В конце марта и начале апреля Дагестан пережил два наводнения подряд. Тогда в республике погибли по меньшей мере шесть человек, были затоплены и разрушены тысячи домов, дорог и мостов, а без света оставались сотни тысяч жителей. После этого федеральные и региональные власти обещали выплатить компенсации пострадавшим, восстановить дома, а также заявляли, что возьмут ситуацию под «особый контроль». Но к концу мая на Северный Кавказ пришла новая волна ливней, и оказалось, что регион встречает ее с теми же проблемами. В Ингушетии после дождей экскаватором разрыли главную дорогу через село Троицкое, чтобы вывести воду из затопленных домов. В Дагестане угроза снова пришла в село Ново-Цилитли, которое после мартовского наводнения так и не успело восстановиться. В Чечне и Карачаево-Черкесии из-за паводков и селевых потоков погибли два человека. «Новая газета Европа» рассказывает, как Северный Кавказ снова оказался не готов к обильным осадкам.
Ингушетия
В Ингушетии сильнее всего от ливней, которые начались 25 мая, пострадали село Троицкое и город Карабулак. По данным МЧС и региональных властей, в Троицком были подтоплены 22 дома и 48 придомовых территорий, оттуда эвакуировали 75 человек, в том числе 30 детей. В Карабулаке вода зашла в 19 домов и 84 двора. Некоторые жители отказались от эвакуации в пункты временного размещения и уехали к родственникам.
На официальных видео, которые публиковали правительство Ингушетии и администрация Сунженского района, видно, как улицы Троицкого залиты мутной водой, а местных жителей забирают на армейских грузовиках с буквами Z и пожарных машинах. Власти решили отвести воду из домов, прорыв траншею на Шоссейной улице. Из-за образовавшейся ямы на главной улице Троицкого всё село оказалось отрезано от аэропорта и соседнего города. Когда вода уже вошла в дома, систему водоотведения решили создавать экскаватором прямо посреди дороги.
Ингушские власти затем отчитались, что уровень воды начал снижаться, а погибших в республике нет. Прокуратура открыла горячую линию для пострадавших. Глава республики Махмуд-Али Калиматов провел совещание по ликвидации последствий паводка и заявил, что нужно не только устранять последствия, но и «разбираться в причинах», в том числе в состоянии водоотводной инфраструктуры и возможных нарушениях при застройке. Но это совещание прошло только спустя сутки после начала затоплений. «Фортанга» отдельно обращала внимание, что в первый день паводка ни сам Калиматов, ни другие высокопоставленные чиновники не заявляли о посещении пострадавших территорий.
Житель села Троицкое Зураб Г. рассказал «Новой-Европа», что проблема с подтоплением домов после сильных дождей существует уже несколько лет, местные жители обращаются к властям, но те никак не реагируют. Дом Зураба затопило, и даже после откачки воды жить в нём невозможно: стены отсырели, полы придется менять, часть мебели испорчена. Будут ли помогать с ремонтом власти, до сих пор непонятно. О прямых компенсациях пострадавшим от майского паводка власти Ингушетии пока публично не говорили. В Экажево чиновники только сейчас обещают начать строительство ливневой канализации на участке, который затапливает регулярно. Еще в апреле чиновники объясняли, что строительство ливневки на этом участке затруднено из-за инженерных коммуникаций. Но после нового паводка проект назвали «срочным».
Дагестан
В Дагестане вновь под угрозой оказалось село Ново-Цилитли в Хасавюртовском районе. В конце марта оно уже попало в зону одного из самых тяжелых паводков весны. Тогда жители вывозили семьи на тракторах и грузовиках, вытаскивали из воды скот, а сами местные говорили, что помощи от властей почти не было и всё держалось на соседях, волонтерах и блогерах. Ранее издание «Ветер» уже рассказывало, что изначально дагестанские власти даже не включили Ново-Цилитли в список пострадавших сёл, из-за чего первые дни туда не приезжали даже спасательные службы. Людей, дома и скот жители спасали сами.
— Даже если вы просто посмотрите видео из Дагестана, там везде помощь оказывают волонтеры, обычные люди. А где власти? До нас они так и не добрались: я сначала свою семью вывозил, потом семьи соседей, потом скот, — рассказывал тогда житель Ново-Цилитли.
В ночь на 26 мая вода в реке Акташ снова вышла за пределы русла. Местные паблики и телеграм-каналы начали писать об угрозе нового подтопления и о том, что женщины и дети уезжают из села. „
МЧС Дагестана публично опровергло сообщения о «сильных подтоплениях», заявив, что серьезной угрозы нет, а официальной эвакуации не проводилось. Ведомство отдельно подчеркивало, что жители выезжали сами, чтобы «перестраховаться».
Вокруг села вновь быстро начала собираться горизонтальная помощь. Представители дагестанского муфтията сообщали о приезде в Ново-Цилитли для поддержки жителей, в местных каналах публиковали сборы воды, продуктов и одежды.
После весеннего потопа в Дагестане эксперты уже подробно разбирали причины катастрофы. Forbes писал, что мартовские осадки в Махачкале в четыре раза превысили средние показатели, а Росгидромет еще в 2017 году предупреждал о росте климатических рисков на Северном Кавказе: паводков, селей и оползней. Но, как подчеркивали опрошенные изданием специалисты, разрушительные последствия были связаны не только с погодой. В Махачкале и ее пригородах годами разрушалась старая система отвода воды, засыпались канавы и водоотводы, застраивались русла малых рек, а город рос быстрее, чем развивалась его инженерная инфраструктура.
Похожая проблема есть и в Ингушетии. В Экажево местные жители говорили, что раньше вода уходила в реку по дренажной системе, но потом участок оказался застроен коммерческими объектами.
Чечня и Карачаево-Черкесия
В Карачаево-Черкесии, в селе Светлое, трое мужчин пытались переехать на жигулях затопленный мост через реку Овечка. Автомобиль заглох прямо в воде. Один из мужчин вышел из салона, и его унесло течением. По данным региональных властей, погибший был жителем села Светлое 1982 года рождения. Двух других пассажиров удалось спасти. В Чечне, в Итум-Калинском районе, после сильных дождей сошел сель. В районе хутора Терти под завалом оказались два человека, которые занимались расчисткой дороги. Их искали два дня. Как сообщил глава района Альберт Рабуев, одного из пропавших нашли живым и доставили в больницу, второго спасти не удалось.
В Чечне майские дожди тоже ударили по инфраструктуре. Из-за селя временно перекрывали участок федеральной трассы Р-217 «Кавказ» возле села Кокадой. „
В Шалинском районе река Джалка вышла из берегов в Мескер-Юрте, вода зашла в 45 дворов, восемь домов оказались полностью подтоплены. В районе Агишты были эвакуированы около 20 семей.
На фоне новых паводков Чечня выглядит для жителей соседних республик примером того, как власти могут реагировать после наводнения. Уже в конце марта Рамзан Кадыров объявил о строительстве 100 домов для наиболее пострадавших семей. В апреле и начале мая власти сообщали уже о 127, а затем о 143 домах, построенных в Новом Беное и Гудермесе. 8 мая эти дома торжественно открыли, ключи получили семьи, потерявшие жилье из-за паводков и оползней. По сообщениям чеченских властей, новый жилой массив возвели в рекордные сроки: меньше, чем за полтора месяца. В поселке теперь типовые дома с мебелью, коммуникациями и базовой инфраструктурой. По словам источника «Новой-Европа», знакомого с предпринимателем и ингушским миллиардером Микаилом Гуцериевым, поселок для пострадавших построили за его счет. В качестве благодарности, утверждает собеседник, в апреле 2026 года Рамзан Кадыров объявил о строительстве в Грозном медресе в честь матери бизнесмена Марем Ахильговой.
Однако, как писал «Кавказский узел», несмотря на быстро построенные 143 дома для примерно 800 человек, жители Чечни, чье имущество было повреждено, жаловались на задержки компенсаций.
Выплаты в других регионах
После мартовского наводнения власти Дагестана объявили стандартные выплаты: 15 675 рублей единовременной помощи на человека, 78 735 рублей за частичную утрату имущества первой необходимости и 156 750 рублей за полную. Также обещали 313 500 рублей при легком вреде здоровью, 627 тысяч — при тяжком или средней тяжести вреде, а семьям погибших — 1,567 млн рублей. Эти суммы жители называли несоразмерными масштабу потерь.
Отдельной проблемой стала скорость выплат. „
По данным «Кавказского узла», к началу мая в Дагестане подали 248 845 заявлений на помощь, но выплачено было только 10 900, то есть чуть больше 4%.
Позже врио главы республики Фёдор Щукин сообщал, что выплаты получили уже более 26 тысяч человек. Минтруда Дагестана в апреле отчитывалось сначала о 688, затем о 3 660 получателях. В пяти пострадавших районах в середине мая не было ни одной выплаты.
Помощь Дагестану в итоге собирали через фонды. Благотворительный фонд «Надежда» сообщал о более чем миллиарде рублей, собранных на поддержку пострадавших. The Moscow Times писал, что к помощи подключились частный бизнес, сервисы ремонта, кафе, благотворительные платформы и известные дагестанцы. Блогер Хасбулла Магомедов приезжал в Мамедкалу и, по сообщениям СМИ, передал 1,2 млн рублей в пользу одного из сборов. Блогер Михаил Литвин отправил 2 млн рублей через Tooba и еще 500 тысяч рублей на ремонт техники. В Ингушетии люди тоже в основном не верят в государственную поддержку. Те, чьи дома оказались затоплены, расселяются по родственникам.

Каждый год власти рапортуют об увеличении количества детей, отдыхающих в летних лагерях. В 2026-м там ждут 6 миллионов детей, летом 2022-го их посетили 5 миллионов. При этом уже второй год в систему детского отдыха внедряют единую государственную воспитательную программу, которая в том числе предполагает коллективные поднятия флага, рассказы о геноциде советского народа и пропаганду службы в армии. Большая часть таких мероприятий курируется Росмолодежью. Это федеральное агентство поглощает огромные суммы, обещая властям, что подрастающее поколение будет жить в России и будет абсолютно лояльным ее руководству. Но к тому, насколько эти траты эффективны, есть много вопросов.

Федеральное агентство по делам молодежи (Росмолодежь) создано в 2008 году, оно входит в структуру российского правительства. Координирует работу молодежных организаций и форумов. С момента создания в нем сменилось восемь руководителей. Ни один из них после работы в федеральном агентстве не пошел на повышение, не остался в высших эшелонах власти. Нынешний руководитель, 40-летний Григорий Гуров, возглавляет Росмолодежь с 2024 года. Сам он также сделал карьеру в государственных молодежных структурах.
С участием миллионов
В мае Росмолодежь объявила тендер на 96 миллионов рублей на создание интернет-платформы для «духовно-нравственного развития» подростков. И это не рекордная трата этого агентства. В сентябре Росмолодежь готовит Всемирный фестиваль молодежи в Екатеринбурге, который оценивается в 500 миллионов рублей.
Ведомство активно и за рубежом. Глава Росмолодежи Григорий Гуров, находящийся под персональными санкциями США, Швейцарии, Евросоюза, Японии и Украины, тем не менее в апреле приезжал в Нью-Йорк на мероприятие ООН, где презентовал осенний екатеринбургский фестиваль. (На момент публикации текста объяснений, как Гурову удалось въехать в США, найти не удалось. В случае с также находящимся под санкциями главе РФПИ Кирилле Дмитриеве, который посещал США в рамках переговоров Кремля с Дональдом Трампом, CNN сообщали о возможной временной приостановке санкций).
В мае один из заместителей главы Росмолодежи был в составе официальной делегации в ходе визита президента Владимира Путина в Пекин.
С начала полномасштабного вторжения в Украину много пишут о школьной патриотической пропаганде, соответствующих молодежных движениях и мероприятиях, где дети ходят строем, учатся управлять дронами, пишут письма на фронт или плетут маскировочные сети. Все это обычно курирует Росмолодежь. Как и многое другое, не связанное с войной: встречи молодых предпринимателей, походников, экологов. А недавно Росмолодежи поручили также профилактическую работу с несовершеннолетними правонарушителями.
На волонтерской платформе Добро.рф, подотчетной Росмолодежи, зарегистрировано почти 10 миллионов добровольцев — только за 2025 год юные госволонтеры выполнили более 700 тысяч заявок на помощь, организовали почти 250 гуманитарных миссий.
Тысячи старшеклассников участвуют в конкурсе Росмолодежи «Большая перемена»: „
победителям обещают хорошие карьерные перспективы. На первый в 2026 году грантовый конкурс федерального агентства уже поступило 17 тысяч заявок.
Детские молодежные организации рапортуют о растущем количестве юных участников. «Движение Первых» утверждает, что к нему присоединились почти 14 миллионов детей. «Юнармия» декларирует более 2 миллионов участников.
В 2025 году в государственном молодежном медийном сообществе «Шум» участвовало 25 тысяч человек. Под патронажем Росмолодежи есть специальная программа подготовки управленцев для государственно ориентированных медиа.
Дмитрий Цибирев, эксперт проекта «Не норма», изучающий военную пропаганду в российских школах, отмечает высокую активность там Росмолодежи. По данным «Не нормы», Росмолодежь упоминалась 426 раз за последний год только в официальных школьных группах «ВКонтакте» в Адыгее и 2326 раз — в Башкортостане.
— Как и любая государственная инициатива, Росмолодежь совмещает в себе как пропагандистские практики, так и вполне нейтральные. В рамках одного мероприятия они высаживают деревья, а в другом собирают истории про участников «СВО». Как и в «Разговорах о важном», общие темы чередуются с откровенной милитаристской агитацией, — отмечает Цибирев в разговоре с «Новой газетой Европа».
Записать побольше
Школьница Валентина на своей странице в соцсети выкладывает много фотографий с микрофоном и на сцене — она мечтает стать певицей. А еще она возглавляет районное отделение «Движения Первых».
— Движение дает мне возможности для самореализации. Я могу участвовать в проектах, фестивалях, слетах, развиваю организаторские способности и учусь работать в команде. Завожу новые знакомства и общаюсь с лидерами нашего движения. [Движение] дает мне опыт, который пригодится в учебе, будущей профессии и жизни, — сухо объясняет она.
Участие в государственных молодежных организациях пока остается добровольным.
— На улицах города я постоянно вижу каких-то пионеров нового формата. Но мои дети от таких начинаний стараются держаться подальше, и мы в семье это, конечно, одобряем, — рассказывает дизайнер из Хабаровска.
— «Движение Первых» у нас очень активно рекламируют, учителя в начальной школе убеждают туда вступать. Мои дети, ясен пень, не вступают. Одноклассницу дочери хвалили за то, что она выиграла на каком-то конкурсе «Первых» и «внесла вклад в репутацию школы», — говорит домохозяйка из Московской области.
Многих записывают в молодежные организации, но сильно не вовлекают в конкретную деятельность.
— Моих дочерей записали в «Движение Первых», но это какая-то формальность для школьной отчетности. Из активностей пока была поездка в военный музей на 9 Мая. Пока «Первых» не было, такие поездки тоже проходили, — рассказывает журналист из Москвы.
Сына другого собеседника, продавца в магазине запчастей из Московской области, после третьего класса определили в «Орлята».
— Я погуглил, это тоже часть «Движения Первых». Пока выдали какие-то значки и галстук. Участие в движении — пока в обучении дома этот галстук завязывать, — говорит продавец.
«Новая газета Европа» поговорила с тремя школьными учителями — из Нижегородской, Иркутской областей и Удмуртии. Их оценки совпали: в вовлечения школьников в государственные молодежные программы становится все больше, но пока это касается далеко не всех.
— В маленьких населенных пунктах у молодежи нет разнообразия выбора. Здесь вовлеченность в госпрограммы является способом проявить себя, социальным лифтом. В больших городах молодежь увлечь сложнее, потому что есть много других интересных возможностей. — рассказывает один из них. — „
Старшеклассников привлекают «плюшками»: бесплатные поездки и путевки в лагеря, дают дополнительные баллы при поступлении в вуз за волонтерскую деятельность. И это работает.
Проще проявить себя в качестве волонтера, чем усиленно учиться. Ведь волонтерство даст гарантированные баллы при поступлении в вузы.
С работой государственных волонтерских структур сталкиваются собеседники «Новой газеты Европа», занимающиеся экологическими проектами в России.
— «Часы волонтерства», зафиксированные через Добро.РФ реально засчитываются при поступлении в вузы, при отправке заявок на стипендии для студентов. Насколько я знаю, на уборке Черноморского побережья от мазута эта система не справлялась, было много недовольных. Например, можно было записать только 8 часов в день, хотя реально мазут убирали гораздо больше, — рассказывает одна из активисток.
«Экосистема» может приписывать себе мероприятия, организуемые низовыми активистами. Но последних это вполне устраивает — так как там есть не только карьеристы, но и действительно искренняя молодежь.
— Они могут быть критично настроены к властям, но готовы там работать, «потому что неважно, где делать хорошие дела». Например, акции раздельного сбора мусора просто так сейчас в Москве не очень согласуешь: это почти как политический пикет. При этом в столичных префектурах есть жесткие планы по вовлечению молодежи в волонтерство, с отчетами, которые уходят на федеральный уровень. Можно договориться с «Экосистемой», что она сфотографирует твою акцию и выдаст за свою, зато тебе ее разрешат провести, — рассказывает активист из Москвы.
Ностальгия по пионерии
Структуры, отвечавшие за молодежную политику, существовали в правительстве возникшей после развала СССР России в 1990-е годы. С 2000 по 2007 год государственного молодежного органа не было вообще, пока в 2007-м создатель «Идущих вместе» и «Наших» Василий Якеменко не был назначен сначала главой комитета по делам молодежи, а в 2008 году — федерального агентства «Росмолодежь».
Публицист Дмитрий Петров часто посещал мероприятия прокремлевских молодежных организаций в 2005–2012 годах и разговаривал с участниками. Он отмечает, что уже тогда появлялись инициативы по возрождению пионерии, а сам феномен родился, вероятно, из ностальгии и их участников, и их спонсоров во власти по советской системе социализации молодежи.
Петров говорит, что, за отсутствием войны, во времена «нашистов» пропаганда прокремлевских молодежных организаций концентрировалась на якобы существующей угрозе от США, которые хотят захватить все ресурсы России и «оболванить население, превратив его в послушных сотрудников транснациональных корпораций».
— Умных образованных подростков они обещали сделать резервом российского чиновничества. Бюджеты делились в пропорции — половина организатору, половина в откат чиновникам. Это была большая афера. Ни «Россия молодая», ни «Молодая гвардия “Единой России”» , ни «Наши» ничего не сделали, не создали никакого резерва чиновничества. Если кто-то кем-то и стал, то это лишь единицы, — констатирует Петров.
В прошлом году Василий Якеменко, ныне житель Германии, дал скандальное интервью, в котором рассказал, что заработал на молодежной политике «адское количество денег». В 2011 году «Новая газета» писала о том, что Якеменко хотел утвердить программу в области молодежной политики на 22 миллиарда рублей (в тот раз, правда, безуспешно).
Сейчас бюджеты куда больше. Например, на нацпроект «Молодежь и дети» на 2025–2030 годы выделили 3,53 триллиона рублей — и значительную часть этой суммы будет распределять именно Росмолодежь. Помимо бюджетных денег, Росмолодежь получает средства за различные совместные проекты от «Сбера», Росатома, РЖД, Роскосмоса и других госкорпораций. „
— Раньше были только форум «Селигер» и махания флажками, теперь есть реальные инструменты, с помощью которых молодежь может вовлекаться в общественную жизнь.
Акценты ставятся на поддержку «СВО», патриотическое воспитание. Но главное — чтобы молодежи было комфортно развиваться и самореализовываться. Россия сейчас — в мировых лидерах по количеству и финансированию программ для молодежи, — рассказывает собеседник «Новой газеты Европа», работающий в сфере молодежной политики.
Он подчеркивает, что Росмолодежь не вырабатывает молодежную политику, а лишь занимается ее исполнением. А задает вектор Росмолодежи замминистра образования и науки Ольга Петрова.
Справка
Петрова 23 года проработала в ННГУ им. Лобачевского, завершив карьеру в вузе проректором по учебной работе. Затем перешла в областное правительство, в 2023 году став министром образования и науки Нижегородской области. Оттуда перешла в федеральное министерство на должность замминистра.
Среди инструментов реализации молодежной политики — в первую очередь ГБУ «Ресурсный центр Росмолодежи», который организует конкурсы и раздает гранты на миллиарды рублей дважды в год. Университеты могут получить двухлетний грант на более 20 миллионов рублей. Молодые люди в отдельности — гранты от 100 тысяч рублей.
Росмолодежь курирует многочисленные организации: «Движение Первых», «Юнармию, Российский союз молодежи, общество «Знание», экологическую «Экоситему», волонтерское Добро.РФ, Роспатриотцентр и другие. Также Росмолодежь организует десятки всероссийских мероприятий для тысяч участников: «Территорию смыслов», «Тавриду», «Машук», Форум рабочей молодежи, Всероссийский молодежный агроакселератор и другие.
Соответствие запросу
Параллельно появляется все больше уголовных дел, связанных со средствами, выделяемыми на молодежную политику — хоть и не очень много. В ноябре 2025 года бывшего заведующего отделом Государственного комитета молодежной политики в аннексированном Крыму приговорили к 5,5 годам колонии за хищение более 10,5 миллионов рублей грантовых средств, выделенных Росмолодежью.
В Муроме (Владимирская область) в начале 2026 года завершился процесс о нецелевом расходовании грантовых средств Росмолодежи с 2019 по 2022 год. По версии следствия, ущерб составил 270 миллионов рублей, фигуранты дела получили от условных сроков до четырех лет лишения свободы.
В феврале 2026 года в Калининградской области арестовали министра молодежной политики Анну Мусевич. Следствие считает, что средства Росмолодежи нецелевым образом расходовались при покупке мебели. В апреле ее перевели под домашний арест.
Собеседник «Новой газеты Европа», политтехнолог, ранее работавший с движением «Наши» и до сих пор задействованный в прокремлевских проектах, предполагает, что Росмолодежью «вероятно, в целом довольны», но запросу властей федеральное агентство не совсем соответствует.
— Сейчас нужно, чтобы было как в Украине в феврале 2022 года. Чтобы [все демонстрировали] массовый патриотизм. Чтоб если напали — все встали бы в ряды ВС РФ. „
А проекты Росмолодежи будто из другой эпохи. Они всё придумывают, чем бы детей занять,
— рассуждает он.
Собеседник, работающий в сфере молодежной политики, отмечает, что Россия сейчас — в мировых лидерах по государственным расходам на молодежную политику. При этом и цели ставятся сверхамбициозные: к 2030 году до 75% молодых россиян должны быть охвачены программами патриотического воспитания. 45% молодых людей должны стать волонтерами в различных поддерживаемых государством проектах.
Собеседник сомневается в достижимости показателей, поставленных перед федеральным агентством.
— К 2030 году нужно добиться, чтобы 85% молодежи верили, что смогут самореализоваться в России. Как их посчитать? Наверное, ВЦИОМу поручат, — иронизирует он.