В начале марта 2026 года, пока издатели и книготорговцы лихорадочно торопились поставить на любые книги, содержащие упоминания наркотиков (пощады не дождались даже книги о Пушкине и медицинские учебники), соответствующую маркировку, Сергей Лукьяненко обнаружил в списке и себя — рядом с Чаком Палаником, Стивеном Кингом, Говардом Лавкрафтом и другими. Но его переполнила не гордость, а недоумение. Ведь маркировку наложили на его подростковую книгу «Рыцари Сорока Островов» — первый опубликованный роман, софт-версия «Королевской битвы», где подросткам нужно сражаться друг с другом, перемещаясь с острова на остров. Журналисты быстро нашли фрагмент, за который книгу пометили восклицательным знаком: там командир отряда интересуется прошлым героя, который продавал на Земле наркотики. Фрагмент написан с осуждением, но проверку-то книг делает ИИ. А нейросети всё равно, чью книгу она проверяет, Лукьяненко, Быкова или Симоньян, — главное, чтобы запретных слов там не было. Нейросеть не знает, что «Рыцарей Сорока Островов» написал двадцатитрехлетний дебютант, для которого роман стал входным билетом в профессию. Книга была закончена в 1990 году и вышла в 1992-м, и за ней стоял не будущий охранитель и пропагандист, а просто очень способный молодой фантаст из казахской провинции. Уже тогда, впрочем, у него проступала одна особенная черта: воюющих и гибнущих подростков юный Лукьяненко описывал без ужаса — как нечто логичное, почти естественное.
Дорога в Голливуд
Лукьяненко был врачом: окончил Алма-Атинский медицинский, работал психиатром в психоневрологическом диспансере и писал в свободное время. По собственному признанию, если бы не писал, так и работал бы врачом, хотя профессия его тяготила. С конца восьмидесятых его рассказы и повести расходятся по толстым журналам фантастики — «Уральский следопыт», «Молодая гвардия», — а сам он входит в плотное сообщество жанра: семинары, фестивали, премии. В 1996 году, уже на волне первой популярности, Лукьяненко перебрался в Москву, где большие издательства поставили его тексты на поток. К концу десятилетия его читали уже все, кто интересуется фантастикой на русском. По сути, Лукьяненко удалось то, чему его русскоязычные коллеги могли только позавидовать: посреди дикого рынка, еще только встающего на путь от пиратства до полноценного книгоиздания, посреди моря переводной фантастики он смог стать популярным. Всё из-за специфического подхода. „
Лукьяненко никогда не был первооткрывателем. Он был блестящим переупаковщиком: брал готовый жанровый материал — американский киберпанк, светлую подростковую прозу Крапивина, мифологию Стивена Кинга — и пересобирал под русского массового читателя, ловко, увлекательно и без особого пиетета к источникам.
Критики-снобы видели в этом вторичность (на фоне Гибсона и Стругацких, фыркали самые злые, он выглядит не младшим братом, а пигмеем), но именно эта всеядность и сделала его таким читаемым: он умел взять чужую находку и довести ее до состояния, в котором ее проглатывали миллионы.
Еще Лукьяненко хорошо уловил специфический российский ресентимент. Жесткий приход рынка в Россию и зависимость от экспорта энергоресурсов, потеря статуса империи создают тоску по былому величию и ожидание будущего возрождения, когда Россия «встанет с колен». В романе «Звезды — холодные игрушки» 1997 года земляне также развязывают галактическую войну, чтобы вернуть себе имперский статус. Там даже упоминается война России с Украиной 2009 года, когда потопили военный корабль — правда, не российский, а украинский, «почти готовый авианосец “Гетман Мазепа”». Этот момент Лукьяненко будет предъявлять как доказательство своей прозорливости: вот, мол, я еще в девяностые всё предвидел, потому что в Украине рос национализм. До того он, впрочем, сравнивал писательский скилл с дробиной: если выстрелить дробью по мишени, какая-то дробина да попадет в цель.
Несмотря на то что Украина и Донбасс стали со временем едва ли не центральной темой выступлений и текстов Лукьяненко, никакой личной ненависти в ранние годы писатель к ним не испытывал. Подход чисто советский — или имперский, если угодно: себя он, как рассказывал в 2018-м, долго определял «скорее как советского человека», а Украину «воспринимал как часть нашей родины — точно так же, как Казахстан, Казань, Москву и прочие города и республики». Для выросшего в позднем СССР человека из многонациональной семьи (мать татарка, отец наполовину русский, наполовину украинец) чувство вполне понятное, даже типичное. Перелом, по его же хронологии, наступил в 2014-м, с «русской весной», но дело было не в обиде, а в оптике, которая никуда не делась с советских времен.
В 1998-м до вторжения в Украину было далеко. В этом году вышел самый известный роман Лукьяненко «Ночной Дозор». Под обыденной Москвой прячется Сумрак, мир магов-Иных, поделенных на Свет и Тьму. Стороны связаны договором: ни одна не должна взять верх. Вампиры получают лицензии на кровь, колдовство регламентировано, каждое действие Света уравновешивается дозволенным действием Тьмы.
Свет тут, впрочем, не светел. Светлые маги манипулируют людьми и жертвуют пешками не реже Темных — разница лишь в том, что делают они это по лицензии и в свой черед. Само устройство мира к этому и сводится: чтобы наказать Тьму за нарушение, Свет обязан выдать ей встречную лицензию — разрешить ответное зло, иначе рухнет равновесие. Добро здесь не побеждает зло, а делит с ним смену. Лукьяненко, мечтая о гармонии, описал не мир без насилия, а контору, которая выдает на него разрешения.
«Ночной Дозор» сделал автора действительно знаменитым, но тут сработало и время. Экранизацию затеял «Первый канал», а снимать позвали Тимура Бекмамбетова — человека из рекламы, прославившегося роликами банка «Империал» — теми самыми, со «всемирной историей». Он перенес в кино рекламную пластику: быстрый монтаж, трюки, грузовик, делающий сальто над ночной Москвой. „
Вышедший в 2004-м «Ночной Дозор» задним числом назвали первым российским блокбастером — и дело было не только в художественных достоинствах. На тот момент почти всё российское кино приносило убытки; «Дозор» первым доказал, что у постсоветской культурной индустрии может быть касса.
Он попал в нерв эпохи: страна на нефтяных деньгах хотела верить, что у нее снова всё свое и большое, — и получила свое большое кино про тайную службу, держащую порядок в Москве. История про договор, равновесие и силовиков в плащах бесшовно легла на время укрепления вертикали.
Дальше всё пошло по нарастающей. «Кинодозоры» переводили на английский — Heinemann в Британии, Miramax в США; какое-то время Лукьяненко оставался едва ли не единственным российским фантастом, которого всерьез издавали на Западе (позже самым известным русскоязычным фантастом станет Дмитрий Глуховский — по иронии судьбы либерал, не имперец).
«Дневной Дозор» вышел следом, в 2006-м, собрал кассу — а дальше Бекмамбетова заметил Голливуд. Он снял с Анджелиной Джоли и Джеймсом Макэвоем триллер «Особо опасен» о тайном обществе киллеров, запустил свою международную карьеру, и до третьего «Дозора» руки у него так и не дошли. «Сумеречный дозор» так и не сняли.
В 2008-м, освободившись после «Особо опасен», Бекмамбетов не горел желанием браться за третий фильм; в 2016-м обещал, что он «всё-таки появится, наверняка»; в 2019-м заверял, что «рано или поздно» вернётся и что у него «не просто надежда, а уверенность». В 2021-м году Бекмамбетов увлекся форматом screenlife — когда на протяжении всей картины действие происходит на экране смартфона и ноутбука — и обещал заняться третьей частью «Дозоров», если ему удастся адаптировать книгу под этот формат. Пять лет спустя никаких новостей об этом так и нет.
Лукьяненко отсутствие новой экранизации объяснял по-своему. По его мнению, Голливуд франшизу сознательно задушил: американцы, мол, выкупили права и похоронили проект, испугавшись конкурента, — ведь «Ночной Дозор» собрал в мире под сто миллионов при бюджете в пять, и зачем им русские, способные зарабатывать больше при копеечных тратах. Но с фактами эта версия расходится: права на экранизацию всё еще принадлежат Бекмамбетову и «Первому каналу», и происки враждебного Запада тут, при всей дотошности, можно увидеть только в желании поработать со знаменитым режиссером, которым не в последнюю очередь благодаря «Дозорам» стал Бекмамбетов.
Остальные попытки экранизировать его прозу подтверждали простую вещь: без Бекмамбетова она тускнеет. «Черновик» 2018 года прошел незаметно, прочие проекты не двигались дальше анонсов. Сила Лукьяненко была в придуманных мирах, не в кинематографичности сюжетов; «Дозоры» сработали потому, что режиссер добавил к ним свое: энергию, монтаж, ночную Москву. Стоило убрать Бекмамбетова, и оставалась крепкая, но не киногеничная фантастика. Человек-индустрия в кино оказался заложником одного постановщика — и к концу нулевых эта часть его империи тихо исчезла.
Оживет она только через полтора десятилетия.
Дорога в Мариуполь
Всё это десятилетие, пока продавались тиражи и шли экранизации, Лукьяненко-публицист дрейфовал в ту же сторону, что и страна. Во время войны с Грузией он высказывался за то, чтобы «вбомбить ее в каменный век». Открыто назвал себя консерватором и имперцем. В 2008 году Лукьяненко дошел в ультрапатриотизме до того, что был вынужден удалить свой ЖЖ после резкой критики его поста. В нем «доктор Ливси» (псевдоним Лукьяненко взял в честь благородного дворянина из «Острова сокровищ») цитировал новость о гибели в США российского ребенка, которого приемный отец забыл в машине на жаре, и призывал запретить усыновление американцам детей из РФ. Позже его пожелание исполнится: соответствующий закон примут в 2012 году в ответ на санкционный «список Магнитского».
После Майдана Лукьяненко запретил переводить свои книги на украинский и объявил, что больше не приедет в Украину; в блоге писал, что «Киев и вся Украина — часть единой великой России». В мае 2017-го съездил с семьей в аннексированный Крым, выложил фотографии — и украинский «Миротворец» внес его в базу как «украинофоба» и «пропагандиста Новороссии». Лукьяненко отшутился: «Спрятался под стол и рыдаю. Нет, конечно, — компания прекрасная, мне с ними веселее, чем на тех нацистских шабашах, что проводятся на Украине». Превращение, которое многим потом покажется внезапным, заняло пятнадцать лет и шло параллельно с превращением самой страны.
Так что 24 февраля 2022 года Лукьяненко не пришлось ничего в себе менять. В первые же дни он публично объяснил вторжение так, будто готовил эту мысль годами: «Военная операция на Украине не начало войны, а ее завершение». Войну, по его версии, давно начала сама Украина, «выкармливая нацизм» и «воспитывая ненависть к русскому языку», а Россия лишь доводит дело до конца. В интервью тех дней он повторял, что Украину «целенаправленно собирали на войну», что это новый «поход объединенной Европы на Россию». Знакомый сюжет: тот же, что в «Звездах — холодных игрушках» четвертью века раньше, только теперь не на бумаге.
При этом он искренне считал систему разумной. „
Рассуждая в конце февраля 2022-го о допустимых мнениях, Лукьяненко вывел шкалу: против войны высказываться «можно, у нас демократия»; желать победы Украине — «гнусноватенько, но в целом тоже можно, ибо свобода слова». Человек всерьез размечал границы дозволенного инакомыслия в стране, где за антивоенные посты уже давали сталинские сроки,
и верил, что граница проведена осмысленно, что система отличает допустимое от недопустимого. Эта вера ему в итоге аукнулась.
Дальше тон твердел по мере того, как российскую армию громили. Когда в октябре 2022-го в ответ на потерю Херсона Россия накрыла украинские города ракетами, Лукьяненко отреагировал коротко: «Наконец-то. Фашистские мрази должны отправиться в ад» (в ходе налета ракета прилетела в том числе на детскую площадку). В том же октябре он пришел на RT, в эфир к Антону Красовскому, — и именно в том интервью Красовский предложил топить и жечь украинских детей, не желающих считать себя русскими. Маргарита Симоньян эту тираду Красовскому не простила и уволила с канала. Лукьяненко же в моменте оказался более открыт: он мягко поправил собеседника, заметив, что «на Руси для воспитания традиционно использовали розги». Сам Лукьяненко позже назвал его слова «провокативными», то есть осудил форму, не суть. Розги остались.
Но Лукьяненко был не просто говорящей головой — он встраивался делом. К культурной войне он подключился раньше многих: еще в сентябре 2019-го, за два с половиной года до вторжения, приехал в Донецк на фестиваль фантастики «Звезды над Донбассом». Фестиваль придумали сами фантасты вместе с главой Общественной палаты ДНР Александром Кофманом, и имя Лукьяненко было там самым громким. Для писателя, живущего с тиражей и западных переводов, поездка в непризнанную республику была политическим жестом с понятной ценой: от западных контрактов придется отказаться. Он приезжал снова; фестиваль наладил выпуск ежегодных сборников с названием «#ДонбассЖивёт».
После 2022-го это движение переехало вслед за армией. В мае 2024-го «Звезды над Донбассом» прошли в Мариуполе — городе, который российские войска за два года до того сровняли с землей. Под куполом университета имени Куинджи собрались полтысячи литераторов, актеров и музыкантов и учредили Всероссийскую ассоциацию творческих деятелей «Россия. Образ будущего», задуманную, по словам Кофмана, как ответ на «культуру отмены» Запада и противовес тем, кто «сбежал за рубеж и поливает Родину грязью». Главой ассоциации избрали Лукьяненко. «Перед собой я вижу огромный зал, где все свои, — сказал он делегатам. — Я очень рад, что мы живем в одной стране». Сказано это было в Мариуполе — городе, который сделали «одной страной», предварительно разрушив.
Дорога в Сумрак
К середине двадцатых Лукьяненко собрал, кажется, все мыслимые общественные посты разом. Член Общественной палаты. Председатель Ассоциации союзов писателей и издателей России — головной литературной структуры, через которую идет государственная поддержка словесности. Глава мариупольской ассоциации «Россия. Образ будущего». А осенью 2025-го он возглавил жюри новенькой Всероссийской премии научной фантастики, учрежденной под эгидой Союза писателей и при участии госкорпорации «Росатом»: ядерное ведомство взялось награждать фантастов, и судить их позвали Лукьяненко.
Любопытно, как организаторы объясняли смысл затеи. Фантастика, говорили со сцены, ценна не предсказаниями, а «целеполаганием»: она «задает вектор», смотрит вперед и проектирует будущее. То есть фантаст в этой системе уже официально не занимается творчеством и не размышляет о настоящем художественными средствами, а выполняет госзаказ на футурологию. Теперь под это выделены премиальный фонд и логотип «Росатома».
Чем он во всех этих структурах занят? Тем же, чем государство, — распределением и присмотром. Ассоциация союзов писателей и издателей раздавала гранты и решала, какая литература достойна поддержки (она влилась в обновленный Союз писателей Мединского).
И, как положено в такой системе, аппарат включился против чужих. Весной 2026-го «Московский комсомолец» опубликовал заметку Ивана Волосюка про то самое попадание «Рыцарей Сорока Островов» в наркосписок. Среди прочего Волосюк вопрошал: «И, может быть, Лукьяненко в нынешней правоприменительной ситуации не стоило “нарываться” на более серьезные ограничения, в сравнении с которыми любые маркировки покажутся шелухой от семечек?» Непонятно, что он имел в виду (никаких других ограничений на Лукьяненко наложено не было), зато реакция самого писателя была мгновенной: Ассоциация творческих деятелей и фестиваль «Звезды над Донбассом» объявили, что прекращают всякое сотрудничество с изданием до тех пор, пока его автор остается в штате. Структура, учрежденная два года назад как «ответ на культуру отмены», которую злодейский Запад устроил против России, сама потребовала отменить журналиста — за статью.
При этом Лукьяненко всерьез сокрушается, что хорошей фантастики стало мало. Винит он в этом рынок: молодежь, говорит он, ушла на Litres и Author Today, в «потогонную систему» погони за подписчиками, которая мешает работать серьезно. Более близких причин упадка фантастики он не называет. Но фантастика, по принятому определению, — это литература про иное: про мир, устроенный не так, как наш, про любовь, политику и тело, какими они могли бы быть. А Лукьяненко сделался лицом государства, для которого «иное» — состав преступления: немыслимо, чтобы человек любил человека своего пола или сменил пол. Трудно фантазировать там, где фантазия поражена в правах.
Ирония даже плотнее, чем кажется. В 1999 году Лукьяненко написал роман «Геном» — про далекое будущее, генетически переделанных людей, империю и звездных рыцарей. Среди героев там есть Пак Генералов, гей, — и в придуманном Лукьяненко мире это никого не занимает, просто черта персонажа, одна из многих. Тогда так было можно. Фантастика и была тем местом, где можно всё: любой гендер, любая любовь, любое устройство мира, потому что это вымысел, территория без правил. Сегодня тот же эпизод подвел бы роман под закон об «ЛГБТ-пропаганде», а самого автора — под штраф. Свой «Геном» Лукьяненко в нынешней России написать бы уже не смог.
И уж совсем не сходятся концы с концами, если присмотреться к судьбе самой маркированной книги. В мае 2026-го, через два месяца после того, как «Рыцарей Сорока Островов» внесли в наркосписок, онлайн-кинотеатр Wink объявил о начале съемок сериала по этому роману. Снимает Ким Дружинин, режиссер «28 панфиловцев» — главного патриотического боевика десятилетия; в одной из ролей — Михаил Пореченков; продюсируют его студии «Национальной Медиа Группы» при поддержке государственного Института развития интернета. Тот же текст, что одно ведомство пометило как опасный для подростков, другое запускает в производство на государственные деньги как полезный, воспитательный, свой. Противоречия тут никто не замечает, потому что заметить его некому: это просто одна и та же книга, прошедшая через две разные канцелярии с разными печатями.
Есть у Лукьяненко рассказ, написанный уже во время войны, — «Времен двух между», в соавторстве с Дмитрием Байкаловым. Пионер Глеб из 1979 года случайно попадает в прифронтовой Донбасс 2022-го, на детскую железную дорогу. Первое, что он спрашивает, очнувшись в будущем: какой год, где мы, есть ли тут война с фашистами. Услышав: «Двадцать второй, Донбасс, есть», мальчик радостно кричит: «Ура!» Лукьяненко, сам того не заметив, написал автопортрет — человека из советского прошлого, который оказался в мире своей мечты, прямо как попаданец из плохой фантастики.
В том же рассказе есть и другой образ — про книгу, герой которой поселился в старом доме, надел старомодную одежду, читал при керосиновой лампе, а когда совсем свыкся с этой жизнью, вышел на улицу и оказался в прошлом. «Сам себя перенес во времени, без всяких машин и приборов». Лукьяненко проделал ровно это — не на бумаге, а наяву: десятилетиями вживался в воображаемую империю, в державу силы и порядка, в мир, где зло выдается по лицензии и слабым не положено пощады, — и однажды вышел на улицу и оказался там. В стране своей мечты.
Только страна мечты не стала делать для него исключений. Империя, которую Лукьяненко звал и строил, не различает своих и чужих — у нее нет на это органа: она сверяет текст со списком и не читает имен. Она открывает книгу, находит слово из списка и клеит наклейку на подростковую книжку человека, который эту машину и собрал.

На уходящей неделе Грузия отметила свой очередной, 35-й по счету, День независимости. Страна встретила его в состоянии хаоса в собственной внешней политике и с особенно заметным уровнем международной изоляции на фоне визита главы Госдепа США в соседнюю Армению. Несмотря на это, премьер-министр Грузии критикует Данию за плохую демократию, собирается вступить в какой-то особый Евросоюз и надеется на возобновление дружбы с Вашингтоном. Между тем влиятельная американская пресса называет правительство олигарха Иванишвили союзником России и Ирана. Ия Баратели собрала цитаты, свидетельствующие о сложности восприятия мира через призму «Грузинской мечты».
Как никогда ранее суверенная христианская страна
26 мая проспект Руставели в Тбилиси всегда выглядит нарядно, как и полагается в день главного государственного праздника. Но в этом году на здании парламента впервые не было привычных растяжек с символикой Евросоюза: только национальные флаги и огромный портрет скончавшегося в марте Католикос-Патриарха Илии Второго.
Лозунг праздника в этом году тоже был специфичным: власти решили напомнить миру, что «Грузия — христианская страна». Предложив отметить 1700-летие утверждения христианства государственной религией, правительство невольно напомнило и о том, как пару лет назад партия „
«Грузинская мечта» пыталась вернуть православию статус государственной религии в качестве необходимого условия для развития современного грузинского государства.
Тогда на «государственную религию» не согласилась даже Грузинская патриархия, а у самой «Мечты» не хватило голосов для конституционного большинства и утверждения своей инициативы. Тем не менее к главному юбилею государство выделило патриархии из резервного фонда 5 миллионов 300 тысяч лари (около 2 млн долларов).
В официальных выступлениях на празднике Евросоюз тоже не упоминали, хотя в еще действующей конституции Грузии прописано, что евроинтеграция — это то, к чему власти обязаны всячески стремиться. С другой стороны, и Россию, а также тот факт, что эта страна оккупирует 20% территории Грузии, в пафосных речах тоже ни разу не отметили.
Премьер-министр Ираклий Кобахидзе был категоричен в оценке деятельности правительства: «Сегодня каждый патриотично настроенный грузин может гордиться тем, что Грузия является независимой и суверенной как никогда ранее». С этим многие в Грузии могли бы не согласиться, но руководство «Грузинской мечты» никогда не посещает линию оккупации рядом с Абхазией и Цхинвальским регионом, а внутри команды полемизировать на эту тему премьеру явно не с кем.
За намеки в адрес Европы и заодно за повышенную религиозность на празднике отвечал спикер парламента Шалва Папуашвили: «Некоторые и сегодня хотят разрушить две наши опоры [церковь и государство], чтобы мы следовали чужим правилам и отказывались от своего. Чтобы мы, словно привязанные на новую золотую цепь, делали всё, лишь бы не быть независимым государством; чтобы опирались на других, а не на самих себя. Этого не будет».
Может сложиться впечатление, что власти Грузии стесняются открыто ругать Европу, — но это только на празднике. На самом деле «Грузинская мечта» уже перешла на новый этап конфронтации с Брюсселем, и прежний лозунг «В Европу — с достоинством» теперь сменился на «Такая Европа нам не нужна».
«Прогнило что-то в датском королевстве»
19 мая премьер Кобахидзе обратился с открытым письмом к руководителям Евросоюза, в котором не только выражал недовольство отношением Брюсселя к Грузии, но и осуждал ситуацию с правами человека в Дании, использовав в качестве повода жесткий разгон митинга протестующих против действий Израиля в секторе Газа.
Грузинский премьер напомнил главе Европейской комиссии Урсуле фон дер Ляйен, президенту Европейского совета Антонио Коште и председательнице Европарламента Роберте Метсоле, что это именно Брюссель «в одностороннем порядке» остановил политический диалог с Грузией — страной, уже получившей статус кандидата в ЕС, и «отклонил дискуссию» с властями Грузии по поводу дальнейших перспектив евроинтеграции.
Кобахидзе также объяснил, что, хотя Грузия и желает интегрироваться в Евросоюз, у него есть вопросы. Тем более что руководство ЕС часто выступает с осуждением разгонов акций протеста в Тбилиси: «Как вы оцениваете насилие в Копенгагене, когда с мирными протестующими сначала расправились дубинками, а потом использовали против них собак?» — поинтересовался Кобахидзе.
Напомним, массовые протесты в Грузии начались как раз после того, как 28 ноября 2024 года Кобахидзе заявил о решении приостановить процесс вступления страны в ЕС до 2028 года. С тех пор правительство не раз ужесточало законодательство, чтобы ограничить протесты, — вплоть до того, что штраф и реальный тюремный срок стали назначать людям, стоявшим во время акции даже не на проезжей части, а просто на тротуаре. „
Людей избивали и на улицах, и в полицейских микроавтобусах, и в участках. Два года правительство попрекали тем, что за подобное не был задержан ни один сотрудник спецназа.
И вот в начале мая, впервые за два года, Генпрокуратура Грузии объявила о задержании пятерых человек, участвовавших в избиении участников акций. Это трое бывших и один действующий сотрудник спецназа, а также действующий сотрудник Департамента охранной полиции МВД.
Явно вдохновленный таким проявлением принципиальности в отношении собственной полиции, грузинский премьер решил не ограничиваться письмом в Брюссель и расширил вопрос недостатков Копенгагена до шекспировского масштаба, посвятив ему целое выступление на телекомпании «Имеди» (кстати, также находящейся под санкциями правительства Британии за распространение российской пропаганды). «Если Европейский союз — это то, что мы видели в случае с Данией, то Грузии нет места в таком Европейском союзе», — заявил Кобахидзе.
Заодно премьер отругал посла Германии в Грузии Петера Фишера за то, что тот «поучает» Грузию: «Когда посол Германии читает нам лекции о таком Европейском союзе, это невозможно оправдать. Мы хотим другого Европейского союза. Когда мы говорим о европейских ценностях, мы должны помнить, что эти ценности не особенно давние в Европе, — они утвердились только в конце 1940-х годов. Именно поэтому мы должны напоминать европейским бюрократам, что то, что имеет историю всего в несколько десятилетий, может быть утрачено очень легко».
22 мая риторику премьера поддержал и спикер парламента Шалва Папуашвили, который сделал самое жесткое антиевропейское заявление, даже по меркам «Грузинской мечты»: «Евросоюз движется к цивилизационной пропасти», а некоторые депутаты Европарламента, «если дать им волю, запустили бы по Грузии ракеты».
Папуашвили пришлось реагировать на неприятные новости: Европейская служба внешних связей прислала письмо, в котором констатировала «отсутствие улучшений» в Грузии и призывала власти изменить политический курс. При этом в Брюсселе традиционно подчеркнули, что продолжат поддерживать грузинский народ, СМИ, молодежь и евроинтеграцию.
Такой подход в «Мечте» воспринимают как «попытку противопоставления народа и легитимно избранной власти», и Шалва Папуашвили не скрывал возмущения: «Когда говорят, что поддерживают грузинский народ, — это самое большое унижение Грузии», — сказал он.
Продолжив мысль, спикер грузинского парламента сравнил ЕС с Советским Союзом и даже провел параллели с XIX веком, когда к грузинам относились как к «аборигенам», которых нужно «колонизировать и учить строить государство». (К слову, свою первую независимость, 26 мая 1918 года, Грузинская республика провозгласила в условиях горячей поддержки правительства Германии).
«Евросоюз, лишенный европейских ценностей, — это уже не Евросоюз. Это просто союз — такой же, каким когда-то был Советский Союз. В таком союзе мы уже были», — заявил Папуашвили.
Всё еще ждем перезагрузки с Америкой
Ругая Евросоюз, «Грузинская мечта» в то же время испытывает самые иллюзорные надежды на улучшение отношений с Америкой. В этом смысле Кобахидзе, возможно, не случайно выбрал объектом критики Данию (которая отказывается дарить Дональду Трампу Гренландию).
На сегодня Грузия осталась единственным в регионе государством, у которого нет статуса стратегического союзника США. Вместо этого есть «уверенность в том, что перезагрузка грузино-американских отношений возможна». Заявив об этом после протокольной коммуникации с главой Госдепа, Кобахидзе явно ставил себя в невыгодное положение, ведь 26 мая Марко Рубио прибыл в Ереван, где подписал Хартию стратегического партнерства с Арменией. Грузия такую Хартию подписала аж 17 лет назад, в 2009 году, и была на привилегированном положении до тех пор, пока в конце 2024 года администрация Байдена не решила наказать «Грузинскую мечту» за нападки на гражданское общество, принятие закона об иноагентах, антизападную риторику и прочие «признаки отката демократии». „
Конечно, отношения между Грузией и США будут продолжаться, исходя из стратегических интересов, но только на техническом уровне, предсказывают эксперты.
И действительно, хотя премьер Кобахидзе обещал, что в мае будут «приятные сюрпризы» в деле налаживания отношений с американцами, его пока посетили не самые высокопоставленные сотрудники Госдепа: специальный помощник госсекретаря Чарльз Йоки и представитель Бюро по делам Европы и Евразии Госдепа Питер Андреоли.
Кобахидзе заверил их, что правительство Грузии готово к «возобновлению отношений с чистого листа, на основе взаимоуважения». Сами представители Госдепа никакой готовности не выражали. Зато спикер парламента вывод сделал и прямо на ходу уточнил: «Мы действуем не для того, чтобы кому-то понравиться. А для того, чтобы отношения строились на совпадении реальных интересов между двумя странами. Сейчас мы именно в этом процессе — когда пытаемся разобраться вместе с администрацией США, вернее, администрация пытается разобраться в собственных интересах в отношении Грузии».
Оппозиционный политик Леван Курашвили («Коалиция за перемены») признает, что Грузия уже уступила свое место регионального лидера в коммуникации с Западом.
— В регион один за другим приезжают мировые лидеры, и никто из них не заезжает в Грузию, чего раньше никогда не происходило. В основном было наоборот: они могли приехать в Грузию и не заезжать в соседние Армению и Азербайджан. Сейчас Грузии просто не существует на мировой политической карте, это черная дыра, которой управляет параноик, и никто не воспринимает нас серьезно. Иванишвили и его подчиненные считают, что, если у Грузии есть роль в важных для Европы процессах диверсификации энергорынков, им всё простят и уступят, но это совсем не так. Не уверен, что Рубио приедет сюда, чтобы лично это им объяснить.
Другой оппозиционный политик, Георгий Вашадзе, вообще посоветовал властям «прояснить отношения» с грузинским народом, прежде чем искать что-то за границей:
— Ключи в Грузии, а не в Вашингтоне — мы это прямо и четко говорим тем людям, которые уже на коленях просят Вашингтон как-нибудь помириться с ними.
Теона Акубардия, бывший депутат парламента Грузии, аналитик Georgian Strategic Analysis Center (GSAC), признается, что, когда она следила за встречами Рубио в Ереване, ей «хотелось плакать — настолько необходима сегодня такая же Хартия и для Грузии». По ее словам, подписание Хартии стратегического партнерства и тот факт, что в Армению уже поступают инвестиции из США, станет основанием для безопасного, мирного и благополучного будущего Армении. Эксперт констатирует, что сегодня в Армению переместился «эпицентр геополитического противостояния».
— Открытые угрозы Москвы в адрес Еревана говорят о том, что Москва в отчаянии, она теряет Армению, и ей остается только Грузия.
Подписанную в Ереване Хартию Акубардия считает «более масштабной» чем документ, подписанный Грузией в 2009 году. „
— Например, Америка не только предоставит Армении оборонительное оружие, но также поможет в отечественном военном производстве, в защите границы. США обещали, что решат проблему с оснащением армянских пограничников, помогут с кибербезопасностью, искусственным интеллектом и по многим другим аспектам.
В Ереване на днях будет парад, на который военные выйдут в новой униформе и с вооружением, приобретенными за счет помощи шести стран.
Эксперт сожалеет о том, что «Грузия потеряла много возможностей из-за отмены стратегического партнерства с США», но уверена, что Хартия меняет парадигму безопасности во всём регионе, а не только в Армении:
— Новые возможности Армении создают длительную перспективу для мира во всём регионе. Все уже слышали, что Евросоюз прямо обещал Армении, что через два года у них будут безвизовые поездки в Евросоюз. Своей активной поддержкой США и другие западные партнеры демонстрируют, что Армения сегодня не остается один на один с Россией. Я уверена, что и Грузия вернется на тот путь, который сделает весь регион безопасным и стабильным.
В противоположном лагере
Почему Грузии так сложно восстановить нормальные отношения с Америкой, несмотря на то что Вашингтон активно представлен в регионе Южного Кавказа? Возможно, дело в том, что сейчас в Америке Грузию рассматривают как союзника России и Ирана. По крайней мере так рассуждает американская пресса.
Влиятельное издание The Washington Post 27 мая опубликовало статью под заголовком «Бывший союзник США скатывается в орбиту влияния Ирана». Еще больше негатива — в подзаголовке: «Всё более авторитарное правительство Грузии угрожает кавказской стратегии Трампа».
В редакционной колонке отмечается, что Грузия, которая на протяжении десятилетий считалась одним из самых надежных оплотов США в регионе, резко меняет курс. Такая политика Тбилиси напрямую вредит западным интересам и ослабляет американское влияние в регионе, считают в The Washington Post.
Риторика и принятые законодательные акты грузинской правящей команды выходят за рамки простого «нейтралитета» и толкают страну в противоположный от Запада лагерь: в сферы влияния Ирана и России.
Американские аналитики рассматривают откат от демократии и параллельное углубление экономических и политических связей с антизападными игроками как тревожный сигнал для Вашингтона — такое распределение влияния в Кавказском регионе представляет угрозу для архитектуры безопасности Черноморского и Каспийского бассейнов, которую Соединенные Штаты хотят поддерживать на протяжении многих лет. „
«Когда администрация Трампа пытается укрепить мирный договор между Азербайджаном и Арменией, Грузия ищет место возле стола. Но у этого есть конкретные условия.
Без более конструктивного подхода со стороны Грузии, который предусматривает освобождение политзаключенных, восстановление гражданских свобод и прекращение притеснения прозападного гражданского общества, не возникает оснований, чтобы администрация Трампа рассматривала Грузию как будущего союзника».
«Белому дому придется пересмотреть свою стратегию на Кавказе, поскольку бывший партнер, имевший статус демократического маяка в регионе, всё больше сближается с режимами, которые Вашингтон пытается сдержать», — таков вывод в статье The Washington Post.
Грузинский хаб для иранской нефти?
О том, что Грузия «превращается в один из ключевых каналов Ирана по обходу западных санкций и получению твердой валюты для финансирования своей военной машины», американская пресса писала уже не раз.
Например, подобный материал опубликовал консервативный Fox News Digital, утверждая, что речь идет не только о дипломатических контактах, но и о более широком влиянии — через образовательные, религиозные и культурные структуры. Беспокойство исследователей вызывает филиал иранского Международного религиозного университета имени аль-Мустафы, который, по данным Минфина США, используется «Корпусом стражей исламской революции» (КСИР) для идеологической экспансии, вербовки и сбора разведданных.
Сообщается, что Иранский университет не аккредитован в Грузии, однако активно работает во многих селах региона Квемо-Картли, где проживают тысячи этнических азербайджанцев-шиитов.
Также американское издание сообщает, что целых 72 зарегистрированные в Грузии компании, часть из которых являются донорами «Грузинской мечты», с 2022 по 2025 годы активно занимались импортом иранской нефти. Такой импорт обычно оплачивается наличными, то есть в обход банковских санкций. В 2024 году доходы Ирана от экспорта нефти составили около 43 млрд долларов, или около 57% всех экспортных поступлений Тегерана. Поэтому американские аналитики называют Грузию «основным хабом по обходу санкций» для иранского режима.
Статья Fox News была опубликована после начала военной операции США и Израиля и цитирует доклад организации «Гражданская идея» экс-министра обороны Грузии Тины Хидашели, а также исследование Института Хадсона под названием «Поворот Грузии к Ирану: стремительное расширение влияния Тегерана в стране, которая некогда была влиятельным союзником США».
Авторами доклада являются старший научный сотрудник Института Хадсона Люк Коффи и менеджер проектов грузинской Лаборатории исследований советского прошлого (SovLab), оппозиционер Георгий Канделаки. „
Сразу после появления в марте таких публикаций Служба госбезопасности Грузии вызывала авторов отчетов и других экспертов на опрос по делу о «содействии враждебной деятельности иностранного государства».
После того как данные исследования Института Хадсона также использовал в своей статье и The Washington Post, журналист проправительственного СМИ поинтересовался на брифинге грузинского премьера, не пора ли государству дать правовую оценку таким «провокационным» и «антигрузинским» статьям. Премьер в ответ согласился с «уместностью такого предположения».
На это Джон Уолтерс, президент Института Хадсона, ответил в X, заявив, что он лично отвечает за исследование: «Уважаемый господин Кобахидзе, как президент Института Хадсона я поддерживаю это исследование и его выводы. Угрозы не меняют фактов. Вы не грузинская мечта, вы разрушитель грузинских мечтаний».
Анаклия как продолжение маршрута Трампа
Несмотря на желание наладить отношения с Америкой, правительство Грузии продолжает игнорировать важный вопрос принадлежности потенциального глубоководного порта на западе Грузии, в Анаклии. Для США он имеет принципиальную важность.
В 2016 году «Грузинская мечта» внезапно поверила в идею экс-президента Михаила Саакашвили построить новый порт на морском побережье — правительство Иванишвили даже объявило порт «стройкой века».
Сначала для осуществления грандиозных планов был создан международный консорциум «Анаклия», в который вместе с Грузией входили компании из США, Великобритании, Нидерландов и Болгарии. Правительство обещало, что первое судно Анаклия примет уже в 2020 году, однако в тот год правительство «Грузинской мечты» расторгло соглашение, отказавшись предоставить финансовые гарантии со стороны государства. В Вашингтоне таким решением были явно недовольны, от посещавшего Тбилиси госсекретаря Марка Помпео даже последовал настоятельный совет по крайней мере не отдавать порт китайцам.
Тем не менее два года назад правительство Грузии объявило, что в тендере на строительство порта победил китайско-сингапурский государственный консорциум CCCC. Китайцам планировалось передать 49% акций порта, и они должны были инвестировать в проект сотни миллионов долларов, стоимость первого этапа оценивалась в 600 миллионов долларов.
Не слишком активные переговоры с китайской компанией идут уже два года, и многие всё это время задавались вопросом, не откажется ли «Грузинская мечта» от китайских инвесторов, учитывая желание Иванишвили подружиться с Вашингтоном. Однако на днях Кобахидзе неожиданно вернулся к вопросу строительства порта и озвучил новый срок завершения первого этапа строительства — к 2029 году. Инвестор остался прежним — китайская компания СССС.
Помириться с Западом, не поругавшись с Россией
Провалы во внешней политике «Грузинской мечты» политологи всё чаще объясняют некомпетентностью правительства. Долгое время миллиардер Бидзина Иванишвили, основатель правящей партии, действовал как босс корпорации: назначал на ключевые государственные должности, снимал или наказывал на основании исключительно личных предпочтений. В результате такой практики на 14-й год правления «Грузинской мечты» за решеткой по обвинению в превышении служебных полномочий, легализации незаконных доходов, растрату миллионов из госбюджета оказались и бывший премьер-министр, и глава Службы госбезопасности, и министр обороны, а также десятки чиновников среднего уровня. Есть мнение, что подобные «чистки» на время укрепляют власть, но, как видно, не улучшают качество.
Политолог Гия Нодия считает, что правительство Грузии явно хочет улучшить отношения с Америкой, но не знает, как это сделать. А раз стратегии нет, то они просто тянут время. „
— Проблема не в том, что Иванишвили — «человек России» или «диктатор», а то, что он очень некомпетентный в международной политике и у него очень наивные представления о том, как сделать приятное американцам.
На самом деле, чтобы наладить отношения с США, он должен пойти на серьезные уступки и изменение политики. Как видно, он этого не понимает. Также сложно представить, чтобы Америке понравилось, что власти превратили территорию Грузии в регионе Квемо Картли в плацдарм развития иранского радикального исламизма. Возможно, таким образом Иванишвили хочет сделать приятное России, так как для Москвы это означает гарантию, что Грузия и США не договорятся. Непонятно, как можно сохранять проиранскую позицию и при этом надеяться на улучшение отношений с Америкой.
Иванишвили хочет помириться с Западом, но не хочет за это платить.
Политический аналитик Давид Зурабишвили считает, что администрацию Трампа проводит изоляционистскую политику, однако сейчас интерес к региону увеличился из-за войны с Ираном. При этом интерес к региону Южного Кавказа заметно вырос и у Евросоюза.
— Такого раньше не было, — подчеркивает Зурабишвили. — Раньше США были больше заинтересованы в нашей евроинтеграции, чем сами европейские страны. Штаты считали Россию угрозой, в то время как Европа так не считала — до тех пор, пока не началась война в Украине. Когда о российской угрозе говорили страны Балтии и Польша, это воспринималось как следствие «советской травмы». После начала войны в Украине всё изменилось. Сейчас Евросоюз стал главной сдерживающей силой России.
Зурабишвили согласен с тем, что Иванишвили, как и многие другие, был абсолютно уверен в победе Трампа и даже несколько раз заявлял, что, став президентом, Трамп «закончит войну в Украине максимум к концу года».
— Но с тех пор прошло два года, и украинцы уже бомбят Москву… Иванишвили нужны хорошие отношения с Западом. Ну просто потому, что если он их разозлит, то куда ему потом деваться? К тому же у Иванишвили есть это старое советское восприятие, что Запад — это в первую очередь США, а Европа делает то, что скажут в Америке, через гражданских активистов в Грузии, которые собираются его свергнуть. Вот такой примитивный взгляд.

В Сыктывкаре полиция подала иск об изъятии трех восьмилетних детей из семей после того, как они залезли на праздничную конструкцию, посвященную Дню Победы. Внимание на это обратила глава «Лиги безопасного интернета» Екатерина Мизулина.
Подробности. Многодетная мать из Сыктывкара Анна Савельева рассказала на своей странице во «ВКонтакте», что ее восьмилетнего сына и двух его одноклассников поставили на профилактический учет. Это произошло из-за того, что 18 апреля они залезли на конструкцию из кубиков к 9 мая.
Полиция заявила, что дети во время игры повредили один из кубиков. При этом сын жительницы Сыктывкара утверждает, что на конструкции были вмятины и раньше.
«"Мама, меня посадят?" — спросил мой 8-летний сын шепотом, глядя в пол. Он заплакал и сказал: "Но я же не врал, я сказал, что так уже было". И у меня сердце разорвалось, потому что он правда не врал. Мой сын — обычный мальчишка. Вместе с одноклассниками прыгали на монументе 9 мая. Глупо? Да. Не подумали? Да. Но там не было ни ограждения, ни таблички "Не лазать". Для них это была просто игра», — подчеркнула женщина.
По ее словам, полиция уже подала иск в суд с требованием изъять детей из семей и направить их в центр содержания несовершеннолетних. Савельева обратилась за помощью к омбудсмену и прокуратуре.
Реакции. Уполномоченная по правам ребенка в Коми Татьяна Козлова заявила, что пока суд не принял решение об изъятии детей и помещении их в центр временного содержания. По ее словам, этот случай рассмотрят на заседании городской комиссии по делам несовершеннолетних 2 июня.
Екатерина Мизулина раскритиковала попытки властей Сыктывкара изъять детей из семей.
«Понятно, что дети не подумали. А может и вообще не знали, где прыгают. Но разве правильно сохранять историческую память путем разрушения семей? За такое будущее боролись наши деды и прадеды? Сомневаюсь», — написала глава «Лиги безопасного интернета».

С 31 мая в аннексированном Крыму на заправках временно будут продавать бензин только по талонам. Об этом сообщил назначенный Россией глава республики Сергей Аксенов.
Подробности. По словам Аксенова, бензин АИ-95 будут отпускать в приоритетном порядке коммунальному и социальному транспорту, а на АЗС «АТАН» и «ТЭС» — только по талонам. АИ-92 разрешат покупать не больше 20 литров на одну машину. Заправка в канистры запрещена.
Аксенов отметил, что ситуация с топливом может нормализоваться в течение 30 дней. Назначенный Россией «губернатор» Севастополя Михаил Развожаев заявил, что ограничения необходимы для восполнения запасов топлива на АЗС.
Прежние ограничения. Вчера назначенные Россией власти Крыма ввели ограничения на продажу бензина АИ-95 на АЗС — не более 20 литров в одни руки один раз в сутки. На этом фоне вчера в Крыму образовались очереди на заправках.
Причины. Дефицит топлива в Крыму возник на фоне атак ВСУ на трассу «Новороссия», соединяющую Ростов-на-Дону с Симферополем. Как заявил ранее назначенный Россией глава аннексированной части Запорожской области Евгений Балицкий, для блокировки движения машин ВСУ дистанционно минируют дорогу: беспилотники сбрасывают взрывное устройство, которое позже срабатывает при фиксации движения.

Позиция России. Накануне украинский дрон ударил по Запорожской атомной электростанции, заявил глава корпорации «Росатом» Алексей Лихачев.
По его словам, было поражено здание машинного зала шестого энергоблока. Основное оборудование не было повреждено, но в стене машинного зала образовалась дыра. Пострадавших нет.
«Обращает на себя внимание тот факт, что дрон управлялся по оптоволокну. Это полностью исключает версию якобы случайного попадания. Можно «поздравить», если так можно выразиться, все мировое сообщество — это первая целенаправленная атака на основное оборудование АЭС со сквозным подрывом и повреждением здания машзала», — сказал глава «Росатома».
Назначенный Россией директор ЗАЭС Юрий Черничук заявил, что в машинном зале станции находится турбогенератор. По его словам, удар по нему мог привести к полному выходу из строя всего агрегата. Он утверждает, что стена пробита насквозь.
Позиция Украины. Силы обороны юга Украины заявили, что ВСУ не наносили удар по ЗАЭС. Там подчеркнули, что заявления России являются «очередной информационной провокацией». В ВСУ также отметили, что Кремль не предоставил никаких доказательств совершенной атаки.
«Распространяемые оккупационными ресурсами сообщения о якобы ударе Украины по объектам ЗАЭС являются очередной попыткой дискредитировать Украину и скрыть собственные преступные действия. Схема отработана: после очередных потерь на фронте появляется громкое обвинение в адрес Украины, призванное переключить внимание международной аудитории», — сказали в Силах обороны юга Украины.
Позиция МАГАТЭ. Гендиректор Международного агентства по атомной энергии Рафаэль Гросси выразил серьезную озабоченность в связи с заявлениями об ударе по ЗАЭС. Команда МАГАТ запросила доступ для осмотра поврежденного здания турбины.
Контекст. Запорожская АЭС была захвачена российскими войсками в марте 2022 года. С сентября того же года на станции стала работать специальная комиссия МАГАТЭ, отслеживающая ситуацию о положении дел на площадке.
Россия и Украина обвиняют друг друга в периодических ударах по ЗАЭС. Прошлой осенью из-за обстрелов станция около месяца находилась без внешнего электроснабжения и работала на аварийных генераторах. Позднее стороны смогли договориться о локальном прекращении огня.

После победы ПСЖ над Арсеналом в финале Лиги чемпионов вчера вечером на улицы Парижа и других городов Франции вышли футбольные фанаты. Празднования переросли в столкновения с полицией. Как заявили агентству AFP в полиции, в Париже задержали минимум 283 человека, а во всей Франции — 416.
Болельщики запускали фейерверки и сигнальные ракеты. В центре Парижа полиция применяла слезоточивый газ, чтобы разогнать собравшихся. В 15 французских городах зафиксированы акты мародерства в торговых точках.
Пострадали семь сотрудников полиции. Шесть автомобилей и два предприятия получили повреждения в ходе беспорядков.
Сегодня днем игроки клуба ПСЖ примут участие в победном параде, который включает проезд по Марсовому полю рядом с Эйфелевой башней и прием, организованный президентом Франции Эмманюэлем Макроном.
Финальный матч Лиги Чемпионов состоялся накануне вечером в Будапеште. В основное время команды сыграли вничью (1:1), в серии послематчевых пенальти победу забрал парижский клуб (4:3).

В 2022 году в США отправились десятки тысяч граждан России, чтобы получить политическое убежище. На родине многим из них грозили тюремный срок, повестка в военкомат и другие неприятности, реальность которых еще нужно доказать американским судьям. Согласно статистике, в 2022–2023 годах американские суды в целом неплохо одобряли беженский статус: так, например, в сентябре 2023 года зафиксировано более 50% положительных решений . Среди граждан РФ и Беларуси процент одобрения статуса беженца составлял и вовсе 85–88%. Однако с приходом к власти республиканцев тенденция изменилась: начались массовые отказы и риски заметно выросли. В прошлом году американские власти выслали из страны три группы россиян, в составе которых были дезертир Артём Вовченко и оппозиционер Леонид Мелехин. По прилете в Россию обоих немедленно арестовали. Другим депортированным из США прямо в московском аэропорту вручили повестки в военкомат. У людей, претендующих на статус беженца в США, ожидание судебного решения может занять годы. Всё это время просители убежища вынуждены обживаться в новой для них стране безо всякой надежды остаться. Собеседник «Новой газеты Европа» Михаил (имя изменено. — Прим. ред.), находящийся в таком подвешенном состоянии, рассказал нам о том, какие испытания ждут иммигранта на этом пути, а также насколько оправдана надежда на «американскую мечту».
«Да идите вы в жопу»
В Лос-Анджелесе жаркий полдень. По авеню, между респектабельными двухэтажными домами проезжает голубой «Приус», доверху набитый коробками и пакетами. За рулем сидит голубоглазый парень, он крутит лохматой головой в поисках нужного дома. Наконец паркуется, выходит из машины, бросает нужный пакет под дверь и шагает обратно. По дороге к следующему дому он достает телефон и принимает звонок. Звоню я.
— Да, алло. Плохо слышно. Я на работе, но говорить могу, — сообщает мне Михаил.
Заочно мы уже знакомы, но я всё-таки прошу собеседника рассказать о себе. Подробно и с самого начала. «Я приехал в США осенью 2022 года. Сейчас работаю курьером в одном из подразделений Amazon. Получаю примерно три тысячи долларов в месяц, но Лос-Анджелес нереально дорогой город. Чтобы выжить, приходится экономить на всём: еда только самая простая, одежда из сэконд-хэнда, а еще нужно машину заправлять и платить за комнату. Но мне кое-как хватает, иногда даже получается помогать друзьям из Украины».
Вот уже почти четыре года Михаил добивается политического убежища, ходит отмечаться в миграционную службу и периодически ночует в приюте для бездомных. Кому-то покажется, что это ад. Но для Михаила это хоть какая-то стабильность посреди той неопределенности, которой была полна его жизнь до недавнего времени.
«Я родился в Усть-Камчатске. Мои родители были военными, поэтому мы постоянно переезжали: сначала в Питер, потом во Владивосток. Там я окончил школу и в 2013 году поступил в университет. Проблемы у меня начались уже там. Я такой человек, что если мне что-то не нравится, я могу на любой площадке кому угодно сказать: вы меня бесите. Я всегда был против правящей партии и в армию идти не собирался. Всем преподавателям я прямо говорил, что ради этого государства я ни дня своей жизни не потрачу на армию. Меня вызывали в военкомат и даже грозились отчислить»
В 2017 году Михаил, вчерашний студент, вернулся в Питер и устроился работать в IT-стартап, офис которого располагался в небольшой квартире. Затем нашел работу сисадмина на заводе. Этот его переезд совпал с ростом протестных настроений в России. Команда Навального только что опубликовала одно из своих главных расследований «Он вам не Димон», и призывала людей по всей стране выходить на протесты против коррупции. На волне возмущения наш собеседник отправился на свой первый митинг, стал много писать о своих взглядах в соцсетях.
«И вот с этого момента как будто что-то щелкнуло во мне — я стал ходить на митинги. Поначалу всё было нормально, но потом мне стали звонить неизвестные номера, я стал замечать каких-то [подозрительных] людей у своего подъезда. На этом фоне у меня стала развиваться паранойя: я выбросил симку, удалил все соцсети, почти не выходил из дома. У меня всё время были суицидальные мысли. Из окна я смотрел на строительный кран и представлял, как спрыгиваю с него, и всё это заканчивается».
В 2019 году ситуация усугубилась: спецслужбы заинтересовались другом активиста — анархистом Александром Железниковым из Ростова. По словам Железникова, он помогал своим друзьям бежать из страны после того, как те повредили памятник Феликсу Дзержинскому в Волгодонске, однако побег провалился. Беглецы вернулись в Волгодонск, а в местном ФСБ заинтересовались самим Железниковым.
«Он [Железников] говорил, что ФСБшники сфабриковали на него дело, приходили к его семье, и он должен уехать из России», — вспоминает Миша. „
Вынужденный отъезд друга усилил параноидальные симптомы парня. Он панически боялся выходить из дома, в какой-то момент, несмотря на все просьбы своей девушки и семьи, даже бросил работу.
Выйти из того состояния ему помог психотерапевт и антидепресанты; казалось, постепенно жизнь наладилась.
В 2021 году, после известий об отравлении Навального и его возвращении в Россию, молодой человек снова решился выходить на протесты.
«Меня схватили на одном из митингов. Мы шли большой колонной, и как только я хотел всё это заснять, перед нами появились люди в касках. Колонна разбежалась, как косяк рыб от акулы. Я смотрю: на меня бегут эти люди в шлемах. Ой-ой-ой. Я хотел развернуться и бежать, но упал. И меня тут же схватили за ногу. Не знаю как, но я вырвался и рванул прочь. Всё случилось автоматически, я пришел в себя только тогда, как забежал за угол», — рассказывает он.
Последний раз активист был на митинге, когда уже началась война. По его словам, весь центр Петербурга был заполнен полицией, людей задерживали без разбора, а плакат, который молодой человек и его спутница нарисовали, даже не получилось развернуть.
Вслед за началом войны пришла мобилизация. В Мурино — это город под Петербургом, где тогда жил Миша, — начались облавы на призывников, повестку можно было получить прямо в своем подъезде. Тогда наш герой решил: надо уезжать. И уезжать непременно в Америку.
Мост
«Я просто в Штатах с детства мечтал побывать на самом деле, — наивно объясняет он свое решение, принятое в тот момент, когда тысячи соотечественников “штурмовали” Верхний Ларс и другие погранпункты соседних стран. — К тому же говорили, что здесь легче получить убежище».
К этому моменту Михаил сумел накопить немалую сумму — 400 тысяч рублей. Еще около 600 тысяч взял в кредит, который, как он утверждает, действительно собирался вернуть, но так и не вернул: «У меня были кредитки в разных банках и хорошая кредитная история, я нормально зарабатывал и мне постепенно повышали лимиты». На заемные деньги будущий эмигрант купил крипту и билеты в Турцию. Оттуда он отправился на Кубу, затем — в Мексику. „
Уже на месте он понял, что просто так пересечь границу и запросить убежище в США не получится: весь процесс давно оседлали доброхоты из Штатов.
Дело в том, что во время пандемии первая администрация Трампа нашла способ фактически закрыть границу для просителей убежища и других мигрантов. Ссылаясь на раздел 42 кодекса федеральных законов США, пограничники разворачивали всех пришедших на границу или помещали их в тюрьму, после чего в ускоренном порядке депортировали обратно под видом борьбы с распространением COVID-19. Прошение об убежище в этом случае даже не рассматривалось.
Какое-то время практика продолжала существовать и при администрации Байдена, ее отменили только весной 2023 года. До этого момента запросить убежище в США можно было двумя способами. Во-первых, въехать на собственной машине через специальный пропускной пункт. Чаще всего это означало немедленное помещение в миграционную тюрьму на неопределенный срок и с неизвестными последствиями. Далеко не все иммигранты, прибывшие в Штаты таким образом, в итоге получали убежище.
Однако существовал и второй способ: можно было обратиться в одну из «благотворительных организаций», которые берут деньги (от 1000 до 3000 долларов) за помощь в пересечении границы.
Михаил выяснил: погранслужба США ежедневно выдавала определенное количество слотов для просителей убежища, которые по своим каналам могли забронировать адвокат, церковь или благотворительная организация — настоящая или маскирующаяся под нее. И вот проситель, уплатив таксу, мог претендовать на этот слот.
При этом сами организаторы бизнеса подчеркивали: вы платите не за сам переход, а за консультацию и защиту.
Одна из таких организация — «Most V USA Consulting LLC». Президент «фонда», пастор Фил Метцгер, в интервью блогеру Алексу Муру рассказывал, что всей душой переживает за беженцев из Украины, и даже сам бывал в Харькове во время войны. В качестве доказательства он демонстрировал зрителям странный набор: сухпаек, на котором крупными буквами написано: «Армия России». А также сделанный из подручных материалов сине-желтый флажок Украины. Ни сонный интервьюер, ни ослепительно улыбающийся пастор, кажется, не понимали, как нелепо это выглядит.
Как и все прочие, Миша вышел на «Мост» через чат в телеграме. Оформил заявку и встал в очередь. Свою крипту, купленную еще в России, он успешно «обналичил» через специальный автомат в Мексике. Однако долгое ожидание перехода стремительно съедало деньги. В конце концов ему пришлось просить у организатора трансфера скидку. Тот согласился, но попросил никому об этом не говорить. Наконец время перехода пришло.
«В назначенный день нас посадили в минивэн в Сан-Исидро, где мы отдавали деньги (750 долларов наличкой), представитель “Моста” взял у нас короткое интервью, типа, почему вы хотите в США. Потом нас пешком повели к границе, через какой-то мост, за которым уже было видно Штаты и флаг Калифорнии. Я думал, ну наконец-то, всё, я в безопасности», — вспоминает собеседник.
Следующие 10–12 часов группа беженцев провела на границе, заполняли анкеты и прочее. Там же им поставили вакцину Pfizer от ковида и отправили дальше. На автобусе просители убежища прибыли в гостиницу, которую в Калифорнии, недалеко от границы, содержат Свидетели Иеговы. „
«Меня поселили в комнату. Мне было жутко плохо, видимо, побочка от Файзера пошла. Пришел врач, спросил: всё ли нормально? Я говорю: “Нет, я просто умираю”.
Мне дали парацетамол, не знаю, сколько там было миллиграмм, но уже через час все симптомы ушли, и я был готов хоть сальто делать. Следующим утром мне дали пакет с едой и водой и отправили на автобусе в Лос-Анджелес», — рассказывает эмигрант.
Вот так, благодаря банальной коррупционной схеме, которая мало чем отличается от распространенных в России, Мише не пришлось неделями сидеть в миграционной тюрьме, как многим другим соискателям убежища. Однако объявлять хэппи-энд было рано. Трудности только начинались.
Дневник неудачника
Оказавшись в Лос-Анджелесе, беженец заселился в первый попавшийся хостел и стал думать, как ему жить дальше. На последние деньги Михаил купил скутер, чтобы работать в доставке. Немного освоившись Михаил отправился в Департамент автотранспорта Калифорнии, чтобы получить водительские права. В разных штатах процедура и требования к кандидатам могут отличаться, но в Калифорнии для получения прав достаточно предоставить SSN (аналог российского СНИЛС. — Прим. ред.) или разрешение на работу. Всего через несколько дней Миша, прежде никогда в жизни не водивший машину, сдал экзамен и получил разрешение водить. Свою первую машину — видавший виды малолитражный Фиат 500L — он взял в кредит, который ему помог оформить сам продавец. „
«Продавец уверял меня, что машина не бита, не крашена, только потом я узнал, что она вся разбитая. И даже кредит на нее мне оформили по какой-то сомнительной схеме. Вот так, с обмана, начался мой путь
Крупные банки обычно отказывают тем, у кого нет кредитной истории. Зато маленькие банки дают всем подряд под высокий процент, чем пользуются русскоговорящие дилеры. Мне дали [кредит] под самый высокий процент, который по закону вообще не имели права [устанавливать]. По итогу ты переплачиваешь очень много за машину», — рассказывает он про свой опыт.
В тот же самый хостел, где он обосновался, поселились двое других выходцев из России, также искавших убежище в США. «Русские ребята, просто мы оказались в одном хостеле, разговорились». Вскоре новые друзья стали звать Михаила поработать в другой штат, и все вместе они отправились в Нью-Йорк. «Работа» заключалась в том, что знакомые Михаила регистрировали фейковые аккаунты, чтобы получить приветственный бонус в казино и сделать ставку. Играли в казино на его же деньги. Иногда им удавалось что-то выиграть, но в итоге они так ничего и не заработали. За неудачей следовала новая неудача.
Еще в Лос-Анджелесе Миша разбил свой «Фиат». К счастью, расходы на ремонт машины должна была покрыть страховка. Однако рассчитаться за ремонт молодой человек так и не смог. По совету друзей он «для надежности» запросил деньги у страховой компании на руки. Уже когда они были в Нью-Йорке, Андрей, один из тех самых соседей по хостелу, сообщил ему, что у кого-то из его родственников эвакуировали машину, и ему срочно нужны деньги, чтобы выкупить ее со штрафстоянки. Миша согласился помочь, однако денег обратно так и не получил. А уже скоро его друзья бросили свой «бизнес-план» и стали работать дальнобойщиками, забыв о друге.
«Андрей писал: “Не волнуйся, я отдам тебе деньги”. А потом обиделся, что я ему, мразь такая, не позвонил, и вообще пропал со связи. Я понял, что они ничего мне не отдадут, и бегать за ними по Америке — просто глупость. Они работают на траках. Сегодня тут, а завтра там. Как я буду их искать?» — сетует наш герой.
Оставшись один, Михаил безуспешно искал работу — прежде всего через местное русскоязычное сообщество. Например, пытался возить грузы и перегонять машины. „
«Честно, я был очень плохим водителем — опыта почти не было. В итоге я работал себе в минус. Мне платили, конечно, деньги, но этого не хватало. Бензин за свой счет, еда за свой счет»,
— рассказывает он.
В итоге он так ничего и не заработал. После многочисленных неудач Михаил решил уйти с этой работы. Последний его рейс был назначен до Вашингтона, там он должен был отдать машину клиенту. Выполнив задание, он снова остался один посреди большого города, без цента в кармане. В трудные минуты парню помогала его возлюбленная из России, с которой они когда-то ходили на антивоенный митинг. Однако на этот раз Миша оказался в таком безвыходном положении, что уже никто не мог ему помочь.
Собрав свои скромные пожитки, наше герой решил отправиться в Нью-Йорк, где поселился в приюте для бездомных. Контингент был очень разный, вспоминает он: выходцы из Африки и с Ближнего Востока, иногда даже урожденные американцы: «Был бывший флотский военный, который просто спился и попал в шелтер. Русских поначалу не было, потом заселился мужичок из Казахстана. Вот мы с ним тусовались. Потом приехал Алмаз, он был из Казани».
Условия в ночлежке были так себе: спокойствие постоянно нарушали наркопотребители и неадекватные постояльцы. Однако выбора не было.
«Там кормили и предлагали хоть какую-то работу. Я даже пытался податься на пособие по безработице, хотя и очень не хотел сидеть на шее у государства. Но мне отказали. Потом меня перевели в шелтер в Бронкс, это самый криминальный район Нью-Йорка. Вот там началась веселуха. Полиция приезжала туда чуть ли не каждый час. На моих глазах человек едва не отъехал от передозировки. Я думал: да зачем я вообще сюда приехал? Меня все обманывают, у меня всё валится из рук, что мне теперь делать?» — вспоминает Михаил.
Выбраться из замкнутого круга нашему герою неожиданно помог старый знакомый, несколько лет назад переехавший в США:
«Константин — очень, очень хороший человек. Он единственный, кто просто взял меня за руку и вывел из нищеты. Он жил в Нью-Йорке, работал хэнди-мэном (муж на час. — Прим. ред.) и позвал меня работать с ним помощником. И я справлялся очень хорошо, а вскоре начал работать уже самостоятельно. Хотя, конечно, этого было недостаточно, чтобы снимать жилье, денег хватало только на еду и проезд», — рассказывает он.
Работая хэнди-мэном, Михаил собирал мебель, красил стены, чинил кондиционеры, прокладывал проводку, и получал за свой труд 35 долларов в час. Его услугами пользовались постоянные клиенты Константина — самые разные люди, обеспеченные и не слишком.
«В бытовом приближении американцы как россияне, только более сдержанные. Они могут улыбаться тебе в лицо, но за спиной, конечно, ты можешь получить от них [резкую критику]. „
Русские более прямолинейные. Ну и еще американцы более такие, индивидуальные. Они лучше дадут тебе денег, чтобы ты снял отель, чем пустят тебя в свой дом.
Они всегда, как бы держат тебя на расстоянии, четко ограничивают свое пространство», — рассказывает беженец.
Наконец, после всех тягот и неудач, нашему герою ненадолго улыбнулась удача. Он вернулся в Калифорнию, снова взял авто в кредит и стал работать в доставке, ночуя в собственной машине. Работа спорилась: в день он мог заработать 300–350 долларов и даже что-то скопить. Однако вскоре снова попал в аварию, повредил ногу и залез в долги, выхода из которых в ближайшее время не предвидится.
«Знаете, что я понял? Здесь капитализм не для людей вообще, здесь крысиная гонка. Я работаю очень много, на своей машине, которая рано или поздно сломается, и все деньги, которые мне удалось накопить, уйдут на ремонт. Я живу воспоминаниями о хорошем в России, но я не могу туда вернуться. Что меня там ждет? Тюрьма или контракт и отправка на “СВО”? Иногда я чувствую такое отчаяние, что остается только пулю себе в лоб пустить», — сетует молодой человек.
И всё же Михаил не теряет надежду, ждет решения суда.
«[Если мне дадут убежище], я планирую перевезти сюда свою девушку и нашего кота. Она хочет уехать из России, говорит, что уже не может это всё терпеть: нет интернета, ничего не работает, проблемы с работой. Абсолютно никакой стабильности. Здесь, конечно, ее тоже нет. Но, по крайней мере, здесь можно что-то придумать. Надежда какая? Надежда на нормальную жизнь просто для нас троих — ее, меня и котика. Это в принципе всё, на что я сейчас надеюсь».
И еще один момент, который, думаю, помогает Михаилу держаться. Я говорю про осознание того, что всё могло бы быть гораздо хуже.
Американская мечта
Михаил много и подробно рассказывает мне о прошедших и предстоящих судах. Переживает насчет изменений, наступивших при Трампе:
«При Трампе многое изменилось, он уволил многих прежних судей, назначив на их место военных судей, которые в 78% случаев отказывают в убежище. Развязал руки ICE’ам (Иммиграционная и таможенная полиция США. — Прим. ред.), которые следят за иммигрантами. Сейчас они арестовывают людей прямо на выходе из здания суда. Если раньше ты был уверен, что решением суда ты защищен и тебя никто не тронет, если ты ничего не нарушил, то сейчас ты даже не знаешь, чего ждать».
Сам он строго соблюдает все предписания ICE, за нарушение которых можно оказаться в миграционной тюрьме, откуда, как он считает, выхода уже нет. Каждый понедельник он заходит в специальное приложение и делает селфи для иммиграционной службы. А раз в месяц ходит в их офис лично — отмечаться. Он отчаянно борется за свое право на убежище, оставаясь при этом на свободе. В некотором смысле это можно считать привилегией. Ведь еще с середины 2024 года многие просители убежища из России автоматически попадают в миграционную тюрьму при попытке запросить защиту.
Как рассказал «Новой газете Европа», президент правозащитной организации Russian America for Democracy in Russia (RADR) Дмитрий Валуев, сейчас в миграционных тюрьмах США могут находится около тысячи наших соотечественников.
«Администрация Байдена [в 2024 году] приняла решение помещать новых иммигрантов из России, запрашивающих убежище на границе без визы, в иммиграционные тюрьмы. Это ничем не объяснялось, но неофициально это было связано с тем, что „
администрация Байдена не имела возможности отличить кремлевских агентов от реальных беженцев. Поэтому они принимали решение помещать таких людей в миграционную тюрьму и там разбираться»,
— говорит правозащитник.
При Трампе эту практику не только взяли на вооружение, но и распространили на всех остальных приезжих. И даже тех, кто уже благополучно въехал в страну, находится на свободе и работает. По словам Валуева, надзорные органы стали всё чаще задерживать беженцев внутри страны. «Администрация Трампа считает, что если человек находится в стадии ожидания убежища, он может делать это и из иммиграционной тюрьмы. Это достаточное основание для ареста», — говорит он.
В некоторых штатах суды считают такие аресты незаконными и охотнее отпускают соискателей на свободу, в некоторых нет. При этом, по словам Валуева, если проситель убежища находится в тюрьме, его дело рассматривается быстрее.
«Институт политического убежища в целом администрация Трампа не отменила. Люди могут подаваться на убежище, и их заявки будут рассматриваться. Но есть большая разница по времени. Заявки тех, кто находится на свободе, рассматриваются намного медленнее. Часто суды назначаются на 2028 и 2029 годы».
С другой стороны, добиться убежища, сидя в тюрьме, бывает сложнее, поскольку у соискателей нет доступа к интернету, и не все адвокаты соглашаются работать в иммиграционных тюрьмах. При этом, считает эксперт, получить убежище в последнее время в принципе стало сложнее:
«У нас есть подопечные, у которых в России уголовное преследование. Но даже им отказывали в получении убежища. То есть по сути, иммиграционные власти говорят: “Вам ничего не угрожает, вы можете возвращаться”. Хотя по факту, конечно, в Россию они вернуться никак не могут», — рассказывает Валуев. „
Тех, кому посчастливилось выйти из «детеншена» или получить убежище, ждет еще одно испытание: найти себя и свое место в новом мире.
«Америка — это не социальное государство. В отличие от многих европейских стран, государство практически не оказывает какую-либо помощь в интеграции. Единственное, на что могут рассчитывать беженцы, — помощь от муниципалитетов, власти которых могут выделять какие-то ресурсы на юридическую помощь, медицинскую страховку и так далее.
Но это проблема всех иммигрантов. В этом смысле Америка, мне кажется, не делает каких-то серьезных различий между мигрантами. У каждого есть шанс на свою американскую мечту. Это зависит от способностей, конечно, от стремления. И тут, мне кажется, нам важно помогать друг другу держаться вместе», — заключает Валуев.

Сотрудники Службы госбезопасности Грузии задержали руководителя неправительственной организации «Институт Евразии», основателя движения «Бессмертное войско» (аналог российского «Бессмертного полка») Гулбаата Рцхиладзе. Его подозревают в шпионаже. Об этом сообщает грузинский «Первый канал».
Подробности. По версии силовиков, Рцхиладзе на протяжении многих лет добывал и передавал разведывательную информацию иностранным спецслужбам. Для этого он создавал информационные платформы и организовывал мероприятия в масштабах страны, отметили в СГБ. Предположительно, речь идет именно об акциях «Бессмертного войска».
Всю полученную информацию он передавал представителям разведок двух государств, утверждают в ведомстве. Он встречался с ними лично в Грузии и за пределами страны, а также пересылал данные в электронном формате.
В СГБ считают, что Рцхиладзе делал это с целью получения материальной выгоды и проведения интересов иностранного государства. С разведками каких стран он сотрудничал и какие конкретно данные он передавал, в ведомстве не уточнили.
Против Рцхиладзе возбуждено уголовное дело о шпионаже, ему грозит до 12 лет заключения.
⚪️ Кто это? Как отмечает Tbilisi Life, Рцхиладзе считается одним из основных проводников пророссийской и прокремлевской повестки в Грузии. Возглавляемый им «Институт Евразии» недавно создал Совет по мониторингу русофобии. Сам Рцхиладзе активно оправдывает российскую агрессию в Украине и обвиняет Владимира Зеленского, что тот спровоцировал РФ.
На имя Рцхиладзе были зарегистрированы такие организации, как «Бессмертный полк Грузии», «Народное движение за грузино-российский диалог и сотрудничество» и «Кавказское сотрудничество».
В прошлом году объединение журналистов-расследователей iFact выяснило, что он получал финансирование от российского «Фонда поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом».

Каждую субботу Кирилл Мартынов, главный редактор «Новой газеты Европа», комментирует самые важные события недели в России и мире.
За что больше срок: за убийство человека на охоте или за кальян на куличе? А также другие безумные уголовные дела недели: преследование за перевод Аристотеля, спецшкола за «ЛГБТ-пропаганду», преподаватель ВШЭ в колонии за донат ФБК и мефедроновые экстремисты.
Новости войны: удар «Орешником» по Киеву, «Сосновский маньяк», ушедший на «СВО» и погибший на фронте, штрафы работодателям за отказ брать на работу участников войны и «ряженые» ветераны. А еще — как поражение в войне пытаются превратить в победу?
ФСИН на электросамокатах, запрет иностранных надписей на одежде школьников, тоталитаризм в приложении MAX, а также Пал Лаич и новое имя президента Казахстана.

— Все, включая Кремль, обсуждают вашу речь на сцене. Вы, очевидно, к ней готовились и даже читали ее с телефона. Вам было сложно произнести эти слова?
— За несколько часов до церемонии закрытия продюсерам позвонил Тьери Фремо, арт-директор Каннского фестиваля и сообщил, что нашей группе нужно быть в зале, а это означает одно — фильм наш будет как-то отмечен. Это давняя и твердая традиция: никогда и никому не сообщать, что за приз будет вручен, поэтому в зал идешь в ожидании сюрприза. И только за два часа до церемонии я вдруг осознал, что если будет приз, стало быть, нужно подготовить речь. И тогда с одной стороны, чтобы не забыть отметить всех, кто этого заслуживает, — свою группу, продюсеров, Каннскую комиссию и решение жюри, а с другой — сформулировать обращение так, чтобы не свалиться в какое-нибудь некорректное слово, я решил зафиксировать этот спич. Я человек письма, а не устной речи, это свое свойство я хорошо изучил. В общем, я отредактировал до нюансов все эти несколько строк, которые относились к миллионам людей по обе стороны линии соприкосновения. Я твердо знал, что не могу этого не сказать. Что на такой арене, когда к твоему слову приковано внимание всего мира, русский режиссер сегодня не может косноязычно или неопределенно что-то общее сказать.
Знаю, что украинская сторона немедленно прокомментировала это, что многие по обе стороны смертоносных окопов отрицательно отнеслись к моему выступлению. Это их право и я не стану этого комментировать, не стоит умножать сущности. Я сказал ровно то, что считаю необходимым и достаточным. Я обращался к людям, которые живут в моей стране. И не в окопах — в стране. Я знаю определенно — огромное число людей в России не в состоянии говорить; не рискуя свободой, не могут никак выразить несогласие с тем, что происходит в стране. Все они устали от войны. И таких людей огромная масса. И потому, можно сказать, эти слова были актом солидарности. „
Кто-то пишет, что я должен обращаться к двум Владимирам, но это неприемлемо. Я не должен адресоваться к президенту чужой страны с таким обращением. И не только потому, что не являюсь гражданином Украины, а просто потому, что не в нём дело.
Он готов завершить войну в любую минуту, он не перестает это повторять в своих обращениях к мировому сообществу. Всё дело в одном только человеке, и в его воле остановить кровопролитие.
— Были претензии к тому, что вы назвали Владимира Путина «господином».
— Я обратился к должностному лицу, которое имеет полномочия осуществлять все эти действия. Его должность — президент Российской Федерации. Как еще я должен был обратиться, хочу спросить у недовольных? Примерно так, как это позволяет себе президент другой великой державы, когда комментирует поведение иранских правителей? Этак мы доведем общественную дискуссию до языка подворотни. И чем всем нам это послужит? Это контрпродуктивно.
Обращение к другому «господин» не означает подобострастия и не является «мольбой» или «челобитной» — это профанное суждение. Такое обращение может быть и «требованием», потому что «господин» — это господин всем своим действиям.
— На сцене вы показались мне подавленным. Это из-за речи или расстроились, что вам досталась не «Золотая Пальма»? На финальной пресс-конференции вы даже премию забыли, и было это как будто символично.
— Да, точно, забыл. Наверное, и правда символично выглядело. Сейчас объясню. Я всегда и везде подчеркивал, что само участие в конкурсной программе Канн или любого настолько же важного фестиваля — это уже победа, потому что это трамплин для твоего следующего шага. Канны — это беспрецедентная площадка. Когда из трех тысяч полнометражных фильмов, снятых во всём мире, как сквозь угольное ушко, попадает туда только 20 картин, такая селекция — это победа. Если ты в конкурсной программе — ты уже победил. Потому что теперь на твоем постере красуется слово Competition, а это — репутационный маркер для зрителя: «О, Каннский конкурс, пойду-ка посмотрю». А это значит, что фильм будет продан на куда как большее число территорий, и продюсер, который собирал на него финансирование, инвесторы, которые вкладывали деньги, вернут свои вложения и будут готовы вложиться в твою новую картину. А уж когда из этих 20 претендентов кто-то получает еще и награду, то это уже только дополнительный бонус.
Этот бонус я так скромно рассматриваю, возможно, пряча за этой скромностью свое честолюбие, не знаю. Но я всегда говорил, что это не столь важно. Это и правда так. Ровным счетом потому, что как только Каннская программа была объявлена, продюсер, который произвел наш фильм, принял решение, что следующий фильм мы делаем с ним вместе. Это главный итог. Потому что для автора нет ничего важнее, чтобы после всех этих схваток на красной дорожке было открыто пространство для следующего шага.
Но награды всё же тешат честолюбие…
Человек — существо, подверженное искушениям. Необходимо сохранять олимпийское спокойствие в процессе создания фильма, не потрафлять слабостям, ориентирующим тебя на успех, быть верным первоначальному замыслу. Однако когда ты уже закончил фильм, когда наконец увидел в просмотровом зале его эталонную копию, ты отпускаешь фильм от себя, он начинает собственный путь; ну а ты можешь позволить себе эту слабость — предаться искушениям честолюбия. Гадать, сидя в зале на церемонии закрытия: приз за режиссуру тебе достанется или гран-при? Каждый человек имеет на это право. Кто не любит похвалу или заслуженные почести? Я тут — не исключение.
Помню, мы приехали в Канны то ли с «Левиафаном», то ли с «Нелюбовью», и после премьеры стали выходить рецензии одна лучше другой. Роднянский зачитывал мне какие-то особенно сильные куски (Александр Роднянский был продюсером указанных фильмов. — Прим. ред.). И сам он был уверен в успехе, и мне это чувство передалось. Я все это слушал и думал: «Ну всё, Пальма наша!» И когда ты накручен до крайней степени и вдруг получаешь не то, на что тебя накрутили, тебя посещает разочарование. Простое человеческое чувство, совершенно понятное. Тогда я сказал и себе, и Роднянскому: «Если и когда мы снова будем в каком-нибудь конкурсе, я прошу, не рассказывайте мне о том, с кем мы идем ноздря в ноздрю. Ничего не хочу знать об этом».
У меня никогда не было соцсетей. Я обходил это царство стороной, потому что понимаю: стоит войти в это пространство, и можно себя потерять. Этот инструмент человеческого общения на деле оборачивается фетишем саморепрезентации, идеально отвечающим на старый философский вопрос «быть или казаться?» Поэтому я стараюсь оставаться вне контекста: я не в курсе, что там живо обсуждают во время фестиваля, какие там копья ломают. Не знаю и знать не хочу. Потому что всё это демокритова пустота. «Ничего нет в мире, кроме атомов и пустоты», учит нас Демокрит. Так что досужие мысли, догадки, слухи и сплетни — всё это пустота. Атомы — в руках победителей в день награждения.
В этот раз я снова пытался открещиваться. Но ко мне подходили все эти пиар-агенты — французские, иностранные. Все как один считали своим долгом пророчить Пальму. Как их остановишь? Все они только об этом и нашептывают! Я говорю, пожалуйста, услышьте меня: не хочу ни с кем из конкурсной программы наш фильм соизмерять. У меня было больше сотни интервью по семь-восемь часов кряду несколько дней. И почти все журналисты подмигивают: «Это — Пальма!» У меня снова появилось это предательское чувство, что, похоже, все они правы. И теперь, на будущее, хочу буквально в контракте прописать, чтобы со мной ничего подобного не обсуждалось. В общем, первая причина — это обманутое чувство. Вполне человеческое и понятное состояние.
— А вторая?
— Вторая предельно важная по рациональным и стратегическим соображениям. Так сложилось — именно в этом году «Оскар» заявил, что любой победитель фестиваля класса А автоматически вносится в лонг-лист. То есть если бы мы получили Пальму, то уже были бы в лонг-листе «Оскара». А теперь нам нужно выдвигаться от Оскаровского комитета какой-то страны. И [Натанаэль] Кармиц (французский сопродюсер «Сентиментальной ценности», «Секретного агента» и «Худшего человека на свете». — Прим. ред.) говорит: «Андрей, загвоздка в том, что в прошлом году мы выдвигали Джафара Панахи. И если в этом году выдвинем тебя, то французский Оскаровский комитет резонно возразит: “Ребята, вы выдвигаете то иранцев, то россиян, а где же мы, французы? Давайте как-то по очереди”». Конечно, я их понимаю. Короче, у Кармица есть сомнения, что от Франции он сможет выдвинуть картину.
— Но есть же Латвия!
— Вы сами можете такое представить: Латвию, выдвигающую на «Оскар» фильм русского режиссера на русском языке?
«Я заново учился ходить»
— Давайте про хорошее. Я понимаю про ваши обманутые ожидания, но ведь это тот случай, когда люди накручивают вас из самых лучших чувств — от любви, от радости, от гордости. Это уже после речи из России в ваш адрес стали доноситься проклятия, но людей, которые за вас болели единодушно, было намного больше.
— Многие переживают унижение, позор и стыд, и как будто это событие компенсирует ощущение, всё-таки возвращается какое-то чувство собственного достоинства. Я думаю, в этом дело.
— Я смотрела трансляцию церемонии в зале для прессы, там всегда повышенная эмоциональность, все реагируют, сразу постят в соцсети, и было видно, что русские — и те, кто в зале, и те, кто в России смотрел, — очень болели. Когда уже две последние главные награды остались, это было сравнимо с тем, как футбольные фанаты смотрят пенальти в финале Чемпионата мира.
— И когда объявили награды, что было в этом зале?
— У русских — прямо отчаяние.
— А вы спрашиваете, расстроился ли я!
— Гран-при всё-таки — очень престижная награда, и самая высокая каннская награда для вас, это шаг по лестнице наверх.
— У меня есть более утешающая пилюля — великий Робер Брессон никогда не получал «Золотую пальму». Мой любимый Антониони никогда не получал «Золотую пальму». Даже Бергман никогда ее не получал. Можно ли в это поверить? Ингмар Бергман даже отказался приехать, когда ему решили вручить почетную Пальму за вклад в мировой кинематограф. Это было уже на склоне его дней. Хотя, кажется, причем тут фестиваль, если награды определяют только члены жюри, организаторы фестиваля не влияют на их решение.
— Я хочу задать деликатный вопрос. В одном из сотни этих фестивальных интервью вы сказали, что вы лежали в искусственной коме из-за коронавируса и вашей жене Анне говорили, что шансов почти никаких...
— Аня мне этого не говорила до тех пор, пока я не вышел из больницы. Не представляю, какой силой она держала это в себе. Как жила с этим? Она ходила 40 дней к недвижимому телу. Все 40 дней, каждый день приходила и на это смотрела. То, что она пережила, это вообще немыслимо. Да еще и в Германии, где ты не знаешь языка, она жила в какой-то жалкой комнатушке, и ходила ко мне каждый божий день… Благо ее пускали, ей позволили быть в реанимации каждый день.
— Вы сказали, что когда вышли из комы, то думали: «Если выживу, обязательно должен снять этот фильм». Вы реально за полшага от смерти думали о съемках фильма?
— Ну когда ты выходишь из комы, всё, ты уже возвращаешься к жизни. Я очнулся, и пытаюсь встать. И понимаю, что у меня не работают конечности. Ни руки, ни ноги не двигались вообще. То есть вообще. А врачи-то всё уже повидали, говорят, мол, успокойтесь, у вас немножко сейчас... Я говорю, как немножко? У меня ноги просто безвольно лежат на постели. А руками я не могу нажать кнопку вызова медсестры. Вот так.
Аня и медсестры несколько недель кормили меня с ложечки. Ну то есть это был ад. Я лежал и просил жену перевернуть меня на бок, если надоело на спине. Я не шучу. „
Недели три, может, месяц лежал так, и думал — ну всё, конец, как мне жить? Зачем? Я — говорящая голова, тело мне больше не принадлежит.
Зачем мне обременять близких?
Чего я только не думал, пока понемногу не стали возвращаться силы. Мне выделили две команды реабилитологов, которые каждые три часа приходили и занимались со мной разными непростыми для меня упражнениями. Я заново учился ходить, работать пальцами. Однажды Аня принесла мне вместо больничной еды суши, я ух как обрадовался, но не смог палочки держать, рука забыла, как это делается. Ходить не мог совсем. Меня ставили на специальный агрегат, крепили стопы к подставке, которая как бы за меня ходила. Ну то есть с нуля приходилось осваивать известные всем навыки.
— И вот в этих обстоятельствах мысль о съемках мотивирует и спасает?
— Первые мысли были о том, и что же теперь делать? Это было уже в феврале 2022 года, война началась, все мои проекты сгорели вместе с прежней эпохой. Надо было что-то заново придумывать… Но где-то к августу 22-го я понял, что ничего подобного — все мои проекты актуальны. Фильм «Юпитер», над которым я так долго работал, будет переписан, я перенесу события в 22-й или 23-й год, этот замысел станет еще острее (в прессе сообщалось, что «Юпитер» будет рассказывать историю некоего российского олигарха. — Прим. ред.). Я стал пробуждаться к жизни. Потому что появился смысл.
— Но ведь когда вы планировали снимать ремейк Шаброля, ни войны, ни мобилизации еще не было, и сценарий был другим?
— В 2018 году, когда я только задумался о ремейке Шаброля «Неверная жена», сценарий, разумеется, был бы другим. Но так распорядилась судьба: ни в 18-м, ни в 20-м я не сумел приобрести права на сценарий Шаброля.
Ну а теперь в этот замысел вторглась война и всё, что она несет за собой; сама история вписала свои строки в сценарий. Каким-то чудом Натанаэль Кармиц узнал, что я был когда-то заинтересован в этом проекте. Он позвонил, мы встретились. Это было в начале сентября 2022 года. Я сказал на первой же встрече, что для меня принципиально важно, чтобы не было вмешательства в замысел. «Как у вас с этим?» На что он ответил: «Андрей, вы находитесь во Франции. Здесь правит автор. Продюсер здесь только помогает вам реализовать задуманное. Никакого вмешательства не будет». И он это слово сдержал. Ни разу, нигде не влезал со своим видением или критическими замечаниями. В общем, мы ударили по рукам. Это было 7 или 8 сентября. А буквально через две недели в России была объявлена частичная мобилизация.
Не ступить на территорию пропаганды
— Многие задавали вам вопрос о том, что вы находитесь на дистанции от России, и вот как вы можете снимать кино, находясь ни там, ни внутри, ни видя этого. Но у меня было потрясающее ощущение про то, как действительно может человек, шесть лет не видевший эту страну, так точно передать ее воздух.
— Получилось?
— Сто процентов. Иностранцы на каких-то сценах смеялись, может, это и хорошо, но у меня просто кровь холодела. Если не знать твердо, что вы не в России, этого угадать вообще нельзя. Вы рассказывали, что сцена, в которой чиновник «мотивирует» солдат перед уходом на фронт, — это вербатим, то есть вы просто взяли чью-то реальную речь и скопировали ее?
— Да, вербатим. Мы нашли это выступление в YouTube. «Иисус Христос, между прочим, историческая личность, как-то раз сказал»… Это из выступления одного депутата, не стану называть его имени.
— Ничего, сейчас Дмитрий Дюжев в Госдуму пошел. Будет еще и не такой вербатим. В фильме меня очень впечатлило, что ничего не сказано про войну впрямую, даже «х** войне» закрашено на бетонной опоре.
— Да, ведь это фильм про то, как война в России незамечаема, ее будто бы нет. Мне кажется, это верный взгляд на происходящее. Мы с вами знаем, куда везут этих мобилизованных, знаем, что они обречены. А кому это непонятно, ну что ж.
— Вас еще обвиняют в том, что вам их — мобилизованных — жалко. Будто бы это заметно в фильме, особенно в этой сцене с погрузкой в автобусы, что вы сочувствуете «нашим мальчикам».
— Если тебе, сидящему в зале, не жаль этих людей, то проблема в тебе, а не в фильме. Этих людей против их воли бросают в окопы под снаряды и дроны. И если ты не испытываешь к ним сострадания, если это не вызывает сочувствия в тебе, сидящем в зале, то ты перестал быть человеком, ты превратился в политическое животное. Вот и всё. Ведь это самые простые христианские ценности — не убий — и если они направлены только в одну сторону, то это пропагандистский плакат. Но не искусство.
Ты такой же, как они. И знаешь, что мог бы оказаться на их месте. И разве ты не заслуживаешь сочувствия? Что бы ни творилось сейчас в этом сломанном мире, золотое правило этики никто не отменял.
— А этот схематоз из фильма с оперативным наймом новых сотрудников, чтобы их и отправить на фронт, это реальная история?
— Было так: мобилизацию объявили в конце сентября. И вдруг, где-то в середине октября, мне звонит мой приятель, бизнесмен. Мы никогда не общались с ним подолгу, а тут он вдруг звонит и часа два с половиной в телефон рассказывает мне эту сцену (из фильма: бизнесмена вызывают чиновники и требуют отправить на фронт часть сотрудников. — Прим. ред.). Он и есть участник этой сцены. И у него, похоже, была жажда поделиться с кем-то этим опытом.
Я спрашиваю его, и что ты будешь делать? Он говорит, вот смотри, есть у нас кладовщик на производстве, топит за Z, запишу его, раз топит, пусть идет. А вот если у меня заберут специалистов, у меня дело рухнет. И что мне делать со всем этим? А сама история с тем, что герой нанимает совсем новых людей, это уже наше измышление. Своих герой наш не хочет на мясо отправить, поэтому придумываем отправить незнакомых. Тут ключевое в том, что он бы мечтал этих людей не увидеть никогда в лицо.
— Знаю, что в фильме должен был быть эпизод на войне. Почему в результате отказались от него?
— Да, был такой эпизод, сразу после отправки мобилизованных на фронт. Оглушительный эпизод, который мы хотели снять практически одним планом. Это довольно дорогое предприятие, мы посчитали — он обошелся бы нам почти в миллион евро. Но я знаю, что нашел бы такие деньги. Тут дело было не в бюджете. Главная причина, почему его нет в фильме, — его творческое или, лучше будет сказать, эстетическое свойство. Если бы мы сняли такой эпизод, мы бы вышли за пределы искусства и ступили бы на территорию пропаганды. Причем хоть в одну, хоть и в другую сторону, как повернешь, зависело бы от взгляда. Каждая из сторон нашла бы в этом сюжете пищу для своего нарратива, причем вопреки воле авторов. Нельзя допускать, чтобы твое искусство в чужих руках было бы дубиной. Так я смотрю на вещи.
— И вот тут важно спросить, как вы относитесь к тому, что люди смеялись в зале? Был смех на сцене с ментами, когда они раскрывают преступление (момент описан в нашей рецензии. — Прим. ред.)
— Ну, а почему не посмеяться? Это всё-таки живая жизнь, а ведь она иногда смешно устроена, надо просто это разглядеть.
— А видели ли вы какие-то фильмы, которые сняты про войну в России?
— Нет. Так, чтобы специально — не смотрю. Мне это не интересно.
— Я из интервью «Дождю» почерпнула, что вы собираетесь получить прокатное удостоверение в России или это троллинг такой?
— Почему троллинг? Нет. Вполне серьезный разговор. Строго в рамках закона, как все мы теперь привыкли говорить. Когда время придет, подготовим документы и отправим запрос в соответствующие инстанции. Права на Россию принадлежат мне, такое у нас соглашение с французскими продюсерами, так что мне и заниматься этим. Фильм снят на русском языке, полностью основан на российском материале, и я бы очень хотел, чтобы зрители в России смогли его увидеть.

Спустя год после восшествия на престол св. Петра, 25 мая, папа Лев XIV представил свою первую энциклику — официальный вероучительный документ. Энциклика чрезвычайно объемна (свыше 40 тысяч слов и около 200 страниц) и местами сложна для восприятия. На латыни она называется «Magnifica humanitas», что можно перевести по-разному: «Великолепное человечество»; «Величественная человечность» и т. п. Главный посыл документа, заключенный уже в названии, — поиск спасения человеческой природы, самого прекрасного творения Бога, от порабощения искусственным интеллектом (ИИ), развитие которого, похоже, идет по пути, этически неприемлемому с точки зрения католической церкви. И если так пойдет дальше, ИИ лишь умножит число страданий и приблизит конец света. Надо срочно что-то предпринимать…
Документ написан в развитие социальной доктрины католической церкви, основу которого заложила ровно 135 лет назад, в мае 1891 года, энциклика папы Льва XIII Rerum Novarum («Новых явлений»). Неспроста Лев XIV взял его имя после избрания на престол — он пообещал продолжить труды предыдущего понтифика-носителя имени по борьбе за социальную справедливость; то есть — в современных условиях — против превращения человека в винтик глобальных корпораций или в избыточную биологическую единицу, которой остается одна дорога: бессмысленный «мясной штурм» на высокотехнологичной войне, управляемой всё тем же ИИ.
Разоружение ИИ
«Услышите о войнах и о военных слухах. Смотрите, не ужасайтесь, ибо надлежит всему тому быть, но это еще не конец» (Матф., 24:6), — так описывает Иисус состояние «инфополя» накануне Апокалипсиса. И понтифик делает нервом своего послания связь войны с ИИ, который превращает картину на поле боя в подобие компьютерной анимации, а военнослужащих — в виртуальных солдатиков. Пожалуй, это самый яркий образ дегуманизации, расчеловечивания, которое может стать плодом милитаризации ИИ.
Другие образы энциклики связаны с вытеснением человека со свободного рынка труда либо с превращением его в раба, в нечеловеческих условиях добывающего редкоземельные элементы в беднейших странах мира ради суперсовременных технологий, позволяющих богатым странам становиться еще богаче. «Нечеловечно развитие, — говорится в документе, — которое увеличивает потребление одних, перекладывая издержки и раны на других, или обрекающее целые регионы на подчиненное положение». Папа призывает «разоружить» ИИ, сравнивая его разрушительный потенциал с ядерной энергией, которая призвана служить всем людям и в мирных целях. Но «разоружить» его можно не технологически, а только этически, подчинив ИИ моральным законам, пока его стихия совсем не вышла из-под контроля. Еще немного — и будет поздно: правила нам начнут диктовать те, кто контролирует базы данных и серверы.
Как альтернативу деструктивному ИИ Лев XIV предлагает мечту о созидательном ИИ, выбрав для этого библейский образ пророка Неемии (V в. до н. э.), который был также наместником персидского царя Артаксеркса, владевшего Иудеей. Он сумел мобилизовать силы целого народа на строительство защитных стен Иерусалима, пока не успели спохватиться многочисленные враги евреев. По мысли папы, разработка ИИ должна стать проектом всего человечества: «общим делом», «служением любви», а не бизнес-проектом «привилегированного меньшинства». «Исполненный величия человеческий род, сотворенный Богом, стоит сегодня перед решающим выбором: возводить новую Вавилонскую башню или созидать град, где смогут обитать вместе Бог и человечество», — говорится в документе.
«Magnifica humanitas» разделена на пять глав, во вступлении дается «база»: технологии сами по себе этически нейтральны, «добрыми» или «злыми» их делают люди. Первая и вторая главы напоминают о тех постулатах католического социального учения, которые можно назвать либеральными и вызывающими особое раздражение у Трампа и его единомышленников («Новая-Европа» писала о ключевых противоречиях трампизма и мировоззрения Льва XIV). Папа утверждает незыблемость прав человека, делая акцент на меньшинствах и женщинах. Но больше всего говорит о мигрантах, будто специально щекоча нервы Трампа. Переходя к ключевой проблеме энциклики — «ИИ и война», — он как будто защищает национальное достоинство Украины, не называя, впрочем, ее: «Содействие общему благу никогда не может быть отделено от уважения права народов на существование, на сохранение собственной идентичности и на внесение своего самобытного вклада в семью народов… Любая попытка или замысел уничтожить или поработить народ глубоко безнравственны и потому неприемлемы».
Может, это Антихрист?
Подобно Льву XIII, который в конце XIX века протестовал против монополий и гиперконцентрации капитала, Лев XIV требует передать контроль над нейросетями народу, то есть «преодолеть патернализм и иждивенчество в пользу совместной ответственности». Понтифик очень обеспокоен тем, что величие человеческой личности меркнет перед стремительным развитием ИИ, что под его влиянием люди разучиваются мыслить самостоятельно, но что самое страшное — теряют нравственный самоконтроль над мышлением. Святой престол инициирует написание этического кодекса ИИ, который должен быть составлен не узкой группой специалистов, а правительствами, религиозными деятелями, пользователями и вообще самой широкой общественностью. Основой этого кодекса станет разрыв «тождественности между технической мощью и правом на управление». Технический прогресс, по убеждению папы, не должен трактоваться как «преодоление ограниченности человеческой природы», тем более что совершенство любви, к которой не способен ИИ, всегда выше любого совершенства баз данных. Развитие технологий без нравственного совершенствования, по выражению Льва XIV, это «регресс сердца». Еще один риск дегуманизации — вера в быструю и простую возможность получить ответ на любой вопрос, что в перспективе чревато смертью научного знания, в первую очередь — гуманитарного.
Папа констатирует, что ИИ размывает категорию истины. Речь даже не идет об истине в религиозном смысле — папу беспокоит неспособность ИИ адекватно различать правду и ложь, умножение разного рода «дипфейков», незащищенность персональных данных. По большому счету, способность опознать и отвергнуть ложь тоже относится к этике, а не к технологиям. Прямое отношение к этической стороне имеет и проблема зависимостей: если сегодня психологи говорят о разрушительном воздействии на психику виртуальной реальности компьютерных игр и соцсетей, то завтра выяснится, что разрушительный потенциал ИИ еще больше. „
Подсев на «дружеский» диалог со «всезнающим чатом GPT», человек быстро впитает его «стиль мышления» и утратит способность решать элементарные задачи без его помощи.
Такую беспомощность и дезориентацию возьмут на вооружение глобальные корпорации, «эксплуатируя слабость» потерявшегося человека. Так нынешняя политическая архитектура постепенно заменится новым цифровым сверхгосударством, ничем не отличающимся от «царства Антихриста», описанного в Апокалипсисе. И в этом пункте тревоги и опасения Святого престола вновь вступают в клинч с идеологией трампизма, как раз провозглашающего замену традиционного государства неким цифровым блокчейном, при котором функционал каждого человека будет определять ИИ по неким своим алгоритмам. Папа справедливо опасается, что сегодня человеческая природа уязвима как никогда.
Цифровой детокс Ватикана
За несколько дней до презентации энциклики Лев XIV запустил процесс создания нового органа Римской курии, специализирующегося на проблематике ИИ. Его формирование поручено кардиналу Майклу Черны, префекту конгрегации целостного развития человека. В состав нового органа также войдут представители конгрегаций вероучения, культуры и образования, коммуникации и трех папских академий. В самой же презентации «Magnifica humanitas» 25 мая, помимо куриальных прелатов, участвовал сооснователь американской компании ИИ «Anthropic» Кристофер Ола. Созданная пять лет назад в результате этического конфликта с «OpenAI», эта компания, как видно из ее названия, занимается гуманизацией ИИ, вступая в конфликт с той же трамповской системой. Капитализация «Anthropic», разрабатывающей языковые модели «Claude», оценивается в несколько сотен миллиардов долларов, и она осмелилась отказать американским властям в использовании ее модели для массовой слежки за людьми и для создания новейших систем вооружений. Дошло до того, что „
Пентагон включил «Anthropic» в список «потенциальных угроз», а Трамп приказал всем федеральным структурам прекратить использование продуктов «Anthropic», назвав ее «леворадикальной выскочкой», угрожающей «нашим великим военным».
Папа Франциск также был обеспокоен проблематикой ИИ и даже ввел в обиход особый термин — «algorethics» («этика алгоритмов»). Первой попыткой создать кодекс этой этики стало подписание в 2020 году Святым престолом и представителями гигантов IT-индустрии «Римского призыва к этике искусственного интеллекта», провозгласившего шесть принципов: прозрачность, инклюзивность, ответственность, беспристрастность, надежность и безопасность. В самом конце понтификата Франциска на территории Ватикана начали действовать «Руководящие указания в области искусственного интеллекта», запрещающие в папском государстве любые виды ИИ, ограничивающие права человека (конечно, это скорее декларация, чем строгая правовая норма).
Православный угол
РПЦ по-своему обеспокоена проблемами ИИ, но это ее беспокойство больше укладывается в пространство пропаганды, чем морали. После 24 февраля 2022 года вообще сложно говорить об этических категориях применительно к крупнейшей религиозной организации РФ. Плакатным языком пропаганды с трибуны Госдумы патриарх Кирилл призывал в прошлом году закрыть Россию от иностранных нейросетей и создать чисто «суверенный» ИИ. Ибо если не взять ИИ под контроль, он обязательно приблизит «апокалиптическую картину». А если взять, то чисто человеческими усилиями «ужасы Апокалипсиса» можно и отменить, ну или хотя бы отложить. На практическом уровне клирики РПЦ пока гораздо больше опасаются «конкурентов» в лице сгенерированных ИИ виртуальных батюшек.
Самый полный на сегодня богословско-аскетический анализ ИИ с православной точки зрения был недавно размещен без подписи на сайте Свято-Троицкой семинарии в Джорданвилле (США). Представляя этот анализ, ректор семинарии, епископ Лука, так обозначил его цель: «Принять меры для минимизации или полного прекращения использования ИИ». Авторы исследования признают, с одной стороны, великие силу и влияние ИИ, с другой — непонимание природы этого явлениями самими создателями нейросетей. Например, гендиректор уже упоминавшейся компании «Anthropic» Дарио Амодеи признавался: «Такое непонимание, по сути, беспрецедентно в истории технологий». А Илон Маск его дополнял: «С помощью искусственного интеллекта мы вызываем демона». В Джорданвилле верят в военное происхождение большинства современных компьютерных технологий, включая интернет, поэтому они заточены на сбор всей возможной персональной информации. «ИИ — это следующий шаг в направлении тотального контроля, увеличивающий степень профилирования, зависимости и привыкания до неприемлемого уровня, — говорится в исследовании. — Он позволяет своим создателям составлять психологический и духовный портрет человека таким образом, о котором социальные сети могут только мечтать. Антихрист станет человеческим проявлением ИИ — полезным, “разрешающим проблемы” субъектом, без которого, как им ошибочно кажется, люди не могут жить».
Если «ужасы Апокалипсиса» и грядущее пришествие Антихриста — это предмет веры, то психологические, когнитивные риски и чрезмерный контроль над людьми со стороны ИИ касаются всех. С удивительным педантизмом Лев XIV составил полный список опасностей и вызовов, которые бросает человечеству переход власти к нейросетям. Но не указал практических способов преодоления этих опасностей. Будем надеяться, что время на это у человечества еще есть.

Владимир Путин во время вчерашней пресс-конференции в Астане заявил, что Россия не собирается нападать на Евросоюз. После этого он процитировал Адольфа Гитлера, заметил проект «Проверено. Медиа».
Путину задали вопрос, планирует ли Россия напасть на ЕС. В ответ он сказал: «Это бред. Как говорил [начальник управления пропаганды НСДАП Йозеф] Геббельс: „Чем невероятнее ложь, тем быстрее в нее поверят“».
Проект «Проверено. Медиа» отмечает, что на самом деле эта фраза принадлежит не Геббельсу, а Адольфу Гитлеру. В книге Mein Kampf он критиковал тех, кого считал виновными в поражении Германии в Первой мировой войне:
«Эти господа исходили из того правильного расчета, что чем чудовищнее солжешь, тем скорее тебе поверят. Рядовые люди скорее верят большой лжи, нежели маленькой. Это соответствует их примитивной душе. Они знают, что в малом они и сами способны солгать, ну а уж очень сильно солгать они, пожалуй, постесняются. Большая ложь даже просто не придет им в голову», — говорилось в главном труде Гитлера.
Ранее Путин уже произносил эту цитату и приписывал ее Геббельсу. В сентябре 2022 года Путин процитировал Гитлера в речи, посвященной аннексии украинских территорий.

В результате удара украинского дрона по частному дому в Таганроге пострадали два человека, сообщил губернатор Ростовской области Юрий Слюсарь.
На территории порта в Таганроге из-за атаки БПЛА загорелся танкер, резервуар с топливом и административное здание. Возгорание было ликвидировано.
Командующий Силами беспилотных систем ВСУ Роберт Бровди добавил, что также украинские дроны атаковали военный аэродром в Таганроге. В результате удара были уничтожены два самолета Ту-142 и ракетный комплекс «Искандер». Минобороны РФ эту информацию не комментировало.
Также в Ростовской области были повреждены несколько частных домов и других объектов. На фоне атаки власти Таганрога расширили режим ЧС, введенный 27 мая после атак ВСУ.
Другие атаки:
Крым. В аннексированной Феодосии после ударов украинских дронов загорелась нефтебаза, утверждает телеграм-канал «Крымский ветер». О последствиях возгорания не сообщается. Ранее ее атаковали уже не менее шести раз.
Краснодарский край. В Армавире в результате атаки украинских беспилотников загорелась нефтебаза, рассказали в администрации города. Пожар был локализован, пострадавших нет.
Белгородская область. Три человека погибли и три пострадали в результате вечерних и ночных ударов по Белгородской области, сообщили в оперштабе региона. Повреждены частные дома и автомобили.
Сумская область. Десятки беспилотников атаковали город Шостка Сумской области, сообщил вице-премьер Украины Алексей Кулеба. В результате обстрела разрушено здание железнодорожного вокзала. Также повреждена инфраструктура ж/д станции. Помимо этого, при ударе по Шосткам повреждены жилые и нежилые здания, административные помещения и транспорт, рассказал глава обладминистрации Олег Григоров.
Всего за сутки в Сумской области погиб один человек, еще двое получили травмы. Повреждены жилые дома, хозяйственные постройки, объекты инфраструктуры, административные здания, магазин и автомобили.
🔹 Полтавская область. При падении обломков российских дронов в Полтавской области пострадали два человека, заявил глава обладминистрации Виталий Дьякнович. Повреждены частные дома, здание амбулатории, хозяйственные постройки, авто и линии электропередач.
🔹 Херсонская область. За сутки минимум 21 житель Херсонской области получил травмы из-за российских ударов, сообщил глава обладминистрации Александр Прокудин. Повреждены многоквартирные и частные дома, газопровод и автомобили.
🔹 Запорожская область. Один человек получил серьезные ранения в результате атаки российских беспилотников на Запорожье, рассказал глава обладминистрации Иван Федоров.

Министр печати Чечни Ахмед Дудаев опубликовал видеообращение Белкисы Минцаевой — жительницы Новосибирска, которая обвинила бывшего мужа в похищении младшей дочери, даже просила помощи у СК, но затем перестала выходить на связь после поездки в республику. На записи женщина просит не делать из ее семьи «инфоповод» и сообщает, что она и ее дети «живы и здоровы». Однако правозащитный проект «Кавказ без матери», помогавший Минцаевой, сомневается, что видео записано добровольно, и подчеркивает, что та до сих пор не отвечает родственникам и подругам, а ее дети не ходят в школу с середины апреля. Кроме того, на чеченском телевидении сделали репортаж о «воссоединении семьи». «Новая-Европа» рассказывает, что известно о Минцаевой.
Министр печати Чечни Ахмед Дудаев вечером 28 мая опубликовал видео переставшей выходить на связь жительницы Новосибирска Белкисы Минцаевой, которая несколько лет судится с бывшим мужем Сулимом Дельмухановым из-за места жительства двух дочерей — Сабины и Дианы.
«Данное видео является ответом всем клоунам, выдающим себя за журналистов и правозащитников, а на самом деле занимающимся грантоедством и дешевым хайпом. АХМАТ — СИЛА! РОССИЯ — МОЩЬ! БОГ ЕДИН! АЛЛАХIУ АКБАР!», — написал Дудаев. „
В ролике Минцаева обращается к «телеграм-каналам», Ксении Собчак и «разным другим людям», «которые пишут про меня и моих детей», с просьбой «не делать из нас инфоповод и не писать везде».
«С нами всё хорошо, я жива и здорова, мои дети в том числе. Большая просьба не делать из нас инфоповод и не писать везде. Спасибо за понимание», — сказала женщина.
При этом правозащитный проект «Кавказ без матери», помогавший Минцаевой, отмечает, что женщина всё еще не выходит на связь: «Она не отвечает подругам и родственникам, не ведет ни личный, ни рабочий блог — и вдруг откуда ни возьмись, чисто случайно, присылает видео самому министру».
Из-за ситуации с Минцаевой в Чечне запугали ее близких
Минцаева — 33-летняя уроженка Чечни. Последние несколько лет она жила и работала в Новосибирске. У нее есть двое детей от брака с бывшим мужем — 14-летняя Сабина и 10-летняя Диана.
Как рассказывал правозащитный проект «Марем», в 2024 году, когда Сабина и Диана гостили у бабушки в Чечне, их отец, по словам Минцаевой, увез девочек без ее согласия в свое село Комарово. Тогда Минцаева обратилась в суд с требованием определить место жительства детей. В августе 2024 года суд постановил старшую дочь Сабину оставить с матерью, а младшую дочь Диану — с отцом на время процесса.
6 апреля Минцаева приехала в Чечню навестить Диану. По словам матери, девочка сама умоляла забрать ее — и мать приняла решение лететь домой в Сибирь вместе с дочкой.
Однако затем, как писал «Марем», началось «самое страшное»: после возвращения младшей дочери последовали угрозы и давление. Так, бывший муж написал заявление о похищении ребенка, фигурантами которого стали сама Белкиса и ее знакомый, который помогал ей в поездке. Также сама Белкиса и ее родственники начали получать угрозы от имени бывшего мужа.
По данным правозащитников, ситуацию использовали силовики: „
Минцаеву шантажом вынудили вернуться в Чечню, угрожая отправить ее брата на войну. И Минцаева, опасаясь за брата, была вынуждена приехать в Чечню «на разговор».
13 апреля там ее и задержали в отделе МВД по Надтеречному району.
Ее более двух суток удерживали в местном отделе полиции без предъявления обвинений, несмотря на то, что, по версии правозащитников, у силовиков не было законных оснований для ее ареста.
О произошедшем 14 апреля рассказывала руководительница проекта «Кавказ без матери» Лидия Михальченко. Как тогда заявила правозащитница, «тотально запуганы все по периметру: ее дети, ее родственники, адвокаты, которых пугают силовики при попытке начать защищать Белкису».
Обращение последовало за жалобой Бастрыкину
За несколько дней до задержания Минцаева записала видеообращение к главе Следственного комитета Александру Бастрыкину. В этом ролике она рассказала, что два года назад ее экс-супруг выкрал Сабину и Диану, когда девочки гостили у своей бабушки в Чечне. Из-за этого Минцаева обратилась в суд и потребовала определить место жительства детей в Новосибирске.
В своем обращении Минцаева просит СК «разобраться в данной ситуации», поскольку Демульханов угрожает не только ей, но и ее матери и другим родственникам. Мужчину, который был вместе с ней во время встречи с младшей дочерью в Чечне, также задержали силовики. По словам жительницы Новосибирска, оба ее ребенка «очень напуганы и в критическом состоянии».
Позже, как рассказывала Ксения Собчак в своем телеграм-канале, глава комитета ГД по защите семьи Нина Останина обратилась к Бастрыкину с просьбой разобраться в истории Минцаевой, «учитывая факт нарушения прав матери и детей на общение».
На чеченском телевидении выпустили репортаж о Минцаевой
ЧГТРК «Грозный» опубликовал репортаж с Белкисой Минцаевой: первыми на это обратили внимание в «Радио Свобода». В телеграм-посте ЧГТРК «Грозный» утверждается, что в соцсетях и «ряде либеральных СМИ» распространялись «ложные сведения» о похищении Минцаевой. Сейчас же, как заявили на госканале, Минцаева «жива и здорова».
В первой части — то самое записанное видеообращение Минцаевой, которое опубликовал министр печати Чечни Ахмед Дудаев. Затем, как говорит журналистка госТВ, «сегодня она у себя дома принимает гостей, накрыв вкусный стол, в том числе и для нашей съемочной группы».
«Ее жизнь оказалась под прицелом желтой прессы, неожиданно даже для нее самой. Себя она считает обычным человеком, который вдруг подвергся волне ненужных ей упоминаний в соцсетях», — произносит корреспондентка ЧГТРК «Грозный».
Вторая часть репортажа снята в доме бывшего мужа Минцаевой в Надтеречном районе Чечни. „
В кадре — сама мать с двумя дочерьми. Минцаева в окружении сотрудников госТВ и родственников по линии мужа рассказала, что уже давно наладила жизнь в Новосибирске, — из ее слов следует, что возвращаться в Чечню она не собиралась.
«[В Новосибирске] я работала в банке ВТБ, также работала в Пенсионном фонде. Я здесь не жила. В принципе, после школы я уехала. Там отучилась. Там родились мои дети. Мы там все живем. Жили... Прописаны. До этого времени», — произнесла она.
Развод с мужем и последующие разногласия в выборе места жительства их детей на чеченском телевидении назвали «бытовыми препирательствами по поводу воспитания детей». Однако сейчас уже, по словам корреспондентки, всё решилось и «семья воссоединилась».
«Слухи и сплетни вокруг ее имени не прекращаются и по сей день, и распространяют их те, кто пытается отработать западные гранты на теме прав кавказских женщин», — утверждают на телевидении.
Правозащитники: Минцаева до сих пор не на связи
Соосновательница проекта «Кавказ без матери» Лидия Михальченко в комментарии The Insider сказала, что Минцаева не выходит на связь ни с правозащитниками, ни с кем-либо из своего окружения, несмотря на публикацию Дудаевым видео, на котором она говорит, что с ней якобы «все в порядке». По словам Михальченко, все попытки показать Белкису на видео похожи на «цирковое представление».
«Депутатские запросы навели шороху. Это всё привело к тому, что чеченским силовикам и чиновникам пришлось придумывать вот этот ход, который они любят делать. Я очень сильно не уверена, что на этом видео Белкиса в порядке. Возможно, ее так долго не показывали, потому что ждали, что у нее сойдут синяки. Такое тоже бывало в практике чеченских силовиков», — сказала правозащитница.
«С Белкисой настолько ничего не случилось, что почти два месяца, как она пропала в Чечне, дети не ходят в школу, она не отвечает подругам и родственникам, не ведет ни личный, ни рабочий блог, — и вдруг откуда ни возьмись, чисто случайно, присылает видео самому министру пропаганды о том, что с ней всё окей», — говорят правозащитники.

Ксения Белоусова — 27-летняя девушка из Саранска, подрабатывавшая в баре Kisski в Москве на Сретенке. Во время пасхальных праздников она выложила видео в инстаграм, где у нее около 650 подписчиков, с тем, как она готовит кальян «на куличе». На запись быстро обратили внимание Z-блогер Владислав Поздняков и провластные телеграм-каналы. После этого она удалила публикацию и записала видео с извинениями, однако дело «об оскорблении чувств верующих» всё равно передали в суд. Ранее у Белоусовой уже был условный срок по статье о хранении наркотиков. Суд мог его отменить и назначить новый условный срок по делу «о куличе», но не стал. В итоге девушка получила три года и 25 дней колонии. Подробнее о вынесении приговора изданию «Ветер» рассказал адвокат, представляющий интересы Белоусовой.

Материал впервые опубликован на сайте проекта «Ветер».
Суд мог оставить условный срок
В августе 2025 года Белоусова получила три года условного срока по статье о хранении наркотиков (часть 2 статьи 228 УК). По новому делу, «об оскорблении чувств верующих» (ст. 148 УК), Белоусовой в итоге назначили 200 часов обязательных работ. Однако наказание объединили с условным сроком по делу о наркотиках, и суд заменил условное наказание на реальное лишение свободы. Прокурор требовал для обвиняемой полгода лишения свободы по статье за оскорбление чувств верующих и реальное наказание за нарушение испытательного срока по предыдущему приговору.
В итоге 200 часов обязательных работ заменили на дополнительные 25 суток нахождения в колонии из расчета один день в колонии за восемь часов обязательных работ. Защита просила приговорить девушку к наказанию в виде штрафа.
В последнем слове Белоусова признала вину и заявила, что раскаивается. „
«Вину я по-настоящему признала и раскаиваюсь в том, что случилось, я считаю свой поступок недопустимым, искренне сожалею о нем и понимаю, насколько важны атрибуты, связанные с праздником святой Пасхи для верующих людей.
Я сама являюсь верующей, так же как и моя семья. Я регулярно посещаю церковь и ценю и уважаю всё, что связано с церковью. Моя семья, мама, папа и брат, — участники “СВО”, я прошу принять во внимание их состояние здоровья», — сказала девушка в последнем слове (цитата по «Медиазоне»).
Девушку взяли под стражу в зале суда.
Как поясняет в разговоре с «Ветром» адвокат Белоусовой Станислав Соловьев, деяние, за которое Белоусову привлекли по статье 148 УК, относится к категории небольшой тяжести. В таких случаях, если человек уже был осужден условно и совершил новое преступление небольшой или средней тяжести, суд имеет право, но не обязан отменять условный приговор.
Защита считает, что суд мог назначить Белоусовой наказание по статье 148 УК, но при этом оставить в силе ее прошлый условный срок, чтобы она отбывала оба наказания (два условных срока) отдельно. Таких случаев в практике достаточно много, отмечает Соловьев. Адвокат подчеркивает, что, если бы речь шла о тяжком или особо тяжком преступлении, отмена условного срока и замена на реальный была бы автоматической. В случае Белоусовой это оставалось на усмотрение суда.
Как появилось дело
Следственный комитет сообщил о возбуждении уголовного дела по статье о нарушении права на свободу совести и вероисповеданий (ч. 1 ст. 148 УК) 13 апреля. По данным следствия, Белоусова, находясь в баре на улице Сретенка в Москве, «в целях оскорбления религиозных чувств верующих совершила публичные действия, выражающие явное неуважение к обществу», а затем распространила видеозапись происходящего в личном аккаунте в инстаграме. Девушка подписала пост: «Даже Христос от такого воскрес».
За несколько часов до релиза СК о возбуждении дела запись Белоусовой «с кальяном на куличе» опубликовали Z-блогер Владислав Поздняков, а также Mash, Baza и РЕН ТВ. Заявление в МВД подали православные активисты из «Сорока сороков», уточняет MSK1.ru. Белоусова вскоре удалила видео и написала: «Ни в коем случае не было цели кого-то оскорбить. С праздником светлой Пасхи». После задержания силовики записали извинения девушки на камеру и передали видео СМИ.
13 апреля девушку доставили на допрос, а у нее дома провели обыск, изъяли мобильный телефон и другие предметы. 15 апреля Мещанский районный суд назначил ей запрет определенных действий.
20 мая уголовное дело начал рассматривать мировой судья участка № 273 района Лефортово Дмитрий Иванов. Девушка признала вину и попросила рассмотреть дело в особом порядке — суд согласился, передавала «Медиазона» из зала заседаний.
В обвинительном заключении утверждается, что Белоусова в Пасху, «праздник, который имеет исключительное значение», «желая привлечь внимание общественности к собственному профессионализму кальянного мастера», опубликовала в своем инстаграме фото кальяна с чашей в виде кулича — одного «из наиболее узнаваемых символов» праздника. Обвинение настаивало, что девушка понимала, что «нарушает общепринятые нормы морали и этики». Потерпевший по делу по фамилии Аршинов испытал «нравственные страдания» из-за подписи, которую Белоусова добавила к своему посту.
На видео, которое опубликовала Белоусова, также слышно, как она говорит коллегам, что клиент сам попросил сделать ему такой кальян и сам купил кулич.
Характеристики
По словам Соловьева, представители бара Kisski, где Белоусова записала видео с куличом, на заседании не выступали:
— От работодателя никаких показаний не было. Никто не присутствовал на суде — только мы, Ксения и журналисты.
Защитник уточняет, что Белоусова не работала там постоянно, а подрабатывала. Сам бар Kisski дистанцировался от действий своей сотрудницы. «Белоусова Ксения не является нашим штатным сотрудником. Она была привлечена к работе как вызывной сотрудник. Публикация размещена исключительно на ее личной странице и не имеет отношения к официальным каналам нашего заведения. Данные действия не согласовывались с руководством», „
Публикация размещена исключительно на ее личной странице и не имеет отношения к официальным каналам нашего заведения. Данные действия не согласовывались с руководством»,
— цитирует администрацию бара канал НТВ.
«Ветру» в баре также ответили, что Белоусова у них не работает. По мнению адвоката, позиция бара на решение суда никак не повлияла.
В суде защита представляла документы, характеризующие Белоусову. Среди них были материалы о ее семье. Отец девушки — сотрудник МВД и имеет медаль «За отличие в службе» и орден «За заслуги перед Отечеством» II степени, а брат – медаль «За отвагу». На заседании она сказала, что «время от времени жертвует в фонды» и недавно перевела три тысячи рублей на нужды «СВО».
Адвокат говорит, что суд эти документы приобщил. Возможно, их признали смягчающими обстоятельствами, но точно это станет понятно только после изучения приговора.
По словам собеседника «Ветра», положительных характеристик у Белоусовой было «очень много»: с места работы и учебы, сведения о благотворительной деятельности, помощи фонду детей-сирот, донорстве крови. Он также отмечает, что у нее, насколько он помнит, диплом с отличием, а последние шесть или семь лет она была официально трудоустроена и имела постоянный источник дохода.
При этом основное место работы Белоусовой адвокат не раскрывает, так как работодатель попросил не распространять эту информацию. «Медиазона» после судебного заседания в мае сообщала, что девушка работала в Т-банке.
Соловьев также уточнил, что Белоусова замужем, в некоторых публикациях указана ее девичья фамилия, но супруг в деле не участвовал.
Говорить подробно о доказательствах в деле, на которые ссылалось обвинение, адвокат отказался, объяснив это тайной следствия. Он лишь подтвердил, что в деле есть потерпевшие — люди, которые увидели видео и подали заявления о том, что были оскорблены поведением Белоусовой. По словам защитника, по делу также проводилась экспертиза публикации, однако ее выводы до апелляции он раскрывать не стал.
Апелляция, по оценке адвоката, может состояться не раньше чем через несколько месяцев. Сейчас у защиты есть 15 дней на подачу жалобы, затем прокурор сможет представить возражения, после чего дело направят в апелляционную инстанцию.
Суровый приговор
Приговор адвокат называет неожиданно суровым, к которому он и его подзащитная «не были готовы». По его словам, защита рассчитывала, что с учетом смягчающих обстоятельств, поведения Белоусовой в период следствия и того, что во время условного срока она не нарушала установленный порядок, суд назначит другое наказание — обязательные работы, штраф или новый условный срок.
Как сообщил телеграм-канал «Осторожно, новости», после приговора девушка плакала. При этом журналистка НТВ спрашивала, жалеет ли она, что «додумалась до такой идеи».
Сейчас, говорит адвокат, Белоусова шокирована. До этого она никогда не отбывала реального наказания и не находилась в СИЗО.
— Ей понадобится какое-то время, чтобы прийти в себя до апелляции, восстановиться и уже к апелляции быть в более уверенном состоянии, чтобы нормально участвовать в заседании, — поясняет он.
Изолятор временного содержания после возбуждения дела Белоусова покинула через сутки, а до приговора находилась под запретом определенных действий: ей нельзя было общаться со свидетелями, пользоваться интернетом и соцсетями, но ограничений на работу не было. В СИЗО ее отправили после приговора, когда суд изменил меру пресечения.
— Будем надеяться, что этот вопрос разрешится положительно, потому что, конечно, это слишком сурово. Три года и 25 дней для Ксении — чрезмерно, — считает защитник.

Российские власти хотят отправить в Армению около 100 тысяч армян с целью проголосовать против действующего премьер-министра страны Никола Пашиняна на парламентских выборах. Об этом пишет Reuters со ссылкой на несколько источников.
Переброска армян. По словам трех собеседников агентства, российские власти подсчитали, что транспортировка 100 тысяч армянских избирателей обойдется в 50 млн долларов.
Также они утверждают, что к середине мая Кремль установил квоты для регионов на число армян, которых нужно вывезти в Армению. Как конкретно реализуются требования российских властей, источники не уточняют. Журналистам не удалось доподлинно установить, действительно ли разрабатывается такой план и будет ли он эффективен.
В документе говорилось, что живущие в России армяне могут сыграть решающую роль в выборах, если «будет обеспечена высокая явка среди них».
Выборы в парламент. Выборы в парламент Армении пройдут 7 июня. Основными конкурентами являются партия «Гражданский договор» действующего премьер-министра Никола Пашиняна и «Сильная Армения» российского и армянского олигарха Самвела Карапетяна.
Пашинян в последнее время активно выступает за сближение с Евросоюзом. Кроме того, на выборах его поддерживает и президент США Дональд Трамп. При этом Кремль делает ставку на бизнесмена Карапетяна, который находится в Армении под следствием по делу о призывах к свержению правительства.
Зачем свозить армян. Согласно последним опросам, партия «Гражданский договор» Пашиняна наберет около 30% голосов избирателей, а «Сильная Армения» Карапетяна — лишь 6%. Кремль рассчитывает на победу Карапетяна.
Другие угрозы. В августе прошлого года Владимир Путин создал Управление по стратегическому партнерству и сотрудничеству. Именно оно курирует операции по влиянию в Армении, утверждают источники Reuters.
Помимо своза армян, Кремль запустил онлайн-кампании по дезинформации с целью дискредитировать Пашиняна, пишет агентство. В них задействована в том числе сеть ботов «Шторм-1516», которая сыграла роль в попытках вмешательства в недавние выборы в США.
Кроме того, российским властям предлагали создать издание Yerevan1 для армян, проживающих в России, с целью формирования негативного образа Пашиняна, и положительного отношения к союзу России и Армении.
Контекст. Перед парламентскими выборами 7 июня отношения между Москвой и Ереваном начали ухудшаться. Россия критикует Пашиняна за курс на сближение с Евросоюзом.
«Агентство» посчитало, что всего за последнюю неделю Кремль запретила ввоз уже около десяти категорий товаров из Армении. В их числе — фрукты, овощи, клубника, цветы и коньяк. Россия была одним из основных покупателей армянской продукции.

В мае 2026 года стало известно об очередном приказе Минцифры об обновлении требований к СОРМ (система технических средств для обеспечения функций оперативно-розыскных мероприятий. — Прим. ред.), по которому операторы обязаны делиться с регуляторами новой информацией об абонентах. В прошлом году Роскомнадзор уже издал несколько других приказов, которые усиливают контроль за действиями пользователей и позволяют отслеживать использование VPN. «Новая газета Европа» изучила новый проект приказа и прежние распоряжения регуляторов, чтобы понять, действительно ли государство начало использовать другие механизмы цензуры.
«Крючкотворство властей»
22 мая сразу несколько изданий сообщили о том, что Минюст зарегистрировал приказ Минцифры от декабря прошлого года. Этот документ адресован не операторам, а крупным организациям, которые обладают уникальным идентификатором, или ASN, — техническим номером, который организация получает, если у нее есть своя крупная сеть, подключенная к интернету напрямую, а не через провайдера. К ним относятся крупные банки, маркетплейсы и другие организации с собственной сетевой инфраструктурой, в частности те из них, кто уже включен в реестр организаторов распространения информации (ОРИ).
Документ описывает механизм для доступа силовых структур к информационным системам таких организаций. Он содержит полную схему данных, по которым можно делать запросы: паспортные данные и адреса, ИНН, банковские реквизиты (включая номер карты, БИК, корреспондентский счет), IP-адреса с масками подсетей и типом (IPv4/IPv6), данные об участниках сетевых соединений, доменные имена, логины, адреса электронной почты, номера телефонов, данные о юридических лицах и их представителях, геокоординаты.
Эти данные собираются через СОРМ — системы оперативно-розыскных мероприятий. Обязанность устанавливать СОРМ для организаций с собственной сетевой инфраструктурой появилась в 2023 году — закон распространил ее на всех владельцев технологических сетей с ASN. Отдельно установки СОРМ ФСБ потребовала от крупных банков. До этого подобные данные через такие системы уже собирали операторы связи.
Приказ также позволит госорганам анализировать пользовательский трафик. О такой возможности еще в 2024 году предупреждал глава Общества защиты интернета Михаил Климарев. Тогда он обратил внимание на проект документа, который обязал операторов передавать в Роскомнадзор IP-адреса оборудования, которое используется в их сети, — как собственного, так и пользовательского.
Об изменениях трафика нужно было сообщать в течение одного дня: а если РКН делает запрос по конкретным адресам, то в течение часа. Эти требования вступили в силу только весной 2025 года, Роскомнадзор объяснил их необходимостью защиты от DDOS-атак.
Операторов обязали отправлять структурированную запись, содержащую адрес IPv6, адрес IPv4, тип операции (начало сессии, окончание или продление), временную метку создания записи и идентификатор ТСПУ, через который проходит трафик.
К маю 2026 года за непредоставление этих данных Роскомнадзор оштрафовал 85 операторов связи, а уведомления об обязанности передавать данные были направлены 1359 операторам, пишут «Известия». Первый штраф за нарушение составляет до 500 тысяч рублей, повторный — до 1 миллиона. Оператор также рискует получить претензию по статье 14.1 части 3 КоАП за нарушение условий лицензии — еще до 40 тысяч рублей.
«Лишний инструмент для точечной борьбы с неугодными»
Михаил Климарев, который в прошлом сам работал с телеком-инфраструктурой, отреагировал на статью «Известий», сказав, что он не верил, что РКН технически готов реализовать систему, о которой сам предупреждал еще с 2024 года. «Я опять недооценил способность этих людей делать гадости ближнему своему», — написал он.
По мнению Климарева, эта система еще больше усилила контроль за действиями пользователей и в конечном счете поможет Роскомнадзору лучше определять и блокировать VPN.
— Накапливается база — просто логи «кто куда ходил». Далее делается последовательная выборка для каждого абонента и смотрится, кто куда чаще всего обращался. Если у конкретного абонента основной трафик идет только по одному IP-адресу — какому-то адресу, где нет никаких публичных сервисов, — это сигнал. Куда можно так ходить 90% времени? Конечно, VPN. И далее адрес попадает в базу заблокированных, — объясняет он.
Создатель инструмента для обхода блокировок B4 программист Даниэль скорее не согласен с Климаревым: „
— Пока не введут реальные белые списки — буквально как в Северной Корее, когда есть небольшой список серверов, на которые можно зайти, а всё остальное по дефолту заблокировано, — всегда будут способы обхода.
Реализуют они это — люди найдут следующие способы. Выглядит это всё как истерика какая-то с их стороны.
При этом оба специалиста не видят никаких дополнительных изменений, которые произойдут после вступления в силу приказа Минцифры. По словам Даниэля, силовые органы и так получали от организаций любую нужную им информацию.
— Они этим крючкотворством хотят обязать по дефолту сливать все клиентские базы силовикам. То есть чтобы не по запросу, а по умолчанию, — говорит он. — Это не новые возможности для них, они у них и так были. Это новый правовой статус частной информации гражданина. То, что раньше делалось незаконно, но делалось, просто узаконивается и переводится в новый более масштабный формат.
При этом он скептичен насчет идеи о массовом применении:
— Мне не кажется, что это делается, чтобы прямо массово всё закрыть и задушить. Скорее лишний инструмент для точечной борьбы с неугодными. Вот «закон Яровой» существует уже лет десять, и все в повседневной жизни давно забыли про него. Но к нему прибегают, когда нужно закатать неугодных. Так же и тут, думаю, будет.
«Возможность деанонимизации пользователя “на лету”»
— Теперь перечень передаваемых данных детализируется вплоть до паспортов, адресов, логинов, доменов и геокоординат. Для пользователя это означает не столько новый вид слежки — она существует в СОРМ уже под 30 лет, сколько ускорение и упрощение связывания цифрового следа с реальной личностью, деньгами, устройствами и местоположением, — обращает внимание киберадвокат и сооснователь «Роскомсвободы» Саркис Дарбинян.
По его словам, принципиально важно, что, согласно приказу, логи запрашиваются в режиме реального времени. „
— Это возможность деанонимизации пользователя «на лету». По существу, оперативник ФСБ видит какое-то сетевое событие или подозрительный трафик и сразу же может сопоставить его с абонентом и установить личность.
Он также подтверждает, что система среди прочего позволит выявлять пользователей VPN.
Даниэль указывает и на ограниченные возможности СОРМ: и операторы, и компании, по его мнению, физически не могут хранить всё содержимое трафика.
— Достаточно того, откуда и куда заходил пользователь. Это всё, что они могут иметь сегодня в силу повсеместного применения шифрования. Представьте, что у вас есть пассажир, который едет с кучей барахла из Москвы в Питер. У вас есть возможность хранить только его билет РЖД — и вы без понятия, что там у него с багажом.
— Мы упираемся в тему о технической способности к накоплению и анализу этих данных. Если ее нет, то будто бы не очень важно, сколько будет передаваться, — дураку всё фантики. А если есть, тогда, конечно, можно порассуждать об изменениях, — соглашается с Даниэлем координатор проектов eQualitie Леонид Юлдашев.
По мнению Юлдашева, именно выяснение BigData-возможностей госорганов сейчас становится «задачей номер один по важности».

31-летний житель Забайкальского края и 44-летний житель Красноярского края, осужденные за убийство мужчины с особой жестокостью, подписали контракт с Минобороны РФ и отправились на войну против Украины. Они сбросили свою жертву в могилу, подожгли и закопали. Об этом сообщила прокуратура Забайкалья, заметили «Люди Байкала».
По версии следствия, летом 2023 года в городе Могоча местный копальщик могил из личной неприязни решил убить своего земляка. Для этого он и двое его товарищей вывезли мужчину на автомобиле на кладбище, сбросили его в неиспользуемую могилу, облили бензином и подожгли. Затем они стали поочередно засыпать яму землей.
Потерпевший скончался в результате механической асфиксии из-за закрытия дыхательных путей грунтом.
«Люди Байкала» отмечают, что дело возбудили только весной 2025 года, до этого момента убитый значился пропавшим без вести. После этого его пропажу раскрыли за неделю. Один из обвиняемых частично признал вину и показал место захоронения тела. Остальные свою вину не признали.
Местные СМИ писали, что поводом для убийства стала «обыкновенная ссора». Убийцы якобы утверждали, что говорили жертве «вести себя правильно» и вести здоровый образ жизни, но он их не слушал.
Суд приговорил двух обвиняемых к 15 и 18 годам колонии. Третий уже имел судимость за особо тяжкое преступление против личности — ему дали 19,5 года заключения.
Двое осужденных после вынесения приговора отправились в зону боевых действий в Украине, из-за этого производство уголовного дела в отношении них было приостановлено. Третий пытался оспорить приговор, настаивая на своей непричастности к убийству. Он просил оправдать его. Суд отклонил апелляцию.

Российский беспилотник врезался в десятиэтажный жилой дом в румынском городе Галац, сообщили в Минобороны страны.
В результате удара загорелась крыша и одна из квартир, пострадали женщина и 14-летний подросток, пишут местные СМИ. Около 70 человек эвакуировали из дома.
МИД Румынии запросил у союзников по НАТО ускорить передачу средств противодействия дронам.
Коротко о других обстрелах России и Украины этой ночью:
Волгоград. Украинские беспилотники атаковали Волгоградскую область, сообщил губернатор Андрей Бочаров. Под удар попали многоквартирный жилой дом в Волгограде, объект ТЭК, завод синтетического волокна и химическое предприятие в Волжском. Погиб один человек, еще двое пострадали. ASTRA и украинские мониторинговые каналы пишут, что под удар попал НПЗ «Лукойл-Волгограднефтепереработка».
Ярославль. В Ярославской области украинские дроны атаковали промышленные объекты по хранению топлива, сообщил губернатор Михаил Евраев. Возник пожар, на месте работают спасатели. На выезде из Ярославля в сторону Москвы перекрывали движение авто, сейчас его восстановили.
Кубань. В Темрюке Краснодарского края из-за падения обломков БПЛА возник пожар на территории морского порта, сообщили в оперштабе региона. Пострадавших нет, к тушению огня привлекли 47 спасателей и 14 единиц техники.
Брянская область. Один человек погиб при ударе дрона по селу Соловьевка Брянской области, сообщил врио губернатора Егор Ковальчук.
Белгородская область. Пять человек пострадали за сутки в результате украинских атак на Белгородскую область, рассказал врио губернатора Александр Шуваев.
Одесская область. Российские дроны атаковали сухогруз ANT, который шел из порта в Одесской области в Турцию под флагом Вануату с грузом на борту, сообщают Военно-морские силы Украины. В ведомстве уточнили, что судно принадлежит Турции. Пострадали два члена экипажа.
Херсонская область. Минимум 13 человек пострадали за сутки в результате российских ударов по Херсонской области, сообщили в областной администрации.
Запорожская область. Четыре человека получили ранения в результате российских обстрелов Запорожской области, рассказал начальник обладминистрации Иван Федоров.
Днепропетровская область. Один человек получил травмы при обстреле Днепропетровской области, рассказали в Госслужбе Украины по чрезвычайным ситуациям.

Весной 2026 года все больше российских брендов одежды — локальных марок, которые активно развивались и росли до и во время войны с Украиной, — заявляют о том, что находятся в практически безвыходном положении. Действуют сразу несколько факторов: и возросшая налоговая нагрузка, и снижение спроса, и застарелые отраслевые болячки — но всё это вместе создает в индустрии полномасштабный кризис. Кто-то устраивает распродажи, кто-то закрывает цеха, кто-то сокращает количество торговых точек: по некоторым прогнозам, до конца года могут закрыться до 40% магазинов. По просьбе «Новой газеты Европа» фэшн-журналистка Катя Федорова поговорила с несколькими российскими основателями брендов и выяснила, что происходит с их компаниями, как они пытаются справляться с проблемами — и как в этом свете меняются их политические взгляды. Все имена собеседников изменены в целях безопасности.
У моряков есть понятие идеального шторма — редкой и свирепой бури, которая возникает, когда несколько неблагоприятных факторов сходятся в одной точке и усиливают друг друга так, что разрушительный эффект многократно превышает сумму частей. Это определение точнее всего описывает то, что происходит сейчас с российскими брендами одежды.
«Помогите нам не закрыться». Посты с анонсами распродаж и просьбами о поддержке появлялись и раньше, но с середины апреля 2026-го превратились в отдельный микротренд в соцсетях. «Скидка 31% сейчас и навсегда по промокоду “Надежда31”, если мы выживем», — обещает Денис Шевченков, основатель довольно крупного петербургского бренда Gate 31, на производствах которого работает почти 300 человек. «Финансовый кризис поставил нас на черту, за которой может быть финал, — вторит ему команда стритвер-марки Bat Norton, которая еще в 2024 отчитывалась о выручке в почти 200 миллионов рублей, и тоже предлагает вечный дискаунт: — Мы хотим сохранить то, во что вложили 17 лет». Подобные скидки, архивные распродажи и флэш-сейлы — не внезапная щедрость владельцев или маркетинговый ход. Это едва ли не единственный способ быстро закрыть кассовый разрыв и выдать зарплаты, особенно сейчас, когда неожиданно низкие продажи наложились на новую форму налогообложения, по которой многие платят впервые именно в апреле.
По данным крупного оператора фискальных данных «Платформа ОФД», количество покупок одежды и обуви в российских магазинах в 2025-м снизилось на 11% по сравнению с предыдущим годом. В первом квартале 2026 года, по данным «Контур.Фокуса», закрылись 209 тысяч из 6,9 млн малых и средних предприятий — почти на 9% больше, чем за тот же период 2025-го. Экономист и управляющий партнер агентства «Голдман Эдженси» Ольга Попкова допускает, что до конца года в России может закрыться до 40% магазинов одежды. „
Помимо падения продаж в результате экономического кризиса предприниматели вынуждены постоянно подстраиваться под возникающие на их пути новые законы и ограничения. Все очень устали.
«Мы считали, что жираф большой — ему видней»
Чтобы понять, почему сегодняшний обвал застал индустрию врасплох, нужно вернуться на четыре года назад. Начало полномасштабного вторжения в Украину полностью перекроило ландшафт российского модного рынка — и, вопреки всякой логике и возникшим ограничениям, многие российские бренды почувствовали новые возможности.
«В 2022-м было очень страшно, — вспоминает Дарья, соосновательница модного бизнеса с более чем пятнадцатилетней историей. — Начало СВО, отключения соцсетей, потеря партнеров, мобилизация». Но в бизнес-смысле, по ее словам, всё устаканилось довольно быстро: продажи просели процентов на двадцать, не больше.
«Люди довольно быстро адаптировались — и к ситуации, и друг к другу, даже если оказались в разных идеологических лагерях. Мы всегда держали нейтралитет, доверяли решениям правительства и считали, что жираф большой — ему видней», — добавляет ее партнерка Марина. И правда: после первого шока — уход западных брендов, изоляция, привыкание к новой реальности — у многих дела наладились. Ушедшие марки оставили огромную дыру на рынке; к этому добавились патриотический азарт в духе «и без вас справимся» и ощущение открывшихся горизонтов. Это дало не только рост уже существующим брендам, но и волну запусков — как у федеральных гигантов (Gloria Jeans создала молодежную марку Ready Steady Go), так и у предпринимателей поменьше.
Среди них — Стелла, запустившая в 2022-м бренд яркого молодежного трикотажа: он попал в тренд, засветился в прессе и у инфлюенсеров, поучаствовал в неделе моды и начал активно развиваться — причем без сторонних вложений.
О волне оптимизма говорит и Аглая, чей бренд пока еще полностью производится в России: «Открывшись в ковид, к началу войны мы активно росли и продолжали и в военное время. Был ступор, какое-то непонимание, может, небольшой спад — но критически на нас это тогда не сказалось. Спокойно вырулили и стали расти».
Соглашается и Лидия, соосновательница бренда кожаных аксессуаров ручного производства, пропагандирующего осознанное потребления. Пережив стресс с первичной перестройкой логистических цепочек с поставщиками, бренд стал активно развиваться и наращивать лояльную аудиторию.
Однако расцвет эпохи модного импортозамещения оказался недолгим: уже в 2025-м многие бренды стали ощущать изменения.
«Примерно с марта прошлого года мы почувствовали сильное снижение спроса, — рассказывает Аглая. — Продажи падали, падали, падали. Сначала казалось, что это временно, но в итоге сейчас мы на последней грани, когда все запасы на оборотные средства просто иссякли». С похожей динамикой столкнулись все наши респонденты. После выхода в апреле финансовых отчетов за 2025 год стало очевидно, что трудности испытывают все, кроме буквально пары масс-маркет-гигантов вроде Lime и брендов Melon Fashion Group, успевших занять лучшие торговые площади, быстро расширить свой ассортимент и стать самой очевидной заменой ушедшему популярному масс-маркету вроде Zara и HM. Они продолжали расти даже в 2025-м, но насколько долговечен этот рост в текущих условиях — покажет время.
«Мне кажется, изначально все игроки рынка, правительство и покупатели недооценили масштаб влияния войны и санкций на экономику и на их бизнесы, — оценивает ситуацию Николай, топ-менеджер с двадцатилетним опытом в ритейл-индустрии, в прошлом руководитель одного из ведущих российских универмагов. — А через несколько лет и по совокупности многих факторов всех догнало».
«Скидки — это единственное, что сегодня работает»
Главной причиной спада продаж предприниматели единогласно называют резкое и массовое снижение покупательской способности (эту динамику фиксирует и аналитический сервис «Сбериндекс»). «Людям стало очевидно тесно в собственных бюджетах», — резюмирует Марина фидбек, который получает от клиентов. К этому можно этому высокие проценты кредитных ставок, из-за которых россияне предпочитают держать деньги в банке, вместо того чтобы их тратить, а кредиты для бизнеса становятся почти неподъемными. „
«Это просто падение экономики, тотальное падение покупательской способности, — соглашается Аглая. — Я вижу накопительный эффект: всё дорожает — продукты, аренда, новые налоги, — а зарплата не меняется.
Люди думают, как выжить. Покупка новой одежды перестает быть приоритетом и зачастую вместо удовлетворения сопровождается чувством вины. Об этом свидетельствует и большое количество возвратов, мотивированных тем, что “ой, я не могла себе их позволить”».
Экономить, по словам собеседников «Новой-Европа», стали даже самые благополучные слои. Ушли времена, когда люди покупали на большие суммы просто так, чтобы себя порадовать; бережливость вошла в привычку. Многие чувствуют себя некомфортно в постоянной неопределенности и стараются сохранять деньги — на всякий случай.
«Люди снова экономят ради покупки крупного аксессуара и воспринимают это как инвестицию, — говорит Лидия. — Клиенты постоянно говорят, что им у нас всё нравится, но сейчас стало слишком дорого. Состоятельные дамы рассказывают, как расчехляют антресоли и возвращают в повседневный оборот уже списанные лоферы Old Céline или люксовые платья из старых коллекций и всё чаще обращаются в ремонт». Казалось бы, кризис неожиданно помогает выработать более экологичную модель потребления — но это лишь иллюзия, учитывая, что многие переходят на более дешевую одежду сомнительного качества и с сомнительным экологическим следом. Еще одним выгодоприобретателем кризиса становятся дискаунтеры.
Изменился не только объем, но и сама механика спроса. «Скидки — это вообще единственное, что сегодня работает для повышения интереса покупателей», — добавляет Марина. Очевидцы говорят, что желающих попасть на поп-ап-распродажу популярного бренда одежды Monochrome было столько, что люди стояли в очередях, несмотря на временны́е слоты по предварительной регистрации.
«На нашей распродаже архивов самые недорогие вещи по 500–700 рублей смели мгновенно — людям хочется хоть чем-то себя порадовать, пусть и небольшим, — вспоминает Аглая. — А вот аксессуары по пять тысяч уже продавались со скрипом — хотя стоимость нашей самой хитовой вещи в три раза больше, и раньше для людей это не было проблемой».
Про быстрое дешевое удовольствие ценой говорит и Лидия. «Мой бренд дофаминовый — про радость, индивидуальность, яркие краски, — рассказывает она, улыбаясь. — Желание купить себе немного быстрого дофамина в тяжелые времена никуда не делось и только выросло. Просто теперь люди так ужимаются в расходах, что скорее потратят импульсивные 500 рублей на очередной трендовый напиток или булочку в кафе с большой очередью, чем будут копить на новый аксессуар». Маленькая радость переехала из гардероба в инстаграмный стаканчик
Параллельно дорожает и само ведение бизнеса. Расходы на сырье, логистику, аренду — да и просто на жизнь — растут каждый год. Из-за кризиса закрываются региональные оптовые партнеры, и всё это накапливается как снежный ком, зажимая бренды между двух огней. „
«У нас была подушка безопасности, но она закончилась, — жалуются одни. — За девять месяцев мы из успешного растущего бренда, пережившего не первый кризис, оказались на грани».
«Рабочей модели в текущих условиях больше нет»
То, что фрустрирует всех особенно, — это постоянно усложняющийся лабиринт из запретов, реестров, ограничений и всё новых пинков от государства. «У нас просто каждую неделю выходят какие-то новые законы, осложняющие работу. Их даже просто не успеваешь читать и анализировать», — жалуется Аглая.
Во-первых, речь о резких изменениях налоговой нагрузки, которые сильнее всего затронули именно бизнесы среднего размера. С 2026 года базовый налог на добавленную стоимость в России вырос 20% до 22%. НДС — это налог, который заложен в цену почти любого товара: его платит покупатель на кассе, а бренд лишь собирает эту сумму и перечисляет государству, но достать эти дополнительные средства он должен либо из своей зачастую и так небольшой маржи, либо подняв цену — при том, что покупатель уже находится в режиме экономии.
Но куда болезненнее для индустрии другое. Раньше малый бизнес мог вообще не возиться с НДС, пока выручка не превышала 60 млн рублей в год. С 2026-го этот порог обрушился до 20 млн и продолжит ежегодно уменьшаться на пять миллионов до 2029-го. Таким образом, даже небольшая марка, продавшая за год товара на 20 с небольшим миллионов, теперь обязана начислять НДС, нанимать под это бухгалтера и отдавать государству то, что раньше оставалось в обороте.
Некоторые респонденты жалуются, что в результате их налоги выросли в шесть раз. «Я в бизнесе 17 лет — чего мы только не пережили, — говорит Марина. — И мне всегда удавалось пересобрать финмодель. За последний год я перебрала уже все возможные финмодели и могу сказать: рабочей в текущих условиях просто больше нет». „
Чтобы выжить, предприниматели режут косты всеми способами: закрывают цеха и офлайн-точки, сокращают штат, берут больше обязанностей на себя, порой работая без зарплаты месяцами.
Еще один бич опрошенных — «Честный знак». Это относительно новая форма маркировки, которая позволяет отследить и проверить каждую единицу продукции на любом этапе ее существования. Специальный код теперь необходимо наносить на упаковку товара, чтобы покупатель мог узнать о нем больше информации. Идея хорошая, но к исполнению, как это часто бывает, есть вопросы — поэтому большинству предпринимателей приходится нанимать для маркировки сторонних специалистов.
«В идеальном мире “Честный знак” должен стоить нам три копейки сам по себе, — объясняет Марина. — Но в системе столько багов, что разобраться с ними может только тот, кто постоянно набивает на этом руку. Так что, помимо первоначальных вложений, приходится тратиться на программистов, на обслуживание инфраструктуры и производить огромное количество лишних телодвижений внутри компании».
Огромное влияние на многие бренды оказали и блокировки соцсетей, и запрет рекламы в инстаграме. «Соцсети и инфлюенсеры всегда были одним из основных факторов роста и привлечения новой аудитории — а теперь мы просто этого лишены, — вздыхает Аглая. — Мы пробовали почти все альтернативы и механизмы в том же VK, но, увы, для нас там почти нет работающих инструментов».
«Когда пошли ограничения соцсетей, я сначала подумала: ну и ладно, сделают свои версии, — добавляет Дарья. — Я пять лет жила в Китае, где ограничено всё, но бизнес всё равно идет — потому что есть, например, WeChat с огромным внутренним функционалом. Но спустя почти пять лет очевидно, что создать качественную работающую альтернативу не получается».
«Это такой кринж, когда ты уже опытный человек с работающим бизнесом, а тебе постоянно приходится разбираться с какими-то бессмысленными внешними проблемами. То выясняешь, нужно ли менять вывеску на кириллицу, то приходишь в магазин — а интернета нет, касса не работает. Всё останавливается, — рассказывает Лидия. — Мы просто давали людям товар так, они уходили, а потом скидывали мне деньги на карту. А мы ехали куда-то, где был интернет, мучались, подключали какой-нибудь VPN, чтобы элементарно получить возможность обработать онлайн-заказы».
Ощущение, что душат со всех сторон, усугбляют и постоянно ухудшающиеся условия для селлеров на маркетплейсах: „
по словам собеседников «Новой-Европа», продавать на них сегодня — значит отдавать им примерно по 60–70% выручки.
И всё это — поверх проблем, которые не менялись со времен СССР. Нет достаточного числа производств, нет доступного оборудования (того самого, что давно есть в Китае), закупать его самим по карману единицам, реальной господдержки почти никакой: легкая промышленность никогда не была для государства приоритетом хоть в какой-то степени.
Тем не менее, подшефные госструктурам глянцевые журналы и телеграм-каналы пестрят сообщениями об инициативах по поддержке креативных индустрий: анонсами показов, региональных конкурсов и фестивалей вроде «Сделано в Москве». По словам самих дизайнеров, помимо строчек в светской хронике, толку от них немного.
«В первый год нашего участия в маркете Недели моды мы продали около 80 единиц товара, на следующий — всего 12, — рассказывает Стелла. — Хотя шла я туда, в первую очередь, чтобы познакомиться и показать себя оптовым байерам, и в этом плане был полный провал».
«Сейчас всякие советчики из инстаграма говорят по-модному; надо просто пересобрать бизнес, — заключает Марина. — Мы его не раз пересобирали — но на данном этапе что пересобирать-то? Когда у тебя есть только желтый, зеленый и красный, фиолетовый из них никак не сделаешь. Это просто невозможно».
«Я готова пойти на баррикады»
Еще одно неприятное в долгосрочной перспективе последствие происходящего — всё больше предпринимателей переносят производства, а то и целые бизнесы из России в другие страны.
Крупнейший производитель одежды в стране Gloria Jeans уже закрыл или продал большую часть своих фабрик и перевел 80% производства в Бангладеш, Вьетнам и Узбекистан. «Нет новых технологий для развития и производительности, и мы убыточны: одни уходят на СВО — как мужчины, так и женщины, — а другие предпочитают шить однообразную одежду большими заказами и за бо́льшую зарплату. У нас очень разнообразный продукт, и мы сильно уступаем в качестве, моде и цене альтернативным поставщикам. Проще говоря — это очень убыточно», — объяснил свое решение основатель и глава компании Владимир Мельников.
Его примеру следуют многие основатели компаний поменьше. «Мы нашли отличную фабрику в Китае и будем делать там обувь с более низким ценником. Да, это немного размывает нашу изначальную концепцию про sustainability и локальный ручной труд, но сейчас для меня важнее всего сохранить производство и продолжать выпускать на нем наши классические, более дорогие модели», — рассуждает Лидия.
Другие собеседники «Новой-Европа» подумывают о перерегистрации своих компаний в Китае и других странах, где, помимо высокотехнологичных производств и доступности сырья, куда более выгодные условия для ведения бизнеса: адекватные налоги и отсутствие постоянных «американских горок» с новыми ограничениями от государства. К тому же производителям товаров не на территории России не обязательно переживать из за «Честного знака», а российские маркетплейсы предлагают селлерам из того же Китая более низкие комиссии, чем своим соотечественникам. Спустя четыре с половиной года после ухода западных брендов импортозамещение реально работает — только, увы, в другую сторону.
«Я человек довольно оптимистичный и понимаю, что могу справиться с любыми сложностями, но сейчас в России нас просто поставили в невозможные условия. И я, честно говоря, так вымоталась от этого — тем более что понимаю: я могу куда спокойнее жить и вести бизнес в других странах. Даже высокие европейские налоги сегодня как будто проще оптимизировать, чем российские, — говорит Аглая. — Я уже почти готова сдаться. Но мне так грустно за наших сотрудников, которых придется распускать, если мы закроемся. Наше производство находится в городе, где мало крупных компаний, и многие работают в таких же ИП и ООО, как я, — на тех, кто пытается что-то построить и улучшить в своей стране. А если бизнесы не выживут, они все останутся без работы».
Государство, несомненно, в курсе кризиса малого бизнеса, считает Николай, но предпочитает закрывать на него глаза во имя более важных, на взгляд Кремля, целей — то есть войны. Захлебывающиеся в куче новых законов и ограничений магазины и бренды для него просто сопутствующий ущерб.
Некоторые владельцы брендов стараются сохранять оптимизм. «Я осознанно обсуждаю ситуацию только с предпринимателями-зумерами, потому что многие из них запускали бизнес недавно, уже в кризис без особого просчета рисков, по принципу “слабоумие и отвага”, — рассказывает Стелла. — Они просто берут и делают, что могут сегодня, — и я пытаюсь у них этому учиться».
Однако большинство опрошенных «Новой-Европа» и морально, и материально на грани.
«Мы уже готовы ко всему, — говорит Марина. — Делаем, что можем, а там посмотрим. Выберемся, не выберемся… Деваться-то с этой подводной лодки некуда».
«Вы что, смеетесь? — отвечает она на вопрос, изменилось ли за последнее время ее доверие к действиям государства. — Если мне скажут: “Марина, такого-то числа мы все выходим на улицу, на митинги”, — я пойду первая, с вилами. И таких людей 99 процентов из тех, с кем я общаюсь. Раньше я смеялась над ними, считала, что систему не сломать и мой голос ничего не решает. А теперь я готова пойти на баррикады — потому что то, что они творят сейчас, это просто уничтожение бизнесов. Зачем? Ради чего? Никому из нас это непонятно».