на эту осень.
Антиправительственный митинг в Белграде, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA .«Студенты победят»
Несмолкающие с 2024 года сербские антиправительственные протесты СМИ часто преподносят как сугубо молодежные, но это не так. Вечером 23 мая у факультета права Белградского университета — одной из стартовых точек большой студенческой демонстрации — сотни студентов пели «хэппи бездей», поздравляя с 90-летием участника протестов Верлюба Шарича.
Праздничный торт он принимал, опираясь на костыли. У него сломаны обе ноги после того, как десятью днями ранее в этом же месте Шарич стал жертвой наезда автомобиля во время акции «16 минут молчания», которая регулярно проходит в память о жертвах катастрофы в Нови-Саде. Водителя позже задержали, ему предъявили обвинение в покушении на убийство. Это не первый случай, когда наезд используется как оружие против протестующих в Сербии: за 2025 год зафиксировано как минимум семь таких.
Это лишь один из способов, который режим Александара Вучича придумал для совладания с протестами за почти четыре года. „
Еще есть нападения с кулаками от чаци — сербских титушек, и нападения с топорами в регионах, не говоря уже о привычном административном давлении типа блокирования движения общественного транспорта в дни митингов.
Новейшие массовые протесты сербов против власти начали развиваться после внеочередных выборов в парламент в 2023 году — оппозиция заявляла о фальсификации этих выборов. Потом были массовые экологические протесты против проекта Jadar по добыче в Сербии лития австралийско-британской компанией Rio Tinto. После этого были забастовки работников образования с требованием повышения зарплат и протесты фермеров.
Участница антиправительственного митинга с нашивкой «Студенты побеждают», Белград, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA.Но реальной точкой невозврата в противостоянии гражданского общества и власти стала трагедия в Нови-Саде 1 ноября 2024 года. После ремонта железнодорожной станции обрушилась крыша — погибли 16 человек. Официальная причина — нарушения при строительстве и вводе в эксплуатацию. По факту же к этому привело повсеместное кумовство и коррупция. Проектная документация по реновации здания до сих пор не опубликована.
Одним из основных требований протестующих эти два года было проведение досрочных парламентских выборов. Вучич говорит о такой возможности еще с января 2025 года. В апреле того же года кабинет министров пересобрали после отставки премьер-министра Милоша Вучевича, но соотношение сил в нем не изменилось: его по-прежнему контролирует партия власти СНС (Сербская прогрессивная партия).
Обещал Вучич провести досрочные выборы и летом 2025-го, в момент жестких боев между полицией и протестующими на улицах Белграда, Валево и других городов. И, наконец, в начале апреля 2026 года, после большой студенческой демонстрации, которая также закончилась стычками с полицией. Поводом для демонстрации стали обыски в здании Белградского университета под предлогом расследования смерти 25-летней студентки. 22 мая Вучич заявил, что выборы пройдут уже осенью, но дату так и не назвал.
На Вучича давят не только студенческое движение и оппозиция. Евросоюз пересматривает выделение гранта в 1,5 млрд евро на развитие страны из‑за спорной судебной реформы, которая, по словам комиссара ЕС по вопросам расширения Марты Кос, «подрывает доверие» к Сербии.
Протестующий с деревянным крестом на массовом студенческом антиправительственном митинге в Белграде, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA.Наезд на Веролюба Шарича — не единственное событие в Белграде, которое произошло за пару недель до генеральной студенческой демонстрации и разогрело к ней интерес. Неделю назад Везелина Милича, начальника белградской полиции, задержали по делу о сокрытии тяжкого преступления после убийства Александра Нешовича (лидера одной из сербских ОПГ) во время встречи представителей влиятельных криминальных группировок Сербии. Милич сам
был на этой встрече, а возможно, ее и организовывал. Как пишет издание Danas, сотрудники полиции по поручению Милича пытались скрыть улики — очистить место преступления от следов и уничтожить записи с камер видеонаблюдения. Так что 23 мая десятки тысяч людей вышли с новым лозунгом: Jesmo li za Srbiju ili za mafiju? («Мы за Сербию или за мафию?»)
Собравшись у факультета права, тысячи протестующих шли, перекрывая улицы, на площадь Славия — центральную точку студенческой демонстрации. Строго говоря, туда шли со всего города — колоннами из Нового Белграда, Автокоманды (это один из восточных районов города), Студенческой площади и других направлений. Колонны насчитывали тысячи людей. Люди стояли в многокилометровых пробках на подъезде к городу, чтобы принять участие в демонстрации. Власть отреагировала в своем духе: остановила железнодорожное сообщение между Белградом и остальной Сербией.
Вид с высоты на акцию протеста в Белграде, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Armin Durgut / AP / Scanpix / LETA.Помимо флагов Сербии, в идущей от факультета права колонне можно было увидеть множество флагов Zborovi (это самоорганизованные ассамблеи районов, инфраструктурное достояние протестов) и различных факультетов Белградского университета, а также красные ладони — символ ответственности за гибель людей в Нови-Саде. Сербский протест заявляет себя как протест без лидера: символика каких-либо политических партий нежелательна. Впереди колонны несли десятиметровый транспарант: Studenti pobeđuju («Студенты победят»). „
В этом году студенты готовы не только выходить на улицы, но и заниматься электоральной политикой. Они составляют свой список кандидатов в парламент — так называемый студенческий список.
Бесспорно, студенческое движение стало главной политической силой Сербии — силой, которая за последние два года выросла из пленумов факультетов в реального оппонента Вучичу и его власти, которая куда больше других дает надежду на позитивные изменения в политике страны.
Людская масса прибывала на площадь гигантскими потоками. Одни накатывали со стороны прилегающих улиц и бились о полицейские ограждения, другие — тонкими ручьями просачивались между группами протестующих, медицинскими пунктами, сценой, дворами и переулками. Люди текли сквозь людей, расходились, снова сходились, заполняли всё вокруг.
Центр города был буквально затоплен людьми, они заняли в радиусе 500 метров все улицы и прилегающие дворы. Этот протест стал одним из крупнейших в современной истории Сербии: по разным оценкам, в 1,5-миллионном городе на улицы вышли от 100 до 190 тысяч человек (глава полиции Драган Васильевич заявил о 34 тысячах).
Протестующие с баннером «Побеждаем» на антиправительственном митинге в Белграде, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA.Один из людских потоков вынес меня к месту сбора экологической инициативы, которая борется против агрессивной эксплуатации природных ресурсов Сербии зарубежными компаниями типа Rio Tinto. Там я встречаю экоактивистку Сашу, одну из координаторок этой инициативы. — Почему вы ходите на протесты?
— Чтобы общаться с людьми, поддерживать друг друга — всех нас, кто выходит на улицы в большем количестве, чем когда-либо прежде. Чтобы чувствовать себя сильнее, когда мы вместе, и вновь осознать величие того сопротивления, которое мы оказываем, не дать ему угаснуть.
— Протест представляется как студенческий, но его поддерживает более широкое гражданское общество. Например, в нем участвует ваша экологическая инициатива по защите
Хомолье. В чем ваш резон?
— С моей точки зрения, нам нужно, чтобы как можно больше людей были информированы и осознали, что, участвуя в борьбе за Хомолье, они более конкретно направляют свой гнев против крупного капитала и империализма.
— Считаете ли вы, что в случае смены правительства в стране, если [на выборах] победит студенческий список, ситуация с агрессивной эксплуатацией природных ресурсов Сербии может измениться?
— Я не уверена; я не слышала достаточно официальных заявлений [на этот счет], и на протесте об этом тоже не говорили, что меня очень беспокоит.
Троянский конь на митинге в Белграде, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Spasa Dakic / Sipa / Scanpix / LETA.***
Наш разговор прервали речи с трибуны. Сначала выступала студентка-психолог Елена из города Баина-Башты. Она говорила, что судьба страны решается теперь на криминальных сходках, имея в виду инцидент с Миличем. «Они правят, сводя за один стол полицейских, преступников и премьер-министров. Они правят, убивая друг друга, а затем пытаясь это скрыть. Они правят, избивая и похищая детей. Поэтому мы и спрашиваем вас сейчас: мы за Сербию или за мафию?» — кричала она в толпу. Ей отвечали аплодисментами и ругательствами в адрес правительства.
Затем выступала Бояна Савович, заместитель прокурора в Высшей публичной прокуратуре Белграда. Она занимается антикоррупционными расследованиями, и в 2023 году власти
переместили ее в другой отдел, забрав у нее дело о хищениях в крупной госкомпании EPS.
«Государство, где законы применяются выборочно, перестает быть государством и становится мафиозной организацией», — говорила она с трибуны. Судебные реформы, вступившие в силу в феврале 2026 года, критикуются судьями, прокурорами и ЕС. Среди главных претензий — ограничения мандатов главных прокуроров, расширение административных полномочий председателей судов и ограничения для прокуроров, работающих с делами организованной преступности и коррупции.
Дальше выступал профсоюзный лидер Югослав Ристич. «Пока не будет отказа от политики дешевого труда и не улучшится положение рабочих-производителей, ни одна сфера [в стране] не станет лучше», — заявил он.
Говоря о положении работников, Ристич отметил, что Сербия позиционирует себя как страну с дешевой и квалифицированной рабочей силой и «рай для инвесторов». „
«Страны, которые являются раем для инвесторов, — это ад для работников»,
— подчеркнул Ристич, добавив, что так не должно быть. Он выразил надежду, что студенческий список, избравшись в парламент, будет принимать решения исходя из интересов работников, а не иностранных инвесторов.
Между речами слышалось традиционное Pumpaj! («Качай!») и Ko ne skače, taj je ćaci («Кто не прыгает, тот чаци»). Вся толпа в сто тысяч человек прыгала на месте и смеялась, свистела и гудела. По всему периметру зажигали фаеры, площадь заполнилась синим дымом над волнами людей, словно на футбольном матче.
В толпе я встречаю Ивана. Ему 50 лет, но он тоже был участником студенческого сопротивления, еще во время Слободана Милошевича.
— Какие ощущения от происходящего?
— Я воодушевлен тем, что спустя полтора года после начала протестов студенческое движение по-прежнему способно собрать в Белграде почти 200 тысяч человек.
— Как ты относишься к насилию на протестах? Какую реакцию это вызывает среди протестующих? Страх и ненависть добавляют решимости бороться дальше?
— Насилие — это то, что порождает сама природа этого режима. Оно неотъемлемо и предсказуемо. Каждый раз одна и та же схема: после окончания мирного митинга режим провоцирует под ложным предлогом столкновения хулиганов и контролируемых государством преступников с полицией. Всё это заканчивается избиениями и арестами мирных протестующих, не проявлявших никакого насилия ни по отношению к полиции, ни к кому-либо еще. Другая тактика — это создание постоянного палаточного городка, заселенного теми же хулиганами и преступниками, в общественном парке, расположенном между зданиями парламента и президентства, в качестве провокации и способа предотвратить проведение там каких-либо митингов.
В моем случае реакция на всё это — это гнев и решимость; страх у большинства людей угас после всего, через что мы прошли.
— Ты принимал участие в сопротивлении при Милошевиче. Мог бы сказать, в чем основная разница между тем протестным движением и сегодняшним? Как власть реагировала на протесты тогда и как сегодня?
— Разница в том, что протестующие и оппозиция [тогда] возлагали большие надежды на демократию и международную помощь. Сейчас мы просто хотим вернуть нашу страну и свободу. Кроме того, тогда у нас не было иного выбора, кроме как бороться: страна находилась под санкциями, границы были закрыты. Сейчас режим говорит: если вам это не нравится, уезжайте из страны, эмигрируйте.
— А как обстоят дела с репрессиями? Сильны ли сегодня репрессии в Сербии и могут ли они усилиться? Возникали ли у вас или у ваших друзей проблемы с властями из-за участия в этой волне протестов?
— Репрессии усиливаются еще с 2017 года, когда Вучич впервые был избран президентом республики. С тех пор мы все подвергались тем или иным репрессиям: арестам, избиениям, угрозам, увольнениям, незаконной слежке...
— Ты веришь, что студенты и гражданское общество победят Вучича?
— Конечно, мы добьемся успеха. На протяжении бурной истории сербское общество заплатило страшную цену за свое право на свободу, и сдаться — даже не вариант. Наша надежда на то, что это произойдет быстро, заключена в новом поколении. Оно полностью подготовлено к борьбе. И оно будет бороться.
Протестующий с флагом Сербии на митинге в Белграде, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA.***
К восьми вечера официальная часть протеста подошла к концу, люди начали сворачивать флаги и медленно расходиться с площади. Мимо меня прокатили большую фигуру Троянского коня. Одна часть людей вернулась в Автокоманду, другая шла в сторону Пионерского парка, а наша группа направилась к исходной точке — факультету права. В толпе я встречаю еще одну знакомую — Елену, участницу студенческого движения Белграда и локальных инициатив ее родного города. — Расскажи, пожалуйста, про план студенческого движения, основную стратегию и тактику?
— Мы пытаемся добиться выполнения требований, выдвинутых студентами после трагедии с обрушением навеса в Нови-Саде. Наш план — чтобы Сербия стала страной, из которой люди не были бы вынуждены уезжать за лучшими возможностями за рубежом и из-за невыносимой коррупции внутри страны. Чтобы Сербия стала страной, где соблюдаются законы.
Что касается стратегии, она вырабатывается на пленарных заседаниях на факультетах; решение пленарного заседания уважается, и мы поступаем так, как говорит пленарное заседание. Когда решение принято и мы все согласны, информацию о нем и о следующих шагах можно найти в интернете на страницах блокады факультетов (так называются акции сербских студентов по захвату учебных помещений. — Прим. ред.).
— Можно ли сказать, что студенты создают сейчас свою партию? Это решение [шло] снизу или студенческое движение захватили некие политические силы?
— Студенческой партии нет, и никакие политические силы не приобретают влияния внутри нашего движения. У нас есть студенческий список для парламентских выборов, который будет опубликован, когда будет объявлена внятная дата проведения парламентских выборов.
— Можешь рассказать об этом подробнее? Как вы готовитесь к выборам? Как составляется список, кто в нем?
— Мы призываем людей прийти на выборы и проголосовать. Мы информируем общественность о проблемах и ситуации в стране. В рамках нашей блокады действует студенческая рабочая группа под названием «Студент в каждой деревне». Они проводят разъяснительную работу, ходят от дома к дому по всей Сербии, в различных муниципалитетах, городах и деревнях. Многие люди в Сербии живут в информационной изоляции и не имеют четкого представления о ситуации в стране. Поэтому мы хотим достучаться до каждого, показать всем, что нынешняя ситуация в Сербии неприемлема, что нам нужны перемены.
Критерии для включения в список таковы: кандидат должен быть совершеннолетним гражданином Республики Сербия, не лишенным дееспособности. Кандидат должен уважать программу списка и не быть студентом (здесь нет ошибки, студенческое движение хочет выдвигать на выборы разделяющих их ценности выпускников и состоявшихся профессионалов, — Прим. ред.) Кандидат не должен быть членом Сербской прогрессивной партии. Кандидат не должен быть осужден на срок более одного года или за преступление, преследуемое по закону ex officio (то есть без заявителя. — Прим. ред.), за которое предусмотрено наказание сроком более трех лет.
— Что изменится, если студенты выиграют на выборах? Всё, движение выполнит свои цели?
— Это станет шагом вперед на пути к искоренению коррупции в Сербии. Конечно, есть много нерешенных проблем, созданных нынешним правящим режимом. Любому, кто выиграет выборы, будет сложно с этим справиться. Но мы хотим свободную и достойную Сербию, и все шаги после победы студенческого списка будут направлены на ее создание. Что бы ни случилось, мы будем продолжать бороться за нашу страну.
Протестующий на фоне полицейских на митинге, Белград, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA.***
У факультета права запахло слезоточивым газом. Мне вручили бутылку воды и специальное средство. Друг-серб написал мне, что он находится напротив чацилэнда (лагеря титушек в Пионерском парке) и в полицию летят камни, а людей задерживают. Другие протестующие тоже сразу узнали об этих столкновениях, и улыбки исчезли с их лиц.
Студентка Елена убежала в ту сторону. Оттуда раздались звуки взрывов светошумовых гранат. Появились первые публикации в медиа о происходящем: столкновение происходило вокруг Пионерского парка, где стоит провластный лагерь СНС и сосредоточены силы полиции. В сторону полиции летели фейерверки, камни, с другой стороны отвечали слезоточивым газом и дубинками.
Мы переместились в парк Ташмайдан. „
Люди постоянно подбегали к фонтану и промывали глаза от перцового газа. Я встретил друга Елены, который посоветовал мне уходить куда-то подальше, если я не хочу быть побитым дубинками.
Вокруг был хаос.
Звуки взрывов и гул разъяренной толпы, крики и ругань постепенно приближались к нам, мимо бежали люди. Полиция оттеснила протестующих от Пионерского парка к перекрестку у факультета права. Люди начали строить баррикады из мусорных баков и поджигать их. Но в итоге полиция заняла Тайшмандан, а протестующие ушли.
Горящий мусорный контейнер и сотрудники полиции после митинга, Белград, Сербия, 23 мая 2026 года. Фото: Andrej Cukic / EPA.Через час после начала столкновения у Пионерского парка бои стихли. Полиция задержала 23 человека. Летом 2025 года бои длились дольше, по меньшей мере несколько часов.
Часть оппозиции обвинила в насилии футбольных хулиганов и власти, устроившие провокацию. Вучич, находившийся в тот момент в Китае, прокомментировал столкновения так: «Протестующие показали свою насильственную природу». Студенческое движение пока не сделало официального заявления, но изначально подчеркивало мирный характер демонстрации, которая до момента столкновения у чациленда была уже официально завершена.
Тем же вечером я встретился с участником столкновения, имя которого я называть не буду. Он рассказал, что в боях участвовали разные люди, схватка была достаточно жесткой. Он выразил надежду, что дестабилизация в стране создаст политические возможности — и она заживет лучше.