Российские политические элиты охватил конфликт, который можно сравнить с противостоянием вокруг президента Бориса Ельцина перед его переизбранием в 1996 году. Об этом The Washington Post рассказал собеседник в правительстве РФ.
Сторонами текущего конфликта стали первый замглавы администрации президента Сергей Кириенко и ФСБ, пояснил источник журналистов. По его словам, первый вместе со своей командой пытаются убедить Владимира Путина, что он может контролировать ситуацию в стране при помощи политических технологий.
Спецслужба же настаивает, что необходимы жесткие меры, в частности, блокировки интернета, который, по мнению ФСБ, может быть использован для объединения оппозиции.
Эта ситуация похожа на то, что происходило в Кремле перед переизбранием Бориса Ельцина в 1996 году. Тогда сторонники жесткой линии хотели сохранить власть Ельцина, введя военное положение, отменив или отложив президентские выборы, а олигархи хотели профинансировать избирательную кампанию политика.
С такой трактовкой происходящего согласен экс-глава ЮКОСА, оппозиционный деятель Михаил Ходорковский. Он сказал WP, что, по его мнению, конфликт между администрацией президента и вторым управлением ФСБ очевиден.
«Эти ребята [ФСБ] получили много полномочий и начали очень сильно закручивать гайки. Администрация президента пытается каким-то образом дать понять Путину, что ситуация может выйти из-под контроля», — сказал Ходорковский.
Признаки раскола элит. Одним из признаков противостояния журналисты и их собеседники называют поступок провластного юриста и доносчика Ильи Ремесло, который публично выступил против Путина. Его принудительно госпитализировали в психиатрическую больницу, но спустя 30 дней отпустили на свободу.
«Разворот Ремесло и его продолжающееся открытое неповиновение указывают на более широкий раскол в верхних эшелонах кремлевской власти», — отметила WP со ссылкой на чиновника, представителя оппозиции и аналитиков.
Помимо этого, о наличии противостояния во власти говорит и выступление одного из ближайших соратников Кириенко, начальника кремлевского управления по общественным проектам Сергея Новикова. На конференции по демографии он заявил, что в России «уже невозможно что-либо запрещать».
«Повсюду мы видим хаос в управленческих процессах. Отношение к Путину меняется. Экономический оптимизм и связанный с ним повседневный патриотизм исчезают. Как будто состав воздуха в России изменился», — написал политический аналитик Carnegie Russia Eurasia Center Александр Баунов в докладе о растущем расколе в российской элите.
Доклад европейской разведки. О конфликте российских политических элит говорится также в докладе разведки неназванной европейской страны, который оказался в распоряжении «Важных историй», CNN и Financial Times.
Из документа следует, что в марте в Кремле возросло беспокойство по поводу утечки чувствительной информации, а также риска заговора или попытки переворота против Владимира Путина. Из-за этого ФСО усилила меры безопасности вокруг политика.
Контекст. Конфликт происходит на фоне ухудшения экономической ситуации, усиления репрессий и блокировок интернета, отметила WP. Помимо этого, государственный ВЦИОМ семь недель подряд фиксирует снижение показателей поддержки Путина. Согласно последним данным, 24,1% опрошенных сообщили о недоверии к нему, еще 23,3% не одобряют его работу. Падение рейтингов Путина фиксируют и другие аналитические центры — Фонд «Общественное мнение» и «Левада-Центр».

К 9 Мая в Москве и более чем двадцати российских регионах готовятся ввести масштабные шатдауны. Россия уже год живет в режиме частичных шатдаунов: впервые массовые отключения Кремль опробовал именно в преддверии 80-го юбилея Победы. Весь этот год власти, как правило, объясняют меры «борьбой с дронами» или «контртеррористической операцией». Однако сейчас, перед празднованием 9 Мая, многие россияне могут столкнуться уже с полным отключением интернета и связи. Об этом уже предупреждают сами операторы связи и банки. «Новая газета Европа» напоминает, как можно подготовиться в оставшиеся дни.
VPN
Мы не можем предугадать, насколько масштабным будет шатдаун, будут ли заблокированными конкретные сайты, сервисы или вообще весь интернет на территории РФ целиком. В последнем случае VPN не поможет. Тем не менее важно заранее позаботиться о способе обхода блокировок.
Список проверенных VPN-сервисов и мессенджеров, которыми можно пользоваться как для личного общения, так и для работы, вы можете найти в материале «Новой-Европа».
Связь
При шатдауне вы останетесь без привычной коммуникации. Звонки могут не проходить, SMS — задерживаться, а мобильный интернет — вообще исчезнуть. Поэтому до поездки, встречи или мероприятия договоритесь с близкими о плане заранее. Выбирайте конкретные точки для встречи, записывайте адреса. Особенно важно проинструктировать детей и пожилых родственников, которым может быть тяжело сориентироваться.
Вовремя зарядите телефон и пауэрбанк, отключите автообновления приложений, включите режим энергосбережения, выпишите важные номера на бумагу и предупредите близких, где вы будете в течение дня.
Вспомните о наличии городского телефона (многие даже продолжают его оплачивать, хотя давно не пользуются). Составьте короткий список важных контактов. Это могут быть родственники, друзья, работа, школа или университет, врач, водитель, няня, соседи.
Выпишите номера экстренных служб. В России основной контакт — 112. Он работает как единый номер вызова экстренных оперативных служб. Для конкретных категорий есть короткие номера:
Пожарная охрана и спасатели — 101.
Полиция — 102.
Скорая помощь — 103.
Газовая служба — 104.
Имейте в виду, что без мобильного интернета и смс вы также не получите оповещений об опасности в случае атаки БПЛА. На это обращает внимание проект «На связи».
Мессенджеры без интернета
Существуют приложения, для общения через которые не нужен интернет. «На связи» публикует список альтернативных сервисов и рекомендует скачать их все на случай полного отключения интернета.
1. Newnode messenger.
2. Bridgefy.
3. Briar.
4. Vojer.
5. Walkie Talkie.
6. Berkanan.
7. Air Chat.
8. Divvy.
9. Airplane messenger.
10. Delta chat.
Карты и маршруты
Из-за шатдауна может возникнуть ощущение дезориентации даже в родном городе. Не поддавайтесь панике: мы часто не задумываемся о маршрутах, полагаясь на приложения, но на самом деле городская среда, как правило, приспособлена для передвижения без навигатора.
Для большего спокойствия рекомендуем скачать офлайн-карты района, города и маршрутов, по которым вы планируете идти или ехать. Если потребуется, сделайте скриншоты пути, адреса, ближайшие станции метро, номера автобусов, время последней электрички или поезда.
Для важных встреч закладывайте запас времени. Если мобильный интернет и связь отключат, такси может не приехать, приложение каршеринга может не открыться, а оплата парковки — не пройти, шлагбаум — не открыться.
Деньги
Один из самых неприятных эффектов шатдауна — отсутствие привычной системы платежей. Если не работает мобильный интернет, может не открыться банковское приложение, не пройти перевод, не прийти СМС-код, не сработать QR-оплата, не загрузиться приложение такси или доставки. Российские банки и сервисы перед 9 мая предупреждали, что ограничения связи могут сорвать оплату, поездки, доставку и работу торговых точек.
Подготовьте необходимую сумму наличных и сделайте это до праздников, так как некоторые банки могут работать по сокращенному графику. Лучше иметь купюры разного номинала. Предпринимателям также важно подготовиться к приему наличных и предупредить покупателей о возможных перебоях.
Заранее пополните проездной, внесите платежи, которые нельзя отложить, сохраните квитанции и подтверждения. Если вам нужно получить посылку, заселиться в гостиницу или пройти регистрацию, сохраните коды, адреса и номера заказов.
Доступ к информации
Во время шатдауна вам может показаться, что вы находитесь в информационном вакууме: непонятно, где перекрытия, почему не работает связь, когда ее вернут, что происходит с транспортом и безопасностью. Заранее сохраните источники информации, которым доверяете.
«Медуза» рекомендовала заранее подготовить офлайн-доступ к новостям и длинным текстам: „
во время внезапного мобильного шатдауна открыть сайт в браузере, скорее всего, не получится, но уже загруженные материалы останутся под рукой.
Один из вариантов — установить RSS-ридер с офлайн-режимом, например Feeder для Android или NetNewsWire для iPhone. RSS позволяет подписываться на ленты СМИ, блогов и подкастов. Некоторые приложения автоматически скачивают новые публикации, когда интернет еще есть, а потом дают читать и слушать их без связи.
Еще один способ — приложения для отложенного чтения, например, Instapaper для iPhone и Android или Matter для iPhone. В них можно заранее сохранить статьи из браузера на компьютере или телефоне, а затем читать копии материалов в приложении даже без интернета.
Отдельные тексты можно сохранить как PDF.
Развлечения
Скачайте заранее фильмы, сериалы и книги. Вспомните о существовании бумажных книг. Если есть проигрыватель, вспомните и о CD-дисках с фильмами или музыкой.
Проведите время с друзьями или семьей на свежем воздухе или отдохните от суеты в одиночестве. Помните: отключение связи — это, безусловно, очень неприятно, но это не навсегда.
***
Универсального списка инструментов для выживания в режиме отключенного интернета и мобильной связи нет. „
Ориентируйтесь на собственные потребности, особенности профессии и семейное положение.
Самое главное, чем мы можем вам помочь, — это напомнить и настоятельно порекомендовать подумать об этих тонкостях заранее.
Задайте себе вопросы:
Где я буду, если связь пропадет на два часа? А на сутки? Кто будет меня искать? Смогу ли я добраться домой без навигатора? Смогу ли оплатить еду и транспорт? Есть ли у меня адреса, документы, лекарства, ключи, зарядка? Знают ли близкие, что делать, если я не отвечаю?
Соберите важные документы. Подумайте, как бы вы действовали в чрезвычайных ситуациях. Но не паникуйте.

Минцифры проведет реорганизацию и сократит 15% сотрудников. Ведомство готовятся покинуть два заместителя министра, а часть полномочий официально отдадут ФСБ. Об этом сообщает РБК со ссылкой на источники.
По данным издания, реорганизация началась примерно полтора месяца назад. В ее рамках планируется объединить некоторые департаменты, а обязанности департамента кибербезопасности планируют передать ФСБ и Федеральной службе по техническому и экспортному контролю (ФСТЭК).
Также ведомство, вероятно, покинут сразу несколько высокопоставленных чиновников:
Заместитель главы ведомства Сергей Кучушев. Сейчас он курирует три направления: департамент экономики и финансов, департамент развития IT-отрасли и департамент развития цифровых компетенций и образования.
Замглавы Александр Шойтов, отвечающий за департамент информационной безопасности.
Также рассматривается вопрос об уходе Евгения Хасина, который возглавляет департамент обеспечения кибербезопасности.
Представитель Минцифры отказался от комментариев.
Ранее издание The Bell выяснило, что как минимум с лета 2025 года за блокировками в рунете и борьбой с VPN стоит Вторая служба ФСБ, отвечавшая за отравление Навального и Кара-Мурзы. «Седов [глава Второй службы] якобы пообещал Путину навести в интернете порядок — и получил карт-бланш», рассказал один из источников журналистов.

Верх-Исетский суд Екатеринбурга назначил по три года лишения свободы друзьям Александру Черепанову и Ивану Корюкову по делу о побеге из местного СИЗО-1 и краже вещей из дачного дома. Об этом сообщила «Медиазона».
С учетом предыдущего приговора Черепанов получил восемь лет колонии строгого режима, а Корюков — 7,5. При этом новые сроки будут исчисляться с момента второго приговора.
В 2023 году друзей задержали за попытку поджога военкомата — за это мужчинам пообещали заплатить 40 тысяч рублей. В 2024 году Центральный окружной военный суд приговорил Корюкова к 9,5 года колонии строгого режима, а Александра Черепанова — к семи.
В 2025 году друзья находились в СИЗО-1 в центре Екатеринбурга. Они сидели в камерах друг напротив друга и могли общаться через окошки для еды — засов на них легко открывался изнутри.
В ночь побега Черепанов вскрыл свою дверь и освободил друга. Они прошли через прогулочный дворик, поднялись на чердак изолятора, преодолели три линии колючей проволоки, пробежали по крыше и по березе перелезли через забор.
До этого побегов из СИЗО-1 не было больше 30 лет — с июня 1994 года, писало издание 66.ру.
Неделю друзья бродили по лесам, а потом забрались в дачный дом, откуда взяли одежду и консервы. При этом перед уходом они помыли посуду и прибрались за собой. В следующую ночь Черепанова задержали, а еще через неделю поймали и Корюкова.
Сейчас они снова находятся в СИЗО-1 Екатеринбурга, но, по словам родственников, теперь друзей не выпускают из ШИЗО. Помимо прочего, ФСИН выставила Черепанову и Корюкову счет на 727 тысяч рублей.

В мировой прокат вышел (и окупился уже за первый уикенд) сиквел культового драмеди нулевых «Дьявол носит Prada» — с тем же звездным составом в титрах и оригинальной командой у руля. Двадцать лет спустя вымышленный журнал «Подиум» — дорогостоящий сомнительный актив в медиабизнесе, Миранда Пристли — уже не железная леди, а ее бывшая ассистентка Энди вынуждена вернуться в глянцевую журналистику не по зову сердца, а от безработицы. Питающая большую любовь к первой части Катя Степная признается, что долгожданное возвращение вышло не только очень удачным фильмом, но и точным наблюдением о том, как изменился мир в последние 20 лет.
«Дьявол носит Prada» — не просто вечный хит с экранов в маникюрных салонах и эпохальный фильм в жанре «моя первая работа». После него пролетарии всех стран узнали, откуда берутся вещи масс-маркета и при чем тут великие дизайнеры прошлого, а также почему синтетику фаст-фэшна любой разбирающийся в моде человек сразу отличит от качества нишевого бренда. Снежная королева Миранда Пристли (Мерил Стрип) стала эталоном босса-монстра, а напуганная ответственностью Энди Сакс (Энн Хэтэуэй) — классической киношной отличницей с синдромом самозванки. Сумки, часы, юбки и фотосессии в Центральном парке перенесли миллионы юных мальчиков и девочек из их трущоб в магические Нью-Йорк и Париж, где можно в шикарном вечернем платье швырнуть телефон-раскладушку в фонтан. Но прошло 20 лет.
Энди Сакс (Энн Хэтэуэй) получает премию за журналистскую работу с социально-политической повесткой — и в этот же момент — уведомление об увольнении всей ее редакции одним днём. Её приглашают в журнал «Подиум» работать в провальном отделе спецпроектов и вытаскивать медиа после неприятного скандала. Уставленный рабочими столами «Подиум» — это уже не глянцевая Книга с большой буквы, а фабрика медиа-контента. „
Миранда Пристли как всегда в плохом настроении, последние несколько лет из-за того, что ей больше некем командовать, из моды не выходят спортивная одежда, поясные сумки, «боди-негатив» и инфлюенсеры а-ля Кардашьян.
Примерно каждая редколлегия «Подиума» — встреча на тему «как спасти “Титаник”». Когда-то на троне властвовал главный редактор, внизу — все остальные. Голос Миранды не повышался, потому что был законом сам по себе. Ей не нужно было управлять системой, ведь она и была этой системой, ее интерфейсом и ледяной поверхностью. Теперь трон разобрали на контент, а главного редактора посадили считать охваты.
Оригинальный фильм Дэвида Фрэнкела работал как мягкая машина подавления: сначала главной героине и зрителям позволяли чувствовать себя свободными от рамок моды, а затем аккуратно демонстрировали, что любая независимость в мире информации — просто иллюзия невежества. Сцена с тем самым свитером Энди превратилась в мем: ты думаешь, что выбираешь свитер, но на самом деле выбираешь дешевые ошметки решений, принятых недосягаемо высоко.
Первая часть фильма заканчивалась самоуверенной фразой Миранды: «Абсолютно все хотят быть на нашем месте!» Кажется, 20 лет спустя на месте Миранды Пристли и ее команды не хочет быть никто: журналистику хоронят последние 10–15 лет, а гейткиперы и легенды уходят на пенсию или меняют род деятельности. Прошлогоднее увольнение с поста главного редактора Vogue (и прототипа Миранды Пристли) Анны Винтур воспринимался людьми из индустрии как смерть королевы Елизаветы: эпоха завершилась, повторение невозможно. За два десятилетия рынок рекламы в прессе США обрушился больше чем на две трети, многие журналы перестали быть самостоятельным бизнесом и вошли в конгломераты. У одной модели Кайли Дженнер больше подписчиков, чем у всего бренда Vogue на всех пяти континентах. Джефф Безос заправляет балом Met Gala, чтобы впечатлить свою новую жену, а уже упомянутая Мерил Стрип отказывается посетить важнейшее фэшн-событие по политическим мотивам.
Сиквел фиксирует исчезновение аналогового мира с холодной ясностью: отсюда, кстати, его заметно похолодевшая палитра. Главный конфликт в «Дьявол носит Prada 2» не между персонажами, а между эпохами и подходами. Внимание аудитории больше не закреплено за брендами, журналистами, контент-креаторами, а мигрирует, как стая рыб, реагируя на перемену течений. Мода никогда не была так видима, как сегодня, и никогда не была так лишена центра: тренд всплывает в ленте, иногда вообще без автора. Бренды класса люкс конкурируют не только друг с другом, но и с мемами, потому что мем обладает тем, чего не хватает высокой моде, — скоростью реакции.
В таком режиме Миранда Пристли оказывается фигурой почти трагической. Она по-прежнему элегантна, безошибочна в деталях, умеет одним комментарием испортить чью-то карьеру, но ее old money власть теперь под напором нового поколения людей в бизнесе, культуре и моде. „
Миранда впервые оказывается в позиции человека, который вынужден договариваться. И это превращает ее из дьявола 20-летней давности в свидетельницу конца света.
«Благородная» журналистика тоже в беде. В 2006 году Энди Сакс уходила из «Подиума» в «настоящую» газету, сделав моральный выбор в пользу тех уязвимых, кому не по карману сумки Prada. Но в 2026-м журналистика больше не предлагает морального или финансового убежища, а существует в виде подписок, платформ и личных брендов. Потерять работу в 10 раз легче, чем найти хотя бы что-то приличное по своим навыкам и интересам.
Еще одно сильное перевоплощение во второй части ожидает Эмили Чарльтон (Эмили Блант), которая из винтика редакционной машины превращается в самостоятельный центр влияния: она развивает одно из направлений французского бренда Dior. Эмили больше не зависит от институции, потому что сама стала институцией, только более гибкой, быстрой и экономически эффективной. Если Миранда — вертикаль, то Эмили — сеть.
Меняется и сама фактура пространства. Старый «Подиум» был построен на дистанции: тяжелые двери, длинные коридоры, непроницаемые работники ресепшна. Новый коворкинг напоминает технологический стартап, где всё открыто, прозрачно и именно поэтому не сакрально. Глянец перестает быть недоступным, а значит, перестает быть желанным в прежнем смысле. И — о ужас! — Миранда теперь сама вешает свое пальто, не требует вывезти ее из урагана и не называет своих сотрудников одним и тем же именем. „
Зритель приходит за узнаваемостью — за Мирандой, за Энди, за ритмом старых диалогов — и получает историю о том, что узнавать кроме любимых лиц больше нечего.
Это редкий случай, когда сиквел не реставрирует прошлое, а фиксирует потерю опоры. «Дьявол носит Prada 2» — не о высокой моде и карьере, а о распаде координат мира бумеров, иксеров и миллениалов. О том, как исчезла точка, из которой раньше можно было разделять людей на «визионеров» и «продавцов». Сиквел «Дьявола» показывает, как система, казавшаяся вечной, тоже ломается, и как ее основатели и представители пытаются остаться собой в мире кликбейта, подделок дорогих брендов, Ali Express, ботов и AI-слопов. Между ними куда больше общего, чем кажется на первый взгляд.

В 2022 году Казахстан принял без малого три миллиона иммигрантов из России, из них почти полмиллиона — в сентябре, с началом мобилизации. А теперь людей, искавших свободы и защиты от войны, выдают по запросам российских властей. Статус тысяч и тысяч россиян оказался под угрозой, спустя четыре года им надо снова паковать чемоданы и опять искать убежище. За это время в Казахстане произошли и другие перемены: принят закон о запрете «пропаганды ЛГБТ», обсуждается будущий закон об иноагентах, вступает в силу новая Конституция, поговаривают о разных политических сценариях — от транзита власти до «обнуления» срока президента Токаева. Получается, что страна, которая богата ресурсами, стремится дружить со всем миром, дорожит, казалось бы, репутацией на Западе, на практике дрейфует в сторону России. Чтобы понять, что на самом деле происходит в Казахстане, спецкор «Новой газеты Европа» Ирина Гарина побывала там.

Материал выпущен при поддержке Медиасети.
«Нам придется их выдать»
Мансур Мовлаев, 29-летний чеченец, называет себя критиком Рамзана Кадырова. В России он отсидел срок за хранение наркотиков, говорит, что дело было сфабриковано. В 2022-м вышел на свободу и сумел уехать сначала в Кыргызстан, потом в Казахстан. В июне 2025-го местная полиция задержала его в Алматы по запросу из РФ: в России Мовлаев теперь обвиняется в вымогательстве и в экстремизме.
— Сотрудники казахстанской полиции задержали Мансура в торговом центре по наводке чеченской полиции, — рассказывает юрист Мурат Адам, защищавший Мовлаева до недавнего времени. — То есть наши полицейские его не искали, кто-то сообщил чеченским силовикам, что Мовлаев в эту минуту находится в конкретном торговом центре, а чеченские полицейские обратились к нашим. Юридически Казахстан не мог его не задержать: у нас действует Кишиневская конвенция о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, и, если Российская Федерация запрашивает того, кто на ее территории уголовно преследуется, у нас обязаны его задержать и выдать.
Мовлаев обратился к казахстанским властям, он говорил, что в Чечне его убьют, и просил о статусе беженца. Рассмотрение ходатайства как минимум отодвигало экстрадицию в Россию.
— Кроме Кишиневской конвенции, действует еще и Женевская, — объясняет Мурат Адам. — Гражданин, подавший ходатайство о предоставлении статуса беженца, не может быть выдан, даже если он запрашивается в рамках международных договоров той страной, в которой преследуется.
Суд в первой инстанции отказал Мовлаеву в предоставлении статуса беженца, но защита обжалует это решение.
— На тот период, пока рассматривается апелляционная жалоба, Мовлаеву продлен статус лица, ищущего убежище, — продолжает юрист. — Пока длится процесс обжалования, просителя убежища нельзя выдать.
Юлия Емельянова до начала войны жила в Петербурге. Пока это было возможно, волонтерила в штабе Алексея Навального. В 2022 году уехала из России. В августе прошлого года она летела во Вьетнам через Алматы, в аэропорту ее задержала местная полиция. Ее тоже до недавнего времени защищал Мурат Адам.
— При оформлении документов в аэропорту Юлию проверили по базе данных, — рассказывает юрист. — И обнаружили, что она значится в межгосударственном розыске по инициативе России, ее обвиняют в краже у таксиста телефона стоимостью 12 тысяч рублей.
Юлию взяли под арест и стали готовить к экстрадиции в Россию. Ситуация у нее оказалась сложнее, чем у Мовлаева.
— Генпрокуратура вынесла постановления об экстрадиции Мансура и Юлии в конце декабря 2025 года, и мы, к сожалению, поздно узнали об этом, — объясняет Мурат Адам. — По Мовлаеву мы успели обжаловать постановление, предоставили доказательства, что у него есть статус лица, ищущего убежище, и Верховный суд приостановил экстрадицию. С Юлией ситуация другая: ей не предоставили вовремя копию постановления Генпрокуратуры, и срок обжалования был пропущен. Тем не менее мы и в ее случае обжалуем отказ в предоставлении убежища, и пока Юлию тоже не выдадут в Россию.
Говоря об этом, юрист педалирует слово «пока». В течение того времени, пока обжалуются судебные решения, и Мовлаева, и Емельянову России не выдадут. Но и на свободу не выпустят. Иначе говоря, выбор у них невелик: СИЗО в Казахстане или тюрьма в России.
— Даже если какая-то европейская страна изъявит желание их принять, мы не сможем реализовать эту программу, — говорит Мурат Адам. „
Остаться в Казахстане россияне смогут, только получив статус беженца. Уехать в третью страну — только выйдя из СИЗО. И тут уже что случится раньше: закончатся все возможности обжалования судебных решений или истечет срок экстрадиционного ареста.
— У Мансура экстрадиционный арест истекает в конце мая, — отмечает Мурат Адам. — Но у Юлии только в сентябре. Если до этого времени будут исчерпаны все возможности апелляций и кассаций, у нашей страны не останется правовых оснований держать их здесь, нам придется их выдать. Но мы всё-таки надеемся этого избежать.
«Считайте как Россия до Крыма»
Приехать сегодня в Казахстан — это как вернуться в Россию года эдак 2020-го: полная цифровизация и все знакомые нам сервисы без перебоев, интернет без блокировок, торговые центры с ушедшими из России брендами. Работают западные НКО, вузы сотрудничают с американскими и европейскими университетами. Иногда даже правозащитники позволяют себе высказаться в прессе.
— Я бы всё-таки сказал, что Казахстан сейчас — как Россия 2012-го, — замечает доктор Илья Фоминцев, известный российский онколог и просветитель, создатель школы онкологии, который в 2022-м не только сам покинул Россию, но и помог уехать десяткам врачей.
Правда, уже прошел в Казахстане референдум по новой Конституции, президент Касым-Жомарт Токаев получил еще большие, чем прежде, полномочия и возможность «обнулить» свой срок во власти, если захочет.
Те, кто выступал против поправок в Конституцию, уже сидят. Не жестоко, кто-то и вовсе под домашним арестом, но больше не выступают. Многие СМИ, позволявшие себе критиковать президента, закрылись или сменили владельцев и больше не критикуют. Принят закон о запрете пропаганды ЛГБТ. „
Парламент обсуждает закон об иностранных агентах, всполошившихся правозащитников уверяют, что надо будет всего лишь рассказывать о деньгах, как это было когда-то и в России.
А фоном к этому — вся остальная жизнь, где работают прежние сервисы, бренды и западные университеты. В России еще недавно тоже не все замечали, что с этим «фоном» что-то не так.
Мы с Ильей Фоминцевым сидим в парке у входа в кафе в центре Алматы. Ярко светит солнце, Илья откинулся в кресле и неторопливо пьет кофе. На столике наклеен QR-код, по которому можно оплатить заказ, не дожидаясь официанта. Доктор Фоминцев известен не только как врач, но и как успешный менеджер. Теперь он живет и работает в Казахстане.
— Казахстан сегодня — это, считайте, как Россия до Крыма, — повторяет Илья и ставит на блюдце пустую кофейную чашку.
Андрей (имя изменено по его просьбе) приехал в Казахстан в сентябре 2022 года. Билет на самолет уже невозможно было купить, и они с другом по очереди вели машину до Самары, оттуда на такси — до начала пробки на границе, а потом 25 километров шли пешком. На границе россиян встречали казахи с горячим чаем и бутербродами, помогали добраться до ближайшего города. Андрею повезло найти работу по специальности в Астане, и дальше Казахстан 2022 года вызывал у него только восторг.
— У меня было ощущение, что здесь прямо оттепель, мне это напоминало медведевскую оттепель у нас, — вспоминает он. — Новые рейсы из Астаны в Европу, обсуждается безвизовый режим, инвестиции текут. Вот прямо медведевская Россия. Авторитарно, но такой «просвещенный авторитаризм». Левый берег в Астане — вообще Абу-Даби. Магазины — те же российские супермаркеты. Только кофе нужного не было, но его я заказывал на Озоне, просто заказ шел не сутки, а неделю… Тогда у многих было такое настроение: наконец-то свобода.
В Казахстане крутили ролик с рекламой местного шоколада: через горы с трудом пробирается российский релокант, такой ботан в круглых очках с рюкзачком, уже почти падает без сил. Вдруг на горизонте появляется всадник, направляет коня к несчастному путнику и протягивает ему плитку шоколада «Казахстан» в голубой с золотом обертке. Релокант спрашивает, что это. «Казахстан — вкус свободы!», — отвечает всадник.
Прошло три с половиной года. Андрей по-прежнему живет в Астане, только переехал в другой район, получше. И работа у него прежняя, и быт его устраивает. Но впечатления другие.
— Как я теперь понимаю, это уже было на закате, — оценивает он свои первые месяцы в Казахстане. „
— Много правильных вещей тогда говорилось, хотя, например, президентские выборы в 2022 году уже были фейковые (наблюдатели и правозащитники указывали на системные нарушения на выборах в Казахстане и ранее. — Прим. ред.). Это выглядело как в России, но говорили, что это во благо: вот сейчас мы победим, и будет у нас свой казахский Ататюрк.
А повернулось всё к новому культу личности. Не такому карикатурному, как раньше, но гайки всё равно закручивают, журналистов арестовывают. Был здесь блогер Санжар Бокаев, ролики делал в инстаграме. И он уже объявил, что уезжает и займется бизнесом в Америке, но его всё равно арестовали и обвинили по статье, аналогичной российским «фейкам», за распространение ложной информации.
«Стало жестче»
У Андрея в Астане зарегистрирована своя компания, его положение в Казахстане надежно. Илья Фоминцев жил в Израиле, потом в Молдове, а в Алматы его пригласили на отличную работу. Андрей не критикует Токаева в соцсетях, Илья искренне хвалит и Казахстан, и его президента.
— В каком-то смысле Токаев большой молодец, — говорит доктор. — Плохо, конечно, если кого-то из россиян выдворяют. Но у меня впечатление, что это связано с попыткой Токаева пройти между струйками. Они тут прекрасно понимают, что с Россией почти восемь тысяч километров границы, и не надо ссориться с этими товарищами, если хочешь спокойно, мирно жить. Токаев аккуратно лавирует между Америкой, Китаем и Россией, и я так понимаю, что в каких-то моментах приходится жертвовать чем-то.
И у Андрея, и у Ильи Фоминцева есть надежные РВП — разрешения на временное пребывание. Это никак не связано с их взглядами и вообще с политикой. Просто у обоих надежная работа.
Те, кому повезло меньше, эти три буквы — РВП — в последнее время произносят с придыханием или со страхом. Ежегодно документ надо продлевать, главное условие — легальное, полностью официальное трудоустройство, причем непременно по трудовому договору.
— До недавнего времени получить РВП было несложно, — объясняет казахстанский политический аналитик и журналист Дмитрий Мазоренко. — У людей, открывающих рестораны, отели, другой бизнес, нет проблем, Казахстан заинтересован в инвестициях. Много случаев, когда люди официально трудоустроены в общепите, в медицине, им тоже ничего не грозит. Если человек заключил трудовой договор и вносит социальные платежи, он в Казахстане легально. „
Ключевое условие здесь — работать именно в Казахстане. Если вы очень крутой айтишник на удаленке, трудоустроены хоть в Apple, в получении РВП это не поможет.
— И с самого начала, когда пошла волна иммиграции, появились разные «эффективные предприниматели», которые зарабатывали на помощи в получении РВП, — продолжает Дмитрий Мазоренко. — Они ждали людей прямо в тех центрах, где оформляются документы, и заключали с ними фактически недействительные договоры, позволявшие при этом получить РВП. С недавних пор регулирование в этой сфере стало жёстче, таких «помогаторов» стали вычислять.
Полная цифровизация позволяет казахстанской полиции в любой момент проверить, продолжает ли обладатель документа платить налоги на том месте, к которому привязано разрешение. В январе 2026 года Россия ужесточила правила въезда для иностранцев из стран Евразийского союза, в том числе для граждан Казахстана. А в марте уже в казахстанской прессе появились новости о том, что россиянам грозит массовое выдворение на родину.
Позже правозащитники скорректировали информацию: не всем россиянам, не массовое, хотя действительно грозит. Комитет национальной безопасности (КНБ) начал выявлять «серые схемы» получения РВП, и тех, у кого с документом проблемы, чье трудоустройство оказалось липовым, могут депортировать. Те, у кого прежний договор истекает, а нового нет, должны покинуть Казахстан в течение 90 дней.
Одним из россиян, которых может коснуться ужесточение правил, стал Александр (имя изменено по его просьбе). В России у него нет уголовных дел, он не был крупным политактивистом, он не то что не иноагент, а вообще ни разу в жизни не был за границей. У него и загранпаспорта до 2022 года не было. Но он готов на многое, лишь бы не вернуться в Россию. Александр — трансгендерный мужчина.
— Еще до начала войны Матвиенко подавала такую инициативу: всем трансгендерным людям надо «откатить» документы назад, — грустно говорит он. — А вы же видите, что я человек… с бородкой. Представьте, каково мне будет с женскими документами. Я вообще не представляю, как смогу жить сейчас в России.
Александру 42 года. До 34 лет он понимал только, что с ним что-то не так. Проблемы психические и психологические, говорит он, вызывали самые настоящие телесные недуги, он практически не мог работать. Потом ему повезло попасть на прием к психиатру Дмитрию Исаеву. Доктор возглавлял в Петербурге комиссию, выдававшую трансгендерным людям направление на коррекцию пола. Александр оказался в числе людей, которым доктор успел помочь. В 2022 году Дмитрий Исаев умер.
— Я попал в хорошую волну, когда в России еще можно было сделать операцию и поменять документы, — рассказывает Александр. — Потом началась война. Меня стали мучить кошмары, они до сих пор иногда мне снятся: как из-за этих подонков на мой город падают бомбы. Меня стали преследовать люди с буквой Z, хотелось схватить палку и бить каждого, у кого эта буква. Ощущение было невыносимое.
Он уехал в Казахстан, работал на трех работах, из которых одна была официальная и давала возможность получить РВП. Два года назад нашел на улице четырех выброшенных щенков. Троих пристроил, одного оставил себе. Теперь не представляет жизни без этого родного существа, которое весит, на минуточку, 40 кило. Особенно с таким по миру не поскитаешься.
— И я всё время боюсь: ладно если меня просто арестуют или убьют, но что с собакой моей будет? — беспомощно поднимает он взгляд.
В феврале срок трудового договора у Александра истек, новый он пока заключить не смог. У него есть работа, он добросовестно платит за жилье и кормит собаку. Но в мае его могут выдворить из Казахстана, и ехать ему некуда, кроме России.
Справка от Российской Федерации
— Казахстан очень цифровизованная страна, — подчеркивает Михаил (имя изменено по его просьбе). — Едешь ты на машине, полиция сзади пристраивается, у них планшетик. Пара минут — и они уже знают, чем ты сегодня завтракал, не говоря уж о твоих налогах. И если ты заключил договор на месяц, чтобы получить РВП, а теперь не работаешь и налоги не платишь, они это сразу увидят. Еще недавно всё проще было: можно было жить здесь три месяца, потом на день выехать через любую границу, вернуться и жить еще три месяца. Потом Россия поменяла правила для приезжих, а в ответ правила поменял Казахстан.
Михаил жил в Москве и был, как он сам говорит, левым активистом. Активным настолько, что в августе 2022-го к нему домой пришли с обыском. Формально будто бы искали другого активиста, белорусского. Но перевернули весь дом, искали чуть ли не в банках с мукой.
— Ну как это обычно бывает? — вспоминает он. — Пришли в шесть утра, позвонили в дверь. Якобы участковый, ему соседи пожаловались на шум. Пока жена с ними переговаривалась, я успел всюду позвонить, всех предупредить. Потом смотрю в глазок, а там уже «болгарка» идет, мы дверь и открыли.
К этому времени Михаил и его жена Даша уже думали уезжать. Только решиться не могли. Хотя жить в Москве становилось всё невыносимее.
— Уже был не авторитарный режим, а все признаки фашизма, — говорит Михаил. — Сплошной театр абсурда, как у Джанни Родари, королевство лжецов, полная инверсия реальности. Если ты не назовешь белое черным, ты уже уголовный преступник.
Выбора, куда ехать, у семьи особенно не было, Даша родом из Казахстана, туда и отправились сразу после обыска. Поехали на машине. Теперь автомобиль практически брошен, потому что надо или перерегистрировать его в Казахстане, или выехать на нем в Россию. А туда Михаил и Даша даже на день сунуться боятся.
Первое время в Казахстане им помогали друзья и родные. Потом возникла проблема с тем самым РВП: трудовой договор у Михаила скоро заканчивается, будет ли новый — неизвестно. Даша, которая в Казахстане родилась, надеялась получить вид на жительство, но не тут-то было. После ужесточения правил Казахстан стал требовать от россиян подтверждение того, что родина их отпустила по-хорошему. „
— Они требуют листок убытия из Москвы, — объясняет она. — Чтобы получить его, надо ехать в Россию. Фактически это должно быть разрешение от России на то, чтобы ты получил ВНЖ другой страны.
Это не фантазии иммигрантов. В правилах выдачи иностранцам разрешения на проживание в Республике Казахстан есть пункт, требующий предоставить «письменное согласие государства, подтверждающее разрешение на постоянное проживание за рубежом». Иначе говоря, принесите от Российской Федерации справку, что она разрешила вам бежать от войны в Казахстан. Исключение возможно для тех, кто получил статус беженца. Как говорит юрист Мурат Адам, в его практике и у коллег не было случая, чтобы такой статус дали россиянину.
«Вы в Беларусь поедете за убежищем?»
Для Юлии Емельяновой и Мансура Мовлаева, которые сидят в СИЗО и ждут экстрадиции в Россию, от шансов на получение убежища в прямом смысле зависит жизнь. Но такие шансы в Казахстане, как показывает практика, невелики не только у россиян. Государство в принципе чрезвычайно неохотно дает статус беженца гражданам стран, с которыми не хочет ссориться. Дмитрий Мазоренко отмечает, что убежище не могли получить даже китайские мусульмане, бежавшие в Казахстан из-за принуждений к смене веры в «лагерях перевоспитания».
— В случае с Китаем Казахстан активно сопротивляется предоставлению этого статуса по настоянию китайской стороны, — говорит Мазоренко. — Экономически Казахстан зависит от Китая, он вынужден считаться с той стороной. При этом Казахстан — преимущественно мусульманская страна, какой-то уровень солидарности с мусульманами Китая есть, и некоторое низовое давление побуждает власти аккуратнее подходить к таким вопросам. То есть они не дают статус беженца, но могут, например, волокитить процесс рассмотрения, давая людям возможность уехать в третью страну.
До недавнего времени так поступали и с россиянами: людей, затребованных Российской Федерацией, не высылали, но сам процесс рассмотрения каждого случая тянулся так долго, что человек успевал уехать из Казахстана в любую страну, кроме России.
— В Казахстане довольно большой сегмент неформальной экономики, где такие люди находили какие-то возможности для выживания, — объясняет Дмитрий Мазоренко. — Ну и опять же цепочки солидарности: люди не оставались без какой-то поддержки. За время проволочек они успевали уехать, как правило, в Европу, а Казахстан не портил ни отношений с Россией, ни вроде бы репутации в Европе.
Получить правовую помощь просители убежища могут в казахстанском отделении Международного бюро по правам человека. Но и его директор Денис Дживага признает: шансов у россиян практически нет.
— Мы понимаем, что ни один россиянин у нас не получит статус беженца, — откровенно говорит он. — И дело не в том, какие обвинения предъявлены ему в России, бремя доказывания лежит на российских властях. Но получение убежища у нас — это утопия, мы же понимаем, какие у нас режимы. При этом есть много положительных кейсов… Скажем так, человека не выдворяют, его не депортируют в Россию, ему дают возможность выехать в любую страну, лишь бы он покинул Казахстан. Понимаете? Ко мне, бывает, обращаются россияне: «А к вам безопасно ехать?» Нет, конечно! Надо же понимать, куда вы едете. Вы в Беларусь поедете за убежищем? Может, у нас получше, но всё, чем можем помочь мы, — это оттянуть время, чтобы человек уехал в третью страну.
О небезопасности Казахстана для антивоенных россиян уже говорят и представители власти республики.
— Тем людям, которые, скажем так, настроены против российской власти, лучше выбирать страну, где им безопаснее, — аккуратно подбирает слова депутат Мажилиса от правящей фракции Айдос Сарым. — Казахстан, я считаю, что не может себе позволить быть втянутым в плохие истории с Россией. Да, это, возможно, неприятно для какой-то части россиян. Но здесь возобладают наш национальный интерес и наш национальный эгоизм.
Осенью 2022 года в Астане по запросу из России дважды задерживали журналистку Евгению Балтатарову. На родине над ней висело уголовное дело за «фейки об армии». И оба раза казахстанские власти отпускали ее из-под стражи: в отличие от кражи или вымогательства, которые вменяются Емельяновой и Мовлаеву, статьи про «фейки об армии» в УК Казахстана нет. А конвенция о правовой помощи касается только того, что признается преступлением с обеих сторон. Балтатарова подала ходатайство о предоставлении убежища и, пока оно рассматривалось, смогла уехать во Францию.
— Были и другие случаи, например, с ребятами из ЛГБТ, — говорит казахстанский журналист Лукпан Ахмедьяров. — Их тоже задерживали и пытались выдворить, приходила полиция, их доставляли в полицейский участок. Но потом всё-таки давали уехать в третью страну.
В практике Мурата Адама случаи с Емельяновой и Мовлаевым не первые. Но раньше его доверителям удавалось вовремя уехать из Казахстана. В 2025 году, замечает юрист, тактика российских властей поменялась.
— Раньше Россия действовала медленно, как будто никуда не спешила, — объясняет Мурат Адам. — И сроки так удачно складывались, что люди успевали выйти из следственных изоляторов, пока Россия оформляла документы. Сейчас, в случаях Юлии Емельяновой и Мансура Мовлаева, российские власти действуют настолько быстро, что у меня нет уверенности, что мы успеем. Хочу надеяться, что мои коллеги смогут им помочь.
Мурат не просто так говорит не о себе, а о коллегах: 31 марта, перед очередным слушанием по делу его доверителей, его лишили адвокатского статуса. Напрямую с делами Емельяновой и Мовлаева и с историями других россиян это не связано. Но это всё вместе говорит о переменах в Казахстане.
«Но можно и не приходить»
Одно из самых влиятельных медиа в Казахстане — Orda.kz. Его соучредитель Гульнар Бажкенова до недавнего времени была и главным редактором издания. В декабре прошлого года полиция Алматы возбудила в отношении Бажкеновой уголовное дело по статье о распространении заведомо ложных сведений.
Это своего рода аналог российской статьи о фейках, только в Казахстане сильно не рекомендуется распространять «фейки» о представителях власти. Orda в 2024 году писала о полицейском, задержанном при получении взятки, теперь его начальство утверждает, что такого не было. Адвокат Мурат Адам защищал Бажкенову на стадии следствия и поплатился за это.
— Как адвокат я фиксировал нарушения законности со стороны следствия, — рассказывает он. — Я приезжаю к подзащитной домой, когда у нее идет обыск, а меня не пускают. Прихожу на другие следственные действия, меня снова не пускают. Следствие объявило, что я приходил, якобы не имея полномочий. У меня были при себе удостоверение и ордер, это снимали журналисты, они потом предоставили видеозаписи. Ни у Республиканской коллегии адвокатов, ни у Алматинской коллегии, ни у прокуратуры, ни у суда претензий ко мне не было. Но органы следствия внесли представление в Министерство юстиции, требуя лишить меня адвокатских полномочий, и суд удовлетворил иск.
Статья 274 о заведомо ложной информации появилась в УК Казахстана в 2015 году и предусматривала, говоря попросту, ответственность за клевету. Защититься можно было, представив доказательства рассказанного. В 2023-м норму «обвесили» административными статьями и ужесточили. Такую практику к этому времени обкатали в Российской Федерации — казахстанским властям она понравилась. И 274-я статья стала «дежурной» для журналистов и блогеров, публикации которых не нравились героям.
— «Экспертами», которые решают, насколько информация недостоверна, выступают полицейские, — говорит журналист Лукпан Ахемдьяров. „
— Раньше в издание надо было отправить досудебную претензию, и, если журналист мог подтвердить свои слова, дело не возбуждалось. Теперь журналиста сразу могут схватить, провести обыск, арестовать его счета.
В случае с Гульнар Бажкеновой, как считают в казахстанском медиасообществе, властям, что называется, повезло: чтобы избавиться от главного редактора, вспомнили о спорной публикации 2024 года, тогда официальные источники опровергали ее данные. Другой пример из этой же серии — арест совладельца крупного информагентства KazTAG Асета Матаева, в этом случае использовали драку с его участием.
— На этот ресурс давно хотели надавить, а тут Матаев подставился, — говорит эксперт казахстанского медиарынка, попросивший не называть его имени. — Хотя есть версия, что напали как раз на него, он сидит с пробитой головой. К сожалению, у нас так бывает, что властям особенно делать ничего не надо, журналисты и заметные блогеры подставляются.
История о том, как Матаев получил черепно-мозговую травму, и вправду темная: то ли на него напали, то ли он напал и даже повредил чужую машину в драке. Но главный редактор его ресурса, Амир Касенов, к моменту драки уже сидел под домашним арестом по всё той же 274-й статье.
А в марте этого года за фейки о представителях власти был арестован юрист Адилетхан Молдахан, который уж точно так не «подставлялся». В Алматы произошло ДТП со смертельным исходом, оно наделало много шума, и Молдахан обвинял в гибели людей полицейского. Блогер Санжар Бокаев сидит по той же статье, он писал о незаконной вырубке деревьев в парковой зоне, а теперь ему самому в довесок к «фейкам» вменяют уничтожение кустарников. Кстати, и его защищал Мурат Адам, пока действовал адвокатский статус.
По статье о фейках едва не загремел и Лукпан Ахмедьяров. У него были все доказательства опубликованного, но спасло его, видимо, в итоге то, что интерес к делу проявляли не в Казахстане, а в России. Лукпан и его коллеги рассказали, как в Казахстане массово вербуют рабочих в Россию, причем у вербовщиков юмор своеобразный: на месте людей заставляют подписать контракт на войну в Украине, хотя зазывали работать в колбасном цеху мясокомбината.
— В апреле прошлого года я опубликовал об этом пост, — рассказывает Лукпан. — К нам обратилась сестра одного из этих парней, он успел ей написать обо всем. Переслала всю их переписку. А через два дня здесь, в Астане, меня задерживают полицейские, везут в свой департамент и говорят, что возбуждено дело по 274-й. И показывают заявление этой женщины: она пишет, что якобы ничего мне не рассказывала, я сам всё придумал. Я передал следователю скрины переписки и все аудиосообщения, меня отпустили, но дело это до сих пор так и висит, оно не прекращено.
На практике такое случается, признает Лукпан, не с каждым журналистом, который кого-нибудь обидит.
— Есть неприкосновенные темы, но ты не всегда знаешь о них заранее, часто это выясняется методом тыка, — продолжает он. — Хотя с внутренней политикой всё более-менее ясно, есть негласная
установка: точно нельзя критиковать президента и его инициативы. Такой же темой был мартовский референдум по Конституции, мы видели, каким гонениям и репрессиям подвергались медиа, писавшие о нем критически или дававшие слово критикам.
На собственном опыте Лукпан недавно выяснил, что теоретически «на крючке» каждый его коллега. Осталось только «подставиться».
— В ноябре прошлого года мы с коллегой возвращались из Молдовы, уже прошли паспортный контроль в аэропорту, получили багаж, шли к общему залу, — рассказывает Лукпан. — Тут к нам подходят полицейские: мы вас задерживаем, вы находитесь в розыске. И показывают телефон, а там у них стоп-кадры: наши лица, обведенные красными такими овалами, а внизу написано: «Комитет по борьбе с экстремизмом». Говорят, что нас их система распознала. Один полицейский куда-то звонит, потом с трубкой отворачивается, что-то там переспрашивает, поворачивается к нам и говорит: всё, вы свободны. Потом мы узнали, что это было: Комитет по борьбе с экстремизмом заранее внес в базу потенциальных экстремистов сразу всех активистов, независимых журналистов, блогеров. На всякий случай. Чтобы в случае чего достаточно было одну кнопочку нажать. А полицейских, видимо, не предупредили.
Такая же история, добавляет Лукпан, произошла потом и с Санжаром Бакаевым, его тоже взяли в аэропорту по камерам с системой распознавания лиц. Сейчас Аламаты и Астана увешаны такими камерами, на каждом перекрестке они висят гроздьями. Софт для них казахстанские власти получают от китайских коллег.
— Как видишь, автократы помогают друг другу, — усмехается Лукпан. — Пользователи такого китайского софта — и Казахстан, и Россия, и Беларусь. Они и базы объединяют, чтобы общих врагов вместе находить.
«Соседи судьбы»
Еще одна «неприкосновенная» тема, кроме фигуры президента Токаева, — это отношения с Россией. Поэтому в конце марта перестал существовать ютуб-канал с миллионной аудиторией AIRAN MEDIA. В середине марта он просто замолчал. Потом выяснилось, что на протяжении двух недель редакция вела с некими «ходоками» от власти переговоры о том, чтобы всё-таки продолжить работу. А дальше главный редактор Даурен Меркеев выступил с заявлением: канала больше нет.
— Такие «ходоки» начали посещать наиболее влиятельные СМИ в Казахстане, включая региональные, еще года полтора назад, — рассказывает эксперт казахстанского медиарынка, просивший не называть его имя. — Они представлялись как посланцы неких инвесторов и откровенно говорили учредителям и редакторам СМИ: ребята, вот у вас есть такая-то сумма, мы ее умножаем условно на десять, мы сохраняем весь коллектив, сохраняем вас как руководителей и редакторов, вы даже писать можете и дальше о чем угодно. Но иногда нужно будет написать о том, что мы скажем. Или о чем-то не писать. „
Практически все, кого «ходоки» посетили, согласились. Их можно понять, особенно в региональных изданиях. Но были и те, кто захотел посопротивляться.
— Один из таких разговоров происходил в региональном издании, куда я в тот момент как раз приехал по стечению обстоятельств, — продолжает эксперт. — И я говорю главреду: начинай разговор сразу с миллиона долларов. Дескать, я готова, но это стоит миллион. «Ходоки» погрустнели, сказали, что у них есть 150 тысяч, и ушли. А издание продолжает работать. То есть как в том анекдоте, «можно было не приходить».
C AIRAN MEDIA всё произошло иначе.
— Я списывался с Дауреном, спрашивал у ребят, что случилось, — рассказывает Лукпан Ахмедьяров. — Какую, говорю, красную линию вы пересекли? Оказалось, все эти две недели главной претензией к ним были выпуски о войне в Украине. Он действительно говорили об этом постоянно, предупреждали казахстанцев, как опасно в этом участвовать, давали слово украинским активистам. Им передали пожелание со стороны России: этот контент надо убрать. Когда они отказались, им просто велели закрываться без вариантов, работать им не дали бы в любом случае.
В июне 2022 года на Петербургском экономическом форуме президент Касым-Жомарт Токаев, отвечая на вопрос Маргариты Симоньян, сказал в присутствии Путина: Казахстан не будет признавать независимость «ДНР» и «ЛНР», этих квазигосударств. Многие восхищались храбростью казахстанского лидера, показавшего, что страна больше не зависит от соседа.
— Здесь, в Казахстане, после этого у Токаева поддержка была тотальная, — вспоминает Илья Фоминцев, часто приезжавший тогда в республику. — Кругом говорили: молодец, не побоялся высказаться.
Другие со смешком оценивали спектакль, устроенный будто бы для того, чтобы Казахстан в глазах Запада выглядел критиком кремлевской политики, а на самом деле сохранял возможность пропускать в Россию через свою территорию параллельный импорт.
— Если это и был спектакль, то очень удобный для Токаева, который смог показать свою независимость, — замечает политолог и писатель Асылбек Бисенбаев, с 1998 по 2001 год работавший пресс-секретарем Нурсултана Назарбаева. — Но мы с вами говорим о режимах, которые в любом случае придут друг другу на помощь, даже если лидеры друг друга ненавидят и презирают. Потому что кругом враги.
Дмитрий Мазоренко замечает, что больше таких «спектаклей» президент Казахстана себе не позволял.
— После того случая Токаев всё меньше и меньше комментировал действия России, — говорит аналитик. — Он стал больше говорить о некой «общности интересов», о том, что Казахстан и Россия — «соседи судьбы». Однажды обронил фразу: богом данный сосед. Он явно стремится не конфликтовать, не высказывать сомнений и максимально лавировать.
Кстати, проблемы антивоенных россиян Дмитрий относит к этой же сфере: Казахстан готов «скормить» Путину пару-тройку человек, чтобы успокоить Россию, но сохранить репутацию для Запада. В конце концов, нефть в республике добывают американские компании, университеты сотрудничают с европейскими, а в образование Казахстан вкладывает много.
— Казахстан стремится выполнить пожелания России, но не массово, не привлекая внимания, — считает Асылбек Бисенбаев. — Всё-таки Токаев дипломат. Иначе съедутся к нам всякие иноагенты и как начнут кричать, что Казахстан людей выдворяет. Так — по одному, по два, незаметно. Есть версия, что Токаев хочет стать генсеком ООН, поэтому и с новой Конституцией так спешил. Ему репутация важна.
Спектакль или нет, неизвестно, но потоки грузов в Россию, по наблюдениям казахстанцев, с началом войны в Украине выросли.
— До начала войны баланс грузов был такой, что к нам из России и Беларуси везли продукты и товары народного потребления, — говорит Лукпан Ахмедьяров. — После полномасштабного вторжения выросли, наоборот, очереди из фур с казахстанской стороны. В 2023 году я готовил материал об этом и спрашивал у водителей, что они везут. Они отвечали: написано ТНП — товары народного потребления, а что там на самом деле, не знаем — загрузили и везем. Мы видели, как на автовозах в Россию везут огромное количество автомобилей, причем не только китайских, но и тех брендов, которые из России ушли. Мы спрашивали в Таможенном комитете Казахстана, проверяют ли они эти грузы, не везут ли в Россию подсанкционные товары. „
Нам отвечали, что в рамках Евразийского экономического союза таможенники не досматривают машины, ориентируются только на декларации. Тогда в Казахстане зарегистрировалось огромное число новых компаний с владельцами из России, они закупили грузовики и повесили на них казахстанские номера.
Тезис о независимости Казахстана от России спорный даже сейчас, когда Россия нуждается в бывшей союзной республике как маршруте для обхода санкций, а не наоборот.
— Мы зависим от России полностью, — констатирует казахстанский политолог Виктор Ковтуновский. „
— Общая граница — почти восемь тысяч километров. Если Россия перекроет транзит, у Казахстана нет вариантов экспорта продукции, он весь идет через Россию, выхода к морю у нас нет. Кое-что идет в Китай, но главный покупатель нашего сырья — Европа. Второй фактор влияния России — информационный: наше общество по-прежнему завязано на российское информационное пространство, старшее поколение смотрит российское телевидение. И если в какой-то момент кремлевская пропаганда объявит, что в Казахстане надо спасать русских, потому что их преследуют басмачи, этому трудно было что-то противопоставить.
России принадлежит даже часть железных дорог, идущих по Казахстану. Российский бизнес получает и другие стратегические предприятия в республике.
— Аэропорт в Уральске купили структуры Виктора Вексельберга, — перечисляет Лукпан Ахмедьяров. — Сейчас идут переговоры о покупке аэропорта в Атырау, а это узловой хаб даже важнее Уральска, оттуда идут рейсы в Турцию и Грузию. Железнодорожное сообщение — особенно чувствительный вопрос. В Петропавловске железнодорожный вокзал каким-то образом до сих пор принадлежит РЖД, билеты продают за российские рубли. Достаточно ощутимая часть железнодорожных путей в Северо-Казахстанской области до сих пор находится на балансе российских железных дорог.
Есть еще одна зависимость, о природе которой политологи спорят: это зависимость лично Касым-Жомарта Токаева лично от Путина. Президентом Токаев стал в 2019 году, но до 2022-го в Казахстане сохранялось двоевластие, правил тандем из Токаева и экс-президента Нурсултана Назарбаева. В январе 2022-го вспыхнули протесты, и впервые для подавления бунта внутри страны были использованы войска ОДКБ, фактически — российские. С их помощью Токаев избавился от «опеки».
Аналитики приводят различные версии тех событий. Асылбек Бисенбаев уверен, что в 2019 году Назарбаев выбрал для транзита «самого послушного, самого верного человека, который никогда на него хвост не поднимет». Такого казахстанского Дмитрия Медведева. Но тот не сдержал слова. Виктор Ковтуновский уверен, что сам транзит в 2019-м продавил из Москвы Путин, заставив Назарбаева подвинуться во власти, но тот не смирился и попробовал устроить переворот в надежде, что Токаев сбежит. Так или иначе, но в январе 2022-го Токаев позвал на помощь Путина.
— У президента Казахстана очень много полномочий, но нигде не записано, что он имеет право лично приглашать иностранные войска, — объясняет Виктор Ковтуновский свою теорию. — Это было личное решение Токаева. И не факт, что в тот момент, когда он объявлял об этом, войска не стояли уже где-нибудь на севере страны, у границы с Россией. Один из офицеров, которых судили за январские события, в суде давал показания, что решение о вводе войск из России было принято еще до того, как Токаев объявил об этом на Совбезе.
Сейчас в Казахстане многие говорят, что страна движется в фарватере России, скатывается в ее сторону и вот-вот превратится в еще одну Беларусь. Здесь уже нет организованной оппозиции, новые партии невозможно зарегистрировать. Повторим про закон о «пропаганде ЛГБТ» и про будущий закон об иноагентах. Но Асылбек Бисенбаев не считает, что это означает именно дрейф Казахстана в сторону России.
— Всё это происходит не потому, что Казахстан идет в фарватере России, — возражает политолог. — Просто у нас с Россией сходные системы: это коррумпированная диктатура. А у нее нет другого пути, нет другой логики развития. Ее логика — режим самосохранения, а путь только один — закручивание гаек.
Виктор Ковтуновский признает, что ситуация в Казахстане меняется к худшему, причем давно.
— Знаете, эту лягушку варят медленно, — замечает он. — Направление неизменно, тренд этот задал Назарбаев, а Токаев — его верный ученик. До 2022 года по репрессиям мы Россию опережали. Просто в России в 2022-м всё это настолько обрушилось, что Казахстан на этом фоне — остров свободы.
При поддержке «Медиасети»

Накануне сентябрьских выборов в Госдуму «Единая Россия» составила методичку для кандидатов и агитаторов под названием «Дюжина жестких вопросов к ЕР», в которой предложила ответы на критику своих действий. Об этом сообщает «Коммерсант» со ссылкой на документ.
О блокировках и запретах. Отвечать на вопрос, почему «ЕР» стала «партией запретов, закрыла интернет и душит свободу слова?», предлагается пассажем: «А почему о том, что ЕР "душит свободу слова", разрешено совершенно свободно кричать из каждого утюга и канала?».
Далее партия заявляет, что «всегда выступала за свободу слова», даже несмотря на «информационно-психологическую войну». Однако в условиях такой войны «обойтись без временных ограничений невозможно».
Об админресурсе. Отрицать принуждение бюджетников к голосованию там не стали. По версии составителей методички, за счет админресурса «гарантировать победу невозможно» — ведь «галочку в бюллетене вы ставите сами». Там, где директора и главврачи «проявляют ретивость», риски для ЕР «увеличиваются кратно», поскольку «нормальный человек из-за давления начинает действовать "назло"». Кроме того, там заявили, что за последние годы партия проиграла некоторые кампании — в том числе из-за «давления на избирателей».
Об идеологии. Идеология ЕР — это «жесткий отказ от диктата одних ради преимуществ других», считают там. Если бы не партия, то «отдельные "хозяева" давно бы установили 12-часовой рабочий день и 6-дневную рабочую неделю» либо «кто-то давно пересажал бы всех бизнесменов ради прав рабочего класса». О каких «хозяевах» идет речь, в статье не приводится. «ЕР — партия партия интересов всего народа», заявляется в документе.
Критика разрешенных партий. Другие политические силы в стране «на словах патриоты и поддерживают президента», но, «как только возникают проблемы или требуются сложные решения, вспоминают, что они оппозиция». ЕР же «никогда не пряталась в кусты и всегда брала на себя важные для будущего страны, пусть даже и сложные, непопулярные решения».
О «стабильном» будущем и страхе перед революцией. В блоке о светлом будущем, которое заключается в «сохранении достигнутого», партия предлагает россиянам довериться ее огромному опыту — он «позволит пройти все испытания и двигаться вперед без застоев и революционных катастроф».

В Калининграде в третью годовщину российского вторжения в Украину 37-летний программист Александр Окунев совершил самосожжение в знак протеста против войны. Об этом говорится в совместном расследовании «Важных историй», Delfi Estonia и литовской телерадиокомпании LRT.
Информация об этом впервые была опубликована в открытом докладе эстонской внешней разведки, но там не стали раскрывать имя погибшего и детали произошедшего.
Что произошло? Журналисты выяснили, что самосожжение Окунева произошло около пяти утра 24 февраля 2025 года у мемориала 1200 гвардейцам. Рядом с телом на снегу баллончиком с краской было написано «Нет войне». За день до этого у памятника отмечали День защитника отечества. Время, вероятно, было выбрано не случайно — ракетные удары по Киеву 24 февраля 2022 года начались как раз около пяти утра.
Реакция властей. Чиновники решили скрыть происшествие. Обгоревший труп Окунева, несмотря на многочисленные камеры, обнаружил случайный прохожий только около 06:40 утра. О случившемся доложили главе городской администрации Елене Дятловой. Уже к 09:15 следы убрали, а власти города отрапортовали начальству, что никто ничего не видел. В результате информация не появилась ни в одном из СМИ. Родные Окунева о самосожжении тоже не распространялись.
Что известно об Окуневе? Мужчина работал сисадмином в фирме по продаже торгового оборудования. Разговоров о политике, по словам знакомых, Окунев избегал, друзей почти не имел, девушки у него не было, жил один. За полгода до самосожжения он ушел с работы, после чего «сидел дома и практически ни с кем не общался». Накануне самоубийства мужчина вел себя «абсолютно нормально» и «случившееся стало для всех шоком», рассказал его знакомый.
Близкий Окунева пересказал журналистам его предсмертную записку: «Написал, что есть другой путь. В его мире, видимо, должен был быть мир во всем мире. Он не захотел больше жить в таком мире, поэтому принял такое решение».

После атаки украинских беспилотников этой ночью остановил работу нефтеперерабатывающий завод «Киришинефтеоргсинтез» (КИНЕФ) в Ленобласти. Об этом пишет Reuters со ссылкой на двух источников в отрасли.
Подробности атаки. В результате ударов БПЛА были повреждены три из четырех установок первичной переработки нефти, рассказали собеседники агентства. Они не смогли оценить, сколько времени потребуется для ремонта оборудования.
Анализ ASTRA показал, что завод КИНЕФ действительно попал под удар, на месте возник пожар.
Что говорят власти России. Сегодня утром губернатор Ленобласти Александр Дрозденко подтвердил, что беспилотники атаковали КИНЕФ. Он не рассказал о последствиях ударов, заявив лишь, что пострадавших нет. Спасательные службы и федеральные власти не комментировали атаку.
Что говорят власти Украины. Служба безопасности Украины (СБУ) подтвердила, что произвела успешную атаку на НПЗ в Киришах. В ведомстве также заявили, что под удар попала нефтеперекачивающая станция. На территории предприятия продолжается пожар, утверждают там.
Под удар попал один из крупнейших НПЗ. Нефтеперерабатывающий завод «Киришинефтеоргсинтез» считается вторым по величине в России после Омского НПЗ. Мощность переработки КИНЕФ составляет около 17-19 млн тонн нефти в год.
Нефтеперекачивающая станция «Кириши» является одним из ключевых объектов, обеспечивающих поставку нефти и нефтепродуктов на экспорт через порт Приморск.

В Ереване 4 мая прошел восьмой саммит Европейского политического сообщества (ЕПС) — структуры, созданной в 2022 году по инициативе Парижа для объединения стран ЕС и их многочисленных партнеров. В мероприятии приняли участие более 40 лидеров и высокопоставленных представителей стран континента, структур ЕС и Канады. Больше всего внимания привлек визит президента Украины Владимира Зеленского. За неделю до этого Зеленский посетил Азербайджан, но Армения — особый случай. Страна сохраняет тесные экономические связи с Москвой. Кроме того, есть значимый военный фактор: на армянской территории расположена 102-я российская военная база. Тем не менее, Никол Пашинян открыто придерживается проевропейского курса, что продемонстрировало другое мероприятие на высшем уровне: состоявшийся 4–5 мая первый саммит Армения – ЕС. Армянский лидер прямо заявляет Москве: республика будет оставаться в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) только до тех пор, пока евроинтеграция не выйдет на финишную прямую. Подробнее о значимости прошедших в Ереване саммитов — в материале эксперта по постсоветскому пространству Романа Черникова, специально для «Новой газеты Европа».
Армянский прием
Владимир Зеленский прибыл в Ереван еще днем 3 мая — накануне саммита. У самолета его встречал спикер парламента Армении Ален Симонян. Для этой задачи он подходил лучше всего: Симонян считается самым смелым критиком Москвы в армянском руководстве. В свое время у него произошел конфликт с представителем МИДа Марией Захаровой. Когда армянский политик раскритиковал Россию за невыполнение своих обязательств в Карабахе, она сказала, что это «риторика на грани чего-то, уже похожего на хамство». Симонян через журналистов ответил еще жестче: назвал Захарову «какой-то секретаршей», отвечать которой — не его уровень. Тем не менее, совсем недавно, 5 февраля, спикер армянского парламента летал в Москву, где в ходе встречи с главой российского МИДа Сергеем Лавровым назвал РФ «дружественным союзным государством».
Хотя приезд Зеленского в Армению ожидаемо вызвал много эмоций, стоит оговориться: речь шла о поездке именно на саммит ЕПС, а не о прорыве в рамках двусторонних отношений (как, например, в случае с французским президентом Эмманюэлем Макроном, который воспользовался случаем и совершил в Армению государственный визит). В прошлые годы Зеленский не раз посещал саммиты ЕПС: в Кишинёве, Тиране, Гранаде, Вудстоке.
До сих пор самым ярким проявлением солидарности с Украиной со стороны Еревана был визит в Киев Анны Акопян — гражданской супруги Никола Пашиняна — в сентябре 2023 года. Там она встретилась с первыми леди Украины, Чехии, Эстонии, Сербии, Литвы и мужьями лидеров Дании, Словении и Словакии. Кроме того, Акопян привезла в Украину гуманитарную помощь: планшеты и ноутбуки для школ, а также смартфоны для детей из малоимущих семей.
Свои планы на ереванский саммит Зеленский обозначил заранее, и они не имели отношения непосредственно к Армении. «Первое: делаем всё, чтобы приблизить достойное завершение войны. Проинформировал партнеров о состоянии дипломатии, возможных перспективах и запланированных контактах. Нужны совместные усилия, чтобы активизировать дипломатию и не допускать уменьшения давления на агрессора, — написал он в своем телеграм-канале вечером 3 мая. — Второе: реализация европейского пакета поддержки для Украины объемом 90 млрд евро — ускоряем это финансирование». В качестве третьего пункта президент назвал сотрудничество в области энергетики.
Учитывая такую повестку, первый вечер в Ереване Владимир Зеленский потратил на встречи с представителями европейских стран — теми, кто может помочь с чем-то из вышеперечисленного. Это были премьеры Чехии, Норвегии, Финляндии и Великобритании. А Николу Пашиняну украинский лидер лишь пожал руку на торжественном ужине.
Тем временем „
4 мая в своем выступлении на саммите ЕПС Зеленский сперва пожелал Армении и Азербайджану устойчивого мира, а затем перешел к более актуальным темам.
Первой была война — но не России и Украины, а США и Израиля против Ирана. Зеленский намекнул: Украина и Европа из-за перекрытия Ормузского пролива могут столкнуться с общими угрозами. «Наше сотрудничество в области энергетики и безопасности должно быть настоящим, — сказал он. — Мы должны помочь друг другу подготовиться к зиме и разобраться с энергетическими вызовами».
Напомним, что последняя зима была для Украины особенно тяжелой из-за ударов России по энергетической инфраструктуре. Такую тактику Москва выбрала еще в самом начале войны, но она имеет накопительный эффект: за лето Украина успевает восстановить далеко не всё, что разбомбили зимой.
Прощупывая границы
Что же касается собственно войны в Украине, то Зеленский уверен, что именно этим летом Владимир Путин решит: расширять боевые действия или переходить к дипломатии. Украинский лидер добавил, что формат парада в Москве 9 мая (он будет проходить по сокращенной программе, без военной техники) доказывает: Путин уже не так силен. А значит, на него нужно продолжать давить, «принуждая к дипломатии».
Через несколько часов после этого Пашинян объявил, что в ночь на 6 мая Украина начнет соблюдать на фронте режим тишины, а сохранится ли он — будет зависеть от Москвы. Киев, как пообещал Зеленский, будет действовать зеркально. Эти слова стали реакцией на заявление Минобороны РФ о перемирии с Украиной, которое должно будет продлиться с 8 по 9 мая. «Мы считаем человеческую жизнь несравнимо большей ценностью, чем празднование любой годовщины… Пора российским вождям делать реальные шаги для завершения их войны, если уже российское Минобороны считает, что не проведет парад в Москве без доброй воли Украины», — подчеркнул в посте в телеграм-канале Владимир Зеленский. „
Прозвучавшие на саммите ЕПС заявления о параде были сделаны в присутствии Пашиняна, который был на таких празднованиях в Москве уже после начала полномасштабной войны.
Еще более неловко мог себя почувствовать словацкий премьер Роберт Фицо, который не раз сталкивался с обвинениями в пророссийскости и как раз собирается в Москву на 9 мая. Правда, не на парад, а возложить цветы к Могиле неизвестного солдата и встретиться с Путиным.
Несколько других заявлений украинского президента явно могли бы не понравиться другому его партнеру — президенту США Дональду Трампу. Например, Зеленский заявил, что «Европа должна быть за столом в любых переговорах» по вопросам окончания российско-украинской войны. И сам признал, что хотя в Вашингтоне могут считать иначе, было бы важно «создать единый европейский голос в переговорах с русскими».
После этого Зеленский провел несколько двусторонних встреч. С Зеленским встретились словацкий премьер Роберт Фицо и его польский коллега Дональд Туск. Разговор с Фицо касался в основном двусторонних вопросов и обмена визитами. А Туск рассказал о просьбе Зеленского помочь наладить отношения с Будапештом, где недавно сменилась власть. Иными словами, Зеленский явно прикладывает усилия, чтобы «друзья Путина» среди стран Европы постепенно стали его друзьями.
Привлекла внимание и встреча Владимира Зеленского с премьером Грузии Ираклием Кобахидзе. Хотя раньше страны всегда шли в паре — как главные кандидаты в члены ЕС на постсоветском пространстве — последние пять лет их лидеры не общались. Это было вызвано изменениями в политике Тбилиси и неоднозначными оценками российско-украинской войны со стороны грузинского руководства. После состоявшихся в Грузии с 2024 году парламентских выборов Украина даже ввела санкции против Кобахидзе и других высокопоставленных политиков, включая основателя партии «Грузинская мечта» Бидзину Иванишвили. Тем не менее, и Зеленский, и Кобахидзе отозвались о прошедшей встрече хорошо. „
«Между нашими государствами действительно есть открытые вопросы. Важно, чтобы на всех уровнях был диалог. Украина всегда уважала и уважает Грузию, ее суверенитет и народ»,
— заявил, в частности, Владимир Зеленский.
Наконец, короткий разговор Зеленский провел и с хозяином площадки — Николом Пашиняном. На этой встрече, судя по отзыву самого Зеленского, повестка была шире: «Ситуация в регионе, вызовы и угрозы безопасности». Также президент Украины предложил возобновить работу межправительственной комиссии и уже в этом году провести в Киеве встречу ее участников. Сейчас торговый оборот Армении и Украины достаточно скромный — 100 млн долларов.
«Я думаю, что для организации визита Зеленского не имело значения, что Армения — формальный союзник России, — заявил “Новой-Европа” директор ереванского Института Кавказа Александр Искандарян. — Просто ввиду того, что у Киева сейчас серьезные проблемы с американцами, ему нужно укреплять связи с европейцами. А значит, пропускать саммит было нельзя. В конце концов, даже в случае отсутствия Зеленского там всё равно прозвучали бы очень острые заявления о России. А раз так, то его присутствие мало что изменило».
По мнению собеседника «Новой-Европа», визит Зеленского, «скорее, будет иметь значение с точки зрения внутриполитической ситуации в Армении» (кампания перед парламентскими выборами 7 июня уже вышла на финишную прямую). «Этот визит уже начали широко обсуждать оппозиционеры. Конечно, в Москве тоже будут звучать возмущенные голоса по поводу приезда Зеленского. Но надо понимать, что всё это будет только подогревать электорат Пашиняна», — отмечает Александр Искандарян.
Действительно, представители пророссийских кругов в Ереване возмущенно напомнили о том, что Киев всегда поддерживал Азербайджан в карабахском конфликте. А в российском Z-сообществе сокрушались, что Кремль не решается убить Зеленского прямо в Ереване, — ведь для этого якобы есть всё необходимое.
Для Москвы один из самых раздражающих факторов — курс на сближение Еревана с ЕС. Вслед за саммитом ЕПС в Ереване состоялось другое, не менее важное для Пашиняна мероприятие — первый в истории саммит Армения – ЕС. Заранее было анонсировано, что лидеры обсудят и «актуальные глобальные вызовы», и перспективы «дальнейшего укрепления двусторонних отношений, в частности в сферах взаимосвязанности, энергетики, транспорта и цифрового сотрудничества».
На этом фоне сигналы о том, что Кремль недоволен политикой Армении, периодически заметны и в торгово-экономической сфере. Например, недавно Россия запретила продажу армянской минеральной воды «Джермук», объявив о выявленных нарушениях. А после этого маркетплейсы Ozon и Wildberries сообщили о невозможности доставлять армянские товары в Россию. „
«Из-за изменений в таможенном оформлении товаров при ввозе в Россию возникли временные затруднения с доставкой товаров из Армении. Чтобы покупатели не отменяли заказы из-за долгой доставки, мы на некоторое время скрыли карточки этих товаров для покупателей в РФ»
, — написал глава отделения Ozon в республике Айк Карапетян. Правда, все товары армянских предпринимателей, которые находятся на складах Ozon в России, продаются без ограничений.
Как на этом фоне будут развиваться отношения Армении и России в среднесрочной перспективе — пока сказать невозможно. Будущее двусторонних отношений, отмечает Александр Искандарян, определится на выборах 7 июня.
О тех, кто не приехал
Между тем, внимание СМИ в эти дни привлекло не только то, кто приехал в Ереван, но и кого в итоге не было. В первую очередь, это лидеры Азербайджана и Турции Ильхам Алиев и Реджеп Тайип Эрдоган, которые приезжали на предыдущие встречи Европейского политического сообщества.
Впрочем, Алиев выступил по видеосвязи — причем сразу после Владимира Зеленского. Как рассказал азербайджанский лидер, европейские чиновники в прошлом году спрашивали у него, как он отнесется к саммиту в Ереване, и никаких возражений не услышали.
«При этом я предложил — чтобы сохранить сбалансированный подход — провести один из последующих саммитов в Азербайджане, — сказал Алиев. — Предложение было принято». Этот саммит состоится в Азербайджане в мае 2028 года. «Кстати, Армения также поддержала нашу кандидатуру. Это явный признак того, что мир между Азербайджаном и Арменией стал реальностью. Мы живем в мире всего девять месяцев и учимся жить в мире», — добавил Ильхам Алиев. Этот срок он отсчитал с августа 2025 года, когда они с Николом Пашиняном парафировали мирный договор в Белом доме. Никол Пашинян при этом не исключил, что в 2028 году он сможет приехать в Баку.
Комментируя участие (пусть и в удаленном формате) Алиева в саммите, председатель Евросовета Антониу Кошта не скрывал удовлетворения. «Саммит ЕПС стал по-настоящему историческим. Впервые сообщество собралось на Южном Кавказе. „
И день начался с участия президента Ильхама Алиева по видеосвязи: это означает, что саммит навсегда запомнится как саммит мира на Кавказе — достигнутого благодаря смелым политическим решениям и терпеливым дипломатическим усилиям»,
— заявил европейский чиновник.
Такие слова прозвучали даже несмотря на то, что в своем выступлении Ильхам Алиев громко раскритиковал один из ключевых органов ЕС — Европарламент. Там только что приняли резолюцию с требованием обеспечить безопасное возвращение армян в Карабах — хотя этот вопрос сняли с повестки даже в Армении. «С мая 2021 года, через шесть месяцев после окончания Второй карабахской войны, до 30 апреля 2026 года Европейский парламент принял 14 резолюций, полных оскорблений и лжи в адрес Азербайджана. Только представьте, 14 резолюций за пять лет — это своего рода одержимость», — возмутился Алиев. И напомнил, что Баку принял решение прекратить сотрудничество с Европарламентом и выйти из нескольких брюссельских структур. А вот формат ЕПС он похвалил — потому что там лидеры имеют возможность открыто обмениваться мнениями.
Как заявил «Новой-Европа» азербайджанский политический аналитик Фархад Мамедов, присутствие Ильхама Алиева на саммите в Ереване в нынешних обстоятельствах было невозможным. «О том, что Алиев не приедет, было известно еще с прошлого года, — сказал он. — Между нашими странами пока нет дипломатических отношений. Есть вполне успешная мирная повестка, но ее еще надо будет подтвердить на парламентских выборах [в Армении. — Прим. ред.]».
Что же касается самого формата Европейского политического сообщества, то Мамедов видит в нём определенные перспективы: «Географически мы всё равно в Европе, и должны поддерживать контакты. При этом есть мнение, что в будущем этот формат заменит собой ОБСЕ, которая доказала свою неэффективность. Вернуться к Хельсинкским принципам 1975 года уже никому не представляется возможным». По мнению собеседника «Новой-Европа», ЕПС пока «делает первые шаги — сейчас это сообщество, даже без секретариата». Но если всё сложится удачно, продолжает Фархад Мамедов, речь может зайти о создании формальной организации. «Точно такой же путь проделала Организация тюркских государств: сначала просто саммиты, потом Тюркский совет, и лишь потом — нечто большее», — напомнил политаналитик.
Тем временем Турция на ереванском саммите тоже всё-таки была представлена, пусть и не Эрдоганом: в Ереван приехал вице-президент Джевдет Йылмаз. Ранее в СМИ распространялись предположения, что к июньским выборам страны могут открыть сухопутную границу, чтобы поддержать Пашиняна и его партию «Гражданский договор». Но, судя по всему, сделать это в течение ближайшего месяца стороны уже не успеют. Вместо этого Пашинян и Йылмаз подписали очередной документ о восстановлении средневекового Анийского моста через пограничную реку Ахурян (по-турецки — Западный Арпачай). И хотя объем работ кажется не очень большим, приступить к ним пока не получается.

В преддверии парадов и шествий 9 мая как минимум в 21 регионе России планируют масштабные шатдауны, подсчитала «Новая-Европа».
Когда будут отключать интернет. Операторы связи и банки стали рассылать предупреждения о массовых отключениях интернета в регионах, где пройдут празднования 9 Мая, парады и шествия «Бессмертного полка».
Чаще всего в сообщениях говорится, что отключения интернета ожидаются с 5 по 9 мая включительно. О возможных перебоях предупреждают МТС, Yota, «МегаФона», T2 и «Билайна». А также сервисы «Сбера» и «Яндекс Go».
Где отключат интернет. Ранее Русская служба «Би-би-си» со ссылкой на источники писала, что в этом году в Москве ожидаются «более мощные» ограничения мобильной связи. В частности, 5, 7 и 9 мая в столице могут ограничить всю мобильную связь, отправку СМС и работу «белых списков». Позднее об этом же написали «Осторожно, новости» и «Коммерсант».
Вечером 4 мая о подобных ограничениях стало известно в Петербурге, Казани и Подмосковье. А сегодня региональные СМИ начали массово писать о возможных отключениях интернета в преддверии 9 мая.
«Новая-Европа» обнаружила подобные сообщения в Астрахани, Волгограде, Воронеже, Екатеринбурге, Калининграде, Краснодаре, Нижнем Новгороде, Омске, Петропавловске-Камчатском, Самаре, Саратове, Туле, Уфе, Челябинске и Южно-Сахалинске.
Кроме этого, такие же сообщения опубликованы в региональных СМИ Красноярска и Смоленска. Однако там местные власти отрицают возможное отключение интернета.
Где уже отключают интернет. Сегодня связь отключали в Петербурге и Москве. Около 12:30 по московскому времени Минцифры объявило о завершении блокировок мобильного интернета в Москве. Однако еще в 12:45 ограничения мобильной связи в Москве продолжались, сообщает мониторинговый проект Amnezia Puls.
Об ограничениях мобильного интернета сегодня также сообщают в Самарской, Нижегородской и Московской областях, а также в Пермском крае.
Контекст. В прошлом году именно в преддверии 80-го юбилея Победы Кремль впервые опробовал массовые отключения интернета в столице. С утра 7 мая москвичи начали сообщать о сбоях в работе мобильной связи и интернета.

Украинские ракеты и дроны атаковали Чебоксары, сообщил премьер-министр Чувашии Сергей Артамонов. Целью ВСУ было оборонное предприятие «ВНИИР-Прогресс», рассказали Astra и Exilenova+. По их же данным, под удар попали две жилые многоэтажки.
Удар по военному заводу. Атака ВСУ на Чебоксары началась в ночь с 4 на 5 мая. Как позже подтвердил президент Украины Владимир Зеленский, крылатые ракеты «Фламинго» нанесли удары по объекту военно-промышленного комплекса РФ в городе.
Целью атаки был завод «ВНИИР-Прогресс», который производит навигационные модули «Комета» для БПЛА и ракет, выяснила Astra, проанализировав кадры очевидцев. Об этом же без ссылки на источник писал украинский телеграм-канал Exilenova+.
Помимо этого, оказались повреждены торговый центр и несколько автомобилей. Пострадали три человека, сообщили в региональном минздраве.
Попадание беспилотников по жилым домам. Уже утром Чебоксары атаковали беспилотники. Два из них попали в многоэтажки, следует из фото и видео, которые публикуют Exilenova+, Mash, Baza и другие каналы. Astra смогла установить, что на кадрах запечатлены дома на Строителей, 6 и Ленинского Комсомола, 5.
Впрочем, региональные власти подтвердили удар украинского дрона только по одной из многоэтажек. Премьер-министр Чувашии Сергей Артамонов сообщил, что из-за атаки есть пострадавшие, их число он не назвал.
Позже в пресс-службе СК рассказали, что из-за попаданий беспилотников по жилым домам есть также погибшие. Их число в ведомстве не назвали. По информации Baza и RT, жертвами стали два человека. Еще 34 человека, в том числе ребенок, пострадали, добавил телеграм-канал. Один из раненых, как утверждается в публикации, находится в тяжелом состоянии.
В 16:50 мск губернатор Чувашии Олег Николаев подтвердил данные о двух погибших. Пострадали, по его словам, 32 человека, в том числе ребенок. Основной удар пришелся по гражданской инфраструктуре, заявил глава региона.
«Повреждены 28 многоквартирных домов, где проживают 8,5 тысячи человек. В двух зданиях нарушены несущие конструкции — оставаться там опасно. Для жителей этих домов подготовлены места в общежитиях», — рассказал Николаев.
Последствия. «В целях безопасности» минтранс Чувашии на время останавливал работу всего общественного транспорта. Сейчас она уже восстановлена. Школы и техникумы в Чебоксарах перевели на дистанционное обучение. В некоторых из них открыли пункты временного размещения. Также в городе закрыты торговые центры.
Власти региона из-за атаки рассматривали вариант объявления ЧС республиканского характера, рассказал премьер-министр Чувашии Артамонов. Позже губернатор региона сообщил о введении режим режим ЧС регионального характера.
Чего мы не знаем. Exilenova+ утверждает, что попадания дронов ВСУ по жилым домам стали результатом работы РЭБ. OSINT-аналитик Кирилл Михайлов в разговоре с «Агентством» назвал эту версию возможной. По его словам, на это указывает низкая высота полета дронов перед столкновением.
Также причиной попадания по многоэтажкам могла стать неисправность БПЛА, сказал агентству представитель исследовательской группы Conflict Intelligence Team. Он подчеркнул, что один из домов находится в 350 метрах от завода «ВНИИР-Прогресс».
Предыдущие удары по Чебоксарам. Военное предприятие не в первый раз становится целью ударов ВСУ. В частности, дроны атаковали завод в июне 2025 года, после чего он на время приостанавливал работу. В июле 2025 года один беспилотник упал на крышу «ВНИИР-Прогресс», а второй повредил строящийся склад.
Из-за атаки в ноябре повреждения получил не только завод, но и два жилых дома. Пострадали два человека, один из них подросток. В декабре под удар попал жилой дом на проспекте Ивана Яковлева рядом с предприятием, пострадали 14 человек, в том числе ребенок.
Последняя до сегодняшнего дня атака дронов произошла 18 февраля. Целью налета тогда также стал завод ВНИИР.
Обновлено в 17:02 мск: добавлен комментарий губернатора Чувашии Олега Николаева.

В преддверии Дня Победы в Москве, Подмосковье и других регионах власти вводят ограничения на мобильную связь и интернет. О перебоях уже сообщили МТС, Yota, «МегаФона», T2 и «Билайна», а также сервисы «Сбера» и «Яндекс Go». Власти объясняют меры соображениями безопасности и рассчитывают на «понимание» граждан. Подробнее — в материале «Новой-Европа».
Мобильный интернет
Операторы мобильной связи предупредили жителей Москвы и Санкт-Петербурга об ограничения работы мобильного интернета и SMS с 5 по 9 мая. Сообщения с информацией об этом получили пользователи МТС, Yota, «Мегафона», T2 и «Билайна».
«В целях обеспечения мер безопасности в Москве возможны временные ограничения в работе мобильного интернета и СМС в период подготовки и проведения праздничных мероприятий с 5 по 9 мая», — говорится в оповещении от «Билайна».
Чтобы подключиться к интернету, пользователем рекомендовали использовать Wi-Fi. В МТС уточнили, что ограничения могут затронуть и Московскую область. Также там отметили, что отсутствие связи может привести к проблемам «с безналичной оплатой, использованием банкоматов и геосервисов».
Ранее источники Русской службы «Би-би-си» предупреждали, что в этом году перед парадом Победы 9 мая в Москве будут «более мощные» ограничения мобильной связи. В частности, 5, 7 и 9 мая в столице могут ограничить всю мобильную связь, отправку СМС и работу «белых списков». В прошлом году перед и во время Дня Победы в Москве уже были массовые отключения интернета. Также тогда о проблемах с работой сервисов предупреждали сервисы «Яндекса», онлайн-кинотеатр IVI, служба доставки «Самокат», магазины «ВкусВилл» и Lamoda. При этом власти говорили, что людям «нужно с пониманием к этому относиться».
В этом году пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков заявил, что «большинство наших сограждан понимает целесообразность этих мер и необходимость этих мер», имея в виде регулярные отключения интернета.
Банки
Ограничения затронули не только интернет напрямую, но и много другие сервисы, которыми россияне пользуются ежедневно. Так, Сбербанк предупредил клиентов, что в ближайшие дни в некоторых регионах возможны сложности с работой мобильного интернета и СМС.
«Что вы можете заметить? Вход в приложение “Сбербанк Онлайн” затруднен; СМС-код приходит с задержкой. Если такое происходит, знайте: СМС-коды, направленные вам, сохраняются в истории уведомлений в приложении. Как только связь вернется, вы их увидите в разделе “История операций”», — объяснили в Банке.
Как пишет «Новая газета», такие сообщения сегодня получили пользователи из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга и других городов. Отдельно клиентам «СберБизнеса» рекомендовали заранее настроить альтернативные способы авторизации: по ПИН-коду или QR-коду.
Также клиенты Т-банка получили уведомления, что «возможны ограничения мобильного интернета и SMS из-за обеспечения безопасности праздников». Пользователем рекомендовали перейти на Wi-Fi связь.
Помимо этого, «Вёрстка» обратила внимание, что банки начали отключать в приложениях чаты с другими пользователями. Ранее россияне использовали их в качестве альтернативного способа связи. „
«При попытке отправить текстовое сообщение в Сбере появляется предупреждение, что “переписка больше не поддерживается”, а “комментарии к переводам доступны в истории операций”. В поддержке Сбера подтвердили, что опция “постепенно отключается”»,
— пишет «Вёрстка».
Такси и доставка
Сервис «Яндекс Go» предупредил о возможных сбоях при заказе такси в Москве.
«Сейчас есть проблемы со стабильной связью: сервис может работать некорректно. Не все водители могут выйти на линию и принять заказ», — говорится в приложении «Яндекс Go».
Глава Московского профсоюза таксистов Николай Кодолов всё еще надеется, что «ограничения коснутся только районов, где проходит репетиция, то есть центра». По его словам, «оттуда лучше выбираться на общественном транспорте, а водителям такси имеет смысл исключить эти зоны из работы».
«Если связь отключат полностью, даже с учетом “белых списков”, получить заказ не получится. Получится ли оплатить поездку? Да, сумма по безналичному расчету резервируется при оформлении заказа и сохраняется в течение некоторого времени», — сказал он.
О возможных проблемах и долгом ожидании заказов также сообщили сервисы доставки.Основатель сервиса FoodBand Артём Халимоненко заявил «Коммерсанту», что заказывать можно будет, подключившись к Wi-Fi, но это «создаст сложности»:
— Сейчас у многих сервисов действует предоплата: заказ оформляется и сразу оплачивается, особенно через агрегаторы. Более локальным игрокам будет заметно тяжелее. Курьеры не смогут выполнять часть функций: закрывать заказ, отмечать прибытие к клиенту.
По его мнению, компания придется менять бизнес-процессы: «Например, заказ будут закрывать не в момент доставки, а позже, когда курьер вернется на базу и подключится к Wi-Fi».
Сервису аренды самокатов Whoosh пришлось предусмотреть два альтернативных способа оплаты поездки, чтобы им могли пользоваться во время отключений: по карте «Тройка» и с помощью СМС.

Третье лицо государства Валентина Матвиенко потребовала от самого богатого россиянина Алексея Мордашова помочь деньгами беднеющей Вологодской области. Металлургический магнат через пресс-службу передал, что денег у него нет. Мордашов формально прав в этом споре, но это не спасет его и других миллиардеров от необходимости поделиться — только не с вологодским губернатором, а с Кремлем.
Спикер Совфеда Матвиенко оперативно откликнулась на опубликованный в апреле свежий рейтинг миллиардеров Forbes. Его возглавил Алексей Мордашов с состоянием 37 млрд долларов. Если накопилось столько денег — значит, пора «что-то из офшоров подтянуть все-таки в Российскую Федерацию», призвала Матвиенко бизнесмена, который 30 лет владеет главным вологодским предприятием — «Северсталью» в Череповце.
Двое близких к Путину людей из высшей элиты поссорились, потому что вологодский сенатор Роман Маслов пожаловался: компании требуют от регионов вернуть уже уплаченные налоги. Потому что они их пересчитали и выяснили, что переплатили, а местным бюджетам и так несладко. И тут не помогло даже заступничество главы Федеральной налоговой службы Даниила Егорова, который в зале Совфеда сказал, что у бизнеса есть такое право по налоговому кодексу.
Сейчас не до кодексов, отбрила главного мытаря Матвиенко. „
Ситуация, по ее словам, уже настолько тяжелая, что миллиардеры должны жить, помня, что существуют «законы совести, патриотизма, любви к своей родной земле и Отечеству уважение к людям, которые заработали для тебя такие крупные миллиарды».
Матвиенко в бытность губернатором Санкт-Петербурга восемь лет была одним из главных переговорщиков с десятками российских и глобальных инвесторов. Она прекрасно знает разницу между капиталом владельца и финансовым потоком его бизнеса. Не хуже она знает и то, что рост стоимости акций не увеличивает напрямую налоговые платежи.
Тем более, что в этой истории работающая в Череповце «Северсталь» вообще ни при чем. Владей Мордашов только ею, обеднел бы он в прошлом году примерно на треть — именно так в 2025 году рухнули котировки акций «Северстали». Но все как раз наоборот: на ту же треть выросло состояние его семьи в прошлом году, по оценке Forbes. А в целом за годы войны в Украине Мордашов разбогател втрое.
Все из-за резкого скачка цен на золото: в прошлом году оно подорожало на 65%, а всего с начала войны в Украине — в 2,6 раза. Поэтому, по оценке Forbes, выросла стоимость Nordgold — крупного производителя золота, которым владеет семья Мордашовых. С Nordgold, владеющей золотыми рудниками за пределами РФ, вполне могут быть связаны деньги в тех самых оффшорах, которые хочет опустошить Матвиенко и существование которых за границей Мордашов бурно отрицает.
Что касается «Северстали», то дела ее плохи из-за войны, санкций и спада экономики. В 2025 году чистая прибыль гиганта рухнула почти вдвое, а в 1 квартале 2026 года — уже в 370 раз, до 57 млн рублей — стоимости трех-четырех квартир в крупном российском городе.
Чистый денежный поток и в прошлом, и в этом году отрицательный, и именно поэтому компания отказалась от дивидендов за 2025 и первый квартал 2026 года, а значит, на стали Мордашов не заработал. На Запад ее продавать нельзя из-за санкций, а внутренний спрос упал из-за кризиса в строительстве. «Северсталь», как и другие черные металлурги, просила изменить формулу расчета акциза на сталь и НДПИ, но получила отказ от Минфина («Новая-Европа» подробно писала о том, какая господдержка нужна крупным компаниям).
Это не первый «наезд» вологодских властей на Мордашова: местный губернатор Георгий Филимонов, придя в должность, зачистил местную власть от ставленников миллиардера. Глава области ругал «Северсталь» за недостаточные инвестиции и грязный воздух в Череповце и пытался запретить компании нанимать на работу мигрантов.
Вологодской области действительно сложно — как всем российским регионам. С одной стороны, ей, как и другим, нужно где-то брать десятки миллиардов для вербовки и оснащения штурмовиков для захвата Украины. По расчетам Re:Russia, только в 2025 году в России на это потратили около 4 трлн рублей, значительная доля которых пришлась на региональные бюджеты. Точной оценки их затрат нет, но «Новая-Европа» писала, что в некоторых регионах это треть от всех расходов. Одновременно «военная инфляция» раздувает и другие затраты: на ремонт труб и котельных, дорог, зарплату врачам и т. д.
Поэтому, резюмирует макроэкономический телеграм-канал «Твердые цифры», регионы потратили намного больше плана, но им это не компенсировали трансфертами из федерального бюджета. „
И вот итог: по данным Минфина, суммарный дефицит региональных бюджетов в 2025 году вырос пятикратно: с плановых 0,3 трлн до 1,5 трлн рублей.
Дальше так и будет, потому что пока экономика падает, а Минфин говорит о секвестре, половина регионов к апрелю 2026 года уже увеличили планы расходов на текущий год.
Матвиенко задает вопрос: «Где Вологодская область возьмет [деньги], бюджет маленький, небольшой, и так стараются, из кожи вон власти лезут, чтобы выполнить все социальные обязательства».
Правильных ответа здесь два, и первый тянет на статью о госизмене: остановить войну, начать переговоры об отмене санкций и снизить военные расходы. Тогда у «Северстали» будет шанс вернуться к большой прибыли, и ей не придется опустошать вологодский бюджет требованием вернуть переплаченное.
Второй ответ — в логике «системных либералов»: больше занимать. „
По данным тех же «Твердых цифр», у Вологодской области долговая нагрузка одна из наименьших в России, 1,4% внутреннего регионального продукта (ВРП), что очень мало по меркам крупных стран с большим числом регионов.
А в соседней Ярославской области — 5,7%. И на рублевом рынке через размещение облигаций Вологодская область вообще не занимает. «Регионы (как минимум, пока) не очень активно используют возможности долгового рынка. У регионов есть пространство для привлечения заимствований в виде ценных бумаг», — констатируют «Твердые цифры».
Но чтобы стать игроком на рынке облигаций, нужно много ума, умений и возни. Эксцентричному северному губернатору Георгию Филимонову не до того: он украшает город изваяниями Сталина и Ивана Грозного, побеждает «наливайки» и борется с абортами (об этом подробно писала «Новая-Европа»). Бюджетная стабильность — сложная штука, куда проще жаловаться в верхней палате парламента на жадность миллиардеров.
Совершенно нет ничего удивительного в том, что Матвиенко призвала бизнес жить по законам патриотизма и, хочется добавить, революционной целесообразности. Путин еще полтора месяца назад потребовал от миллиардеров скинуться на войну. Возражений против нового налога на сверхприбыль (в первый раз его вводили в 2023 году) нет ни у главы Минэкономразвития Максима Решетникова, ни у президента Российского союза промышленников и предпринимателей Александра Шохина, ни у крупнейшего банка «Сбера».
Вряд ли крупный бизнес избежит раскулачивания: экономика падает, и даже неожиданный подарок в виде нефти под 100 долларов и дороже бюджет не сильно спасет. У Кремля есть масса претензий к тем, кто, подобно Мордашову, разбогател в 1990-е годы. Путин неоднократно презрительно отзывался о них как о «набивших карманы» без всяких заслуг перед обществом и отказывал им в праве считаться элитой. Если дойдет до пересмотра заслуг богатейших миллиардеров из ельцинской эпохи, то, безусловно, найдут что припомнить и владельцу «Северстали», который 30 лет назад получил контроль над ней, покупая акции комбината через своего трейдера. Во всем этом есть одна плохая новость для Вологодской области: ей ничего не перепадет. В 2023 году весь налог на сверхприбыль ушел в федеральный бюджет, сейчас Путин тоже требует у бизнеса деньги на ракеты и снаряды для Минобороны. А беднейшим областям, которые еще и с долговыми инструментами работать не умеют, останется только жаловаться на трудные времена в декоративной верхней палате парламента.

Осужденного по делу об «оправдании терроризма» анархиста Азата Мифтахова подвергают пыткам после этапирования в колонию №18 «Полярная сова» в ЯНАО. Об этом рассказал сам политзаключенный.
Описание пыток. По словам Мифтахова, 21 апреля его отвели в здание администрации колонии и попытались заставить чистить унитаз. После отказа его связали скотчем и стали бить деревянным молотком по пяткам. Его также били в пах, по лицу и голове. Кроме того, ему угрожали изнасилованием и окунанием лица в канализационный люк.
После этого Мифтахова отвели на второй этаж здания, подключили провода к пальцам его ног и включили ток. Чтобы заглушить его крики, сотрудники ФСИН и заключенные включали музыку на полную громкость. После каждого отказа подчиниться администрации пытки током продолжались.
Кто причастен к пыткам. Мифтахов перечислил имена людей, которые участвовали в пытках: это сотрудники колонии Михаил Соболев и Алексей Викторович, оперативники Павел Киселев и Евгений, а также заключенные Буланов и Михаил.
Сейчас политзаключенного поместили в штрафной изолятор, по какой именно причине — не уточняется. Близкие просят предать эту информацию огласке.
За что судили Мифтахова. В 2021 году анархиста Азата Мифтахова приговорили к шести годам колонии общего режима по обвинению в хулиганстве — он разбил окно в офисе «Единой России» в Москве в 2018 году. На этапе следствия силовики применяли против него пытки током, а также угрожали засунуть шуруповерт в задний проход. Он пытался покончить с собой.
Анархист освободился в сентябре 2023 года, но его задержали на выходе из колонии. Против него возбудили новое уголовное дело об «оправдании терроризма». По версии следствия, Мифтахов во время просмотра телевизора с другими заключенными якобы одобрил поступок Михаила Жлобицкого, устроившего взрыв в архангельском ФСБ. Сам он свою вину отрицал.
В марте 2024 года Мифтахова приговорили к четырем годам колонии. В апреле этого года стало известно, что его этапировали в ИК-18 в поселке Харп в ЯНАО. В этом же поселке в ИК-3 убили Алексея Навального.

Телефонные мошенники работают далеко не только в России. Главные мошеннические центры существуют в странах Юго-Восточной Азии, прежде всего в Мьянме, Камбодже и соседних странах. Китайские компании строят там целые города, где появляются скам-фабрики, которые занимаются тем, что воруют деньги у граждан разных стран, предлагая им «разбогатеть» на вложении в криптовалюту. Работают в этих скам-центрах сотни тысяч людей. Многие из них оказываются там на положении рабов: у них забирают документы и не выпускают за пределы офиса. Другие едут в скам-центры добровольно, рассчитывая заработать: зарплата сотрудников, которые играют роль «менеджеров» в коммуникациях с жертвами, может доходить до 7000 долларов в месяц. В начале 2026 года правительство Камбоджи организовало серию рейдов на скам-центры, заявив о том, что полиция закрыла как минимум 200 из них. Российский посол в Мьянме сообщал, что оттуда освободили не менее 18 россиян. Впрочем, были и те, кто поехал на такую работу добровольно. Журналист Денис Казаков нашел россиянок и украинок, которые провели несколько месяцев в скам-центрах, пытаясь обманывать обычных американцев: там они пережили и конфликты с начальством, и сексуальные домогательства, и войну между Таиландом и Камбоджей, и полицейские рейды. «Новая газета Европа» публикует его репортаж.

Все сцены в этом материале восстановлены со слов героев; во многих случаях мы опирались на скриншоты сообщений, о которых идет речь. Имена героев материала изменены. Редакция «Новой газеты Европа» удостоверилась в том, что это реальные люди: мы проверили их соцсети, документы, видели их фотографии с места событий и скриншоты сообщений, которыми они обменивались между собой и с начальством.
В ноябре 2025 года Катя, 24-летняя украинка с длинными вьющимися русыми волосами, почти детским лицом и десятком татуировок, постучала в кабинет начальника. От волнения она без конца теребила прядь. «Тут моего бывшего молодого человека из парка в Бавете хотят перепродать, просят выкуп в 4000 долларов, — сказала она. — Поможете деньги перевести?»
К тому времени Катя уже почти месяц работала в скам-центре в деревне Чрей Тхум на юго-востоке Камбоджи — почти у самой вьетнамской границы. Этот центр был частью огромной системы, которую ООН описывает как сеть крупных мошеннических комплексов: снаружи они могут выглядеть как обычные офисные кампусы или закрытые жилые кварталы, а внутри обычно есть рабочие корпуса, столовые, общежития и дома начальства. По оценкам, приведенным в докладе, в этих комплексах живут более 300 тысяч человек, родом из 66 стран. Ежедневно они совершают мошеннические операции по всему миру, убеждая людей инвестировать в фейковую криптовалюту. По данным Amnesty International, большинство сотрудников таких центров сразу или в процессе работы теряют возможность уволиться и покинуть территорию, которая больше похожа на тюрьму, становятся жертвами торговли людьми и подвергаются пыткам.
Примерно это прямо сейчас происходило с Лешей — бывшим парнем Кати, который работал в скам-центре в сотне километров от Чрей Тхум. „
Если за него не заплатят выкуп, он вот-вот мог стать одним из тысяч бесправных рабов.
«Того самого бывшего?» — снисходительно улыбнувшись, спросил китаец с лицом, похожим на рыбу-каплю, и выбритой на голове пальмой. Пухлый, как его называла Катя, служил в их скам-центре так называемым малым боссом (little boss), то есть управлял повседневной жизнью компании, знал всё и всех, и поэтому к нему можно было обратиться. «Ага, дурак такой, вот локация. Дали четыре часа», — сев на кресло, Катя закурила и выразительно изобразила на лице вопрос пополам с печалью. Пухлый повелся. «Хе-хе, ладно, давай деньги», — согласился он.
Катя должна была со дня на день получить зарплату и убедила китайца отправить выкуп в счет будущей выручки. Ее телефон разрывался от Лешиных сообщений: «Меня скоро продадут в рабство». «Пиздец». «Всё страшно». На то чтобы договориться о переводе криптовалюты, у Пухлого ушел почти час. Потом он за свой счет вызвал такси. «Выходи», — написала Катя. Леша не ответил. Тогда она отправила сообщение водителю: «Ты забрал мальчика, не забрал?» Тот невнятно ответил: «Окей».
Скурив десяток сигарет, девушка решила сама позвонить начальнице Леши — оказалось, того заставили чистить телефон. Катя убедила женщину на другом конце довести парня до машины, повесила трубку и громко выматерилась — от облегчения и злости одновременно.
Но настоящее приключение было еще впереди.
Дорога в Камбоджу
Всё начиналось гораздо романтичнее. Катя познакомилась с Лешей в Тбилиси. Он из России, она из Украины. В 17 лет Катя пришла на кастинг моделей и получила приглашение на работу в Китае. За несколько лет съемок и показов она заработала на маленькую квартиру и открыла собственный игровой клуб в родном провинциальном городе. Параллельно пошла учиться на юриста заочно, а затем — в магистратуру по криминалистике. Потом началась война. В условиях постоянных отключений электричества бизнес приносил не очень много денег, и тогда Катя устроилась барменом: сначала в Харькове и Львове, потом в Киеве. Ей нравилось не только смешивать коктейли и разговаривать с посетителями, но и разбираться, как всё устроено на уровне химических процессов, — так она научилась делать пиво со вкусом круассана. Изнурительные смены помогали меньше думать о войне, но каждую неделю приходили новости о погибших знакомых, и Катя решила опять переезжать — на этот раз в Тбилиси.
Там она снова устроилась в бар. В июле 2024 года к ней зашел Леша, 19-летний парень с длинными темными волосами, цепью на шее и фенечками. У него не было ни образования, ни работы, но имелась обаятельная улыбка с ямочками на щеках и «шебутная» энергия, которая цепляла Катю: он постоянно шутил, спонтанно предлагал авантюры и легко знакомился с людьми. Маме не нравилось, что дочь водится с русскими, но так уж складывалось в стране, куда переехали тысячи людей, бежавших от путинского режима.
Леша устроился в соседний бар. Он работал до полуночи, Катя — до одиннадцати, потом она заходила к нему, пока тот закрывал смену. Они болтали, пили придуманные им коктейли, вроде абсента с водкой и швеппсом, целовались и ехали искать приключений в городе, пока еще казавшемся свободным.
К сентябрю 2025 года всё больше знакомых начали уезжать из Грузии: пророссийская «Грузинская мечта» окончательно подмяла под себя власть, люди опасались, что ограничений будет становиться всё больше. По городу то и дело останавливали людей и обыскивали на наркотики, а в карманах Леши часто что-то лежало. В бар, где он работал, заглядывали грузинские бандиты для разъяснительных бесед: Леша пытался провернуть с ними какую-то сделку и остался должен. Катю начинала раздражать его инфантильность, они вечно ссорились, и в отношениях наступило похмелье. К тому же выручка ее бара падала, а вместе с ней и зарплата. Ей страшно хотелось собрать чемодан и улететь куда угодно.
Тогда коллеги предложили Кате «не совсем легальную» высокооплачиваемую офисную работу.
— Ну, я понимала, что это какой-то вид мошенничества, но деталей не знала, — рассказывает она.
Ей сразу дали понять, что возможности уехать раньше, чем через полгода, не будет, иначе коллег оштрафуют. А через неделю сообщили, что Катя полетит в Камбоджу. И вот тогда ей стало не по себе. Возвращение в Азию не входило в планы Кати, но она решила не рубить с плеча и попросила хотя бы сообщить точное место, куда ей предстоит ехать. Ей дали название на китайском.
— Если ты ищешь какую-то информацию по китайскому названию, ее нет, — вспоминает Катя. „
— Но [в интернете] была информация о скам-конгломерате. И там, конечно, очень страшные штуки, тебе сразу же скажут и о рабстве, и об избиениях, и о продаже органов.
Я очень долго думала, стоит ли мне туда ехать. В рабство не хотелось. Но всё равно в последний момент будто сама себе пообещала: если я уже на это согласилась — значит, надо ехать. В крайнем случае как-нибудь да выберусь.
Система, в которую ее затягивали, выросла из сети китайских казино. Как пишет издание ProPublica, когда в 2014 году Китай ужесточил регулирование казино в Макао, азиатском Лас-Вегасе, игровые магнаты массово переместились в Камбоджу, Лаос и Мьянму, подписав с местными правительствами договоры об открытии специальных экономических зон. Казино, расположенные вдоль границ Таиланда, Китая и Вьетнама, должны были привлекать туристов из стран, где азартные игры запрещены. Согласно докладу Управления ООН по наркотикам и преступности от 2023 года, бизнесмены обзавелись тесными связями с правительствами и наладили систему по отмыванию денег через структуры игорного бизнеса. Во время пандемии коронавируса поток туристов иссяк — и владельцы казино сделали ставку на кибермошенничество, на схему, которую вскоре начали называть «разделкой свиньи».
Внутри эта индустрия устроена как конвейер. Как рассказывал The New York Times бывший бухгалтер одного из конгломератов, мошенники знакомятся с жертвой через соцсети или сайты знакомств, неделями выстраивают доверие, а потом втягивают в инвестиционную схему с поддельным приложением для торговли криптовалютой. В 2024 году Google подал иск против разработчиков, связанных, по версии компании, с десятками фейковых приложений, — например, TionRT и SkypeWallet. Чтобы выдать эти сервисы за легитимные, мошенники использовали фальшивые видео на YouTube и пресс-релизы. Обычно пользователям позволяли вывести небольшую сумму, чтобы убедить их в надежности схемы, — при попытке забрать больше денег система начинала выдавать ошибки.
Обнаружив эффективность модели, группа китайских бизнесменов переделала значительную часть казино под офисы и общежития для работников мошеннической схемы. Затем, согласно ООН, началось массовое строительство жилых комплексов — сначала близ казино в специальных экономических зонах Камбоджи, Мьянмы и Лаоса, где регулирование бизнеса ослаблено, а после и на остальных территориях этих стран. Эксперты описывают эти комплексы их как самодостаточные города с многоуровневой системой охраны.
Для проведения операций требовались тысячи работников — по данным ООН, многих заманивали обычными рабочими вакансиями. Герой материала Wired из Индии рассказывал, что его позвали на должность IT-менеджера в Лаосе, а там забрали паспорт, увезли в скам-центр и больше не выпускали с территории комплекса: он работал по 15 часов в день, переписываясь с жертвами. „
На словах работников мотивировали процентом с украденных денег, создавая иллюзию возможности разбогатеть; в реальности людей штрафовали и держали в долгах, а за попытки сбежать жестоко избивали.
Часто сами работники зовут в скам-центры своих знакомых, чтобы расплатиться с долгом за счет комиссий за приглашение новых сотрудников. Вьетнамка Ле Нгок Оань рассказала The Times, как, когда ей было 15 лет, друг убедил ее поехать в Камбоджу, рассказав, что нашел там высокооплачиваемую работу; в скам-центре она попала в трудовое рабство. В недавнем отчете Управления ООН по правам человека говорится, что три четверти опрошенных жертв, вынужденно работавших в скам-центрах, сообщили, что узнали о работе через доверенный источник: вакансии отправляли друзья, бывшие коллеги и даже члены семьи.
Катя вышла из аэропорта Пномпеня и «почувствовала запах Азии» — тот, что навсегда ей запомнился по работе в Китае. Ей прислали фотографию точки, где она должна была ждать. Там ее встретили офицеры и под ручку провели через погранконтроль (о том, что сотрудники погранслужбы отдельно проводят работников скам-центров, также сообщали респонденты ООН). Кате говорили, что офис будет в городе, но микроавтобус, в который ее посадили, ехал всё дальше от столицы — деревни вдоль дороги становились всё темнее, а дома всё больше походили на бараки. В конце концов они приехали в Чрей Тхум (китайцы называют это место Кайтонг). Девушка спрыгнула из микроавтобуса, огляделась.
— Всё там в насекомых, какие-то куски мяса висят на крюках, люди очень подозрительные ходят, всё очень грязное, — вспоминает она свои первые впечатления. — Нет зданий, кроме барачных построек, и темнота. Думала, я расплачусь. Сидела и понимала, что всё, ну как бы момент упущен. Денег на обратный билет у меня нет, и придется как-то здесь выживать. Обратно я не вернусь.
Как заработать на психологические курсы
Ее высадили у китайского отеля, куда Катю заселил работодатель. В комнате были кровать, стол, стул, маленький холодильник и окно, которое открывалось в коридор. Лампы светили холодным светом, напоминавшим складское помещение.
Той же ночью Катю попросили приехать в комплекс в 15 минутах от деревни. Ее встретил будущий начальник, провел через вооруженную охрану, завел в маленький офис и дал договор:
— Это была распечатка с какими-то условностями, правилами, штрафами и очень размытыми понятиями. Ее можно выбросить и забыть. Все договоры никакой силы не имеют абсолютно.
— Нет подписи компании, нет печати, но ты должна подписать и иногда отпечаток пальца поставить, — уточняет Саша, подруга Кати, тоже работавшая скам-центре.
Потом ее сфотографировали для профиля в приложении и отпустили.
Коллеги из Тбилиси встретили Катю по-дружески: накурили и повезли в ресторан, уверяя, что работа легкая. Катя устроилась работать «моделью» — ей предстояло созваниваться по видео с жертвами, которые уже заинтересовались инвестициями, и под видом менеджера из Калифорнии рассказывать о возможностях заработка. Остальную переписку вели «тайперы» — в основном китайцы, а Катя должна была служить лицом компании и развеивать подозрения. (Такое распределение обязанностей совпадает со схемой, описанной ABC News.) Коллеги успокоили ее: белых не похищают, и вообще она здесь самая привилегированная.
— Я ехала на тук-туке (мотороллер с крытым прицепом-повозкой, где размещаются пассажиры. — Прим. ред.) в полном восторге от того, что накуренной первый раз еду на тук-туке.
Катя расслабилась: казалось, всё не так уж плохо.
Вскоре она познакомилась в отеле с Сашей, моделью из соседнего офиса. Та заболела, и Катя принесла ей в номер ибупрофен. 28-летняя Саша оказалась тихой, спокойной, говорящей почти шепотом девушкой родом с Дальнего Востока. Из России она уехала после начала полномасштабного вторжения в Украину по идейным соображениям: сначала в Малайзию и Японию, где работала хостес, затем — в Таиланд, а потом и в Камбоджу.
Впервые Сашу позвала на работу в скам-центр знакомая хостес в 2023 году — предложила зарплату в 4000 долларов, но Саша отказалась, не хотелось заниматься мошенничеством. Спустя год она осталась без работы, и теперь ей предложили 5000 в месяц. Через неделю она была в Камбодже. Первая компания кинула ее спустя два с половиной месяца работы: во время выходного, который Саша проводила в столице, из офиса все уехали, а ее саму удалили из чатов, не выплатив половину обещанного, 7000 долларов.
В Камбодже Саша рассчитывала заработать на обучение — хотела стать интегративным психологом-консультантом, — но успела купить только ноутбук, так что решила продолжать дальше. Следующие несколько месяцев Саша проработала в Сиануквиле — этот прибрежный городок, где в 2010-х любили отдыхать россияне, после 2017 года превратился в игорный анклав. Саша жила на съемной квартире и ходила на работу в офис в китайском квартале — городском районе, который, по словам девушки, полностью контролировала мафия. Зайти туда мог кто угодно, но на входе в каждое здание стоял контрольно-пропускной пункт. Дела у компании шли не очень хорошо, и Саше нужно было отвечать всего на несколько звонков в день, в остальное время она играла в судоку. Четыре месяца пролетели быстро. „
— Когда появляется свобода, ты теряешься и не знаешь, что с ней делать,
— рассказывает Саша.
Первое время после окончания контракта она путешествовала и не оставляла себе времени, чтобы задуматься, что с ней происходило. А когда это всё-таки случилось, стало тяжело:
— Осадок остается. Ну, типа, по факту это преступление. Очень крупное преступление.
Она улетела работать уборщицей в Южной Корее и начала учиться на курсе по психологии, который всё-таки удалось оплатить.
В сентябре 2025 года Саша жила с подругой во Вьетнаме, у обеих не было работы. Та предложила ехать в скам-центры вместе. Саша стала показывать видео на YouTube про рабство в Камбодже, но подруга не испугалась. «Всё-таки, что ни говори, таких денег нигде не заработаешь», — объясняет Саша свое решение вернуться в скам. Так она оказалась в Чрей Тхуме.
Человек в экране
Еще недавно маленькая деревня Чрей Тхум, где список достопримечательностей исчерпывался рынком, приграничным КПП и статуей корабля, благодаря скам-конгломерату превратилась в городок, где сельские улицы соседствовали с современными зданиями. Первым появилось казино. Затем отстроили квартал китайских ресторанов, китайский супермаркет, два бассейна и отели. В них останавливались редкие игроки и сотрудники скам-центров — те, кто имел право выходить наружу.
Вокруг располагалось как минимум пять скам-центров — каждый представляет собой микрорайон с жилыми зданиями, офисами и почти тюремной системой охраны. В каждом парке, как их здесь называют, находятся по несколько компаний, и у каждой из них по несколько команд.
Команда состоит из нескольких каст. Тайперы общаются с жертвами мошенничества через переписку, это самая многочисленная категория сотрудников. Чаще всего тайперами работают китайцы, но бывают филиппинцы, вьетнамцы, индусы, кенийцы и граждане других не самых обеспеченных стран. Многие не знают английского и ведут всю работу через ChatGPT. В среднем они получают по 700 долларов в месяц, но зачастую лишаются документов и возможности покинуть скам-центры, попадая в трудовое рабство.
Операторы колл-центров созваниваются с клиентами по аудио. На эти должности часто нанимают людей из стран, на которые нацелена мошенническая схема. Они зарабатывают по 1500–2000 долларов в месяц, но иногда также лишаются свободы. Следом в иерархии идут модели — они уже занимаются видеозвонками, притворяясь менеджером компании и добиваясь доверия клиентов. Для крупнейшего американского рынка на эту должность чаще всего нанимают молодых девушек из постсоветских стран или из Турции. Они зарабатывают по 5000–7000 долларов, крайне редко оказываются на работе против своей воли и, по данным Humanity Research Consultancy, могут выдвигать требования, недоступные другим работникам.
Дальше идут тимлидеры — переводчики, которые говорят на китайском и языке операторов: они курируют всю команду, зарабатывая до 10000 долларов в месяц. Управляют компаниями маленькие боссы — чаще всего это китайцы; они подчиняются вышестоящим начальникам, о которых почти ничего неизвестно.
— Там много связанных с криминалом, просто агрессивных и психически нестабильных людей, — рассказывает Катя. — Я иногда одевалась чуть более откровенно, и они дико пялились, как-то могли прокомментировать. „
Они дрались между собой, очень много пили, особенно в выходные. Насколько я знаю и видела, большинство тайперов не могли покидать парк, некоторые из-за этого сходили с ума.
На территории было три столовых, маленький спортзал, баскетбольная площадка, на которую Катю с Сашей почему-то не пускали, помещение, в котором располагались одновременно массажный салон с борделем и аптека, а также два магазина с ценами в три-пять раз выше рыночных. Все товары в него завозились из Китая, даже фрукты, хотя такие же росли вокруг, — например, яблоко стоило пять долларов. Расплачиваться можно было только специальной карточкой — ее выдавал босс, он же вносил на счет деньги. На улице жили две собаки, французский бульдог и лабрадор, Катя с ними подружилась. Такая же инфраструктура упоминается в отчетах ООН — впрочем, иногда в скам-центрах еще бывает караоке-бар с наркотиками.
Катя и Саша приехали работать моделями с зарплатой в 7000 долларов. Они трудились по 11 часов, по ночам, когда в США день (это совпадает с данными вакансий, которые проанализировало издание Wired). Жили девушки вне парка: чтобы попасть внутрь, нужно было дождаться, когда тимлидер пришлет охраннику фотографии ног или одежды девушек, чтобы подтвердить их личность, — никто посторонний внутрь комплекса зайти не мог. Паспорта у них забрали, пообещав выдавать по воскресеньям — в единственный выходной. В такие дни появлялся шанс съездить в столицу, где документы могли потребовать на проверках или в гостинице.
— Никто вообще не объяснял, что тебе нужно делать, — вспоминает Катя свои первые дни на работе, когда ее для разминки поставили оператором. — Просто говорят: иди послушай, как другие разговаривают. Я сидела с девчонкой целую смену, слушала и поэтому чувствовала себя уверенно. Никаких там сложных вещей на первых порах нет, когда ты делаешь холодные звонки по телефону, без видео, без каких-то личных вещей, просто одно и то же повторяешь людям, как рекламу по телефону.
Катя предлагала не просто инвестировать в криптовалюту, но делать это с помощью Astralis AI — якобы искусственного интеллекта, встроенного в трейдинговое приложение. Она убеждала жертв, что ИИ мониторит скачки цен и помогает торговать, а компании необходимо обучить программу на примере реальных пользователей, которым поэтому дается бесплатный доступ.
— Я спокойно относилась к посыланиям нахуй, бросаниям трубок, крикам, — вспоминает Катя. — Но был мужчина… Он разговаривал абсолютно нормально, отвечал на вопросы. Потом начал как будто задыхаться и плакать в истерике. „
Я до конца не понимала, он издевается или у него какие-то проблемы. Потом он резко начал разговаривать опять нормальным голосом. Потом имитировать детский голос. Потом кричать мне в трубку. Я сбросила, очень долго лежала головой на стол.
Расплакалась. Такой психологический хоррор по телефону на три минуты.
Помимо собственно звонков, о каждом приходилось писать отчет: здесь не взяли трубку, здесь оставили сообщение на голосовой почте, ну или вот — абонент кричит и плачет.
— После тысячного звонка у меня всё уже плыло и дико болели глаза, — рассказывает девушка. — Я потом спать ложилась, и в голове гудел телефон.
Но всё это было только подготовкой к видеозвонкам через WhatsApp, для которых наняли Катю. Некоторые компании используют ИИ, который подставляет другое лицо (этот тренд отмечал Wired). В одной из компаний так работала Саша: ей заводили профили в Tinder с фотографиями случайных девушек, она начинала переписку с клиентами и, входя в их доверие, рассказывала, что трейдинговое приложение ей посоветовал папа, а теперь она путешествует и живет роскошной жизнью. ИИ работал плохо: нельзя было крутить головой, иначе маска слетала.
Кате предстояло созваниваться без всяких масок — со своим настоящим лицом.
«Всё будет так же, как и по телефону, тебе нужно две минуты продержаться, и всё», — убеждала она себя. Но один из ее собеседников стал задавать много уточняющих вопросов: откуда она, какой университет заканчивала, в каком городе находится, какая у нее погода и точное время сейчас. «Покажи комнату», — говорил, улыбаясь, мужчина.
Катя окинула взглядом каморку размером два на два метра с маленьким окошком в двери. «Вот мой блокнот лежит, вот у меня ручка здесь есть, вот у меня ноутбук подальше стоит, его не видно», — суетливо пробормотала Катя, показывая ноги и кусок стола. «Показывай больше. Я же знаю, мы же с тобой оба всё понимаем».
Катя сбросила звонок, закрыла лицо трясущимися руками и пошла объяснять ситуацию тимлидеру. В голове у нее крутился вопрос, сколько скриншотов с ее лицом мог сделать мужчина, — ведь она единственная, чью личность он теоретически может раскрыть.
Саша тоже оказалась в подобной ситуации. Клиент поехал в банк, где ему сказали, что это мошенники, и срочно потребовал видеозвонок.
«Ты мошенница!» — злобно кричал он, созваниваясь за рулем. «У нас есть вся документация, мы всё пришлем, — спокойно отвечала Саша. — Можете нас погуглить, сайт посмотреть». «А покажи, что у тебя вокруг», — он использует главный инструмент, рекомендуемый специалистамии по кибермошенничеству: почти все модели звонят из маленьких комнат без окон. «Простите, плохо слышно, что-то со связью», — сказала Саша, сделав вид, будто картинка зависла.
Впрочем, большинство клиентов не подозревали подвоха. Саша рассказывает, что в одном из проектов они писали конспекты от руки, якобы с урока по трейдингу, и публиковали в фейковых общих чатах клиентов: жертве казалось, что вместе с ней перспективы заработка обсуждают другие живые люди, на самом деле, все они были скаммерами. Иногда жертвам звонили другие работники скам-центра под видом довольных клиентов и делились советами — чаще всего вредными. Но главным стимулом служило отчаяние: самыми успешными кейсами становились люди в уязвимом положении.
— По человеку видно, что он необеспеченный, у него было что-то вроде 100 долларов, которые он мог вложить, — вспоминает Саша одного из клиентов. — Он очень много рассказывал о своей жизни. У него был рак. Показывал, где ему что-то вырезают, там были маркером нарисованы крестики у него на теле. Видно, что дом у него тоже не самый крутой. Он такой: «Вот у меня друг недавно вложился, разбогател, и классно, если я тоже так смогу». [Тайперы] убеждали таких людей взять кредит, одолжить, заложить дом — они всегда найдут способ манипуляциями как-то показать, что, если ты больше вложишь, больше получишь.
Если человек хотел вывести деньги, ему говорили, что нужно заплатить комиссию, и для вывода средств необходимо положить еще больше (эту уловку также упоминали журналисты ProPublica). Накопления «росли», и людей убеждали продолжать. Каждый подобный проект существует полгода, потом всё исчезает.
В конце октября 2025-го Леша поехал на визаран в Армению, и его не пустили назад в Грузию. В России ему якобы пришла повестка, и кто-то убедил его, что с ней из Армении его могут депортировать в Россию. Тогда Катя скинула ему вакансию: работать тайпером, за тысячу долларов плюс процент со сделок, в одной из немногих компаний, нацеленных на российский рынок. Она быстро поняла, что ничего хорошего из этого не выйдет, удалила сообщение, но было поздно. Леша решил лететь в Камбоджу.
«Ты идиот? — негодовала Катя. — Тебя там в рабство заберут, тайпером быть не то же самое, что моделью. Не надо, Леша, это хуйня!» „
Он был уверен, что там не будет хуже, чем в России, и согласился на работу. Ему купили билет на самолет и привезли в Бавет, город на границе с Вьетнамом. Там Леша оказался в парке, из которого его больше не выпускали.
Испорченная жизнь
Постепенно рабочая комнатка будто становились теснее.
— Иногда казалось, что вот меня вот-вот найдут, — нервно покручивая кольцо на пальце, говорит Катя. — У нас в компании были ситуации, где один из клиентов коллеги сказал ей: ой, а ты же из вот этого города, я там тоже был. А это ее родной город, он по фотке отследил.
Катя закрыла все соцсети, даже попросила маму удалить фото со страницы в «Одноклассниках». Обсуждения мошеннических компаний часто всплывали на Reddit, и она постоянно искала там себя.
Однажды Катя увидела, что в чате тайперы флиртовали с клиентом: несмотря на то что разговор шел якобы с менеджером компании, ради того, чтобы вовлечь жертву, общение то и дело переходило в неформальный регистр. В принципе, Катя к такому привыкла: сами клиенты иногда отвечали на ее звонки голыми, мастурбировали за кадром и присылали дикпики — у девушки это вызывало отвращение, но не более. Однако в этот раз тайперы отправили ее фотографию, на которой были видны татуировки.
— А по ней можно определить человека очень легко, и ты не ошибешься, — объясняет Катя. — Это повторялось несколько раз. Я писала тимлидеру, ругалась, кричала. Тимлидер сказал, что очень сильно накажет тайпера. Больше я его не видела. Надеюсь, он жив.
За время работы Кати тимлидеров сменилось несколько, но ее любимчиком был Мухаммад — 24-летний парень из Узбекистана, который раньше работал моделью. Кате он казался «похожим на мишку плюшевого, но с избытком тестостерона». Однажды Мухаммад пожаловался ей, что хочет «помутузиться», но в спортзале слишком плохо пахнет. Катя в шутку ответила, что занималась тайским боксом. С тех пор он иногда звал ее, чтобы она ударила его пару раз в плечо или в грудь. Катя смеялась, но, глядя на висящие вокруг камеры, думала, как же странно это выглядит.
Дела у Леши в это время шли хуже. Он рассказывал, что работы пока нет и они проводят ресерч во «ВКонтакте». Кормили всё хуже, но обещали русского повара. Катя догадывалась, что повара не будет, жила в «аду из страха, паники и злости» и в конце концов попросила парня вообще ничего не рассказывать о работе. А потом он пропал.
Катя постоянно проверяла телефон. Встречалась с Сашей и другими друзьями на перекуре с кофе, тогда чуть расслаблялась, но, как только она возвращалась в свой кабинет, ее начинало трясти, словно сломанную стиральную машину. Она плакала, ходила по темной деревне, пила сироп от аллергии, чтобы уснуть, но спать больше четырех часов не удавалось.
Леша объявился спустя два дня. Оказалось, что у него не было интернета и он просто спал. Катя злилась, что парень ее не слушал, не слушает и может уже никогда не услышать, — и решила разорвать отношения.
На работе она чувствовала себя всё хуже. Переносить долгие ночные смены, конфликты с клиентами и руководством, а также ежедневный страх разоблачения оказалось куда тяжелее, чем это выглядело поначалу. Каждый день в коридоре встречались рыдающие коллеги.
— Мы идем на перерыве встретиться, и уже по походке видишь, что ну пиздец произошел, — рассказывает Саша. „
— Одна девочка не выдержала этого напряжения, она очень чувствительная, рыдала на работе взахлеб, ее трясло, никто не мог успокоить, — вспоминает Катя. — Я купила ей билет, она собрала вещи и убежала.
Другая коллега перевозила вещи в Пномпень каждое воскресенье. Когда вещи закончились, забрала паспорт и переехала сама. Это решение стоило ей половины месячной зарплаты: деньги выдают 15-го числа за предыдущий месяц, для моделей уже отработанный срок служил главной мотивацией оставаться. После побегов Мухаммад стал просить залог в четыре тысячи долларов, чтобы забрать документы; Катя и подруги скандалили и отказывались.
Почти каждый выходной они отправлялись в Пномпень, чтобы «навести суеты» на барной улице. По воспоминаниям Кати, это место, где встречаются европейские туристы, китайская мафия и дагестанцы, бежавшие от призыва в армию, как будто сошло со страниц романов Хантера Томпсона. Они покупали бутылку паленого Jägermeister за одиннадцать долларов, дули шары с веселящим газом и заказывали кокаин или грибы у одного из десятка дилеров. Катя вставала на барные стойки и за них — разливала алкоголь, оказываясь в собственной стихии, и забывала на мгновение о том, куда ей предстоит вернуться на следующий день.
Несмотря на расставание, она поддерживала связь с Лешей. Шел ноябрь, он рассказывал, что их не выпустят до Нового года. Стали много штрафовать, чтобы не выплачивать зарплату. «Меня наебал этот Марк», — писал Леша, поняв, что агент привел его в ловушку. «Я миллион раз тебе написала, что тут происходит с тайперами», — отвечала Катя. «Если бы была тема, как он говорил, то я бы уже зарабатывал, — рассуждал Леша. — Я, нахуй, убить себя всё это время пытаюсь. Я испортил всю свою ебаную жизнь окончательно».
Катя убеждала его искать возможности выйти в город, предлагала узнать, за какую сумму его могут отпустить, убедить босса выкупить его в свою компанию — и помочь сбежать. Но Леша был против, он боялся, что за помощь в побеге накажут Катю, а любые суммы, которые ему назовут, кратно увеличатся в момент сделки. По данным ООН, стоимость людей при перепродаже между скам-центрами сильно варьируется: возможны суммы от 3 до 100 тысяч долларов.
Вероятно, руководители компании Леши посчитали, что проект провалился: зарплаты сотрудникам не выплатили, а заработать решили на том, чтобы передать другим уже ненужных русскоязычных тайперов — что-то вроде распродажи после закрытия бизнеса. Вскоре всей команде Леши объявили, что, если они не заплатят в течение четырех часов, их перепродадут в другой скам-центр. В панике он стал писать Кате. На их счастье, Леша стоил относительно дешево, всего 4000, — и Катя выкупила его сама, в долг, чтобы только был свободен.
— Я очень на него злилась, — вспоминает Катя свои чувства. — Мне было очень страшно за него. За время, что мы не виделись, я очень скучала. Это всё смешалось. В моменте хочется его очень обнять. А в следующем моменте ударить. А потом просто выгнать из дома и никогда больше его не видеть.
Через пару дней наступал выходной, и вместе с Лешей и коллегами они поехали в Пномпень. В ресторане он заказал кучу водки за счет Кати, они напились. Коллеги посчитали, что Леша слишком резок и неуважителен по отношению к Кате, и совсем его не приняли; девушка пыталась выступать медиатором. Вечер не сложился. «Давай его перепродадим? — как бы в шутку предложил босс. — Тысяч за шесть можно, поделим».
Спустя неделю Леша собрал вещи и улетел в Россию. По данным «Новой-Европа», весной 2026 года он оказался в психиатрической больнице на Дальнем Востоке.
Война
7 декабря 2025 года на камбоджийско-тайской границе возобновился военный конфликт. Граница между странами была проведена в 1962 году решением Международного суда, которое Таиланд с тех пор оспаривает, заявляя свои права на индуистский храм Прэахвихеа. В июне 2025-го стороны нарастили военное присутствие в приграничных районах и обвинили друг друга в пересечении линии разграничения, что привело к эскалации и артиллерийским обстрелам в июле. Спустя две недели бои прекратились при посредничестве США, но уже в ноябре Таиланд обвинил Камбоджу в установке новых мин, что привело к очередному витку столкновений.
По словам Кати, у отеля стали устраивать похороны военных — в деревне погибли несколько человек, но каждого жители оплакивали по много дней.
— Они натягивали шатры прямо под домом и ставили громкоговоритель на столбе, — вспоминает Катя. — А я жила на втором этаже, как раз он был напротив моего окна. И начиналась их местная похоронная музыка, которая очень весело, но при этом страшно звучала, как будто это какие-то клоуны-маньяки.
Накрывали фуршет, на который собиралась вся деревня, произносили проповеди. Поскольку смены девушек были ночными, они спали днем и больше не могли этого делать: заглушить музыку не получалось ни берушами, ни наушниками.
— Как-то мы стоим и чувствуем странный запах, а перед этим был дым после похорон, и мы понимаем: кремация, — Катя наклоняется и широко открывает глаза. — Дышим дедом. Смешно, а потом думаешь, блядь, а что происходит вообще? И нам сказали: пока не закончится война, эти похороны не закончатся. А война, вот по нашему опыту, может длиться очень долго.
Война длилась три недели. В это время подруга Саши, Карина, находилась в скам-центре рядом с поселком Осмач, прямо на камбоджийско-тайской границе. У нее был замечательный день, к ней в гости приехала подруга, Нина, повидаться со своим парнем Костей. Нина раньше тоже работала моделью в этом парке, а после конца контракта позвала Карину на замену. „
Втроем они были единственными европейцами на весь скам-центр. Когда стали появляться новости о ракетных ударах, тимлидер Карины сказал ей идти спать.
— Кое-как я там заснула, и вдруг просыпаюсь от очень сильного звука, — вспоминает девушка. — Попал снаряд в соседнюю комнату, выбило стекла.
Карина быстро натянула первую попавшуюся одежду и побежала вниз к тимлидеру, под летящими осколками. Она ворвалась в кабинет Коротышки, как она его называла, а тот, спокойно попивая чай, сказал ей, что всё в порядке.
Карина решила собирать вещи, хотя подниматься назад на седьмой этаж отеля было страшно: навстречу шел плотный поток таких же бегущих людей, из соседнего здания вырывались клубы дыма. Всё-таки попав в комнату, она сложила в сумку айпад, зарядку, пару футболок и штаны; дорогим сердцу феном Dyson было решено пренебречь. Раздались еще несколько взрывов: бах, бах, бах! Карина села на пол: спускаться было страшно, оставаться — еще страшнее.
— Я слышу, где-то опять прилетел снаряд, — вспоминает она. — И думаю: вот в этот период, когда тишина, надо бежать. Быстро-быстро побежала вниз, опять слышу: прилетело куда-то, я опять села в [позу] щуку. Кое-как добежала вниз до этого боссика, а его уже нет.
Карина выбежала в столовую, полную китайских тайперов. Они смотрели на нее грустно, почти отчаянно. Там она увидела Костю: он взял ее под руку и вывел на улицу, пока продолжались взрывы. Бухгалтеру тоже позволили уехать, и Костя договорился с ним, чтобы он взял девушек с собой.
— Я оборачиваюсь и вижу очень много китайцев, которые не могут уйти оттуда, — вспоминает Карина, ее голос дрожит. — Они не могут сбежать. То есть их никто не отпустит. Я могу хотя бы уехать, а они этого сделать не могут. И мне их так жалко стало.
Как рассказывает Карина, вооруженные охранники стреляли по ногам тайперов, чтобы те не пытались двигаться к воротам. Кхмеров, местный обслуживающий персонал, выпускали: они уезжали на байках с чемоданами. Костя вывел Карину за ворота, они сели в машину бухгалтера — тот втопил педаль газа в пол, и они умчались. Всю дорогу девушки плакали.
Во время декабрьского конфликта Таиланд прицельно атаковал пять скам-центров на территории Камбоджи и оккупировал Осмач вместе с парком, в котором работала Карина. Она рассказывает, что китайских работников отпустили в последний момент: на видео из китайских телеграм-каналов видно, что они бежали по дорогам с чемоданами — а Коротышка, по словам Карины, был озабочен лишь вывозом оборудования на двести тысяч долларов.
Рабы
Истории рабства, о которых рассказывают мировые медиа и отчеты правозащитных организаций, почти всегда относятся к тайперам — модели европейской внешности находятся в привилегированном положении и чаще всего свободны. В СМИ появлялись истории россиянок, попавших в скам-центры Мьянмы и заявлявших о рабстве, но собеседники «Новой-Европа» говорят, что не верят этим людям. Настоящая же трагедия разворачивается среди граждан Китая, южноазиатских и африканских стран.
В 2025 году агентство Reuters рассказало историю тайца, который в 17 лет опубликовал пост о поиске работы. Его пригласили в компанию в Бангкоке, после чего сказали ехать на границу с Камбоджей. Оттуда его насильно переправили через границу, отобрали документы и заставили вымогать деньги у тайских женщин. Вместе с ним работали подростки от 13 лет. Через неделю его продали в комплекс на границе с Вьетнамом. Там он разбил окно и выпрыгнул с высоты нескольких этажей — это был единственный способ сбежать, поскольку все выходы строго охранялись.
Попытки побега караются пытками, а иногда — убийством. Так, в августе 2025 года гражданина Южной Кореи замучили до смерти на территории комплекса в камбоджийской провинции Кампот. В сентябре 2025 года суд Китая признал членов мошеннической группировки из мьянманской самоуправляемой территории Коканг виновными в убийстве десяти человек, которые не подчинялись указаниям тимлидеров или пытались бежать из скам-центра.
— Я выходила на улицу, и чьи-то тайперы ходили утиным шагом, как когда ты вприсядку ходишь, — рассказывает Саша, показывая неуклюжую позу с уроков физкультуры. — Потом очень долго стояли, потом отжимались, бегали, приседали, но явно это не разминка-минутка была, а какое-то наказание. У меня был главный менеджер, и девушка его была тимлидером. Она очень жестко на них орала. В какой-то из дней я пришла, и у нее в руках электрошокер такой, на длинной палочке. „
«Если они не выполняют свои обязательства, их наказывают — бьют током. Я видела шрамы»,
— рассказывала The Times Хуонг Кунг, массажистка, владеющая студией на территории скам-центра на камбоджийско-вьетнамской границе. В докладе ООН от 2026 года отмечается, что на утренних собраниях команды с низкими показателями подвергаются публичным наказаниям: кроме электрошокеров и физической нагрузки это могут быть бочки с водой, в которые людей сажают на часы, избиения ПВХ-трубами и темные комнаты, где не достигший KPI работник может проводить целые дни. Респонденты ООН также сообщали о рабочих сменах вплоть до 19 часов, трехнедельных принудительных голодовках и изнасилованиях. Кроме того, забрав паспорта, начальники не продлевали визы сотрудников и убеждали, что в случае побега их ждет уголовная или иммиграционная ответственность. Все люди, с которыми общались исследователи ООН, заявили, что им недоплачивали и денег хватало лишь на базовые нужды, в то время как, например, таблетка обезболивающего стоила 50 долларов.
К Саше девушка босса, китаянка с на редкость светлыми волосами и веснушками, относилась иначе. Говорила, что они девушки и должны держаться вместе, предлагала заказать кроссовки, которые понравились Саше. А потом стала просить снимать видео, где Саша должна была показывать клиентам свою жизнь в офисе — и декольте. Подобные просьбы не укладывались ни в логику работы, ни в рабочие обязанности Саши. Когда она возмущалась, тимлидер приходила к ней с йогуртом или конфетками. Но когда ее парень, главный босс, настоял, чтобы Саша ответила на звонок во время перерыва, а та закричала «сюси», что на китайском означает «отдых», начался скандал. Ей сказали уходить без зарплаты, и Саше пришлось извиняться.
В канун Нового года война закончилась. Было что праздновать, но китайские боссы не хотели давать выходной. Катя возмущалась: «Ребята, вот представьте, вам в китайский Новый год звонят и пытаются заскамить». Мухаммад стал отстаивать право на праздник — он часто пытался вступиться за моделей, вскоре его за это уволили. С боссами сошлись на выходном 1 января, но новогодняя ночь оказалась рабочей.
В выходной коллеги закупились продуктами в Пномпене, и Катя радостно нарезала салаты: оливье, мимозу и крабовый. Еще был пакет мандаринов, куда без них. С дарами она ближе к полуночи пошла по соседним офисам — у коллег тоже были нарезки и салаты. Саша убедила тимлидера отпустить ее на 20 минут, подхватила вторую модель из своего офиса, и вместе они побежали встречать полночь. Катя налила шампанского, Саша — детское, чокнулись. Катя загадала, чтобы контракт поскорее закончился, Саша — хотеть жить. Обменялись подарками и вернулись на рабочие места. Но праздник продолжался: они наливали тайперам, заходившим в кабинет, к ним присоединился тимлидер. В итоге в три часа ночи всех отпустили, а потом Катя с подругами решили еще и поехать в Пномпень. Впрочем, по дороге всех накрыло похмелье, и они провели день, валяясь по отелям.
— Знаешь вот это чувство, когда наступает Новый год и ты думаешь, что всё худшее позади? — Катя улыбается. — Так вот, я была уверена, что пиздец впереди.
Отчаяние
К концу 2025 года международное давление на правительство Камбоджи усилилось. Власти США и Великобритании, граждане которых потеряли миллиарды долларов в результате мошенничества, ввели санкции против 146 лиц, связанных с Prince Holding Group — компанией китайско-камбоджийского бизнесмена Чэн Чжи, которого власти США называют ключевым организатором работы скам-центров в Камбодже. Кроме того, под санкции попала компания Huione Group, которая обеспечивала платежную систему для скам-центров: например, они держали крупнейший в мире «черный» маркетплейс Huione Guarantee, где мошенники могли покупать что угодно, от фейковых аккаунтов до похищенных людей. Против глав компаний возбудили уголовные дела в Китае, и Пекин — главный инвестор в экономику Камбоджи — настоял на арестах высокопоставленных фигур.
В январе 2026 года начались рейды беспрецедентного масштаба. Уже 7 января Чэн Чжи был арестован и экстрадирован в Китай, где ему грозит смертная казнь. В течение месяца, по сообщениям Reuters, полиция Камбоджи закрыла около 200 скам-центров по всей стране. Массовых арестов, однако, не случилось. Так, во время рейда в комплексе My Casino в Кампоте полиция задержала предполагаемого босса Лу Куонга, в то время как остальные рабочие разбежались. «Во всей провинции у нас около 1000 полицейских и 300 военнослужащих. Даже объединив эти силы, мы всё равно не сможем их остановить, потому что там было от шести до семи тысяч человек», — заявил агентству начальник полиции провинции Кампот Мао Чанмотурит.
К февралю 2026-го, по подсчетам Reuters, в результате декабрьской войны и январских рейдов скам-центры покинули около 100 тысяч человек. Правозащитники из Amnesty International заявили о гуманитарной катастрофе: „
тысячи бежавших жертв жили на улице у посольств своих стран, надеясь получить документы для выезда, но часто оказывались без поддержки или даже рассматривались как преступники.
Кроме того, сообщает Forbes, штрафы за просрочку визы доходили до тысяч долларов, и бежавшие работники не могли их оплатить.
Первые новости о рейдах встревожили Катю.
— Если раньше были показательные штучки, [полицейские] взяли денег и уехали, то в этот раз всё было по-настоящему, — вспоминает она начало января.
Вместе с Сашей они пришли с вопросами к боссам — как всегда, им ответили, что всё нормально. На следующий день Катю вызвали на совещание. «Есть две хорошие новости и есть плохая, — сказал Пухлый. — У вас сегодня выходной, это хорошая новость. У вас завтра выходной, это тоже хорошая новость. Третья новость: мы переезжаем».
Катя наблюдала, как китайцы грузят бесконечные чемоданы в грузовики, и за ночь целый город собирается поменять местоположение. В шесть утра она села в автобус и выехала в неизвестном направлении.
Офис Саши оставался. На следующий день она пришла на работу, как обычно, села в комнате работать на звонках, когда услышала снаружи какую-то суету. Выйдя за дверь, она обнаружила, что тайперы собирают технику.
Саша сразу вспомнила, как ее первый скам-центр просто целиком закрылся, пока она уехала на выходной. Она накричала на своего босса, собрала вещи и тоже села в автобус, чтобы отправиться в семичасовую дорогу.
С Катей они отслеживали локации друг друга: Саша ехала в том же направлении, к деревне Кири Сакор. На шестой час дороги от Кати пришло сообщение: «Тут пиздец, связи нет. Девочек обворовали, макбук и деньги из кошелька». И фотография «душелета» — душа, совмещенного с туалетом: дырки в полу и шланга над ней. Автобус Саши уже подъезжал, вокруг была красная пустыня. Вдвоем с попутчицей они зарыдали.
— В каком-то полном неадеквате тайперы начинали зачем-то cами разгружать машины, хотя там были кхмеры, которые этим занимались, — рассказывает Саша. — И я наблюдала, как китаец просто с яростью сбрасывает эту мебель. Он знал, какая мебель моделей, стулья наши, рабочие кресла. Он их прям разбивал. И мебель билась, ломалась.
В Кири Сакор Wi-Fi ловил только в зале тайперов. Их отправили туда работать, не выдав ни кроватей, ни стульев. Девушки звонили стоя, кто-то сидел на корточках. Потом принесли маленькие пластиковые табуретки, как в уличных вьетнамских кафе. На них они и спали. У Кати и Саши в это время были выходные, к этому моменту звонков осталось мало — проект постепенно подходил к концу, большинство клиентов уже вложили всё, что было, и скоро приложение должно было исчезнуть.
Сашу отправили жить за пределы парка. В одноэтажном доме «из говна и палок» было четыре комнаты, койка, раковина, душелет и решетки на окнах — девушке показалось, что это похоже на тюрьму. Хлипкая дверь почти не закрывалась — в нее заглядывали местные дети. Вокруг бегали петухи, собаки и рабочие с соседней стройки, пахло костром.
«Нам бы хотя бы поесть. Мы не можем уйти из этой квартиры, потому что много ценных вещей, а эту дверь открыть не проблема», — писала Саша тимлидеру. «Вы не бойтесь, у вас рядом полицейский участок», — ответил тот.
Спустя несколько дней их всё же заселили внутрь парка. Огромный комплекс на тысячи человек продолжал строиться, и каждый день подъезжали новые фуры с людьми и мебелью. Саше выделили одну из лучших комнат: в ней была кровать, стол, тумбочка, зеркало, даже душ и унитаз. Она приводила друзей на экскурсию и шокировала их, коллеги завидовали. Через пять дней душ оказался бессмысленным: горячая вода пропала сразу, холодную давали время от времени.
Отвечать на звонки Саша ходила к боссу, а в комнате Кати сеть тайперов ловила, и телефон приносили прямо к ней. Это оказалось некстати:
— То есть даже момент сбора на работу, знаешь, когда ты бегаешь, красишься, одеваешься, вот это всё, приподнимает. А тут я в пижаме всё время ходила, сверху накидывала рубашку — и всё. И это очень убирает какую-то адекватность из всей ситуации. „
В моменте просто я понимаю: всё, я не выдерживаю. Вот я уже схожу с ума, я схожу с ума.
В столовой Катя познакомилась с турком, пыталась найти траву, хотелось забыться. Он представил ее своим друзьям, все они работали «турецкой полицией» (в мошеннических схемах, которые применяются в Турции, участвуют специальные люди, которые притворяются полицейскими). Вместе они напились, пошли играть в баскетбол, сдружились с бразильцами и парагвайцами, поехали на пляж.
— Наелись грибов и играли ракушками. На этом пляже китаец из нашего парка поймал кальмара голыми руками, — Катя описывает нарастающий сюр. — У меня появился друг, парень из Украины, отвечал на аудиозвонки под видом другого довольного клиента. Он не пил очень долго, с нами начал пить. И мы очень так откровенно оделись красиво, надели ему шубу на голое тело, а я напялила ботфорты. Вышли, включили музыку в офисе и начали всех кошмарить.
Спустя неделю стало ясно, что и этот парк накроют. 15 января 2026 года, в день зарплаты, подозрения подтвердились: коллег Кати стали увольнять. Они выходили по очереди из кабинета босса и говорили, что их рассчитали. Катя, мечтая об увольнении, зашла в кабинет. Ей сказали: вот твои деньги за прошлый месяц, ты остаешься. Она кивнула. Вышла. И про себя закричала: «Я не хочу здесь одна оставаться! Я не хочу здесь одна оставаться!»
Трясущимися руками Катя написала тимлидеру, что хочет получить свой паспорт с остатком денег и уехать. Он сказал ей, что денег не будет, но она продолжала стоять на своем. Катю привели к худому китайцу с длинными-длинными ногтями. Она не знала, кто это, но видела, что тот всегда ходит в халате и не знает ни слова по-английски. Тимлидер начал переводить.
«Почему ты хочешь уйти?» Катя подумала: причина «не хочу оставаться одна» — ну не очень. «Вы привезли меня непонятно куда, в какое-то поле, — аргументирует она. — Я сижу здесь, у меня постоянно отключают воду. Не могу купить овощей». Она задумалась и закричала на русском: «Я СХОЖУ С УМА!!!» И тимлидер, и китаец испугались. «Если ты приедешь на следующий контракт, мы тебе будем платить очень много денег», — переводит тимлидер. «Нет». — «Точно?» — «Точно».
Китаец молча вышел. «Всё, — тимлидер хлопает по плечу, — сейчас тебе принесут и деньги, и паспорт, и можешь ехать».
Сашу тоже не уволили, но она не решилась бунтовать. Обняла Катю и с тех пор каждый день надеялась, что он будет последним. Офисы всё еще не достроили. Саша ходила по территории, изредка ее просили ответить на звонок. Все пили: «Встал, нахуярился, уснул». Начальник Саши тоже пил и как бы в шутку день изо дня предлагал ей переспать. Она напоминала ему, что у него есть девушка — тимлидер.
Но однажды в пять утра пара постучалась к Саше вместе: «Пойдем с нами спать?» — смеясь, они оба стрельнули глазками. «Ага-ага», — ответила Саша и захлопнула дверь.
Шел февраль, оставалась неделя до зарплаты. Саша пришла в гости к последней оставшейся модели. „
— Я ходила к ней мыться, и мы друг друга кошмарили вот этими догадками, тревогами: то ли не выплатят деньги, то ли накроют.
Попрощавшись с подругой, Саша попыталась выйти из здания, но ей не дали: на языке жестов объяснили, чтобы она не шла на улицу. Мужчина обматывал дверные ручки толстой косичкой из проводов, чтобы внутрь здания было нельзя зайти.
Снаружи устраивали погром местные жители. Они работали на стройке неподалеку — предположительно возводили другой скам-центр. Когда пошли слухи о рейдах, их начальство исчезло, не выплатив строителям зарплату — так говорили знакомые Саши. Тогда местные стали ночевать в палатках у входа в парк, где работала Саша, разжигать костры, а потом, прорвавшись через вход, кидать камни в окна первых этажей внутри территории скам-центра.
— Возможно, кто-то пострадал, потому что там сидят тайперы, работают. Нам было, естественно, страшно, — вспоминает Саша. — Ты не можешь спокойно уснуть, от каждого шороха тебе хочется подорваться, и ты не знаешь, что делать. Пишешь менеджеру, у них на всё ответ: мол, всё нормально, вас это не касается. И тут же я вижу, что толпы тайперов со своими манатками просто выходят пешком, даже не там, где шлагбаум с охраной, а через сквозной проход ресторана.
15 февраля Сашу согласились уволить, но наличных почти не оставалось. Босс позвал ее к себе, чтобы выдать часть денег. Она зашла к нему в комнату, и тот стал выдавать купюры по одной, обнимая Сашу. С каждой новой банкнотой китаец всё больше трогал ее: за бедра, талию, грудь. Босс попытался зажать ее в углу.
— Было реально страшно, потому что он такой маленький, но очень щупленький и цепкий, — вспоминает она.
Саша оттолкнула его, выхватила остаток суммы и выбежала. «Почему ты не хочешь со мной спать? Я же красивый, — писал он вслед. — Если ты останешься со мной, проснешься — и у тебя будет 17-й айфон». «У меня есть телефон, — ответила Саша. — Переводи остаток».
Адреналин
Приехав в Пномпень, первым делом Саша с подружкой отправились в Музей геноцида, чтобы «разъебаться окончательно». Саше снилось, как она бежит из парка. Проснувшись, она не понимала, где находится. Шла мыться, потом еще раз и еще, просто чтобы почувствовать воду. И очень много ела, потому что теперь могла есть что угодно.
Катя в это время ходила по ресторанам, заказывала еды на сто долларов и не доедала — просто хотела почувствовать вкусы. Больше всего заказывала овощей и фруктов — их в китайских компаундах не хватало больше всего. Так Катя потратила семь тысяч в первый же месяц после увольнения.
Но тревога не отпускала. В Пномпене, где первое время оставалась Катя, полиция ходила по отелям и квартирам, проверяла документы и ноутбуки в поисках работников скам-центров. Так, по сообщениям Phnom Penh Post, с 3 по 18 февраля полиция обыскала 2709 локаций в столице, заподозрив в мошеннических операциях 21104 иностранца. Девушка отправилась в древний храмовый комплекс Ангкор-Ват, «отмаливать грехи», — и там наконец почувствовала умиротворение. В какой-то момент она подняла голову и увидела белого мужчину, стоявшего на лестнице. Он пристально на нее смотрел и выглядел точь-в-точь как один из ее клиентов, американец. Секунд тридцать они глядели друг другу в глаза, будто пытаясь понять, встречались ли они раньше.
«Всё, меня нашли! — забежав за угол, закричала Катя подружке. — Меня нашли! Это был мой клиент!»
— Я до сих пор боюсь полиции, боюсь кого-то встретить из тех, с кем я разговаривала по видео, — рассказывает Катя. — Будто ориентиры жизненные сломались, и теперь что делать, куда идти, вообще непонятно. Какие-то планы есть, они очень мнимые. И как будто хочется вернуться.
С Катей и Сашей мы идем по Хой Ану, колониальному городку в центральном Вьетнаме. На Катю оборачиваются мужчины. Она закатывает глаза: „
— И клиенты, и тайперы, и боссы — почти все, кроме моделей, мужчины, очень странные мужчины, и меня теперь трясет от мужского пола.
Я спрашиваю, почему в модели нанимают девушек.
— Мужчину намного легче развести, — отвечает Катя, приподнимая бровь и ухмыляясь. — Женщин тоже можно, но 40–45 лет, очень одиноких и грустных, в разводе, — если какой-то молодой мальчик говорит ей: о, привет, какая ты красивая. Но таких женщин не так много, как мужчин, которые могут повестись. У мужчин куда шире диапазон и возрастной, и социального положения. То есть от 20 до 80, пока в гроб не ляжет, можно разводить. Многие хотят быть обманутыми. Это лудомания, как крутить слоты, только интереснее — ты с людьми общаешься.
— Если бы они хоть немного порыли информацию, всё лежит на поверхности, — замечает Саша. — Кстати, у большинства клиентов, самых крупных, у них жены.
По словам девушки, иногда супруги клиентов даже разговаривали с ней, раскусывая мошенничество, но их мужья продолжали нести деньги.
— Очень много людей попадаются на это во второй, третий раз, — продолжает Катя, смеясь. — Та же схема: им всё равно нравится. Кому-то просто не хватает внимания, и они согласны на всё, чтобы девочка с ним поговорила. Ну, кто-то просто идиот. Но таких мало, в основном это зависимые.
Я спрашиваю, зачем девушки идут работать в скам.
— Мы тоже своего рода лудоманы, мы на это подсаживаемся. Я азартная адреналинщица, — говорит Саша. — Вообще, здоровый человек, у которого нет психологических нерешенных моментов, не пойдет этим заниматься. Это побег от самого себя. Ну и деньги.
— А деньги стоят того? — спрашиваю.
— Не стоят, если застрять. Некоторые девочки работают по три, четыре, пять лет. Это не та работа, на которой ты развиваешься, не та работа, в которой есть вообще какой-то смысл. Тебе не надо прилагать усилия для развития. Жалко этих людей, которые там задерживаются. Те, кто отработал контракт и уехал, — возможно, для них это того стоило.
— А для тебя?
— Нет. Абсолютно. Деньги приятные, но они ушли так же тупо, как и пришли. А в плане опыта интересно. И в плане людей интересно.
— Можете ли вы представить себе следующий контракт?
— Всегда, мне кажется, будет стоять этот вопрос в голове, — говорит Катя. — Ты плохое со временем забываешь, всё замыливается. Ты такой: ну а что, если еще раз? И денежка есть. Вроде не так плохо и жили, и доставка там какая-то была, и работать, в принципе, там только первые пару месяцев сложно, а потом спать можно.
Несмотря на рейды, деятельность скам-конгломерата не прекращается. По оценкам Института мира США, в одной Камбодже прибыль от кибермошенничества превышает 12,5 млрд долларов в год, что составляет половину официального ВВП страны. Эксперты ООН скептически относятся к закрытию скам-центров: по их мнению, связи преступников с правительством слишком крепки, и потому они продолжат получать предупреждения об операциях, перевозя центры как внутри страны, так и за ее пределы. В чатах вакансий можно найти сотни предложений о работе как в Камбодже, так и в других странах: в Лаосе, Мьянме, Малайзии, Индонезии, Пакистане, на Шри-Ланке и Мадагаскаре, даже в России и Китае.
— Если все решат бороться с конгломератом, его возможно победить?
— Нет, — смеется Катя, доставая сигареты. — Они залезут куда угодно, найдут 1500 способов. Надо пустить колонию на Марс? Вообще без бэ.
Мы закуриваем.
— Я очень хорошо запомнила одну филиппинку, — говорит Саша. — Я надеялась уехать, а она ко мне подошла в один из последних дней и говорит так спокойно, обреченно: это не закончится никогда.

«Билайн» разослал клиентам сообщения о том, что с 5 по 9 мая в Москве могут отключить мобильный интернет и смс. Об этом стало известно «Новой газете Европа».
«В целях обеспечения мер безопасности в Москве возможны временные ограничения в работе мобильного интернета и смс в период подготовки и проведения праздничных мероприятий с 5 по 9 мая», — говорится в сообщении оператора.
«Билайн» посоветовал москвичам заходить в интернет через Wi-Fi, а для голосовых звонков использовать функцию VoLTE в настройках смартфона. Обновлено 4 мая

К вечеру 4 мая о возможных ограничениях связи и интернета предупредили МТС и «Мегафон». Оба оператора разослали абонентам уведомления, также назвав причиной меры безопасности перед 9 мая.
Ранее о том, что ограничения связи в Москве перед парадом 9 мая будут сильно мощнее, чем раньше, сообщили два источника «Русской службы Би-би-си». По их словам, 5, 7 и 9 мая в столице РФ в пределах МКАД ограничат всю мобильную связь и, возможно, даже отправку смс и работу «белых списков».
В этом году парад Победы на Красной площади в Москве впервые за 19 лет пройдет без военной техники, сообщили в Минобороны. В мероприятии не будут участвовать воспитанники суворовских военных и нахимовского училищ, а также кадетских корпусов.
Такие меры в военном ведомстве объяснили «текущей оперативной обстановкой». Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков пояснил, что это решение было принято «из-за террористической активности Киева» и в связи с тем, что год не юбилейный.
В прошлом году в преддверии 80-го юбилея Победы Кремль впервые опробовал массовые отключения интернета в столице. С утра 7 мая 2025 года москвичи начали сообщать о сбоях в работе мобильной связи и интернета.
Летом 2025 года были зарегистрированы первые отключения интернета в регионах. Далее блокировки шли по нарастающей — и после того, как в феврале 2026 года Путин подписал закон, разрешающий ФСБ отключать связь, — они стали по-настоящему массовыми.
Власти аргументируют отключение связи защитой от беспилотников. В приграничных регионах, которые активно атакуют дроны, частота шатдаунов всегда высокая. Однако постепенно эта практика распространилась и на регионы, где обстрелов не было вообще. И несмотря на отключения, число атак беспилотников почти непрерывно растет.

Новым главнокомандующим воздушно-космическими силами России назначен генерал-полковник Александр Чайко. Об этом сообщили источники РБК и «Ведомостей», а также автор Z-канала Fighterbomber Илья Туманов.
Минобороны назначение Чайко не подтверждало. По официальным данным главкомом ВКС остается генерал-полковник Виктор Афзалов, который в 2023 году сменил на этом посту Сергея Суровикина.
Карьера Чайко. С сентября 2019 года по июнь 2021 года Чайко руководил российской группировкой войск в Сирии, а затем возглавил Восточный военный округ. Позже генерал-полковника еще дважды назначали командующим российскими военными в Сирии — в 2022 и 2024 годах.
Участие в войне с Украиной. Как утверждает СБУ, в 2022 году Чайко принимал участие в планировании, подготовке и нападении российских войск на территорию Украины. Во время вторжения генерал-полковник командовал группировкой, которая наступала на Киев из Беларуси.
В марте 2022-го Чайко отдал приказы об использовании военной авиации и артиллерии против села Тетеревское в Киевской области, а также о бомбардировке жилых районов села Бородянка, заявила СБУ.
Помимо этого, генерал-полковник командовал 76-й десантно-штурмовой дивизией и входящим в нее 234-м десантно-штурмовым полком ВДВ. Как писало агентство Reuters, дивизия находилась в Буче, когда город был под контролем российских военных. Журналисты The New York Times также сообщали о причастности военных из полка ВДВ к массовым убийствам.
Приказы об убийствах мирных жителей в Киевской области отдавали высокопоставленные командиры, после чего их одобрял Чайко, выяснили журналисты Associated Press и PBS. Они назвали действия российских военных «стратегической и организованной жестокостью».
Участие в войне в Сирии. Чайко ответственен за бомбардировки больниц и школ в Сирии, а также за применение неизбирательного оружия в районах с мирным населением, отмечала правозащитная организация Human Rights Watch.
Санкции в отношении Чайко. Из-за действий генерал-полковника в Сирии Великобритания в 2022 году ввела в отношении него санкции. В марте этого года Чайко попал под европейские санкции из-за причастности к массовым убийствам в Буче.

«Картины дружеских связей» Сони Райзман — пример уникального везения для современного авторского кино в России. Фильм получил прокатное удостоверение (и это главная удача!), в прошлом году был показан на кинофестивале «Маяк», где его наградили за режиссуру и лучшую женскую роль, собрал ряд восторженных отзывов от киносообщества, а сейчас уже доступен на основных российских стримингах. Кинокритик Ирина Карпова посмотрела фильм на Берлинской премьере (скоро — показ в Лондоне) и задумалась о том, как цензура формирует кинопроцесс в РФ.
«У вас всегда такое обиженное лицо?» — говорят актрисе (сама Соня Райзман), пробующейся на роль Мертвой царевны в одноименной сказке. В водолазке и очках она больше похожа на сотрудницу умирающего НИИ, чем на воскресающую героиню сказки Пушкина, которая, по версии режиссера, должна быть как пионерка, жизнерадостным и светлым человеком. Герои и создатели фильма «Картины дружеских связей» точно понимают, где стоит метафорическая отметка «Мы находимся здесь». Киноиндустрия в России 2025/26 снимает сказки про царевен-пионерок, а два сценариста (один — готовящийся к лазерной коррекции зрения, а другой — со слуховым аппаратом, то есть плохо видящий и слабослышащий) переписывают сценарий «Чиполлино», пытаясь выкинуть оттуда сцены в тюрьме и заменить их на любовную линию со «спелой» Вишней. Таксист днем, актер вечером Илья (Искандер Шайхутдинов) поет под гитару блатную песню о герое на нарах, который, выйдя на свободу, встречает «легавого», и тот сразу ему говорит: «Попался!»
«Картины» — это один день из жизни друзей, учившихся вместе актерскому мастерству в ГИТИСе. На фоне проблем трудоустройства, невозможности перемонтировать–закончить личный проект и кремации кота главной героини Маши (Мария Карпова) происходит отъезд за границу главной звезды курса Леонида Хейфеца — Саши (Александр Паль).
Хотя жанр автофикшена подарил новое дыхание и смыслы современной русской литературе, в российском кино автофикшн — скорее нечастый гость. Возможно, главный фильм последних лет, имеющий автофикциональную природу, — «Один маленький ночной секрет» (2023) Натальи Мещаниновой — пока так и не добрался до зрителей. „
«Картина дружеских связей» — это маленькая, но очень убедительная победа автофикшена в пространстве кино, и большая режиссерская победа Райзман, сумевшей перенести личный опыт — собственный и своих друзей — на экран,
создав необходимую дистанцию и одновременно не расплескав магию близости людей, прошедших вместе огонь, воду и медные трубы. Райзман, Паль и играющий «слепого» сценариста Руслан Братов — бывшие однокурсники в реальной жизни, а с ними в звездной мастерской Хейфеца учились еще Александр Петров и Александр Молочников.
Продюсер фильма Павел Карыхалин на премьере в Берлине рассказал, что бюджет фильма составил одну смену на фильме или сериале, при сегодняшних расценках — около 60 тысяч евро. Актеры играли бесплатно, а локациями стали квартиры друзей и московские дворы. Нового наставника актерской мастерской (Леонид Хейфец умер в 2022-м) сыграл в фильме Евгений Цыганов. Еще Карыхалин рассказал, что Райзман пришла к нему с идеей картины, сказав, что ей надоели фильмы, сидящие на игле зрительского одобрения, в которых каждую секунду должно что-то происходить.
«Картина дружеских связей» — это набор сценок из жизни тридцатилетних москвичей, по совместительству актеров, режиссеров и писателей кино, эти сценки не распадаются, а органично сосуществуют вместе, образуя не только облако человеческих связей, но облако профессии.
Единственный доступный для работы жанр — сказка, из всего курса только Саша стал звездой с недвижимостью в центре Москвы, кого узнают на улицах, — остальные как-то перебиваются, а один из друзей (Гоша Токаев) вообще распродает все свои вещи на «Авито».
Сегодня есть мнение, что людей, экранизирующих в современной России сказки на бюджетные деньги, надо не осуждать, а поддерживать, ведь иначе эти деньги от Минкульта и Фонда Кино пойдут на пропагандистские проекты о «героях СВО», а не о Емеле и Золотой рыбке. В каком-то роде авторские фильмы, выходящие после 2022 года и вынужденные говорить между строк («Картины» спродюсированы независисимым коллективом «Озеро»), тоже мигрируют в сторону жанра сказки. Такой сказкой был фильм «Здесь был Юра» Сергея Малкина (гран-при и лучшая мужская роль на «Маяке» 2025), в котором прекраснодушные герои-музыканты неделю заботятся о великовозрастном дяде с ментальными особенностями, не доставляющем им никаких проблем (Константин Хабенский).
«Картины дружеских связей» — тоньше и смелее, здесь зрители легко достроят в уме картину исторических катаклизмов и геополитических связей, в отличие от «Здесь был Юра», где герои существуют в сферическом временном вакууме.
Если вы когда-нибудь были на выпускных или даже обычных спектаклях актерских вузов, то знаете, что в них есть особая смесь азарта и надежды, способная искупить прочие недостатки сценографии и постановки. Собрав вместе друзей и воссоздав атмосферу эйфории совместного творчества, Соне Райзман удалось передать через черно-белое изображение (великолепная камера Александра Пономарёва, оживляющая и свет, и тень) эту искру: балагурство, юмор, игру в игру. „
На месте надежды — не то чтобы пробел, скорее она вытеснена в то же пространство, где находятся все неназываемые вещи и люди: война, смерть, Украина, Путин.
Фильм о 30-летних россиянах повторяет траекторию отношения к войне молодых и не очень россиян, как уехавших, так и оставшихся в России: усталость от войны, попытка сделать вид, что ее нет. В фильме присутствуют две цветные вставки — они из прошлого, из того времени, когда Леонид Хейфец был жив, а герои были студентами, играющими сценки (неожиданным образом «Картины дружеских связей» пересекаются с «Исчезновением Йозефа Менгеле» Кирилла Серебренникова: там тоже картины славного прошлого — чудовищные преступления доктора Смерть в Аушвице — были сняты в цвете, а настоящее — в ч/б). Студенты Саша и Маша, герои Паля и Марии Карповой, играют главные роли в «Одной абсолютно счастливой деревне», легендарном спектакле мастерской Петра Фоменко по повести Бориса Вахтина. „
Это история о том, как любовь двух молодых людей разрывает война.
Примерно то же, но чуть сложнее происходит в жизни настоящих, черно-белых героев Паля и Карповой: Маша любит Сашу, Саша, кажется, тоже ее любит, но уезжает в аэропорт, оставляя ей пуховик и генеральную доверенность на квартиру в центре Москвы. Маша весь фильм кутается в черно-белое полупальто в шахматную клеточку, бросая (или принимая? В данном случае это одно и то же) вызов всем легендарным женщинам из французской «новой волны», но в финале перестает терпеть московский холод и надевает Сашину куртку поверх пальто, как бы прекращая игру в подражание и смиряясь с обстоятельствами и индустриальным московским пейзажем.
Любовь — о которой голос Хейфеца за кадром говорит, что без нее ничего не имеет смысла, — разбивается о холод настоящего, о возможность одного уехать за границу, которой лишена другая. „
Надо отдать должное Соне Райзман: страдания 30-летних в Москве 2025-го она нарисовала исчезающими чернилами, и самые горькие слезы проливаются по коту.
Попытка идентифицироваться с героями Фоменко и Вахтина, пережившими Великую Отечественную войну, заведомо ложная — никто не покушается и не захватывает жителей Садового кольца, но в этом сравнении есть горькая правда: в ситуации войны хочется быть ее жертвой, а не соотечественником захватчика с кляпом во рту. В этом тоже можно увидеть боль молодого поколения россиян — тоски по потерянному времени, когда основной жертвой путинизма были мы сами.
Часто при сравнении российского и советского кино поклонники последнего оправдывают существовавшую в СССР цензуру дошедшими до зрителями популярными картинами, говоря, что талантливые режиссеры умели обходить цензурную рамку. Из сегодняшнего дня хорошо видно, что многие из этих лент — например, фильмы Эльдара Рязанова или Леонида Гайдая, — тоже апроприировали сказочную рамку, только это была сказка о советском времени и советском человеке.
Но внутри этой рамки на стыке разрешенного приемной комиссией Минкульта СССР и просачивающихся на экран советских реалий рождалось пространство недосказанности.
Как это ни странно, недосказанность — одно из главных достоинств «Картин дружеских связей», она дает пространство для интерпретации: для кого-то это будет точно угаданная интонация прощания и отъезда, для кого-то — невыносимое ощущение исчезающего воздуха. Подчеркнутая и точно осознаваемая Райзман и ее командой недосказанность создала в «Картинах» экзистенциальное измерение.
Герои не просто существуют, они существуют в историческом контексте и времени, том самом, что срезает нас всех, как монету, так что нам перестает хватать самих себя — в том числе для осмысления чудовищности всего происходящего. «Картины» существуют как черно-белая карточка, запечатлевшее это время и место, холодную бесснежную Москву 2025 года.

То, что сегодня происходит в китайском WeChat, завтра может стать нормой и для российских пользователей. Россия строит собственный суперапп «Макс» по логике «все в одном окне» — от платежей и госуслуг до общения, — а значит, из Китая в Россию импортируются не только удобство, но и модели тотального контроля, цензуры и модерации личных переписок. Как устроен WeChat и его режим управления контентом? Каким может оказаться ближайшее цифровое будущее страны, если идти вслед за Китаем, и при чём тут речной краб? «Новая-Европа» попросила рассказать об уроках WeChat для России китаиста, эксперта центра NEST Алексея Чигадаева.
Можно услышать мнение о том, что мессенджер «Макс» станет российским аналогом китайского WeChat. Но сама логика создания «Макса» в корне отличается от китайской. Китай пришел к «национальному мессенджеру «не через отмашку правительства “делаем госмессенджер”», а через частный продукт компании Tencent, в который государство постепенно внедряло регуляторные и политические инструменты контроля. Кремль пытается сделать обратное: сначала при поддержке государства создается совершенно новый мессенджер, а затем под него ломают рынок и конкурентов.
WeChat сегодня — это не просто мессенджер, а главный цифровой интерфейс жизни любого гражданина Китая. К концу 2025 года количество активных аккаунтов WeChat и Weixin достигло 1,418 млрд во всем мире. Без преувеличения в одном приложении сосредоточены все сервисы, которые необходимы для нормальной жизни в современном Китае — от обмена сообщениями до записи в больницу, — и блокировка аккаунта в WeChat может стать наказанием гораздо большим, чем формальный штраф или административное правонарушение.
Weixin и WeChat — это по сути одно и то же приложение, но в разных юрисдикциях и с разными правовыми режимами, и в отчетности Tencent их часто считают вместе. Для удобства мы используем название WeChat.
Weixin (微信) — «домашняя» версия для материкового Китая с китайским магазином приложений, привязкой к китайскому номеру, в юрисдикции китайских законов с отдельной политикой конфиденциальности. WeChat — международная версия для пользователей за пределами материкового Китая: другой набор функций, другая политика конфиденциальности и чуть более мягкий режим слежки, но технически те же серверы Tencent.
Почему WeChat победил конкурентов?
WeChat рос быстрее рынка и постепенно оставлял конкурентов позади. Feixin от China Mobile не захотел открывать свою систему сообщений для абонентов других операторов, и это его сильно ограничило, а MiTalk от Xiaomi не справлялся со стабильностью сервиса. Наиболее очевидным конкурентом WeChat был WhatsApp, и тогда он еще был доступен в Китае (его заблокируют лишь в 2017 году), но американский мессенджер упустил момент: не было ни локализации, ни продвижения.
До начала 2010‑х главной площадкой в Китае был вовсе не WeChat, а Weibo — гибрид Twitter и Instagram. Именно там формировались общественные кампании, там спорили о коррупции и катастрофах.
На тот момент в китайской цифровой цензуре не существовало официального централизованного списка запрещенных тем. Компании полностью несли ответственность за цензуру собственного контента: они сами создавали базы запрещенных слов и обновляли их под новые указания. Невыполнение постоянно меняющихся правил оборачивалось штрафами, приостановкой работы или полным закрытием. „
В 2009 году Sina Weibo обогнала конкурентов и стала крупнейшей микроблогинговой платформой именно потому, что лучше других соблюдала правила.
Но в 2013 году власти запустили масштабную кампанию «против распространения слухов»: на блогеров обрушились уголовные дела, их заставляли делать показательные признания на телевидении, сотни аккаунтов закрывали, людей задерживали за «ложные высказывания». Для части пользователей это стало сигналом: публичная дискуссия на Weibo резко остыла, а пространство заняли лоялистские голоса. Сложно понять — была ли это осознанная компания власти по перенаправлению пользователей в менее публичный WeChat или пользователи сами ушли из Weibo, опасаясь преследования. Тем не менее, именно WeChat оказался готов подхватить аудиторию. К 2014 году у WeChat было около 468 млн активных пользователей против 167 млн у Weibo.
При этом WeChat и Weibo принципиально различались. Weibo был площадкой, где важно набрать как можно больше подписчиков и «говорить с миром»; WeChat строился как чат‑платформа, где главное — разговор с друзьями, небольшими группами, профессиональными контактами. WeChat изменил сам характер общения в китайском интернете — от шумной площади оно трансформировалось в управляемую систему множества приватных комнат, где за разговорами следят уже совсем другими методами.
Из-за относительной закрытости WeChat на тот момент сложно было сказать, лучше ли он цензурирует контент. Но так как он менее публичен, то и внимания к громким общественным проблемам он привлекал меньше — и, значит, создавал меньше проблем для государства.
Как государство установило контроль над WeChat
Первые шаги государства в сторону присутствия в WeChat выглядели довольно скромно. Сразу после запуска платформы в начале 2010‑х ведомства копировали уже обкатанную на других соцсетях модель: заводили официальные аккаунты в WeChat и использовали их как один из каналов информирования. К концу 2014‑го в Китае было уже 17 217 активных правительственных WeChat‑аккаунтов. По оценке Tencent, к 2015‑му официальные WeChat‑аккаунты имелись у всех провинций, и 84,7% провинциальных и городских структур публиковали через них информацию и базовые сервисы в сферах общественной безопасности, погоды, туризма, транспорта, медицины, образования, налогов. Уже тогда через WeChat можно было получить данные о ценах на бензин, состоянии дорог, заплатить штраф, подать заявку на права, позвонить в службу поддержки.
Вторая фаза началась, когда Пекин сделал ставку на курс «Internet+»: интернет‑платформы должны были не только зарабатывать, но и помогать государству с цифровыми услугам и безопасностью. К этому моменту WeChat стал для ведомств готовым инструментом. Министерство общественной безопасности в 2016 году выпустило указания по развитию «Internet+ услуг общественной безопасности», где WeChat прямо фигурировал как ключевая платформа для онлайн‑сервисов полиции. К этому моменту Tencent уже развивала инфраструктуру, которую описывают как «микрополицейскую платформу больших данных»: она позволяла интегрировать в WeChat государственные сервисы и базы данных правоохранительных органов. В результате полиция могла использовать приложение не только как канал коммуникации, но и как инструмент для предоставления услуг и мониторинга, встраивая свои функции непосредственно в повседневную цифровую среду пользователей.
Третий этап — запуск национальной платформы государственных услуг и ее интеграция с WeChat в 2019 году. Госсовет к этому времени уже обязал собрать разрозненные региональные цифровые правительственные платформы в интегрированную систему, а в июне сообщили о запуске национальной мини‑программы, которая давала доступ к более чем 200 видам электронных услуг разных ведомств. Через нее граждане могли проверять данные об образовании и нарушениях ПДД, а компании — подавать заявки на лицензии и сертификаты; сама мини‑программа была связана с региональными порталами провинций. „
То, что начиналось как сеть разрозненных городских аккаунтов, превратилось в общекитайское «единое окно» в госуслуги внутри WeChat — уже не как эксперимент, а как официально признанный уровень национальной архитектуры e-governance.
Как работает цензура в WeChat
WeChat — это обширная экосистема, но важно понимать, что контент контролируется на всех уровнях и в любом формате взаимодействия. Личная переписка один на один, групповой чат, официальная группа или канал, мини-программы — все это контролируется постоянно, вне зависимости от того, зарегистрирован аккаунт в международной или внутрикитайской версии WeChat.
Внутри WeChat работает целая система стоп‑слов — выражений, имен, дат и мемов, которые считаются политически чувствительными. Каждое сообщение, прежде чем попасть к собеседнику, проходит через невидимый фильтр: текст разбирают на фрагменты, сравнивают с постоянно обновляемыми списками, анализируют не только прямые формулировки, но и их вариации, учитываются опечатки, использование латиницы и цифр. Если система определяет запрещенный контент, сообщение может просто застрять по дороге, пост исчезает через несколько минут, а пользователь в лучшем случае получит от платформы обтекаемую ссылку на «нарушение правил».
Словарь запрещенных выражений не статичен, он обновляется вместе с изменениями политической повестки. Вспыхнули протесты в какой‑то провинции — в стоп‑лист идут название города, лозунги, дата. Вышло расследование об аварии на заводе — под прицелом оказываются и сам завод, и любые попытки обсуждать подробности. Есть жесткое ядро, которое блокируется почти всегда: прямые оскорбления руководства, призывы к уличным акциям, упоминания запрещенных организаций. При этом бывает так, что контент, который вчера еще приводил к блокировкам, после охлаждения конфликта может вновь вернуться в активное употребление.
Система устроена так, чтобы конфликт с пользователем был минимальным. WeChat редко объясняет пользователю свои действия — гораздо чаще оно просто не дойдет, как будто его никогда не было. Это касается не только текстовых сообщений, но и изображений, и файлов, содержащих запрещенный контент.
Так, в 2019 году исследования Citizen Lab показали, что WeChat научился цензурировать не только слова, но и картинки: каждое изображение в публичной ленте или в ленте историй прогоняется через два автоматических фильтра — один распознает текст на картинке, другой сравнивает ее со списком уже запрещенных изображений. В результате мемы, скриншоты новостей или рисунок могут исчезнуть из ленты друзей через несколько секунд после публикации, причем автор часто не получает ни объяснения, ни уведомления — картинка просто растворяется.
В то же время цензура изображений распространилась с публичной ленты на приватные чаты и работает в фоновом режиме — так же автоматически и незаметно, как сжатие или поиск по фото. С появлением искусственного интеллекта подобные инструменты стали еще более эффективными, а механизм фильтрации намного дешевле. Если до этого существовала целая развитая индустрия модерации контента живыми людьми, то в настоящее время таких компаний становится все меньше и меньше.
В 2009 году правозащитника Лю Сяобо приговорили к 11 годам тюрьмы за участие в создании манифеста с призывом к демократическим реформам в Китае — «Хартии 08». В 2010‑м он получил Нобелевскую премию мира, но не смог присутствовать на церемонии, и фотография пустого стула вместо лауреата стала символом его судьбы и вдохновила китайских художников. На этом изображении — пустой стул в знаменитой полосатой тюремной пижаме Лю Сяобо с датами его жизни.
В ответ на это пользователи, конечно, создают свой язык для обхода цензуры. Фамилии чиновников записывают через омонимы и похожие иероглифы, вместо имени пишут цифру, эмодзи или полуанглийский вариант. Вместо «того самого» события называют нейтральную метафору, понятную только посвященным, текст разбивают на части, самые острые фразы уносят в голосовые сообщения или в картинку с искаженным шрифтом, чтобы затруднить машинное распознавание. Публично — максимально обезличенные формулировки и эвфемизмы, в маленьких закрытых группах — чуть более прямой разговор, а по‑настоящему откровенные вещи обсуждают исключительно в офлайне. „
У этой игры есть предел: как только кодовое слово или мем становится слишком популярным, его замечают модераторы и алгоритмы, и оно также попадает в список стоп-слов.
Пример 2: история речного краба
Одним из самых популярных образов цифрового сопротивления стал «речной краб» — хэсе (héxiè, 河蟹), омоним слова «гармония« (héxié, 和谐). В середине 2000‑х администрация Ху Цзиньтао активно продвигала лозунг «гармоничного общества» (héxié shèhuì, 和谐社会), чтобы показывать, что партия заботится не только о росте ВВП, но и о неравенстве, социальной стабильности и справедливости. На практике критики быстро заметили, что под гармонией чаще всего понимают не решение конфликтов, а их замалчивание и силовое принуждение.
После стремительного роста пользователей мобильного интернета интернета слово «гармония» стало неофициальным наименованием цензуры. Если пост или аккаунт «гармонизировали» — значит, его удалили или заморозили. В какой‑то момент слово «гармония» / 和谐 стало попадать в стоп‑листы, и пользователи начали обходить фильтры с помощью «речного краба» (河蟹) и других похожих по звучанию слов.
Затем появился мем: «речной краб» — это и сама цензура, и чиновник, который лапками разбрасывает неудобные факты, и общее обозначение практики блокировок, сокрытия негативных новостей, перекрытия доступа к зарубежным сайтам. В карикатурах речной краб часто носит три пары часов на клешнях (带三个表), что звучит почти так же, как теория «трех представительств» (三个代表) Цзян Цзэминя. Также это намек на любовь китайских чиновников к люксовым швейцарским часам, которые никак не вяжутся с их официальной зарплатой, и растущую коррупцию и рост социального неравенства. Теория «трех представительств« Цзян Цзэминя определила новую роль партии: она должна одновременно олицетворять передовые производительные силы, передовую культуру и «фундаментальные интересы большинства» — то есть не только рабочих, но и новую городскую среднюю прослойку предпринимателей и технократов.
Пример 3: чат Си Цзиньпинь
В 2023 году в китайском сегменте соцсетей появился язвительный неологизм ChatXJP — прозрачная отсылка к ChatGPT, только с инициалами Си Цзиньпина. Им стали называть «одомашненные» китайские ИИ-агенты, которые демонстративно обходят любые политически чувствительные темы и повторяют партийные формулировки. После выхода ChatGPT китайские регуляторы быстро обозначили красные линии для местных компаний: доступ к иностранным моделям ограничили, запуск собственных чат‑ботов обязали согласовывать заранее, а любые «неконтролируемые» ответы на вопросы про политику, историю или нынешнее руководство стали считаться риском. Первые опытные боты закрывали буквально через несколько дней — именно за слишком прямые ответы на неправильные вопросы. На этом фоне флагманские продукты вроде Ernie Bot от Baidu вышли в свет уже в обезвреженном виде. „
Агенты прекращают диалог при упоминании 4 июня 1989 года, уклоняются от оценки политики нулевой терпимости к COVID, отказываются обсуждать Си Цзиньпина и других высших руководителей и цитируют официальные формулировки.
В китайском интернете это объяснили тем, что «искусственный интеллект прежде всего должен вступить в партию и изучить мысли Си».
Что будет, если опубликовать в WeChat запрещенный в Китае контент?
Чаще всего пост или комментарий, без всякого уведомления или возможности обжалования, переводятся в режим «виден только автору». Этот вариант цензуры самый простой, незаметный и эффективный. Пользователю не запрещено говорить, но вы можете разговаривать только сами с собой. Главный вывод, который сделала машина цензуры, — можно позволить альтернативным взглядам существовать, но свести на нет их влияние на общество.
Санкции за нарушение правил работают на двух уровнях.
На первом уровне действует сама платформа: у нее есть право сначала предупредить пользователя, удалить или скрыть конкретный пост, а затем — ограничить функции аккаунта или полностью его заблокировать, если человек рассылает спам, порнографию, мошеннический контент, выдает себя за другого человека или уже был забанен ранее. Для обычного китайского пользователя это не только потеря контактов: вместе с аккаунтом исчезает доступ к WeChat Pay, истории транзакций, мини‑программам и привязанным госуслугам, то есть к значительной части его цифровой повседневности.
Второй уровень — государственный. WeChat по запросу властей обязан раскрывать данные и блокировать аккаунты. Одновременно китайское законодательство расширяет ответственность за непристойный и запрещенный контент на мессенджеры: с 1 января 2026 года пересмотренный Закон «О наказаниях за нарушение общественного порядка» расширяет запрет на распространение «обсценных материалов« и на частные сообщения, в том числе в WeChat, с санкциями до 15 суток задержания и штрафов — причем администраторы чатов могут нести ответственность за то, что допускают распространение порнографии. В результате бан в WeChat часто оказывается только первым сигналом: в ряде случаев за ним следуют визит полиции, административное дело или уголовное преследование, а сама платформа выступает не столько нейтральным посредником, сколько техническим фронт‑офисом для правоприменения.
Администраторы чат‑групп также могут привлекаться к уголовной ответственности за ненадлежащее управление. В одном из дел, рассмотренных судом в городе Цинъюань провинции Гуандун, которое вызвало широкий общественный резонанс, три администратора группы в QQ — по фамилии Мао, Се и Лю — позволили участникам насчитывающей 447 человек группы загрузить более 221 непристойного видео. Все трое были приговорены к срокам от 10 месяцев до одного года лишения свободы за неисполнение обязанностей по управлению группой и потворство распространению непристойного контента.
Как WeChat собирает данные о пользователях
Проблема WeChat не ограничивается цензурой — это еще и очень жадная к данным экосистема. При поверхностном использовании — чат, лента историй — приложение, на первый взгляд, собирает ровно то, что нужно для работы, но стоит зайти в мини‑программу, и начинается тотальный трекинг. Сам WeChat, а не только сторонние разработчики, получает подробные логи действий, геолокацию и технические идентификаторы, причем без прямого согласия и возможности отказаться.
Таким образом, WeChat превращает каждую мини‑программу в источник сбора информации о пользователе. „
Почти для всех популярных мини‑программ — от маркетплейсов до медицинских сервисов — WeChat по умолчанию собирает не только технические логи, но и все личные данные: какие товары вы открывали, какие запросы вводили в поиске, какого врача и с какой специализацией просматривали, сколько секунд провели на конкретной странице.
Пользователь не может от этого отказаться, разработчик — тоже: программа аналитики WeData включена принудительно, и WeChat получает эти данные как «первый трекер», даже если сами мини‑программы не используют никаких сторонних счетчиков.
Для китайского пользователя это означает, что WeChat видит и связывает с его аккаунтом не только переписку и платежи, но и почти всю повседневную рутину внутри сторонних сервисов, которая в европейской логике обычно относится к чувствительным данным, — от запросов в медицинских мини‑программах до истории покупок и обращений к госуслугам.
Протокол шифрования WeChat устроен так, что перехватить трафик со стороны внешнего наблюдателя действительно сложно, но это не сквозное шифрование: каждое сообщение расшифровывается на серверах Tencent, которые по китайским законам обязаны предоставлять данные государственным органам, поэтому о конфиденциальности переписки вопрос не стоит.
Пределы цензуры в WeChat
Китайский журналист Чжан Фэн поясняет, что публикация в WeChat не свободна даже на уровне «официально разрешенных» публичных аккаунтов: система просто не дает загрузить текст с чувствительными ключевыми словами, и опытные авторы работают, зная десятки и сотни таких запретных формулировок и обходя их. Он выделяет три группы тем, за которые аккаунты необратимо закрывают: критическое упоминание высшего руководства, сомнение в базовых принципах партийной системы и атаки на официальные исторические нарративы.
При этом часть текстов проходит первоначальный машинный фильтр, но при вирусном распространении попадает на ручную проверку — это происходит примерно после 100 тысяч просмотров; тогда могут либо тихо удалить статью, либо связаться через знакомых и потребовать снять ее. В итоге, по его наблюдению, репрессивный, но фрагментарный контроль вымывает содержательную, «логичную и глубокую» речь, но не способен полностью убить слухи и фейки: все, что плохо выглядит для партии, наоборот, разрастается на внешних платформах, где огромный спрос на выдуманные истории о Китае.
Однако он отмечает, что на низовом уровне WeChat всё еще остается единственным потенциально эффективным каналом взаимодействия с местными властями — писать о проблемах городской инфраструктуры можно, и проблема, скорее всего, будет решена. Критиковать руководство — нельзя.
У нас есть WeChat дома?
Сделать российский WeChat на базе «Макс» мешает не отсутствие технологий, а то, что его пытаются навязать сверху в стране с другим рынком, другими институтами и другим пользовательским опытом.
WeChat сначала стал частью повседневной жизни, а уже потом — инструментом государства. В этих условиях правительству РФ было бы гораздо логичнее развивать существующий мессенджер на базе «ВК», но национальный мессенджер создается с нуля, и пользователи сначала должны под давлением там зарегистрироваться, а сервисы, мини-программы и другие инструменты подтянутся когда-нибудь потом. WeChat строили как универсальный сервис, а цензуру и контроль постепенно вшивали внутрь и прятали за удобством. Российский проект идет по прямой: сначала контроль и привязка к государству, потом пробуют накинуть поверх «удобство» в виде мини‑приложений и сервисов.
Кроме того, российский рынок давно поделен: банки и маркетплейсы строят свои «мини‑WeChat», у каждого — свое приложение, своя система лояльности, свои данные, которыми никто не хочет делиться из-за коммерческих интересов. Сбер, Т‑Банк, Ozon, «ВК», Вайлдберриз — каждый хочет быть центром цифровой жизни, а не плагином внутри «Макса». Дальше всех в этом отношении продвинулся «ВК» — с интеграцией ленты новостей, видео, мессенджера, функцией оплаты и маркетплейса.
Китай уже показал, как логика супераппа работает на практике, — от цифровых кошельков до цифровых наручников. Россия пытается перепрыгнуть сразу к финалу без предварительной адаптации и развития сервиса.