В возрасте 39 лет умер Николай Комягин — поэт, музыкант, актер и фронтмен группы Shortparis. Менеджер группы Марина Косухина подтвердила смерть солиста, но не уточнила подробности. По информации журналистки Ксении Собчак, музыкант почувствовал себя плохо после тренировки по боксу — не выдержало сердце. «Новая газета Европа» рассказывает о проектах Комягина и публикует воспоминания его слушателей и коллег.
От Новокузнецка до Лондона
Родившийся в Новокузнецке Комягин создал Shortparis в 2012 году вместе с Александром Иониным и Павлом Лесниковым. Позже к коллективу присоединился Данила Холодков.
Концерты группы превращались в экспериментальные перформансы, где музыка, пластика и драматургия существовали как единое целое. Shortparis регулярно выступали на крупных фестивалях, открывали концерты зарубежных артистов, таких как The Kooks и alt-J, и постепенно стали одним из самых заметных российских коллективов 2010-х.
Наиболее известен их клип на песню «Страшно» — более 11 миллионов просмотров в YouTube. Сегодня многие пользователи соцсетей вспоминают, что именно эта работа впечатлила их больше всего.
Музыка Shortparis звучала в кино: в фильмах «Лето», «Капитан Волконогов бежал», «Жена Чайковского», «Чувства Анны», «Лимонов. Баллада об Эдичке»; а также в сериале «Фишер».
Сам Комягин был не только поэтом и музыкантом, но и талантливым актером. Так, в 2019 году он исполнил главную роль в короткометражном фильме «Сложноподчиненное» режиссера Олеси Яковлевой — картину показали в программе Cinefondation Каннского кинофестиваля и на «Кинотавре». В сериале «Карамора» Данилы Козловского Комягин появился в роли Владимира Маяковского.
Комягин работал и в театре. В спектакле «Берегите ваши лица» режиссера Саввы Савельева по текстам Андрея Вознесенского Комягин был занят как актер, а Shortparis написала к постановке весь саундтрек. Премьера состоялась 12 мая 2022 года в Москве — это была последняя работа «Гоголь-Центра» перед закрытием из-за цензуры. „
Shortparis существовали на стыке музыки, театра, кино и литературы. Николая Комягина запомнили как артиста, который существовал «на пределе» и был способен погрузить в это состояние безвременья окружающих.
Запрет концертов в России
Многие из тех, кто сегодня вспоминает Николая Комягина, говорят, что сильнее всего на них действовали живые выступления группы. После того как в 2022 году Shortparis выступили против полномасштабного вторжения в Украину, их концерты в России начали отменять.
В то же время у аудитории за границей оставалась возможность попасть на концерты Shortparis. Группа активно гастролировала по Европе, выступая в клубах, в том числе на фестивалях в Париже, Берлине, Риге, Хельсинки, Амстердаме и Лондоне. В 2024–2025 годах Shortparis провели серию концертов в Китае: Пекине, Шанхае, Нанкине, Ханчжоу, Чэнду, Ханчжоу, Гуанчжоу, Чунцине и Сиане.
Группа решила остаться в России, несмотря на цензуру. В феврале 2023 года, выступая в деревне Поньга Онежского района, Комягин объяснил такое решение, приведя в пример народную песню «Горе мое, горе», которую коллектив исполнил с местным хором. В песне есть такие строки: «Посоветуй мне, матерь, али тута мне жити, али прочь отойтити». По словам Комягина, ответ, звучащий в песне, стал для группы важным аргументом отказаться от эмиграции.
«[В этой песне] мать отвечает своей дочке: “Горюй, дочка, горе, как и я горевала. Расти, дочка, дитий, как и я растила”. Наверное, эти слова можно по-разному истолковать. И в них можно услышать принуждение старшего поколения младшему, какой-то консервативный взгляд, который подавляет молодое поколение. Мне сейчас неинтересен этот ракурс. Мы услышали важный ответ. Что горе, которое горюет сейчас наша страна в том числе, мы должны горевать вместе, проживая это время вместе. “Горюй, дочка, горе, как и я горевала”. Вот такой ответ. В песне», — сказал Николай Комягин.
«Будто с небес спустились — и улетели обратно»
Александр Горбачёв
Журналист, редактор «Новой-Европа»
«Виделись мы последний раз в октябре 2025-го. Shortparis приезжали в Ригу и отыграли мощный концерт — в последней фазе истории группы их выступления уже смотрелись меньше как перформанс и больше как настоящий рок-сеанс, в них было больше теплоты и драйва, тебя несло на одной волне с музыкантами.
После концерта я зашел к ним в гримерку. Коля очень заинтересованно расспрашивал про нашу жизнь в Риге и очень интересно рассказывал про свою жизнь в России: „
Shortparis не шли на компромиссы, отказывались поздравлять слушателей с днем флага, им отрубили концерты на родине, но они не хотели уезжать и полагались для заработка на концерты в Китае.
Я подумал тогда, что это очень интересная и яркая история, которую было бы любопытно рассказать. Теперь уже не расскажешь. […] Shortparis всегда существовали на грани, но уж про кого-кого, а про них совсем не казалось, что они готовы эту грань перейти.
Мне было страшно интересно, что с ними будет дальше, после “Гроздьев гнева”, где группа очень резко и дерзко отреагировала на войну, перепридумав себя. Как-то не укладывается в голове, что будет ничего. И опять когда кажется, что тебя уже ничего не может задеть и тронуть, проклятый февраль приносит свои цветы зла. Впрочем, что-что, а задеть и тронуть Shortparis всегда умели.
Вот что я писал о них в своей книжке. Мне очень важно, что это группа, которая последовательно отстаивала сложность мира».
Юрий Сапрыкин
Журналист
«Год назад в Петербурге я оказался за одним столом с Николаем Комягиным, и мы проговорили весь вечер — при том, что я никогда не был фанатом Shortparis и даже не видел их на концертах. Меня поразило тогда, насколько это цельный и собранный человек, как четко он понимает, что хочет делать, что его, а что не его. Как и почему не собирается уезжать, даром что все концерты в РФ у группы давно отменены.
При этом Shortparis были едва ли не единственным российским составом 2010-х, кому удалось стать своими на больших европейских фестивалях, кого звали туда не для экзотики и не как политактивистов, они играли и рассматривались на равных, и уже выходили в первые ряды. И вот. Я поражался еще, как он отлично выглядит, в какой прекрасной форме, мягкая улыбка, безупречные манеры, ну просто олимпиец (хоть в древнем, хоть в нынешнем смысле слова). Николай рассказывал про детство в Новокузнецке, и можно было представить, каких сил стоило при подобных входящих собрать себя ТАК. И вот. Ни для кого эти годы даром не проходят, конечно — но чтобы так… Немыслимо».
Лев Ганкин
Музыкальный критик
«Год назад, не имея возможности выступать в России, Shortparis сняли и выложили на YouTube концерт в спортзале — теперь он выглядит каким-то дурным, зловещим предзнаменованием. Впрочем, для их музыки спортзал — антураж, вообще-то подходящий как нельзя лучше: к ней самой всегда хотелось применить фитнес-терминологию: силовая тренировка, растяжка, упражнение на мышцы кора, кардио. Классическую трилогию Кабалевского “песня, танец, марш” Shortparis разворачивали задом наперед: сначала марш — коллективное ритмичное действие, потом танец — как освободительный выход из репрессивного пространства марша, и уж затем, если повезет, — песня. Широко обсуждавшийся в своё время клип на песню “Страшно” зримо фиксирует именно такую последовательность.
Впрочем, то видео, как и многие другие работы группы, меня эстетически восхитило — но не тронуло. А вот “Яблонный сад”, спетый (и снятый) через несколько дней после начала войны вместе с петербургским хором ветеранов, стал для меня — растерянного, потерявшего опору, разом попрощавшегося с всей предыдущей жизнью, — редким моментом утоления висцеральной боли. Среди 3,7 миллионов просмотров моих там, думаю, сотни полторы, не меньше. Никогда не забуду этот момент: как музыка буквально пришла мне на помощь. Спасибо Николаю и Shortparis за это».
Ксения Собчак
Журналистка, телеведущая; брала интервью у музыканта два года назад
«Талантливый, яркий, молодой, в высшей степени самобытный. Приехавший из Сибири, покоривший сначала Питер, потом Москву, потом всю Россию. Он болел русской культурой, по-настоящему любил ее. Оставался в стране, хоть ему и запретили давать концерты. Я ходила на его выступления, и это всегда было несколько часов безвременья — с тем, что он творил на сцене. […] А как он играл в кино? А какую музыку они играли для кино? Канны, Венеция — она доехала куда дальше его родного Новокузнецка».
Антон Долин
Кинокритик
«О его музыке, стихах и артистическом таланте я писал не раз, сегодня все об этом напишут лучше меня. Каждый концерт был актом чистой магии, спектаклем поразительной силы, о которой (к сожалению) невозможно рассказать — только испытать. Записи останутся, клипы тоже, но концерты были сильнее всего. „
Принимаю это как личный удар, персональную потерю. Коля был удивительным человеком особенного таланта, такие феномены случаются раз в вечность.
Его смерть, как бы суконно это ни звучало (нет сил подбирать изящные слова), это жуткая потеря для культуры».
Александр Баунов
Историк и публицист
«Его группа, которую записывали по традиции в русский рок, играла, наверное, в стиле “русская хтонь”. Я думаю, что на сцене это было максимально близкое соответствие фотографиям Дмитрия Маркова.
Он вырос в Новокузнецке, постиндустриальный Новокузнецк пэтэушников и пенсионеров был у него и на сцене, в звуке, и за сценой, в публике. На сцене — это, наверное, самое серьезное присутствие духа советского синтеза искусства и промышленности, авангарда и ВХУТЕМАСа (Высшие художественно-технические мастерские; учебные заведения, созданные в Москве, Петрограде и других российских городах с 1918 года. — Прим. ред.), рабочего и художника, но без господдержки и с горькой нотой знания, чем этот синтез кончается».
Ну то, что в России выдающемуся музыканту не дают играть, — эка невидаль. Зато Shortparis — тут ждешь концертов на Западе — были очень популярны в Китае, играли там на фестивалях и ездили с концертами и целыми турами в Китай.
Анна Монгайт
Журналистка
«Помню, как я влюбилась в Shortparis. Увидела их первый клип и умерла — такое это было сочетание неистового голоса, гормонов и стиля. Такие безупречные юноши встречаются в Питере и никогда — в Москве. Помню, как Комягин и его группа вписались в “Капитан Волконогов бежал” — большое кино, чудом вышедшее перед войной и предсказывающее атмосферу времени, эту смычку тридцатых 20 века и двадцатых 21-го. Помню, как они давали первый большой концерт на каком-то открытии сезона в “Гараже” и все туда рвались — послушать голос, который вставляет и пробирает. То, что Комягин умер во время боксерской тренировки, очень в его духе. Была в нём сила и беззащитность, он всё время был на грани — “знал наперед, кто не дойдет”, как звучало в песне “Страшно”. “Лед не спасет”».
Максим Соколов
Режиссер, автор спектакля «Мой брат умер», музыку к которому написал Комягин
«Умер Николай Комягин. Коля. Ощущение, что лучших, честных, самых талантливых людей экстренно забирают с этой планеты. А мы остаемся.
Я был уверен, что мы сделаем оперу, мы так решили. Я четко себе представлял, как он прекрасно выступит, какую музыку еще напишет, как мы устанем на выпуске, как будем счастливы после премьеры.
Есть люди, с которыми слово “смерть” никак не ассоциируется. Термоядерный реактор, бесконечная ирония, греческий экзарх, очень приземленный, близкий, родной. Как-то мы вышли из ресторана зимой, я поскользнулся и растянулся прямо на льду под ногами, это было феноменально неуклюже. Коля мгновенно решил поддержать и прилег на лед, и потащил за собой [художницу] Настю Юдину. „
Мы лежали на ледяной мостовой посреди огромного города и смеялись. Очень грустный день. Год. Жизнь. Я не знаю, что еще сказать. Пожалуйста, берегите себя».
Аркадий Волк
Организатор концертов
«Они с Катей, женой, приехали за 10 дней до концерта на Бали в январе 2025-го. Взяли два байка и понеслись по отдаленным деревням знакомиться с местными. Он и думать не хотел о каких-то пляжах или развлечениях. С первого же дня Коля стал знакомится с местными музыкантами, репетировал с ними, подбирал номера в предстоящий концерт с приглашением оргастра гамелан (традиционные музыкальные ударные инструменты), с певцами. Они также снимали все эти дни фильм, и всё это было потом на концерте: балийские певцы, барабанщики, кино на большом экране. Это был уникальный арт-перфоманс! И так хотелось что-то подобное повторить в будущем… Сами Shortparis говорили, что это был совершенно необычный и единственный в своем роде концерт…»
Михаил Брашинский
Режиссер
«Умер Николай Комягин. 39 лет. Удивительный. Жутковато, как рок-н-рольные боги умеют выдергивать, заполняя свой пантеон. Я хотел, чтобы он сыграл в “Волнах” лидера секты. Безумно сожалею, что этого не случилось. Вот он, у меня на питерской кухне, первая проба».
Дмитрий Низовцев
Журналист
«Уникальная подача и содержание. Сами концерты, которые выглядели так, будто с небес спустились инопланетяне, исполнили свои неземные треки и улетели обратно, не здороваясь и не прощаясь. И посреди всего этого сам Николай Комягин, который добирался до высоченных нот. Причем не просто добирался, как будто это достижение, а вытворял на этой высоте всё, что хотел. А как он двигался. А как импровизировал. Понимаю, что сейчас такое время, когда каждый день умирает много людей. Но почему Коля? Почему? Блин. Вечная память».

Президент США Дональд Трамп 19 февраля собрал в Институте мира имени себя в Вашингтоне своих международных союзников — участников новой структуры, которую сам и создал. Главным итогом первого заседания Совета мира, на котором обсуждали сектор Газа, стало выделение $7 млрд на гуманитарную помощь и восстановление палестинского анклава. США пообещали добавить $10 млрд. Правда, для реализации всех грандиозных планов нужны инвестиции в размере 115 млрд долларов. Но и это не главная проблема: вначале еще необходимо добиться разоружения ХАМАС и других радикальных группировок. Россия пока остается в стороне от Совета мира и наблюдает за тем, как именно новая структура Трампа собирается решать палестинский вопрос. О том, как Совет мира хочет помочь Газе и одновременно с этим «встряхнуть агонизирующего гиганта», — ООН — в материале «Новой газеты Европа».
Дональд Трамп и все-все-все
«Я видел великие корпоративные советы директоров. Видел замечательные советы. Но по сравнению с этим [первым заседанием Совета мира. — Прим. ред.] — это всё мелочь. Потому что здесь практически каждый — глава государства», — начал свое выступление на встрече Дональд Трамп. В здании вашингтонского Института мира США, который недавно был переименован в Институт мира имени Дональда Трампа, 19 февраля собрались представители почти 50 стран, включая 27 членов Совета (остальные присутствовали в качестве наблюдателей).
У Трампа нашлись приятные слова для каждого из лидеров, приехавших в американскую столицу. Так, премьер-министра Армении Никола Пашиняна глава Белого дома назвал «действительно замечательным человеком», а президента Азербайджана Ильхама Алиева представил так: «Мне теперь нравится произносить это название. Вначале было сложно, теперь нравится. Это красивое название» [ранее Трамп несколько раз называл страну «Абербайджаном». — Прим. ред.]. Казахстан, который представлял президент Касым Жомарт-Токаев, Трамп назвал «замечательной и богатой страной». «Это человек, который мне очень нравится. Он жесткий. Я не хотел бы с ним драться», — охарактеризовал американский лидер президента Индонезии Прабово Субианто. А парагвайского президента Сантьяго Пенью он назвал просто: «Молодой красивый парень».
Газета The Guardian так описала участников заседания: «Авторитарные, сильные лидеры и диктаторы». Не всех из участников заседания можно отнести к одной из этих категорий, но большинству из них эти формулировки вполне подходят.
Показательно, что ЕС был представлен лишь двумя участниками — Венгрией и Болгарией. Австрия, Хорватия, Финляндия, Германия, Греция, Италия, Нидерланды, Норвегия, Польша, Словакия и Еврокомиссия направили наблюдателей. А Франция, которая с самого начала жестко критиковала инициативу, к ней так и не присоединилась, даже в формате наблюдателя. И это несмотря на то, что ранее Трамп грозил ввести пошлины в 200% на французское вино и шампанское, если Париж будет бойкотировать Совет мира.
Изначально предполагалось, что среди участников будет Беларусь. Приглашение было направлено Александру Лукашенко. Но в его пресс-службе рассказали, что оно поступило слишком поздно, когда «рабочий график президента уже был спланирован». Было решено отправить в Вашингтон главу МИД Максима Рыженкова. Но и он в США не добрался: американская сторона не выдала белорусской делегации визы. «Возникает закономерный вопрос: о каком мире и о какой последовательности может идти речь, если даже базовые формальности для нашего участия не были выполнены организаторами?» — задались вопросом в МИДе.
Российские же дипломаты на встречу изначально не собирались. В МИДе и Кремле до сих пор воздерживаются от конкретики насчет того, присоединится ли РФ к Совету мира. Например, из интервью министра иностранных дел Сергея Лаврова телеканалу «Аль-Арабия» можно было сделать вывод: Москва сначала посмотрит, что именно и как будет предпринимать Совет мира по решению палестинского вопроса. „
В частности, министра смутил состав «исполнительных структур, созданных в подчинении этого Совета»: «Эти структуры состоят из иностранцев. Многие из них известны своими прошлыми действиями».
Как ранее писала «Новая-Европа», речь идет о двух советах внутри Совета мира. Первый — общий исполнительный или учредительный совет (Executive Board). Его задача — реализация видения Совета мира и разработка долгосрочной стратегической концепции развития сектора Газа, а в дальнейшем, видимо, и не только Газы. Второй совет касается непосредственно сектора Газа (Gaza Executive Board). В списках членов двух структур есть некоторые пересечения. Например, и там, и там присутствует экс-премьер Великобритании Тони Блэр, который ранее призывал Запад «показать всем, что у него всё еще есть силы» и по максимуму укреплять Украину.
Не Газа, а новая Ривьера
На первом заседании много говорили, как может выглядеть будущее урегулирование в Газе. В его основу собираются положить план Трампа из 20 пунктов, опубликованный в сентябре 2025 года. Часть положений — например, возвращение Израилю «всех заложников, живых и погибших», а также освобождение ряда палестинцев из тюрем — уже выполнена. Достижение остальных целей займет не один год, если вообще теоретически возможно.
В пункте 10 говорится о том, что масштабный план восстановления сектора Газа должна будет составить группа экспертов, «которые помогли создать некоторые из процветающих современных чудо-городов на Ближнем Востоке». Среди прочего, планируется создание «особой экономической зоны с льготными тарифами и условиями доступа». Но прежде всего, отмечается в плане, необходимо разоружение ХАМАС и других группировок. Кроме того, как указывается там, они не должны играть «никакой роли в управлении сектором Газа, ни напрямую, ни косвенно, ни в какой-либо форме».
Многие на Совете мира вспоминали об этих планах и рассказывали о том, чего уже удалось достичь, — конечно, исключительно «благодаря лидерству Трампа». Например, постпред США при ООН Майк Уолтц отчитался о резко возросшем объеме гуманитарных поставок: «4,2 тысячи грузовиков с гуманитарной помощью въезжают в Газу каждую неделю на протяжении 13 недель подряд — это самый продолжительный период интенсивных поставок за последние годы… „
Доля домохозяйств, испытывающих острую нехватку продовольствия, снизилась с примерно 30% до 1%». «Это Совет действий, а не бесконечных разговоров», — резюмировал дипломат.
Затем выступил глава Национального комитета по управлению Газой, палестинец Али Шаат. Эта новая структура будет работать под непосредственным руководством Совета мира. Али Шаат обозначил пять приоритетов:
Восстановить безопасность путем формирования новой профессиональной полиции Газы, для чего нужно первым делом подготовить 5 тысяч полицейских в течение 60 дней;Возродить экономическую активность и занятость, создавая рабочие места;Обеспечить устойчивое оказание экстренной помощи;Восстановить базовые услуги — электричество, водоснабжение, здравоохранение, образование;Обеспечить свободу передвижения.
Бывший спецкоординатор ООН по ближневосточному урегулированию Николай Младенов, получивший в рамках разработанной Трампом схемы должность Высокого представителя Совета мира по Газе, продолжил тему с новой полицией. Он отметил: процесс набора полицейских, чья дальнейшая работа «позволит обеспечить разоружение всех группировок в Газе», уже начался. За несколько часов, по его словам, поступило 2 тысяч заявок на вступление в новую силовую структуру. Обучением нового поколения полицейских Газы пообещали заняться Египет и Иордания.
После этого генерал-майор Джаспер Джефферс остановился на создании временных Международных стабилизационных сил (ISF), которые «будут обучать и поддерживать прошедшие проверку палестинские полицейские силы». ISF будут сотрудничать с Израилем и Египтом в обеспечении безопасности приграничных районов. План также предусматривает поэтапную передачу ISF контроля над Газой от Армии обороны Израиля. Как уточнил Джефферс, миссия начнется с Рафаха — города, который граничит с Египтом. Генерал-майор рассказал, что первые пять стран — Индонезия, Марокко, Казахстан, Косово и Албания — уже обязались направить в ISF своих военных. Общая численность сил составит 20 тысяч человек.
Тем временем кипрско-израильский бизнесмен Якир Габай, вошедший в исполнительный совет по Газе, остановился на близкой Трампу-бизнесмену теме строительства и реконструкции. Он рассказал про «генеральный план жилья и инфраструктуры», охватывающий всё, что только можно представить: «Современные школы и больницы, производство и сельское хозяйство, дороги и железные дороги, водоснабжение и энергетику, логистические хабы, телеком и дата-центры, спортивные и досуговые объекты, морской порт и аэропорт, а также многое другое». „
«Местное население будет строить свои города, создавая сотни тысяч рабочих мест и оживляя экономику... Побережье Газы можно развивать как новую средиземноморскую Ривьеру с 200 отелями»,
— воодушевленно рассказывал Якир Габай (Сергей Лавров, кстати, на этот счет в упомянутом интервью говорил со скепсисом: «Конечно, важно, как будет осуществляться восстановление Газы. Высказывались идеи создать там чуть ли не “ближневосточную Ривьеру”, город-казино, город-курорт...»).
Еще один участник исполнительного совета, американский миллиардер и глава инвесткомпании Apollo Global Management Марк Роуэн говорил о деньгах. По его словам, на реконструкцию инфраструктуры и строительство требуются инвестиции в размере 115 млрд долларов. Из опубликованного на этой неделе отчета Всемирного банка, ООН и ЕС следовало, что восстановление Газы обойдется примерно в 53 млрд долларов. Но и эта сумма крайне внушительна.
На встрече в Вашингтоне Дональд Трамп объявил, что девять государств-членов — ОАЭ, Казахстан, Азербайджан, Пакистан, Бахрейн, Катар, Саудовская Аравия, Узбекистан и Кувейт — в совокупности пообещали выделить $7 млрд на гуманитарную помощь и восстановление Газы. Сами США добавят еще $10 млрд. Правда, позднее неназванный представитель администрации, которого цитировало издание Politico, пояснил: обязательство США было частью десятилетнего плана восстановления, над которым Белый дом «будет работать совместно с Конгрессом». То есть, вероятно, выделение денег еще предстоит согласовать с законодателями.
При этом Дональд Трамп выразил надежду на то, что деньги в конечном счете внесут и Китай, и Россия. Напомним, Владимир Путин ранее утверждал: Россия готова перечислить в Совет мира 1 млрд долларов из ее активов, замороженных в том числе в Соединенных Штатах после вторжения в Украину. Но четкого ответа на это предложение, как утверждают в Москве, из Вашингтона до сих пор не поступило.
Так или иначе, в любом случае все эти грандиозные планы упираются в один крайне проблемный момент — разоружение ХАМАС. 16 февраля секретарь правительства Израиля Йоси Фукс рассказал: «Мы готовимся к периоду, когда ХАМАС будут даны 60 дней [на разоружение. — Прим. ред.]. Мы полностью координируем наши шаги с американцами. Они просили предоставить ХАМАС время, мы уважаем эту просьбу». После истечения этого срока группировка — если не разоружится — столкнется с новой полномасштабной операцией израильской армии. Планам строительства «200 отелей на новой Средиземноморской Ривьере» это явно помешает.
За заслуги в области миротворчества
На Совете мира и в кулуарах обсуждались не только проблемы Газы. Трамп сам задал тон дискуссиям, когда в начале заявил, что работа структуры «укрепит Организацию Объединенных Наций», у которой есть «огромный нереализованный потенциал», а потом добавил: «Со временем ООН станет сильнее, а Совет мира будет как бы наблюдать за ней, чтобы она работала правильно». То, что устав ООН никакого «наблюдающего» не предполагает, главу Белого дома не смутило.
Эту же тему, продолжил, среди прочих, премьер Албании Эди Рама: он высказал надежду, что Совет мира встряхнет и пробудит ООН — организацию, которую он назвал «агонизирующим гигантом».
Даже сами участники Совета пока довольно смутно представляют себе, чем именно — помимо Газы — будет заниматься этот клуб имени Трампа. Между тем сам он уверен, что «впереди еще много работы». „
Выступая, глава Белого дома не упустил случая вновь рассказать о том, что всего за год «закончил восемь войн», причем каждого соглашения добивался «за считанные дни».
Совет Трампа всему миру был таким: в случае необходимости обращаться к нему. «Было столько переговоров, например, между Косово и Сербией, в которых я лично принимал участие. Можете встать? Если кто-то из вас здесь, встаньте на мгновение. Сколько работы проделано! Спасибо, мы вам очень благодарны. Вы ладите друг с другом, а когда не ладите — звоните мне, и мы находим решение, правда?» — задал он вопрос, который не подразумевал вариативности ответа.
Пожалуй, лучше всех эти настроения уловил Касым-Жомарт Токаев. В своей речи он выразил уверенность в том, что под «сильным и дальновидным руководством» нынешнего главы Белого дома «Совет успешно выполнит свою благородную миссию». И предложил учредить под эгидой Совета мира специальную награду имени Трампа — «в знак признания выдающихся усилий и достижений в области миростроительства» президента США, который так хотел получить Нобелевскую премию мира.

«Он пока плохо говорит, но скоро восстановится, не сомневаюсь! — говорит “Новой газете Европа” по телефону Марина Адамович, жена Николая Статкевича. — Он уже сейчас это делает лучше, чем даже час назад!»
Статкевич — один из лидеров белорусской оппозиции, бывший соперник Александра Лукашенко на выборах и самый «долгосидящий» политзаключенный в стране — вышел на свободу 19 февраля. С инсультом. Вчера его жена Марина сообщила: «Дорогие друзья! Николай дома. У него был инсульт. Сейчас он восстанавливается. Пока проблемы с речью. В остальном всё нормально. Всё будет хорошо».
Он всё-таки добился своего — вернулся из тюрьмы домой, а не оказался выдворенным из Беларуси. Победил ценой собственного здоровья, 11 сентября 2025 года совершив отчаянный и не понятый многими поступок на белорусско-литовской границе.
В тот день после пяти лет и трех месяцев за решеткой, после двух лет и семи месяцев без связи с внешним миром Статкевича вместе с полусотней других политзаключенных вывезли на белорусско-литовскую границу и вышвырнули в Литву. Предыдущую партию выдворяли в июне, следующую — в декабре. Единственный, с кем этот финт белорусского режима не прошел, — Николай Статкевич.
Прямо на границе, на нейтральной полосе, он выпрыгнул из автобуса и пошел в сторону Беларуси. Его пытались остановить, но безуспешно. Камеры зафиксировали Статкевича, а потом он исчез.
Вместе с Николаем из того автобуса выпрыгнул политзаключенный Максим Винярский. Вот что он рассказывал о событиях на границе «Новой-Европа»:
-— Навстречу нам вышла молодая пограничница. Она говорила: «Вам сюда нельзя! Идите в Литву!» Статкевич отвечал, что он гражданин Беларуси, и никто не может не впустить его в страну. Пограничница ответил: «А как вы можете доказать, что вы гражданин Беларуси? У вас нет документов, а без документов вас никто не пустит в Беларусь». Потом, — продолжает Максим Винярский, — со стороны Беларуси пришел какой-то мордоворот в штатском. Он велел пограничнице возвращаться на пост, а нас начал убеждать в том, что у нас нет иного выхода, и мы обязаны идти в Литву, поскольку в Беларусь нас всё равно не пустят. А в Литве нас уже ждут, там свобода и друзья. „
В Беларуси же, если будем упорствовать, ничего хорошего не будет. Статкевич его и слушать не хотел.
Мы стояли возле той бетонной дуги, которая попала во все мировые медиа. Николай хотел сесть. Спросил мордатого: «Я могу здесь присесть?» Тот ответил: «Нет, нельзя, это уже белорусская территория». И тогда Николай схватился за сердце и сказал: «Ой, плохо мне, не могу стоять…» И сел.
Максим в итоге ушел в Литву. А Николай остался. Потом исчез. И следующие пять месяцев никто не знал, где он. Жена Николая Марина Адамович билась во все двери, добиваясь ответа на вопрос, где ее муж. Подавала заявление об исчезновении человека в отделение милиции по месту прописки, писала в департамент исполнения наказаний, в колонию №13 в Глубоком, откуда вывозили Николая, в МВД, в пограничную службу — он ведь исчез на границе, — обращалась в суд с иском. Единственная официальная бумага, которую она получила в ответ на свои многочисленные обращения, — это письмо из МВД от 21 ноября 2025-го за подписью заместителя министра Геннадия Казакевича. Он писал: «Сообщаю, что Статкевич Н. В. отбывает наказание согласно приговору Гомельского областного суда от 14.12.2021». Где именно Статкевич «отбывает» наказание, Марине, естественно, не сообщали.
— Оказывается, всё это время он находился в той же колонии в Глубоком, из которой его вывезли в сентябре, — рассказала «Новой-Европа» Марина Адамович. — Николай сказал, что его как из колонии везли с мешком на голове, так и обратным путем, с границы в колонию, с тем же мешком на голове и стяжками на руках. Я писала туда, в колонию. Я за эти месяцы ездила туда трижды. И мне никто ничего не сказал, не дал ни одного ответа на мои обращения. Но он всё это время был там. А инсульт у Николая случился еще 21 января, и его в тот же вечер увезли в Минск. (На заднем плане в этом время звучит голос Николая. Неразборчиво, но Марина понимает. — Прим. авт.) Николай говорит, что врачи действительно делали всё возможное, чтобы спасти его жизнь: три недели реанимации, кормление через трубку.
Тот самый приговор гомельского суда, на который цинично ссылался замминистра Казакевич, — 14 лет особого режима. Режим — особый, колония — тоже особая. Потому что Николай Статкевич — личный враг Лукашенко с давних времен.
Свой первый срок он получил еще в 2004 году за организацию акции протеста: тогда Лукашенко решил убрать из Конституции ограничение в виде двух президентских сроков, открыв себе путь к бесконечному и непрерывному сидению в одном и том же кресле. В то время статью 342 УК Беларуси — «организация действий, грубо нарушающих общественный порядок» — еще не называлась народной, до рекордно массовых протестов 2020 года было далеко, но белорусы протестовали и в те времена. А Николай Статкевич был одним из первых организаторов уличных акций против лукашенковского режима. Совесть не позволяла ему, офицеру и создателю Белорусского объединения военных, молчать по принципу «если не лезть в политику, то ничего не угрожает».
Второй раз — тоже за протесты — Статкевич был приговорен к тюремному сроку в 2011 году, уже в качестве кандидата в президенты. „
Его, как и других кандидатов, арестовали в день выборов 19 декабря 2010 года, а в мае следующего — приговорили к шести годам лишения свободы. Статья была уже из разряда особо тяжких — 293-я, «организация массовых беспорядков».
А последний срок по той же статье Николай Статкевич получил, даже не успев поучаствовать в протестах: его задержали на разрешенном пикете по сбору подписей 31 мая 2020 года. Выдвигаться в президенты он не мог: после освобождения судимость действовала восемь лет, и по белорусскому законодательству судимый не может баллотироваться на президентских выборах. Но Николай думал не о бумагах в ЦИК, а об улице. И был прав.
Если бы Статкевич остался на свободе, акции протеста закончились бы совсем по-другому — в этом не сомневался и Лукашенко. Приговор в 14 лет понадобился, чтобы гарантировать еще пару-тройку спокойных сроков у власти. И колония для Статкевича — самая закрытая, в Глубоком. И запрет на связь с 9 февраля 2023 года. И отсутствие звонков даже до режима «инкоммуникадо». И лишь одно краткосрочное свидание с женой — в июне 2022 года.
В общей сложности за три срока Николай отсидел 12 лет.
11 сентября прошлого года, когда Статкевич рвался в Беларусь, а его пытались отправить в Литву, сотрудник американского посольства подошел и дал ему телефон, чтобы тот позвонил жене. Все надеялись, что Марина сможет уговорить его покинуть страну. Но она даже не пыталась. Потом Марина рассказывала «Новой газете Европа», что Николай сказал: «Нас пытаются вывезти, но я им этого не позволю. Я возвращаюсь в Беларусь». И вернулся.
Марина мечтала только обнять его. Она была готова остаться с ним на той нейтральной полосе до конца времен. И теперь он наконец дома. „
Марина может его обнимать. Она понимает его речь. Ей не нужно разбирать слова — тот случай, когда один партнер еще только подумал, а второй уже произносит это вслух.
Дома, кроме Марины, Николая ждала несколько увеличившаяся хулиганистая стая собак и кошек. «Наши старые котики даже через пять лет признали своего хозяина», — сказала Марина.
Конечно, Статкевич выскажется.
Можно только представить себе, какой тяжести был инсульт, если даже тюремщики, чье кредо «ничего не делать, не совершать лишних движений», немедленно отправили его в Минск, где три недели за жизнь Статкевича боролись врачи в реанимации. И точно так же можно представить себе, какой силой воли обладает этот человек, если он, не имея ничего, кроме этой самой силы воли, смог противостоять всей государственной машине и остаться в Беларуси, а теперь еще и вернуться домой. А речь восстановится: Статкевичу еще слишком много нужно сказать.

В Москве окончательно закроют Музей истории ГУЛАГа: вместо него создадут Музей памяти, посвященный «геноциду советского народа». Учреждение приостановило работу еще более года назад, а его директора вскоре уволили. По данным СМИ, проблемы у музея начались после его отказа изменить раздел о сталинских репрессиях в другой музейной экспозиции. Новый музей возглавит ветеран войны с Украиной Наталья Калашникова. Подробнее — в материале «Новой-Европа».
Закрытие музея
Московский Музей истории ГУЛАГа, закрытый еще в 2024 году, окончательно прекратит работу. Объявление об этом появилось на сайте музея.
Вместо музея ГУЛАГа откроется так называется Музей Памяти, посвященный «геноциду советского народа» во время Великой Отечественной войны с нацистской Германией. «Экспозиция охватит все этапы военных преступлений нацистов», — отмечается на сайте. Источник «Интерфакса», знакомый с ситуацией, подтвердил информацию и уточнил, что об изменениях уже объявили коллективу музея.

Самым известным сторонником концепции «геноцида советского народа» можно считать главу Следственного комитета Александра Бастрыкина. Председатель СК годами призывает закрепить соответствующую концепцию, инициирует поисковые работы (в том числе на оккупированных территориях) и поддерживает решения судов о признании различных преступлений фашистской Германии актами «геноцида советского народа», например, на территории Донбасса. В России даже объявили 19 апреля Днем памяти жертв геноцида советского народа: в конце 2025 года Владимир Путин подписал соответствующий закон.
Решение закрыть музей в партии «Яблоко» назвали «актом извращения самой идеи сохранения правды о трагических страницах нашего прошлого». По мнению председателя партии Николая Рыбакова, подмена «темы политических репрессий темой геноцида советского народа внешними силами — это попытка стереть память о преступлениях нашего государства против нашего народа». Он также призвал прекратить уничтожение памяти и сохранить Музей истории ГУЛАГа как «независимый институт правды».
«Музей уничтожают намеренно, чтобы лишить общество возможности осмыслить уроки прошлого. „
История учит: там, где сознательно забывают о репрессиях вчерашнего дня, создается почва для продолжения подобной практики сегодня.
Без честного признания трагедии ГУЛАГа невозможно построение правового, гуманного и свободного российского государства», — говорится в заявлении партии.
Судьба экспозиции под вопросом
Что будет с экспонатами музея — неизвестно. РБК со ссылкой на источник пишет, что экспозицию заменят полностью.
«Обещают, что она сохранится, но при этом говорят о ее вывозе из здания музея», — заявил собеседник издания.
Член Совета по правам человека Ева Меркачева выразила надежду, что экспонаты музея ГУЛАГа будут сохранены. В частности, она упомянула двери камер известных тюрем, которые произвели на нее самое сильное впечатление при посещении.
Временное закрытие оказалось постоянным
Музей истории ГУЛАГа работал с 2001 года. Его открыли по инициативе историка и бывшего узника лагерей Антона Антонова-Овсеенко. Сначала музей, основу которого составляли архивы и личные дела репрессированных, размещался в небольшом здании на Петровке. В 2014 году музей переехал в реконструированное здание в 1-м Самотечном переулке.
Сотрудники музея рассказывали об истории и масштабе советских репрессий через интерактивные экспозиции о системе лагерей 1920–1950-х годов, лекции, спектакли и дискуссии. Центр документации музея помогал людям искать сведения о репрессированных родственниках. Кроме того, музей проводил ежегодные памятные мероприятия, включая акцию «Молитва памяти» 30 октября с чтением имен расстрелянных в годы Большого террора.
Музей ГУЛАГа приостановил работу 14 ноября 2024 года: тогда руководство учреждения назвало это временным решением «в результате нарушений пожарной безопасности». Проверки выявили, что музей якобы «создает угрозу для безопасности и комфортного пребывания посетителей музея». Уже тогда дата нового открытия, по словам замдиректора по развитию Анны Стадинчук, была неизвестной.
В январе 2025 года с поста директора музея уволили Романа Романова, который руководил им с 2012 года. Источник «Медузы», знакомый с ситуаций, рассказал, что причиной стал отказ Романова изменить раздел о репрессиях в новой экспозиции «История Москвы», открывшейся в Музее Москвы в декабре 2024 года. Ее помогали организовывать сотрудники Музея истории ГУЛАГа. „
Изначально выставка должна была рассказывать о сталинских репрессиях, включая шахтинское дело и историю Дома на набережной, однако по требованию «сверху» этот раздел полностью убрали, оставив лишь интерьеры 1930-х годов без пояснений.
Тогда должность Романова заняла директор Музея Москвы Анна Трапкова.
«После отказа Романова внести изменения в выставку Музей истории ГУЛАГа решили интеллигентно ликвидировать и присоединить к Музею Москвы», — писала «Медуза».
При этом периодически чиновники обсуждали возобновление работы Музея ГУЛАГа. Так, в январе 2025 года глава Совета по правам человека (СПЧ) при президенте РФ Валерий Фадеев обещал, что музей откроют в «ближайшее время»: «Я разговаривал с руководством Москвы. Никаких идей о закрытии музея нет. В ближайшее время будут приняты все необходимые меры и музей будет открыт. У нас нет опасений, что его закроют».
Новый музей с участницей войны во главе
Первый «национальный музей памяти, посвященный жертвам геноцида советского народа», откроется в 2026 году, сообщили в мэрии Москвы. В его основу лягут архивные материалы проекта «Без срока давности», инициированного Поисковым движением России.
Департамент культуры Москвы в сообщении о смене Музея ГУЛАГа на Музей памяти подчеркнул, что «увековечивание памяти о жертвах геноцида советского народа» — «одно из ключевых направлений работы по патриотическому воспитанию и историческому просвещению подрастающего поколения».
На обновленной экспозиции будут рассказывать о «проявлениях нацизма, испытаниях биологического оружия на советских гражданах, проведенных японцами, освободительной миссии Красной армии, судах над нацистскими преступниками». Также на выставке появятся «вагон для отправки людей в лагеря смерти, воссозданная комната жителя блокадного Ленинграда и весы из концлагеря, на которых взвешивали волосы узников перед продажей».
Новый музей возглавит участница войны России с Украиной Наталья Калашникова, которая с апреля 2025 года уже руководит музеем «Смоленская крепость». В мэрии сообщили, что у нее есть опыт работы и «по сохранению памяти жертв геноцида советских граждан в рамках организации тематических выставок и издания исторических книг». Ранее она возглавляла отдел науки в Мемориальном музее А. Н. Скрябина, а также работала проректором Московского государственного института культуры.
Калашникова имеет звание ветерана боевых действий, а также отмечена медалями «Участнику специальной военной операции» и «За вклад в укрепление обороны Российской Федерации». В «Смоленской крепости» она проводила встречи с бойцами «СВО» и рассказывала про организацию концертов для военнослужащих на передовой. При этом свидетельств тому, что и где именно Калашникова делала на фронте, в открытых независимых источниках нет.
«Одна из его (музея. — Прим. ред.) ключевых задач — сформировать у современного поколения стойкое неприятие нацизма в любых его проявлениях. Это особенно важно сейчас, когда реальных свидетелей тех страшных событий уже почти не осталось», — заявила Калашникова про новый музей.

Музей истории ГУЛАГа в Москве переименуют в Музей Памяти, новым директором станет Наталья Калашникова из «Смоленской крепости». Об этом сообщила искусствовед Ксения Коробейникова.
Также на сайте музея 20 февраля появился анонс.
«В Москве откроется Музей Памяти. Он будет посвящен памяти жертв геноцида советского народа. Экспозиция охватит все этапы военных преступлений нацистов в годы Великой Отечественной войны», — говорится на сайте.
Как пишет «Газета.ру» со ссылкой на одну из сотрудниц, после новости о смене директора все работники в растерянности.
«[Сотрудники] решают, оставаться или уходить. Экспозицию полностью переделают, все будет новое. Коллекцию музея ГУЛАГа оставят в фондах, будет просто лежать», — сказала она.
Новая руководительница Музея Наталья Калашникова сообщила, что фонды о жертвах политических репрессий «нельзя никуда выбросить, уничтожить». По ее словам, сейчас все материалы находятся на государственном учете.
«Коллектив музея остается тот же, никого не разгоняли. В музее произошла реорганизация. Они профессионалы, знают, как работать с музейными архивами, поэтому рада с ними сотрудничать», — сказала Калашникова.
Она отметила, что пока что Музей не готов принимать посетителей, поскольку у помещения остаются проблемы с пожарной безопасностью.
Калашникова стала директором «Смоленской крепости» в марте 2025 года. До этого она руководила отделом науки в Мемориальном музее Александра Скрябина и была проректором по воспитательной работе в Московском институте культуры (МГИК).
Как писали СМИ, Калашникова имеет удостоверение ветерана боевых действий, у нее есть медали «За вклад в укрепление обороны Российской Федерации» и «Участнику специальной военной операции».

В конце января в парижском аэропорту воссоединилась семья Андрея и Натальи Смекалиных. Год назад мать четверых детей дезертировала с военной службы на Дальнем Востоке и уехала в Армению, несмотря на давление со стороны ФСБ. Еще раньше из-за угрозы доноса уехал ее супруг, взяв с собой двоих детей. В конце прошлого года французский МИД неожиданно одобрил Наталье и еще двум ее детям laissez-passer (международный проездной документ), и теперь семья будет в полном составе подаваться на политическое убежище. Смекалины рассказали «Новой газете Европа» о том, как с наступлением войны счастливая семейная жизнь сменилась кошмаром и почему им пришлось уехать на другой конец света.
Смекалины до войны
На берегу Уссурийского залива, прямо напротив Владивостока, находится город Большой Камень. Основали его в 1947 году, чтобы ремонтировать корабли Тихоокеанского флота, и вплоть до 2015 года он был закрытым. Главная местная «достопримечательность» и градообразующее предприятие — огромная верфь для работы с кораблями с ядерными энергетическими установками. Неудивительно, что в моногороде, обслуживающем флот, не так много работы в частном секторе. Не было ее и в близлежащем поселке Смоляниново, где жила Наталья, — так она объясняет, почему в 2008 году решила заключить военный контракт.
— Мой отец — военнослужащий, и мне в 19 лет предложили поработать в строевой части с документацией, — рассказывает Наталья (сейчас ей 38). — Работа мне понравилась. Через два года я заключила контракт и работала там же, в штабе, на делопроизводстве. „
Мне не то чтобы нравилась армия (у меня музыкальное образование), просто другой работы в городе не было. Но мне нравилось читать рапорты, писать. Я всё время сидела в документах, была частью «бумажной армии».
Даже хотела получить звание прапорщика, но в 2010 году, когда я закончила для этого техникум, прапорщиков отменили, и я так и осталась младшим сержантом.
Тем временем Андрей, будущий муж Натальи, отучился в Большом Камне в техникуме на машиниста электропоезда, а затем открыл свой бизнес.
— У меня был магазин, я занимался сантехникой, отоплением и электрикой, — рассказывает Андрей Смекалин. — В 2012 году Сбербанк открыл новый большой офис в городе, и их подрядчик обратился к нам по поводу сантехники. С самого начала предлагали мне странные схемы: «Возьми работу, мы дадим тебе узбеков, инструменты». Я отказался — у меня своя бригада и инвентарь — и согласился работать только по субподряду. Через некоторое время ко мне пришли люди, которые представились сотрудниками ФСБ. Они потребовали отдать им 15% из денег за выполнение подряда, угрожали проблемами. Я же легально работал, почему я должен был им что-то платить? Подрядчик просто ответил: «А ты не знал, что ли? Мы же предупреждали».
В итоге Андрей отказался от заказа, выплатил неустойку. По его словам, с тех пор он стал иначе смотреть на происходящее в стране и слушать, что говорят оппозиционные политики.
— Получилось, что я не интересовался политикой, пока она не заинтересовалась мной, — шутит он.
Именно тогда, в 2012 году, судьба свела Наталью и Андрея, вскоре после знакомства они поженились. Молодая женщина рассказывает, что они сразу решили: семья будет многодетной.
— Я всегда хотела двойню. Двойня не получалась, — смеется Наталья. — Но между старшими детьми у нас разница в полтора года. Мы хотели, чтобы после нас осталось четверо детей, чтобы вдвойне «восполнить» себя.
К 2022 году у Смекалиных уже была шестилетняя дочь и двое сыновей, семи лет и трех месяцев. На момент начала войны Наталья была в декретном отпуске. Новости о вторжении России в Украину оба супруга восприняли тяжело. Андрей придерживался оппозиционных взглядов, даже ходил наблюдателем на президентские выборы 2018 года. Он вспоминает, что 24 февраля был подавлен, понимал, что из страны нужно уезжать. Для Натальи же война стала еще и личной трагедией.
Родные и родители
— У меня все родственники в Украине, — дрогнувшим голосом говорит бывшая военнослужащая. — Мы не очень часто общались, в основном по праздникам, но первое, что я сделала 24 февраля, — связалась с ними. Я начала сообщения с извинений, я прекрасно понимала, что произошло, и извинялась в каждом сообщении. Я чувствовала себя причастной к войне, ведь служила в российской армии. Они поняли меня и приняли: мы и сейчас поддерживаем отношения. Я за них очень переживаю: рядом с ними летают и падают «шахеды», часто нет электричества и интернета. Они стали мне роднее, чем мои родители. Мама с папой сразу с ними рассорились, так как смотрят телевизор, да и меня они ни в чем не поддерживают.
Позже, в 2023 году, мобилизовали ее двоюродного брата из Новой Одессы (город в Николаевской области Украины). Будучи в России, Наталья боялась ему писать, опасаясь, что у брата будут проблемы с командирами. Но как только Смекалина приехала в Армению, сразу с ним связалась — общение возобновилось.
— Брат всегда был мне рад, поддерживал, говорил, что «еще посидим за одним столом», — плачет Наталья. — Недавно он погиб… „
В первый же день войны Наталья решила уйти со службы. Она пришла на работу, чтобы написать рапорт об увольнении. Армейское руководство «потеряло» документ. Это повторилось дважды.
Затем к ней пришел начальник части по защите гостайны и прямо сказал, что до конца так называемой СВО она уволиться не сможет. Наталья убеждена, что он ей врал: указ о том, что контракты становятся бессрочными, появился только осенью 2022 года.
— На самом деле мне в голову-то не приходило, что меня могут отправить на фронт, когда я сижу в декрете с детьми, — вспоминает Наталья. — Хотя еще до февраля 2022-го с нас собрали подписи в рапортах на случай войны и мобилизации. Нам объяснили, что те, у кого дети младше 16 лет, мобилизованы не будут. Я больше переживала за мужа: он такой, что терпеть и молчать не умеет. Мы понимали, что рано или поздно кто-то напишет на него донос за дискредитацию [армии РФ].
21 сентября 2022 года Путин объявил о начале мобилизации. У Андрея в военном билете — категория Б (частично годен), поэтому он был уверен, что его не заберут. Утром мужчина спокойно ушел на работу. Наталья сильно переживала и купила супругу билет в Грузию. Вечером Андрей вернулся домой, посмотрел на десятимесячного сына и сказал, что не может жить где-то далеко, не видя, как сын растет без него. Супруги остались вместе, в Большом Камне.
Несмотря на то что контракт Натальи стал бессрочным, она решила всё же попробовать получить загран и уехать. Но поскольку с 2017 года ее рабочей задачей было отправлять зашифрованные телеграммы, у нее был доступ к секретности второго уровня, а с ним выехать из страны сложно.
— Я пошла узнавать, как мне сделать загранник, — продолжает Наталья. — Работница секретной [службы] сказала, что для него нужно очень много чего. Чтобы выехать в следующем году, нужно было в предыдущем подать до первого декабря рапорт, получить ходатайство от командующего флотом… Короче, поставили крест: сказали, что, пока идет СВО, я не уеду. При этом офицерский состав с таким же допуском выезжать почему-то мог, а я нет.
Разлука
Так, в тревогах, Смекалины провели целый год. К сентябрю 2023-го Андрей не выдержал: страх потерять свободу победил. Супруг Натальи взял старшего сына и дочь и доехал на машине из Владивостока до казахстанского Актау. По его словам, две недели пути прошли как один день.
— Я не ощущал себя в безопасности, — рассказывает Андрей. — Во-первых, если бы мне всё-таки дали повестку по мобилизации, то выезд из страны для меня был бы закрыт. „
Во-вторых, люди изменились, словно озверели, и я понимал, что рано или поздно кто-то на меня донесет.
Например, я спорил из-за войны с приятелем. Он сильно покраснел, злился, орал: «Да ты предатель! Таких, как ты, нужно в тюрьму, чтоб там гнили, или на фронт!» Сказал, что обязательно обо мне сообщит куда надо. Меня такие заявления пугали и сразу отрезвляли: зачем лезть в эти разговоры дурацкие? Но слышишь их бред и не выдерживаешь. Тогда мы с женой и решили, что мне лучше уехать, так как этот человек действительно мог написать донос.
Кроме того, Андрей не мог избавиться от мысли, что рано или поздно его задержат за то, что в 2017–2018 годах он активно посещал штаб Фонда борьбы с коррупцией во Владивостоке, и отправят в тюрьму лет на 12. К счастью, уехать ему было не так сложно: к осени 2023 года Смекалин уже свернул свой бизнес и работал проектировщиком каркасных домов дистанционно. Дети учились на дому. Родители объяснили, что не решились отправить их в обычную школу из-за обилия пропаганды.
Но разрыв сильно ударил по семье, ведь раньше они никогда не расставались. Наталья призналась, что «ревела первые дни» после отъезда. Смекалина мечтала воссоединиться с мужем и тоже уехать, но поперек встала армейская бюрократия. Кадровики в части сказали Наталье, что для получения загранпаспорта ей нужно подписать анкету, рапорт и еще много разных других документов, а также объяснить причину, куда и зачем она едет.
— Я на это всё плюнула и решила сделать финт ушами: заполнила анкету на загран через «Госуслуги», — рассказывает Наталья. — Но я, как умная Маша, всё заполнила, как надо, и побоялась соврать: написала, что я военнослужащая с допуском к «секретке». Меня пригласили в паспортный стол, где сказали, что нужна справка из ФСБ. И всё — приехали, я поняла, что это тупик. О моем походе туда узнал начальник и вызвал к себе. На беседу я пошла с годовалым малышом, его не с кем было оставить. Начальник мне таких бобов выписал… Сказал, что паспорт мне никто не даст: у меня слишком высокий доступ к секретности. В октябре из части ко мне домой приехала девушка, чтобы я подписала заключение об осведомленности, в котором значилось, что я не имею права получать загранник и уезжать, поскольку с момента ознакомления с секреткой у меня должно пройти пять лет, то есть мне нужно было ждать марта 2026 года, и то не факт, что мне бы всё одобрили.
К тому моменту декрет Натальи заканчивался, но она уже поняла, что на службу не вернется. Она не хотела «быть винтиком армейской системы», пока идет война. Супруги нашли неординарный выход из положения, и для этого Андрею пришлось ненадолго вернуться домой.
Беременность и допросы ФСБ
— У Наташи заканчивался декретный отпуск, — рассказал Смекалин, — и она уже общалась со своим [сумасшедшим] начальником, говорила, что не хочет возвращаться на работу. Он ей сказал: «Ну тогда просто сядешь». Ну и мы в тот момент в состоянии стресса ничего лучше не придумали, как зачать еще одного ребенка, нашу младшую дочку. Я трясся от страха в аэропортах, но приехал с детьми домой на 20 дней в ноябре 2023 года, а потом вернулся в Казахстан. Старшая дочь очень скучала по маме, так что я оставил ее и забрал младшего сына.
Теперь папа был с мальчиками, а беременная мама — с девочкой. Супруги как в воду глядели: решение завести еще одного ребенка, вероятно, спасло Наталью от уголовного преследования. Она рассказала, что весной ею заинтересовались сотрудники ФСБ, прикомандированные к ее части. Они вызвали Смекалину на беседу:
— К тому моменту я уже была беременна, но они об этом не знали, — рассказывает Наталья. „
— Приходить пришлось несколько раз: сначала познакомилась с одним сотрудником ФСБ, потом он ушел на войну, вместо него пришел другой… Такие милые все, но я-то понимала, что им надо.
Говорили: «Ай-яй-яй, вы же понимаете, что так нельзя, мы такие молодцы, что предотвратили преступление», угрожали статьей за попытку выехать из страны без разрешения. Спрашивали про мужа, про родственников, даже про детей. Я ответила в духе «у вас личное дело мое есть, дуру из меня не делайте, возьмите и почитайте».
Наталья объясняет, что сотрудник ФСБ пытался втереться к ней в доверие, но она в ответ «включила броню». Продолжалось это до мая 2024 года. Тогда состоялась последняя «беседа», для которой сотрудник службы защиты гостайны ВС РФ повез Наталью во Владивосток на машине.
— Тогда у меня уже был большой живот, — вспоминает Смекалина. — Может, они боялись, что я по их вине попаду в какую-то беду с ребенком и их засужу. Когда они заводили на меня дело за нарушение требований по защите гостайны из-за того, что я пошла делать загранпаспорт через «Госуслуги» в обход бюрократии, они не знали, что я жду ребенка, а когда узнали, стали обходительными. Меня повезли во Владивосток в Управление ФСБ России по Приморскому краю. И там при всех должностных лицах на камеру заставили согласиться с тем, что у меня ограничения на выезд, что я военнослужащая, которая до марта 2026 года не имеет права ничего делать: ни выезжать, ни получать загран… Да и в целом должна сидеть как мышка. Там было, наверное, человек шесть или семь — вместе с начальником присутствовали при видеозаписи. Меня отвезли домой, и всё на этом закончилось.
Наталья признается, что после отъезда Андрея она понимала, что еще долго с ним не воссоединится, но не представляла, насколько трудным будет разрыв. Особо тяжело, по словам Андрея, он сказался на детях. Младший сын, например, очень сильно переживал, когда Наталья уходила. Малыш, видимо, испугался, что все пропали, и думал, что если сейчас пропадет и мама, то он останется один. Когда его забрал Андрей, то же самое было и с ним: нужно было, чтобы папа всегда был на виду. К сожалению, возникла еще одна проблема: когда Андрей уехал в первый раз, младший сын уже начал разговаривать, но вдруг перестал. Только спустя пару лет, когда ему уже было почти четыре года, он понемногу стал говорить. Но для этого пришлось ходить к логопеду и психологу.
После истории с ФСБ Наталья «спряталась в психологический панцирь» и просто терпела. Благодаря рождению младшей дочери она снова ушла в декретный отпуск, а старшая дочь помогала ей по дому.
«Балканский путь» Андрея
Спустя год жизни в Казахстане Андрей решил переехать вместе с сыновьями в Грузию, куда его позвали знакомые осенью 2024-го. До этого он зарабатывал на жизнь тем, что благодаря старым знакомствам дистанционно занимался архитектурными проектами. После переезда в новую страну Андрей устроился электриком и большую часть дня находился на работе. Часть заработанных денег он платил друзьям как няням, чтобы они присматривали за детьми. После работы Андрей приходил домой уставший, готовил еду и шел спать.
Он рассказывает, что чувствовал, будто теряет контроль над жизнью. Как и Наталья, он всё время думал о том, как их семье снова быть вместе. Решение пришло из новостей: французский МИД выдал шестерым российским дезертирам документы, позволившие им приехать во Францию без загранпаспорта и податься там на убежище. Теоретически такой же laissez-passer могла получить и Наталья.
Первым во Францию решил ехать Андрей, но шенгенской визы у него не было, и он воспользовался «Балканским путем». Долгие годы этот маршрут, пролегающий через боснийско-хорватскую границу в ЕС, использовали беженцы с Ближнего Востока и Африки, но после начала войны в этом потоке стали попадаться россияне, например, дезертиры или бегущие от кадыровского режима чеченцы. Хорватские силовики известны своим жестоким и унижающим достоинство обращением с мигрантами. С этим Андрей с детьми столкнулись на собственном опыте: их полдня продержали на пограничном пункте, перевернули все сумки и отправили в миграционную тюрьму.
— Там, конечно, был кошмар, — вспоминает Андрей. — Если пограничники к нам отнеслись более-менее, то в этой тюрьме хорошо нас не пинали… Ноутбуки, техника, что-то дорогое — всё это вывалили на пол в коридоре, выбросили. Нас посадили в камеру с двухъярусными кроватями. Внутри прям грязища, особенно на полу, на котором еще было что-то разлито. „
Нас заставили снять обувь и ходить по всему этому, правда, через полчаса пришел начальник, отчитал подчиненных, и нам разрешили надеть ботинки.
Весь день мы были голодные, только после моих вопросов охранники дали нам консервы с водой и хлебом.
В конце концов в миграционную тюрьму пришли люди, которые оформляли Андрея еще на границе, отчитали местных сотрудников за то, что те поместили отца с детьми в такие условия. Затем у Смекалиных сняли отпечатки пальцев и отвезли на вокзал, дав предписание ехать в лагерь беженцев. Но Андрей купил билет до Загреба, где снял апартаменты, чтобы сыновья могли спокойно отдохнуть. Затем в октябре 2024 года он с детьми долетел до Франции и подался на убежище.
Воссоединение
— Представьте, я в декрете, но моей младшей дочери скоро будет два года, а война продолжается, — говорит Наталья. — И я не знаю, сколько она еще продлится. В одном я убеждена: на службу не вернусь и участвовать в преступлениях нашей армии, даже оформляя бумажки, не буду.
О проекте «Идите лесом» Наталья знала давно. Она написала им в чат, и ей посоветовали добраться до Армении, для въезда в которую загранпаспорт не нужен. 13 марта 2025 года Наталья взяла дочек и поехала в аэропорт. В решении дезертировать младшая сержантка была уверена, хотя ей было очень страшно нарушить закон и снова попасть в лапы ФСБ.
Несмотря на переживания Натальи, поездка в Армению прошла без приключений. Правда, она вспоминает, как ее паспорт проверяли перед вылетом 20 минут, и признается, что в тот момент она жутко боялась:
— Пока я стояла возле окошка в зоне пограничного контроля, а мой паспорт чуть ли не под лупой рассматривали, у меня вся жизнь пронеслась перед глазами. Я думала, что меня точно нашли в базе, — и всё, конец, но, слава богу, меня выпустили! Я расплакалась, когда вышла оттуда.
В Армении Наталья продолжала заботиться о дочках и жила на сбережения. Но жизнь была полна тревог: дезертирка боялась, что ее найдут силовики. Несколько месяцев она продолжала оплачивать служебную квартиру в Смоляниново, чтобы продать остаток вещей, — с этим ей без особого желания согласились помочь родители, одновременно укоряя ее за «предательство». Через неделю после отъезда Натальи ее мама разбирала вещи в квартире. В этот момент в дверь постучали.
— Стучался человек в гражданском, — рассказывает Наталья. — Это был мой сосед с пятого этажа, бывший военный. Он сказал, что меня ищет ФСБ. Когда я об этом узнала, у меня случилась истерика. Я уверена, что в покое они нашу семью не оставят. Стали поступать сообщения и звонки в ватсап от коллег: они требовали сообщить командованию мое местоположение. Потом был момент, „
когда я искала в Армении квартиру, и в автобус, в котором я ехала, зашел российский военный. Я сразу убрала телефон, глаза в пол, стою молча и не понимаю, какого черта он здесь?
Муж меня потом успокаивал и шутил: «У тебя что, на лбу написано, что ты из России?» Я головой понимаю, что таких, как я, скрывающихся в Армении дезертиров — сотни. Кто я такая, чтобы за мной охотились? И всё равно было страшно. Я трусиха, всего боялась, даже включать геолокацию, хотя у меня была армянская сим-карта.
Смекалина признается, что на фоне постоянного стресса в Армении ее очень поддерживали гостеприимство и доброта местных жителей. Она с теплом вспоминает, как боялась обратиться в больницу, когда ее младшая дочь простудилась, но благодаря поддержке практически незнакомых людей смогла бесплатно попасть на прием и получить рекомендации без документов.
— Армения — это просто невероятная страна, — говорит Наталья. — Все очень отзывчивые: пакет порвался — подошли, помогли собрать. Лялечка упала, пускай и на мягкую траву, — все бегут помогать. Хозяин [съемной квартиры] очень помогал — спускать коляску по ступенькам, например.
У Натальи всё еще не было загранпаспорта, но она не рискнула обратиться за ним в российское посольство: тем самым можно было бы раскрыть свое местоположение силовикам. Чтобы попасть во Францию, Наталья обратилась за проездными документами в посольство этой страны. С задачей Смекалиной помогла справиться кризисная группа Intransit. Семья уже начала отчаиваться — и тут пришли хорошие новости.
— Когда правозащитники сообщили мне, что laissez-passer одобрили, я не поверила, — вспоминает Наталья. — Мы с мужем в последнее время думали, что рассмотрение идет очень долго, и не верили, что что-то получится. Муж уже хотел плюнуть на всё и ко мне [в Армению] ехать. Когда я наконец приехала во Францию и увидела его, разревелась. И даже когда первый день побыли вместе… до сих пор не можем прийти в себя и поверить в то, что это случилось. Что мы это пережили, что мы такие сильные.
Поскольку Андрей подался на убежище с двумя детьми, ему выдали трехкомнатную квартиру. Теперь, с приездом Натальи, их переселят в квартиру побольше: по местным законам такая большая семья не может размещаться в тесноте. В России они жили в двухкомнатной квартире.
Смекалины определили детей в школу. По их словам, младший сын уже хорошо понимает французский, а старший может на нем изъясняться. Родителям язык дается сложнее, но впереди еще много времени на то, чтобы его освоить. Сейчас супруги, еще недавно находившиеся на грани отчаяния, смотрят в будущее с надеждой.

«Он пока плохо говорит, но скоро восстановится, не сомневаюсь! — говорит “Новой газете Европа” по телефону Марина Адамович, жена Николая Статкевича. — Он уже сейчас это делает лучше, чем даже час назад!»
Статкевич — один из лидеров белорусской оппозиции, бывший соперник Александра Лукашенко на выборах и самый «долгосидящий» политзаключенный в стране — вышел на свободу 19 февраля. С инсультом. Вчера его жена Марина сообщила: «Дорогие друзья! Николай дома. У него был инсульт. Сейчас он восстанавливается. Пока проблемы с речью. В остальном всё нормально. Всё будет хорошо».
Он всё-таки добился своего — вернулся из тюрьмы домой, а не оказался выдворенным из Беларуси. Победил ценой собственного здоровья, 11 сентября 2025 года совершив отчаянный и не понятый многими поступок на белорусско-литовской границе.
В тот день после пяти лет и трех месяцев за решеткой, после двух лет и семи месяцев без связи с внешним миром Статкевича вместе с полусотней других политзаключенных вывезли на белорусско-литовскую границу и вышвырнули в Литву. Предыдущую партию выдворяли в июне, следующую — в декабре. Единственный, с кем этот финт белорусского режима не прошел, — Николай Статкевич.
Прямо на границе, на нейтральной полосе, он выпрыгнул из автобуса и пошел в сторону Беларуси. Его пытались остановить, но безуспешно. Камеры зафиксировали Статкевича, а потом он исчез.
Вместе с Николаем из того автобуса выпрыгнул политзаключенный Максим Винярский. Вот что он рассказывал о событиях на границе «Новой-Европа»:
-— Навстречу нам вышла молодая пограничница. Она говорила: «Вам сюда нельзя! Идите в Литву!» Статкевич отвечал, что он гражданин Беларуси, и никто не может не впустить его в страну. Пограничница ответил: «А как вы можете доказать, что вы гражданин Беларуси? У вас нет документов, а без документов вас никто не пустит в Беларусь». Потом, — продолжает Максим Винярский, — со стороны Беларуси пришел какой-то мордоворот в штатском. Он велел пограничнице возвращаться на пост, а нас начал убеждать в том, что у нас нет иного выхода, и мы обязаны идти в Литву, поскольку в Беларусь нас всё равно не пустят. А в Литве нас уже ждут, там свобода и друзья. „
В Беларуси же, если будем упорствовать, ничего хорошего не будет. Статкевич его и слушать не хотел.
Мы стояли возле той бетонной дуги, которая попала во все мировые медиа. Николай хотел сесть. Спросил мордатого: «Я могу здесь присесть?» Тот ответил: «Нет, нельзя, это уже белорусская территория». И тогда Николай схватился за сердце и сказал: «Ой, плохо мне, не могу стоять…» И сел.
Максим в итоге ушел в Литву. А Николай остался. Потом исчез. И следующие пять месяцев никто не знал, где он. Жена Николая Марина Адамович билась во все двери, добиваясь ответа на вопрос, где ее муж. Подавала заявление об исчезновении человека в отделение милиции по месту прописки, писала в департамент исполнения наказаний, в колонию №13 в Глубоком, откуда вывозили Николая, в МВД, в пограничную службу — он ведь исчез на границе, — обращалась в суд с иском. Единственная официальная бумага, которую она получила в ответ на свои многочисленные обращения, — это письмо из МВД от 21 ноября 2025-го за подписью заместителя министра Геннадия Казакевича. Он писал: «Сообщаю, что Статкевич Н. В. отбывает наказание согласно приговору Гомельского областного суда от 14.12.2021». Где именно Статкевич «отбывает» наказание, Марине, естественно, не сообщали.
— Оказывается, всё это время он находился в той же колонии в Глубоком, из которой его вывезли в сентябре, — рассказала «Новой-Европа» Марина Адамович. — Николай сказал, что его как из колонии везли с мешком на голове, так и обратным путем, с границы в колонию, с тем же мешком на голове и стяжками на руках. Я писала туда, в колонию. Я за эти месяцы ездила туда трижды. И мне никто ничего не сказал, не дал ни одного ответа на мои обращения. Но он всё это время был там. А инфаркт у Николая случился еще 21 января, и его в тот же вечер увезли в Минск. (На заднем плане в этом время звучит голос Николая. Неразборчиво, но Марина понимает. — Прим. авт.) Николай говорит, что врачи действительно делали всё возможное, чтобы спасти его жизнь: три недели реанимации, кормление через трубку.
Тот самый приговор гомельского суда, на который цинично ссылался замминистра Казакевич, — 14 лет особого режима. Режим — особый, колония — тоже особая. Потому что Николай Статкевич — личный враг Лукашенко с давних времен.
Свой первый срок он получил еще в 2004 году за организацию акции протеста: тогда Лукашенко решил убрать из Конституции ограничение в виде двух президентских сроков, открыв себе путь к бесконечному и непрерывному сидению в одном и том же кресле. В то время статью 342 УК Беларуси — «организация действий, грубо нарушающих общественный порядок» — еще не называлась народной, до рекордно массовых протестов 2020 года было далеко, но белорусы протестовали и в те времена. А Николай Статкевич был одним из первых организаторов уличных акций против лукашенковского режима. Совесть не позволяла ему, офицеру и создателю Белорусского объединения военных, молчать по принципу «если не лезть в политику, то ничего не угрожает».
Второй раз — тоже за протесты — Статкевич был приговорен к тюремному сроку в 2011 году, уже в качестве кандидата в президенты. „
Его, как и других кандидатов, арестовали в день выборов 19 декабря 2010 года, а в мае следующего — приговорили к шести годам лишения свободы. Статья была уже из разряда особо тяжких — 293-я, «организация массовых беспорядков».
А последний срок по той же статье Николай Статкевич получил, даже не успев поучаствовать в протестах: его задержали на разрешенном пикете по сбору подписей 31 мая 2020 года. Выдвигаться в президенты он не мог: после освобождения судимость действовала восемь лет, и по белорусскому законодательству судимый не может баллотироваться на президентских выборах. Но Николай думал не о бумагах в ЦИК, а об улице. И был прав.
Если бы Статкевич остался на свободе, акции протеста закончились бы совсем по-другому — в этом не сомневался и Лукашенко. Приговор в 14 лет понадобился, чтобы гарантировать еще пару-тройку спокойных сроков у власти. И колония для Статкевича — самая закрытая, в Глубоком. И запрет на связь с 9 февраля 2023 года. И отсутствие звонков даже до режима «инкоммуникадо». И лишь одно краткосрочное свидание с женой — в июне 2022 года.
В общей сложности за три срока Николай отсидел 12 лет.
11 сентября прошлого года, когда Статкевич рвался в Беларусь, а его пытались отправить в Литву, сотрудник американского посольства подошел и дал ему телефон, чтобы тот позвонил жене. Все надеялись, что Марина сможет уговорить его покинуть страну. Но она даже не пыталась. Потом Марина рассказывала «Новой газете Европа», что Николай сказал: «Нас пытаются вывезти, но я им этого не позволю. Я возвращаюсь в Беларусь». И вернулся.
Марина мечтала только обнять его. Она была готова остаться с ним на той нейтральной полосе до конца времен. И теперь он наконец дома. „
Марина может его обнимать. Она понимает его речь. Ей не нужно разбирать слова — тот случай, когда один партнер еще только подумал, а второй уже произносит это вслух.
Дома, кроме Марины, Николая ждала несколько увеличившаяся хулиганистая стая собак и кошек. «Наши старые котики даже через пять лет признали своего хозяина», — сказала Марина.
Конечно, Статкевич выскажется.
Можно только представить себе, какой тяжести был инсульт, если даже тюремщики, чье кредо «ничего не делать, не совершать лишних движений», немедленно отправили его в Минск, где три недели за жизнь Статкевича боролись врачи в реанимации. И точно так же можно представить себе, какой силой воли обладает этот человек, если он, не имея ничего, кроме этой самой силы воли, смог противостоять всей государственной машине и остаться в Беларуси, а теперь еще и вернуться домой. А речь восстановится: Статкевичу еще слишком много нужно сказать.

Музей истории ГУЛАГа в Москве переименуют в Музей Памяти, новым директором станет Наталья Калашникова из «Смоленской крепости». Об этом сообщила искусствовед Ксения Коробейникова.
Также на сайте музея 20 февраля появился анонс.
«В Москве откроется Музей Памяти. Он будет посвящен памяти жертв геноцида советского народа. Экспозиция охватит все этапы военных преступлений нацистов в годы Великой Отечественной войны», — говорится на сайте.
Калашникова стала директором «Смоленской крепости» в марте 2025 года. До этого она руководила отделом науки в Мемориальном музее Александра Скрябина и была проректором по воспитательной работе в Московском институте культуры (МГИК).
Как писали СМИ, Калашникова имеет удостоверение ветерана боевых действий, у нее есть медали «За вклад в укрепление обороны Российской Федерации» и «Участнику специальной военной операции».

Солист группы Shortparis Николай Комягин умер в возрасте 39 лет. Ему стало плохо после тренировки по боксу, «сердце не выдержало», сообщила журналистка Ксения Собчак без ссылки на источник. Менеджер группы подтвердила смерть солиста, не уточнив подробности. Shortparis — экспериментальная музыкальная группа. Комягин основал коллектив вместе со своими друзьями Александром Иониным и Павлом Лесниковым в 2012 году в Санкт-Петербурге. В 2022 году группа выступила против полномасштабного вторжения в Украину.

Солист группы Shortparis Николай Комягин умер в возрасте 39 лет. Ему стало плохо после тренировки по боксу, «сердце не выдержало», сообщила журналистка Ксения Собчак без ссылки на источник. Менеджер группы подтвердила смерть солиста, не уточнив подробности. Shortparis — экспериментальная музыкальная группа. Комягин основал коллектив вместе со своими друзьями Александром Иониным и Павлом Лесниковым в 2012 году в Санкт-Петербурге. В 2022 году группа выступила против полномасштабного вторжения в Украину.

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга на два месяца арестовал полицейского Даниила Мерзликина и его предполагаемого сообщника Таймураза Попова. Об этом сообщила пресс-служба судов города, обратила внимание «Медиазона».
Мерзликина и Попова обвиняют в разбое с незаконным проникновением в жилище (ч. 3 ст. 162 УК). По версии СК, фигуранты получили от знакомой женщины информацию о мужчине, который «возможно занимается незаконным оборотом наркотических средств». У него в квартире, как предполагали обвиняемые, может быть крупная сумма денег, говорится в сообщении ведомства.
Днем 17 февраля Мерзликин и Попов проникли в квартиру предполагаемого наркоторговца на проспекте Шаумяна, после чего связали и избили его, полагает следствие. После этого, как утверждается, обвиняемые забрали у мужчины телефон стоимостью десять тысяч рублей и две коробки с марихуаной.
Уже на следующий день после этого, 18 февраля, Мерзликину и Попову предъявили обвинение, рассказали в пресс-службе судов Санкт-Петербурга. Оба фигуранта не признали вину.
Даниил Мерзликин был сотрудником оперативно-поискового бюро управления МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, рассказали в СК. Таймураз Попов — спортсмен, выяснила «Медиазона». В 2022 году он стал серебряным призером чемпионата России по панкратиону в весовой категории до 84 килограммов. В начале 2024 года ему присвоили звание мастера спорта России.

Американская спортсменка Алиса Лью заняла первое место в одиночном женском фигурном катании на Олимпиаде-2026 в Италии. По итогам двух программ она получила 226,79 балла.
Второе и третье место заняли представительницы Японии Каори Сакамото (224,90) и Ами Накаи (219,16). Американка Эмбер Гленн получила пятое место (214,91).
Шестой стала российская фигуристка Аделия Петросян, она ошиблась во время исполнения четверного тулупа. Родившаяся в России Анастасия Губанова, которая представляла Грузию во время Олимпиады, стала девятой.
Как отметило издание «Спортс», российские фигуристы впервые с 1960 года остались без медалей на Олимпийских играх. В 2026 году из россиян выступали только одиночники Аделия Петросян и Петр Гуменник, а российские пары и танцевальные дуэты не смогли получить нейтральный статус и не были допущены к играм.

Родители десяти подростков, находящихся в СИЗО-1 Краснодара за поджоги релейных шкафов, опубликовали петицию, чтобы переквалифицировать дела о терроризме на статьи о порче имущества. Семьи арестантов утверждают, что их дети не хотели навредить родине, а лишь пытались подзаработать — кто-то на ремонт мопеда, кто-то на походы в кино. Издание «Ветер» публикует истории двух восьмиклассников, которые сегодня ожидают военного суда.

Впервые этот материал был опубликован в издании «Ветер».
«Как ты это сделал? Бензином? У тебя башка, блядь, вообще нерабочая!» — мужчина с загоревшим лицом нависает над тощим подростком в шортах и футболке. Мальчик исподлобья смотрит на отца большими темными глазами, не решаясь вставить слово. Рядом, уперевшись щекой в ладонь, сидит темноволосая женщина в халате в цветочек — мать подростка. Она, кажется, еще больше недоумевает от ситуации. В кухне идеальная чистота, на стене — календарь с Кремлем. В дверях толпятся жители одного из краснодарских садовых товариществ — понятые.
Это один из эпизодов документального фильма «Предательство» телеканала «Россия-1», в котором пропагандист Андрей Медведев рассказывает о молодых российских «террористах». „
«Ваш сын причастен к совершению преступления: покушение на совершение террористического акта, то есть поджог релейного шкафа на железнодорожных путях»,
— объясняет родителям рыжеволосая следовательница, лицо которой не показывают.
На кадрах — 15-летний Вадим, его отец Валерий (герои попросили не раскрывать их фамилии) и мать Маргарита Клёц. Как рассказала «Ветру» Маргарита, разрешения на съемку, а тем более трансляцию в эфире видео своего малолетнего сына она не давала, но в тот день — 30 июля 2025 года — все происходило слишком быстро. В ее дом в Краснодаре ворвалась съемочная группа и сотрудники ФСБ, которые привели в наручниках ее сына Вадима, — для этого силовики вывезли его из детского лагеря в соседнем городе Славянск-на-Кубани, где мальчик учился сплавляться на байдарках. Родителям подростка тогда объявили, что Вадим — террорист.
Мопед и поиски подработки
Семья Вадима переехала в Краснодар в 2019 году из Казахстана, «потому что русские и хотели жить в России».
Работа в регионе есть: вокруг города много агрохолдингов, в самом Краснодаре — несколько оборонных предприятий, а также иностранные заводы: в их числе — французский Bonduelle и немецкий CLAAS, которые не покинули Россию после начала санкций из-за войны в Украине. Население города стабильно растет: за десятилетие оно увеличилось в полтора раза. На новом месте отец Вадима устроился на лесопилку, мать — на мебельную фабрику. Построили свой дом в садовом товариществе.
Жизнь Вадима, как и многих местных подростков, крутилась вокруг его мопеда. Политикой он не интересовался, но участвовал в школьных сборах гумпомощи российским солдатам в зоне так называемой «специальной военной операции» в Украине.
— Сначала советский какой-то мопед притащили. Починили, завели, продали. Потом немножко получше, какой-то корейский. Папа у нас ругался, потому что постоянно был засран двор запчастями, маслом залит. Чинили, постоянно чего-то не хватало. «Мам, надо карбюратор, надо тормоза купить. Тут резина порвалась», — рассказывает мать школьника Маргарита.
Чтобы заработать на запчасти, Вадим стал подрабатывать в хвойном питомнике рядом с домом: за смену там платили 2200 рублей. С работы, которая начинается в четыре утра и длится 12 часов, Вадим приходил обгоревший, обезвоженный и голодный. Еще он несколько раз разгружал мебель в офисе, но работодатели попались недобросовестные, и подростку не заплатили.
В начале лета в паблике «Работа Краснодар» в телеграме Вадим наткнулся на мужчину, который предложил неплохие деньги за поджог релейного шкафа. Это оборудование, которое управляет светофорами и стрелками на железной дороге. Неприметные серые коробки с 2025 года в России стали маркировать красными надписями о том, что их повреждение попадает под статью 281 УК РФ (диверсия).
«По поводу работы написали, за 25 тысяч надо было одну фигню поджечь», — объяснял Вадим на видео. И хотя ему очень хотелось легких денег, совершать преступление он боялся. Подросток придумал план: создать видимость пожара, отправить видеодоказательство заказчику, а огонь быстро потушить. Это не первый подобный случай — имитировал поджог релейного шкафа, например, и 14-летний Богдан Протазанов из Выборга и получил за это пять с половиной лет лишения свободы.
Подожгли сухую траву
На «дело» с Вадимом пошел друг — 17-летний на тот момент краснодарец Илья. У парней были с собой бензин, антифриз и песок. Антифризом предполагалось обработать будку перед поджогом — Вадим думал, что таким образом можно уберечь ее от возгорания.
— Есть переписка, там Вадим пишет другу: «Я знаю, как это сделать без последствий, чтобы никому не навредить». И предварительно они облили этот шкаф антифризом, потому что он, по сути, не горит, он как охлаждающая жидкость. „
То есть они понимали, что не нужно палить этот шкаф. И немножко подожгли сухую траву. Засняли все это на видео, буквально шесть-восемь секунд. [Потом] взяли песок, все это потушили за собой,
— рассказывает Маргарита.
На будке лишь немного обгорела краска. Впоследствии РЖД оценило ущерб от огня в 1149 рублей. Вадим отправил видео заказчику и получил от него деньги. Парня нашли спустя три дня. Фрагмент съемки его задержания впоследствии покажут по центральному каналу, а подростку предъявят обвинение по части 2 статьи 205 УК РФ (терроризм в составе группы).
— Приехали журналисты. Я еще спросила: что за съемка? «Это оперативная съемка, не переживайте, она никуда дальше не пойдет». Они все ворвались с автоматами, с масками. Ребенок с такими [круглыми] глазами. Поджигал? «Поджигал». Ну, естественно, он сразу сказал «да». В доме прошел обыск, все зафиксировали, изъяли все телефоны. Антифриз — они посмотрели — это что? «Вот этим антифризом я поливал». Это же смягчающее обстоятельство. В материалах дела присутствует экспертиза, доказывающая наличие антифриза и песка, но это не учитывается. Нам говорят: поджог был? Значит, террорист, — продолжает Маргарита.
Второго участника «группы», Илью, поместили в СИЗО вместе с Вадимом. В январе 2026 года ему исполнилось 18, и его перевели на взрослый режим. В документальном фильме «Игры с огнем» телеканала «Россия-1» опубликована съемка его задержания: оперативники говорят матери подростка, что ее сын действовал по заказу украинцев, на что она отвечает: «Я его сама убью, дайте мне его на пять минут».
— Вопрос государству: почему работать вы разрешаете с 16 лет, а сажать начали с 14 лет? Дети вынуждены в полях каких-то работать, чтобы заработать на свои нужды. У всех родителей сейчас ипотеки, кредиты, мы не можем дать детям все, что хотим. Мы обеспечиваем едой, всем необходимым, чтобы они учились как положено, но они хотят чуть большего: в кино лишний раз сходить, — говорит мать Вадима.
Маргарите объявили, что с ее сыном связывался «украинский куратор». При этом в ходе расследования выяснилось, что аккаунт мошенника зарегистрирован в Канаде. В материалах дела фигурирует только никнейм мошенника — «Кактус», а на его аватарке изображена могила. Деньги на счет подростков переводились с помощью механизма покупки криптовалюты, когда рублевый перевод могут сделать незнакомые люди в обмен на поступления на их валютные счета.
— Когда было ознакомление с делом, мы смотрим — там какие-то Ивановы, Петровы, Сидоровы. А кто это? — задается вопросом Маргарита. — Следователь говорит: это те люди, которые отправляли деньги детям на карту. Было четыре транзакции, двух человек допросили. На что люди ответили: мы просто купили крипту в интернете. Всё.
С собой был пистолет
В СИЗО-1 Краснодара находятся не менее десяти подростков, обвиняемых в терроризме и диверсиях, — их называют «политическими». Помимо них в изоляторе много юных закладчиков наркотиков и воришек. Это выяснила Маргарита Клёц, когда начала обивать пороги кутузки и добиваться свидания с сыном. Следователи запрещали видеться с ребенком из-за тяжести обвинения.
Один из местных арестантов — 15-летний юнармеец Тимофей Слипченко. Его история очень похожа на то, что случилось с Вадимом. Вечером 8 мая 2025 года ему, на тот момент 14-летнему, позвонил 16-летний знакомый по имени Ярослав и позвал подработать на стройку. Тимофей согласился.
— Мы ребенка отпускаем на работу. Он лет с десяти начал подрабатывать: то раздавал листовки, то на мойке. Так ему хочется. И считаю, что это нормальная черта у мальчика. Он же мужчина. Я уточнила: до скольки? Он сказал: пару часиков. Я говорю: хорошо, — рассказывает «Ветру» его мать Наталья Слипченко.
Мальчики отправились на маршрутке на Ростовское шоссе. Застроенный малоэтажками советского модернизма Краснодар здесь превращается в ряды садовых товариществ и островки заводов и автосалонов. Парни вышли к железной дороге, и Ярослав объявил Тимофею, что никакой стройки тут нет, а нужно поджечь якобы списанный трансформаторный щиток.
— Ярослав — он тоже обманутый ребенок — сказал, типа: не ссы, он нерабочий, ничего не будет. Ярик сильнее, Тимофей его побаивался. И у Ярослава еще с собой был травматический пистолет. Тимофей испугался и остался снимать [на видео]. И сейчас все равно у него квалификация, что он террорист, — объясняет Наталья.
Тот релейный шкаф выгорел полностью.
Попал в ловушку
На следующий день Тимофей поехал в деревню к бабушке — по семейной традиции он каждый год 9 мая дарит ей знамя Победы. Про поджог он родным не сказал.
— И вот вечером нас там в деревне приняла ФСБ. Опер сказал: «Ломайте его». Я кричала: «Не трогайте!» Не дала им ребенка своего трогать. Нас привезли в наш дом в Краснодар, провели обыск, ничего не нашли, только забрали его телефон, вещи, в которых он был на работе. И компьютер его, — вспоминает Наталья.
К вечеру задержали и Ярослава. Обоих мальчиков российские власти в июле добавили в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга.
Мать Тимофея предполагает, что ее сына так быстро нашли благодаря фотоловушкам на железной дороге, а также биллингу мобильного телефона. „
— Я видела переписку в телеграме, там про релейные шкафы вообще ничего не было. Там говорилось: идем на работу. Единственное, Тимофей написал: «Где мои бабки?» В тот момент Ярослав перевел ему эти деньги,
— отмечает она.
Восьмиклассник Тимофей Слипченко не отличался успехами в учебе, но принимал активное участие во внеклассной работе: записался в движение «Юнармия», собирал гуманитарную помощь военным, ездил поздравлять ветеранов. Тимофей посещал секцию тайского бокса, но, как указывает его мать, не мог защититься от одноклассников. Из-за постоянного буллинга у него пропал интерес к учебе. Отметки не улучшились даже после смены школы, где он «слонялся, помогал таскать мебель или сидел в библиотеке». После школы мальчик часто работал и даже накопил себе на мопед.
Его мать говорит, что никогда бы не стала делать такой дорогой подарок сыну: в семье нет лишних денег. Наталья, раньше работавшая техником на заводе, после задержания Тимофея села за руль такси. Говорит, на постоянную работу времени нет: в любой момент могут выдернуть в суд или на следственный эксперимент.
«А вы статью где будете писать? В интернете? Потому что на телевидении не пропускают нашу правду», — говорит она. Наталья имеет в виду документальный фильм «Предательство», в котором не упоминается о том, что подростков обманывают мошенники, а подчеркивается, что они завербованы украинскими спецслужбами.
— [На семью Маргариты] вышли журналисты, интервью приезжали брали, их показали в программе ровно две секунды, — рассказывает Наталья. — Правды не дали сказать. [Родители] говорили, что детей обманули, показывали все жалобы [в госорганы], какие дети на самом деле, что никто из детей не стоял на учете. Дети чистые! Мой — юнармеец, спортсмен. Он патриот. А почему-то сейчас он как террорист.
Детский день
Маргарита Клёц, Наталья Слипченко и другие родственники юных краснодарских «террористов» объединились в совместном чате: всего там сегодня десять семей. Они организовали поход к уполномоченной по правам ребенка в Краснодарском крае Татьяне Ковалевой с просьбой улучшить режим содержания их детей и разрешить свидания с ними.
— После того как мы начали ходить всей группой по всем инстанциям нам наконец-то разрешили свидания. Представляете, когда пришли в первый день, вышла женщина, которая пропускает, и говорит: «Я не поняла, у нас что, сегодня детский день?» А мы все со слезами на глазах, [с надеждой] наконец-то своих детей увидеть через столько месяцев, — вспоминает Маргарита. — [У уполномоченной, когда мы вошли,] были все начальники СИЗО, мы пожаловались на содержание, потому что там тараканы, клопы, плохое питание, выгулов не было, еще закрывали летом в жару эти кормушки, через которые дают еду. Из-за антисанитарии у всех детей лишай. Кондиционеров-то нету, а в Краснодаре под 40 жара, никакого сквозняка. Дети там жарились.
В камерах, где сидят школьники, по восемь кроватей. Подъем в шесть утра. Проспал — лишаешься прогулки. Подростки между собой обсуждают, где увидятся в следующий раз: в военном суде в Ростове-на-Дону или в СИЗО в Таганроге — туда отправляют несовершеннолетних, так как в Ростове нет подходящего изолятора. Раз в месяц к ним приезжает школьный учитель и дает задания. Заниматься в таких условиях невозможно, считает Маргарита. „
— По литературе была контрольная работа. Вадим говорит: «Не знаю ни автора, ни что за произведение». Просто принесли листочки: «Вот так ответьте»,
— объясняет она.
— Они там просто деградируют. Если бы дали домашний арест, они бы хотя бы доучились на домашнем обучении, — добавляет Наталья. — [С украинской стороны] идет целенаправленная криминализация их поколения.
При этом к российским законодателям, которые в 2025 году снизили с 16 до 14 лет возраст ответственности за диверсии, у Натальи вопросов нет.
— Наше правительство только так может [дать] наказание, чтобы дети туда не лезли. Просто раньше никакой профилактики не было, ничего не говорилось об этом. А сейчас, когда уже наши дети попали туда, уже фильмы создаются, в школах показывают. Фильм «Предательство»… Конечно, там всё нарезали так, как надо: допустим, Дмитрий Васильченко дает показания, я его показания знаю, а там нарезано так, как нужно. Я понимаю, для чего это делается. Для устрашения. Чтобы подростки это все слышали. Чуть-чуть неправду говорят [по ТВ]. Нужно всю правду сказать, чтобы дети не попадались на этот обман.
Работа над ошибками
Маргарита Клёц и другие краснодарские семьи опубликовали петицию с требованием переквалифицировать для их детей статью 205 УК РФ (террористический акт), за которую грозит от 10 лет до пожизненного лишения свободы, на другую. Под действия подростков подходят статьи 167 (уничтожение или повреждение имущества) и 267 УК РФ (повреждение транспортного оборудования), наказания за которые предполагают штраф, либо обязательные работы. «Они — не террористы и не преступники, а жертвы обстоятельств и обмана. Ответственности за проступки с них никто не снимает, а просим лишь судить за фактически содеянное преступление», — говорится в петиции.
— 205-я статья — это дестабилизация органов власти. Дети даже таких слов не знают. Мы не хотели навредить Родине! — подчеркивает Маргарита. — Мы не считаем своих детей предателями. Они не шли изменить Родине. Илья (друг ее сына, с которым они ходили на «дело». — Прим. авт.) вообще мечтал попасть на СВО. Тем более у него отец там погиб.
Связано ли такое количество дел о диверсиях с войной, которая сейчас идет в Украине, поинтересовался у женщин «Ветер».
— Я думаю, да, — считает мать Вадима Маргарита. — Просто руками наших детей диверсии и происходят. Знаете, какой случай у нашего знакомого произошел в Таиланде. Говорит, сижу, подходит ко мне человек. «Ты на русском разговариваешь, а ты откуда?» Наш знакомый говорит: «Я из Казахстана». Второй говорит: «Это хорошая страна, мы с ними дружим». Знакомый понимает, что это украинец. Он говорит: «У меня есть для тебя очень хорошая подработка». «А что нужно делать?» «Нам нужно вербовать российских детей. Им немножко платишь, они готовы и поджечь, и подорвать что угодно».
В то, что среди детей были те, кто намеренно хотел устроить диверсию, матери не верят.
— Судя по фильму [«Предательство»], там идейные есть товарищи, но не малолетние. Ближе к 20 годам, они уже да, мы против государства, что-то не нравится, как революционеры. Это они уже осознанно пошли. А которым 14, 15, 16 лет — им до политики вообще далеко. Понимаете, если человек не идейный, ну, какая здесь двести пятая? Это поджог из корыстных побуждений, — настаивает Маргарита.
Она отмечает, что жалеет о своей реакции, когда к ней в дом нагрянули телевизионщики. В тот момент ребенка нужно было лишь поддержать.
— Я сказала: «Ты что наделал, сейчас СВО же идет. Ты что, не знал, что так нельзя делать?» — вспоминает Маргарита. — Толпа народу, понятые. Было страшно, конечно. Не знаешь, что сказать, камерой тычут в лицо. А теперь думаю, зачем я так на своего ребенка? Нельзя так говорить на детей, конечно…
Автор: Юлия Куликова

Осужденный за распространение антивоенных листовок политзаключенный Александр Доценко умер после перенесенного в колонии инфаркта. Об этом сообщили в его группе поддержки. „
«Саши больше нет. Он ушел от нас в 16:00»,
— сообщили близкие политзаключенного.
Доценко перенес обширный инфаркт 12 февраля в колонии, после чего находился в коме в больнице. 17 февраля ему снизили седацию и обнаружили ухудшение сердечного ритма. 18 февраля политзаключенному стало хуже, ему снова ввели наркоз, заменив лекарства на более сильные.
В 2024 году 63-летнего ювелира из Гатчины Александра Доценко приговорили к трем годам колонии-поселения по статье о «призывах к терроризму». Его жене Анастасии Дюдяевой по этой же статье назначили три с половиной года колонии-поселения.
По версии следствия, супруги разложили салфетки со словами «Путиняку на гиляку» в магазине «Лента» в Петербурге. Обвиняемые отрицали свою причастность. В их авторстве усомнилась даже эксперт-почерковед со стороны обвинения, отмечала «Медиазона».

Власти Беларуси отпустили на свободу бывшего кандидата в президенты республики, политзаключенного Николая Статкевича. Об этом сообщает издание «Наша Нiва» со ссылкой на супругу политика Марину Адамович.
По данным журналистов, Статкевич добился освобождения из колонии без депортации из Беларуси и находится дома в Минске. Адамович заявила, что ее муж перенес инсульт.
«Я чувствую большое облегчение от того, что Николай Статкевич наконец на свободе и дома. Особенно рада за Марину, которая так долго ждала и так упорно боролась за Николая все эти годы.
Я искренне желаю ему сил, здоровья и как можно скорее восстановиться после перенесённого инсульта. Сейчас важно, чтобы Николай получил необходимое лечение, тепло семьи и поддержку близких», — прокомментировала освобождение Статкевича Светлана Тихановская.
11 сентября Александр Лукашенко освободил 52 политзаключенных, среди которых был и Статкевич. Всех, кроме Статкевича, депортировали в Литву — он отказался покидать Беларусь и провел несколько часов в нейтральной зоне на белорусско-литовской границе.
В итоге Статкевич вернулся на белорусскую территорию, после чего люди в масках увезли его в неизвестном направлении. Позднее выяснилось, что политика вернули в колонию в город Глубокое Витебской области.
В 2021 году суд в Беларуси приговорил Николая Статкевича к 14 годам лишения свободы по обвинению в организации массовых беспорядков в мае-июне 2020 года. Другими фигурантами дела были политик Сергей Тихановский, автор телеграм-канала «Беларусь головного мозга» Игорь Лосик, автор ютуб-канала MozgON Владимир Цыганович, оператор «Страны для жизни» Артем Саков и модератор соцсетей того же проекта Дмитрияй Попов.
Кроме этого, Александр Лукашенко подписал указ о помиловании другой политзаключенной — фотоиллюстраторки Натальи Левой. Решение было принято на основании того, что женщина забеременела. Как утверждает телеграм-канал «Пул первого», ранее Левая раскаялась и обратилась к Лукашенко с ходатайством о помиловании.
До этого другая белорусская политзаключенная, главный редактор Tut.by Марина Золотова рассказала, что Левая забеременела в колонии после свидания с мужем.
«Произошло чудо: после встречи с мужем она забеременела. До этого пара долгое время не могла иметь детей. Наташа родит примерно в марте. Как бы я хотела, чтобы это произошло при других условиях», — писала Золотова.
Наталья Левая — фотоиллюстраторка, изображавшая белорусских политзаключенных. После начала войны в Украине она переехала из Беларуси в Польшу. На родине ее обвиняли в финансировании «экстремистских формирований» — в том числе за переводы денег «Полку Калиновского», воюющего на сторону ВСУ.
В декабре 2023 года Левая вернулась на родину, заявив, что она «вернула пожертвования 2020 года в несколько раз больше», а также получила документ из КГБ о том, что ее не будут преследовать. Несмотря на это, в мае 2024 года ее задержали, а в сентябре того же года приговорили к шести годам колонии.

Власти Беларуси отпустили на свободу бывшего кандидата в президенты республики, политзаключенного Николая Статкевича. Об этом сообщает издание «Наша Нiва».
По данным журналистов, Статкевич добился освобождения из колонии без депортации из Беларуси и находится дома в Минске. В публикации говорится, что политик перенес инсульт.
11 сентября Александр Лукашенко освободил 52 политзаключенных, среди которых был и Статкевич. Всех, кроме Статкевича, депортировали в Литву — он отказался покидать Беларусь и провел несколько часов в нейтральной зоне на белорусско-литовской границе.
В итоге Статкевич вернулся на белорусскую территорию, после чего люди в масках увезли его в неизвестном направлении. Позднее выяснилось, что политика вернули в колонию в город Глубокое Витебской области.
В 2021 году суд в Беларуси приговорил Николая Статкевича к 14 годам лишения свободы по обвинению в организации массовых беспорядков в мае-июне 2020 года. Другими фигурантами дела были политик Сергей Тихановский, автор телеграм-канала «Беларусь головного мозга» Игорь Лосик, автор ютуб-канала MozgON Владимир Цыганович, оператор «Страны для жизни» Артем Саков и модератор соцсетей того же проекта Дмитрияй Попов.

Осужденный за распространение антивоенных листовок политзаключенный Александр Доценко умер после перенесенного в колонии инфаркта. Об этом сообщили в его группе поддержки. „
«Саши больше нет. Он ушел от нас в 16:00»,
— сообщили близкие политзаключенного.
Доценко перенес обширный инфаркт 12 февраля в колонии, после чего находился в коме в больнице. 17 февраля ему снизили седацию и обнаружили ухудшение сердечного ритма. 18 февраля политзаключенному стало хуже, ему снова ввели наркоз, заменив лекарства на более сильные.
В 2024 году 63-летнего ювелира из Гатчины Александра Доценко приговорили к трем годам колонии-поселения по статье о «призывах к терроризму». Его жене Анастасии Дюдяевой по этой же статье назначили три с половиной года колонии-поселения.
По версии следствия, супруги разложили салфетки со словами «Путиняку на гиляку» в магазине «Лента» в Петербурге. Обвиняемые отрицали свою причастность. В их авторстве усомнилась даже эксперт-почерковед со стороны обвинения, отмечала «Медиазона».

После того как Илон Маск отключил российским войскам терминалы Starlink, а кремлевские власти начали замедлять работу Telegram, наступление армии РФ замедлилось, а ВСУ, наоборот, на некоторых участках фронта перешли к контратакам. «Новая газета Европа» попыталась выяснить, чем россияне заменяют американскую спутниковую связь и как планируют обходиться без привычного мессенджера.
Министр цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ Максут Шадаев заявил на заседании комитета Госдумы по информполитике, что российские власти приняли решение пока не ограничивать работу мессенджера Telegram в зоне спецоперации. «Но мы надеемся, что за какое-то время наши военные смогут перестроиться и перейти на российские сервисы», — сказал чиновник.
По словам Шадаева, в начале спецоперации военные использовали Telegram, так как он рассматривался в качестве анонимного сервиса. Однако, как заявил чиновник, сегодня множество фактов указывают, что к переписке в этом мессенджере имеют доступ иностранные спецслужбы, которые применяют полученные данные для ведения боевых действий против армии РФ.
Заместитель министра обороны РФ Алексей Криворучко в свою очередь отрицает, что отключение терминалов Starlink оказало значительное влияние на систему управления российскими войсками в зоне боев. „
«Терминалы Starlink отключены уже две недели, но это не повлияло на интенсивность и эффективность войск беспилотных систем, что подтверждено данными объективного контроля поражения техники и живой силы противника»,
— сказал Криворучко. Согласно заявлению замминистра, Starlink в зоне «СВО» применяли только отдельные подразделения ВС РФ, используя спутниковую систему в первую очередь для введения противника в заблуждение.
Telegram «тормозит»
«Связь никогда не была сильной стороной российской армии, и многие инициативы Министерства обороны РФ в этой области так и не реализованы в полной мере, — говорит “Новой-Европа” военный аналитик The Conflict Intelligence Team (CIT), согласившийся общаться на условиях анонимности. — За время войны жизнь заставила все эти процессы наладить, особенно там, где от связи зависит жизнь, поскольку сами военные в этом заинтересованы. Telegram был традиционно популярен в РФ, так что у большинства есть этот мессенджер. Он нетребователен к устройствам, на которые устанавливается, и к качеству связи, а также обладает большим набором функций. Так что можно сказать, что у российских военных до недавнего времени и выбора особо не было. Для замены Telegram можно использовать и другие мессенджеры, ведь принципиальной разницы нет. Просто связь будет дольше, неудобнее и без некоторого удобного набора функций. Плюс понадобится время, чтобы все перешли в новый мессенджер, поделились контактами, создали группы и так далее. Ну и остается открытым вопрос о том, насколько полностью Telegram заблокирован. Пока, как мы понимаем, в какой-то мере он по-прежнему работает».
Источник «Новой-Европа» в российских вооруженных силах рассказывает, что несмотря на заявления замминистра Шадаева в его подразделении Telegram продолжает «тормозить», очень медленно загружаются изображения и видео. При этом переходить в навязываемый властями мессенджер МАХ военные не спешат. Основная причина — обещанная прозрачность мессенджера: не всем хочется, чтобы командование могло полностью контролировать общение на передовой. «Нам на земле подчас гораздо лучше видно, какие именно приказы из штаба нужно выполнять, а с какими стоит погодить, — говорит российский офицер. „
— Кроме того, на фронте нередко происходят события, о которых генералам лучше не знать. Рапорты, направляемые начальству, далеко не всегда отражают реальную боевую обстановку.
В случае, если это вскроется, многие командиры лишатся звездочек, а кто-то и пойдет под трибунал. Так что пока собственное командование представляет более серьезную и реальную опасность, тогда как происки цифровой разведки врага остаются эфемерной угрозой».
Аналогов нет
«Долгое время практически все фронтовое взаимодействие и связь в российских войсках основывались на применении “серых” терминалов Starlink как основного средства коммуникации, — говорит “Новой-Европа” военно-политический обозреватель группы “Информационное сопротивление” Александр Коваленко. — При этом в самой России использование Starlink невозможно, оно программно заблокировано на территории страны. Но стоило терминалу приблизиться к границе с Украиной, как он начинал работать. Присутствие “серых” терминалов Starlink на территории Украины позволяло российским войскам организовать не только высококачественную спутниковую связь между своими подразделениями, но и активно их применять для ударов вглубь тыловой зоны Украины. Практически все штурмовые действия российских малых тактических групп осуществлялись в рамках стабильной коммуникации посредством Starlink. Вся наступательная кампания россиян в 2025 году была завязана на применение именно этого средства коммуникации».
Кроме того, Александр Коваленко рассказывает, что в конце 2025 и в начале 2026 года российские войска стали активно применять терминалы Starlink для размещения на ударных дронах тактического уровня Молния-2, на дронах-камикадзе Shahed-136, БМ-35 «Италмас», а также приманках типа «Гербера». Это делало российские дроны неуязвимыми для воздействия средствами радиоэлектронной борьбы, а также позволяло операторам управлять ими в реальном времени с минимальной задержкой сигнала.
Таким образом, по словам Александра Коваленко, утратившие стабильную спутниковую связь россияне хоть и пытались использовать собственную аппаратуру, им это так и не удалось. По одной простой причине — у России нет аналога Starlink. Есть только системы связи прошлых поколений, значительно уступающие по качеству Starlink, а потому не способные его полностью подменить. Сейчас российская армия переходит на классическую общевойсковую связь, пытается наладить коммуникацию между подразделениями как уровня 2022 года, так и с учетом современных тенденций. В частности, „
российские войска активно возводят WiFi-мосты, а также переходят на использование спутникового интернета на базе спутников «Ямал» и «Экспресс». Кроме того, начались испытания стратосферных 5G-платформ проекта «Барраж-1».
Александр Коваленко утверждает, что Россия, критически зависящая в военном деле от технологий НАТО, внезапно оказалась отрезана от их использования и стала резко «проседать» по фронту. Все те решения, которые пытается найти сейчас российское командование, конечно же, помогут им восстановить связь, но качества уровня Starlink никогда не получится достигнуть. Российские войска в вопросах коммуникации были отброшены на поколение назад, и это сразу сказалось на их положении на поле боя. В свою очередь, украинские войска своевременно воспользовались этой ситуацией, срывая тем самым среднесрочные планы россиян по подготовке к весенне-летнему наступлению.
Посеять хаос
«Starlink не только был основой общевойсковой связи россиян, активно применяющейся на всех эшелонах, от линии боестолкновений, ближней тыловой зоны и глубже, но и обеспечивал российским войскам проведение системных ударов по тылу Украины, — продолжает Александр Коваленко. — Его отключение посеяло настоящий хаос в российских войсках и дезорганизовало их на определенный момент. И именно этим воспользовались украинские войска, перешедшие к проведению системных контратак, позволивших на тактическом уровне достигнуть определенных успехов. В итоге армия РФ была отброшена в Днепропетровской области от Новоалександровки, Вербового и Вишневого. В Запорожье россиян не только вытеснили из окраин Терноватого и Косовцевого, но и выдавили на левый берег реки Гайчур. В районе Степногорска армию РФ выдавили из Приморского и Лукьяновки, где они пытались закрепиться в районе ландшафтного заказника “Степногорский”».
«Что касается Starlink, то для проведения интернета россияне используют все остальные доступные средства, — говорит аналитик CIT. — Где позволяет обстановка, тянут оптоволокно до штабов и командных пунктов. Где нет, можно налаживать радиомосты, в частности, довольно распространена аппаратура системы Ubiquiti, а также mesh сети, в том числе с помощью БПЛА-ретрансляторов. Все это, конечно, менее удобно, требует значительных трудозатрат, а также может быть намного легче обнаружено и уничтожено. Но совсем без интернета российская армия не останется. „
Еще есть российский аналог Starlink от “Газпрома”, но он очень сильно по всем характеристикам уступает и полноценной заменой стать не сможет.
Кроме того, россияне пытаются технически обойти блокировки российских терминалов. Сложно сказать, насколько успешно. Также российская сторона пробует всяческими методами зарегистрировать свои терминалы в украинских “белых списках”».
Проблемы со связью, по данным аналитиков CIT, увеличивают время реакции командиров в подразделениях, где интернет так и не наладили. На самом нижнем уровне (штурмовик — его командир) связь практически всегда осуществляется по радио, так что тут изменений нет. А вот при передаче видео со всех БПЛА на командные пункты или обмене информацией между штабами широкополосный интернет крайне важен. Таким образом, в отсутствие интернета или его низком качестве у командиров упадет ситуационная осведомленность, они не смогут понимать в режиме реального времени, как обстановка складывается на их участке фронта, где атакует противник, какие приказы необходимо отдать, какие силы куда направить, какие координаты дать средствам огневого поражения. Но в конечном итоге все это будет сделано, просто с задержкой и не так эффективно. Полностью контроль за войсками и полем боя никуда не пропадет.
Аналитики CIT не связывают напрямую замедление российского наступления с проблемами в сфере интернета. В январе-феврале, по словам нашего собеседника, российская армия традиционно берет оперативную паузу, готовясь к кампании, которая длится с конца марта практически до конца года. Так что сокращение российских атак в первую очередь связано с этим. ВСУ, в свою очередь, и в течение 2025 года прибегали к локальным контратакам, когда ситуация на том или ином участке фронта была для этого благоприятна (ликвидация прорыва под Добропольем, зачистка Купянска).
«Вероятно, проблемы со связью добавили головной боли ВС РФ и не позволили действовать так эффективно и оперативно, как если бы этих проблем не было, — говорит аналитик CIT. — Но это точно не критический элемент в происходящем».

Для российских граждан Telegram — давно уже не просто мессенджер. Это полноценное средство массовой информации, одна из главных платформ для получения новостей, обсуждения общественных событий и обмена мнениями. Мотивы государства, пытающегося заблокировать платформу, понятны: как минимум перевести пользователей в контролируемое приложение Max, а в перспективе подвести российское общество под тотальный информационный контроль.
Совершенно очевидно, что такие меры неизбежно ухудшат качество жизни россиян. Одновременно они почти наверняка помешают и самой российской пропаганде, ведь многие прогосударственные медиа и каналы активно используют Telegram как основную площадку для распространения своих сообщений. Не говоря уже о том, что участники «СВО» нередко используют Telegram для связи.
В этом смысле нынешняя ситуация во многом напоминает блокировки западных радиостанций во времена СССР. Тогда советское руководство, с одной стороны, стремилось ограничить проникновение западной информации и культуры, а с другой — ослабляло собственную систему вещания и пропаганды.
Уже в первое послевоенное десятилетие в СССР началась массовая кампания по радиофикации. В 1955 году общее количество радиоприемников в стране достигло 33 миллиона, а спустя еще десять лет эта цифра удвоилась. Это были уже не уличные громкоговорители, а автономные беспроводные приемники. „
Так, если раньше прослушивание радио было коллективной практикой (например, на улице), то теперь оно стало индивидуальным занятием, гораздо труднее поддающимся учету, наблюдению и контролю.
Более того, у этих приемников был серьезный «недостаток» — они могли принимать коротковолновые передачи. Это означало, как сетовал глава Главрадио А. Пузин, что с их помощью можно было прослушивать не только советские, но и иностранные программы с «гнусной клеветой на Советский Союз». Но производство радиоприемников с коротковолновым потенциалом все равно продолжалось, ведь такие приемники были самым быстрым способом дать радио народу, особенно в деревнях, где часто не было электричества и нужной инфраструктуры. А коротковолновый приемник мог работать и в таких условиях.
В 1958 году ЦК провело расследование: оказалось, что до 85 процентов коротковолновых приемников находились в европейской части СССР, там, где, как отмечали чиновники, «слушать было нечего, кроме вражеского радио». Более того, к концу 1950-х годов на территории СССР можно было услышать около шестидесяти иностранных радиостанций. Советскому руководству приходилось использовать систему «глушения». Затраты на «глушение» были колоссальными — «сотни миллионов рублей», по словам чиновников ЦК. Эта сумма превышала расходы СССР на внутреннее и международное вещание вместе взятые.
Но несмотря на всю систему глушения во многих местах за пределами Москвы и Ленинграда «вражеские голоса» можно было услышать без особых проблем. Более того, из-за глушения во многих местах не работало республиканское и всесоюзное радио — получалось, что система ограничивала сама себя. В результате «вражеское радио» по сути так и оставалось единственно доступным, и иногда колхозники слушали «Голос Америки» и BBC в своих деревнях.
В 1953 году Совет министров объявил об ускоренном строительстве станций радиоглушения. В ответ на это США, Великобритания и другие зарубежные вещатели разработали эффективные способы обхода блокировок — например, они вещали на волнах, максимально близких к советским. СССР строили еще больше блокировочных станций. Но к середине 1950-х советская сторона явно проигрывала в этой войне. „
Один из советских чиновников признавал, что даже при «неограниченных средствах» было невозможно изолировать СССР от вещания иностранного радио, а глушение грозило парализовать саму советскую радиосеть.
Многие советские граждане и сами пытались подключиться к иностранному радио. В 1960-е и 1970-е годы многие советские граждане покупали добротные радиоприемники — латвийскую «Спидолу» или, если получалось, немецкий «Грюндиг». Люди переворачивали приемник набок или вверх дном, высовывали антенны в окно; и даже уезжали из больших городов на дачи, где глушение было менее эффективным.
«Мы даже слушали ватиканское радио, которое давало хороший обзор происходящего в Советском Союзе, и нас не смущало, что диктор в конце добавлял “Да благословит вас Бог”», — вспоминал историк Сергей Иванов о своем опыте.
Когда летом 1968 года советская армия вторглась в Чехословакию, отдыхающие слушали новости на пляжах Балтийского моря. Политолог Маша Липман, находившаяся тогда в Литве, вспоминала: «Тем летом на пляже повсюду взмывали антенны. И в наших кругах если говорили, что услышали об этом “по радио”, это означало только одно — по русскоязычным передачам “Голоса Америки”, BBC или “Немецкой волны”».
Само по себе прослушивание иностранного радио не было преступлением. Все зависело от того, кто и что слушал. Эстонцы, например слушали финское радио, жители республики Таджикистан слушали религиозные передачи из Ирана, а сибиряки узнавали о культурной революции в Пекине.
В 1957 молодой украинский сантехник был арестован по 58 статье за то, что с «лета 1956 года пересказывал рабочим передачи зарубежного радио антисоветские стихи». В то же время, в 1968 году один мужчина, находясь на эстонском пляже случайно транслировал всему пляжу репортаж «Голоса Америки», — его приемник оказался подключенным к системе громкой связи. Но наказания ему удалось избежать.
Советские власти не знали точно, какой процент граждан слушает иностранные передачи. В середине 1970-х годов КГБ ссылался на исследование Академии наук СССР, согласному которому 80% московских студентов слушали иностранные радиостанции. Некоторые студенты вывешивали на стенах институтов тексты, переписанные ими с передач BBC. „
Другие открыто спрашивали чиновников, когда те посещали университеты: «Что постыдного в том, что человек слушает BBC? Кто мешает радиопередачам из-за границы и зачем?»
В 1958 году советская промышленность все же перестала выпускать коротковолновые приемники с высокочастотными диапазонами. Тогда слушатели стали пользоваться низкочастотными «вечерними диапазонами». Не зря в те времена появилась известная рифмованная поговорка: «Есть обычай на Руси — ночью слушать Би-би-си».
Приход к власти Михаила Горбачёва в 1985 году и политика гласности положили конец глушению иностранных радиостанций.
По материалам: Kristin Roth-Ey, Moscow Prime Time: How the Soviet Union Built the Media Empire That Lost the Cultural Cold War (Cambridge, MA: Harvard University Press, 2011).

Для российских граждан Telegram — давно уже не просто мессенджер. Это полноценное средство массовой информации, одна из главных платформ для получения новостей, обсуждения общественных событий и обмена мнениями. Мотивы государства, пытающегося заблокировать платформу, понятны: как минимум перевести пользователей в контролируемое приложение Max, а в перспективе подвести российское общество под тотальный информационный контроль.
Совершенно очевидно, что такие меры неизбежно ухудшат качество жизни россиян. Одновременно они почти наверняка помешают и самой российской пропаганде, ведь многие прогосударственные медиа и каналы активно используют Telegram как основную площадку для распространения своих сообщений. Не говоря уже о том, что участники «СВО» нередко используют Telegram для связи.
В этом смысле нынешняя ситуация во многом напоминает блокировки западных радиостанций во времена СССР. Тогда советское руководство, с одной стороны, стремилось ограничить проникновение западной информации и культуры, а с другой — ослабляло собственную систему вещания и пропаганды.
Уже в первое послевоенное десятилетие в СССР началась массовая кампания по радиофикации. В 1955 году общее количество радиоприемников в стране достигло 33 миллиона, а спустя еще десять лет эта цифра удвоилась. Это были уже не уличные громкоговорители, а автономные беспроводные приемники. „
Так, если раньше прослушивание радио было коллективной практикой (например, на улице), то теперь оно стало индивидуальным занятием, гораздо труднее поддающимся учету, наблюдению и контролю.
Более того, у этих приемников был серьезный «недостаток» — они могли принимать коротковолновые передачи. Это означало, как сетовал глава Главрадио А. Пузин, что с их помощью можно было прослушивать не только советские, но и иностранные программы с «гнусной клеветой на Советский Союз». Но производство радиоприемников с коротковолновым потенциалом все равно продолжалось, ведь такие приемники были самым быстрым способом дать радио народу, особенно в деревнях, где часто не было электричества и нужной инфраструктуры. А коротковолновый приемник мог работать и в таких условиях.
В 1958 году ЦК провело расследование: оказалось, что до 85 процентов коротковолновых приемников находились в европейской части СССР, там, где, как отмечали чиновники, «слушать было нечего, кроме вражеского радио». Более того, к концу 1950-х годов на территории СССР можно было услышать около шестидесяти иностранных радиостанций. Советскому руководству приходилось использовать систему «глушения». Затраты на «глушение» были колоссальными — «сотни миллионов рублей», по словам чиновников ЦК. Эта сумма превышала расходы СССР на внутреннее и международное вещание вместе взятые.
Но несмотря на всю систему глушения во многих местах за пределами Москвы и Ленинграда «вражеские голоса» можно было услышать без особых проблем. Более того, из-за глушения во многих местах не работало республиканское и всесоюзное радио — получалось, что система ограничивала сама себя. В результате «вражеское радио» по сути так и оставалось единственно доступным, и иногда колхозники слушали «Голос Америки» и BBC в своих деревнях.
В 1953 году Совет министров объявил об ускоренном строительстве станций радиоглушения. В ответ на это США, Великобритания и другие зарубежные вещатели разработали эффективные способы обхода блокировок — например, они вещали на волнах, максимально близких к советским. СССР строили еще больше блокировочных станций. Но к середине 1950-х советская сторона явно проигрывала в этой войне. „
Один из советских чиновников признавал, что даже при «неограниченных средствах» было невозможно изолировать СССР от вещания иностранного радио, а глушение грозило парализовать саму советскую радиосеть.
Многие советские граждане и сами пытались подключиться к иностранному радио. В 1960-е и 1970-е годы многие советские граждане покупали добротные радиоприемники — латвийскую «Спидолу» или, если получалось, немецкий «Грюндиг». Люди переворачивали приемник набок или вверх дном, высовывали антенны в окно; и даже уезжали из больших городов на дачи, где глушение было менее эффективным.
«Мы даже слушали ватиканское радио, которое давало хороший обзор происходящего в Советском Союзе, и нас не смущало, что диктор в конце добавлял “Да благословит вас Бог”», — вспоминал историк Сергей Иванов о своем опыте.
Когда летом 1968 года советская армия вторглась в Чехословакию, отдыхающие слушали новости на пляжах Балтийского моря. Политолог Маша Липман, находившаяся тогда в Литве, вспоминала: «Тем летом на пляже повсюду взмывали антенны. И в наших кругах если говорили, что услышали об этом “по радио”, это означало только одно — по русскоязычным передачам “Голоса Америки”, BBC или “Немецкой волны”».
Само по себе прослушивание иностранного радио не было преступлением. Все зависело от того, кто и что слушал. Эстонцы, например слушали финское радио, жители республики Таджикистан слушали религиозные передачи из Ирана, а сибиряки узнавали о культурной революции в Пекине.
В 1957 молодой украинский сантехник был арестован по 58 статье за то, что с «лета 1956 года пересказывал рабочим передачи зарубежного радио антисоветские стихи». В то же время, в 1968 году один мужчина, находясь на эстонском пляже случайно транслировал всему пляжу репортаж «Голоса Америки», — его приемник оказался подключенным к системе громкой связи. Но наказания ему удалось избежать.
Советские власти не знали точно, какой процент граждан слушает иностранные передачи. В середине 1970-х годов КГБ ссылался на исследование Академии наук СССР, согласному которому 80% московских студентов слушали иностранные радиостанции. Некоторые студенты вывешивали на стенах институтов тексты, переписанные ими с передач BBC. „
Другие открыто спрашивали чиновников, когда те посещали университеты: «Что постыдного в том, что человек слушает BBC? Кто мешает радиопередачам из-за границы и зачем?»
В 1958 году советская промышленность все же перестала выпускать коротковолновые приемники с высокочастотными диапазонами. Тогда слушатели стали пользоваться низкочастотными «вечерними диапазонами». Не зря в те времена появилась известная рифмованная поговорка: «Есть обычай на Руси — ночью слушать Би-би-си».
Приход к власти Михаила Горбачёва в 1985 году и политика гласности положили конец глушению иностранных радиостанций.
По материалам: Kristin Roth-Ey, Moscow Prime Time: How the Soviet Union Built the Media Empire That Lost the Cultural Cold War (Cambridge, MA: Harvard University Press, 2011).