За последние годы лишь несколько десятков бывших российских военных, отказавшихся воевать против Украины, смогли получить убежище в Евросоюзе. Теперь такая возможность может быть закрыта совсем: лидеры восьми стран Евросоюза призвали ужесточить визовые правила для всех россиян, участвовавших в войне. «Новая-Европа» поговорила с правозащитниками и дезертирами о том, что будет с теми россиянами, кто решится покинуть армию, если Евросоюз примет это решение.
Долгосрочный риск
Лидеры Германии, Польши, Эстонии, Финляндии, Латвии, Литвы, Румынии и Швеции призывают ЕС ужесточить визовые правила для россиян, участвовавших в войне в Украине, сообщает Politico. Они написали письмо президенту Европейского совета Антониу Коште и председателю Европейской комиссии Урсуле фон дер Ляйен, в котором предупреждают, что российская агрессия создает долгосрочные риски внутренней безопасности для шенгенской зоны ЕС. Они утверждают, что демобилизованные или находящиеся на ротации участники боевых действий могут попытаться поехать в страны ЕС, что, в свою очередь, будет способствовать росту организованной преступности и насильственных преступлений.
Представители этих стран отмечают, что сейчас также растет число виз, выдаваемых гражданам России. „
Как пишет Politico, в 2025 году россияне подали до 670 тысяч заявлений на шенгенские визы, войдя в пятерку стран с наибольшим числом заявок на въезд в ЕС.
Примерно четыре из пяти заявителей получили визу.
«Любой такой въезд может иметь серьезные последствия для безопасности государства-члена или всей шенгенской зоны», — говорится в письме.
Подписанты призывают Еврокомиссию подготовить «целевые визовые ограничения» и изучить возможность изменения правил ЕС, чтобы позволить вводить скоординированные запреты на въезд. При этом в последние годы страны ЕС уже ужесточили доступ: большинство виз теперь выдается на более короткий срок и с более ограниченным сроком действия.
Остаться в Армении
Новые правила могут сильно осложнить жизнь дезертирам из российской армии, которые ищут укрытия в Европе. Часть из них, правда, оседает в Армении. Например, там живет наш собеседник Олег (имя героя изменено в целях безопасности. — Прим. ред.) В юности он хотел стать военным разведчиком и пытался поступить в военное училище, в итоге отслужил срочную службу механиком-водителем танка и после этого решил больше не связывать жизнь с армией.
Летом 2022 года в его семье произошла трагедия: после болезни умер его отец. Через некоторое время Олегу принесли повестку о мобилизации. В тот момент он был в тяжелом психологическом состоянии и, по его словам, не хотел дополнительно тревожить мать. Он надеялся, что его отправят в тыл, но на деле его отправили на фронт в «ЛНР», где он стал санитаром.
Он занимался эвакуацией раненых и ежедневно сталкивался с потерями. Со временем начал эмоционально отстраняться от происходящего. После одного из обстрелов, когда вокруг было много погибших и раненых, он окончательно решил, что не хочет оставаться на войне.
Спустя некоторое время он смог сбежать: в гражданской одежде покинул позиции, добрался до Луганска и затем через попутчиков выехал к границе. На таможне он представился гражданским специалистом, его проверили и пропустили.
Вернувшись в Россию, он рассказал матери о дезертирстве, скрывался, пытался работать, но столкнулся с серьезными психологическими последствиями. „
Через некоторое время его всё же задержали сотрудники силовых структур и отвезли в военную часть. Там ему прямо сказали, что могут либо посадить его в СИЗО, либо снова отправить на фронт.
Когда его отпустили для прохождения медицинской комиссии, он воспользовался этим и решил бежать окончательно. Олег собрал документы, взял деньги и улетел из страны через Москву.
В итоге он оказался в Армении. Там его ненадолго задержали на границе, потому что в системе когда-то значился розыск, но после проверки отпустили. Сейчас он живет за пределами России, работает дистанционно и пытается восстановиться после пережитого. Он говорит, что стал лучше спать и чувствует больше свободы, хотя до сих пор не уверен, сможет ли когда-нибудь вернуться домой.
Олег рассказал «Новой-Европа», что он запросил в Армении политическое убежище. В целом, по его словам, ему там комфортно:
— Здесь нормальное отношение. Здесь все прекрасно понимают, что происходит, и нормально относятся к таким людям, как я.
Про новую инициативу лидеров стран ЕС он отзывается негативно. По его словам, у дезертиров будет меньше «возможностей для маневра». При этом он верит, что останутся такие страны, как Армения, которые «продолжат принимать людей».
«Если в Евросоюзе полностью ограничат въезд для участников войны без следствия, без разбирательства, без индивидуального рассмотрения, то это печально. Люди, которые будут это знать, но при этом захотят дезертировать из российской армии, будут это учитывать. И есть вероятность, что это станет одной из причин, которая оттолкнет их от мысли дезертировать», — подчеркивает собеседник «Новой-Европа».
В то же время он отмечает, что в Евросоюзе имеют право «считать нас всех преступниками и не впускать»:
— Но, опять же, ни к чему хорошему это не приведет. „
Если задача — чтобы из российской армии люди дезертировали, сокращать военный потенциал армии оккупанта, то есть российской армии, то нужно, наоборот, что-то делать для привлечения людей, чтобы они видели, что есть более широкие возможности.
Основательница проекта «Ковчег» Анастасия Буракова отмечает, что у военнослужащих в России, как правило, нет загранпаспорта: или они его не получали, или сдали при поступлении на военную службу. По ее словам, это основной фактор в «выборе» страны: въехать по внутреннему можно в Армению, Казахстан, Кыргызстан. При этом последние сильно менее безопасны, там более высокий риск экстрадиции или похищений, указывает экспертка.
«В контексте дезертиров никуда попасть не легко, люди калечат себя, простреливают части тела, чтобы иметь возможность бежать с фронта через госпиталь. Армения не предпринимает действий, направленных на реальную экстрадицию, поэтому пребывание там безопаснее, но из-за отсутствия наземной границы бежать в Армению сложнее, чем в Казахстан», — объясняет Буракова.
Путь в Европу
Многие дезертиры всё-таки стараются уехать подальше от России. Так, например, Александр смог добраться до Франции.
Александр поступил в военную академию в 18 лет — во многом из-за давления родителей и потому, что не мог позволить себе платное образование. В начале 2022 года его отправили на учения в аннексированный Крым, которые оказались подготовкой к вторжению в Украину. 24 февраля он вместе с подразделением пересек украинскую границу и оказался на фронте, где почти сразу понял, что армия не готова к войне.
Александр работал связистом, постоянно ездил между позициями под обстрелами и несколько раз едва не погиб. После нескольких месяцев войны он решил окончательно уйти из армии и, получив отпуск, вернулся в Россию.
Когда в сентябре 2022 года объявили мобилизацию и стало ясно, что его снова отправят на фронт, он купил билет и бежал через Омск в Казахстан. В Казахстане он прожил почти два года. Там он находился в розыске, старался не пользоваться банковскими услугами и почти не появлялся на публике, опасаясь задержания или экстрадиции. В это время он познакомился с правозащитниками и другими дезертирами и помогал проверять истории российских военных, которые тоже бежали из армии. Позже вместе с группой дезертиров он начал публично выступать против войны и участвовать в правозащитных инициативах.
После полутора лет переговоров с европейскими организациями шесть дезертиров, включая Александра, получили специальные документы для въезда и смогли вылететь во Францию через Стамбул, где попросили политическое убежище.
Пример Александра — не единственный. Камиль до войны учился на астронома, занимался ремонтом техники и не планировал военную карьеру. „
В 2023 году его задержали по делу о наркотиках. По его словам, ему предложили выбор: тюрьма или контракт. Он согласился на контракт, рассчитывая сбежать.
После короткой подготовки его отправили в Донецкую область. Там он был ранен, а затем переведен в подразделение, которое он называет «батальоном смертников», куда направляли проблемных бойцов. Понимая, что его снова пошлют на фронт, Камиль решил дезертировать. Он сделал самострел, чтобы его эвакуировали, и оказался в госпитале в России. Когда стало ясно, что его собираются вернуть в часть, он сбежал и уехал в Казань.
Несколько месяцев он скрывался и лечился, почти не выходя из дома. Когда смог восстановиться, он покинул Россию через Грузию и только после пересечения границы почувствовал себя в безопасности.
Францию он выбрал почти случайно: рассматривал также Германию и Италию, но решил попробовать именно эту страну. По прилету в Париж он рассказал миграционной полиции свою историю и подал документы на политическое убежище. Ему выдали временный документ, который позволяет жить в стране, пользоваться медицинской страховкой и получать пособие.
Сейчас Камиль живет в Ницце, учит французский язык и планирует устроиться на работу. Он говорит, что впервые за долгое время чувствует себя спокойно: больше нет страха, что его остановят или отправят обратно на фронт.
Справедливость для дезертиров
Руководитель правозащитного проекта «Идите лесом» Григорий Свердлин объясняет, что людей, которые пытаются дезертировать из российской армии, сейчас становится всё больше. В этом году количество обращений в «Идите лесом» с просьбой помочь дезертировать из российской армии выросло на 30%. По его подсчетам, только за январь и февраль «Идите лесом» помогли дезертировать и скрыться 248 людям.
По его словам, опасения стран ЕС из-за безопасности в связи с приездом дезертиров необоснованны.
«Война идет пятый год, какое-то количество российских дезертиров уже давно в Европе, при этом я не слышал ни одного случая каких-то серьезных правонарушений с их стороны», — подчеркнул Свердлин.
Он также указывает, что в самой по себе «тщательной проверке заявителей и предотвращения въезда в Шенгенскую зону лиц, задействованных в агрессии», он не видит ничего плохого. По мнению эксперта, вопрос в том, как именно это будет реализовано. „
Так, примерно 85% тех, кому «Идите лесом» помогает дезертировать, не успели принять участие в войне и даже не были на оккупированных территориях.
Свердлин задается вопросом, будут ли европейские визовые центры изучать такие детали или будут просто отказывать всем, кто был в российской армии? Он предполагает, что на практике реализуют второй вариант.
«Было бы правильно создать отдельный “трек” для получения российскими дезертирами и отказниками статуса беженца. Эти люди рискуют отказаться в российской тюрьме — по статье за дезертирство им грозит до 15 лет лишения свободы. Создание рабочей процедуры получения дезертирами политубежища увеличило бы количество дезертиров из российской армии и значит помогло бы Украине», — предложил Свердлин.
Координатор правозащитного проекта InTransit ранее рассказывал «Новой-Европа», что отношение к российским дезертирам в Европе уже стало заметно жестче, чем в первые годы войны. По его словам, страны Балтии и Северной Европы в целом не готовы принимать таких людей, там иногда просителей убежища могут отправить обратно через границу. Он отмечает, что в Евросоюзе лишь несколько стран — например, Германия, Франция и Испания, — относительно нормально рассматривают заявления дезертиров на убежище. Однако даже там речь идет лишь о десятках случаев, тогда как большинство таких людей остаются в транзитных странах вроде Армении.
Анастасия Буракова в комментарии «Новой-Европа» указывает, что Эстония, например, уже ввела индивидуальный запрет на въезд для тех, кто воевал против Украины. В первом списке 261 человек, запрет для них останется в силе и после окончания активных боевых действий.
«Летом прошлого года балтийские и северные страны собирались и обсуждали такую меру. В целом это шаг к той самой индивидуальной, а не коллективной ответственности и оценке общественной опасности. Думаю, вскоре такое могут взять на вооружение другие страны ЕС», — рассказывала Буракова.
В то же время «Ковчег» вместе с «Идите лесом» сейчас обсуждают внесение предложений, чтобы «предусмотреть возможность исключений для тех, кто не совершал военных преступлений, часто даже не доезжал до фронта, бежал, попал в армию не добровольно».
«Такие люди часто становятся важными свидетелями для расследования военных преступлений. Например, для последнего доклада ООН давали информацию дезертиры, которым мы помогаем», — отмечает собеседница «Новой-Европа».
Григорий Свердлин напоминает: в Германии сейчас есть памятники дезертирам из нацисткой армии. Например, в 2009 году в Кёльне в 70-летнюю годовщину начала Второй мировой войны был открыт памятник дезертирам вермахта и другим жертвам нацистской военной юстиции. Также памятники установлены в Гамбурге, Ганновере и Вене.
«Хорошо бы отнестись справедливо к людям, которые отказываются воевать с Украиной, уже сейчас, — говорит Свердлин, — а не ставить им памятники через 50 лет».

Администрация Трампа передала Ирану через пакистанских посредников официальный план из 15 пунктов, призванный остановить войну на Ближнем Востоке, сообщили The New York Times и израильский 12 канал. Согласно ему, США требуют от Тегерана полного демонтажа ядерной инфраструктуры, отказа от прокси-сил и свободного прохода через Ормузский пролив. В обмен предлагается снятие всех санкций. Однако иранская сторона, по информации The Wall Street Journal, выдвинула встречный пакет требований, включающий закрытие американских баз в регионе и выплату репараций.Подробнее о планах Трампа, а также о том, можно ли при таких условиях достичь соглашения сторон, — в материале «Новой-Европа»
Что известно о плане
Соединенные Штаты направили Ирану официальный 15-пунктный план, направленный на прекращение войны на Ближнем Востоке, сообщила The New York Times со ссылкой на двух чиновников, знакомых с ходом переговоров.
Как пишет газета, таким образом Трамп стремится завершить конфликт, который длится четвертую неделю и наносит серьезный экономический ущерб. Детали плана держатся в секрете, и журналистам не удалось получить его копию, но чиновники, с которыми поговорил NYT, раскрыли его общие контуры:
План затрагивает баллистическую ракетную программу Ирана. США и Израиль с 28 февраля ведут бомбардировки иранских ракет, пусковых установок и производственных мощностей.Соглашение касается ядерной программы Ирана. Лидеры США и Израиля ранее не раз заявляли, что никогда не допустят появления у Ирана ядерного оружия. Как заявил Трамп 24 марта, Иран, по его информации, согласился, что у него «никогда не будет ядерного оружия». По словам американского президента, США «сейчас ведут переговоры» с Ираном, но с кем именно из руководства страны — не уточнил. Как заявил в разговоре с «Новой-Европа» востоковед Руслан Сулейманов, без подтверждения иранской стороны о готовности отказаться от ядерного оружия пока что это не более чем риторика Трампа.План включает пункты о морских маршрутах. С начала войны Иран фактически заблокировал безопасный проход для большинства западных судов через Ормузский пролив, что нарушило глобальные поставки нефти и газа.
По данным израильского 12 канала, советники американского президента Джаред Кушнер и Стив Уиткофф прилагают усилия к тому, чтобы добиться месячного прекращения огня, в ходе которого стороны обсудят соглашение по 15 пунктам. Журналисты, сославшись на «западный источник», приводят более подробные пункты плана
Что США требуют от Ирана?
Ликвидация существующих накопленных ядерных возможностей.Обязательство Ирана никогда не стремиться к созданию ядерного оружия.Обогащение ядерных материалов на территории Ирана запрещено.Весь обогащенный материал будет передан МАГАТЭ в согласованные сторонами короткие сроки.Объекты в Натанзе, Исфахане и Фордо будут выведены из эксплуатации — уничтожены.МАГАТЭ будет иметь доступ ко всей информации на территории Ирана.Иран откажется от парадигмы прокси-сил, а также фактически прекратит финансирование и вооружение сателлитов в регионе.Ормузский пролив останется открытым, будет свободной морской зоной — никто не будет его блокировать.Ракетная программа: решение будет принято позже, но потребуется ограничить количество и дальность.Дальнейшее использование: только для целей самообороны.
Что Иран получит взамен?
Снятие всех санкций.Содействие в развитии проекта гражданской ядерной программы в Бушере (производство электроэнергии).Отказ от угроз возобновления санкций.
Как пишет 12 канал, шансов, что Иран согласится на такие жесткие условия, практически нет, поэтому вполне вероятен сценарий срыва переговоров. Но возможна и альтернатива: США и Иран заключат общее рамочное соглашение, отложив все спорные детали на потом. Поддерживает ли план Израиль — также неизвестно.
Что говорит Иран
Иран, вероятно, не сможет дать быстрый ответ на американский план, считает The New York Times. По данным газеты, высокопоставленные иранские чиновники испытывают трудности с внутренней коммуникацией. Также существуют опасения, что Израиль может нанести удар по ним в случае проведения личных встреч.
В первый день войны Израиль нанес удар по руководству в Тегеране, в результате которого погибли верховный лидер аятолла Али Хаменеи и многие другие высокопоставленные лица. Поэтому неясно, кто именно сейчас обладает полнотой власти для принятия решений о войне и мире, пишет NYT.
Однако, как рассказывает The Wall Street Journal со ссылкой на источники, представители Ирана дали понять администрации Трампа, что условия для возобновления переговоров о прекращении огня будут жесткими. По данным газеты, КСИР удалось консолидировать власть, и его представители выдвинули свои требования. Среди них — закрытие всех американских баз в Персидском заливе и выплата репараций за нанесенные Ирану удары.
Среди других требований Ирана:
Установление нового порядка в Ормузском проливе, который позволил бы Ирану взимать плату с проходящих через него судов.Гарантии того, что война не возобновится, и прекращение израильских ударов по поддерживаемой Ираном «Хезболле».Снятие всех санкций с Ирана.Сохранение за Ираном его ракетной программы без каких-либо переговоров по ее ограничению.
Американский чиновник в разговоре с WSJ назвал эти требования «абсурдными» и «нереалистичными», а арабские и американские официальные лица отмечают, что такая позиция сделает достижение сделки с Ираном более сложной задачей, чем было до начала войны, инициированной Трампом.
Как пишет израильский 12 канал, сомнительно, что Иран согласится на все условия плана, и в Израиле опасаются, что США будут подталкивать к рамочному соглашению, отложив детали на потом. Стань со-участником «Новой газеты» Стань соучастником «Новой газеты», подпишись на рассылку и получай письма от редакции Подписаться
Как заявил в разговоре с «Новой-Европа» востоковед Руслан Сулейманов, договориться о прекращении огня вполне возможно, но это точно не будет означать прекращения противостояния: „
«Переговоры, безусловно, сейчас возможны, но не о какой-то полномасштабной сделке, а исключительно о параметрах введения режима прекращения огня.
И какая-то часть иранского руководства — скорее, дипломаты, то есть наиболее умеренная часть, расположенная к диалогу, — безусловно, может вести переговоры и консультации о параметрах завершения войны», — сказал он.
При этом Марианна Беленькая, автор телеграм-канала «Фалафельная», освещающего события Ближнего Востока, отметила, что требования Ирана выглядят несопоставимо с тем, что предлагает Трамп. К тому же, как заявила она в разговоре с «Новой-Европа», из всего массива утечек сложно понять истинные позиции сторон, и пока они выглядят далекими друг от друга.
«Какие-то переговоры уже идут. Пусть это не прямые, пусть это обмен письмами, пусть это звонки. То есть контакты существуют, контакты подтверждают разные источники, даже если сам Иран их отрицает. И это уже значит, что обе стороны ищут выхода из ситуации», — отметила она.
Беленькая подчеркнула, что поведение Трампа остается непредсказуемым: переговоры, которые велись летом прошлого года, в итоге привели к войне, и нынешние переговоры, как видно, тоже не предотвратили конфликт. Иран, в свою очередь, считает, что заявления Трампа продиктованы стремлением снизить цены на нефть, и с этим трудно спорить, отметила собеседница «Новой-Европа».
По мнению Беленькой, и Ирану, и США сейчас нужно время. Тегерану необходима передышка, поскольку, несмотря на переговорный процесс, военные действия никто сворачивать не собирается. В то же время Вашингтон ранее выступил с ультиматумом, который грозит серьезной эскалацией в регионе — он угрожал бомбить иранские электростанции, если Ормузский пролив не откроют. Если США нанесут удары по энергетическим объектам, Иран, по словам собеседницы «Новой-Европа», ответит тотальными ударами по объектам стран Залива, что может обернуться катастрофой для этих государств. „
Сейчас открыты все сценарии — и продолжение переговоров, и их использование лишь для затягивания времени, отметила Беленькая. Насколько стороны реально договорятся, неизвестно; пока перспективы выглядят «крайне туманно», добавила она.
«Никто не знает, что хочет Трамп и в какой момент он захочет завершить войну. Пока, по оценкам на данный момент, даже если переговоры состоятся, война продолжится еще две-три недели. И эти оценки были примерно такие же, как и до новостей о переговорах. Но опять же, нельзя исключать, что всё может закончиться быстро, как только захочет Трамп», — подытожила собеседница «Новой-Европа».
Кто посредник
План был передан через Пакистан. Ключевым посредником между США и Ираном выступил начальник армии Пакистана фельдмаршал Сайед Асим Мунир. По данным газеты, он поддерживает тесные связи с Корпусом стражей исламской революции Ирана (КСИР), и это позволяет ему эффективно передавать сообщения между враждующими сторонами. Также Мунир дважды встречался с Дональдом Трампом в 2025 году; президент США назвал его своим «любимым фельдмаршалом», рассказывает NYT.
Недавно Мунир связался со спикером парламента Ирана Мохаммадом Багером Галибафом (бывшим командующим КСИР) и предложил провести переговоры между США и Ираном на территории Пакистана, сообщили газете неназванные иранский и пакистанский чиновники. В посредничестве также участвуют Египет и Турция.
Пресс-секретарь Белого дома Каролайн Левитт подтвердила, что дипломатические усилия ведутся. Однако она подчеркнула, что военная операция «Эпическая ярость» продолжается в полную силу «для достижения военных целей», поставленных Трампом и Пентагоном. Так что „
на данный момент нет признаков, что война прекратится в ближайшее время, резюмирует NYT. Израильские чиновники прогнозируют ее продолжение в течение нескольких недель.
Какого партнера по переговорам видят США
Тем временем, по данным источников Politico, администрация Трампа рассматривает спикера парламента Ирана Мохаммада-Багера Галибафа как кандидата на роль лидера при поддержке США, который будет способен возглавить Иран и вести переговоры с администрацией Трампа на следующем этапе войны. Однако решение еще не принято, и Белый дом надеется провести «проверку на прочность» нескольких кандидатов в поисках того, кто готов заключить сделку, добавили собеседники издания.
При этом наследник иранской монархии, сын последнего шаха Реза Пехлеви, находящийся в изгнании, по данным Politico, рассматривается как неподходящий вариант. «Он вырос за пределами страны. Это последнее, что нужно устанавливать там. Это приведет к хаосу». По словам собеседников издания, администрация США не верит, что он будет обладать легитимностью внутри Ирана.
Что с Ормузским проливом
Дональд Трамп заинтересован в заключении мирного соглашения с Ираном уже на этой неделе, потому что он стремится к «прогрессу» в Ормузском проливе и прекращению огня, сообщает Politico со ссылкой на высокопоставленного чиновника Белого дома.
Представитель страны Персидского залива предположил в разговоре с Politico, что Трамп преувеличивает переговорный прогресс, чтобы выиграть время и стабилизировать рынки, а также чтобы создать предлог для отступления от своего же ультиматума.
Однако 23 марта Трамп заявил, что Вашингтон и Тегеран «провели очень хорошие и продуктивные переговоры», поэтому он поручил Пентагону отложить военные удары по иранским электростанциям и энергетической инфраструктуре на пять дней. По словам американского президента, перемирие сохранится «при условии успеха продолжающихся переговоров». Как отметил в разговоре с «Новой-Европа» Руслан Сулейманов, объявленная Трампом «приостановка войны» не имеет никаких четких параметров, прописанных обязательств для каждой из сторон. Поэтому пока что говорить о полноценном, пусть и временном, прекращении огня не приходится: оно всё равно не исполняется в полной мере с обеих сторон, добавил он.
Глава Chevron Майк Вирт на конференции CERAWeek в Хьюстоне заявил, что война США и Израиля с Ираном нанесла мировой нефтегазовой отрасли более серьезный ущерб, чем война России и Украины, так как через Ормузский пролив сейчас не проходит значительный объем нефти и газа. Даже после его открытия, по словам Вирта, восстановление цепочек поставок и накопление запасов потребует времени, так как физическая инфраструктура не может заработать мгновенно. Особенно остро дефицит дизеля и авиатоплива ощущается в Азии. Вирт подчеркнул, что масштаб разрушений пока точно не известен: непонятно, сколько добычи остановлено и насколько повреждены объекты.
«Мы никогда не видели ничего подобного — раньше не было сбоев такого масштаба. Это тема для исследования для любого нефтяного аналитика или самый страшный кошмар — тот, который, как мы думали, никогда не случится», — сказал главный экономист нефтегазового гиганта BP Гарет Рамзи (цитата по Politico).
Согласно опросу Reuters, рейтинг одобрения Трампа упал до 36% на фоне гнева общественности из‑за войны и резкого скачка цен на бензин. Недовольство угрожает сорвать попытки республиканцев сохранить контроль над Конгрессом на предстоящих в этом году промежуточных выборах, отмечает Politico.
По словам аналитиков, с которым поговорило Politico, цены на топливо останутся высокими даже после прекращения боевых действий.