Маньяк из Кировской области середины 90-х Александр Комин, по прозвищу «Вятский рабовладелец», похищал и убивал тех, кого особенно не искали, — бездомных и «социально неблагополучных». Поймать его удалось после четырех совершенных убийств по чистой случайности: маньяк влюбился.
«Подсобное хозяйство»
Александр Комин родился в 1953 году в городке Вятские Поляны Кировской области. Этот городок прославился тем, что осенью 1941 года на заводе «Молот» там было налажено серийное производство прославившихся во время Второй мировой войны автоматов ППШ (пистолет-пулемет Шпагина). Именно в Вятские Поляны осенью 1941 года был эвакуирован машиностроительный завод из подмосковного Загорска, на котором были выпущены первые экземпляры. Туда же переехал и разработчик знаменитого автомата Георгий Шпагин, он возглавил конструкторское бюро нового завода. После войны славу ППШ затмит «АК» (автомат Калашникова). О Вятских Полянах опять забудут, но в конце 90-х годов название города снова окажется в газетах — там появится собственный маньяк.
Родители Комина были рабочими на заводе. До 18 лет это была жизнь простого советского подростка: детсад, школа, уличные компании, дешевый портвейн. Дальше предполагалась служба в армии, но перед призывом он отметился в уличной драке, во время которой серьезно пострадали два человека. Комин и еще трое его подельников были осуждены по статье «хулиганство». Вместо армии — три года на взрослой зоне.
В колонии Комин работал на швейном производстве, ему это так понравилось, что после освобождения он даже закончил техникум по специальности «швейное дело». На зоне будущий маньяк познакомился с заключенным по кличке Бигль, который получил срок за то, что организовал подпольный цех по производству деревянных игрушек. В качестве рабочих в этом цеху трудились «бомжи», люди без прописки и каких-либо прав, которых и в те времена в стране хватало. В беседах с Биглем Комин, по его собственным словам, впервые осознал, что хочет почувствовать полную неограниченную власть над человеком. Но долгое время это оставалось лишь фантазией.
Всё изменилось в 1991 году, после развала Советского Союза. Комин решил, что пришло время претворить в жизнь давние мечты по организации «подсобного хозяйства», в котором будут трудиться бесплатные работники — рабы. Но сначала требовалось найти помещение. Машины у Комина никогда не было, зато был гараж в гаражном кооперативе — под гаражом он решил выкопать что-то типа бункера. Задача довольно трудоемкая, а потому требовался помощник. Им стал его коллега-электрик Александр Михеев, безоговорочно признававший главенство Комина и выполнявший все его указания. Сам Комин тоже работал в то время то сторожем, но рабочим, то электриком в ЖЭК.
Почти пять лет мужчины копали и обустраивали бункер. Когда большое помещение под гаражом было готово, надо было найти рабочую силу. Планы у подельников всё время менялись. Сперва они планировали выращивать под землей овощи, а потом продавать их в кооперативные кафе, которые стали появляться на каждом шагу. Но потом намерения изменились. Комин решил, что выгоднее будет шить халаты и трусы. Были куплены две электрические швейные машинки, материя и нитки, а в бункер проведено электричество. Позже Комин будет применять электричество не только для освещения, но и как систему безопасности и орудие убийства.
Первые рабыни
Первой жертвой новоявленных рабовладельцев стала Вера Талпаева. 13 января 1995 года Комин встретил 33-летнюю женщину у школы № 3 по улице Гагарина. Он предложил ей отметить «Старый Новый год» в хорошей компании, и Талпаева согласилась. И даже не особо удивилась, когда Комин привел ее к гаражу. После первой же рюмки Талпаева отключилась: водка была сильно разбавлена клофелином. Очнулась она уже в бункере для рабов.
Но первая рабыня совершенно не умела шить, а учиться не хотела. И тогда Комин в сердцах воскликнул:
— Если не можешь шить сама, то скажи, кто может!
И Талпаева назвала свою знакомую Татьяну Мельникову. Точного адреса проживания подруги не знала, помнила лишь название улицы — Пароходная. Вятские Поляны не такой уж большой город. Комин решил пойти на Пароходную и поискать потенциальную швею самостоятельно. И почти сразу нашел то, что искал.
На Пароходной Комин встретил знакомого по зоне, Николая Малых. Это может показаться невероятным, но Малых был сожителем той самой швеи. Комин сориентировался моментально. Он зазвал к себе в гости и Малых, и его подругу.
От предложения выпить бывший заключенный не отказался. И даже убедил пойти в гости Татьяну Мельникову. Ну а дальше всё происходило по уже опробованной схеме. «Заряженная» клофелином водка и пробуждение в бункере.
Комин понимал, что сделать из Малых послушного раба не получится. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Дело в том, что в уголовной иерархии Комин был «бакланом», отсидевшим незначительный срок по непрезентабельной статье. Он же сидел по «хулиганке», а вот Малых тянул срок по более «благородной» статье «грабеж». Так что Малых в уголовной иерархии стоял неизмеримо выше Комина и вряд ли захотел бы подчиняться «баклану». Но вот его подруга была очень даже необходима, а потому отпускать их Комин не хотел. Он решил убить бывшего сокамерника.
Комин и Михеев раздели Малых, который был в отключке, выволокли его наверх и бросили замерзать на пустыре на двадцатиградусном морозе. Тело Малых было обнаружено лишь через пару недель. У милиции эта смерть никаких подозрений не вызвала. Выпил бывший зэк лишнего, пошел зачем-то на улицу да и замерз в снегу. Исчезновения Талпаевой и Мельниковой, о которых в правоохранительных органах было известно, тоже не подвигло милицию на серьезное расследование. Обе были женщинами пьющими и в правоохранительных органах посчитали, что просто где-то загуляли. „
Мельникова действительно неплохо шила трусы и халаты, которые Комин сбывал на рынке с большой выгодой. Талпаева была привлечена в качестве подсобной рабочей и сексуальной прислуги: подельники ее регулярно насиловали.
Через пару месяцев после начала работы «предприятия» Комин решил, что ему необходим еще и раб-мужчина. 21 марта 1995 года он встретил у винно-водочного магазина 37-летнего Евгения Шишова, тот был идеальной кандидатурой в рабы: ни постоянного жилья, ни постоянной работы, ни родственников. Шишова опоили водкой с клофелином и переправили в бункер. Но тут Комин чуть не завалил всё так тщательно спланированное дело.
Шишов по основной специальности был электриком. А Комин, когда организовывал «домашний концлагерь», создал «систему безопасности» на основе электричества. Чтобы рабы даже не думали о возможности побега, он подключал лестницу в бункер к проводам. Профессиональный электрик легко мог отключить лестницу. И Комин решил избавиться от Шишова. Причем с помощью рабынь, которых он решил «повязать кровью».
Шишова пристегнули ремнями к стулу, Комин обмотал его руки и ноги оголенными электропроводами. Мельникова и Талпаева должны были нажать кнопки выключателя. Мельникова, явно осознавая свою необходимость (в конце концов, именно она приносила рабовладельцу деньги), напрочь отказалась нажимать на выключатель. А вот Талпаева, после того, как Комин пригрозил ей, что она будет следующей, без раздумий нажала. Шишов умер мгновенно.
Сделав Талпаеву соучастницей убийства, Комин решился выпустить ее на поиски еще одной рабыни и пообещал хорошо заплатить. И она нашла новую жертву.
Ею стала Татьяна Козикова, которую Талпаева заманила в гараж в июле 1995 года. «Фабрика» по пошиву халатов и трусов заработала на полную мощность. Комин заставлял рабынь шить по 16 часов в сутки.
Ну а Талпаева продолжала поиски новых кандидаток в рабыни.
Через несколько месяцев работы на износ Козикова и Мельникова решились на побег. Они попытались запереть Комина в одном из помещений бункера и сбежать. Ничего не получилось: Комин из-за двери, запертой сковородкой, вырвался слишком быстро, и женщины просто не успели влезть по лестнице наверх. Разъяренный рабовладелец решил сделать рабыням наколки «раб» на лбу. Испуганные женщины даже не сопротивлялись, когда Комин и Михеев делали им эти наколки. Ужесточился и режим содержания. Теперь прежде, чем спуститься в бункер, Комин давал сигнал лампочкой. После этого сигнала рабыни обязаны были защелкнуть на шее кандалы, а ключи положить на стол. После чего Комин отключал ток от лестницы и спускался за товаром.
Роковая любовь
Предприятие, по мнению Комина, требовало расширения. Совершенно неожиданно осенью 1995 года исчезла Вера Талпаева. Но так как милиция в гараже не появилась, Комин правильно предположил, что та просто куда-то уехала. Так что следующих рабынь приходилось искать Михееву и самому Комину. Во время очередного посещения местного вокзала он встретил 27-летнюю Татьяну Назимову. Так в бункере появилась еще одна рабыня.
Но в этом случае Комин с выбором ошибся. Назимова была психически нездорова и в качестве швеи была абсолютно бесполезна. Первое время Михеев с Коминым только насиловали ее. Через год Комин решает избавиться от обузы. Несколько дней он не кормил Назимову, а потом напоил тормозной жидкостью.
Труп Комин собирался отвезти на санках к моргу. Козикова позже рассказала, что рабовладелец собирался «пошутить»: придут работники морга утром на работу, а тут «клиент сам пришел». Но довести этот план до конца Комин не сумел. Его спугнул случайный прохожий. Оставив труп недалеко от гаража, Комин сбежал. Но и на этот раз в милиции не отнеслись должным образом к расследованию: ну, отравилась очередная «бомжиха». Гаражи, возле которых был обнаружен труп, даже не проверяли.
«Предприятие» Комина продолжало работать. Более того, кроме халатов и трусов он умудрился получить заказ на пошив риз для священников местного храма.
В январе 1997 года Комин встречает в городе пропавшую полтора года назад Веру Талпаеву. И предлагает ей новые возможности для сотрудничества. Теперь Талпаева должна была не только подыскивать кандидатуры в рабыни, но и искать новые рынки сбыта для швейной продукции. Даже денег немного подкинул. А потому Талпаева к возможности возобновить сотрудничество отнеслась с энтузиазмом. Вскоре она привела в гараж Комина 27-летнюю Ирину Ганюшкину.
Во время пьянки, когда Ганюшкина уже выпила водки с клофелином, Талпаева неожиданно стала требовать, чтобы он ей платил каждую неделю определенную сумму денег, или она пойдет в милицию. „
Платить Комин не хотел. А потому силой влил в Талпаеву тормозную жидкость. Тело Михеев и Комин сбросили в заранее присмотренную прорубь на реке Вятка.
А приведенная Верой Ирина Ганюшкина Комину сильно понравилась. Да настолько, что он решил на ней жениться. Пленницы Козикова и Мельникова увидели в этом свой шанс на освобождение. Они убедили Ирину согласиться на все предложения Комина, а когда тот вывез ее из гаража в свою квартиру, Ирина сбежала прямиком в милицию.
В милиции рассказу Ирины сперва не поверили. Но по мере того как она называла фамилии пострадавших от Комина людей (об убийствах Малых, Шишова и Назимовой ей рассказали «коллеги», а труп Талпаевой она видела лично), мнение милиционеров изменилось. Силовики решили устроить засаду у гаража Комина: слова Ганюшкиной полностью подтвердились. Козикову и Мельникову госпитализировали.
12 июня 1999 года Кировский областной суд приговорил Михеева к 20 годам лишения свободы, а Комина — к пожизненному сроку лишения свободы. Через четыре дня после приговора он в камере вскрыл себе паховую артерию и умер от потери крови. Михеев освободился в 2017 году и какое-то время жил на то, что за деньги рассказывал историю журналистам да перебивался случайными заработками. Умер он в 2022 году от отравления алкоголем. Выжившие жертвы «Вятского рабовладельца» Татьяна Козикова и Татьяна Мельникова, к сожалению, не смогли вернуться к прежней жизни: скончались от проблем с сердцем через несколько лет после трагедии.

Маньяк из Кировской области середины 90-х Александр Комин, по прозвищу «Вятский рабовладелец», похищал и убивал тех, кого особенно не искали, — бездомных и «социально неблагополучных». Поймать его удалось после четырех совершенных убийств по чистой случайности: маньяк влюбился.
«Подсобное хозяйство»
Александр Комин родился в 1953 году в городке Вятские Поляны Кировской области. Этот городок прославился тем, что осенью 1941 года на заводе «Молот» там было налажено серийное производство прославившихся во время Второй мировой войны автоматов ППШ (пистолет-пулемет Шпагина). Именно в Вятские Поляны осенью 1941 года был эвакуирован машиностроительный завод из подмосковного Загорска, на котором были выпущены первые экземпляры. Туда же переехал и разработчик знаменитого автомата Георгий Шпагин, он возглавил конструкторское бюро нового завода. После войны славу ППШ затмит «АК» (автомат Калашникова). О Вятских Полянах опять забудут, но в конце 90-х годов название города снова окажется в газетах — там появится собственный маньяк.
Родители Комина были рабочими на заводе. До 18 лет это была жизнь простого советского подростка: детсад, школа, уличные компании, дешевый портвейн. Дальше предполагалась служба в армии, но перед призывом он отметился в уличной драке, во время которой серьезно пострадали два человека. Комин и еще трое его подельников были осуждены по статье «хулиганство». Вместо армии — три года на взрослой зоне.
В колонии Комин работал на швейном производстве, ему это так понравилось, что после освобождения он даже закончил техникум по специальности «швейное дело». На зоне будущий маньяк познакомился с заключенным по кличке Бигль, который получил срок за то, что организовал подпольный цех по производству деревянных игрушек. В качестве рабочих в этом цеху трудились «бомжи», люди без прописки и каких-либо прав, которых и в те времена в стране хватало. В беседах с Биглем Комин, по его собственным словам, впервые осознал, что хочет почувствовать полную неограниченную власть над человеком. Но долгое время это оставалось лишь фантазией.
Всё изменилось в 1991 году, после развала Советского Союза. Комин решил, что пришло время претворить в жизнь давние мечты по организации «подсобного хозяйства», в котором будут трудиться бесплатные работники — рабы. Но сначала требовалось найти помещение. Машины у Комина никогда не было, зато был гараж в гаражном кооперативе — под гаражом он решил выкопать что-то типа бункера. Задача довольно трудоемкая, а потому требовался помощник. Им стал его коллега-электрик Александр Михеев, безоговорочно признававший главенство Комина и выполнявший все его указания. Сам Комин тоже работал в то время то сторожем, но рабочим, то электриком в ЖЭК.
Почти пять лет мужчины копали и обустраивали бункер. Когда большое помещение под гаражом было готово, надо было найти рабочую силу. Планы у подельников всё время менялись. Сперва они планировали выращивать под землей овощи, а потом продавать их в кооперативные кафе, которые стали появляться на каждом шагу. Но потом намерения изменились. Комин решил, что выгоднее будет шить халаты и трусы. Были куплены две электрические швейные машинки, материя и нитки, а в бункер проведено электричество. Позже Комин будет применять электричество не только для освещения, но и как систему безопасности и орудие убийства.
Первые рабыни
Первой жертвой новоявленных рабовладельцев стала Вера Талпаева. 13 января 1995 года Комин встретил 33-летнюю женщину у школы № 3 по улице Гагарина. Он предложил ей отметить «Старый Новый год» в хорошей компании, и Талпаева согласилась. И даже не особо удивилась, когда Комин привел ее к гаражу. После первой же рюмки Талпаева отключилась: водка была сильно разбавлена клофелином. Очнулась она уже в бункере для рабов.
Но первая рабыня совершенно не умела шить, а учиться не хотела. И тогда Комин в сердцах воскликнул:
— Если не можешь шить сама, то скажи, кто может!
И Талпаева назвала свою знакомую Татьяну Мельникову. Точного адреса проживания подруги не знала, помнила лишь название улицы — Пароходная. Вятские Поляны не такой уж большой город. Комин решил пойти на Пароходную и поискать потенциальную швею самостоятельно. И почти сразу нашел то, что искал.
На Пароходной Комин встретил знакомого по зоне, Николая Малых. Это может показаться невероятным, но Малых был сожителем той самой швеи. Комин сориентировался моментально. Он зазвал к себе в гости и Малых, и его подругу.
От предложения выпить бывший заключенный не отказался. И даже убедил пойти в гости Татьяну Мельникову. Ну а дальше всё происходило по уже опробованной схеме. «Заряженная» клофелином водка и пробуждение в бункере.
Комин понимал, что сделать из Малых послушного раба не получится. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Дело в том, что в уголовной иерархии Комин был «бакланом», отсидевшим незначительный срок по непрезентабельной статье. Он же сидел по «хулиганке», а вот Малых тянул срок по более «благородной» статье «грабеж». Так что Малых в уголовной иерархии стоял неизмеримо выше Комина и вряд ли захотел бы подчиняться «баклану». Но вот его подруга была очень даже необходима, а потому отпускать их Комин не хотел. Он решил убить бывшего сокамерника.
Комин и Михеев раздели Малых, который был в отключке, выволокли его наверх и бросили замерзать на пустыре на двадцатиградусном морозе. Тело Малых было обнаружено лишь через пару недель. У милиции эта смерть никаких подозрений не вызвала. Выпил бывший зэк лишнего, пошел зачем-то на улицу да и замерз в снегу. Исчезновения Талпаевой и Мельниковой, о которых в правоохранительных органах было известно, тоже не подвигло милицию на серьезное расследование. Обе были женщинами пьющими и в правоохранительных органах посчитали, что просто где-то загуляли. „
Мельникова действительно неплохо шила трусы и халаты, которые Комин сбывал на рынке с большой выгодой. Талпаева была привлечена в качестве подсобной рабочей и сексуальной прислуги: подельники ее регулярно насиловали.
Через пару месяцев после начала работы «предприятия» Комин решил, что ему необходим еще и раб-мужчина. 21 марта 1995 года он встретил у винно-водочного магазина 37-летнего Евгения Шишова, тот был идеальной кандидатурой в рабы: ни постоянного жилья, ни постоянной работы, ни родственников. Шишова опоили водкой с клофелином и переправили в бункер. Но тут Комин чуть не завалил всё так тщательно спланированное дело.
Шишов по основной специальности был электриком. А Комин, когда организовывал «домашний концлагерь», создал «систему безопасности» на основе электричества. Чтобы рабы даже не думали о возможности побега, он подключал лестницу в бункер к проводам. Профессиональный электрик легко мог отключить лестницу. И Комин решил избавиться от Шишова. Причем с помощью рабынь, которых он решил «повязать кровью».
Шишова пристегнули ремнями к стулу, Комин обмотал его руки и ноги оголенными электропроводами. Мельникова и Талпаева должны были нажать кнопки выключателя. Мельникова, явно осознавая свою необходимость (в конце концов, именно она приносила рабовладельцу деньги), напрочь отказалась нажимать на выключатель. А вот Талпаева, после того, как Комин пригрозил ей, что она будет следующей, без раздумий нажала. Шишов умер мгновенно.
Сделав Талпаеву соучастницей убийства, Комин решился выпустить ее на поиски еще одной рабыни и пообещал хорошо заплатить. И она нашла новую жертву.
Ею стала Татьяна Козикова, которую Талпаева заманила в гараж в июле 1995 года. «Фабрика» по пошиву халатов и трусов заработала на полную мощность. Комин заставлял рабынь шить по 16 часов в сутки.
Ну а Талпаева продолжала поиски новых кандидаток в рабыни.
Через несколько месяцев работы на износ Козикова и Мельникова решились на побег. Они попытались запереть Комина в одном из помещений бункера и сбежать. Ничего не получилось: Комин из-за двери, запертой сковородкой, вырвался слишком быстро, и женщины просто не успели влезть по лестнице наверх. Разъяренный рабовладелец решил сделать рабыням наколки «раб» на лбу. Испуганные женщины даже не сопротивлялись, когда Комин и Михеев делали им эти наколки. Ужесточился и режим содержания. Теперь прежде, чем спуститься в бункер, Комин давал сигнал лампочкой. После этого сигнала рабыни обязаны были защелкнуть на шее кандалы, а ключи положить на стол. После чего Комин отключал ток от лестницы и спускался за товаром.
Роковая любовь
Предприятие, по мнению Комина, требовало расширения. Совершенно неожиданно осенью 1995 года исчезла Вера Талпаева. Но так как милиция в гараже не появилась, Комин правильно предположил, что та просто куда-то уехала. Так что следующих рабынь приходилось искать Михееву и самому Комину. Во время очередного посещения местного вокзала он встретил 27-летнюю Татьяну Назимову. Так в бункере появилась еще одна рабыня.
Но в этом случае Комин с выбором ошибся. Назимова была психически нездорова и в качестве швеи была абсолютно бесполезна. Первое время Михеев с Коминым только насиловали ее. Через год Комин решает избавиться от обузы. Несколько дней он не кормил Назимову, а потом напоил тормозной жидкостью.
Труп Комин собирался отвезти на санках к моргу. Козикова позже рассказала, что рабовладелец собирался «пошутить»: придут работники морга утром на работу, а тут «клиент сам пришел». Но довести этот план до конца Комин не сумел. Его спугнул случайный прохожий. Оставив труп недалеко от гаража, Комин сбежал. Но и на этот раз в милиции не отнеслись должным образом к расследованию: ну, отравилась очередная «бомжиха». Гаражи, возле которых был обнаружен труп, даже не проверяли.
«Предприятие» Комина продолжало работать. Более того, кроме халатов и трусов он умудрился получить заказ на пошив риз для священников местного храма.
В январе 1997 года Комин встречает в городе пропавшую полтора года назад Веру Талпаеву. И предлагает ей новые возможности для сотрудничества. Теперь Талпаева должна была не только подыскивать кандидатуры в рабыни, но и искать новые рынки сбыта для швейной продукции. Даже денег немного подкинул. А потому Талпаева к возможности возобновить сотрудничество отнеслась с энтузиазмом. Вскоре она привела в гараж Комина 27-летнюю Ирину Ганюшкину.
Во время пьянки, когда Ганюшкина уже выпила водки с клофелином, Талпаева неожиданно стала требовать, чтобы он ей платил каждую неделю определенную сумму денег, или она пойдет в милицию. „
Платить Комин не хотел. А потому силой влил в Талпаеву тормозную жидкость. Тело Михеев и Комин сбросили в заранее присмотренную прорубь на реке Вятка.
А приведенная Верой Ирина Ганюшкина Комину сильно понравилась. Да настолько, что он решил на ней жениться. Пленницы Козикова и Мельникова увидели в этом свой шанс на освобождение. Они убедили Ирину согласиться на все предложения Комина, а когда тот вывез ее из гаража в свою квартиру, Ирина сбежала прямиком в милицию.
В милиции рассказу Ирины сперва не поверили. Но по мере того как она называла фамилии пострадавших от Комина людей (об убийствах Малых, Шишова и Назимовой ей рассказали «коллеги», а труп Талпаевой она видела лично), мнение милиционеров изменилось. Силовики решили устроить засаду у гаража Комина: слова Ганюшкиной полностью подтвердились. Козикову и Мельникову госпитализировали.
12 июня 1999 года Кировский областной суд приговорил Михеева к 20 годам лишения свободы, а Комина — к пожизненному сроку лишения свободы. Через четыре дня после приговора он в камере вскрыл себе паховую артерию и умер от потери крови. Михеев освободился в 2017 году и какое-то время жил на то, что за деньги рассказывал историю журналистам да перебивался случайными заработками. Умер он в 2022 году от отравления алкоголем. Выжившие жертвы «Вятского рабовладельца» Татьяна Козикова и Татьяна Мельникова, к сожалению, не смогли вернуться к прежней жизни: скончались от проблем с сердцем через несколько лет после трагедии.

Этот маньяк долгое время колесил по Колумбии и убивал случайных попутчиков. Предпочитая несовершеннолетних мальчиков. По его собственному признанию, Луис Альфредо Гаравито, прозванный «колумбийским зверем», безнаказанно убивал более девяти лет. Его признали виновным в убийстве 138 человек, хотя сам он признался в убийстве более 300 человек. Его приговорили к 1853 годам и 9 дням тюрьмы, но получил он только 22 года. Гаравито заявлял, что, освободившись, станет правозащитником.
Гаравито родился 25 января 1957 года в городке Генуя, департамент Киндио в Колумбии. Луис был старшим среди семи братьев. Когда его задержали, он утверждал, что маньяком сделал его отец со своими друзьями: они насиловали мальчика с 12 лет. Пытаясь избежать дальнейшего насилия, Гаравито рано покинул отчий дом и отправился странствовать по стране. В школе его буллили, во взрослом возрасте диагностировали депрессию и психоз. В суде он говорил, что дьявол преследовал его всю жизнь.
Первое убийство, по его собственному признанию, он совершил в 1992 году, ему было 35. Позже следователи будут шокированы, насколько точно маньяк помнил почти каждое свое преступление. А их было много. Гаравито подробно рассказывал, как похищал и насиловал детей. И хотя заявления в полицию об исчезновении подростков поступали регулярно, розыск убийцы проводился плохо. Как раз в то время, когда «зверь» впервые вышел на охоту, вся полиция страны охотилась на знаменитого лидера Медельинского кокаинового картеля Пабло Эскобара. „
Гаравито очень осторожно подходил к выбору жертвы. В основном это были мальчики от 6 до 13 лет, из бедных семей, которые часто убегали из дома. Иногда в полицию даже не поступало заявлений об их исчезновении.
Схема преступлений Гаравито почти всегда была одинаковой. Маньяк высматривал жертву в оживленных местах: на рынках, вокзалах, площадях, где обычно крутятся пацаны из бедных кварталов, торгующие жвачкой, фруктами и сигаретами. Он приходил туда ранним утром, завязывал разговор, покупал сладости, сигарету или наркотики.
Установив контакт с ребенком, Гаравито просил помочь ему за небольшую плату: последить за скотом или загрузить машину. Обычно мальчики хватались за возможность подзаработать и отправлялись с вежливым дядей куда-нибудь на окраину. Там, вдали от людей, он связывал жертву, насиловал, при этом наливаясь алкоголем, и убивал. Почти везде на месте преступлений были обнаружены бутылки из-под водки. Он особо не заметал следов. Однако во многих колумбийских городках в полицейских участках нет даже компьютеров, не говоря уж об интернете и единой базы данных. А потому долго никто не догадывался, что убийства, происходившие в разных местах, — дело рук одного человека.
Неопознанные жертвы
Арестовали Гаравито почти случайно. В апреле 1999 года бездомный, ночевавший в лесу, увидел, как взрослый мужчина насилует мальчика. Бездомный тихонько отполз в сторону и побежал в полицию. Полицейские насильника на месте уже не застали. Но уйти далеко он не мог. Через пару часов полицейский патруль встретил на дороге мужчину, очень похожего на того, кого описывал свидетель из леса.
У Гаравито не было с собой документов. Он представился именем реального человека, политика районного масштаба, назвал номер его паспорта и заявил, что шел в соседний город по служебным делам.
Полицейские ему почти поверили, но в участке не было компьютера и проверить слова задержанного оперативно не представлялось возможным. Гаравито оставили под замком, а сами решили проверить несколько адресов из записной книжки задержанного.
Один из адресатов жил неподалеку. Он заявил, что задержанного зовут Луис Гаравито, и никакой он не политик. Кроме того, хозяин отдал полицейским коробку, которую Гаравито оставил ему на хранение. В коробке были фотографии детей, вырезанные из документов. И несколько детей среди них уже были найдены убитыми или их семьи заявили о пропаже.
Прижатый уликами Гаравито поменял тактику и стал активно сотрудничать со следствием. Он рассказал о 172 убийствах и нескольких десятков изнасилований. Многие его преступления так и не были подтверждены. 25 января (кстати, в день рождения Гаравито) 1999 года в Киндио произошло сильное землетрясение, унесшее жизни 1100 человек. Так что несмотря на то, что некоторые тела были обнаружены именно там, где он указывал, идентифицировать их не удалось.
Луис Гаравито был признан виновным в 138 убийствах. Общий срок по приговору составил 1853 года и 9 дней. Но в Колумбии ограничительный предел по тюремным срокам составляет 40 лет. А с учетом того, что Гаравито сотрудничал со следствием, суд не мог приговорить его более чем к 22 годам.
История серийного убийцы имела большой резонанс. Многие граждане посчитали приговор слишком мягким и пытались заставить правительство вернуть в уголовное уложение смертную казнь или хотя бы пожизненное лишение свободы для таких, как Гаравито. Кстати, Гаравито не появился ни на одном заседании суда. Колумбийские законы разрешают подсудимому не присутствовать в суде, если он полностью признался в преступлении. Маньяк этим и воспользовался, справедливо полагая, что родственники убитых им детей могут разорвать его на части прямо там.
11 июня 2006 года колумбийский телеведущий Пирри показал интервью Гаравито, где тот заявлял, что вскоре может выйти на свободу. Это интервью всколыхнуло страну. „
Эксперты подтвердили, что Гаравито действительно имеет законные основания освободиться. В 2023 году он мог претендовать на досрочное освобождение после отбытия 60 процентов срока и хорошем поведении.
Так что судебным властям пришлось искать лазейку в законах, которая позволила бы оставить маньяка за решеткой. Воспользовавшись тем, что Гаравито совершал свои преступления в разных департаментах Колумбии, ему добавили еще один срок и об УДО ему пришлось забыть. Власти Эквадора, где Гаравито тоже совершил несколько убийств, его заочно приговорили к 22 годам лишения свободы.
После освобождения Гаравито планировал стать пастором и защищать детей, подвергшихся насилию, — так он во всяком случае говорил в интервью. В тюрьме он сидел отдельно: администрация не без оснований полагала, что сокамерники его убьют.
В 2023 году Гаравито умер в тюремной больнице на 66-м году жизни от рака глаз и лейкемии.

Американка норвежского происхождения Бель Ганнес по прозвищу «черная вдова» убивала своих любовников. Ее жизнь обросла легендами, а смерть вызывала большие сомнения. В штате Индиана, где жила и действовала маньячка, и сегодня можно услышать истории о «черной вдове», которая заключила сделку с дьяволом и до сих убивает неверных мужей и непослушных детей.
Силосная яма
В 1913 году на экраны США вышел фильм «Черная вдова из Ля-Порте». Сегодня его бы отнесли к категории «триллеры» или даже «ужасы». Фильм был немым и не особо успешным, хотя основан на реальных событиях. Сценарист почти ничего не выдумывал: он просто литературно обработал полицейские отчеты города Ля-Порте в штате Индиана за 1908 год.
В начале мая 1908 года в Ля-Порте приехал бизнесмен средней руки Эсли Хегелейн. В американскую глубинку его привела обеспокоенность о судьбе брата Эндрю. Первым делом он направился в офис шерифа, где показал письмо, которое его брат получил в конце 1907 года:

«Миловидная вдова, владелица большой фермы в одном из лучших районов графства Ля-Порте, Индиана, желает познакомиться с обеспеченным джентльменом с целью создания семьи. Переписка не предполагается, если отправитель не пожелает явиться лично».
Эндрю написал ответ и в начале 1908 года поехал знакомиться с «миловидной вдовой». Больше от него вестей не было.
Шериф графства отнесся к Эсли Хегелейну со всем вниманием. Он сказал, что знает авторшу письма, но сразу предупредил, что помочь в поисках брата вряд ли сможет. Шериф рассказал, что Бель Ганнес, к которой и приезжал Эндрю Хагелейн, скорее всего мертва. За несколько дней до приезда Эсли на ее ферме случился пожар. Погибла хозяйка и трое ее детей. Шериф немного помолчал.
— Правда, пожар этот странный. Вроде поджог был. К тому же наш врач установил, что хозяйка перед пожаром была отравлена. Да и головы у нее нет.
— Как это головы нет? — поразился Эсли.
— Отрезана, — коротко пояснил шериф. — Ее и опознали лишь по кольцам и вставной челюсти. На пепелище фермы до сих пор ведутся раскопки.
Затем шериф отвез Эсли к ферме, где копошились полицейские эксперты. Эсли спросил, не находили ли останки мужчин. Но те заявили, что на ферме обнаружены лишь детские и женские кости.
— А где же мой брат?
На этот вопрос у шерифа ответа не было.
Эсли, расстроенный, пошел бродить по ферме. Он чувствовал, что больше не увидит брата. И даже могилы нет!
Он дошел до границ фермы. И тут заметил силосную яму, устроенную довольно далеко от комплекса основных зданий. Это было странно. А еще там стоял жуткий запах — ничего общего с тем, что исходит от силоса. Эсли бросился к шерифу.
И из силосной ямы стали извлекать тела мужчин, женщин и даже детей.
Женщина-мечта
Как установило последующее расследование, хозяйка фермы Белли Бринхильд Ганнес была довольно любвеобильной особой. Она переспала практически со всеми, кто работал у нее на ферме. А кроме того, вела насыщенную переписку с возможными спутниками жизни, которые приезжали к ней и исчезали: в желудках свиней, закатывались в бетон или находили успокоение в силосной яме, щедро засыпанные известью. Именно так, как установило следствие, «черная вдова» избавлялась от трупов.
Пока из дальнего уголка леса у болота извлекались тела, патологоанатом сделал шокирующее заявление. По его мнению, в пожаре погибла не хозяйка, а кто-то другой. Врач заявил, что обезглавленное тело не принадлежало Белли. Как минимум оно на 20 килограммов меньше. Так что хозяйка, скорее всего, жива. „
А потом случилось еще одно открытие, которое заставило правоохранительные органы графства буквально под микроскопом изучить прежнюю жизнь «черной вдовы».
Одно из опознанных тел в силосной яме принадлежало приемной дочери Белли Ганнес Дженни Ольсен. Как рассказали соседи, девушка полгода назад неожиданно исчезла. Белли говорила всем, что она уехала учиться в Лос-Анджелес. В ходе расследования выяснилось, что хозяйка фермы имеет отношение к многочисленным убийствам и сокрытию трупов в силосной яме. Жизнь Белли вызывала все больший интерес у полиции. Они стали копать глубже.
«Черная вдова» родилась в 1859 году в коммуне Сельбу в Норвегии. И звали ее тогда Брингильда Полсдоттер Сторшетт. Она была восьмым ребенком в семье каменщика Пола Сторшетта и его жены, фермерши Бэрит Ольсдоттер. Брингильда росла крупным ребенком и к 17 годам выросла в настоящую мечту фермера: 183 см ростом, весом в 90 кг, способную составить конкуренцию всем окрестным силачам.
С раннего детства приучалась к физическому труду. К 14 годам стала наниматься на работу в богатые фермерские хозяйства. Ее брали охотно, ведь Брингильда не боялась никакой работы. В 17 лет она забеременела. По местным меркам это не было чем-то запретным. В Норвегии 19 века женщины часто рожали вне брака, и это не считалось предосудительным.
Будучи на последних месяцах беременности, Брингильда отправилась на сельский праздник. Подвыпившие парни устроили потасовку, Брингильда, как и другие девушки, пыталась разнять дерущихся. И кто-то в пылу драки ударил ее ногой в живот: случился выкидыш. После этого девушка сильно изменилась. Как говорили позже местные жители, ее взгляд стал пустым, а чувства как будто замерзли. Единственным желанием стало уехать в США, как поступила одна из ее старших сестер. Брингильда накопила денег на билет и уехала.
В Америке она, поменявшая имя на Белли (или просто Бель), некоторое время работала прислугой в богатых домах. В 1884 году вышла замуж за эмигранта из Норвегии Мадса Соренсона. Первое время у пары все было замечательно, Бель родила четверых детей, они открыли кондитерскую лавку в Чикаго, жизнь наладилась. Но в итоге лавка оказалась ненадежным вложением денег: выйти на самоокупаемость не удалось, стали накапливаться долги, зашла речь о банкротстве. Но неожиданно Соренсонам «повезло»: лавка сгорела в результате пожара, пара получила солидную страховую премию.
В течение последующего года умерли двое детей. Врачи поставили диагноз – колит. Стоит сказать, что симптомы колита совпадают с симптомами отравления стрихнином. Оба ребенка были застрахованы, и родители получили деньги за их смерть. „
По району поползли слухи о том, что дети могли умереть не сами. Но поверить в то, что мать способна убить собственных детей, — казалось невозможным.
Однако после смерти Мадса Соренсона (и тоже от колита) слухи возобновились. Все это не помешало Бель получить страховку за мужа. После чего она покинула Чикаго, осев в городке Остин в Индиане.
Через некоторое время по городу распространился слух, что эта новая фермерша ведет активную сексуальную жизнь.
В те времена такое поведение молодой женщины скорее осуждалось. Белли вскоре стало тесно в маленьком городке. А тут у нее еще и дом сгорел. И опять страховая компания не смогла никого уличить в поджоге. Хотя подозрения были. Но Бель сумела доказать, что ее не было в доме в момент возникновения огня. Вдова опять получила страховку, прикупила ферму в графстве Ля-Портэ (недалеко от городка с одноименным названием) и перебралась туда.
Здесь она познакомилась со вдовцом Питером Ганнесом, в одиночку воспитывавшим двух дочерей. Питера в Ля-Портэ любили. Он был веселым, обаятельным и добрым. Ему понравилась энергичная вдова. К сорока годам Белли была еще очень привлекательна, да и богатая ферма тоже стала не последним аргументом в решении Питера связать себя узами брака. В 1901 году они поженились. Через год у них родился сын. В 1903 году от колита (!) умирает младшая дочь Питера. Через год за дочерью последовал и отец. Согласно полицейскому отчету, он упал со скалы и ударился головой о камень. Белли опять получила страховку.
Так и не поймали
Но на этот раз все прошло не столь гладко. Старшая дочь Ганнеса обвинила мачеху в убийстве отца. Слова девушки подтверждались некоторыми уликами, а потому местный судья принял решение о судебном рассмотрении дела. Но в суде Бель предстала не как подозреваемая, а как жертва: ведь в последний год на нее свалилось столько несчастий (к примеру, сгоревший лодочный сарай и хозяйственная пристройка, за которые Бель получила страховку), погиб муж, умерла приемная дочь, а она носила ребенка от умершего. Сердца присяжных растаяли, и они вынесли оправдательный вердикт.
Через пару месяцев из Ля-Порте исчезла старшая дочь Ганнеса. Белли сообщила соседям, что она уехала учиться в Лос-Анджелес, и даже показывала открытки, которые девушка ей присылала. Эти открытки Бель получала от своих поклонников по газетным перепискам. Избавившись от двух мужей, «черная вдова» решила действовать через объявления. Она размещала в разных газетах предложения о знакомстве, подобные тому, на которое попался Эндрю Хагелейн. Упоминания о богатой ферме действовало на мужчин убедительно. Они приезжали познакомиться с богатой вдовой и исчезали. Впрочем, уже после того, как на ферме Бель Ганнес случился пожар, унесший жизни детей и вроде как ее хозяйки, полиция смогла найти одного из тех, кто клюнул на объявление Бель, но умудрился остаться в живых.
Джон Андерсон откликнулся на объявление Бель Ганнес в 1907 году. Вот как он сам рассказывал о том, что произошло:

«Я прочитал объявление, в котором миловидная и обеспеченная вдова приглашала мужчину средних лет вступить с ней в переписку на предмет серьезных отношений. Я написал, она ответила. А потом пригласила приехать. Я приехал, мы очень мило посидели, поговорили. Было уже поздно, и Белли предложила переночевать у нее. Я согласился, а ночью меня как будто что-то толкнуло. Открываю глаза и вижу хозяйку. Она стояла со свечой в руке и просто смотрела на меня. Но от этого взгляда у меня все внутри похолодело. Я сделал вид, что продолжаю спать. Но как только она вышла, я тут же оделся и тихонько вышел из дома. Больше я туда не вернулся».
Это бегство спасло жизнь Андерсону. Хотя сам он об этом узнал лишь через пару лет, когда прочитал в газетах о страшных находках в силосной яме. К тому времени, когда Джон Андерсон рассказал свою историю, у полиции уже была уверенность в том, что «черная вдова» виновна минимум в 15 убийствах (это только тех, чьи тела идентифицировали), а свою смерть могла сымитировать. Всего в силосной яме были обнаружены останки более 40 человек. В те времена еще не существовало генетической экспертизы. А потому большинство останков так и остались неопознанными.
Но подозрения в 15 убийствах, предположительно совершенных одной женщиной, стало настоящим шоком для США. Портрет Белли Бринхильд Ганнес был напечатан во всех газетах страны, но поймать ее так и не удалось. Впрочем, шериф задержал помощника «черной вдовы» Рэя Ламфера по подозрению в поджоге. На самом деле, Ламфер подозревался в соучастии в сокрытии трупов. Он довольно долго работал у Белли — не только на ферме, но и в постели хозяйки. Шериф подозревал, что именно Ламфер мог устроить поджог, в котором погибли четыре человека. И мог знать тайны исчезновения мужчин, приезжавших по объявлениям.
Ламфера арестовали. Но он напрочь отказывался признаваться в преступлениях. У него было алиби на ту ночь, когда на ферме Бринхильд случился пожар: он находился в нескольких километрах от фермы у другой своей любовницы. Но полицейские ему не поверили и продолжали допросы. В конце концов Ламфер признался в поджоге, заявив, что сделал это из ревности. Но свою вину в убийстве неизвестной обезглавленной женщины и детей «черной вдовы» мужчина категорически отрицал.
По обвинению в поджоге его приговорили к 25 годам тюрьмы. У Ламфера в 1909 году был диагностирован туберкулез в открытой форме,и стало понятно, что в заключении тот долго не проживет. Но находки в Ля-Портэ настолько взбудоражили американскую общественность, что властям необходимо было что-то сказать. Например, кто именно убивал людей, останки которых найдены в силосной яме, действительно ли «Черная вдова» погибла при пожаре, сколько именно людей убили Ламфер и Бель Ганнес. Давление было столь серьезным, что американские власти пошли на очень противоречивый поступок: они решили раскрыть тайну исповеди.
В декабре 1909 года Рэй Ламфер скончался в тюремной больнице штата Индиана. Перед смертью он исповедался тюремному священнику Шнелю. Под давлением общественности и властей епископ местной епархии дал разрешение преподобному Шнелю разгласить тайну исповеди: Ламфер был лишь помощником в преступлениях «черной вдовы», она сама убивала мужчин, откликавшихся на объявления. А Ламфер только помогал избавляться от трупов.
Исповедь Ламфера оставила многие вопросы без ответа. Умирающий мужчина подтвердил выводы психиатров, которые считали, что он фактически был рабом Белли Бринхильд и помогал ей в ее кровавой деятельности. Так Ламфер подтвердил, что он и его любовница действительно находились на ферме в ночь пожара с 27 на 28 апреля 1908 года. По приказу вдовы он хлороформом усыпил детей, а потом поджег дом. Сама Белли в это время имитировала собственное убийство. Она надела на пальцы так и оставшейся неизвестной женщины (по некоторым предположениям, это была служанка из Чикаго, которую Бель вызвала в Ля-Порте за месяц до пожара) свои кольца. А еще оставила на пожарище собственный зубной мост. Обнаружение протеза и убедило экспертов в том, что обезглавленная женщина — это хозяйка фермы.
Не забыла «черная вдова» и про деньги. Перед пожаром она трижды снимала со своего счета крупные суммы.
По мнению американского психиатра и криминалиста Мелвина Райнхарта, изучавшего дело «черной вдовы», Белли Бринхильд осталась жива, сменила имя и прожила еще долгую и счастливую жизнь. Райнхарт считал, что Белли Бринхильд была садисткой, коварной и безжалостной. Пассивный и слабый Рэй Ламфер, видимо, соответствовал наклонностям садистки и помогал ей, поэтому она не решилась убить его, так как понимала, что найти второго такого безотказного раба будет очень трудно. Кроме того, более поздний анализ поведения Ламфера позволил сделать вывод, что он рассчитывал избежать наказания за пожар. И, вероятно, планировал встретиться со своей хозяйкой, когда все успокоится.
У Белли Бринхилд, согласно теории Райнхарта, кровавые периоды убийств должны были перемежаться со временем ремиссии, просветления, когда к ней возвращалась способность адекватно воспринимать и оценивать происходящее.
После исчезновения из Индианы Белли, как предположил Райнхарт, могла объективно оценить риск, которому подверглась из-за расследования в Ля-Порте. Криминалист считает, что она должна была обратиться в психиатрическую клинику, чтобы разорвать фатальный круговорот убийств. Райнхарт изучил архивы тех лет и нашел нескольких пациентов в больницах разных штатов, которые соответствовали описанию Белли Бринхильд. Но была ли среди них «черная вдова», остается неизвестным. Как и Джека-Потрошителя, Белли Бринхильд так и не поймали. А слухи и легенды появляются до сих пор.