В российских регионах отмечаются серьезные перебои с доступностью жизненно важных препаратов против рака. С начала месяца пациенты массово жалуются на проблемы с тем, чтобы найти метотрексат и этопозид — лекарства, которые используются в базовых схемах химиотерапии и критически важны для лечения ряда онкологических заболеваний, в том числе у детей. И если первый есть в 32 регионах из 89, то второй остался только в девяти. При этом оба препарата входят в перечень ЖНВЛП (жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов), а значит, должны быть доступны и предоставляться бесплатно в рамках терапии. На деле в ряде регионов пациенты не только не получают их бесплатно, но даже не могут купить за свой счет.
Что это за препараты?
— Этопозид и метотрексат — это старые, но критически важные препараты, без которых невозможно полноценное проведение многих стандартных схем химиотерапии, — рассказывает российский онколог на условиях анонимности.
Метотрексат блокирует работу фермента, необходимого для синтеза ДНК, в результате чего онкоклетки теряют способность делиться. Этот препарат применяется при лечении лейкозов, в том числе у детей, лимфом, рака молочной железы. В меньших дозах он используется при аутоиммунных заболеваниях, например, ревматоидном артрите.
Этопозид блокируется фермент топоизомеразу II, участвующий в распутывании ДНК при делении клетки, таким образом происходит накопление повреждений в ней, и она погибает. Препарат используется для лечения рака легкого, опухолей яичек, а также при лимфомах и некоторых детских онкозаболеваниях.
Можно ли их заменить?
— Эти препараты не имеют прямых взаимозаменяемых аналогов: заменить их один к одному чаще всего нельзя, — говорит врач.
Онкологические схемы лечения строго стандартизированы: препараты в них подобраны на основе многолетних исследований, дозы и курсы тщательно выверены. При замене препаратов придется снижать дозы, переносить курсы, то есть полностью менять протокол лечения, что потенциально снижает эффективность терапии.
— В онкологии любая замена на менее предсказуемый вариант означает огромный риск недолечить опухоль, — поясняет онколог.
Есть ли российские аналоги?
Да, у обоих препаратов есть дженерики — копии оригинального препарата, имеющие ту же молекулу. Но, во-первых, они тоже в дефиците, а, во-вторых, сами врачи не очень их любят.
— Ключевая проблема не в том, что дженерики «плохие», а в том, что к части российских дженериков есть серьезные вопросы. У них мало качественных сравнительных исследований с оригинальными препаратами, поэтому мы хуже понимаем реальную эффективность и частоту токсичности. Кроме того, есть вопросы к качеству вспомогательных веществ (стабилизаторов), которые могут влиять на развитие побочных эффектов, — говорит онколог.
Почему они пропали?
— Хотя это и старые препараты, их исчезновение связано не с тем, что они устарели, а с экономикой и организацией производства и поставок, — считает врач.
Оба препарата поставлялись разными зарубежными производителями, сейчас одни ушли с российского рынка, другие снизили объемы поставок. Существующие дженерики не компенсируют спад. Поскольку эти препараты входят в перечень ЖНВЛП, цены на них регулируются государством и они невысокие, так что производство не особо рентабельно, а потому выпуск ограничен. К тому же отечественная фарма по-прежнему зависит от импортных субстанций, и перебои с сырьем вполне могут затормозить производство.
При этом в Росздравнадзоре утверждают, что производители выполняют заявленные планы и ситуация с выпуском этих препаратов в гражданский оборот стабильна. Возможно, проблема в том, что они распределены неравномерно, предполагает онколог: например, сосредоточены в стационарах и недоступны в рознице или конкретном регионе.
Как теперь будут лечить пациентов с онкологией?
На фоне дефицита препаратов врачи вынуждены будут корректировать лечение: например, менять комбинацию лекарственных средств или дозировку; и, к сожалению, новая схема скорее всего будет неравноценна исходной.
Но самый главный риск: из-за дефицита препаратов может быть нарушен график терапии. В онкологии его соблюдение критично: пропуски курсов или их задержка могут ухудшить прогноз. Так что даже краткосрочные перебои могут иметь отложенные последствия, которые мы увидим в статистике выживаемости через несколько лет.

Частные школы Le Sallay — «Академия» и «Диалог», — созданные россиянами во Франции для русскоязычных детей эмигрантов, объявили о банкротстве за месяц до окончания учебного года. Учителя рассказывают, что новость застала их врасплох: некоторые получили сообщение о прекращении деятельности всего за 10 минут до урока. Сотрудники остались без зарплат за последние несколько месяцев. Некоторые семьи уже успели оплатить следующий учебный год — вернут ли всем им деньги, неизвестно. Управляющая компания всех школ зарегистрирована в американском штате Делавэр, где упрощена процедура банкротства. В школе работала сильная команда специалистов, а подход к работе с учениками отличался от классической системы. В основном обучение происходило в онлайн-формате, но четыре раза в год были двухнедельные очные сессии, которые напоминали детский лагерь: с вожатыми, групповой работой и внеурочной деятельностью, которая совмещалась со школьной программой. «Новая газета Европа» поговорила с основателем Le Sallay, а также с педагогами, которые рассказали, как начиналась и чем закончилась восьмилетняя история школы.
Что такое Le Sallay
Частный международный образовательный проект основали Сергей Кузнецов и психолог Екатерина Кадиева. В 2013 году они уехали из России во Францию, а с 2014 года начали организовывать образовательные проекты: в частности, международный детский лагерь «Марабу» и проект выездных лекций для взрослых «Шатология».
Семья также владеет отелем Le Sallay — это замок XVI века в Бургундии. Именно там периодически проходили очные мероприятия организации.
В 2019-м Кузнецов и Кадиева запустили более масштабный и амбициозный проект — международную среднюю школу Le Sallay Academy («Академия»). Уже в сентябре 2020 года открылась вторая школа похожего типа — Le Sallay Dialogue («Диалог»). Если в первой обучение проводилось на английском языке и предполагалось, что дети дальше поступят в старшие классы различных заграничных школ, то «Диалог» изначально был школой на русском языке, ориентированной на продолжение обучения в России. Ученики «Академии» собирались в шато во Франции, а очные сессии «Диалога» сначала проходили в России, затем в Турции, а позже — в Сербии.
Многое изменилось после начала полномасштабной войны в Украине. Обе школы стали больше ориентироваться на то, чтобы выпускники могли продолжить учебу на английском языке в любой точке мира. В Le Sallay обучались как дети российских эмигрантов, так и украинских беженцев. Для последних была предусмотрена стипендия до 30%. В школе можно было по желанию изучать русский и / или украинский языки.
Официально школы были зарегистрированы в США и выдавали соответствующие документы об окончании учебы.
На сайте Le Sallay указано, что она подходит тем, кому некомфортно в классической школе, кто ценит самостоятельность и индивидуальный подход. В учреждении также учились дети со специальными запросами в обучении: ученики с нейроотличными чертами (РАС, СДВГ, дислексия). „
«Вы не представляете сколько на свете особенных детей, которым буквально негде учиться, — они не вписываются никуда. Я узнала о Le Sallay в декабре прошлого года и чуть не расплакалась от счастья, что такое вообще бывает. Страшно жалко, что вот так всё получилось»,
— пишет Алиса Ротенберг в комментариях к одному из постов про закрытие школ.
Обучение в «Академии» стоило от 28 000 до 40 000 евро в год, а в «Диалоге» — от 12 000 до 14 000 евро в год.
Учеба проходила в маленьких группах по восемь человек, а всего в двух школах обычно учились около ста учеников. К 4 мая на сайте «Диалога» всё еще висит объявление о наборе на 2026/2027 учебный год для школьников 5–9 класса (10–17 лет). В общей сложности, по указанным данным, на новый год оставались вакантными 26 мест.
Объявление о банкротстве
Основатель школы Сергей Кузнецов вечером 28 апреля написал на своей странице о прекращении работы Le Sallay. Он назвал решение одним из самых тяжелых в своей жизни. По его словам, оно было принято советом директоров управляющей компании Le Sallay Studies после того, как стало ясно, что проект не сможет продолжать работу в текущих условиях.
Кузнецов пояснил, что банкротство стало следствием внешних факторов: запуск выпал на начало пандемии коронавируса, за которой последовала война России в Украине. „
«Я буду краток и скажу, что теперь я понимаю, что мы запустили школу в исторически неудачный момент, прямо накануне ковида и череды войн. Последнюю из них, войну в Иране, мы не смогли пережить.
Это было очень тяжелое решение, от которого пострадали многие люди — родители, учителя, акционеры и кредиторы. Тем детям, которые учились у нас в этом году, мы сумели выдать дипломы, однако не смогли провести последнюю очную сессию, которую так ждали многие из них. Осознавать всё это очень тяжело для меня», — написал руководитель.
По его словам, на момент последних платежей от родителей команда рассчитывала сохранить школу и не считала закрытие неизбежным.
Кузнецов подчеркнул, что другие проекты, которые он развивает вместе с Екатериной Кадиевой, не связаны с обанкротившейся структурой и продолжат работу.
Одновременно новость о закрытии появилась в официальных аккаунтах школы. Владельцы компании пояснили, что от поддержки школы отказались несколько крупных доноров, а некоторые семьи передумали оплачивать обучение. Основатели Le Sallay добавили, что вкладывали личные средства, продавали акции других своих компаний и брали личные кредиты: «На поддержку школы мы потратили большую часть наших доходов от других бизнесов за последние годы. Сейчас наши ресурсы полностью исчерпаны».
Заявление о банкротстве Le Sallay подали в суд США по делам о банкротстве округа Делавэр.
Один из родителей, Олег Яковлев, вечером того же дня написал личный пост, в конце которого рассказал, что оплатил обучение своего сына в Le Sallay и узнал из фейсбука, что школа обанкротилась. Яковлев поделился, что работает без выходных и подрабатывает курьером, чтобы выплатить долг на учебу. Пост привлек большое внимание общественности.
6 мая Валерия и Олег Яковлевы сообщили, что им вернули 12 500 евро, которые они заплатили за обучение:
«Сергей Кузнецов сдержал свое обещание. Частное лицо (спонсор), сегодня перевел нам сумму нашего взноса (спасибо, незнакомый добрый человек!). Поэтому финансовых претензий мы более не имеем».
Глава издательства Vidim Books Александр Гаврилов, который до 2025 года несколько лет бесплатно работал в совете директоров организации, вскоре после объявления о закрытии школы опубликовал пост с критикой руководства.
«Я пытался помочь руководству выстроить финансовую модель, при которой школа с оплатой 20 000 евро в год — не считая перелетов на очные сессии — хотя бы иногда не была убыточной. „
Инвестиции в школу были чрезвычайно масштабными и к 2022 году очевидно невозвратными. Школа продолжала привлекать кредиты под планы развития, которые ни разу не были выполнены. Обслуживать долг тоже стало невозможно»,
— написал он.
Гаврилов сообщил, что учителей уведомили о прекращении работы за десять минут до начала занятий.
«Управляющая компания всех школ зарегистрирована в американском штате Делавэр. Процедура банкротства там упрощенная, кредиторы практически ничего не получают. Активов для распределения нет», — добавил Гаврилов.
Сергей Романчук, сменивший Гаврилова в Совете директоров, призвал не делать однозначных выводов о недобросовестности руководства. По его словам, финансовое положение компании было сложным: активы составляли около 1,5 млн долларов при обязательствах примерно в 2,2 млн, а свободные средства практически отсутствовали. При этом крупнейшими кредиторами были связанные с основателями структуры, поэтому, как он отмечает, именно они понесли основные потери.
Романчук подчеркивает, что изначально рассматривал инвестиции в проект как рискованные и во многом близкие к благотворительности. По его словам, ключевым фактором кризиса стала потеря донорского финансирования, без которого модель школы не могла функционировать. Он также отмечает, что совет директоров не занимался операционным управлением, а на момент его прихода в феврале 2026 года ситуация не выглядела критической: по одной школе финансовый результат был близок к нулю, по другой — с небольшим убытком, при этом планировался дальнейший набор учеников.
«Инициатива объявления о банкротстве принадлежит Сергею Кузнецову, и он вышел с ней на СД 6 апреля 2026 года, после того как осознал, что не может найти деньги на покрытие кассового разрыва (одноразово выпало около 300 000 EUR). Совет директоров тут же рекомендовал не принимать оплаты от родителей по будущим периодам», — пишет Романчук.
Он также отмечает, что обсуждаемая в публичном поле идея «продать замок» в Бургундии или покрыть долги за счет других активов основателей не выглядит реалистичной: по его словам, подобные активы сами по себе требуют значительных расходов, а основатели и так финансировали школу за счет других своих проектов, накопив перед ними значительную задолженность. „
Романчук сравнивает ситуацию с типичным стартапом с высоким уровнем риска, который не смог выйти на устойчивую модель.
При этом финансист считает, что решение не закрывать школу раньше позволило ученикам завершить учебный год и получить документы об образовании. Он называет проект уникальным и подчеркивает, что в течение нескольких лет школа давала значимый опыт детям и объединяла международное сообщество учеников и преподавателей.
Что говорят преподаватели
История быстро привлекла внимание значительной части русскоязычного фейсбука. Многие сотрудники Le Sallay начали делиться своими эмоциями по поводу закрытия и критиковать руководство.
Преподавательница школы Вероника Королёва, работавшая в проекте с 2019 года и возглавлявшая кафедру STEM (Science, Technology, Engineering, Mathematics) в Le Sallay Academy, рассказала «Новой-Европа», что закрытие стало полной неожиданностью для сотрудников. По ее словам, вплоть до последнего дня учителя продолжали планировать занятия и готовиться к очной сессии в мае, не имея информации о критическом положении школы.
Только весной, вспоминает она, завуч утверждала, что есть большое количество заявок от детей и что с набором всё хорошо.
— Я понимаю, что обучение в «Академии» достаточно дорогостоящее. И, как мне кажется, набирать в школу 35 детей — это супермаленький набор и, наверное, можно было бы набрать больше, — считает девушка.
Она отмечает, что за два дня до объявления о банкротстве руководство дважды отменяло запланированные общие встречи, из-за чего у преподавателей сложилось впечатление, что речь идет о задержках зарплаты. „
«На собрании кафедры мы просто работали и обсуждали с коллегами текущую учебу и планы. Все были уверены, что в конце мая начнется очная сессия и у детей будет выпускной. Моя коллега по гуманитарной кафедре делала то же самое»,
— говорит Королёва.
По ее словам, о закрытии сотрудники узнали фактически в последний момент: сначала им сообщили о немедленной остановке уроков, а затем разослали официальное письмо о банкротстве: «Учителя во вторник вечером посреди учебного дня узнали: не начинайте уроки, не подключайтесь к детям. А через полчаса пришло письмо о банкротстве. У кого-то на 17:00 были назначены уроки с детьми, которые, например, учатся в Америке, а письмо пришло примерно за 10 минут».
Преподавательница также рассказала, что учителя не получили зарплату за последние месяцы, а финансовая информация о состоянии проекта, по ее словам, оставалась непрозрачной. Сотрудники не знали, как формируется бюджет и какие обязательства есть у школы.
Королёва отмечает, что так как компания — американская, у всех сотрудников были заключены с ней контракты. Многие ее коллеги, которые живут в разных европейских странах, оформляли самозанятость.
Задержки выплат случались, говорит собеседница «Новой-Европа», и раньше, но носили эпизодический характер и объяснялись техническими причинами. Когда летом учителя заявили, что задержки неприемлемы, Сергей Кузнецов предложил переделать контракты так, чтобы зарплата официально выплачивалась до конца следующего месяца. „
— На самом деле мы никогда не представляли, что происходит с финансированием школы, откуда берутся деньги, на что они тратятся, какие долги у школы, сколько платят за аренду замка,
— говорит Королёва.
Она объясняет, что проект был важным для нее, потому что это уникальная модель обучения.
«Мы сочетали очные сессии, где дети в условиях замка встречаются друг с другом, ходят на уроки, проводят эксперименты, исследования, готовят презентации, учатся коммуницировать друг с другом. И онлайн обучение проходило не менее интересно. Мы использовали виртуальные лаборатории, мы придумывали разные проекты с детьми. Я снова поверила в то, что международные программы и обучение Science может быть классным. Я работала и сейчас всё еще дорабатываю с прекрасными коллегами, которые приезжали к нам из Америки, из Англии, из Европы, мы обменивались опытом. Это очень крутые специалисты», — резюмирует девушка.
Глава кафедры гуманитарных наук в школе «Диалог» Илья Заславский также подтвердил в разговоре с «Новой-Европа», что закрытие школы стало неожиданностью для сотрудников.
— Мы знали уже некоторое время, что у школы есть финансовые проблемы. Впервые они возникли еще летом два года назад. Сергей Кузнецов тогда провел собрание, на котором предупредил, что у школы критическая финансовая ситуация и она может не открыться в сентябре. К счастью, деньги тогда нашлись, и мы проработали тот учебный год и следующий. Но с этого момента было понятно и много обсуждалось, что школа убыточна, что она находится в постоянном поиске новых денег и что у нее большие долги, — говорит он.
Заславский рассказывает, что осенью 2025 года ситуация вновь обострилась, и сотрудникам фактически предложили временно отказаться от части дохода.
— Сергей сказал, что у школы не хватает денег на выплату зарплат, и предложил сотрудникам некоторое время поработать бесплатно. Какое конкретно время — непонятно. „
И сказал, что если учителя на это не согласны, то он обанкротит школу, фактически переложив ответственность за закрытие в начале учебного года на преподавательский состав,
— добавляет учитель.
По его словам, преподаватели не согласились на эти условия, после чего удалось найти компромисс и продолжить работу. Кузнецов смог найти средства на постепенное погашение задолженности и с октября 2025-го о новых финансовых проблемах не говорили.
— Никто из нас не ожидал, что школа закроется. У кого-то из нас были, естественно, подозрения, что она может не пережить лето, потому что это случилось один раз, это может случиться снова. Но то, что мы не доживем до конца учебного года, никто из нас не предполагал, — делится Заславский.
Он, как и Королёва, обращает внимание на проблемы с внутренней коммуникацией: «Всегда было ощущение, что информации от владельцев школы приходится добиваться. И когда они соглашаются этой информацией поделиться, то она не всегда по делу».
Заславский подчеркивает, что не обвиняет руководство в недобросовестности, но считает важным говорить о моральной стороне ответственности за сотрудников и родителей, которые доверили школе своих детей.
— Мне кажется, что стратегия выхода из этого бизнеса, которую Сергей избрал, помогает ему в большей степени. Понятно, что скандал поднялся достаточно большой, его репутационные потери кажутся достаточно существенными. Поймите правильно, я не злорадствую, я от этого ничего не приобретаю. Но видно, что целью было, на мой взгляд, как можно быстрее избавиться от долгов и от убыточного бизнеса, а не в первую очередь позаботиться о людях, которые окажутся жертвами этих обстоятельств не меньше, а то и в большей степени, — считает преподаватель.
В то же время он подчеркивает, что образовательный проект имел значительную ценность, — в том числе благодаря международной среде и офлайн-сессиям, где дети могли не только учиться, но и выстраивать социальные связи: „
«Под конец в наших школах учились дети из 28 разных стран. Общались между собой, находили друзей. Это было очень важное и полезное дело».
После закрытия, по словам Заславского, преподаватели при поддержке родителей пытаются самостоятельно завершить учебный процесс:
«Мы смогли собрать сумму около 18 000 евро. Многие родители, уже потеряв деньги, готовы платить еще раз, чтобы дети могли доучиться. И многие из них согласились оплатить этот месяц учебы не только для своих детей, но и для их одноклассников, которые не могут позволить себе эти расходы, чтобы никто не оказался за бортом. Инициатива собрать средства исходила от родителей», — рассказал собеседник «Новой-Европа».
Он добавляет, что ученикам планируют выдать необходимые документы для продолжения обучения в Европе и США, а дальнейшая судьба преподавателей остается неопределенной, хотя многие уже получают предложения о помощи.
Один из преподавателей школы, работавший в проекте в 2025/26 учебном году, на условиях анонимности рассказал «Новой-Европа», что школа старательно дистанцировалась от образа чисто эмигрантской и постепенно превращалась в международную.
«Сам формат школы был необычным и в принципе ценным: смешанная онлайн / офлайн модель, маленькие группы, международная аудитория, интерес к нестандартному междисциплинарному преподаванию. „
Большая часть учеников были детьми эмигрантов из России, но не все. Были дети из Украины, которые учились бесплатно (по гранту), и это хорошо. Также были дети не из русскоязычных семей»,
— говорит он.
Часть учителей тоже была не из России, что позволяло поработать, например, с коллегами из США и узнать о другом подходе к преподаванию, замечает учитель. В то же время, говорит он, было странно, что за семь-восемь лет существования школа оставалась стартапом: с хорошей концепцией, но без серьезного роста и результатов.
Собеседник «Новой-Европа», как и другие преподаватели, говорит, что до 28 апреля школа продолжала работать в штатном режиме, и сотрудники лишь предполагали, что есть проблема с задержкой зарплат.
«Основная проблема в коммуникации была именно в этом: явно было понятно, что что-то не в порядке, но что именно и какой план — не говорили. Я при этом был убежден, что до конца учебного года мы доучим детей. Именно из-за неопределенности я лично рассматривал увольнение в конце года после выпускного. Никто из учителей не думал, что обучение может прерваться так резко. В марте часть учителей коллективно обратилась к руководству с письмом по поводу финансовой ситуации и задержек. Ответ был снова неопределенным», — рассказывает учитель.
Сигналы, по его словам, были двойственными. С одной стороны — задержки зарплат, сообщения, что половина учеников может уйти в следующем году, общее ощущение, что денег не хватает. С другой стороны — сотрудникам говорили, что уже есть новые ученики на следующий год, нужно проводить интервью, записывать пробные уроки.
«Главное, что это всё касалось планов на следующий учебный год. Причины решения о закрытии именно сейчас, а не в июне, мне до сих пор не до конца понятны», — добавляет преподаватель.
Он уверен, что коммуникация руководства как с учителями, так и с родителями должна была выглядеть иначе:
«Можно было предупредить заранее — за недели или даже месяцы, дать возможность учителям подготовить детей, родителям найти альтернативы. Можно было прекратить принимать платежи за следующий учебный год заранее и обеспечить хотя бы минимальный переход: спокойное завершение года, передачу документов, координацию с другими школами. Ничего из этого сделано не было».
Позиция руководства
В разговоре с «Новой-Европа» Сергей Кузнецов объясняет закрытие школы сочетанием факторов, в первую очередь потерей донорского финансирования.
— Надо сказать, что наша модель, как модель многих частных школ, наряду с платежами родителей предполагала получение частичного финансирования от доноров и спонсоров, которое, в частности, позволяло выплачивать стипендии детям, чьи родители могли оплатить обучение только частично или вообще не могли оплачивать. Так что потеря донорских денег серьезно по нам ударила. „
Также в результате войны в Иране критически выросли цены на нефть, а значит подорожали авиабилеты, трансферы и проживание. Из-за закрытия неба родители стали бояться отпускать детей куда-то лететь, и, соответственно, передумали отдавать их к нам на следующий год.
По словам основателя Le Sallay, прием денег от родителей прекратили в момент, когда стало ясно, что гарантировать проведение школы в следующем году невозможно.
— У нас ученики в разных часовых поясах. Важно было выбрать такое время, когда дети не спят и у них не идут уроки. Единственный вариант, который мы нашли, всё-таки привел к отмене трех уроков в «Академии» (в «Диалоге» к тому моменту все занятия закончились). Но у нас не было другого варианта сообщить всем одновременно, чтобы ученики, родители и учителя еще не спали и можно провести собрания, где подробно объяснить, что случилось. В отправленном учителям и родителям подробном письме было сразу предложено время для встреч, на которых мы были готовы ответить на вопросы. Первая встреча прошла через полчаса после закрытия. Родителям также было предложено время для встречи детей, на которой школьники могли бы попрощаться и задать свои вопросы директорам. Эти встречи прошли после встреч с родителями. Я всё время думаю о том, могли бы мы сделать это по-другому. К сожалению, для нас всё тоже произошло очень быстро. Теперь я понимаю, что, как минимум, мы должны были иначе коммуницировать, — говорит Кузнецов.
Рассуждая о финансовой ситуации, Кузнецов отмечает, что проблемы у школы возникали регулярно и, по его словам, обсуждались как с сотрудниками, так и с родителями. Он указывает, что руководство предпринимало попытки сократить расходы: в частности, речь шла об отмене или сокращении продолжительности очных сессий.
— Да, проблемы были, учителя и родители об этом знали. Предыдущие годы мы справлялись, и у нас был план на этот год. В начале апреля, когда мы потеряли спонсоров и столкнулись с другими проблемами, мы запросили встречу Совета Директоров, чтобы обсудить наше финансовое положение.
Если ранее Совету директоров удавалось найти выход из тяжелых ситуаций, на этот раз, во время собрания 7 апреля, это сделать не получилось, продолжает Кузнецов. В результате, как он утверждает, школа приостановила прием платежей и начала активный поиск новых источников финансирования. „
— Последний платеж пришел 5 апреля. Полученные деньги были потрачены на выплаты учителям и менеджерам. Напомню, что окончательное решение о банкротстве было принято 27 апреля. До этого три недели мы пытались найти деньги для школы,
— уточняет основатель Le Sallay.
Он поясняет, что за будущий год заплатили родители 24 учеников, 14 из них — в ноябре и декабре. В марте было принято четыре платежа, в апреле один.
На вопрос о регистрации управляющей компании в штате Делавэр Кузнецов отвечает, что это требование инвесторов, а также стандартная практика для американских стартапов.
— Мне кажется, что модель школы оказалась не приспособленной для момента, когда мы запустились. Например, blended learning предполагает частые перелеты — в ситуации, когда небо закрывают каждые несколько лет по причинам ковида и войн, у многих родителей пропадает желание отправлять куда-то далеко своих детей. Многие сейчас пишут в соцсетях, что нельзя запускать школу без эндаумента (фонда, формируемого некоммерческой организацией за счет пожертвований.— Прим. ред.) — у нас эндаумента не было, и вообще на старте мы недооценили важность благотворительной поддержки, — анализирует собеседник «Новой-Европа».
Изначально, рассказывает он, проект задумывался как международная школа с новой образовательной программой и возможностью масштабирования. По его словам, были планы развития через партнерства и франшизу, а также велись переговоры о запуске новых проектов, в том числе за пределами Европы. Однако эти планы, как он отмечает, не удалось реализовать из-за внешних факторов и финансовых ограничений.
— Мы понимали, что средняя школа — самое слабое звено в цепи школьного образования, и решили запустить свою среднюю школу, где могли бы учиться дети из разных концов мира, а также разработать новый куррикулум (учебный план. — Прим. ред.). Мы ожидали, что школы смогут дорасти до самоокупаемости. К сожалению, это оказалось невозможно без благотворительной поддержки. Мы также планировали использовать наш куррикулум для франшизы или партнерских проектов, и у нас было много переговоров об этом. Еще в начале этого года обсуждался проект школы в Дубае, но обсуждение приостановилось после начала войны.
Комментируя негативную реакцию на закрытие школы, Кузнецов подчеркивает, что понимает недовольство со стороны родителей и сотрудников, хотя считает часть обвинений несправедливыми.
— С давлением, конечно, справляться трудно, особенно когда люди, которые нас знают много лет, верят несправедливым обвинениям. Но мы также получаем много поддержки, в том числе от родителей, чьи дети у нас учились. Мы всегда понимали, что закрытие школы — это риск для других наших проектов. Но, к сожалению, у нас не было другого выхода.
Если бы мы знали всё, что случится, мы бы открывали школы иначе. Что касается того, жалеем ли мы, что потратили восемь лет на проект, который так закончился, я отвечу, что за эти годы в школе училось около трехсот детей, для многих из которых — например, для украинских беженцев, — это стало важной поддержкой в это тяжелое время. Кроме того, у нас действительно получилась хорошая школа. В тяжелые моменты я напоминаю себе об этом, — подводит итог Кузнецов.
Обучение продолжат до конца года благодаря донатам
После объявления о банкротстве преподаватели совместно с родителями организовали сбор средств, чтобы завершить учебный год. Было принято решение продолжить занятия в онлайн-формате, при этом финансирование строится на добровольных пожертвованиях семей.
Родителям предложили вносить донаты в посильном объеме, однако участие детей в учебном процессе не зависит от возможности платить: обучение продолжается для всех учеников на равных условиях.
Кроме того, часть собранных средств планируют направить на поддержку сотрудников, оказавшихся в наиболее уязвимом положении: вожатых, медицинского и технического персонала, а также специалистов, оставшихся без зарплаты. Организаторы подчеркивают, что информация о поступлениях и расходах будет открытой.
«Коллектив школы Le Sallay Диалог и родители наших учеников решили, что не собираются опускать руки. Этот учебный год не может оборваться вот так, тем более — на финишной прямой. „
Благодаря их бесконечной щедрости мы смогли найти деньги на работу в мае для всего учительского состава. Мы вряд ли сможем провести очную сессию, как планировали, но мы точно доведем наши уроки до конца и проведем выпускной онлайн.
Наши ученики не будут брошены на полпути, а это важнее всего», — написал педагог Илья Заславский, уточнив, что собранные деньги будут передаваться напрямую школьному коллективу, предыдущее руководство Le Sallay Studies не имеет к этому никакого отношения.
Екатерина Раханская, занимавшая должность заместителя директора школы «Диалог», сообщила 30 апреля, что команда школы продолжит уроки для всех детей и завершит запланированную учебную программу в полном объеме в онлайн-формате благодаря финансовой помощи родителей.
«Четыре года я была академическим директором школы Le Sallay Dialogue. Школы, которая, кажется, делала что-то важное для детей. Для родителей. Для самой команды. Школы, которая была домом для всех нас. Я знаю, что нужно сказать больше, но в этом месте внутри пока один большой ком», — написала она.
После объявления о банкротстве учителя «Академии» также начали самостоятельно организовывать учебный процесс, чтобы помочь детям завершить год, рассказала Вероника Королёва.
«Мы сами составили расписание, распределили группы и запускаем онлайн-уроки. Часть родителей готова поддержать это донатами, чтобы дети могли доучиться, несмотря на то, что некоторые уже заплатили за следующий год и, возможно, будут подавать коллективный иск против Сергея», — поделилась она.
Кроме того, учителя помогут школьникам корректно заполнить документы, необходимые для поступления в другие образовательные учреждения.

Евросоюзу нужно ускорить процесс принятия внешнеполитических решений — для этого необходимо заменить принцип единогласия голосованием квалифицированным большинством. Об этом заявил министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль в своем плане реформирования ЕС.
🔵 Как это работает сейчас. На сегодняшний день для принятия решений в сферах внешней политики и политики безопасности в ЕС необходимо согласие всех 27 государств-членов. Каждая страна при этом имеет право наложить вето на решение.
По мнению Вадефуля, принцип единогласия может подставить под угрозу существование Европы. Так, он напомнил, что страны ЕС долгое время не могли утвердить кредит Украине в 90 млрд долларов из-за того, что венгерское правительство во главе с Виктором Орбаном блокировало эту инициативу.
🔵 Что предлагает изменить Вадефуль. По мнению главы МИД Германии, решения в сферах безопасности и внешней политики должны приниматься при согласии квалифицированного большинства. Страны, которые не хотят или не могут участвовать в принятии решений, не должны препятствовать остальным, подчеркнул он.
🔵 Что такое квалифицированное большинство. Это основной механизм принятия решений в Совете ЕС, требующий одновременного согласия не менее 55% стран-участниц (минимум 15 государств), представляющих не менее 65% населения ЕС. Сейчас этот механизм используется в некоторых вопросах внешней политики, торговле, сельском хозяйстве, экологии, правосудии.
🔵 Принятие новых членов ЕС. Также немецкий министр призвал изменить процедуру принятия в ЕС новых членов и сделать ее поэтапной. Государства должны проходить постепенную интеграцию в союзе вплоть до полного членства, считает он. Такой принцип позволит избежать блокирующих решений по вступлению стран в ЕС со стороны правительств членов содружества.
Вадефуль напомнил, что сейчас на пути ко вступлению в ЕС находится ряд государств, включая страны Балканского полуострова, Украину и Молдову. Также он назвал «более чем желанным» вступление в Евросоюз Исландии и Норвегии.
🔵 Разговоры о реформах в ЕС. О необходимости реформирования ЕС европейские политики говорят уже не первый год. Так, осенью 2024 года экс-глава Европейского центрального банка Марио Драги предложил «перезапустить» экономику ЕС путем многомиллионных инвестиций, потому что Европа начала сильно отставать от США и Китая.
Также он призывал уменьшить бюрократию в ЕС и начать действовать более слаженно как единая экономика. По мнению Драги, долгое принятие решений в Евросоюзе — одна из причин замедления экономики.

Сегодня ночью в ИК-9 в Хадыженске Краснодарского края нашли мертвым политзаключенного Владимира Яроцкого. По официальной версии, он покончил с собой. Об этом сообщает проект «Политзек-Инфо».
Подробности. Информацию о смерти Яроцкого проекту SOTAvision подтвердил другой политзаключенный Александр Ноздринов, который также отбывает срок в ИК-9. По его словам, Яроцкий жаловался на давление со стороны администрации. Его заставляли работать по ночам, несмотря на противопоказания по состоянию здоровья. После просьб изменить условия труда давление ужесточалось.
За что он сидел. В декабре 2023 года Владимира Яроцкого приговорили к полутора годам колонии по обвинению в осквернении символа воинской славы. Поводом стала картинка в ВК с изображением Владимира Путина с георгиевской лентой на шее, которого рисует уличный художник. На бумаге у последнего получается пенис.
Позднее приговор отменили и отправили на новое рассмотрение. За это время силовики предъявили Яроцкому новое обвинение — в военных «фейках». По версии следствия, мужчина разместил в соцсетях «ничем не подтвержденную информацию» о гибели и пропаже в Украине российских военных.
В мае 2025 года Яроцкого приговорили к 5,5 года заключения по двум обвинениям. Кроме того, в августе 2024 года его оштрафовали на 350 тысяч рублей по делу о призывах к терроризму за пост о том, что убийство Путина приведет к окончанию войны в Украине
Правозащитный центр «Мемориал» признал краснодарца политическим заключенным.
Смерти в заключении. Яроцкий стал как минимум седьмым политзаключенным, который умер в заключении с начала года. До этого в колониях и СИЗО нашли мертвыми Романа Сидоркина, Олега Тырышкина, Александра Доценко, Владимира Осипова, Андрея Акузина и Вегана Христолюба Божьего.
Смертей может быть больше, так как информация о гибели, к примеру, удерживаемых в плену украинцев появляется лишь спустя много месяцев, а то и лет, отмечают правозащитники.

В трети столиц российских регионов не будет парадов Победы на 9 мая. Еще в 37 они пройдут без военной техники или с другими ограничениями. Об этом сообщает «Вёрстка».
Парады с движущейся техникой пройдут лишь в 18 столицах из 85 (в статистике учитывается аннексированный Крым). Акции состоятся в Ярославле, Волгограде, Хабаровске, Красноярске, Пензе, Уфе, Горно-Алтайске, Петропавловске-Камчатском.
В 27 столицах прямо отказались от проведения парада, либо без объявления не включили его в афишу мероприятий. Среди них приграничные Белгород, Брянск и Курск, Ростов-на-Дону, аннексированные Симферополь и Севастополь.
Еще в 37 столицах регионов парады пройдут либо без военной техники, либо без подтверждения ее участия или с другими ограничениями.
Парад Победы на Красной площади в Москве впервые за 19 лет пройдет без военной техники. В Кремле пояснили, что решение принято «из-за террористической активности Киева».
«Бессмертный полк». Акция в приграничных регионах, а также в Уфе, Владивостоке и Ставрополе состоится только онлайн. В Екатеринбурге, Новосибирске, Казани и Красноярске шествие пройдет очно, в Омске, Самаре и Тюмени — в смешанном виде. В Москве с форматом не определились.

Новосибирский областной центр ветеринарно-санитарного обеспечения обнаружил ящур у коровы, которая принадлежит фермеру Светлане Паниной из села Новоключи.
Документ опубликовало издание SibPublicFaces. Его подлинность изданию 7x7 подтвердила новосибирская правозащитница Анна Тажеева.
Пробы взяли еще 2 марта у двух коров из хозяйства Паниной. Один из анализов на ящур оказался положительным. А 12 марта ветврачи в отсутствие фермера усыпили всех ее животных. Скот убивали под предлогом бешенства и пастереллеза.
Версия о вспышке ящуре, о которой мы писали еще в мартовском расследовании, с тех пор получила и другие подтверждения. О том, что в России распространяется именно ящур, заявил Минсельхоз США. А в начале апреля Китай сообщил о вспышке ящура на границе с Алтаем.
➡️ На какие вопросы о вспышке по-прежнему нет ответов — в материале «Новой-Европа».

В конце апреля источник редакции «Свободы (не) за горами» сообщил, что в чеченском селе Курчалой была жестоко убита 25-летняя девушка. По его данным, речь может идти об «убийстве чести». «Новая газета Европа» совместно со «Свободой (не) за горами» установила имя возможной жертвы. Ею была Зухра Музаева — мать троих детей. Нам также удалось связаться с ее предполагаемым убийцей.
Зухре Музаевой было 17 лет, когда она родила двойню — девочек Альбину и Айдиму. Ее выдали замуж за Якуба Магомадова в совсем юном возрасте: на момент свадьбы ей было не больше 16 лет, ее муж на шесть лет старше. Затем она родила еще одну дочь — Аминат. У Зухры был небольшой бизнес: она продавала косметику в Instagram. Сейчас ее муж воюет в Украине, отец, Самради Музаев, тоже военный.
Три не связанных друг с другом источника сообщили нам, что Зухру убил собственный отец. Собеседник «Свободы (не) за горами», знакомый с ситуацией, утверждает, что Самради Музаев побрил дочь налысо, заставил ее саму копать себе могилу, а затем застрелил. Два источника «Новой газеты Европа» также подтвердили, что убийство могло быть совершено по мотивам «чести».
Среди возможных «причин» убийства матери троих детей источники называют подозрения в том, что она якобы могла изменить мужу. При этом, по словам собеседника «Свободы (не) за горами», Якуб Магомадов был недоволен тем, что убийство его жены совершили без его ведома.
Мы позвонили Самради Музаеву, чтобы узнать, что случилось с его дочерью. Сначала он сказал, что она «здорова и жива», а затем заявил, что она «съебалась за границу».
Ниже мы приводим полный разговор с Самради Музаевым.
— До нас дошли слухи, что с Зухрой что-то случилось, хотели узнать у вас, правда ли это.
— Неправда ничего, нормально все, — ответил мужчина раздраженно.
— Да? Просто в селе говорят, что она умерла.
— Дохрена че говорят. Кто вам мой номер дал?
— А что сейчас с ней?
— Ниче с ней. Жива-здорова.
— А где она? Можно с ней как-то связаться?
— Пошла на хуй.
— Почему говорят, что вы убили свою дочь?
— Кто сказал «убил»? Она уехала.
— Куда она уехала?
— За границу съебалась. Кто сказал, что убил?
— Куда уехала?
— Не знаю. Еще раз позвонишь… Где ты находишься? Да пошла ты на хуй, говорю, понятно, да? — уже кричал отец Зухры.
Больше на наши звонки Самради Музаев не ответил.
Две знакомые Зухры, с которыми нам удалось связаться, рассказали, что с апреля у них нет связи с девушкой. По их словам, родственники Зухры не объясняют, где она находится и что с ней произошло.
Мы призываем правоохранительные органы расследовать исчезновение и возможное убийство матери троих детей Зухры Музаевой, установить ее местонахождение и дать правовую оценку действиям всех, кто может быть причастен к ее исчезновению или смерти.
Так называемые «убийства чести» на Северном Кавказе — это расправы над женщинами, которых родственники обвиняют в поведении, якобы порочащем семью. Правозащитники говорят, что такие преступления часто замалчиваются: семьи и местные сообщества скрывают обстоятельства смерти или исчезновения, а жертвы перед этим могут подвергаться давлению, угрозам и насилию.
Одним из самых известных дел последних лет стало исчезновение Седы Сулеймановой. В 2023 году Седу, которая бежала от родственников из Чечни и жила в Петербурге, задержали силовики и вернули в республику. После этого связь с ней пропала. Правозащитники «СК SOS» сообщали, что Седу могли убить родственники. Позже по факту ее исчезновения было возбуждено уголовное дело.

В Москве 9 мая «будет временно ограничен» доступ к мобильному интернету, в том числе к «белому списку» сайтов и смс-сообщениям. Об этом сообщили в Минцифры.
Там утверждают, что 7–8 мая связь и интернет будут доступны. Однако «в случае возникновения угроз безопасности» могут вводиться «оперативные ограничения».
Не только столица. Более чем в двадцати российских регионах готовятся к масштабным ограничениям связи из-за празднования 9 мая. Банки, операторы и онлайн-сервисы уже предупреждают о возможных сбоях.
Контекст. Накануне стало известно, что часть полномочий Минцифры официально отдадут ФСБ. В ведомстве проведут реорганизацию, в рамках которой пройдут массовые увольнения. Минцифры собираются покинуть как минимум два заместителя министра.
Ранее издание The Bell выяснило, что как минимум с лета 2025 года за блокировками в рунете и борьбой с VPN стоит Вторая служба ФСБ, отвечавшая за отравление Навального и Кара-Мурзы. «Седов [глава Второй службы] якобы пообещал Путину навести в интернете порядок — и получил карт-бланш», рассказал один из источников журналистов.